КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 457137 томов
Объем библиотеки - 657 Гб.
Всего авторов - 214449
Пользователей - 100400

Впечатления

DXBCKT про Сиголаев: Дважды в одну реку (Альтернативная история)

Купив часть вторую, и перечтя (специально) заново часть первую — я то, твердо был уверен, что «юношеский максимализм» автора во второй части плавно сойдет на нет... И что же?)) Оказывается ничего подобного!))

Вся вторая часть по прежнему продолжает «первоначальный стиль» описания «неепических похождений юного искателя и героя» в теле семилетнего (!!!) пацана. И мало того, что уже «вторую книгу» он никак не может попасть в школу (куда по идее просто обязан «загреметь» как все его сверстники), но и вообще (такое впечатление) что кроме развед.деятельности по отлову шпионов, ГГ (в новой жизни) ВООБЩЕ НИЧЕМ НЕ ЗАНИМАЕТСЯ.

Нет... он конечно играет свою роль «сопливого шкета», но только в рамках «поставленной пьесы», никакого же «детства» тут нет и отродясь не было... Просто «врослый дядька» носится в теле пацана и вот и все))

Нет... автор конечно предпринял не одну попытку все это замотивировать (мол тут и подростковые гормоны, заставляющие его «очертя голову» кидаться без подстраховки, раз за разом в очередную … ), это и «некий интерес» со стороны сотрудников КГБ которые «вовремя просекли фишку», но никак (отчего-то) не поинтересуются «хронологией завтрашнего дня». Да и чем он (им мол) может помочь «в деле сохранения самого лучшего государства в мире»? Выходит что абсолютно ничем)) Но вот зато носиться «туда-обратно» и влипать во всякие приключения — это всегда пожалуйста))

В общем — все было бы в принципе замечательно, если бы не было так печально... Плюс — в этой части ГГ «подселяет» к нашему ГГ «сверстника», отчего почти мгновенно происходят разборки в стиле фильма «Обратная сторона Луны» (с Павлом Деревянко)) Да! И это не тем Деревянко, который книги пишет с столь своеобразной манере))

Так что, часть вторая является фактически клоном, части первой, только с небольшим отличием в роли главного злодея. В остальном же все те же шпионско-закрученные (и не всегда понятные) страсти, «медленное прощупывание сторон» (в лице сотрудников команды «гэбни» и ГГ) и подростковость, которая так и прет со всех сторон...

Субъективный вердикт — я не купил часть первую, это хорошо)) Я купил часть вторую — ну и ладно)) Часть же третью покупать (да и просто читать) желания пока нету... вот уж sorry))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Деревянко: Подставленный (Детектив)

Каждый раз читая очередной рассказ из данного сборника автора — удивляюсь, как ему удалось писать в чисто «криминальной» серии почти сказочные «демотиваторы» после прочтения которых наверняка у многих «мозги должны встать на место».

При том, что сами рассказы (несмотря вроде бы на солидный объем) читаются за 10-15 минут, автор как-то умудряется донести до читателя суть очередной «криминальной басни» и последствия того или иного решения (ГГ и прочих соперсонажей).

И конечно — «за давностью лет», кому-то все это может показаться лишь очередными скучными «байками», однако на мой (субъективный) взгляд эта тема никогда не устареет, т.к автор писал вовсе не о «беспределе 90-х», а о сути человеческих характеров... А здесь мало что меняется, даже и за 100-200 лет.

В центре данного рассказа ГГ, служащий «верой и правдой» охранником (некому коммерсанту) значимость которого он для себя определил слишком уж высоко. И пока все шло хорошо, ГГ не особо волновала ни тема морали, ни тема справедливости, пока... (как всегда) он сам не оказался в роли «мишени».

И вот — только тогда до нашего ГГ стало доходить, какой же сволочью был его шеф, и какой (немного меньшей) сволочью был он сам. Только после серии проблем (проехавшихся по нему в буквальном смысле слова), он решает исправить хоть что-то в этом мире (к лучшему) и заодно оправдать себя в лице «другой стороны».

В общем, как говорится у несчастья всегда есть обратная сторона, а благодаря тому что он еще не пропил себя окончательно и у него еще остался верный друг — ГГ оборачивает всю негативную ситуацию, одним махом и … «выходит из игры».

Все это написано как всегда у Деревянко, очень колоритно и доходчиво. И ведь все равно не скажешь, что это «обычная пацанская история» про «авторитетов» (которые в то время вагонами штамповали издательства))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Любослав про Злотников: И снова здравствуйте! (Альтернативная история)

Злотников, есть Злотников! Плохого и плохо не напишет! Читайте!!!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
медвежонок про Шмаев: Лучник (Боевая фантастика)

Фанфик по миру Улья. Подробное описание вымышленного оружия. Абсолютный картон.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
poplavoc про Люро: Не повезло (Самиздат, сетевая литература)

Сочинение на тему вампиры. Короткое.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
vovih1 про Омер: Глазами жертвы (Полицейский детектив)

Спасибо!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
ANSI про Кунц: Сумеречный Взгляд (Ужасы)

Хорошая книга. Типично американская (в стиле Стивена Кинга и т.п., хотя и автор более маститый) - он, она и мутанты. Действие локально, в Омериге.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Хильдегарда. Ведунья севера (fb2)

Глава 1

Дитя другого мира,
Для этого ты – Диво.
Призвана Богами,
Умытая слезами.
Испытанная болью,
Отмеченная кровью.

Подойдя к окну, выглянула во двор, придерживая рукой тяжелую штору. Сквозь кусочки слюды было плохо видно, но я всё-таки смогла рассмотреть, что захватчики вместе с побежденными, теми, кто совсем недавно изображал активное сопротивление, неплохо проводят время. Воины, еще вчера «самоотверженно» защищавшие стены замка, смеются вместе с захватчиками, совершенно не испытывая при этом никакого дискомфорта. Да и местные слуги не выглядят так, словно битва проиграна и они теперь во власти врага.

Опустив штору, отошла в темноту комнаты.

Мне нужно было подумать.

Тяжелое платье мешало двигаться, но холод в комнате наводил на мысль, что снимать с себя пусть и неудобную, но теплую одежду все-таки не стоит. Горячие булыжники, разложенные в переносной железной печке, совсем не помогали. Проверив камни, которые слуги принесли час назад, зябко потерла руки и глянула на кровать. Шкуры на ней меня слегка смущали, но я понимала, что вскоре здесь станет совсем холодно.

Подойдя ближе, приподняла одну шкуру и понюхала. Скривилась. Запах был слабым, но – проклятье! – они все равно воняли псиной.

Потоптавшись немного, с отвращением откинула шкуры. Ложиться я не стала, просто села на кровать, укутав ноги одеялом и подложив под спину пару подушек.

Оглядев небольшую полутемную комнату, спрятала руки в рукава и задумалась, вспоминая все, что произошло за последнее время.

Не стану много рассказывать о том, как я умерла. Да, вы не ослышались, я на самом деле умерла. Правда, была к этому готова, так как болела долго и, поверьте мне, очень мучительно. Я всегда отличалась упрямством и, когда узнала свой смертельный диагноз, долгие годы после этого боролась за свою жизнь изо всех сил. Но некоторые вещи мы, к моему глубокому сожалению, не можем изменить даже с помощью упрямства и силы воли.

Не знаю, за что мне дарован еще один шанс. Может быть, за то, что так и не сдалась до последнего? Ведь в самом конце я почти корчилась от боли, но даже тогда не желала умереть, чтобы облегчить свои страдания. И нет, не потому, что боялась смерти, просто мне казалось, что жизнь – это великий дар и его нужно ценить и бороться за него до последнего. И я боролась. Но проиграла.

Помню лишь, как сильно расстроилась, подумав, что приложила недостаточно сил, поэтому не справилась. Впрочем, кроме этого я ощутила громадное облегчение и счастье. Как бы я ни старалась быть сильной, смелой и упорной, но боль вымотала меня настолько, что в глубине души я была рада, что все, наконец, закончилось.

Однако бессознательное блаженное состояние длилось недолго. Или же мне так показалось. Не знаю.

Очнулась я резко и тут же застонала от боли в голове. Это была другая боль, незнакомая мне. Чужая.

«Неужели это еще не все?» – подумала я, чувствуя смесь отчаяния и радости.

Как оказалось, это действительно было «еще не все».

Кое-как открыв глаза, я поначалу толком не поняла, что происходит и почему в больнице люди сражаются на мечах. Кругом стоял шум, крики. Пахло не цветами и даже не лекарствами.

Конечно, я решила, что у меня просто галлюцинации. Вот только в эту картину не вписывалась пульсирующая боль в затылке. Почему-то я была уверена, что голова болеть у меня не должна.

Хоть происходящее и выглядело бредом или сном, навеянным либо прочтенной книгой о старых временах, либо просмотром исторического фильма, но кидаться под мечи я не собиралась. Медленно добравшись до одного из углов, забилась в него, внимательно наблюдая за битвой.

Воины, облаченные в старинные одежды, действительно дрались мечами, стараясь задеть противника. И несколько поверженных уже лежали на каменном полу, присыпанном соломой, и очень убедительно постанывали. Тогда мне все показалось очень реальным, лишь позже я поняла, что все было только инсценировкой.

Нахмурившись, потрогала затылок и ощутила пальцами влагу. Зашипев от резкой боли, убрала руку и посмотрела на нее. Пальцы были окрашены красным. Значит, меня кто-то ударил по голове. Вот только…

Естественно, я не стала бросаться под ноги воинам, моля их остановить безумие и перестать резать друг друга. Я не понимала, что происходит, поэтому не торопилась давать о себе знать.

Спустя какое-то время ситуация изменилась. Появились победители и проигравшие. Честно говоря, в тот момент я толком не поняла, как они так распределились. Впрочем, понять, кто из них кто, не составляло труда, ведь победители радостно гоготали, время от времени потрясая мечами, и выглядели такими довольными, словно выиграли миллион.

Конечно, у меня не было ни шанса отсидеться в своем углу. Было страшновато, мало ли что эти люди могут сделать с женщиной, но я, как обычно, решила принять судьбу такой, какая она есть, и постараться выбраться из этой ямы с наименьшими потерями для себя.

Меня не стали ни убивать, ни насиловать. Надо мной даже не издевались. Лишь закрыли в этой комнате со словами, что на данный момент некоему ярлу* немного не до меня.

Значит, решение о моей судьбе откладывается. Не скажу, что сильно возражала – мне необходимо было хотя бы немного времени, чтобы во всем разобраться.

Вскоре я поняла, что нахожусь не в своем мире и даже не в своем теле. Всё-таки стройное здоровое тело несколько отличалось от моего прежнего, болезненно-тощего. Для того чтобы это понять, хватило одного взгляда на руки. К тому же у меня раньше были короткие черные волосы, а это тело обладало шикарной светло-русой шевелюрой до поясницы. Да что говорить? Думаю, любой человек сразу отличит собственное тело от чужого.

Мне повезло, так как я понимала язык местных. Он напоминал мне немецкий, к которому я в прошлом не испытывала теплых чувств. Мне никогда не нравилось его звучание. К тому же в детстве я смотрела много советских фильмов про войну, и мой юный мозг отлично запомнил, что говорящие на этом языке раньше были врагами. Потом эту нелюбовь подогрели в школе, заставив его изучать, хотя мне так хотелось учить английский. Американские фильмы тогда прочно вошли в нашу жизнь, завлекая красотами далекой и необычной страны.

Впрочем, сейчас это уже не так уж и важно. Все осталось в прошлом.

Если судить по окружению, я попала не в самое цивилизованное общество. Каменный замок, печь с огненными камнями, шкуры, пошитая явно вручную одежда, солома на полу, слюда в окне вместо стекла, ставни, обитые мехом, чтобы сохранить тепло. Судя по всему, это была какая-то северная страна.

Я не знала своего статуса, но комната, в которой меня держали, явно раньше принадлежала девушке, чье тело я теперь занимала. Все в этой комнате наводило на мысль о неких привилегиях. Да и обращались со мной почтительно.

Служанкой прошлая владелица этого тела точно не была. Тогда кем?

В этот момент дверь резко распахнулась, и в комнату вошел поистине огромный мужчина. Испуганно вздрогнув от неожиданности, я опустила ноги на пол и встала. Все внутри замерло в ожидании. Сейчас я узнаю.

– Здравствуй, Хильдегарда, прекрасная ярлина*, – прогудел он, остановившись в нескольких шагах от меня. Голос у мужчины был густым и низким.

Конечно, я быстро его оглядела. Высокий, под два метра ростом, широкоплечий, мощный, с руками-кувалдами. Именно такими в сказках описывали богатырей. Волосы немного встрепанные, светлые, довольно длинные. Ясные голубые глаза смотрели выжидающе и заинтересованно, а на щеках играл здоровый румянец. Никогда не любила лишнюю растительность на лице, но этому мужчине шла его борода и небольшие аккуратные усы. Почему-то возникала параллель с древними скандинавами. Может быть, из-за того, что приведший меня сюда человек упомянул некоего ярла?

Не зная, как обратиться к этому мужчине, я решила действовать по наитию.

– Милорд, – выдохнула я и, подхватив юбку, присела в реверансе. Понятия не имею, какие тут порядки (кроме языка, от прошлой обитательницы тела мне не досталось никаких знаний), но думаю, подобное уважение будет уместно.

Судя по расширившимся глазам, я сделала что-то необычное, ну да ладно.

– Значит, слухи правдивы, – прогудел мужчина, начиная обходить меня по кругу и рассматривать как какую-то диковинку. – Ты и в самом деле получила образование в далекой западной стране. И каково там?

– Намного меньше снега, милорд, – отозвалась, молясь всем богам, чтобы это было именно так.

Мужчина рассмеялся, хотя я не поняла, что в моих словах его насмешило.

– Смелая, красивая, – сказал он, встав прямо передо мной. Чтобы смотреть ему в глаза, мне пришлось поднять голову. Наверное, я снова что-то нарушила, так как мужчина удивленно вскинул брови, но потом удовлетворенно хмыкнул. – Настоящая драгоценность севера. Ты ведь знаешь, что тебя ждет?

– Не имею ни малейшего представления, – отозвалась тут же, пытаясь держаться ровно. Он… подавлял. Хотелось отшатнуться, отвернуться, отвести взгляд, но я упрямо стояла, расправив плечи, и смотрела ему в глаза, стараясь не пропустить ни одной эмоции.

– Ярлина не может править землями и людьми. И ты это знаешь, Хильдегарда. Твой отец был глупцом, не оставив после себя наследника мужского пола. Недавно я получил весть, что твой отец погиб в далеких землях. Именно поэтому я решил, что мне стоит присоединить Асгрим к моим владениям. Если бы у тебя был брат, я бы даже не подумал нападать на вас. Теперь этот замок и земли принадлежат мне. А у тебя есть выбор.

– Какой, милорд? – спросила. Я и раньше понимала, что ситуация не так проста, а сейчас только уверилась в этом.

– Ты можешь умереть, – ответил он, а потом поднял руку и прикоснулся грубыми твердыми пальцами к моему подбородку. – А можешь стать моей женой. Я не отпущу тебя, Хильдегарда, моя драгоценная ярлина, ведь твой будущий сын, будь он даже безродным ублюдком, сможет претендовать на Асгрим, а мне бы этого не хотелось.

– Я могу подумать, милорд?

Кажется, своим вопросом я снова его удивила. Он отпустил мое лицо и сделал шаг назад. Усмехнувшись, мужчина кивнул.

– Конечно можешь. Завтра ближе к вечеру я приду за ответом. Надеюсь, ты примешь правильное решение, Хильдегарда. Мне бы не хотелось своими руками уничтожать одно из сокровищ севера.

Сказав это, он развернулся и вышел из комнаты.

– Принесите в комнату ярлине еще камней! – послышался из коридора его гулкий голос.

Выдохнув, опустилась обессиленно на кровать. Сколько бы я сама ни считала себя храброй, но я отлично знаю, что такое страх и напряжение.

Что ж, время подумать у меня есть, хотя я уже и так знала свой ответ. И нет, не потому, что мужчина мне понравился. Просто…

Просто снова умирать мне совершенно не хотелось.

Не успела я расслабиться, как дверь тихо приоткрылась и в комнату проскользнула невысокая фигура.

– Как вы, госпожа? – спросила женщина, принимаясь хлопотать вокруг печки. – Зря вы из комнаты вышли. Ой, зря. Голова ваша как? Сильно ударили? Видели бы вы, как ярл рассвирепел, когда узнал, что кто-то поднял на вас руку.

Пока она болтала, я потрогала тряпку на голове, которую мне намотали сразу после окончания битвы. И даже не подумали промыть рану или что-нибудь приложить. Впрочем, я была так взволнована происходящим, что и сама толком не обратила на это внимания. Да и голова уже совсем не болит. Хотя это и странно.

Закончив с печкой, женщина повернулась ко мне лицом, и я смогла лучше ее рассмотреть. Лет тридцать пять, может немного меньше. Низкого роста, не тонкокостная, а крепкая, плотно сбитая. Волосы темные, собраны в две косы. Черты лица запоминающиеся.

– Что с вами, госпожа? – спросила она встревоженно.

Я задумалась. Мне просто необходим был источник информации. Судя по ее манере разговора, они с прежней владелицей этого тела были либо подругами, либо кем-то вроде того. Хотя я могу и ошибаться, и это просто служанка, любящая поболтать.

Мне бы не хотелось, чтобы о моем состоянии знали лишние люди. Рискнуть?

– Как тебя зовут? – спросила, встав так, чтобы отрезать ее от двери. Мало ли, вдруг решит сбежать, а мне хотелось бы для начала поговорить.

Глаза женщины распахнулись в удивлении. Она даже отшатнулась немного, словно в испуге.

– Да… как же это? – ошеломленно прошептала она. – Святая Асэ, что же это делается? – сказала она чуть громче.

– Не кричи только, – одернула я ее, так как мне показалось, еще немного – и она заголосит сиреной. – Иди сюда, – я протянула ей руку, за которую она, несмотря на явный шок, вцепилась, как утопающий за соломинку. – Ну так как?

– Что? – переспросила она заторможенно.

Вздохнула, присаживаясь на кровать и утягивая за собой женщину. Она, будто послушная чужой воле кукла, села, неотрывно смотря на меня.

– Имя твое как? – переспросила терпеливо, понимая, что для подобного поведения у нее явно есть причины.

Вместо ответа женщина всхлипнула, согнувшись, уткнулась носом в колени и горестно заплакала.

Я, честно говоря, растерялась. Не зная, что делать и говорить, принялась осторожно поглаживать служанку по сгорбленной спине. Я собиралась сделать вид, что потеряла память, но, может быть, у них тут подобное считается чем-то вроде смерти? Вскоре я узнала, что мои предположения верны.

– Не помните? – вытерев покрасневший нос неизвестно откуда взявшейся тряпкой, спросила женщина. – Ничего не помните?

– Ничего, – подтвердила я, не став уточнять, что помню-то я все, только совсем не о жизни Хильдегарды.

Женщина снова заплакала. Я не стала ей мешать. Встала и отошла к окну. Через плохо обработанную слюду почти ничего не было видно, но я все-таки рассмотрела в опускающихся сумерках горы. Пейзаж за окном не блистал разнообразием цветов. Белый снег, серые горы, темное, нависшее над беззащитным миром небо, похожее на длань карающего бога. Ночью пойдет снег, поняла я неожиданно для себя, словно ощутила дыхание холода и услышала завывание ветра, заблудившегося между остроконечных тысячелетних скал.

– Хельга, – услышала я и разорвала странную нить, связывающую меня с внешним миром. В груди потянуло от чувства потери. Что это только что было? Непонятно, но разберусь чуть позже.

– И ты?..

– Я ваша личная служанка, госпожа. Мы с вами вместе с самого вашего рождения. Я помню вас крохой, вот такой, – Хельга развела руки в стороны, показывая размеры этого тела при рождении. – Мне десять зим всего было, когда ваш отец пришел к моей матери и сказал, что жена его ночью разродилась и вам требуется подружка. Я была так счастлива, так счастлива.

– Десять, – повторила я задумчиво. – А сейчас тебе сколько?

– Двадцать шесть.

– Хм, – я оглядела ее внимательнее. Выглядела однозначно старше. – Расскажи мне, почему ты плакала только что?

– Так ясно ведь, – глубоко вздохнув, Хельга всхлипнула в последний раз и принялась за рассказ: – Когда боги гневаются, то забирают память, повелевая человеку начать жизнь заново.

– И что тут плохого? Человек ведь не умирает, просто теряет память.

– Что вы? – ужаснулась Хельга. – Потерять память – то же самое, что умереть, ведь теперь вы будете другой, совсем другой. От вас прежней осталось только ваше тело, да и то…

– Что?

– Ваш взгляд, госпожа, – Хельга испуганно тряхнула головой. – И как я сразу не заметила? Ваш взгляд совсем другой. Видите, вы уже другая. Моя госпожа умерла, – из глаз девушки снова полились слезы.

Я не стала ее успокаивать, так как она в чем-то была права. Прежней души в этом теле однозначно нет. Не знаю, по какой причине не слишком сильного удара по голове хватило, чтобы убить эту девушку, но это так. Она на самом деле умерла.

Когда Хельга немного успокоилась, то посмотрела на меня настороженно, явно не зная, как себя со мной вести.

– Скажи, а по какой причине боги могут отнять память?

Когда-то давно я не слишком верила в разные всесильные сущности, потом, когда болела, молилась, конечно, так как вера немного помогала справиться с отчаянием, охватывающим меня время от времени. А сейчас я была уверена, что некто всемогущий существует. Не просто же так я попала сюда. Боюсь, простым людям сотворить такое не под силу.

– Грех, очень тяжелый грех.

– Вот как, – я не слишком была удивлена.

Выходит, по логике местных жителей, если исполнилось некое наказание, то назначено оно не просто так, а за какой-то грех. Хотя, как по мне, все могло быть чистой случайностью. Девушка просто оказалась не в том месте не в то время. Один удар по голове, ставший роковым, унес ее жизнь. Не совсем понятно только, почему в освободившееся тело перекинули мою душу.

– К сожалению, я не помню, по какой причине меня настигла божья кара, но мне бы хотелось, чтобы произошедшее осталось между нами. Ты меня понимаешь?

– Да, – Хельга кивнула. – Понимаю, госпожа. Я буду молчать, но разве остальные не поймут, что вы изменились?

– Люди иногда меняются, когда происходят тяжелые события. Тот, кому теперь принадлежит Асгрим, сказал, что мой отец погиб.

– Ох, да, я так сожалею, госпожа, – начала причитать Хельга, но я сразу ее остановила.

– К тому же мне теперь предстоит выйти замуж за незнакомого мужчину. Плюс потеря Асгрима. Думаю, всего этого достаточно, чтобы любая на моем месте изменилась. А если ты еще и немного поговоришь с другими слугами о том, как мне плохо, как много свалилось на меня, какая непомерная тяжесть легла на мои хрупкие плечи, что не всякий человек способен пережить без последствий все это, то я буду тебе очень благодарна, Хельга.

– Как… – Хельга смотрела на меня, и я никак не могла понять, чего в ее взгляде больше: ужаса или уважения. – Вы здорово все придумали, госпожа. Вы правы, такое не всякому мужчине по силам, что уж говорить о нашей хрупкой, робкой и милой госпоже.

– Робкой? – не знаю почему, но я рассмеялась. Уж кем-кем, а робкой я никогда не была. – Ладно, – отсмеявшись, я повеселевшим взглядом посмотрела на Хельгу. – А теперь расскажи мне, что за постановка была здесь вместо боя?

Хельга ощутимо вздрогнула и явно занервничала.

– Ну же, все уже случилось, так что ни к чему скрывать, – поторопила я ее, подталкивая к тому, чтобы облегчить груз совести.

– Это все Ливольф, – вздохнула она. – Когда пришла весть о гибели вашего отца, он быстро сообразил, чем это грозит Асгриму. Если бы соседи узнали, то ваши земли и замок разорвали бы на части, а вас взял бы в мужья первый добравшийся. В таких случаях не нужны никакие церемонии. По праву победителя. Вас бы просто…

– Я поняла, Хельга, можешь не вдаваться в такие подробности, – перебила я, заметив, как ей сложно говорить об этом.

– Мы боялись этого, поэтому Ливольф отправил гонца в Одельгар. Ливольф когда-то давно воевал плечом к плечу с ярлом Тором и…

– Тором?

– Тот мужчина, что не так давно заходил в ваши покои, госпожа, – пояснила Хельга, явно успокоившись.

– Ясно. Продолжай.

– Ливольф клялся нам, что достойнее ярла не сыскать во всей северной вольнице. Что он будет заботливым честным мужем и никогда не сделает вам больно. Мы поверили ему. Простите, госпожа, что не сказали вам. Просто земли Глауда находятся к нам ближе всего, а тамошний ярл такой препротивный и премерзкий человек. Мы не хотели, чтобы вы достались такому недостойному мужчине. К тому же мы слышали, что Глауд продает людей пиратам.

– Пиратам? – удивленно переспросила, пытаясь понять, в какой мир я попала. Пока было не очень понятно, но кое-что уже вырисовывалось.

– Да. Они сами себя так называют. А еще вольными морскими волками, королями моря, владыками морских пучин, – Хельга скривилась, нервно сжимая тряпку, которой не так давно вытирала слезы. По ее лицу было видно, что она думает о самомнении людей с моря. – Побережье находится в трех неделях пути отсюда по горной дороге. Северное море редко замерзает, только в самые суровые зимы. Иногда там видят корабли. Раньше на побережье жили люди, но эти разбойники все пожгли, а людей увезли. Больше их никто не видел. И ходят слухи, что Глауд продает морским волкам тех, кого захватывает в походах.

– Вот как, – я задумчиво оглядела комнату.

Понятно, что все в этом замке действовали себе во благо, но я не могла их за это винить. Мало кого обрадует участь раба, причем вряд ли кто-то точно знает, что случается с теми людьми, кого увозят за море.

– Вы не сердитесь? – с тревогой спросила Хельга. – Это мы виноваты, – ее глаза снова наполнились слезами. – Если бы не это инсценированное с нашей подачи нападение, вас бы не ударили по голове и вы бы не потеряли память.

– Перестань, – сказала сердито, так как ее слезы мне уже надоели. – Что сделано, то сделано. Расскажи мне лучше все про ярла Тора. Что он за человек? Далеко ли его земли? Велики ли они? А еще расскажи мне, что такое северная вольница.

Устроившись поудобнее, я настроилась слушать. Признаться честно, я испытывала предвкушение и интерес. Первый испуг прошел, и я поняла, как мне на самом деле повезло. Когда узнаю, кому обязана этим, обязательно отблагодарю.

***

Поднявшись, я махнула рукой, прерывая Хельгу. За окном уже опустилась ночь, а камни в печи давно остыли, отчего комната начала медленно выстужаться. Огонь свечей дрожал, заставляя тени на стенах отплясывать слегка пугающие танцы.

«Из окна дует», – отметила я, бросив последний взгляд в темноту и задернув тяжелую штору.

– Думаю, на сегодня мы закончим, – сказала, повернувшись к Хельге. – Принеси немного теплой воды.

Служанка стрельнула в меня вопросительным взглядом, но, не дождавшись пояснений, опустила голову и выскользнула из комнаты.

Никто так и не вспомнил о ране у меня на голове, которую до сих пор толком не обработали. И пусть я не ощущала боли, но засохшая кровь неприятно стягивала волосы.

Присев на банкетку, стоящую около кровати, я зябко поежилась, сокрушаясь, что здесь не придумано что-нибудь более эффективное для отопления комнат.

Я не представляла себе, как можно обогреть весь замок. На эту груду камней никаких дров не напасешься. И как же в Европе в старину их отапливали, любопытно? Жаль, что я никогда этим не интересовалась. Вроде бы с помощью каминов, только вот как они функционировали? Дым должен был куда-то уходить. Значит, внутри стен замков расположены дымоходы. Или нет? Да, очень жаль, что я раньше не проявляла интереса к этому вопросу.

А еще мне не нравились здешние окна. Мало того, что через кусочки слюды ничего не видно, так из них еще и дует.

Огляделась, наблюдая за пляшущими тенями.

«Все равно откуда-то дует», – подумала хмуро, разглядывая завешенные серыми некрасивыми гобеленами стены.

У меня было полное ощущение, что я нахожусь в тесной темной пещере с низкими потолками и холодными каменными полами. Впрочем, полы были покрыты все теми же воняющими псиной шкурами. Не выношу этот запах. И нет, не потому, что не люблю собак. Просто когда так пахнет собака – это нормально. Но эти мертвые шкуры – другое дело.

Повертев чуть затекшей шеей, сняла с головы тряпку и сложила руки на коленях, вспоминая все, что рассказала Хельга.

Из ее рассказа у меня сложилось ощущение, будто я провалилась в далекое прошлое Земли.

Юг и север континента здесь разделены цепочкой гор. На юге живут вполне мирные народы, которые, может быть, порой и выясняют отношения между собой, но горцам лишний раз предпочитают дорогу не переходить. Вольница успешно торгует с ними, предоставляя драгоценные камни и металлы в обмен на овощи, фрукты и некоторые жизненно необходимые вещи.

А вот северные соседи не столь дружелюбны. Когда землю укрывают снега, кочевые племена северян куда-то уходят. Куда – никто точно не знает, но все считают, что у них есть зимние стоянки – безопасные и теплые. Некоторые даже думают, что у северян имеется короткий путь на юг, проходящий под горами. Но информация эта больше похожа на слухи.

Зато стоит только снегу сойти, как северные кочевники тут как тут. Воинственные, всегда готовые вступить в драку, они охотно поднимаются в горы и нападают на крепости. Больше всего их интересуют женщины и дети, а также драгоценные камни и металлы. Мужчин они убивают сразу, как видят.

Так что большинство воинов с приходом весны спускаются с гор, стараясь не дать северным соседям приблизиться к своим крепостям, где скрываются женщины. Казалось бы, можно покинуть горы и спуститься в долины на юге, однако северным захватчикам вполне по силам пересечь хребет и напасть на южные районы. А если они займут позиции в горах, их будет невозможно изгнать оттуда. Укрепившись в скалах, северяне станут терроризировать всю округу, при малейшей опасности отступая в свои новые укрытия.

Чтобы этого не произошло, возникла северная вольница – цепь крепостей, которые, с одной стороны, объединяются в одну горную страну, а с другой – представляют собой сеть независящих друг от друга замков с небольшими наделами земли. И у каждого замка есть свой хозяин, который отвечает только за себя и за людей, живущих на его земле.

Но правитель тут все-таки есть. Называют его Верховным ярлом, и должность эта, как ни странно, выборная, сроком на десять лет. Когда срок правления подходит к концу, все ярлы – хозяева замков – собираются вместе и выбирают нового Верховного ярла.

Выбирается правитель исключительно на случай большой беды. Обычно походы каждый ярл затевает самостоятельно, лишь иногда объединяясь с союзниками, но в случае острой необходимости Верховный ярл возглавляет общие силы вольницы. Например, если северные племена сплотятся и вознамерятся напасть, тогда он станет главнокомандующим, который поведет всех воинов вольницы в бой.

Кроме этого, вольница живет по своим неписаным, но строгим правилам. Северные люди очень суровы, и здесь редко кто осмеливается преступить негласный закон. Если нарушителем оказывается простой человек, то судьбу его решает ярл. Если же закон нарушает сам ярл, тогда его ведут к Верховному ярлу, и уже тот определяет наказание преступнику.

Почему-то вспомнила Тора. Надо же, имя прямо божественное. Неожиданно даже для себя тихо рассмеялась, вспомнив некоторые фильмы. А что? Похож, ничего не скажешь.

От воспоминаний о мощном, сильном теле мурашки по коже побежали. Или это из-за прохлады? Раздраженно взглянула в сторону окна. Проклятые сквозняки.

А этот его голос, взгляд? Страшновато, конечно, все-таки поведение северного варвара с женщинами наедине сложно предугадать. Может, волосы на кулак – и лицом в подушку, но отчего-то хотелось верить, что эта грубость будет от страсти, а не потому, что он не считается с мнением женщины.

Замуж за него я, конечно, выйду. Умирать я совсем не хочу. Бежать? Куда и зачем? Что меня ждет за этими стенами? Это в сказках обычно красавиц в последний момент спасает прекрасный принц, который убивает врагов и женится на очаровательной принцессе. Здесь же, я больше чем уверена, меня ничего хорошего не ждет. Хорошо, если в живых останусь, а вот невредимой – вряд ли.

Тор, в принципе, мог бы мне и не предлагать ничего, а просто взять свое, и все. Так что он поступил даже по-своему честно, дав мне пусть и иллюзорный, но выбор. А что он мог бы мне еще предложить? Свободу? Увы, как я поняла, здесь у женщин немного другая свобода. Как и сказал Тор, никто не позволит ярлине, незамужней девушке, управлять замком и людьми в одиночку. Вот ярлия* почти не ограничена в правах. Были случаи, как рассказала Хельга, когда некоторые ярлии даже в походы ходили с собственными отрядами. Но такое случается редко, многие женщины предпочитают вести хозяйство, следить за замком и землей, пока их ярлы сражаются с северными племенами. Тоже, можно сказать, воюют, только по-своему, по-женски.

Не знаю, откуда Хельга столько смогла узнать о Торе за столь небольшой промежуток времени, но рассказала она мне о нем многое. Например, что о нем давно ходят слухи, будто Тор не может иметь детей. Женат он никогда не был, но в постель к себе брал многих свободных простых девок. Обычно в таких случаях неизбежны бастарды, но от ярла не смогла понести ни одна. А пытались многие, ведь если родится младенец, то ярл обязан позаботиться и о ребенке, и о матери. Конечно, в замок их никто бы не взял, но, так или иначе, мать пусть и незаконнорожденного, но всё-таки ребенка ярла может забыть о бедности.

К тому же поговаривают, что и сам Тор не был ребенком прошлого ярла Одельгара. И даже не был бастардом. Якобы старый ярл просто привез его откуда-то и представил всем как своего сына. Но они были столь непохожи, что даже слепец усомнился. Какой именно слепец усомнился, я не имела понятия, это были слова Хельги.

Честно говоря, лично мне было все равно – главное, чтобы Тор оказался хорошим человеком.

Одельгар – так назывался замок Тора,– по словам все той же Хельги, заметно уступал размерами Асгриму. И да, фамилии тут образуются иначе, чем в моем прошлом мире. Например, меня здесь зовут Хильдегарда Асгрим. Асгрим – это название замка. Означает это слово – «божественный шлем», или «шлем Божий». И у остальных знатных людей так же: название их замка служит фамилией.

– Госпожа? – дверь открылась и внутрь просунулась голова Хельги. – Не спите?

– Нет, конечно, – отозвалась я, повернувшись к ней. – Тебя жду.

Встав, я подошла к двери и приоткрыла ее чуть больше.

– Ох, спасибо, – поблагодарила Хельга и втащила явно тяжелое ведро с водой. – Я и таз прихватила, вдруг вы протереться захотите. И полотенце, и душистой мази.

– Мази?

Хельга, отдуваясь, прошла внутрь комнаты и поставила ведро. Другой рукой она удерживала небольшой глиняный горшок, на плече серела тряпка, а под мышкой она держала неглубокий деревянный таз.

Я поспешила ей помочь, так как мне не хотелось, чтобы часть ноши служанки оказалась на полу и развалилась на части.

– Да, мазь, – пробормотала она, позволяя забрать тазик. А потом сунула мне под нос горшочек. – Вы и об этом забыли. Ох, разгневали богов.

– Не причитай, – отмахнулась я, открывая крышку и принюхиваясь.

– Полезно для кожи, госпожа, – Хельга поставила таз на табуретку и налила в него теплой воды. – Все мелкие раны подлечивает, кожу делает белой, нежной, приятной на ощупь. А как пахнет…

Я подняла на нее чуть насмешливый взгляд. Тоже мне, гений рекламы.

– Да уж поняла я, – фыркнула, растянув губы в улыбке. – Можешь идти. Разбуди меня завтра пораньше, хочу оглядеться без спешки и лишних глаз.

– Не помочь вам? – Хельга застыла и вопросительно глянула на меня.

– Нет уж, иди. Сама, наверное, спать хочешь. Отдыхай, – сказала я, кивнув в сторону двери.

Хельга посомневалась немного, но потом всё-таки попрощалась и ушла.

Я вздохнула свободнее.

Скинув одежду, поежилась от холода и снова понюхала нечто в горшочке, похожее на жидкое мыло. А ведь и правда замечательно пахнет. Летом и влажным лесом. Очень приятно.

*Ярл – обращение к высокородному мужчине

*Ярлина – обращение к незамужней высокородной девушке

*Ярлия – обращения к благородной замужней женщине

Глава 2

Утром я проснулась еще до прихода Хельги. Как бы я ни храбрилась, некая нервозность от происходящего всё-таки была. Хотя спала я отлично, все еще до конца не поверив, что могу засыпать просто так, сама по себе. Объяснялось мое удивление очень просто. В последнее время, перед самой смертью, я не могла спать из-за постоянных болей, с которыми перестали справляться лекарства. Мне помогало лишь сильное снотворное, или же я старалась заснуть в те краткие моменты, когда боль покидала тело.

Наверное, понять меня могут те, кто длительное время испытывал боль. Когда ее вдруг не ощущаешь, то поверить в это до конца не можешь и все ждешь, что она вот-вот вернется.

Именно поэтому после пробуждения я поначалу, затаив дыхание, ждала, когда накатит привычная волна. Но минуты шли, и я вспомнила. Сначала все произошедшее показалось или бредом уставшего мозга, который придумал для себя идеальную иллюзию, или же просто привидевшимся под действием сильных лекарств сном.

Чтобы окончательно отмести все сомнения, я встала и подошла к окну. Вернее, туда, где, по моим воспоминаниям, должно было находиться окно. На ощупь (внутренне возликовав при этом) отыскала тяжелую плотную штору и с силой отдернула ее, тут же довольно зажмурившись. Не показалось, не приснилось.

Постояв около холодного, заледеневшего окна, я зябко передернула плечами и только сейчас ощутила, что в комнате очень холодно. Изо рта даже пар шел.

Приглушенно выругавшись, вернулась к кровати и, не соблазнившись ее теплом, принялась одеваться. Вчера я, видимо, была слишком уставшей, поэтому толком не обратила внимания на одежду, сейчас же только диву давалась, насколько теплой, плотной и многослойной она была.

Под самый низ надевалось теплое белье, похожее на панталоны. Смешно? Я бы тоже посмеялась, если бы вокруг не было так холодно. Да уж, в таком белье точно мужа не соблазнишь. Это вам не шелковые кружевные трусики. Оставалось надеяться, что для местных мужчин женщина является верхом сексуальности, даже просто немного обнажая, например, лодыжку.

Хотя с этим тоже могли возникнуть некоторые сложности. А все потому, что поверх белья женщины тут носят специальные брюки. Кроме этого, никаких туфелек или босоножек – только сделанные из кожи и меха сапоги-унты до колен и шерстяные носки-чулки. Так что пока доберешься до щиколотки или лодыжки, ждать надоест и весь настрой пропадет. ...

Скачать полную версию книги