Красные журавли (сборник) [Юрий Гаврилович Тупицын] (fb2) читать постранично, страница - 6

такое, так долго, что живое тесто, видимо, почувствовало его взгляд. На самой верхушке груды начал вспучиваться бугор, быстро принявший форму довольно тонконогого гриба с увесистой конической шляпкой. Поднявшись макушкой сантиметров на тридцать, гриб грациозно качнулся из стороны в сторону… И вдруг под сводом шляпки распахнулся большущий, совершенно человеческий глаз, опушённый веером густых ресниц. Глаз сонно оглянулся, остановился на Гирине, недоуменно моргнул раз-другой и удивлённо округлился.

— У-у-у! — прогудел мелодичный голосок.

Тотчас по левую и правую стороны от изумлённо глазеющего гриба вспучились два новых холмика и за какой-нибудь десяток секунд превратились в точно такие же зрячие грибы, только поменьше ростом. Некоторое время три наивных глаза ошарашенно разглядывали своего новоявленного соседа, а потом переглянулись друг с другом.

— И-и? — недоверчиво пропищали голоски крайних грибов.

— У-у-у! — прогудел центральный гриб, покачивая шляпкой.

Гирин почувствовал неловкость от такого бесцеремонного разглядывания и шагнул назад, чтобы укрыться за боковой стенкой.

— Хи-хи-хи! — послышался мелодичный смешок, точно колокольчики зазвенели.

Гирин осторожно выглянул из-за перегородки: далеко вытянув вперёд и в сторону свои ножки-шеи, грибы, хлопая ресницами, пытались, в свою очередь, снова увидеть его. А когда увидели, восторженно округлили глазки, загудели и запищали. Александр спрятался окончательно и несколько смущённо чертыхнулся. Отсюда, от боковой перегородки, ему открывался вид на другую клетку — в противоположной стороне коридора. Сначала ему показалось, что эта клетка пуста, но, понаблюдав за клеткой некоторое время, Гирин уловил в её глубине какое-то движение. Напрягая зрение и отклоняя голову то вправо, то влево, он с трудом разглядел сидящего на корточках человека.

— Эй, отзовись! — импульсивно окликнул он соседа, сложив ладони рупором. — Ты кто?

В ответ послышалось недовольное ворчание, сидящий шевельнулся, встал и подошёл к решётке, попав в полосу прямого света, лившегося с потолка. Это был человекоподобный гигант, наверное, двухметрового роста, никак не меньше, суперштангист с мускулатурой, перекачанной до крайней степени. Бочкообразная грудь, голова с низким лбом и плоским затылком, сидящая на мощной короткой шее, колонны-ноги, могучие плети тяжело висящих рук. Вместо глаз узкие чёрные прорези, нос едва намечен, рот — прямая и грубая, точно топором прорубленная рана, убегающий назад подбородок. Воплощение слепой и грубой человекоподобной мощи. И вовсе не Геракл — Голем!

— Эй, ты кто? — уже не так уверенно и сбавив голос, повторил свой оклик Гирин.

— Руха! — трубно откликнулся Голем, и в узких прорезях его глаз сверкнула зелёная молния. — Руха!

Гигант тяжело возложил громадные кисти рук на серебристые прутья клетки и встряхнул их с такой силой, что клетка шатнулась, точно при землетрясении.

— Руха, — уже тише повторил Голем, словно убедившись в тщетности попытки освободиться, уронил руки вниз, повернулся к Гирину спиной и шагнул в полумрак, в глубину клетки.

Александр покачал головой и ладонью вытер со лба выступивший пот. Нет, с этим чудищем лучше не связываться! Он подошёл к топчану и устало опустился на него, почему-то предварительно потрогав его рукой, наверное, подсознательно опасался, что это и не топчан вовсе, а какая-нибудь чертовщина, способная вдруг запищать на разные голоса или укусить.

— О-хо-хо! Не-хо-ро-хо! — пожаловался Гирину водяной из клетки напротив.

Секунду Гирин вглядывался в его чёрные, истекавшие печалью глаза, а потом отвернулся и с неожиданным равнодушием подумал: «Гори ты голубым огнём! И пусть вместе с тобой сгорят все остальные страхиладзе, которых на свете нет и быть не может! Снятся они мне, что ли?» Только теперь и как-то вдруг он заметил, что на нем надет его старенький, выцветший почти добела комбинезон — куртка и брюки. И сразу же вспомнил заход на посадку вразрез между двумя башнями облаков, ослепительную вспышку и серое безмолвие небытия! Итак, заход на посадку. Гирин несколько раз мысленно повторил эту фразу, поворачивая её в сознании и так и эдак, стараясь восстановить ход последующих событий. Но хоть убей, не мог припомнить, что произошло после удара молнии! «Не торопись, не нервничай, — сказал он самому себе, — и рассуждай логически». Раз он жив и здоров, то совершенно очевидно, что самолёт так или иначе, но благополучно приземлился. Видимо майор Ивасик взял управление и посадил самолёт, пусть не на аэродроме, пусть где-нибудь в поле или в лесу, но посадил. Но где самолёт, где Ивасик? И что значит весь этот бредовый зверинец? Этот цирк? Это дурацкое кино?

Вдруг простая, простая, как колун, мысль словно обухом ударила Гирина бред! Все эти клетки и фантастические звери — горячечный бред больного, воспалённого мозга. Сидит сейчас Александр Гирин под --">