Что предназначено тебе… Книга вторая [Нэйса Соот’Хэссе] (fb2) читать постранично, страница - 2

навязчивое внимание только раздражало Стефано, мгновенно возвращая его к мыслям о Джессике, которых он как мог старался избежать.

В итоге всё время, когда он не был занят сном или не говорил с врачом, Стефано просто шатался по дому, разглядывал стоявшие на полках немногочисленные статуэтки — лишних предметов в доме вообще было немного, и самое значительное место среди них занимал стенд с наградами, на каждой из которых читалось имя «Пьетро Таскони». Комната на третьем этаже всегда была закрыта, на втором, кроме них с Доминико, тоже не было никого, так что кому предназначалась третья спальня — Стефано не знал.

В конце концов скука настолько измотала его, что он стал уже мечтать о том, чтобы Доминико позвал его к себе или хоть как-нибудь выразил свой интерес. Всё в доме носило незримый след прикосновения его рук — и не имея другой пищи для ума, Стефано стал пытаться вычислить что-нибудь о характере корсиканца по тем предметам, которые окружали его.

Доминико, однако, оставался загадкой, как Стефано ни силился её разгадать. А то, что корсиканец занимает его мысли чуть больше, чем целиком, через некоторое время он стал замечать и сам.

Как-то после полудня — обедали они с Доминико тоже порознь: каждому еду приносили туда, где он находился в этот момент — Стефано хотел было спуститься на самую нижнюю из террас, но остановился, заметив, что комната в спальню Доминико приоткрыта, и оттуда, как и практически всегда, слышатся голоса. Охранника, вопреки обыкновению, не было.

Он поколебался секунду, но любопытство довольно быстро взяло над сознательностью верх, и Стефано, прислонившись к стене, стал слушать, о чём идёт разговор.

— Нет, нет и нет, Горацио. Я уже сказал — с Аргайлами мы не будем торговать.

— На сегодняшний день это один из самых больших скупщиков…

— Мне всё равно. Я всё уже сказал.

— Дон Таскони, мы не можем так ограничивать себя. Корсика мало заинтересована в перелётах по Ветрам сейчас. Плациус идёт не очень хорошо.

— Мы давно уже решили этот вопрос. Ты знаешь, как обработать его, чтобы он шёл хорошо.

Невидимый Горацио испустил вздох.

— В том-то и проблема, капо. Пудра теряет спрос. После того, как были открыты двадцать миров, в казино снова появился опиум… Какой-то новый сорт.

— И вы не можете решить этот вопрос? — поинтересовался Доминико, и в голосе его мелькнула злость.

— Как?! Мы же не можем уничтожить всех поставщиков. В Манахате всё останется по-прежнему, но нас — и вас тоже — интересует не только она, разве не так?

Доминико некоторое время молчал.

— Раскрутите его. Вы что, только и умеете, что убивать?

— Что вы предлагаете?

— Не знаю… может, какой-нибудь известный музыкант? Устройте ему передоз?..

Теперь Горацио не отвечал.

— Мы поищем подходящего кандидата, — сказал наконец он и, судя по звуку гудков, нажал отбой.

Стефано стоял ещё несколько секунд, пропитывая сознание тем, что услышал только что. Таскони было даже немного жаль — он был своего рода реликтом, и карьера его, похоже, достигла максимальной точки.

Стефано ругнулся вполголоса — жалеть мафиози за то, что у того плохо уходит наркота — это был уже перебор.

И тут же из комнаты раздалось насторожённое:

— Кто здесь?

Если Стефано и колебался, то не больше секунды. Он решительно шагнул внутрь и остановился в нескольких метрах от сидевшего на диване капо.

Всего таких диванчиков в его спальне было два — и между ними стоял накрытый прозрачной столешницей стол. Доминико как раз убирал с него ноутбук.

Стефано облизнул губы и сделал шаг вперёд.

Доминико смотрел на него равнодушно и выжидающе, и тогда Стефано произнёс:

— Ты ничего не хочешь от меня?

Доминико поднял бровь.

— Что я должен хотеть?

— Брось, Таскони. Зачем ты меня сюда приволок, если я совсем не интересую тебя?

Таскони не ответил ничего. Стефано заметил, что он подстригся, и хотя не растерял прежний лоск, но стал выглядеть немного проще — и, пожалуй, старше на несколько лет. Он был небрит — но абсолютно точно не от того, что не следил за собой, а просто потому что так хотел. Даже здесь, на глухой земле, где почти что не было людей, на нём был чёрный костюм, рубашка и галстук — и эта сбруя внезапно разозлила Стефано, он сам не знал почему.

— Может, прикажешь, чтобы я тебе отсосал? — спросил наконец он.

Доминико сильнее изогнул бровь, и на губах его заиграла усмешка.

— А ты бы этого хотел?

Стефано скрипнул зубами и промолчал.

— Иди сюда, — подумав, сказал Доминико, — сядь напротив меня.

Стефано подошёл и сел на противоположный диван.

— Ещё ближе, — жёстче приказал Доминико, и по венам Стефано пробежал знакомый огонь.

Он поднялся и, обогнув стол, ненадолго остановился, пытаясь решить, чего конкретно от него хотят. Доминико не дождался — поймал его за руку и дёрнул на себя, так что Стефано пришлось опереться коленом на диван, чтобы не упасть. Теперь до него дошло.

Он поставил на диван другое колено — так что оказался сидящим над Доминико почти что верхом на нём.

Ладони --">