Враг стоит на Востоке. Гитлеровские планы войны против СССР в 1939 году [Рольф-Дитер Мюллер] (fb2) читать постранично, страница - 3


 [Настройки текста]  [Cбросить фильтры]

предпринимая попытку переосмысления истории, мы в силу необходимости будем иметь дело с политическими, социальными и прежде всего экономическими аспектами. И все-таки прежде всего наше внимание будет сосредоточено на военном планировании. Поэтому наше исследование начнется не с анализа книги «Майн кампф», а с поиска ответа на вопрос, когда же политики и военные в Германии впервые задумались над проблемой завоевания российских территорий, какие существовали в этой связи представления и какие высказывались опасения. Завоеванная с большим трудом, но оказавшаяся в конечном счете бесполезной победа над русской армией в 1917–1918 гг. сформировала поколение офицеров, которые позже уже в качестве генералов Гитлера разрабатывали и вели очередную войну на Востоке. Краткий обзор периода Веймарской республики покажет, что пространство, в котором развивалась идеология Гитлера, отнюдь не было пространством, единственно возможным сценарием трансформации которого для немецкой армии был Сталинград. В первой половине XX века военная элита располагала существенным политическим влиянием, особенно в Германии, вместе с тем элита эта находилась в прямой зависимости от политики.

Каким образом после 1933 г. военное руководство пришло к мысли, что следует отказаться от планирования войны с Польшей при возможной поддержке таковой со стороны СССР и задуматься о войне с Красной армией после заключения Гитлером пакта с Польшей в 1934 г. — по возможности в союзе с Японией и Польшей? Вовлекая в поле рассмотрения силы, которым уже однажды удалось разбить русскую армию (1905 и 1920 гг.), мы идем новым путем. Мы не рассматриваем предысторию плана «Барбаросса» как проявление немецкого нарциссизма, поскольку такой подход приводит к маргинализации немецкой внешней политики и военного планирования, которые, как будет показано, вплоть до 1939 г. оказывали влияние на представления о войне не только военных верхов, но и Гитлера.

Анализ оперативного планирования командования немецкой армии побуждает нас обратить внимание на территорию между Ригой, Минском и Киевом, на которой должна была решиться судьба русской армии, как это было в Первую мировую войну, в советско-польскую войну и как это случилось в войну, последовавшую за этими двумя. Предыстория плана «Барбаросса» преподносится поэтому как история формирования треугольника с привлечением Японии как возможного партнера в стратегическом движении «клещей», с помощью которых предстояло разбить русскую империю. При этом анализируется, насколько серьезными были разговоры об антироссийском военном альянсе под знаком пакта Гитлера — Пилсудского 1934 г. и каким образом в 1939 г. Гитлер отказался от союза с Польшей, заключив пакт Гитлера — Сталина. Германо-польские военные отношения 1930-х гг. представляют собой малоизученную область историографии. Здесь предстоит проделать большую работу.

Поэтому следует задаться вопросом, когда в Третьем рейхе возникли планы в отношении войны с СССР, когда они стали предметом размышлений военных. Какую роль играют взаимоотношения с Польшей как своеобразным стрелковым окопом, обращенным в сторону русских? Стал ли отход Гитлера от Польши весной 1939 г. результатом намерений создать условия для последующей наступательной войны на Западе или на Востоке? Эти вопросы подводят нас к сути исследования. Наши размышления основываются на тезисе о том, что движение Германии в сторону Второй мировой войны до октября 1939 г. могло разворачиваться по нескольким направлениям, одно из которых — военное столкновение с Красной армией. Вопреки широко распространенным в историографии представлениям, о войне Германии с СССР речь могла идти уже в 1939 г.

С целью подтверждения этой гипотезы привлечены новые, малоизвестные либо забытые источники, производится рассмотрение исторических эпизодов и взаимосвязей, которые с использованием метода контрафактических размышлений подвергают сомнению укоренившиеся воззрения на немецкую экспансионистскую политику. В целом следует учитывать, что в отношении военных планов Германии 1939 г. многое остается неизученным, так как документы, касающиеся предыстории Второй мировой войны, утрачены, а основные источники, такие как военный дневник боевых действий Верховного главнокомандования вермахта (записи с 14 августа 1939 г.) и военный дневник начальника штаба Верховного командования сухопутных войск Франца Гальдера (записи с 14 августа 1939 г.), относятся к более позднему периоду{6}. Сюда же следует отнести сомнительные интерпретации ключевых источников и дерзкие фальсификации.

Не вызывает сомнения тот факт, что Гитлер в 1939 г. твердо решил как можно быстрее развязать войну с Европой. Он хотел наконец начать военную кампанию и «получить свободу действий на Востоке». Он не стремился вести переговоры и идти на компромисс. Он хотел наносить удары. Последовательность таких военных ударов в конечном счете не имела для него