Избранное в двух томах. Том 1. Повести и рассказы [Анатолий Иванович Мошковский] (fb2) читать постранично, страница - 3

отроческой любви — прекраснейшем из чувств, поднимающем человека на неведомую ему прежде нравственную высоту, помогающем «не опоздать к приливу», когда речь идет об океане жизни.

«Скала и люди» — название, тоже характерное для Мошковского. В нем выражено противостояние основных сил, которые сталкиваются в произведениях писателя. Живая, мягкая, «слабая» человечность. И холодная, каменная, бездушная материя, из которой слеплены, увы, не одни диабазовые скалы, но и иные люди.

Что же делает слабого человека крепче самой неприступной скалы? Ум? Техника? Конечно, без смекалки, без техники скалу не осилишь. Но вот работают в одной бригаде два парня: щуплый нескладный Юрка Щукин и здоровяк Федор, ловкий и мастеровитый. Юрку к скале привели жажда подвига, книги Джека Лондона, стремление к яркой, наполненной значительным смыслом жизни. А Федор просто хочет заработать побольше. Яркая жизнь видится ему в том, чтобы прикатить в родную деревню под Рязанью прямо из Москвы на «Волге» с шашечками.

Невольно сравниваешь Федора и Юрку, — их мечты, отношение к работе, к товарищам, к природе, литературе. И Федор с его паническим страхом перед скалой, с его подсчетами заработанных рублей, с его крохоборческим выгадыванием за счет товарищей кажется все более ничтожным и жалким. Да он и сам в глубине души сознает свое ничтожество, наивно полагая, впрочем, что повинна в этом огромная и равнодушная Сибирь, где человек теряется, словно иголка в стоге. «И до чего же одинок и ненужен здесь он, Федор, с этим жалким ломом и веревкой!» — так думает герой о себе.

Но читателю ясно, что дело не в ломе и веревке. Будь Федор окружен компьютерами и могучими автоматами, он все равно будет чувствовать одиночество и никчемность, покуда панцирь индивидуализма и своекорыстия напрочь отделяет его от таких людей, как Юрка, бригадир Саша Зимин, взрывник Гришаков, компрессорщик Симакин, бурильщик Андрей. Подлинную силу и власть человеку дают не деньги, пусть и честно заработанные, а те высшие ценности, которые невозможно заменить или измерить никакими рублями: высота стремлений, доброта, любовь, дружба.

Литература немыслима вне конкретных примет того времени, в которое она создается. Но она неизбежно канет в забытье вместе с уходящими приметами вчерашнего дня, если не обнаружит глубинной, корневой связи с самой сущностью своей эпохи. То, что было лишь мечтой для героев многих «сибирских» и «северных» повестей и рассказов А. Мошковского, давно стало явью. Но мы легко соотносим эти произведения с сегодняшним днем, потому что в них органично сошлись важнейшие черты настоящей художественной прозы: честное, серьезное исследование действительности; писательский идеал, неотъемлемый от народной мечты о справедливости; живое, образное, исполненное гражданской, страстью и простого человеческого участия слово.

Есть у Мошковского очень смелый рассказ «Книга». Про мальчика, который не любил читать, но однажды почувствовал потребность обратиться к литературе, как обращаются к людям, взывая о помощи. Только купленная мальчиком книжка ему не помогла. Ведь в вей описывалась жизнь, где не было «ни забот, ни тревог, ни опасностей» — ничего, что случается с людьми постоянно и из чего, собственно, и складывается жизнь. И мальчик пожалел потраченных зря денег и бросил книжку, как ненужный хлам.

«А где-то в большом городе, — заключает автор, — жил писатель и, быть может, не знал, что эту книгу он написал напрасно, потому что только правда нужна людям — и взрослым, и маленьким».

Я назвал этот рассказ смелым, поскольку автор его должен быть уверен, что его-то книги пишутся не напрасно и их не выбросят за ненадобностью.

Многочисленные переиздания книг А. Мошковского, неоспоримая и стойкая популярность писателя среди ребят и взрослых как в нашей стране, так и за ее рубежами доказывают, что смелость эта оправданна.

Игорь Мотяшов

Твоя Антарктида Рассказы

Брат

Мы живем в небольшом районном городке… Но вам ведь все равно, как называется наш городок. Только не обижайтесь на меня, сейчас я все объясню. На окраине городка находится большой завод, на котором и работает мой старший брат Паша. Стеклянные крыши длинных цехов блестят, как парники в совхозе имени Валерия Чкалова, но под стеклянными рамами завода выращиваются не огурцы с помидорами, а кое-что другое.

Паша, приходя с работы, никогда подробно не рассказывал, как проходят испытания последних марок истребителей. Как ни клялся я, что никому, ну никому-никому не скажу, Паша улыбался на это, запускал ручищу в мои волосы и растопыренными пальцами, как гребешком, зачесывал их назад и весело приговаривал:

— Волосы, браток, даны человеку не для того, --">