Психоконструкт (СИ) [Екатерина Вадимовна Алексенцева] (fb2) читать постранично, страница - 122

сайты, закрытые форумы и цифровые хранилища, которые у меня есть. Там их адреса. Там всё: всё, что мы нашли, выяснили, вся информация. Это моё наследие, Галатея.

— И что мне с этим делать? Только не говори: «то, что хочешь»! — Винсент почувствовал, как внутри понимается страх, липкий ужас, стягивающий мысли в один тугой комок. — Как мне теперь жить, зная, что я могу изменить этот мир одной только мыслью!

— Не всё так просто. Одной мысли мало, Винсент. — Прошептал Пигмалион.

— Почему ты не позвал меня раньше, я ведь мог исцелить тебя! Если бы ты сказал, как! — Отчаянье билось в голосе Винсента. Он понимал, если бы шанс был, Пигмалион им бы воспользовался не колеблясь.

— Нет. Чудеса способна творить только абсолютная вера, ей научиться нельзя. Она есть только у безумцев. А мы можем лишь немного подправить, выбрать одну из вероятностей. Это не так уж и мало. — Винсент едва мог расслышать слова Пигмалион.

— Не так уж и мало? — Он сам перешёл на шёпот, стараясь не упустить ни слова, ни вздоха лежащего перед ним мужчины.

— Помни, Галатея, я всегда буду с тобой. Я отдал тебе всего себя. Я тебя никогда не покину. — Пигмалион слабо, едва заметно улыбнулся.

— И что мне теперь делать? — С трудом сдерживая слёзы, спросил Винсент. Ему хотелось плакать, хотелось встряхнуть этого человека. Он искал его так долго. Неужели только для того, чтобы потерять?

— То же, что и всегда. Я понял одну простую вещь, Винсент. Мы все, все люди меняют этот мир. Постоянно, каждым действием и мыслью, даже своим настроением. Мы делаем выбор, программируем свой мир. — Пигмалион посмотрел прямо Винсенту в глаза. В нём всё ещё горел огонь, загасить который ничто было не в силах. — Хочешь, чтобы мир был лучше — сделай его таким. Каждым днём своей жизни, каждым выбором, который ты делаешь. Мир такой, каким ты хочешь его видеть. Так что просто живи, Винсент.

— Пигмалион. — Тихо прошептал Винсент, он и сам не помнил, как взял в руки невесомую ладонь Пигмалиона. Когда он коснулся его щеки, один из аппаратов, считывающих показатели жизнедеятельности, противно запищал, вытянув кардиограмму в прямую линию.

Сердце Пигмалиона остановилось. Он дождался своей Галатеи, того, кого создал, чтобы полюбить мир.

Эпилог

Делая выбор, мы меняем этот мир.

Мы создаём новый.

Начальника Гарда выписали из больницы месяц назад. Отдел суматошно поздравлял его с выздоровлением и пытался отвыкнуть от Александра Вона и его порядков. Кое-кто — даже не очень охотно, начальник Вон хорошо умел организовывать работу и часто помогал с «ловлей», а ещё ходил с коллегами в бар почти каждый вечер. Риэ сначала обрадовалась, а потом впала в тоску. Шеда Гард наконец-то обзавёлся девушкой, её звали Даниэлла Карс. Её уровень стабильности психики заметно улучшился после того, как она начала общаться с Шедой, так что их отношения уже не казались чем-то предосудительным. Всем, кроме, Риэ, разумеется. К Гарду в палату её не пускали, но Даниэлла смогла передать ему фрукты через Винсента Кейла, и вместе с ними записку, в которой написала о своих чувствах. Шеда решил рискнуть.

У Стива появился шанс, и он пригласил на свидание безутешную Риэ. Она согласилась, одарив его уничтожающим взглядом. Винсенту повезло, что она не знала, благодаря кому начальник Гард получил ту записку.

Пигмалион не появлялся в сети уже три месяца, но «рыб» меньше не стало, просто они изменились, сменили темы и тактики. Трэй не оставлял своих экспериментов, периодически меняя ники. Винсент всегда угадывал его и старался понять, в чём заключается его очередной опыт. Получалось всё лучше и лучше.

Феникса и остальных он больше не встречал, они не избегали его, просто не видели необходимости во встречах. У них хватало дел, надо было как-то жить дальше. Они провели слишком много времени, разыскивая его, и теперь им нужна был новая цель. Или просто занятие, которому они могли бы посвятить жизнь.

По ночам Винсент теперь часто сидел в Пандемониуме под ником Галатеи. Они все признали за ним это право, даже Крусифайд. Кстати, он начал встречаться с Руби — так ему сказал в привате Администратор. Сам он теперь водил на свидания Феникса. Они могли наконец-то позволить себе жить. Чувство вины и ответственность перед Пигмалионом тяготили их, хотя они вряд ли это осознавали. И уж точно никогда не признались бы.

Последний раз Винсент видел их всех на похоронах Пигмалиона. Туда же пришли Гарпия, Орфей, начальник Гард, и люди, которых он не знал. То ли первые Скрижали, то ли просто друзья. На могильной плите решили оставить надпись «Мечтатель, любивший этот мир, творец и друг» и его имя Пигмалион кодами компьютерных символов.

Мадлен он тоже больше не встречал — она переехала, он не знал, куда. А с Рейл виделся почти каждый день. Она бегала по утрам, а он шёл на работу. По одному и тому же маршруту каждый день.

Винсент до сих пор --">