Смерть в белом халате [Марина Сергеевна Жданова] (fb2) читать постранично, страница - 2

пояснил Илья. – В строчках наверху напишите свое полное имя, фамилию, отчество, а также паспортные данные. У вас есть паспорт?

– Я его наизусть помню. В Собесе часто всякие бумажки заполнять требуется.

Старушка нацепила на нос очки и крупным дрожащим почерком написала все, о чем ее просили.

– Второй экземпляр! – Молодой человек положил перед бабушкой новые бумаги, и та, не читая, подписала их.

– А давно ты так работаешь? Наверно, институт еще не закончил, – бабка незаметно перешла на «ты», чему Илья даже обрадовался.

– Третий год уже работаю, а институт закончил. В прошлом году.

– Какой молодец! Помощник родителям! А у меня вот, никого нет. Не дал бог детей, да и мужа не дал, – старушка отвернулась и украдкой вытерла глаза. – Даже поговорить не с кем! Только и остаются соседки-подружки.

Молодой человек наклонился над столом, дотянулся до Глафиры Петровны и положил руку ей на плечо.

– Главное, чтоб человек счастлив был и не болел. Вот и вы не болейте! А я вам лекарства оставлю.

Бабушка всхлипнула, выключила плиту и налила в чашку кипяток.

– Вот, Илюшенька, чайку попей!

– А вы разве не будете?

Бабка отрицательно покачала головой.

– Сердце чегой-то разболелось.

Парень улыбнулся и вытащил из чемодана небольшой пузырек с мутной белой жидкостью.

– У вас есть вторая чашка?

Бабка достала из шкафа стакан и протянула Илье. Молодой человек вылил в стакан примерно половину пузырька. Добавив воды из-под крана, он отдал лекарство старушке.

– Выпейте, Глафира Петровна! Для сердца самая лучшая микстура.

– А не много лекарства-то? Сколько капель?

– Я вам только половину дозы дал. Остальное вечером выпьете. А название я на бумажке запишу. Если понадобится, вы его в аптеке купите.

Старушка поднесла стакан к носу.

– А отчего запах горький?

– Все лекарства горькие. Пейте, пейте, легче станет.

Глафира Петровна вздохнула и сделала несколько глотков.

– До дна. Иначе не подействует.

Бабка выпила и села на табурет.

– А теперь, отдыхайте! Я пойду.

– Илюшенька, а название-то напиши!

Молодой человек не ответил. Он закрыл металлический чемодан с красным крестом на замок, снял медицинскую шапочку, вылил в раковину чай. Старушка смотрела на него мутным взглядом, потом опустила голову, покачнулась, и упала на пол. Илья перешагнул через нее, вытащил из кармана резиновые медицинские перчатки, вытер стакан, бросил в него несколько таблеток и залил водой. Пузырек и стакан приложил к ладони Глафиры Ивановны.

– Все вы на бесплатный сыр надеетесь, – негромко сказал он. Бросил пузырек на пол, открыл входную дверь и вышел на лестничную площадку.

* * *

Подниматься по лестнице было тяжело. Мусорное ведро заполнилось еще вчера, но дед Степан забыл его вынести. Мусоропровод находился на площадке между этажами и пожилому человеку пришлось обойтись без помощи лифта.

– Не могли на каждом этаже сделать, – бубнил Степан Дмитриевич. – Лифт вечно не работает! Коммунальщики проклятые! Хоть бы перилла покрасили! Не подъезд, а помойка! А кто здесь окурков набросал?!

Опустошив ведро, дед поставил его на заплеванный пол и вытер рукавом лоб. В подъезде было тихо, поэтому он услышал, как в одной из квартир седьмого этажа что-то упало. Потом из-за неплотно прикрытой двери раздался приглушенный голос. Оставив ведро на лестничной площадке, Степан направился вверх по лестнице.

Поднявшись, он увидел на пороге пред квартирой Глафиры Петровны мужские кроссовки. Дверь была приоткрыта, и дед подошел ближе. В это время на лестничную площадку вышел молодой человек в белом халате с медицинским чемоданчиком в руках.

– А я-то думал, воры! – разочаровано выдохнул Степан Дмитриевич.

Парень вздрогнул.

– Здравствуйте!

– И вам не болеть. Как здоровье Глафиры Петровны? Неужели ей стало плохо, и она скорую вызвала?

Дед внимательно посмотрел на паренька и отметил, что для врача тот слишком молод, скорее всего, учится в институте. Да и шапочка была ему великовата, да и кто из врачей сейчас носит шапочки?

Молодой человек наклонился, чтобы обуться, Степан Дмитриевич заметил, на руках юноши резиновые перчатки.

– Может, меня послушаете заодно? В последнее время кашель не проходит, давление скачет, да в ушах шумит.

Молодой человек смутился.

– Извините, график! Никак нельзя опаздывать.

– А вы быстро! – Степан Дмитриевич посмотрел на дверь. – А Глаша закрываться не будет?

– Я ей лекарство дал. Сейчас она полежит и закроет. – Парень покашлял. – Вы ведь нас все равно вызовите, пойдемте, я вас послушаю. Где вы живете?

Дед торопливо спустился по лестнице, повозился с ключами и распахнул дверь своей квартиры.

– Проходите в комнату.

Молодой человек разулся, оставив кроссовки за дверью. Степан Дмитриевич неодобрительно посмотрел на недальновидного врача.

– Не боитесь, что украдут?

– Кому нужны мои старые кроссовки?

– Знаете нынче молодежь какая?! Мы ведь раньше не то что кроссовки, чужую --">