Балканская мозаика (СИ) [Александр Владимирович Рыскин] (fb2) читать постранично, страница - 3

полиция - то это еще куда ни шло. А вот если свои...

   Об этом не хотелось даже и думать.

   Что-то удержало его от желания метнуться сразу в Аэропорт и сесть на первый же рейс... куда-нибудь. Основные активы еще не переведены, а без них он... не то, чтобы бедняк, а так себе - средней руки бизнесмен, для которого вход в элиту (да еще и чужой страны) закрыт навсегда. Нет, такая жизнь не для него. А значит, надо держаться. Хотя бы неделю или две. А затем - всё! Другие проблемы и другие возможности.

   Хотя бы неделю...

   ++

   - А вот это что?

   - Осколком ранило. Давно еще, в девяносто четвертом.

   Приподнявшись на локте, Анна при свете ночника сосредоточенно изучала его шрамы. Ему пришлось чуть ли не силой влить в девушку почти полный фужер коньяку. А затем...

   - Обожаю такой тип мужчин... Ты ведь воевал?

   - Ну да, - сказал он. - В моей стране тогда почти все воевали.

   - А ты можешь сказать что-нибудь... какую-нибудь поговорку на своем, на сербском?

   Он произнес фразу и тут же перевел:

   - "Вода все отмоет, кроме запятнанной чести".

   - Красиво... Слушай, как думаешь - эти двое случайно именно на меня напали, или?..

   - Я не знаю. Давай пока будем думать, что случайно. Меня, кстати, тоже к следователю вызывают. На завтра, на девять утра.

   - А тебя-то почему? - не поняла Анна.

   - Все просто: у Шестопалова в телефоне и мой номер был.

   ++

   - Итак, откуда вы знаете Петра Шестопалова?

   - Я обязан отвечать на этот вопрос?

   - Послушайте, господин Стоянович..., - следователь досадливо поморщился - так, как будто его заставили съесть половину лимона без сахара. - Вы ведь не подозреваемый по делу, и даже не свидетель. Пока что мы ведем предварительный опрос всех тех, кто входил в круг знакомых убитого.

   - То есть, зацепок у вас никаких?

   Эта фраза следователя уже откровенно возмутила.

   - Вам напомнить, кто здесь задает вопросы? Давайте еще раз...

   - Откуда я знаю Петра Шестопалова? - "сыграл" на опережение Александр. - Мы знакомы с войны.

   - Что-что?

   - Я говорю про нашу войну, в Югославии. Шестопалов был военным советником в армии боснийских сербов.

   Следователь заерзал на стуле.

   - Военным советником? Наемником, что ли?

   - Нет, военным советником. Неофициально, разумеется. Россия не афишировала присутствие своих офицеров в наших войсках.

   - А он что... Он был из ФСБ, из ГРУ - откуда вообще?

   - Ну, это вы уж сами выясняйте. Вы спросили - я ответил. Я могу быть свободен?

   - Не спешите, господин Стоянович. Скажите-ка еще вот что - вы знакомы с Анной Михайловской?

   Примерно через полчаса Александр покинул, наконец, здание УВД.

   Пересекая площадь, он спиною почувствовал чей-то взгляд. Повернув голову, успел лишь увидеть, как шевельнулась занавеска в окне второго этажа - окне кабинета, из которого он вышел только что...

   - Опасный тип, - сказал мужчина лет пятидесяти, который отшагнул вглубь комнаты, как только Стоянович поднял взгляд на окно. - Изображение, кстати, моргало несколько раз. А вот звук... Звук - ничего. Надо будет проверить. Так что теперь, майор, мы будем работать в плотном контакте.

   - То есть, вы забираете у нас это дело по убийству? - с тайной надеждой в голосе поинтересовался следователь УВД.

   - Официально - нет. А неофициально... Будете снабжать нас всей информацией, - ответил человек, который на протяжении всего допроса находился в соседнем помещении, за монитором ноутбука.

   - Понятно, - вздохнул майор. - Вам - вершки, а нам - корешки...

   - Что-что? - не понял "гость".

   - Да нет, ничего. Мультик один вспомнился. Детский. Про медведя.

   - А почему они вообще обо мне спрашивали? - не поняла Анна. - Чего им было надо?

   - Ну откуда же я знаю! Мне вообще весь... допрос с самого начала не понравился. Следователь этот, майор, вел себя

--">