Прилив (СИ) [Андрей Анатольевич Прусаков] (fb2) читать постранично, страница - 2

другая жизнь, совсем другая! Охотники из клана Красноголовых рассказывали, что видели летающие лодки гморов. Вот бы полетать на таких! А еще говорили о гмороде, что там дома из отшлифованного до зеркального блеска камня с прозрачными стеклами — осколки таких до сих пор можно найти в Лаборате, — каналы с чистой–чистой водой и лавки, где можно купить все, что есть в этом мире, даже вечную жизнь! Один из охотников хвастал, что собирается идти в гмород. Будто бы раз в году там набирают людей для каких‑то работ и для охраны. Отбирают самых здоровых и сильных. В гмороде не встретишь уродов с шестью пальцами или тремя ногами, там нет болезней и невидимой смерти.

Волод не представлял, как охотник доберется до цели. Скорее всего, он просто хвастун, ведь до гморода, расположенного далеко на западе, не один десяток дней ходьбы по пустошам. Даже если выберешь время, когда уходит вода, и пойдешь вслед за ней — не успеешь до новой луны. Пойма наполнится водой, и путешественник утонет или его сожрут водяные твари.

Другое дело, если начать движение с дальних отрогов кратера. Волод слышал, что вода быстро уходит оттуда, а еще говорят, что там есть тропа до самого гморода. Одно плохо: нехорошее место вокруг кратера, такого наслушался — жуть берет. И вообще, к такому путешествию готовиться надо. А Волод пока не готов. Что у него есть: старый тесак да праща, которая за оружие‑то не считается. А в Пойме без хорошего оружия нельзя. В Пойме каждый сам за себя, поэтому у кого меч длиннее, и самострел бьет дальше, тот выживет. А слабый останется на прокорм зубинам да многорукам.

Пора спать идти. Утром снова идти собирать ржавые грибы или к источнику за водой. Мих говорит: кто‑то должен охранять женщин, но Волод знает, что дорога к источнику давно безопасна. Обитавших там многоруков давно перебили, а зубины попадаются редко, в горы не лезут.

Сопровождать женщин неинтересно. Скучно и жарко. Но ему придется делать это, пока не придет прилив. Как же все надоело! Волод выхватил тесак, размахнулся и сделал несколько выпадов, представив, что сражается с песчаным многоруком. Длинная, обмотанная шершавой кожей зубина, рукоять удобно лежит в ладони. Удар, еще удар! Многорук повержен и расчленен. Эх, жаль, лезвие узко и коротко: всего в две ладони. Достаточно, чтобы заколоть рогача да подержать над огнем кусок мяса. И только. С песчаным многоруком таким клинком драться опасно, если ты не очень ловок, лучше обойти тварь стороной.

Длинный клинок — целое сокровище. В клане Севера только у Миха есть такой. Его он передаст своему сыну. Эх, почему мой отец не Мих, думал Волод, спускаясь по склону к поселку. Своего отца Волод не знал. Мать рассказывала: он был высокий и сильный, хороший охотник. Но однажды ушел к Грязной Луже и не вернулся… Волод очень хотел сходить туда, но до Грязной Лужи больше дневного перехода, надо ночевать в пустошах. Одному это опасно, а в напарники взять некого. Старшие не пойдут, потому что там нечего взять, и ему запретят, а младшие испугаются. Разве что Мил. Но Мил с ним не пойдет. Не дружат они.

Дома абсолютно не видны в тени отрога, даже тропку Волод находит наощупь. Спускаться всегда трудней, но он бывает здесь так часто, что может двигаться вслепую.

Он спускался. Ноги в коротких сапогах мелко семенили по осыпавшейся мелким песком скале. Вот приметный камень, он него направо и вниз. Не наступить бы на хвостуна. В такой темени собственных сапог не видно. Но вот пошел пологий спуск, по гладкой, словно срезанной ножом, скале. Волод привычно заскользил по припорошенной пылью поверхности. Что‑что, а это он умел делать мастерски. Никто в клане не рискнул бы так съехать, шли в обход, а Волод мог! Минута быстрого скольжения, такого, что захватывает дух, и вот подошвы чувствуют, как поверхность становится все более шершавой. Споткнешься — и покатишься, костей не соберешь. Но Волод знал, где и когда остановиться. Сейчас! Большой валун вырос перед ним, юноша сгруппировался и оттолкнулся от скалы. Ладони уперлись в гладкий шершавый камень, тело взмыло вверх и, сделав сальто в воздухе, Волод приземлился на ноги. Ха! Никто из охотников не повторит этот прыжок! Жаль, похвалиться некому: за такие трюки Мих ноги выдернет.

Он подошел к неглубокому рву, окружавшему поселок. Ров был сух, как и окружавшая поселок пустошь, но являлся неплохой защитой от хвостунов и зубинов. Чуткие твари запросто отличали рукотворную яму от естественной и, как правило, обходили стороной, опасаясь ловушек. За сотни лет соседства с человеком местная живность стала умней и осторожней. Раньше, когда люди жили одним народом, и у всех было вдоволь еды, никто не охотился. Старый Прич рассказывал, что рогачи паслись, ничуть не боясь соседства с человеком. Можно было подойти и хлопнуть зверя по спине. Волод слушал истории Прича, как сказки, веря и не веря старику. Особенно нравились истории о гмороде. Волод хотел знать о нем все, но старый Прич не мог рассказать много. Сам он в гмороде никогда не был и --">