Оазис (СИ) [Иван Алексин] (fb2) читать постранично, страница - 3


 [Настройки текста]  [Cбросить фильтры]

наткнулся на единственную инопланетную цивилизацию. Вот только ни к чему хорошему эта находка не привела! На контакт аборигены не идут; только прячутся и нападают при первой возможности. Вот и Костя оттуда еле ноги унёс, напарника при этом потеряв. С тех пор и дует бывший косморазведчик на воду, на молоке ошпарившись.



     Рядом плюхнулся на траву Николай. Его работа предстояла впереди, и сейчас он мог позволить себе немного расслабиться.



     - Значит, здесь первое поселение будет, Геннадий Николаевич? - спросил Костя, начав снимать скафандр. Заставить себя обращаться к Орловскому по имени, как остальные члены экспедиции, он так и не смог.



     - Да хотя бы и здесь, - беззаботно отмахнулся планетолог, вскрывая консервы с чем-то мясным. - Чем плохое место? Река рядом, до гор недалеко, энергоресурсов вокруг, судя по предыдущим данным, хватает. Вон Изуми своих роботов настроит; выкосим от деревьев небольшую площадочку в несколько десятков километров, а там и первый грузовой лайнер с техникой прилетит. Красота!



     - А вода здесь чистейшая! На Земле такой уже нет! - вернувшийся с реки док, сиял как медный чайник. - Тут можно такие санатории отгрохать! Нет, повезло нам с планетой!!



     - Это точно, - согласился Николай, облизывая ложку и забрасывая банку в ближайшие кусты. - Ну что док, ловушки ставить будем?







     Наступало утро. Чёрные краски ночи, размываясь, постепенно уступали место зыбкому полумраку, влажным покрывалом окутавшему лес. Солнце ещё не было видно, но Шёпот знал, что оно уже где-то там за горизонтом робко раздувает огонёк наступающего дня. Ночь прошла в непрерывном беге. Тень Цветка целеустремлённо неслась к заинтересовавшему её месту, останавливаясь лишь, чтобы в очередной раз прислушаться и определиться с направлением, и Шёпоту ни оставалось ничего другого как следовать за ней. Впрочем, сигналы странной мыслеречи, давно уже превратившейся из ручейка в полноводную реку, заинтересовали и его. Слишком непонятна и одновременно многогранна она была.



     Лес огромен и разнообразен. И всё живое в нем несёт какую-то информацию. Даже крохотный мотылёк, порхающий на краю огромной поляны, испускает слабенький импульс. Надо просто уметь его услышать! И чем крупнее животное, тем больше информации оно посылает. Но даже мыслеречь огромного карога всё же довольно монотонна и подчинена одному, максимум двум желаниям. И только внутренний мир велифов по настоящему разнообразен. Кто ещё может радоваться шелесту листьев, любоваться звездным небом, грустить, печалится, мечтать? Это дано только лесному народу!



     Так вот. Эти сигналы не походили на мыслеречь животных. Они вообще не походили ни на что ранее воспринимаемое Шёпотом.



     - Мы уже близко, - обернулась на приотставшего друга Тень Цветка. - Солнце едва окропит своими лучами верхушки деревьев, как мы уже будем там!



     Молодой велиф в очередной раз залюбовался изящным бегом своей возлюбленной, белоснежной молнией мелькающей среди деревьев. Он в несколько скачков догнал её и дружелюбно толкнул в бок.



     - Там действительно что-то очень странное, - поделился он своими сомнениями. - Судя по мыслеречи, похожи на разумных, но нас не слышат, словно и не живые совсем!



     - А разве так бывает? – удивилась его подруга. – Мыслеречь - часть самой жизни. Разве может одно существовать без другого?



     - Скоро мы это узнаем, - с сомнением произнёс Шёпот, шумно вдыхая влажный, слегка отдающий тиной, воздух.



     Великая река близко!







     Костя открыл глаза. Несколько бесконечных мгновений он напряжённо вслушивался в сонное дыхание своих товарищей, пытаясь понять, что же послужило причиной его внезапного пробуждения. В жилом боксе, приютившим экипаж в их первую ночь на планете, царил полумрак, который лишь слегка разбавлялся тусклой подсветкой дежурного освещения и мерцанием экранов наружного обзора заменявших в боксе окна. Пилот лениво повернулся к экранам лицом, и кровать послушно изменила форму, подстраиваясь под новую траекторию тела.



     Снаружи было ранее утро. Местное солнце, оранжевым клубком едва выглянув из-за крон деревьев, окрасило небо вокруг ярко-багровыми полосами. Лес, тёмно-серой стеной плотно обступивший небольшой лагерь землян, угрожающе покачивал толстыми ветвями и не казался уже таким красивым как накануне. Сама поляна была плохо видна из-за плотного клубящегося тумана бледно-белым покрывалом, ползущим от реки. Сквозь эту пелену с трудом проступал силуэт космокатера, очертания остальных боксов и, чуть в стороне