КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг - 372165 томов
Объем библиотеки - 448 Гб.
Всего авторов - 157906
Пользователей - 83257
Загрузка...

Впечатления

roman_r про Асковд: Как мы с Вовкой (История одного лета). Полная версия. (Юмористическая проза)

Давно так не смеялся до слез! Это просто потрясающая непосредственность и непредсказуемая логика детских поступков помноженная на здоровый цинизм взрослого рассказчика. Впечатлительным людям с хорошей фантазией не рекомендуется читать на работе, совещаниях и собраниях.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Alexander0007 про Квернадзе: Ученый в средневековье. Том 1 (Альтернативная история)

Стража отведите казначея в темницу....Стража БЕЗЖАЛОСТНО исполнила приказ
Мдя!
Уровени подростковой пробы пера.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Гекк про Изверин: Чужое тело. Дилогия (СИ) (Фэнтези)

Самая полная версия здесь. Остальное лучше не читать (конкретно эта дилогия...)

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
SubMarinka про Птифис: Железная маска: между историей и легендой (Исторический детектив)

Весьма убедительная версия загадки «Железной Маски». Но…
Когда-то я читала не менее убедительную версию о том, что узник в железной маске был совершенно точно англичанином! Приведены были свидетельства, что документы, которые сжигали после его смерти, были написаны на английском языке… Статья на эту тему была в каком-то очень давнем номере «Иностранной литературы», но я, к сожалению, не помню ни как называлась эта статья, ни кто её автор (((.
Сейчас попробую почитать, что о Железной Маске пишет Радзинский.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
ASmol про Беккер: На войне и в плену. Воспоминания немецкого солдата. 1937—1950 (Биографии и Мемуары)

Таки, к сказанному kiyanyn добавлю, что хотелось бы сказать Хансику, по поводу его писанины, у меня есть одна претензия к Предкам, нет не правильно, не к Предкам даже, а к нашей Славянской ментальности, почему мы так добры к врагам, мы не спалили Париж, а всего лишь научили лягушатников работать быстро, отсюда у них появились бистро, почему мы(наши Предки) не прошлись железным катком по объединённой Европы, под знаменем фюрерка, нас всё равно, как бы наши "правители" не изгалялись, считают варварами, так таки надо было соответствовать, вырезать к еПеням всех кто были в дивизиях СС(норвеги, датчане, шведы, бельгийцы, итальяшки, французики т.д.) обложить всех их, не просто контрибуциями, а ещё и данью, навести такой ужас, чтобы детки нынешних европейцев, да и сами взрослые срались и ссались, при этом часто икая, только лишь от услышанного слова Русские .. и тогда "выживший" Хансик, не писал бы таких книжонок, он бы просто при мысли об этом усрался ...

Рейтинг: -4 ( 0 за, 4 против).
Summer про Красников: Забытые земли (Фэнтези)

Отличная серия из 4-х книг, причём завершена. Можно немного поворчать по поводу жанра ЛитРПГ, многочисленных роялей и местами слипшегося текста, спёртого "как есть". Но оно того стоит. 5+.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
kiyanyn про Беккер: На войне и в плену. Воспоминания немецкого солдата. 1937—1950 (Биографии и Мемуары)

Прямо перестроечная книга :) - про страшное НКВД и ужасный СССР... Просто пару цитат.

"все здешнее население не жило, а безнадежно барахталось в вечном болоте самой жалкой нищеты. К ним больше всего подходило определение «рабы». Я никогда не понимал, за что же они воюют."

"я искренне верю в то, что через пять лет после разгрома жизнь в России была бы гораздо счастливее жизни в стране-победительнице. Германия ослабила бы жесткость оккупационного режима, и тогда люди вздохнули бы более свободно, чем теперь, при наличии избыточного количества комиссаров и бандитов."

Ну что тут еще сказать... Наши либерал-демократы тоже уверены, что если б проиграли Германии - пили б баварское... :(

Рейтинг: +3 ( 4 за, 1 против).
загрузка...

Безволосый Мексиканец (fb2)

файл не оценён - Безволосый Мексиканец (пер. Инна Максимовна Бернштейн) (а.с. Эшенден, или Британский агент-4) 135K, 41с. (скачать fb2) - Уильям Сомерсет Моэм



Сомерсет Моэм БЕЗВОЛОСЫЙ МЕКСИКАНЕЦ Новелла

— Вы любите макароны? — спросил Р.

— Что именно вы имеете в виду? — отозвался Эшенден. — Все равно как если бы спросили, люблю ли я стихи. Я люблю Китса, и Вордсворта, и Верлена, и Гете. Что вы подразумеваете, говоря про макароны: spaghetti, tagliatelli, vermicelli, fettuccini, tufali, farfalli или просто макароны?

— Макаровы, — ответил Р., который был скуп на слова.

— Я люблю все простые блюда: вареные яйца, устрицы и черную икру, truite au bleu[1], лососину на вертеле, жареного барашка (предпочтительно седло), холодную куропатку, пирожок с патокой и рисовый пудинг. Но изо всех простых блюд единственное, что я способен есть каждый божий день не только без отвращения, но с неослабевающим аппетитом, это — макароны.

— Рад слышать, так как хочу, чтобы вы съездили в Италию.

Эшенден прибыл в Лион для встречи с Р. из Женевы и, приехав первым, пробродил до вечера по серым, шумным и прозаичным улицам этого процветающего города. Теперь они сидели в ресторане на площади — Эшенден встретил Р. и привел его сюда, потому что, как считалось, во всей этой части Франции не было другого заведения, где бы так же хорошо кормили. Но поскольку в таком многолюдном месте (лионцы любят вкусно поесть) никогда не знаешь, не ловят ли чьи-нибудь любопытные уши каждое полезное сведение, которое сорвется с твоих уст, они беседовали лишь на безразличные темы. Роскошная трапеза подходила к концу.

— Еще коньяку? — предложил Р.

— Нет, спасибо, — ответил Эшенден, более склонный к воздержанию.

— Надо, по возможности, скрашивать тяготы военного времени, — сказал Р., взял бутылку и налил себе и Эшендену.

Эшенден, сознавая, что ломаться дурно, смолчал, зато счел себя обязанным возразить против того, как шеф держит бутылку.

— Когда мы были молоды, нас учили, что женщину надо брать за талию, а бутылку за горлышко, — негромко заметил он.

— Хорошо, что вы мне сказали. Я буду и впредь брать бутылку за талию, а женщин обходить стороной.

Эшенден не нашелся, что ответить. Пока он маленькими глотками пил коньяк, Р. распорядился, чтобы подали счет. Он, бесспорно, был влиятельным человеком, от него зависели душой и телом многие его сотрудники, к его мнению прислушивались те, кто вершили судьбы империй; однако, когда надо было дать официанту на чай, такая простая задача приводила его в замешательство, заметное невооруженным глазом. Он опасался и переплатить и тем свалять дурака, и недоплатить, а значит, возбудить ледяное презрение официанта. Когда принесли счет, он протянул Эшендену несколько стофранковых бумажек и попросил:

— Рассчитайтесь с ним, ладно? Я не разбираюсь во французских ценах.

Слуга подал им пальто и шляпы.

— Хотите вернуться в гостиницу? — спросил Эшенден.

— Пожалуй.

Была еще совсем ранняя весна, но к вечеру вдруг сильно потеплело, и они шли, перекинув пальто через руку. Эшенден, зная, что шеф любит номера с гостиными, снял ему двухкомнатный номер, куда они теперь и направились. Гостиница была старомодная, помещения просторные, с высокими потолками. В гостиной стояла громоздкая, красного дерева мебель с обивкой из зеленого бархата, кресла чинно расставлены вокруг большого стола. По стенам на бледных обоях — крупные гравюры, изображающие битвы Наполеона, под потолком грандиозная люстра, первоначально газовая, но теперь переделанная под электрические лампочки. Они заливали неприветливую комнату сильным, холодным светом.

— Прекрасно, — входя, сказал Р.

— Не очень-то уютно, — заметил Эшенден.

— Согласен, но, судя по всему, это здесь самая лучшая комната, так что все превосходно.

Он отодвинул от стола одно из зеленых бархатных кресел, уселся и закурил сигару. И при этом распустил пояс и расстегнул китель.

— Раньше мне казалось, что нет ничего лучше манильской сигары, — сказал он, — но с начала войны я полюбил гаваны. Ну, да вечно она продолжаться не будет. — Углы его рта тронуло подобие улыбки. — Во всяком деле есть своя положительная сторона. Плох тот ветер, который никому не приносит удачи.

Эшенден сдвинул два кресла, одно — чтобы сидеть, другое — чтобы положить ноги. Р. посмотрел и сказал:

— Неплохая мысль, — и, подтянув к себе еще одно кресло, со вздохом облегчения уложил на бархат свои сапоги.

— Что за стеной? — спросил он.

— Ваша спальня.

— А с той стороны?

— Банкетный зал.

Р. встал и медленно прошелся по комнате, отворачивая край тяжелых репсовых портьер, выглянул, будто бы невзначай, в каждое окно, потом возвратился к своему креслу и снова уселся, удобно задрав ноги.

— Осторожность не мешает, — произнес он.

И задумчиво посмотрел на Эшендена. Его тонкие губы слегка улыбались, но белесые, близко посаженные глаза оставались холодными, стальными. Под таким взглядом с непривычки легко было растеряться. Но Эшенден знал, что шеф просто обдумывает, как лучше приступить к разговору. Молчание длилось минуты три. Потом Р. наконец сказал:

— Я жду к себе сегодня одного человека. Его поезд прибывает около десяти. — Он мельком взглянул на часы. — Этот человек носит прозвище Безволосый Мексиканец.

— Почему?

— Потому что он без волос и потому что мексиканец.

— Объяснение исчерпывающее, — согласился Эшенден.

— Он сам вам о себе все расскажет. Он человек разговорчивый. Я познакомился с ним, когда он сидел совсем на мели. Он принимал участие в какой-то революции у них там в Мексике и вынужден был