КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг - 387613 томов
Объем библиотеки - 488 Гб.
Всего авторов - 162848
Пользователей - 87913
Загрузка...

Впечатления

Alexander0007 про Дункан: Дракула против Гитлера. (Альтернативная история)

Как такое возможно: пить, курить и колоться одновременно?

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Чукк про Переяславцев: Боевой оркестр (Альтернативная история)

Как может показаться из названия, эта книга не о том, как оркестр в полном составе переносится во времени, а о том, чтобы эта книга имела хоть капельку смысла, ей необходим оркестр из роялей и других литертурных инструментов в кустах.
Если прорветесь через две скучнейшие главы введения, то может быть и поймете, чем "матрикатор" отличается от волшбника, я читал выборочно и нашел призведение нудным.
Перенос в начало 2-й Мировой, развед-дроны над войсками, матрикатор является волшебником и клепает процессоры... Или не является, он сам по себе завод по созданию чего угодно. Появляется, исчезает, проходит сквозь стены. Не осилил.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Алмазодобытчик про Тарасенко: Фаворит из будущего (Альтернативная история)

сочинение подростка на тему "Да если бы я, то ух!я бы им всем показал!"
сойдет, когда ну вот совершенно нечего почитать.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
ASmol про Коваленко: Полная октава Вселенной (Альтернативная история)

Таки к данному чтиву, как ни к чему другому, подходит пословица "Сколько ни говори халва, во рту сладко не станет", то бишь прочитав, где то 50% текста, никакого отношения к eve-online не обнаружил, какой то невнятный гаремник, со вставками политинформации о сегодняшнем времени, пусть даже с некоторыми тезисами, этого политпросвещения согласен, но на хрена они сдались там, где должны быть космос, нейросети, псионика(магия) ..биля, магии-шмагии он накидал, да так, что глав героин, к главе 14-17-ой, становится зятьком самой МАМА-Богородицы и самого Создателя, ну соответственно и сам практически законспирированный создатель ... дальше, дальше в топку, и да, на месте афтЫра, переименовал бы сие "произведение", поскольку "Полная октава Вселенной" у него откровенно не получилась, зато великолепно вылезла "Вселенная полная говна" ...

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
IT3 про Синтезов: Перерожденные и иже с ними… Первые шаги. Часть первая (Альтернативная история)

сочинение по мирах Алекса Чижовского.
у самого Чижовского,канеш на много лучше,но читать можно,невзирая на обильную критику на флибусте.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
ZYRA про Тарасенко: Фаворит из будущего (Альтернативная история)

Хватило а

Рейтинг: -3 ( 0 за, 3 против).
SubMarinka про Лысенко: За материализм в биологии (Биология)

Вот такие книги Всесоюзного общества «Знание» объясняли, почему буржуазная лженаука генетика является «продажной девкой мирового империализма». И кибернетика тоже ─ «туды её в качель! ©».
Неудивительно, что вместе с попытками реабилитации Сталина, начинают поднимать и репутацию Лысенко ─ человека, отбросившего отечественную биологию на задворки мировой науки.
Кстати:
Т. Д. Лысенко является прототипом профессора Амвросия Амбруазовича Выбегалло из повести братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу»:
[quote]Профессор Выбегалло списан со знаменитого некогда академика Лысенко, который всю отечественную биологию поставил на карачки, тридцать с лишним лет занимался глупостями и при этом не только развалил всю нашу биологическую науку, но ещё и вытоптал всё окрест, уничтожив (физически, с помощью НКВД) всех лучших генетиков СССР, начиная с Вавилова. Наш Выбегалло точно такой же демагог, невежда и хам, но до своего прототипа ему далеко-о-о! — Борис Стругацкий
[/quote]

Рейтинг: +1 ( 4 за, 3 против).

Хроники Тридесятого Царства (СИ) (fb2)

файл не оценён - Хроники Тридесятого Царства (СИ) 3101K, 327с. (скачать fb2) - Александр Аист

Настройки текста:




Александр Аист Хроники Тридесятого Царства

ГЛАВА 1

Пыльная дорога вилась, повторяя контуры леса, который темной полосой стоял недалеко от дороги. Вдоль дороги, стараясь не сильно наступать в пыль, брела согбенная от старости старуха. Она тяжело передвигала ноги, опираясь, при этом на крючковатый посох. Солнце постепенно поднималось к зениту, и вместе с ним, по окрестностям разливался зной летнего дня.

Но вот старуха остановилась и осмотрелась. Заметив что-то она решительно направилась к лесу и остановилась возле целого скопища пеньков, будто кто-то специально срубил здесь деревья, чтобы устроить небольшое место для отдыха. Нужно сказать, место было выбрано удачно, поскольку и центральный пень от когда-то столетней сосны, и пеньки поменьше, окружившие центральный пень, располагались в тени остальных деревьев. Да и высокие кусты орешника, распушив свои листья, весьма способствовали созданию зоны отдыха. Опять же, в этом месте жара почти не ощущалась. И из-за тени, и из-за ручья, который располагался сразу за кустами орешника.

Старуха подошла к центральному пню сняла с себя и положила на пень подорожную суму. Достав оттуда берестяную кружку с крышкой, старуха направилась к ручью.



Чтобы набрать в кружку воды, старухе пришлось приседать на одно колено. Сразу было видно, что делать приседание ей очень тяжело. Крючковатый посох застонал от напряжения, когда старуха, опираясь на него, стала опускаться на колено. Застонал, но выдержал, не сломался. Старуха набрала ключевой воды и, не торопясь, выпила всю кружку, утоляя жажду. Снова наклонилась к ручью, опять зачерпнула воды из ручья. Но на сей раз, поставив кружку наземь, стала вставать, опять же, опираясь на посох. И снова посох застонал от нагрузки. Впрочем, старуха не обращала на стоны посоха внимания.

Когда ей удалось подняться на ноги, она медленно согнулась в поясе, подняла кружку, предварительно закрыв крышку на ней и, развернувшись, пошла к пенькам. Там она поставила кружку на центральный пень, вынула из подорожной сумы ломоть засохшего ржаного хлеба и стала его жевать. Но не просто жевать, а предварительно размачивая кончик ломтя в принесенной в кружке воде. Собственно, и жеванием назвать то, что делала старуха было нельзя. Она, скорее, слизывала размякший в воде хлеб языком, щерясь, при этом, беззубым ртом.

А в остальном старуха была, в общем-то, мало отличимой от бродяг, толпами или в одиночку (кому как повезет) бродящих среди царств Средиземноморья. Старухе, видимо, не повезло, она была одна. Но судя по ее внешнему виду, она не сильно по этому поводу кручинилась.



Одета старуха была в старый дорожный плащ. И это в такую-то жару! Под плащом виднелось платье, скорее всего, ровесница плащу. Плащ имел капюшон, но голова старухи была покрыта темным платком. Что она носила на ногах, видно не было из-за длинного подола платья.

Самым примечательным на лице, кроме избороздивших ее вдоль и поперек морщин, был крючковатый, слегка отвисший нос. Причем он все время двигался, будто старуха все время что-то вынюхивала.

И ведь не зря вынюхивала. Справа на горизонте показалось облачко пыли, которое чем дальше, тем становилось больше, указывая на всадника, едущего по дороге. Поначалу старуха перестала жевать, стремив взор в сторону облачка пыли. Но, вероятно, что-то убедило ее в том, что ей ничего не угрожает, и она продолжила трапезу.

А, тем временем, из облака пыли показался каурый конь, на котором сидел юноша лет двадцати. Одет он был в кольчугу, но был без шлема. Деревянный щит с железными бляхами, набитыми поверх щита, располагался за спиной. У седла с одной стороны был приторочен боевой топор, а с другой — меч в ножнах. Довершало вооружение копье, принайтованное справа к седлу в специальном чехле.

Русые волосы юноши рассыпались по плечам, обрамляя лицо. Можно было бы назвать его прическу пышной, но свалявшиеся от пыли волосы, скатались в жгуты, обвисшие вдоль головы. Лицо тоже было в пыли, остались лишь щелочки глаз. С первого взгляда было видно, что юноша утомлен и ездой и жарой. Так что не удивительно, что увидев старуху, сидящую в тенечке, он свернул к ней.

Подъехав, он вежливо поклонился.

— Будьте здравы, бабушка.

— И тебе не хворать, внучок, — ответила бабуля, и жестом пригласила присоединяться к ней.

Юноша будто только этого и ждал. Он соскочил с коня, снял со спины щит, повесил на специальную петлю седла, и, не расседлывая коня, отправил его на кормежку в кусты. Но прежде снял переметные сумы, которые положил на один из пеньков.

— Бабушка, не знаешь, где можно умыться, а то я скоро хрустеть начну от коросты, которая образуется от смеси пота и пыли.