Адмирал Ушаков [Андрей Иосифович Андрущенко] (fb2) читать постранично, страница - 3

военном отношении государством..»^[6].

Русский царизм пользовался в международной политике теми же приёмами и методами, которые господствовали и в других странах. И. В. Сталин говорит следующее: «…завоевательная политика со всеми её мерзостями и грязью вовсе не составляла монополию русских царей. Всякому известно, что завоевательная политика была также присуща — не в меньшей, если не в большей степени — королям и дипломатам всех стран Европы, в том числе такому императору буржуазной формации, как Наполеон, который, несмотря на своё нецарское происхождение, с успехом практиковал в своей внешней политике и интриги, и обман, и вероломство, и лесть, и зверства. и подкупы, и убийства, и поджоги.

Понятно, что иначе и не могло быть»^[7].

Во второй половине XVIII в. первоочередной задачей царской России становилась борьба с Турцией за выход к Чёрному морю.

При первых шагах своего правления в области внешней политики Екатерина II держалась так называемой «северной системы» — союза северных держав против Австрии и Франции.

В апреле 1764 г. она заключила оборонительный союзный договор с Пруссией. В секретных статьях договора Пруссия обязывалась предоставить денежную субсидию России в случае войны с Турцией. Кроме того, были согласованы дипломатические действия в Швеции Речи Посполитой, имевшие своей целью отторжение от последней Украины и Белоруссии. Присоединение к России земель украинского и белорусского народов было исторически оправдано. «…перед Украиной стояла тогда альтернатива — либо быть поглощенной панской Польшей и султанской Турцией, либо перейти под власть России… вторая перспектива была всё же наименьшим злом»^[8].

Союзом с Пруссией русская дипломатия создала противовес против Турции и её союзницы Франции, обеспечила себе более прочное положение в отношении Швеции и начинала, по выражению Энгельса, «играть первую роль в Европе… без больших затрат».

Союз с Пруссией был ловким ходом и крупным успехом русском дипломатии^[9].

С другой стороны, русская дипломатия старалась использовать старую англо-французскую борьбу, особенно из-за заокеанских владений (Канада, Индия).

В 1766 г. Россия и Англия заключили торговый договор.

Хотя русскому правительству и не удалось склонить английское правительство к заключению союзного договора, однако торговый договор 1766 г. явился серьёзным успехом русской дипломатии, поскольку он обеспечивал) нейтралитет Англии в предстоящей войне с Турцией. Когда война началась, русские эскадры получили возможность свободного прохода в Средиземное море через западноевропейские воды.

В 1765 г. между Россией и Данией также был заключён пакт о помощи России в случае войны с Турцией.

Определённый контакт в политике был установлен и по отношению к Швеции, где французские дипломаты интриговали против русских и англичан.

В Петербурге хорошо понимали, что без сильного военно-морского флота нельзя будет осуществить намеченных внешнеполитических задач. Поэтому строительству флота было уделено много внимания. Упорядочено было управление всеми частями Адмиралтейства. В марте 1764 г. Екатерина II утвердила новые штаты Балтийского флота. По ним намечалось иметь три комплекта боевых кораблей.

В мирное время флот должен был состоять из 21 линейного корабля (80- и 60-пушечных), 4 фрегатов (32-пушечных) и других мелких судов. В военное время: по «меньшему комплекту» полагалось иметь 32 корабля и 8 фрегатов, по «большему комплекту» — 40 линейных кораблей и 8 фрегатов.

Много внимания было уделено подготовке морских кадров. Морской кадетский корпус, соединённый с сухопутным при Петре III, снова был выделен в самостоятельное военно-морское учебное заведение.

«Для присмотру в английском флоте военных порядков и действительных поступков с неприятелем» в Англию и Италию были направлены группы русских офицеров^[10]. Это была главным образом молодежь — лейтенанты, унтер-лейтенанты, мичманы и констапели^[11].

Инструкция требовала от них старательного овладения практикой морского дела. Особенно предписывалось участвовать в дальних плаваниях на военных кораблях.

Одновременно с подготовкой офицеров Адмиралтейств-коллегия энергично взялась за обучение рядового и младшего командного состава флота, «нижних чинов», как их называли в царской России. Экипажи флота набирались из рекрутов общего набора, которым ведала Военная коллегия. Часто на флот попадали люди, никогда не видевшие моря.

Адмиралтейств-коллегия предложила производить рекрутский набор для флота отдельно от общего набора из мест, где население связано с морским или речным промыслом. Однако это целесообразное во всех отношениях предложение не скоро удалось провести в жизнь.

Адмиралтейств-коллегия старалась обучить рекрутов --">