Охранники и авантюристы. Секретные сотрудники и провокаторы [Павел Елисеевич Щёголев] (fb2) читать постранично, страница - 2

(1908). Щеголев написал ряд киносценариев («Дворец и крепость»,1924 и «Степан Халтурин», 1927 и др.). Вместе с А. Н. Толстым он сочинил пьесу «Заговор императрицы» и известную литературную мистификацию «Дневник Вырубовой», который до сих пор многими считается подлинным. С именем Щеголева связаны поиски новой методологии в пушкиноведении: пересмотр источников, широкое привлечение черновых рукописей. Одной из основных его заслуг как ученого-исследователя является собирание и введение в научный оборот огромного документального материала, использование секретных архивов.

Книга, предлагаемая вниманию читателей, интересующихся историей России, включает в себя две самостоятельные части - переиздание двух отдельных работ П. Е. Щеголева. Первая из них - это сборник статей Щеголева «Охранники и авантюристы» (М., 1930). Семь статей, написанных в разное время, посвящены террористу Рысакову, провокатору Евно Азефу, доносам из Ясной Поляны агента охранки И. Я. Дриллиха, преследованиям масонов в начале XX в., И. Ф. Манасевичу-Мануйлову, Особому отделу Департамента полиции. Второе издание, входящее в книгу - сборник документов «Секретные сотрудники и провокаторы» (М.; Л., 1927), вышедший под редакцией, с предисловием и комментариями П. Е. Щеголева. В этот сборник вошли заявления сотрудников охранки в Департамент полиции, исповеди и признания разоблаченных секретных агентов. Безусловный интерес представляет публикация документов о покушении на Николая II в 1895 году, материал о провокаторах из разных слоев общества, в том числе из интеллигенции, рабочих, крестьян. По существу Щеголев, являясь составителем сборника, автором предисловия и комментатором (часть комментариев включена в текст документов), стал в большой мере его автором. Поэтому издатели книги, предлагаемой сегодня читателю, считают себя вправе объединить две отдельные, ранее изданные, публикации работ П. Е. Щеголева под одной обложкой.

Необходимо отметить, что в 1920-е гг. в исторической и литературоведческой сферах господствовало стремление построить свои исследования на новом «пролетарском», «классовом» основании. В работах того времени характерны как недос-{5}татки и погрешности, излишне резкие, политизированные (порой наивные с точки зрения современной науки) формулировки, включение в текст исследований прямой речи, так и неоспоримые достоинства - изучение и привлечение документальных материалов, ранее неизвестных, и вытекающих из них множество подробностей. Все эти особенности присущи и работам П. Е. Щеголева, опубликованным в те годы, в том числе и тем, которые вошли в эту книгу.

Издатели книги надеются, что она будет интересна широкому кругу читателей - студентам и исследователям, всем, интересующимся историей России, прежде всего, потому что включает в себя документальный материал, впервые привлеченный Щеголевым к рассматриваемой теме. Сам же П. Е. Щеголев писал, что его основной целью при исследовании вопросов, поднимаемых в книгах «Охранники и авантюристы» и «Секретные сотрудники и провокаторы», является попытка понять психологию разного рода авантюристов и предателей, шпионов и провокаторов.

Т. К. Мищенко {6}

ОХРАННИКИ И АВАНТЮРИСТЫ

Статьи, собранные в настоящей книге, посвящены темным людям старого режима, авантюристам крупного и мелкого калибра, охранникам. В предреволюционную эпоху они делали в некотором роде историю и имеют полное право на то, чтобы в картине разложения царского режима нашли место и их портреты. Из песни слова не выкинуть, и в историческом изображении умирающей российской монархии не обойтись без Азефов, Манасевичей-Мануйловых, Алексеевых, «Блондинок» и так далее.

Статьи писаны в разное время и основаны преимущественно на архивных материалах, доступ к которым открыла революция.

П. Щеголев

13 мая 1929 года

Ленинград {7}

СТРАХ СМЕРТИ

(Последнее признание Рысакова)

Рысаков, бросивший (неудачно) бомбу в Александра II на Екатерининском канале, стал предателем через сутки после ареста.

Из докладов о ходе следствия по делу 1 марта 1881 г. - об убийстве Александра II, представлявшихся прокурором палаты и начальником жандармского управления [1], видно, что следственные власти, закончив следствие и передав Рысакова в руки суда, не удовлетворились его признаниями, а продолжали свои допросы, домогаясь все новых и новых оговоров. Власти сознавали, что о самом событии 1 марта Рысаков открыл все, что ему было известно, и обратились к мелочам, - постарались выведать все, что можно, о знакомствах Рысакова в студенческой среде и среди рабочих. Все, кого он знавал, на кого намекнул, все были схвачены и поплатились жестоко от тюрьмы до каторги. Эти его показания не были присоединены к производству первомартовского дела, а были оставлены в процессе 20-ти. Власти вселили в Рысакова надежду на сохранение жизни и этой надеждой обольщали его, вынуждая оговоры и признания. Но вот объявлен --">