Суть Времени 2013 № 23 (10 апреля 2013) [Сергей Ервандович Кургинян] (fb2) читать постранично, страница - 2

политического маневра. Предполагающего стратегическую перегруппировку сил на белоленточном поле. Только ли на белоленточном?

Конечно, нет! Наиважнейший вопрос состоит в том, когда именно Путин до конца убедится, что ВСЕ НАЛАЖИВАТЕЛИ его отношений с Западом и с нашей прозападной элитой кинули его, Путина, наивульгарнейшим и наижесточайшим образом. Не об этом ли хотел проинформировать Путина Березовский?

Но перед тем как обсудить этот ключевой вопрос (он же вопрос о том, почему мы стали для ВСЕХ дельфинов именно опасностью № 1), мы будем холодно и сообразно духу Последних Времен анализировать игры более мелких политических структур — таких как КПРФ.

Хотелось ли Зюганову на XV съезде КПРФ, проходившем 23–24 февраля 2013 года, слинять с поста главы партии примерно таким образом, как сейчас слиняли со своих постов Пионтковский и Каспаров?

И да, и нет. Своим соратникам Зюганов говорил, что ему очень хочется почетным образом слинять, заполучив политическую синекуру. То бишь стать КПРФным Дэн Сяопином. Но соратники сумели доказать Геннадию Андреевичу, что Россия не Китай. Только отдай хотя бы крупицу реальной власти — тебя сожрут с потрохами. Геннадий Андреевич понял, что уходить еще опаснее, чем оставаться. И… как мы видим, унизительно распластался перед Путиным, дабы иметь возможность не уходить.

Сохранение поста руководителя КПРФ стоило Зюганову очень дорого. Ему пришлось запоздало, грубо и ущербно присягнуть Путину.

А чем иначе можно объяснить вышвыривание господина Удальцова с утлого суденышка КПРФ? Все понимают, что ничем другим это объяснить невозможно. Но присягнув Путину — очень неуклюже, запоздало, непродуктивно — Зюганов должен бы кинуть Медведева. И кинул. Бормоча при этом, что кинул не окончательно, не до конца и так далее. То есть Зюганов всегда что-нибудь бормочет. Но так испуганно и растерянно бормочут только тогда, когда приходят Последние Времена.

Об их главных слагаемых я расскажу в следующей редакционной статье.

До встречи в СССР!

Политическая война

От Поклонной до Колонного. Роль нашего движения в той политической войне, которая определяет облик современной России (продолжение — 7)

От Поклонной до Колонного. Роль нашего движения в той политической войне, которая определяет облик современной России (продолжение — 7)Сама воля к пониманию смысла, природы происходящего если не убита, то подавлена. И тут постарались постмодернисты, а также прагматики. Мол, какой еще смысл? Кто вам сказал, что он есть? Зачем он нужен? Не является ли стремление к нему опасным, порождающим тоталитаризм?

Сергей Кургинян

Я постоянно предупреждаю своих сторонников о том, что теория заговора (иначе конспирология) — это своего рода «замануха», созданная для отвлечения общественного внимания от подлинно важных и больных проблем. Но это не означает, что все политические процессы на самом деле имеют так называемый транспарентный (то бишь прозрачный) характер. И могут быть выявлены с помощью обычных теоретических и статистических инструментов.

Конечно же, политические процессы — как глобальные, так и внутрироссийские — с каждым годом приобретают все более закрытый, то есть нетранспарентный характер. И требуют для своего обнаружения и уж тем более описания отнюдь не только общетеоретических и статистических инструментов.

Кстати, о статистических инструментах. Знаменитая присказка «есть ложь, есть наглая ложь и есть статистика» вкупе с не менее знаменитыми присказками, например, «у больных в нашей больнице средняя температура такая-то» — это одно. А реальная фальсификация статистических данных — это другое. Я бы лично не стал фыркать по поводу ущербности статистических методов. И с удовольствием воспользовался бы доброкачественным статистическим материалом, дополняя его материалами другого рода. Но доброкачественных статистических материалов фактически нет. И понятно, почему их нет.

Их нет, прежде всего, потому, что собрать доброкачественный статистический материал становится все труднее. Ведь для того, чтобы его собрать, надо сначала измерить точную температуру у каждого больного, а потом уже дать усредненные данные по больнице. А если больной в ответ на ваши попытки измерить его температуру открывает огонь на поражение — что тогда?

Их нет, далее, и потому, что никто не верит в чью-либо честность, в том числе в честность тех, кто публикует статистические данные.

И наконец, их нет потому, что вопрос о значении параметров, которые должна измерить и усреднить статистика, становится все более сложным. Что именно надо измерять у больного? Говорят ли о чем-то данные термометра? И так далее.

Аналогичным образом дело обстоит и с теоретическим инструментарием. Маркс был последним гением, предложившим теоретический инструментарий, позволяющий распознавать масштабные общественные процессы, выявлять --">