Горошек с базиликом [Diurdana] (fb2) читать постранично, страница - 3

внутри. Словно знание, что все скоро кончится.

— Геля, я должен тебе рассказать… Когда-то давно, еще до твоего рождения, у меня была семья. Жена и трое сыновей — Эдуард, Герман и Всеволод. Старшему сейчас тридцать семь лет. Они твои родные братья, Ангелочек. Я никогда не рассказывал тебе о них — не считал нужным. А еще мне было стыдно, и я боялся, что ты осудишь меня за то, что я бросил свою семью, своих детей… родных детей… Оставил их из-за другой женщины… Да, Ангелочек, из-за твоей матери. Она тогда только окончила институт и устроилась ко мне… стажировалась на какую-то управляющую должность. Она была похожа на тебя — такая же белокурая и хрупкая, трогательно-невинная… так мне казалось тогда.

Как говорится — седина в бороду, бес в ребро. Этот ее ангельский вид совершенно меня очаровал. Я тогда не знал, что за душа прячется под маской невинности и простоты. И эта очаровательная улыбка, и румянец смущения, и хлопанье ресниц — все это было рассчитано на меня, старого дурака, и я попался на эти трюки как мальчишка. Мне друзья говорили, что я с ума сошел, что ей от меня нужны только деньги, но я не слушал. Ну, как могли врать эти чистые голубые глаза? Оказалось — могли…

Отец на минуту замолчал, вспоминая что-то или давая дочери переварить услышанное.

— Я бросил семью, — продолжил он наконец, — развелся с женой, оставил ей все: бизнес, недвижимость, деньги… Мне было стыдно, что я оставляю ее одну с тремя детьми на руках. Хотя старшему тогда вот-вот должно было исполниться восемнадцать. В общем, я откупился от них, да…

Мы переехали в другой город, мне все пришлось начинать сначала. Денег не хватало, времени тоже, и твоя мать видимо разочаровалась во мне. Она родила ребенка, тебя, Ангелочек. А потом, прихватив с собой всю наличность, сбежала в неизвестном направлении, оставив тебя, и больше я ее не видел никогда.

Это меня Бог наказал за то, что я оставил семью и если бы не ты, доченька… Моя единственная радость…

Из уголка глаза мужчины скатилась слеза, которую Геля вытерла своей ладонью.

— Папа…

— …Теперь я покидаю и тебя. На сей раз не по своей воле и оставляю тебя совсем одну, моя девочка. Поэтому я сделаю то, что единственное могу для тебя сейчас сделать. Все будет хорошо Ангелочек мой и прости меня…

Через несколько минут после этого разговора отец впал в забытье и, не приходя в сознание, перед рассветом умер.

На следующий день пришел адвокат, занимающийся отцовскими делами много лет, и сообщил девушке, что Виктор Эдуардович оставил ей в наследство некую солидную сумму денег, а так же свой бизнес, недвижимость и прочее имущество. С одним лишь только условием — всем этим она сможет распоряжаться после замужества, а до тех пор должна будет переехать жить к своим братьям.

Когда Геля непонимающе спросила, почему отец распорядился ее жизнью именно так, пожилой юрист объяснил, что Виктор Эдуардович больше всего на свете боялся, что после его смерти, имея на руках целое состояние, которым девушка просто не сумеет правильно распорядиться, она может стать жертвой или нечистого на руку охотника за приданным или еще кого похуже. А ее братья — солидные уважаемые люди. Они смогут защитить девушку и выбрать ей достойного спутника жизни.

— Ангелина Викторовна, — участливо похлопал по ее руке адвокат, — вы не переживайте. Ваш отец незадолго до смерти разговаривал с вашими братьями. Они отнеслись к его просьбе очень доброжелательно. Я бы даже сказал, с радостью. Ведь вы им родная младшая сестра, а они ничего не знали о вашем существовании. Телеграмму о смерти Виктора Эдуардовича я уже отправил, скорее всего, завтра вы уже сможете с ними познакомиться.

Однако на похороны не пришел ни один из братьев Ангелины. Все трое сослались на невозможную занятость, выразили соболезнования и пообещали встретить Гелю с самолета, как только она прилетит. В общем, повели себя как совершенно чужие люди.

Девушка поверила в эти притянутые за уши причины. А разве у нее был другой вариант? Как она могла анализировать поступки других людей, которых в глаза ни разу не видела? Но все же эта ситуация сидела в сердце маленькой занозой и точила-точила ее.

Как можно было не проводить в последний путь собственного отца? Как можно было потерять единственный шанс выразить ему свое прощение? Девушка никак не могла понять.

В доме было тихо. Любовь Михайловна после поминального обеда собрала свои вещи, расцеловала плачущую Ангелину и покинула стены дома, в котором отработала несколько лет, став для хозяев не просто прислугой, а практически членом семьи. Сегодня ночью девушка ночевала в большом доме совсем одна. Ей было немного жутко. Тишина давила на уши и в безмолвии темноты ей мерещились несуществующие шорохи и скрипы. И в тот момент Геля, наконец, позволила себе в полной мере осмыслить и принять то, что на самом деле ее мать не умерла… Что она, оказывается, бросила ее… сбежала…

Не то чтобы Ангелина недополучила в детстве материнской любви --">