КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг в библиотеке - 350295 томов
Объем библиотеки - 406 гигабайт
Всего представлено авторов - 140397
Пользователей - 78672

Впечатления

чтун про Метельский: Унесенный ветром. Книга 5. Главы 1-13 (Альтернативная история)

Согласен с Summer 'ом! Но самое главное - автор книгу и серию не забросил: за что ему почет и осанна!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
чтун про Богданов: Последний храм. Тёмными тропами (СИ) (Фэнтези)

Немного "выдохся" автор... Но, одно только то, что вытянул 4-ю книгу, не скатившись в рояльно-МС-ю пропасть достойно уважения! Надеюсь, к 5-ой автор будет отдохнувший и окрылен отдохнувшей же музой в-)

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
чтун про Сугралинов: Level Up. Рестарт (Социальная фантастика)

Хм... Дождался полной версии книги: зачёт! И пусть под легким флёром РПГ таится руководство по жизни, но от этого, на мой взгляд, книга нисколько не проигрывает! Если будет продолжение: почет и благолепие автору! И да, для не читавших и сомневающихся: РПГ, вышедшая в реал. Экшн только духовно-психологический, морализующий >;0)

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Мориса про Каргополов: Путь без иллюзий: Том I. Мировоззрение нерелигиозной духовности (Философия)

Считаю, что автор искренен только в своей огромной гордыне и высокомерии. Все его критиканство того же Христа основано на проекции на него своего собственного поведения и способа мышления. А своими потугами прилепиться к сонму великих, автор вызывает реальное недоумение.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
kiyanyn про Щербаков: Интервенция (Научная Фантастика)

Ну, если воспринимать как стёб - то ничего... ни плохого, ни хорошего...

Но навеяло на одну грустную мысль - сколько прочел книг, где Россия "встает с колен", навешивает плюх американцам, Европе и даже украинцам :), но... всегда и везде Россию спасает ЧУДО.

Какое-нибудь божественное или иное вмешательство.

И никогда - просто люди.

Неужели все до такой степени плохо, что даже фантазии фантастов не хватает на - взялись, засучили рукава, и стали восстанавливать страну?

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Чукк про Мартьянов: Чужие: Русский десант (Боевая фантастика)

Являясь большим фанатом Чужих, не смог до конца прочитать это произведение.
Как всегда - хорошие душевные русские, плохие бездушные пиндосы с их "ублюдочным орлом". Начало очень бодрое, но к середине первой части повествование скатилось непонятно куда. Автором выведен новый вид "чужого".

3 - неплохо, но потеряна динамика.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Любопытная про Измайлова: Больше жизни, сильнее смерти (Героическая фантастика)

Книга к серии Феи никакого отношения не имеет, хотя после Одиннадцати дней вечности очень ждала ждала 5-ю книгу серии.
Но книга необычная, неоднозначная и приятно поразила…Автор еще раз показала свою разнообразную фантазию, талант и мастерство!
Герои книги умертвие и … привидение. И как ни странно , несмотря на то , что ГГ- давным-давно мертв, он несет не смерть , а помощь другим и дарит самую настоящую жизнь.
У ГГ есть цель- он добирается к своим корням и родным, и как ни странно бы звучало находит любовь!!
Завершается книга мыслями ГГ «В сущности, ничего не значит то, что я давно мёртв, если кому-то другому я помог сберечь нечто большее, чем просто жизнь» и этим сказано очень многое.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Под тенью темной луны (СИ) (fb2)

- Под тенью темной луны (СИ) (а.с. Волшебство на троих-1) 3135K, 871с. (скачать fb2) - Amberit

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Часть первая : Karriellie/Предназначенная судьбой

Эпиграф

Очень трудно сказать, что нас ждет впереди,

И вот снова ты видишь крутой поворот,

Разум просит тебя – не ходи, подожди,

Вдруг там кто-то ужасный и страшный живет?

Пусть другие проверят, кто скрылся в тени,

Ведь мужчинам привычней собой рисковать,

Уже вечность на битву выходят они,

Чтобы женщин своею спиной прикрывать.

Но упрямо идешь ты навстречу судьбе,

«Ты, конечно, пульсары и меч приготовь,

Только не торопись», - шепчет сердце тебе.

«Вместо смерти там может скрываться любовь».

И сомнений здесь нет – лишь коснешься его –

Рассыпаются искры по вашим телам.

Тебя тянет к нему, как на свет мотыльков,

Чтобы слить разделенное напополам.

Ведь достаточно просто в глаза посмотреть,

И, прижавшись к мужскому плечу головой,

От нежданного счастья вздохнув, замереть,

Согласившись – ты послан мне нашей судьбой.

И опять впереди ждет крутой поворот,

Но никто не кричит: «Осторожно, постой!»

Обнимая за плечи, с тобою идет

Твой мужчина, что был предназначен судьбой.


Пролог

- Элька, гхыр тебя раздери, ты что, уснула там? Быстро собери грязную посуду со столов!

Я поспешно подхватилась и заторопилась в общий зал. Сегодня хозяйка была не в духе, и дополнительно злить ее не следовало – можно было и оплеуху схлопотать. Обычно она была доброй и понимающей женщиной, но вчера ее муж и по совместительству хозяин трактира пошел на ярмарку и вернулся уже около полуночи, вдрызг пьяный и без единой монетки, зато с синяком под глазом. На все вопросы законной супруги он только бессвязно лепетал о «бесах проклятых», которые водили «честного трактирщика» по заброшенным закоулкам и украли у него все деньги. «Бесы», скорее всего, существовали в реальности, но были не нечистой силой, а людьми из плоти и крови, пившими вчера с хозяином в корчме на ярмарке. Так что хозяйка, носившаяся по трактиру, сегодня была как никогда похожа на злую ведьму, только метлы не хватало.

Я составила на поднос горы грязных мисок и, привычно огибая углы столов, двинулась на кухню. Посетители ко мне не цеплялись – кому нужна десятилетняя девчонка? Вот лет так через пять мне придется очень стараться, чтобы успешно уворачиваться от жадных рук и сальных взглядов. А, может, и не придется. От отца мне в наследство остались лишь миндалевидные ярко-зеленые глаза, нежный овал лица и тонкие пальцы. И еще имя – Элиара. Мать нарекла меня так в память о красивом эльфе, который заночевал в трактире, провел с ней ночь и уехал, не обещая вернуться. Больше она его не видела, а через девять месяцев на свет появилась я. Элиарой меня, конечно, никто не звал – рыжеволосой крепенькой девчушке больше подходило имя Элька.

Гхыр ёпп курат! Прямо на меня из-за стола вывалился недоперепивший клиент. И шетт бы с ним, не он первый, не он последний, но я пошатнулась и выронила из рук поднос.

Время замедлилось… Я видела, как переворачиваются и неторопливо опускаются на пол глиняные миски, готовые разбиться на куски… Мои руки инстинктивно вытянулись вперед, подхватывая поднос. Я представила, что держу в них большую, мягкую подушку, на которую сейчас и опустится вся эта посуда.

С громким стуком тарелки опустились на поднос. Все заняло не больше секунды, надеюсь, вряд ли кто-то заметил мои действия. Я старалась скрывать от хозяев свой колдовской дар. Они и так неодобрительно отзывались о моей эльфийской крови, и, если бы узнали, что мне от отца досталось еще и это странное умение… Мать, и, насколько я знала, вся ее родня, не имела ни малейших способностей к магии, так что от нее мне это передаться не могло.

Пошатываясь на ослабевших ногах и недовольно поморщившись от упавшей мне на нос капельки пота, я обошла рухнувшего на пол клиента, торопясь отнести посуду на кухню, и заметила краем глаза, как из-за стола в углу зала встал человек в темном плаще и подошел к хозяйке. Выгружая миски в кадку с водой, я прислушивалась к их разговору.

- Сирота… полгода назад… от горячки, за три дня… отец неизвестен… осталась здесь, не выгонять же…

На глаза привычно навернулись слезы, я не менее привычно отогнала их. Мамы не было уже полгода, я привыкла полагаться только на себя. Хозяева трактира, где она работала и жила, пожалели и не выгнали меня, хотя имели полное право. Я стала, как могла, работать у них за еду, кров и одежду. Много ли может десятилетний ребенок? Конечно, нет. Но отнести посуду на кухню, накормить скотину, убраться – на это я вполне была способна. Иногда посетители, пожалев сиротку, давали мне монетку, и я тщательно хранила свое невеликое богатство, не собираясь всю жизнь провести здесь, в полутемном зале среди пивных кружек и грязной посуды.

- Элька, отнеси помои свиньям, - попросила Милена, усердно намывавшая миски в мыльной воде. Я послушно подхватила полное ведро и вышла на задний двор. Вечерний сентябрьский воздух пах яблоками, дымом из печи и коровьим навозом. Вздохнув, я поволокла ведро к корыту, около которого развалились в оставшейся после позавчерашнего ливня луже две хрюшки, и вылила его. Свиньи даже не пошевелились при моем приближении.

- Элька?! – позвал меня незнакомый мужской голос. Я напряглась и осторожно обернулась, готовая бежать при первом же намеке на опасность.

- Вы мне?

Тот самый мужчина в плаще, который разговаривал с хозяйкой пять минут назад, покрутил головой.

- А ты видишь здесь еще одну Эльку?

- Нет, - растерялась я.

- Подойди ко мне, девочка. Не бойся, я тебя не обижу, - поспешно добавил он, видя мой испуг. Я помотала головой. Дети – сироты рано приучаются к осторожности.

- Ну ладно, оставайся на месте, - благодушно согласился мужчина. – Ты знаешь, кто был твой отец? И как твое настоящее имя?

- Элиара, - ответила я сначала на второй вопрос и пожала плечами. – Отца никто не знал, даже мама.

- Я так и думал, - пробормотал себе под нос мужчина. – Элиара…

- Элька, - оборвала я его. – Меня все зовут Элька.

- Элька, а что ты сделала с мисками, когда они падали на пол?

Я смутилась.

- А вы никому не скажете?

- Нет, - кивнул мужчина.

- Я представила, что они упали на подушку, - призналась я.

Мужчина долго не сводил с меня глаз, бормоча себе под нос. До меня долетали только обрывки странных слов:

- Управление полями… телекинетический дар… эльфийская кровь…Элька, а тебе нравится здесь жить? - вдруг обратился он ко мне.

Я замялась. Не хотелось обижать хозяев, которые были добры ко мне.

Он понял мои сомнения.

- Хорошо, тогда скажу так – Элька, ты хочешь учиться магии?

- Чему? – не поняла я.

- Ну научиться колдовать? – пояснил мужчина.

Я смотрела на него, не веря в то, что услышала. Он предлагает мне учиться в школе? В Школе Магов, Травников и Пифий?

- Но… - Насколько я знала, за обучение в школе надо было платить. Я плохо считала, но подозревала, что моих жалких сбережений не хватит и на месяц.

- Не волнуйся. Я зачисляю тебя в свою группу. Иди собирайся, хозяйка тебе поможет, - сообщил мужчина и улыбнулся.

Глава 1

Последний летний день неожиданно расщедрился на практически колосеньское [1]тепло и ослепительно яркое солнце. Особенно это удивляло из-за того, что в течение последних двух недель небо было затянуто грязно-серыми комковатыми облаками, из которых периодически сыпалась на землю мелкая морось дождя. Поэтому я воспользовалась случаем – сидение в четырех стенах надоело до мракобесов – и сейчас развалилась на пока еще зеленой траве, прислонившись к сосновому стволу. Сонные мухи надсадно гудели где-то за спиной, яблоко, сорванное по пути в саду, неумолимо заканчивалось, полезные и умные мысли о том, что уже «завтра начинается мой последний курс в школе чародеев и надо приложить все усилия, дабы…» никак не лезли в голову, оставляя в ней звенящую пустоту…

- Элька, вот ты где!

Я вздрогнула, выдернутая из блаженного ничегонеделания, и открыла глаза.

- Ммм? – вопросительно протянула я, мне все еще было лень даже говорить.

- Я тебя везде ищу, - оживленно сообщила мне Кесси – стройная брюнетка и по совместительству подруга, с которой мы бок о бок прожили последние восемь лет. – Ты знаешь, что у нас будет новый учитель неестествознания?

- Не-а, - помотала я головой, забросила огрызок в растущий поблизости кустарник и потянулась. – Опять какой-нибудь старый гхыр, всю жизнь проживший в глубинке, а теперь решивший передать свой бесценный, накопленный в течение столетий опыт, юным дарованиям?

- Не знаю, - смутилась Кесси. – Все может быть. Я только знаю, что он уже приехал и поселился в учительском корпусе. Пифии сказали, что красавец.

- Они тебе еще и не то скажут, - хмыкнула я. – Для них любое новое существо мужского пола – образец ума и привлекательности.

- Ладно, - махнула рукой подруга. – Я, собственно, почему тебя ищу – парни предлагают отметить последний свободный день.

- Когда это мы отказывались от вечеринки? – обрадовалась я и встала, отряхивая брюки от прилипших к ним листиков и травинок.

Под парнями подразумевалась оставшаяся часть нашей группы на факультете магов. Изначально в нее входило чуть больше полусотни десятилетних ребятишек, но естественный отсев привел к тому, что до последнего курса добралось девять человек, из них две девушки – собственно, я и Кесси. Обычно тонкие чувственные натуры выбирали стезю травниц или пифий, но мы с самого начала хотели стать ведьмами. Правда, Кесси больше склонялась к тому, чтобы стать магом-теоретиком – ее не сильно привлекало тесное общение с нежитью. Я же, наоборот, мечтала о практической работе. Это не мешало нам дружить с первого дня нашего появления в школе.

Остальные семеро адептов были, естественно, представителями сильного пола. Ингвар – крупный светловолосый здоровяк, приехавший с северных островов, суровый, немногословный – в бою больше полагался на меч, чем на заклинания, однако неплохо пользовался и тем, и другим. Лежек и Терен – два брата из Лисбора, маленького городка на границе с Волменией, были непохожи как внешностью, так и характером. Стройный, можно даже сказать, тощий Лежек серьезно относился к учебе и специализировался на водной стихии. Терен же был выше брата на полголовы, шире в полтора раза и по десять раз на дню вопрошал «А смысл?», неважно, на что: была ли то просьба дать конспект или жестокая необходимость выполнять практикум по трансформации. Специализацией он выбрал воздух и преуспевал в этом, но к учебе приступал лишь тогда, когда, как говорится, «мракобес за задницу ущипнул». Тей, Стен и Марек родились и до десятилетнего возраста проживали в стольном граде Аррендаре. Но, если первые двое представляли собой образец адепта Школы Магов, Травников и Пифий – то есть были жизнерадостными, толковыми и сообразительными раздолбаями, то Марек являлся просто-таки идеальным магом-теоретиком - осторожный, предпочитающий держаться подальше от разнообразных тварей, но не потому, что боялся их, как Кесси. Просто ему требовалось время, чтобы классифицировать данное создание, выяснить его видовую принадлежность, степень опасности и в соответствии с этим подобрать максимально подходящее заклинание, долженствующее распылить противника. Но, поскольку упыри, фледеры [2]и гравейры [3]не желали дожидаться окончания данного процесса, нападая сразу, Марек не рвался в бой, с большим удовольствием сидя за столом и расписывая на бумаге формулы, которые будут проверять на практике другие. Олисандр, которого еще на первом курсе дружно переименовали в Лиса – из-за копны ярко-рыжих волос и узких хитрых желтоватых глаз – был сыном местного богатого торговца. Талант к магии у него был, но странный – заклинания срабатывали произвольным образом, и результат их был сюрпризом как для самого адепта, так и для невольных свидетелей. Помнится, на третьем курсе, когда мы осваивали телекинез и пытались передвинуть табуретку на три шага влево, Лис умудрился перебросить ее за территорию Школы, в Чернолесье. Вкупе с доброй половиной остальных стульев, находящихся в аудитории. До этого события считалось, что барьер заклятий, наложенный на забор учебного заведения, преодолеть невозможно. Вся администрация Школы во главе с ее директором, архимагом Рейфом Локийским, неделю выясняла, как юному адепту это удалось, и пришла к выводу, что во всем виновато чрезвычайно редкое стечение обстоятельств. Отец незадачливого Лиса оплатил новую мебель, и на этом расследование закончилось.

Со всеми парнями у нас были исключительно дружеские отношения. Нет, на них на всех приятно было посмотреть, а Тей и Лежек считались признанными красавцами. Но как-то трудно романтически вздыхать о том, с кем прожил бок о бок последние восемь лет, корпя над зубрежкой «Истории развития магии» (а это, между прочим, три длинных свитка, заполненных рябью цифр и каллиграфически выписанных букв) и пытался отличить волчью осоку от камнеломки. У нас сложилось нечто вроде братско-сестринских отношений. Мы помогали парням охмурять девиц с факультета Пифий, давая ценные и не очень советы, а они, в свою очередь, сурово сводили брови и разминали пальцы, когда какой-то неподходящий нам, по их мнению, Травник, приглашал меня или Кесси прогуляться в ближайшем лесочке. Совместные пирушки факультета Магов проходили в одном из местных трактиров. Вот, например, как эта, посвященная окончанию наших последних каникул. Через год мы все будем уже дипломированными специалистами, работая где-нибудь на благо себя и родного государства Аррении, девять лет оплачивающего наше обучение.

Полутемный зал трактира мог вместить в себя довольно много народа, но сейчас посетителей было маловато для большой выручки. Около стойки на неудобном стуле притулился заезжий менестрель, терзая струны лютни и наши уши какой-то на редкость заунывной мелодией. Основным лейтмотивом песни, которую он напевал хрипловатым голосом, служила фраза «Я не могу без тебя-я-я-я…» Прислушавшись, я с удивлением узнала, что несчастным страдальцем был лич [4], не представляющий своего существования без русалки. Зачем она ему потребовалась – для чистой и платонической любви или для гастрономических целей – история умалчивала.

Наша веселая компания с факультета Магов, в полном списочном составе, заняла длинный стол по центру заведения. В углу восседала группа гномов, методично расправлявшихся с немудреной закуской, запивая ее неимоверным количеством дрянного местного пива. Под окном располагались трое граждан весьма пропойного вида, постоянно ошивавшихся здесь и примелькавшихся настолько, что они стали казаться непременной частью обстановки. Рядом с ними за отдельным столом сидел темноволосый незнакомец. Он явно был не местным. Городок Вийск, возле которого располагалась Школа, был небольшим, и за время обучения я так или иначе встречалась почти со всеми жителями, за исключением новорожденных и совсем древних стариков, не выходящих на улицу. Но ни к первой, ни ко второй категории молодой маг – а я была убеждена, что он маг, это чувствовалось по ауре и особенной уверенности – не относился.

Несколько секунд я разглядывала незнакомого парня, даже попыталась прочитать его, без особой, впрочем, надежды на успех. И точно. Я наткнулась на мощный щит, такой мощный, что заклинание отрекошетило от него и вернулось ко мне, наградив сильным, но, к счастью, кратковременным приступом головной боли. Маг поднял голову, встретившись со мной взглядом. Я поспешно отвернулась к Тею, только два часа назад вернувшемуся из столицы и теперь увлеченно делившемуся новостями.

- Первый советник короля Арвида Седьмого приказал долго жить.

- И от чего он помер? - отреагировал Стен, больше, правда, интересующийся тушеными свиными ребрышками.

- А, говорят, грибочков поел. Несвежих, - хмыкнул Тей.

- И что, теперь нашему бедному королю не с кем даже посоветоваться? – съязвил Лежек.

- Ну почему не с кем? Есть с кем. Известное дело, дайново место пусто не бывает, - важно ответил Тей, делая паузу. Обведя нас взглядом и убедившись, что мы все внимаем каждому его слову, он продолжил. – Сейчас правой и левой рукой, а также любой другой возможной конечностью короля является магистр Мораввен.

- Это что еще за гхыр? – выразил общее недоумение Лис.

- Это не гхыр, а магистр Ордена Темных Всадников, - ответствовал Тей. И пояснил:

- Этот орден появился в Аррении несколько месяцев назад. Сначала о нем никто не знал, а теперь вот оно как все оборачивается...

- Ну и мгмыр с ним, - заключил Стен, со стуком ставя пустую кружку на стол и давая знак хозяину, что неплохо бы и повторить. – А что еще новенького?

- Кто-то по всей Аррении поднимает кладбища, - неохотно сказал Тей. – Этот Орден и стал известен тем, что принимал активное участие в упокоении.

Я поежилась. Из всех видов нежити я больше всего не любила встречаться с ожившими мертвецами. Одно дело – когда на тебя нападает нечто, больше всего напоминающее зубастый желудок на ножках, и совсем другое – когда перед тобой стоит то, что в прошлом было человеком. Мыслящим, чувствующим, любящим… Превратившееся в тупое создание с неимоверной жаждой крови и убийства. Того, кто тратит силы и магию на то, чтобы помешать трупам мирно разлагаться, лежа в земле, иначе как ошган брынный и иппхтарр выггатый и назвать-то нельзя.

Я вздрогнула еще раз, услышав, что Тей делится подробностями нападения зомби на одну деревеньку и, чтобы отвлечься, рассеянно обвела взглядом трактир. Темноволосый незнакомец не скрывал своего интереса и внимательно прислушивался к нашему разговору. Заметив, что я наблюдаю за ним, он в ответ с усмешкой уставился на меня ярко-синими глазами. Покраснев, я поспешно отвернулась. Не хватало еще, чтобы маг подумал, что заинтересовал меня!

Пирушка шла своим чередом. Политические новости у Тея закончились, и он перешел на последние дворцовые сплетни, в данный момент широкими жестами демонстрируя объем груди последней королевской фаворитки.

Лежек с Ингваром обсуждали проблемы заточки мечей, не требующих затачивания. Насколько я понимала, проблема как раз и была в том, что заклинание рано или поздно истощалось, а для вплетения нового меч требовалось перековать, поскольку заклинание вплеталось на стадии ковки, чего делать никто не хотел, а наложенное сверху новое заклинание приходилось регулярно подновлять. Спор был исключительно теоретический, поскольку считалось, что для распада заклинания требуется около пары тысяч лет.

Стен бросил менестрелю, продолжавшему наигрывать нечто заунывное, мелкую монетку и вытащил Кесси на свободное место. Менестрель послушно сменил мелодию на не то чтобы более быструю, а на менее унылую. Стена с Кесси это не смутило, и они начали отплясывать что-то свое, не обращая внимания на ритм и тональность музыки. Я засмотрелась на них, отмечая мысленно, что Кесси больше не стоит наливать, иначе вечер закончится танцами на столе. Но не зря у меня по предсказаниям всегда была твердая двойка. Вечер завершился еще веселее.

Сидевшие с краю стола Лис и Тенар, уже давно что-то оживленно обсуждавшие, косясь на бочонок пива, мирно стоявший и никого не трогавший за стойкой трактирщика, пришли, похоже, к согласию. Лис наморщил лоб, размял пальцы и начал выплетать смутно знакомое мне заклинание. Пока я копалась в памяти, изрядно затуманенной выпитым вином, заклятие подошло к концу, и Лис вытянул вперед руку эффектным жестом, готовясь завершить его словом. В этот самый момент разгорячившийся и раскрасневшийся Ингвар размахнулся и… задел Лиса по руке. Выдыхаемое «Koile» смешалось с нецензурным «гхыр», эффектный пас превратился в не менее эффектный полукруг, сопровождающийся голубоватым сиянием, распространившимся по трактиру.

На секунду все и всё замерло. Сияние добралось до бочонка с пивом и накрыло его, окутав полупрозрачной пеленой. Деревянные досочки, из которых была сделана емкость, рассыпались по полу, металлические обручи музыкально звякнули, присоединившись к ним, а вот жидкость не разлилась. Вместо нее на месте бывшей тары появилось пронзительно-зеленое крылатое существо с ярко-красными глазами, длинным раздвоенным на конце языком и заостренным хвостом. Резко и отрывисто крикнув, змий взвился в воздух и заметался по трактиру.

Всеобщее замешательство перешло в свою противоположность. Дочь и жена трактирщика с визгом (у младшей) и воплями (у старшей) полезли под стойку. Сам трактирщик сорвал с плеча висевшее на нем несвежее полотенце и начал гонять змия, словно пытаясь прибить надоевшую муху. Трое выпивох мгновенно протрезвели и уползли на улицу, дав зарок навсегда (до завтрашнего утра) прекратить пить, а то «вон какие мракобесы мерещиться начали». Компания гномов пожала плечами и продолжила методично поглощать тушеную капусту с ребрышками, запивая пивом. Менестрель возобновил всю ту же унылую мелодию, продолжив с той же ноты, на которой остановился. Молодой синеглазый маг откинулся на спинку стула, выставил перед собой руки и напряженно следил за зеленой молнией, метавшейся по трактиру.

Адепты же развлекались, кто во что горазд. Кесси при одном взгляде на существо метнулась в угол и заняла глухую оборону, вооружившись прихваченным со стола подносом. Ингвар попытался поймать змия, когда тот полетал мимо него, промахнулся и, расстроенный, сел на стул. Лис и Стен радостно кидались в зеленую тварь пульсарами. Те попадали куда угодно, сбив со стены плетенку с чесноком, пару сковородок, развешанных над камином для антуража, и просто добавляющих суматохи и разрухи.

Лежек прицельно метнул замораживающее заклинание, но оно отскочило от проклятой зверюги, как от щита, и свалилось на менестреля. Лютня замерзла. Не сказать, что от этого стало лучше – теперь вместо раздражающей мелодии трактир наполнился зубодробительным писком, который издавала одна зажатая струна.

- Ты что сделал? – проорала я сквозь шум от взрывающихся пульсаров, коротких вскриков Кесси, когда тварюшка прошмыгивала мимо нее, и громких ругательств Ингвара, обнаружившего, что после пролета змия над его кружкой, из нее таинственным образом испарилось содержимое.

- Да ничего особенного! – выкрикнул в ответ Лис, пускающий очередной пульсар, рассыпавшийся эффектными искрами при столкновении с притолокой и оставивший темное подпаленное пятно на сухом дереве. – Мы хотели получить зеленого змия, вот и все!

- Ну так ты его получил, и что теперь? Лежек, сделай что-нибудь! Моя стихия здесь не поможет, только спалит трактир ко всем чертям.

- Я делаю! – рявкнул он в ответ, выплетая что-то заковыристое.

- А смысл? – глубокомысленно заметил Терен. – Заклинание нестойкое, само через какое-то время рассыплется.

- Я вижу, какое оно нестойкое, - не могла успокоиться я, наблюдая, как очередное заклятие Лежека попадает в змия и рассыпается сотней ледяных иголочек. – Гхыр вас раздери!

К ругани Ингвара добавилась брань остальных адептов, которые поняли, что сейчас эти иголочки заденут всех присутствующих. Я сжалась и начала торопливо выплетать щит, понимая, что не успеваю, и, уже раскрывая пальцы в затверженном жесте, заметила, что иголочки уже не летят. Они застряли на полпути от потолка до пола. Синеглазый парень, до этого спокойно сидевший, сейчас стоял, сосредоточенно шепча себе под нос, потом сделал странный жест. С его пальцев сорвалась тонкая, еле заметная, блестящая сетка, которая, пролетев по воздуху, накрыла змия, скрутив его в плотный узел. Тварь лопнула, оставив после себя клубы густого дыма с отчетливым запахом перегара.

Маг тряхнул руками и оглядел нашу компанию, остановившись на мне. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Я не понимала, почему не двигаюсь, не реагирую на то, что опомнившаяся и отложившая в сторону поднос Кесси трясет меня за локоть, и вообще теряюсь в темных глубинах.

- Элька, что с тобой? – Рассердившись, подруга дернула меня так сильно, что наваждение пропало.

- Что? Ничего. - Я обернулась к Кесси, потом, спохватившись, бросила взгляд на незнакомца, но того уже не было, только хлопнула входная дверь трактира.

- Слушай, а кто это? – поинтересовалась я.

- Не знаю, я как раз хотела у тебя спросить, только не могла достучаться. Очаровал он тебя, что ли? - ехидно спросила подруга.

- Очаровал? Возможно… - рассеянно ответила я, соображая, какого рода чары можно наложить, чтобы ввести адепта девятого курса в такое состояние.

Из размышлений меня вырвал голос трактирщика, осведомившегося:

- Ну-с, молодые люди, расплачиваться будем или как?

- Или как, - прозвучал нестройный хор голосов, и «молодые люди» приступили к уничтожению следов недавнего происшествия.

Первым делом Лежек разморозил лютню, все это время издававшую надоедливый писк.

Глава 2

Утро первого дня вересклета [5]выдалось серым, хмурым и похмельным.

Выпускной курс факультета магов-практиков Школы Чародеев, Пифий и Травников в полном составе сидел в аудитории, всем своим видом напоминая скорее тех, с кем по долгу будущей службы придется бороться – бледная кожа, красные глаза, круги под оными. Нежить, короче. Только страшных когтей на скрюченных пальцах не хватает.

После вчерашнего «подвига» в трактире, весть о котором, не сомневаюсь, разнеслась и по Вийску, и по школе, отмечание окончания последних каникул плавно переехало в комнату к Лису, жившему одному, и закончилось часа три назад. Времени хватило как раз на то, чтобы закрыть глаза «на минуточку», с черными ругательствами открыть их через два с половиной часа, плеснуть в лицо холодной водой, пригладить колтуны на голове и дисциплинированно явиться к месту получения знаний. Опаздывать на первую лекцию последнего учебного года не рекомендовалось, особенно если учесть то, что преподаватель был новым – как раз тот самый, приехавший вчера старый гхыр с фолиантом под мышкой.

Посему все девять адептов в настоящее время полусидели-полулежали на столах, пытаясь собрать в кучку разбегающиеся или, наоборот, замороженные мысли.

- И почему не существует заклятия от похмелья? – вяло задал риторический вопрос Тей.

- Существует, - так же пассивно ответил Марек. – Только нас ему не обучают.

- А почему? – несколько оживился Тей.

- А потому, - энергично ответила Кесси. Мы с ней вчера пили меньше всех, поэтому чувствовали себя не в пример бодрее сокурсников. Правда, более выспавшимися себя от этого не чувствовали.

– Потому, что если адепты-старшекурсники будут знать это заклинание, удержать их от выпивки будет невозможно.

- Как будто сейчас возможно, - хохотнул Стен.

- Ну и еще… - Кесси замялась. – Оно вроде как укорачивает жизнь на день, так что пользоваться им не рекомендуется.

- Мне и недели не жалко, только бы чувствовать себя человеком, а не нечистью какой, - буркнул Тей, скорчив выразительную физиономию и поморщившись при этом от головной боли. Я припомнила, что он вчера с Лисом пробовал какую-ту настойку, присланную тому из дома и сделанную, по словам товарища, по древнему рецепту, передающемуся из поколения в поколение. Кажется, в состав сырья входили надкрылья золотоглазки и лепестки вертляницы. Лис, видимо, был более привычен к сему продукту, поэтому имел не такой бледный вид, как его собутыльник.

- Кесси, ты же можешь помочь, - взмолился Тей, пользуясь тем, что подруга никогда не могла устоять перед жалобным голосом и просящим взглядом. – Подумай, как я буду выглядеть перед новым учителем?

Остальные сокурсники с интересом наблюдали за разворачивающейся перед ними сценой. Кесси вздохнула, встала, сосредоточилась, сложила пальцы левой руки щепотью и, сделав жест, словно вытягивает что-то из Тея, произнесла:

- Helle… - после чего без сил рухнула на стул. С Теем произошла удивительная перемена. С его лица на глазах уходила бледность, глаза вернули привычный блеск и цвет, на щеках возник здоровый румянец.

- Я тоже так хочу, - протянул потрясенный Стен.

- Больше не могу, восстановиться надо, - устало ответила Кесси. – Много энергии требуется.

- Элька, а ты? – с сожалением поинтересовался парень.

Я покачала головой.

- Не могу. Правда, не могу, Стен.

- Давай я попробую? – радостно предложил Лис. – Я запомнил: говоришь «Элль» и дергаешь на себя.

Он уже встал в нужную позу и вытянул вперед руку. Никто даже опомниться не успел, но тут, на счастье Стена, дверь аудитории распахнулась. Вошел мужчина. Седая короткая борода, суровый взгляд бледно-голубых глаз из-под нависших бровей, жезл в руках. Рейф Локийский, директор Школы. Тот самый человек, который девять лет назад забрал меня из трактира и привел сюда.

- А магистр здесь что делает? – шепотом поинтересовалась Кесси.

- Не знаю, - так же тихо сказала я. Действительно, приход директора был из ряда вон выходящим событием. Обычно он не удостаивал своим посещением рядовые курсы по неестествознанию, пусть даже там должен был прийти новый преподаватель. Кстати, интересно, где он? Мы, понимаешь, пришли вовремя, не смотря на свое состояние, а этот вагурц изволит задержаться?

Внутри меня кипела глухая злоба на неведомого засоню, и я пропустила начало речи Магистра Рейфа.

- Элиара, ты меня слышишь?

Вот гхыр. Элиарой Магистр Рейф называл меня крайне редко, в особенных случаях, когда мои поступки выводили его из себя. Но сейчас-то я не сделала ничего, за что на меня стоило бы сердиться, вроде скармливания истощенной до состояния скелета, раненой мантикоре трехдневного запаса курятины. Или случайно (разумеется) неправильно сработавшего заклинания на школьном огороде, в результате которого все кабачки и тыквы в течение минуты выросли до неимоверных размеров, перезрели и в пищу уже не годились. А мы всего-то хотели подрастить одну тыкву, чтобы погрызть семечек. Мантикора, кстати, прижилась, уходить не захотела и с тех пор промышляла ловлей крыс и мышей в школе и окрестностях. Не считая обычной миски с потрохами, каждый вечер выставлявшейся на пороге столовой.

- Да, Магистр, слушаю, - приняв вид благообразной адептки, вежливо проинформировала я. Если директора разозлила не я, значит, кто-то другой, и не стоит заводить это еще дальше.

- Так вот, адепты, что я хотел вам сказать… - Магистр замолчал, словно подбирая слова, и задумчиво потер в пальцах бороду. – Вы наверняка слышали о последних событиях в стране. – Он обвел нас суровым изучающим взглядом.

Мы все дружно кивнули, как будто на самом деле каждый вечер перед сном спускались к воротам школы, чтобы прочитать последний выпуск «Вийских вестей», вывешенный на гвоздике. Я, по крайней мере, понятия не имела, о чем шла речь. Судя по всему, остальные тоже, поскольку Магистр Рейф, вздохнув, пояснил:

- Ну, об эпидемии нашествий живых мертвецов вы слышали, полагаю.

Все опять кивнули, на сей раз более уверенно. Слышали, а как же. Вчера Тей поделился.

- В связи с этим вчера в школу пришло распоряжение сверху. Ордену Темных Всадников не хватает специалистов в некромантии, и…

- По борьбе с некромантами? – уточнил Лежек.

- По некромантии, - не рассердившись, как можно было ожидать, произнес директор. – Для того, чтобы бороться с некромантами, надо знать принципы их работы. Так считают в Ордене. Поэтому, - Магистр сделал паузу, - последний курс магов-практиков в обязательном порядке будет обучаться некромантии.

Мы загудели. Больше всего было удивленных возгласов. Некромантия несколько десятилетий была под запретом, и вот нас насильно, можно сказать, будут ей обучать. Кесси громко жаловалась, что не желает общаться с упырями и гулями. Тенар, единственный из всех, ликовал. Он всегда питал интерес к темным заклинаниям.

- Тихо! – вроде бы и негромко, но действенно, произнес магистр. Мы угомонились.

- Вы не все будете зачислены на спецкурс, это я отстоял. Кесси и Марек, к вам, как к будущим теоретикам, это не относится. – Оба вышеназванных адепта облегченно выдохнули. – Олисандр, вам я также предлагаю не посещать указанные занятия.

- Нет, магистр, я с удовольствием буду ходить, - радостно отозвался Лис, предвкушая предстоящее веселье. Я поежилась, предчувствуя будущие проблемы.

- А кто будет вести занятия? – задал резонный вопрос Тенар. Это интересовало не только его. Некромантия оказалась вне закона лет пятьдесят назад, после маленькой, но крайне неприятной истории в Ковене Магов. Детали остались неизвестными широкой публике, но в результате из школы спешным порядком изъяли все книги, имеющие хоть малейшее отношение к темным силам, а единичные уцелевшие хранились под таким количеством охранных заклятий, что подойти к ним рисковал маг как минимум второй ступени. Специалисты в королевстве пропали сами собой. Вполне вероятно, предпочли уйти в соседние государства, где к некромантам относились более благосклонно, или сменили специализацию и имя. И вот теперь такой поворот…

- Ваш новый преподаватель неестествознания. Он согласился вести оба курса. Еще вопросы есть?

- Есть. А где он? – поинтересовался неугомонный Лис.

- Уже должен быть здесь…

Раздался негромкий хлопок, и рядом с Магистром Рейфом материализовался еще один маг. Я мысленно зааплодировала безупречно выполненному заклинанию телепортации. Когда легкая дымка, возникшая на месте появления нашего нового учителя, рассеялась, я не поверила своим глазам. Это оказался совсем не престарелый гхыр с учебником. На сей раз пифии не ошиблись. Нашим преподавателем был молодой красавец, высокий, темноволосый и синеглазый. Мало того, он был нам знаком: вчерашний маг из трактира, уничтоживший змия хитрым заклинанием.

Молодой учитель внимательно осмотрел своих подопечных, то есть наш курс, на долю секунды дольше, чем положено, задержавшись взглядом на мне. Я ощутила холодок, пробежавший по спине, и ту же самую странную заторможенность, охватившую меня вчера вечером.

- Элька, - толкнула меня в бок Кесси. – Слушай, это же тот же самый, из трактира.

- Точно, - шепнула я в ответ, выходя из транса. Надо будет покопаться в школьной библиотеке, выяснить, какими чарами можно так влиять на пусть и неопытную, но и не бездарную магичку…

- Магистр первой ступени Ален, прошу любить и жаловать, - завершил свое представление директор, после чего удалился через дверь. Учитель редко позволял себе неуместные и ненужные, на его взгляд, магические выходки.

Магистр первой ступени! Ничего себе! Я еще раз всмотрелась в преподавателя. Маги, конечно, молодо выглядят, но я не дала бы ему больше двадцати пяти – двадцати восьми. Стать магом первой ступени в этом возрасте удавалось единицам. И он еще и некромант? Где Магистр Рейф откопал такую уникальную личность?

Магистр Ален не стал рассусоливать и сразу взял мракобеса за рога.

- Спецкурс по некромантии начнется сегодня, через час после последней лекции в этой же аудитории. Прошу не опаздывать. А тема сегодняшней лекции – слипнеры. Итак, слипнер относится к виду нежити, класс опасности Д, представляет из себя существо длиной от полутора аршин до пяти, в обхвате до трех аршин, питается живой плотью, постепенно накрывая ее телом и переваривая через кожу…

Голос у Магистра Алена был красивым, но чрезвычайно занудным. Я начала задремывать, решительно не понимая, зачем нам изучать гигантского слизняка, передвигающегося с соответствующей скоростью? Убежать от него не сможет разве что грудной младенец или безногий. Но к младенцу обычно прилагается мать или, на худой конец, нянька, которая вполне может взять ребенка в охапку и удрать, даже не подбирая юбки, попутно испугав нежить громким визгом. А безногие редко встречаются в малолюдных горах, где, собственно, и водится данная разновидность. Интересно, как она выживает при таком раскладе?

Похоже, мысли всех сокурсников текли по аналогичной траектории, поскольку Лежек, невежливо прервав рассуждения магистра о способах убиения вышеуказанного слизняка (банальный пульсар, все остальные варианты не годились. Нежить просто-напросто не обладала ни сердцем, ни мозгом, ни печенью или другими важными для жизнедеятельности органами, представляя собой огромный ползающий желудок).

- Магистр Ален, а зачем нам знать сведения об этом, в сущности, безобидном создании?

Учитель замолчал, с интересом посмотрев на вопрошающего. В синих глазах сверкнуло что-то, больше всего напоминающее одобрение. И голос его зазвучал не усыпляюще, а, я бы сказала, ехидно.

- Видите ли… - Магистр сделал паузу, явно ожидая, что адепт представится.

- Лежек, - не подкачал тот.

- Видите ли, Лежек, я знаком с парочкой незадачливых путешественников, решивших в недобрый час заночевать в безопасном, как им казалось, месте, а утром обнаруживших, что их ноги исчезли в полупрозрачной белой массе.

- И они не заметили этого? – задал вопрос Марек.

- Слизь слипнера обладает обезболивающим и кровоостанавливающим действием, - спокойно ответил Магистр. – Еще вопросы есть? Нет? Тогда продолжим. Слипнер живет в каменных породах, так как его тело позволяет ему практически растворяться в скале…

- У меня есть вопрос, - неожиданно для самой себя услышала я собственный голос.

- Да? – удивленно прервался Магистр.

- А каким заклинанием вы вчера… воздействовали на змия? – Я вовремя осеклась и произнесла совсем не то, о чем собиралась спросить вначале. Правда, это тоже было интересно.

- А… Это довольно малоизвестное заклинание под претензионным названием «Серебряная сеть». Кстати, им можно убить и слипнера. Давайте попробуем, у вас может получиться.

Ален повернулся к прозрачной доске и начал писать на нем длинную формулу. Лекция перестала быть томной. Через пять минут по аудитории летал наскоро созданный фантом змия, а девятикурсники во главе с преподавателем пытались набросить на него тонкую серебристую сетку.

Спецкурс прошел не так интересно.

Уменьшенным составом мы опять собрались в этой же аудитории, еще носившей на себе следы утренних занятий, не убранные ворчащими домовыми: бурые подпалины на потолке в тех местах, где промахнулся кидающий сеть адепт, мутные размытые пятна там, где он все-таки попал, и отбитое ухо у гипсового бюста Премудрого Риалла Косиньского. Это Лис ошибся с заклинанием.

Ален появился практически сразу после нас, оглядел, подсчитывая по головам, и с мрачным выражением на лице пробормотал себе под нос формулу, накладывающую завесу, не пропускающую наружу звуки.

- Необходимая и обязательная мера предосторожности, - нехотя пояснил он, усаживаясь за преподавательский стол.

- Хорошо, что вас семеро, - тихо, словно разговаривая сам с собой, произнес он. – Хотя мне бы хотелось, чтобы вас было еще меньше. – Мне показалось, или пристальный взгляд синих глаз остановился на мне?

- Все равно ничего не поделаешь, - заключил Магистр. И добавил уже более громко:

- Так вот, адепты, в соответствии с указаниями Ордена Темных Всадников вам предстоит пройти курс некромантии. Сегодня не будет никаких страшных формул и общения с мертвецами, хотя все это вам предстоит в дальнейшем. Для начала я хочу, чтобы вы уяснили следующее: не существует темной и светлой магии. Не так уж важно, откуда маг черпает свою силу – из сожженных лепестков ромашки и камнеломки или из разложившегося трупа.

Я передернулась, представив себе жизнеутверждающую картинку. Ален заметил это и чуть усмехнулся.

- Это действительно не так уж важно. Главное различие в том, на что маг тратит полученную силу.

Ну, в чем-то, может, он и прав.

Любознательный Тей не мог не спросить, выразив наш всеобщий интерес.

- Магистр Ален, а где вы учились на некроманта? И вообще, откуда взялись некроманты в таком количестве в одной отдельно взятой стране, где эта область магии под строжайшим запретом?

Ален задумчиво провел рукой по волосам.

- У вас два вопроса. На первый ответ будет таким… Я обучался не в Арвении. Этого вполне достаточно. Что же касается второго… вы будете бороться не столько с некромантами, сколько с результатами их противозаконной деятельности. Чтобы поднять одного мертвеца, требуется затратить пять-семь УМЕ [6], а вот чтобы упокоить – на порядок больше.

- Ну а все-таки, откуда они взялись? – не унимался Тей.

Дальше Ален начал длинную, малопонятную и изобилующую длинными терминами речь о тяжелой политической обстановке в Арвении и окружающих ее странах, из которой мы так и не выяснили, откуда появились некроманты, зато узнали, что наш преподаватель способен не только уничтожать змиев, но и искусно уклоняться от ответов.

Я вышла со спецкурса в состоянии легкого одурения.

- Ну и как? – встретила меня Кесси, весьма довольная тем, что ей удалось отвертеться от нежеланных лекций. – Страшно было?

- Скучно, - честно ответила я. – Давай лучше посмотрим, что у нас творится.

Мы с интересом посмотрели в сторону подоконника, где во взятой напрокат (то есть навсегда) глиняной посудине происходило развитие гомункулуса. Кесси, устав от безуспешных поисков идеального мужчины, решила вырастить его сама.

Развитие, судя по всему, шло неплохо.

Глава 3

Дни текли за днями, как им и надлежит, неторопливо, подобно уставшей, запряженной в повозку лошади, хозяин которой задремал, предоставив животному самостоятельно добираться до родной конюшни. Жизнь в Школе шла своим чередом: учителя читали лекции, адепты с разной степенью интереса внимали им, домовые с ворчанием и бурчанием убирали последствия обучения практической магии и зельеварению. Уроки по неестествознанию проходили довольно весело. Парням все время удавалось убедить Магистра Алена свернуть с нудного зачитывания официальных сведений об очередной неведомой зверюшке на, подменив это занятие либо изучением очередного защитного заклинания, либо более жизнерадостным рассказом об оной, основывающемся на жизненном опыте родственников и знакомых учителя. Чего, к сожалению, нельзя сказать о спецкурсе некромантии. Магистр не стремился перейти к практическим занятиям – что, к слову, полностью совпадало с моими чаяниями. Но записывать под диктовку описания утопцев, гулей, цеметавров и фледеров, с видовой принадлежностью, классом опасности и прочими необходимейшими сведениями… Уметь отличать полуденницу от полуночницы, опираясь только на словесный образ, оказалось не так-то просто. Парни, понятное дело, так же скучали и постоянно интересовались, когда мы приступим к заклинаниям.

- Когда вы будете готовы, - следовал неизменный ответ. Мы смирялись и продолжали записывать: «Баргесты - призраки, которые являются в этот мир с того света только после того, как их сюда вызовут».

Кроме спецкурса по некромантии, руководство распорядилось об увеличении уроков по фехтованию и боевой магии. «Дабы физическое развитие адептов не отставало от умственного».

Ингвар ликовал. Его огромный двуручник серебряной змейкой сверкал в воздухе, когда адепт стоял в спарринге с Магистром Орриком, преподающим нам сии дисциплины. Остальные парни ничуть не возражали против дополнительной разминки. Только я и Кесси не пришли в бурный восторг при этом известии, справедливо (а может, и нет) полагая, что хрупкие женщины, коими мы являемся, все равно не выстоят в бое на мечах с разбойником или другим нехорошим гражданином мужского пола, вставшим у нас на пути. И в этом случае лучшим оружием будет являться боевой пульсар. А если перед нами будет маг – то меч не будет нужен и подавно.

Во всем остальном жизнь в Школе казалась спокойной и тихой, как те клиенты – обитатели кладбищ, которых нам в ближайшем времени предстоит сначала поднимать. Для последующего упокоения.

Этого, к сожалению, нельзя было сказать о положении в стране. События, начавшиеся на западе Аррении и послужившие толчком к обучению нас некромантии, постепенно подбирались к Вийску. А, надо сказать, Вийск являлся восточной окраиной, максимально удаленной от столицы – Аррендара. Он стоял на слиянии двух речек - Игрицы, стекающей с гор Дагар-рон, и Витира, текущего по равнине и огибающего вампирскую долину Асгор, на границе с Чернолесьем – глухом, темном, как можно догадаться по названию, лесе, напичканном разнообразной живностью и нежитью. Через него проходил всего один-единственный тракт, ведущий через перевал к небольшому, но гордому и независимому княжеству с незамысловатым названием Белогорье. У подножия гор от тракта отходило ответвление к Асгору. Белогорье существовало за счет добычи руд, самоцветов и полезных ископаемых типа золота. Рудой оно обменивалось с гномами, получая взамен орудия труда, самоцветы и золото продавало в другие страны. Белогорские рубины и сапфиры славились по всему миру своими неповторимым цветом и чистотой и стоили в два-три раза дороже, чем их собратья, добываемые, скажем, в Аргане. Правили княжеством два брата. То есть номинально во главе Белогорья стоял Ремар одд Шаэнар, старший сын недавно почившего князя Эркаста. Однако младший брат Ремара, Ариэн одд Шаэнар, был его правой рукой.

Оба молодых человека были хороши собой, молоды и не женаты. Желающих выдать дочь замуж за правителя богатого княжества или его родного брата было предостаточно. Однако это самое желание вступало в противоречие с необходимостью проехать несколько десятков верст по недружелюбному лесу, а потом оказаться в непосредственной близости от вампиров. Война с данными представителями разумных рас, хоть с того времени прошло около двухсот лет, все еще присутствовала в народной памяти. Самому княжеству, кстати, это соседство ничуть не мешало, и Ремар успешно торговал как с приезжающими купцами, так и с Асгаром.

В общем, совсем не преувеличением будет сказать, что Вийск являлся глухой провинцией в Аррении. Школа Магов, Травников и Пифий находилась здесь не просто так.

Ранее – лет эдак сто пятьдесят назад – Школа располагалась в столице, в непосредственной близости от королевского дворца. Это устраивало всех. Дворцовую знать – поскольку они могли пристроить отпрыска в престижное учебное заведение. Ковен Магов – потому что они могли наблюдать за обучением подрастающего поколения, сразу отбирая наиболее талантливых для подготовки достойной замены себе. Саму школу – так как в этом месте магическая жила выходила на поверхность, и преподаватели с легкостью восполняли потери энергии в ауре и резерве затраченных на заклинания сил. Королю, в общем, было все равно. До поры до времени. И время это наступило, когда один незадачливый адепт (история, к сожалению, не сохранила его имени) на полевых занятиях ошибся в формуле, и пущенное им заклинание полетело совсем не в ожидаемую сторону, угодив прямиком в королевский нужник. Срочно призванные на помощь маги не смогли за короткий срок нейтрализовать распространившиеся по округе миазмы. Король был вынужден два месяца провести в летней резиденции, не приспособленной для проживания в ней в период затяжных дождей и первых морозов. Когда замерзший и промокший правитель вернулся в свой дворец, вычищенный и облагороженный, Школы поблизости уже не было. От греха подальше всех адептов, включая виновника происшествия, и преподавателей отправили на максимальное расстояние. Официальной причиной было то, что в этих местах удобно проводить практические занятия. И действительно. Рядом с Вийском было старое заброшенное эльфийское кладбище, лес, заполненный нежитью (которая, впрочем, общаться не желала и ушла подальше от шумных адептов), и руины. Последние представляли из себя развалины неизвестно чьего замка, в котором жило неизвестно чье привидение. Возможно, самого хозяина. Поскольку привидение опасности для жизни не представляло, оно лишь летало и в нецензурных выражениях открывало тайну замкового подвала, каждый год в руины приводили на практику семикурсников. Самой большой проблемой было выудить назад адептов, не желавших уходить, пока не найдут клад, запрятанный в подвале. За всю историю существования Школы в Вийске клад так и не был найден, несмотря на приложенные усилия.

Однако в последнее время, забредая в трактир слегка расслабиться и перекусить, устав от однообразного школьного питания, мы все чаще и чаще слышали странные, навевающие на подозрения, вести. Некоторые из них могли показаться смешными выдумками, некоторые – просто видениями перевыпивших мужичков, но были те немногие, которые заставляли задуматься.

В деревне Верхние Почесы, к примеру, в разгар бела дня вороны сбились в стаю. В этом не было бы ничего удивительного, но стая образовала неприличную картинку в небе, покружилась несколько минут и разлетелась в стороны. В Синих Липягах коровы внезапно вместо молока начали давать простоквашу. Призванный маг порчи не обнаружил, прочитал парочку заклинаний, и все прекратилось так же неожиданно, как и началось. В Болотных Выселках трое мужичков всю ночь пили с зашедшим на огонек незнакомцем, орали с ним песни, а утром тот помахал ручкой и растворился в воздухе. В Воробьевке исчезли все домовые. Правда, селяне не успели понять, хорошо это или плохо, поскольку через три дня на освободившемся месте появилось новое поколение мелких бесов. В деревне Пятое Заболотово в затопленном дайновом храме по ночам начали раздаваться странные звуки, свидетели утверждали, что это проводит обряды нечисть. В Кожемяках у козы родилось нечто страшное, зубастое и «вупыриное». Местные бабки в голос заговорили о «конце света», а между собой шептались, что «мамку- то его небось вупырь охаживал». Ну, и в довершение всего, пошел слух, что на тракте, соединяющем Асгор и Вийск, поселился дракон, поедающий путников. Охотников проверить не нашлось. И до того мало кто, кроме редких караванов купцов, отваживался навещать вампиров.

Я, правда, не верила, что нечисть вот так, ни с того, ни с сего, вылезет из леса и начнет пакостить местным жителям, учитывая наличие присутствия сотни необученных, плохо обученных и незаконченно обученных, но обладающих способностями к магии адептов и пары десятков их преподавателей, готовых в любой момент справиться не то что с виверной, но и с юными дарованиями.

И все же… Возвращаясь в потемках в школу, я несколько раз ощущала на себе пристальный взгляд. Ошибиться я не могла – не настолько у меня слабые нервы, чтобы придумывать неведомое чудище, преследующее одиноких путников на городской улице. Да и взгляд принадлежал явно разумному существу. Однако поисковый импульс, который я неоднократно посылала в сторону, откуда на меня смотрели, никаких результатов не давал. Кричать «Выйди, добрый молодец, покажись красной девице и будь ей названым братом», - я не стала ввиду полного идиотизма сего действия. Просто с некоторых пор старалась не задерживаться в городе до темноты или возвращаться одной. Если рядом со мной шла шумная нетрезвая компания однокурсников, таинственный незнакомец, не опознаваемый магией, не объявлялся.

Близилось появление гомункулуса на свет. Кесси, обуреваемая жаждой деятельности, затеяла генеральную уборку и полезла вытирать пыль на шкафах, копившуюся там годами. Я чихнула раз, другой и ретировалась на улицу, оставляя подругу разбираться с наведением порядка самостоятельно.

Солнце, озабоченное предстоящим уходом на зимнюю спячку, щедро поливало землю оставшимися неистраченными запасами тепла и света. Я устроилась в саду, прихватив с собой книжку, купленную накануне в городе, намереваясь ознакомиться с незатейливым литературным произведением, сиречь любовным романом. На сей раз, судя по нарисованному на обложке индивидууму, в роли главного героя выступал вампир – выступавшие клыки и стекающая из уголка рта струйка крови не давали в этом усомниться. Однако, прочитав первые несколько страниц, я выяснила, что это либо мутант, либо герой принадлежит к неизвестной доселе расе. По крайней мере, на лекциях по Разумным расам нам не рассказывали о каких бы то ни было существах, сияющих в солнечном свете.

Рядом пристроилась сытая и довольная мантикора. Я положила книжку на колени, одной рукой придерживая ее, а второй рассеянно почесывая помесь кошки со скорпионом за ухом. Пальцы привычно нашли застарелый шрам на шее, возможно, от меча, скрытый в густой шерсти от посторонних взглядов. Муська опустила голову на лапы и замурлыкала, наслаждаясь солнечным теплом и немудреной лаской.

Идиллия «Девушка и мантикора» продолжалась недолго.

Увлеченная раскрывающейся передо мной историей любви молодой глупенькой девушки и вампира-мутанта, я не услышала шороха шагов по опавшей листве.

- Добрый день, Элиара.

- Элька, - как обычно, ответила я, не поднимая головы. – Элиарой меня называют, когда хотят отругать. – И, только дочитав захватывающую сцену первого поцелуя, опомнилась. – Муська, стой!

Но было уже поздно. Мантикора рванулась из-под моей руки, нападая на подошедшего человека. Несмотря на свою кажущуюся дружелюбность, она была опасным созданием и отваживала от школы непрошеных гостей. Я отбросила книжку в сторону, вскакивая на ноги, и привычным жестом сложила пальцы для заклинания, но, осознав то, что происходит передо мной, в очередной раз застыла в ступоре. Мантикора, позволяющая погладить себя только мне и поварихе Ксанне, а остальных обитателей Школы не подпуская на длину вытянутого хвоста, ластилась к магистру Алену, тычась мордой ему в руки, и мурлыкала так, что на соседней осине дрожали листья.

Магистр тоже выглядел оторопевшим. Присев на колени, он обнял Муську за шею, провел пальцами по крепкой шее и, по всей видимости, нащупал шрам, так как с выражением крайнего неверия отстранился и посмотрел мантикоре в глаза.

- Hailen arr clasteirr, Grenna, - прошептал он. Мантикора в ответ ткнулась в него мордой и махнула хвостом. Я поспешно отступила, чтобы скорпионье жало случайно не задело меня.

- Откуда вы знаете ее, Магистр? – окончательно придя в себя, поинтересовалась я.

- Это длинная история, - коротко ответил он. – Я считал, что Гренна погибла, и не искал ее. Кто бы мог подумать, что она прижилась здесь?

- Ее зовут Гренна? – зачем-то спросила я то, что и так было понятно.

- Да, - опять коротко ответил Магистр. – Прости, я помешал тебе.

Он наклонился, поднимая книжку. Из выреза серой рубашки выпал и закачался на тоненьком шнурке амулет в форме заостренного когтя. Я присмотрелась. Амулеты меня, как нормальную женщину, всегда интересовали, но такого я еще не видела. Ален выпрямился, заметил мой пристальный взгляд и быстро спрятал камень за пазуху.

- Вот. – Он протянул мне книжку, однако, обратив внимание на обложку, изумленно воззрился на изображение главного героя.

- Не будет ли нахальством с моей стороны спросить, кто это? – вежливо задал он вопрос, плохо скрывая веселое удивление.

- Не будет, - улыбнулась я. - Если я правильно понимаю, про вампира-мутанта. – Я забрала книжку и снова устроилась на земле. Магистр, чуть поколебавшись, сел рядом. Мантикора, не желая отходить от вновь обретенного владельца, плюхнулась ему на колени.

- Вот вы, Магистр Ален…

- Просто Ален, - поправил меня учитель. И добавил:

- Если ты не возражаешь, конечно. У нас не такая разница в возрасте, чтобы в неофициальной обстановке нам приходилось бы общаться на «вы» и со всеми титулами.

- А какая? - не смогла не спросить я.

- Небольшая, - не стал уточнять Ален. – Так что ты хотела узнать? – Я хотела узнать многое, но, похоже, в лоб мне ничего выяснить не удастся. Поэтому я спросила то, что и собиралась вначале:

- Ален, ты заставил нас зазубрить различия зомби от гулей, а вот про таких красавчиков ничего не рассказывал, - с упреком сказала я.

- А что в нем особенного? – удивился Магистр. – Кроме того, ни одна из кровососущих тварей не похожа так на человека, и цвет глаз у них другой.

- Вооот, - протянула я. – А вот этот вид вампиров может без особого для себя ущерба находиться на солнце, отбрасывая при этом искры.

- Может, это магия какая? – серьезно поинтересовался Ален. – Правда, и обычным вампирам не вредит солнечный свет. Но искры – это необычно, такого я не видел.

- А вы… ты встречал вампиров? – удивилась я. Эта раса жила уединенно, стараясь не показываться на глаза людям, насколько я знала. Мало кто мог похвастаться знакомством с вампиром.

- Знаком, - неохотно ответил Ален. – Был случай.

- Но мне об этом знать не следует? – полувопросительно-полуутвердительно произнесла я.

- Точно. – Ален кивнул и улыбнулся.

- Ален? – спросила я, откинувшись на спину и прикрывая глаза.

- Что? – откликнулся он.

- А откуда ты взялся? Молодой маг первой ступени, некромант, знаком с вампирами… В нашей школе ты не обучался, я узнавала…

Я блефовала, конечно. Никто не станет выкладывать адептке сведения о бывших учениках Школы, мало ли кем впоследствии они стали.

- Ничего ты не узнавала, - ухмыльнулся Ален. – Но я, правда, обучался не здесь. И родился не в Аррении. Это все, что тебе нужно знать. – Он шутливо щелкнул меня по носу.

Я чувствовала себя рядом с ним легко и непринужденно, словно с Лежеком или Теем. Когда не смотрела Алену в глаза. Как только мой взгляд упирался в темно-синие, с таинственным мерцающим внутри огоньком, глаза, я немедленно теряла дар речи и впадала в транс. Стоило же Алену отвернуться – и все наваждение спадало, я приходила в норму. Мне казалось это необычайно странным.

- Ален, а что за чары…

Я не успела выяснить то, что меня так волновало.

- Магистр Ален, вас ищет директор! – крикнул наш завхоз Тиан, остановившись на почтительном расстоянии. Мантикора, нежившаяся около Алена, подняла морду, навострила уши и недовольно рыкнула.

- Прости, Гренна, мне надо идти, - тихо проговорил Магистр, спихивая тяжелое тело кошки со своих колен. – Я еще приду. Иду! – крикнул он завхозу, вставая с земли. – До встречи, Элька.

- До встречи, - вежливо попрощалась я.

Ладно, спросить мне никак не удается. Тогда пойдем более длинным путем – через самостоятельную добычу знаний. Библиотека всегда к моим услугам. Может, и про амулет что-нибудь выясню.

Ничего я не нашла ни про странные чары, ни про амулет. Зато откопала потрепанный фолиант с крайне интересным содержанием. Отведя глаза библиотекарю, я утащила книгу с собой, чтобы поделиться радостью со всеми желающими, в первую очередь Кесси.

- Тайная магия шуй-фен и способы ее применения, - с выражением читала я, развалившись на кровати. Раскрасневшаяся и запыхавшаяся Кесси, с удовольствием отложив в сторону тряпку, устроилась на подоконнике и внимала моим речам.

- Помните, что главное – это не пускать в дом потоки отрицательной энергии.

- Это какой? – пожелала уточнить Кесси.

- Не знаю, - ответила я, полистав фолиант. – Отрицательной. Так вот, для этого поставьте на окне статуэтку василиска, мордой к стеклу.

- А еще лучше – самого василиска, - задумчиво прокомментировала Кесси. – Тогда он не пустит не только отрицательную энергию, но и всех остальных приходящих.

Мы дружно представили двор, затейливо украшенный фигурами, застывшими в разнообразных позах и окутанными потоками невидимой отрицательной энергии, и захихикали.

- Правильно. И магу всегда доход, пусть небольшой, зато постоянный – расколдовывать страдальцев, - сквозь смех сказала я.

Немного успокоившись, я продолжила чтение.

- Для активизации потоков благоприятной энергии…

- А это что такое? – опять перебила меня Кесси.

- Отстань, отмахнулась я. – Благоприятной, что тут непонятного. Но это явно не та, которой мы подпитываемся из источника.

- Наверно,- согласилась Кесси.

- Так вот, для активизации потоков благоприятной энергии требуется развесить по дому специальные кристаллы, причем исключительно на лентах красного цвета, шириной в полтора вершка и длиной в девять.

- Ну лента – ладно, - задумалась Кесси. – А что за кристаллы должны быть, не сказано? Может, это белогорские рубины?

- Нет, не сказано, - изучила я главу дальше. – Хотя вот, слушай. Кристаллы можно заменить звенящей подвеской в виде цветка или животного.

- Интересно, а паутина подойдет? – воодушевилась Кесси, взглянув в угол. – Вот такого добра у нас хватает. В крайности можно еще завести.

- Так они же не звенят, - резонно заметила я подруге.

- Ну и что. Заколдовать можно, - не желала сдаваться подруга.

Мы вообразили комнату, с потолка которой свешивается позвякивающая, специально заколдованная паутина, и сложились пополам от хохота.

На наш дружный смех в комнату заглянули Ниасса и Аллирия, пифии с соответствующего факультета. Мы хорошо знали этих девушек, так как именно их с нашей помощью охмуряли Тей и Стен. Они были неплохими прорицательницами и не так задавались, как остальные адептки с их факультета.

- С чего такое веселье? – поинтересовались пифии.

- Присаживайтесь, - гостеприимно махнула я рукой. – Мы тут до самого любопытного дочитали: «Влияние шуй-фена на любовные отношения».

- Да ты что? – Девушки не могли пропустить эту тему, интересующую любую особу женского пола, и устроились на кровати Кесси, изобразив на хорошеньких личиках напряженное внимание. Я, осознавая важность момента, прокашлялась и зачитала следующий пассаж:

- К поиску партнера следует относиться очень осмотрительно. Ибо все варианты, которые вам наобум будет предлагать слепая судьба, могут просто не подойти. Ясно, девушки? – Я строго оглядела слушательниц.

- Ясно, ясно, ты давай дальше, - поторопила Ниасса. Я продолжила:

- Для улучшения результата стоит составить список недостатков, которые вы готовы терпеть в вашем избраннике. Причём, чем разнообразнее будет список, тем лучше. Добавляйте сюда самое невероятное, вплоть до распития пива с мракобесами или сбора корней мандрагоры ровно в четыре утра в первое воскресенье после полнолуния. Не пишите сюда то, с чем ни в коем случае не будете мириться! Идея в том, чтобы получить мужчину именно с тем списком качеств, который закреплен на бумаге. Кесси, ты так гомункулуса создавала?

- Нет, - расстроенно покачала она головой. – Где ты раньше была с этой книжкой?

- Я ее только сегодня нашла! – возмутилась я.

- Да ладно вам! Элька, что с этим списком делать надо? – Аллирия прервала начинающийся было спор.

- Далее отправьте информацию духам любви - перепишите всё на розовую бумагу – розовый и красный является цветом любви. Бумагу сверните трубочкой, перевяжите красной ленточкой и положите в крайний правый от входной двери угол.

Я замолчала.

- И что потом? – после недолгой паузы осведомилась Ниасса.

- Не знаю. Это все. Вероятно, придет дух и заберет этот список.

- Так как же он придет, там же василиск на окне? – заметила Кесси.

- А я откуда знаю? Может, василиска надо предварительно убрать, позвонить в колокольчик три раза на восходе и шепотом позвать «Дух, приходи!», - предложила я.

- Это уже тайная магия получается, - простонала сквозь смех Аллирия.

- А как же! Там так и написано: «Тайная магия шуй-фен и способы ее применения». – Я предъявила девицам обложку. Пифии не без некоторого сопротивления с моей стороны вырвали книгу из моих рук и углубились в изучение, периодически зачитывая очередные бесценные советы и взвизгивая от смеха.

- Если ваше жилое помещение заставлено различными женскими безделушками и завешено кружевными шторами, представителю мужского пола будет страшно и неуютно у вас.

Мы огляделись. Нашу комнату никак нельзя было назвать скопищем излишков женской позитивной энергии. Однако мужчины у нас как-то не заводились, несмотря на общий аскетизм обстановки.

- Кровать не должна состоять из ломаных углов, - озадаченно прочитала я. – Это как, интересно?

- Ломаные? Может, сломанные? Не спите на сломанной кровати, ясно? Гениальный совет, правда, Элька? – Кесси бросила на меня взгляд.

Я не ответила. Я не могла отвести взгляд от Ниассы, которая сейчас представляла собой классический образец предсказывающей пифии – замершее на месте тело, закатившиеся глаза, странный потусторонний голос…

- Элька… На изломе времени года жизнь разветвится… Не пропусти поворот судьбы…

По моей спине пробежал холодок.

Глава 4

На следующий день я и думать забыла про предсказание. Пифии, как того и требовала их специализация, высказывали их по каждому поводу и без, и, чем пророчества были туманнее, тем считалось лучше, поскольку тогда с ними можно было связать абсолютно все. К примеру, к моему предсказанию вполне подходило и окончание в травне [7]Школы, и связанный с этим ожидаемый поворот судьбы, и Праздник Урожая. Последний традиционно проводился в первое полнолуние после осеннего равноденствия, знаменуя собой окончание осенней страды и начало зимней. Тоже вполне можно назвать «изломом времени года».

В этом году Праздник Урожая пришелся на начало опадня [8]. Ленивое солнце не то чтобы категорически отказывалось выполнять свои обязанности, но делало это с прохладцей, нехотя, то и дело прячась за толстыми пуховыми облаками. Первый утренний морозец стыдливо прикрыл разбросанные то здесь, то там непросохшие после недавних дождей лужи тонким слоем ледка, приятно похрустывающим под ногами. Иней, лежащий на темно-зеленой траве, еще не успевшей побуреть после первого заморозка, создавал приподнятое настроение своим нарядным видом. Праздник Урожая в здешних местах отмечался многорасовой ярмаркой, на которую съезжался народ со всей округи, равно как и из соседних поселений гномов, троллей и эльфов – кто купить, кто продать, а кто просто походить по рядам и поглазеть.

Уже за несколько дней до Праздника Урожая на огромном пустыре за городской чертой Вийска собирались подводы, запряженные лошадьми всех мастей и пород – от заезженной пожилой кобылы какого-нибудь селянина, приехавшего продать урожай кабачков, до красивого благородного рысака ювелира. В этом году, видимо, из-за событий в стране поток продавцов слегка поредел, но, тем не менее, к означенному дню все отведенное пространство было заполнено добротными палатками, прочными навесами, а то и попросту наспех сколоченными скособоченными столами, с трудом выдерживающих на себе тяжесть наваленных яблок, груш или капустных кочанов.

В Школе в день ярмарки занятия отменяли. Во-первых, учителя прекрасно понимали: удержать адептов в помещении за грызением гранита науки, когда в полуверсте идет бурное народное гуляние, невозможно. А, во-вторых, они сами не прочь были посетить сие мероприятие. Кроме того, их присутствие зачастую было просто необходимо – проверить, не лукавит ли продавщица тыквенных семечек и не наложили ли хорошее заклятие на древнюю коровенку, дабы выдать ее за молоденькую телочку.

Мы с Кесси, не торопясь, шли по рядам, похрустывая купленными у краснощекой девицы калеными орешками. Помимо обычного праздного любопытства, я пришла на ярмарку с определенной целью – обзавестись в преддверии холодов теплой, прочной и желательно недорогой курткой. Предыдущая куртка погибла смертью храбрых прошлой зимой на уроке драконоведения. Деньги на так необходимую в местном климате одежду я копила все лето, откладывая понемногу из стипендии. Сейчас с трудом собранные аррены лежали в тщательно зачарованном кошельке. Жаль мне было того вора, который покусится на добро адептки девятого курса. Самое меньшее, что ему грозило – это резкая боль в руке в течение следующего за попыткой кражи часа, а также окрашивание лица в приятный нежно-фиолетовый цвет. А опасаться воров стоило – проходы между рядами, оставшиеся незастроенными участки земли, предназначенные для общественных увеселений, и немногочисленные забегаловки были заполнены народом, и нам то и дело приходилось приостанавливаться, уворачиваться, а то и вовсе отскакивать в сторону, чтобы не столкнуться с очередным представителем рода человеческого, гномьего или тролльего. С эльфами можно было не опасаться близкой, можно сказать, тесной встречи. Они, ввиду своего природного изящества, проходили через толпу, как нож сквозь масло. Другие разумные расы, как считалось, ярмарку не посещали.

Кстати, об эльфах. Один из них пристроился на перевернутом бочонке рядом с импровизированным трактиром и, аккомпанируя себе на лютне, одухотворенным бархатным голосом исполнял незнакомую мне песню.

- Я хочу послушать, - потянула я Кесси за рукав. Та охотно подчинилась, главным образом потому, что сам менестрель был хорош собой, как, впрочем, и все представители его расы: высокий, с длинными светлыми волосами, ярко-зелеными миндалевидными глазами, опушенными густыми ресницами, за которые любая девица продала бы душу мракобесу. Песня же, в отличие от любовных песнопений, на кои эльфы большие мастера, оказалась на поверку глубоким философским рассуждением. Певца интересовали, может, и риторические, но непростые вопросы, как-то: зачем дереву листья, телеге – колеса, гному – борода, а дриаде – лук. После каждого вопроса, изложенного в форме куплета, следовал припев:

- А я думаю, думаю – и ничего не придумаю.

Сидевшие поблизости мужички с кружками пива в руках стирали пену с пшеничных усов и одобрительно кивали.

- От оно как бывает, Феофаныч…

Песня завершилась нетривиальным вопросом «Почему в Волмении так много волменцев?»

Эльф остановился, глотнул из мигом появившейся перед ним кружки и начал следующую песню. На сей раз это действительно было сказание о любви, как мы поняли, разбитной девахи и затурканного мужичка, балансирующее на грани приличия.

- А ты меня любишь? – вопрошала в песне добивающаяся тепла и ласки красна девица. На что получала поражающий богатством содержания ответ ухажера:

- Ага.

- А ты меня будешь? – следовал следующий вопрос. Ответ, как и можно было предсказать, не отличался от предыдущего.

- Ага.

Окрестные мужички ухмылялись в усы и кивком провозглашали свое согласие с героем песнопения.

Возможно, что далее по тексту следовало подробное описание того, как именно «будешь», но мы этого уже не слышали, поскольку, хихикнув, убежали от нескромных взглядов и подмигиваний эльфа.

В соседнем ряду мы наткнулись на Ингвара. Как раз в этот момент он с глухим стуком припечатал к дубовому столу кулак соперника – здорового мужика с выпирающими из кожаной безрукавки бицепсами. Сокурсник по сравнению с ним казался замученным доходягой. Хотя, зная Ингвара, мы не сомневались – он посчитает ниже своего достоинства помогать себе магией и будет бороться честно. Вокруг стола, за которым сидели соперники, опять загудели – потребовавший реванша здоровяк проиграл и этот поединок.

Я почувствовала на себе тяжелый взгляд, ввинчивающийся в спину между лопаток. Одновременно мои мысли попытались прочитать. Рефлекторно поставив щит, я обернулась. В меня пристально всматривался человек в темном плаще с незнакомой мне эмблемой – единорог со змеей - на левом плече. Я поежилась. Мне не понравился этот мужчина. Увидев, что я его заметила, он неохотно отвел взгляд и растворился в толпе.

- Ты на кого там смотришь? – весело спросила Кесси, отвлекаясь от изучения невероятно красивого ожерелья из бирюзы и серебра. – Ой, теперь я сама вижу. – И она невежливо ткнула пальцем. Проследив ее взгляд, я удивилась.

- А кто это с Магистром Аленом?

- Как кто? – нетерпеливо ответила Кесси. – Магистр Флоренна. Интересно, она просто гуляет с ним или у них отношения?

- Понятия не имею, - мрачно сообщила я. Что-то царапнуло меня по сердцу при виде того, как рядом с Магистром Аленом, крепко вцепившись в галантно подставленный локоть, шла наша преподаватель травоведения. Несмотря на солидный, как поговаривали, возраст – а кто на самом деле знает, сколько лет женщине-магичке? – выглядела она превосходно: молочно-белая кожа без единого признака морщин, пышные темные кудри и сияющие карие глаза. - А что ты хочешь? Молодой красивый маг, на него любая девица старше тринадцати заглядываться будет. Вон, факультет Пифий в полном составе сохнет и пачками выдает предсказания о будущей свадьбе. Что же ему, холостяком коротать век? – довольно бодро высказалась я. Но подругу не обманула.

- А ты? – Кесси внимательно посмотрела в мои глаза.

- А что я? Кесси, он наш учитель. И некромант к тому же. Это ты у нас все идеального спутника жизни ищешь, а я сначала хочу выучиться. Любовь может и подождать.

Я еще раз посмотрела в сторону красивой пары – высокого темноволосого мужчины и стройной брюнетки рядом с ним. Незаметно вздохнув и старательно не обращая внимания на то, что подруга покрутила пальцем у виска, я обратилась к ней:

- Ну что, где там моя куртка? Пошли искать?

Кесси хмыкнула, но послушно направилась к ряду, где была представлена продукция цеха портных.

Нужная мне куртка нашлась в третьей по счету палатке с верхней одеждой. Я еще раз придирчиво оглядела себя в тускловатом зеркале, услужливо подставленным хозяином. Мягкая, но прочная кожа облегала стан, теплая меховая подстежка гарантировала, что я не замерзну и в лютые морозы, цена, пусть и не маленькая, не вызывала суеверного ужаса и воздействия некоего земноводного на дыхательные пути. Покрутившись, я сняла куртку.

- Я беру, заверните, пожалуйста.

Пока я отсчитывала нужное мне количество арренов, продавец аккуратно свернул произведение портновского искусства и ловко упаковал ее.

Я сунула сверток под мышку, прижала его локтем и, с чувством исполненного долга, побежала догонять уставшую меня ждать Кесси.

Подруга обнаружилась у помоста, на котором состязались частушечники.

- Вижу эльфа на пенечке,

Он плетет, плетет веночки,

Есть цветочек, нет цветочка,

Ох, ушастой будет дочка! – проорала веселая баба в цветастой юбке и ярко-малиновом платке, почти слетевшем с ее головы.

Я мысленно порадовалась, что от отца-эльфа острых ушей мне не досталось.

- Вот идет суровый гном,

Он слегка с похмелья,

Сдам ему металлолом

И бочонок эля! – подпела ей вторая баба, в такой же юбке, но темно-синем платке, повязанном по самые брови.

«Сестры они, что ли», - задумалась я.

К бабам присоединился щупленький дедок в облезлом треухе.

- Выловил русалку я

И застыл в сомнении:

Как же мне любить тебя,

Я в недоумении!

Толпа, стоявшая вокруг, разразилась хохотом и аплодисментами. Первая баба не пожелала отставать:

- Припасла себе чеснок,

Вырвала осинку,

Можешь, милый, приходить,

Гхыр тебе кровинку!

- А вампиры не боятся чеснока и осиновых колов, - усмехнулся рядом кто-то. - Хорошо, что об этом мало кто знает.

Среди моих знакомых только один человек обладал подобными знаниями. Ну, возможно, Магистр Рейф тоже, но вряд ли он будет делиться ими, слушая частушки на ярмарке.

- А вы знаете, Магистр Ален? – не поворачивая головы, поинтересовалась я.

- Знаю, - не удивившись тому, что я его узнала, не стал отпираться преподаватель.

- А где вы потеряли свою спутницу? – выпалила я, вдруг понимая, что не чувствую острого терпкого запаха растений, навечно приставшего к Магистру Флоренне, и обернулась, проверяя свою догадку.

- Она осталась в лавке Травника, - с какой-то странной готовностью ответствовал Ален. – А я ушел гулять по ярмарке.

К отплясывающим на помосте частушечникам присоединилась молодая девица с грудью, практически вываливающейся из выреза блузки.

- Вижу – домовой идет

С вот такой котомкой,

Ставлю кашу на порог,

И стелю соломку! – изложила она свою версию частушки.

- И как, интересно? – ехидно поинтересовалась Кесси. Ален, к нашему удивлению, честно ответил:

- Очень. Там, где я вырос, подобного не было.

- А где вы…

Кесси не успела договорить. Над рядами пронесся многоголосый бабский визг. Ален сорвался с места, бросившись в сторону, откуда он доносился. Мы, переглянувшись, рванули за ним.

Бежать пришлось недолго. Через пару сотен аршинов мы врезались в плотно сгрудившуюся толпу сограждан, из центра которой и доносились вопли и повизгивания:

- Ой, бабоньки, да что ж это деется!

Протискиваясь и пропихиваясь, нам удалось пробраться в первый ряд, где и застыли от удивления. Народ располагался на почтительном расстоянии от прилавка с тыквами. Самыми обычными тыквами, ярко-оранжевыми, с зеленым хвостиком на макушке. Кроме одной особенности – у каждого овоща теперь имелся рот, в котором с легкостью просматривались острые зубы. Все тыквы асинхронно раскрывали и закрывали его, скрежеща при этом вампирского образца клыками. Зрелище было, мягко говоря, жутковатое, неудивительно, что очевидицы начали визжать. Я поспешно огляделась, ища, кто из сокурсников сотворил такую пакость. В том, что это они, я даже не сомневалась – больше просто никто не будет тратить силы и магию на такую, в сущности, безобидную, хотя и наводящую ужас, проделку. Я не ошиблась. Неподалеку от нас стояли очень довольные собой Лежек и Терен.

- Ворра та кындык, - прошипела я, не без труда пробравшись к парочке раздолбаев. – Совсем с ума посходили? Народ пугаете? Они же сейчас любого морока боятся. А если узнают, что это вы?

- Да ладно тебе, Элька, - примирительно сказал Терен. – Все нормально. Никто и не возмущается особо. Зато будет, о чем потом поговорить за кружкой дрянного пива. Эй, это кто там колдует? – вдруг возмутился он. Я повернула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как по тыквам прошлась прозрачная, еле заметная рябь, оставляя после себя уже нормальные, не клыкастые овощи.

- Кто-нибудь из магистров. Ален там точно был, - пожала я плечами.

- Ну и ладно. - Братья, похоже, не сильно расстроились. – Мы тогда дальше пошли.

- Только без глупостей, - попросила я их, прекрасно осознавая безнадежность своей просьбы.

Покрепче зажав сверток с курткой, я вкрутилась в толпу с тайным намерением найти Алена и продолжить интересную беседу, но безуспешно. Он как сквозь землю провалился. Толпа, недовольно и бурно обсуждая происшествие, постепенно рассосалась. Мы неторопливо пошли дальше и остановились у солидного сооружения, привлеченные рекламой об «уникальной живой музыке». И очень быстро пожалели об этом. Поскольку «уникальным живым музыкантом» оказался степной тролль. Эта раса была поменьше габаритами, чем их горные соплеменники, менее волосатыми и светлее окрасом. Занимались они главным образом разведением овец. Соответственно, музыкальный инструмент, на котором тролль самозабвенно заиграл, увидев, что мы вошли, представлял из себя овечий желудок, надутый воздухом, со вставленными в него трубками. Очень быстро мы поняли, что музыканту платят не за то, чтобы он играл, а за то, чтобы он прекратил это делать. Поскольку у нас не было ни малейшего желания расставаться с имевшимися у нас грошами, мы, зажав уши, поспешно удалились тем же путем, как и пришли.

Дальше были: перекус в небольшой корчме, где нас досыта и недорого накормили тушеным мясом с овощами (о происхождении этого мяса мы решили не задумываться). Долгое и пристальное разглядывание амулетов в лавке, торгующей соответствующим товаром (я все пыталась найти похожий на тот, что я видела у Алена). На мои настырные расспросы продавец – старичок в потертом темно-синем плаще – долго думал, поглаживал бороду, и, наконец, родил отрицательный ответ. Он, дескать, такого не видел, и ничего о таком не знает. Потом мы угодили на финал соревнований по метанию башмака. Победитель – конопатый долговязый детина – швырнул свой сапог так, что тот вылетел за пределы площадки. Во время награждения – а вручили ему символический лапоть пятидесятого размера – парень рассказывал всем желающим о своих тренировках в этом своеобразном виде спорта. Он кидался сапогами в орущих под окнами ворон, котов и расквыр.

Ближе к вечеру, уже уходя с ярмарки, мы с Кесси наткнулись на своих сокурсников практически в полном составе. По их внешнему виду было совершенно ясно: парни не угомонились и что-то замышляют. Ответ, что именно, последовал буквально через полминуты. С востока, медленно и неторопливо взмахивая крыльями, на нас летела королевская виверна. В первый момент я инстинктивно присела, прикрывая руками голову, но потом сообразила – это фантом. Виверны живут в горах. Ближайшие – Дагар-рон – в полутора сотнях верст отсюда, и чего бы этому созданию делать здесь? Для пропитания у нее есть все Чернолесье.

- Шетт, мараелла, - пробормотала я себе под нос, выпрямляясь и оценивая качество фантома. На первый взгляд он действительно был хорош, но, приглядевшись, можно было заметить некоторые недостатки: одно крыло было короче другого, хвост непропорциональный, цвет местами пропадает. Однако на обычного селянина виверна должна была произвести впечатление.

- И зачем? – риторически поинтересовалась я у Лежека. – Тыкв мало было? Вы хотите еще большей паники? Если учителя узнают, кто сотворил фантом – виновник будет неделю картошку чистить. А если не узнают – то весь курс отправят на кухню. А у меня, между прочим, были другие планы на свободное время, - загадочно, как мне казалось, добавила я.

Лежек не купился.

- Знаю я ваши планы – гомункулусов выращивать. А фантома Лис сделал. Я, честно говоря, был не уверен, что у него получится.

- Лис? – недоверчиво переспросила я. – Тогда стоит ждать пакости. У него еще никогда… - Продолжать не имело смысла.

На ярмарке, судя по не доносившимся оттуда крикам, еще не заметили неторопливо перемещающийся фантом. Но произошло неожиданное – или, наоборот, ожидаемое – виверна, подлетев к нам примерно на десяток аршин, с негромким хлопком исчезла.

- Ну вот, - констатировал Лежек. - Я так и знал, что у Лиса не получится. Непрочный фантом, даже пять минут не продержался.

- И хорошо, - обрадовалась я. – Кесси, пойдем? – Я бросила взгляд на подругу и замерла. Кесси с напряженным лицом всматривалась куда-то в сторону Игрицы, за мою спину.

- А это тоже Лиса проделки? – странным голосом вопросила она. Я обернулась, и на моем лице наверняка появилось такое же выражение, как у Кесси. С юга надвигалась, как неотвратимое воздействие, темная полупрозрачная стена… неизвестно чего, внутри которой периодически вспыхивали ослепительно-яркие синие молнии. Ясно было только одно – ничего хорошего ждать от этого явления природы, а, скорее, рук человеческих, не приходилось.

- Это вряд ли Лис, - севшим голосом проговорил Лежек, тоже уставившийся на приближающийся катаклизм. – У него сил не хватит такое устроить.

- Надо что-то делать… наверное…- отстраненно, словно зачарованная, сказала Кесси. – Только что?

Это был хороший, а, главное, своевременный вопрос. Я лихорадочно перебирала в памяти известные мне заклинания, могущие противостоять надвигающейся буре. Но для начала следовало определить, природное это явление или рукотворное. А на это времени не было. Внезапно поднявшийся ветер срывал шапки с мужчин, платки с женщин, трепал волосы у молодежи, обходившейся без головных уборов, сгибал до земли деревья, полностью не избавившихся еще от листвы. Прилетевшие с порывами песчинки больно впивались в незащищенную кожу и глаза. Потрескивание молний стало ясно слышимым, воздух наполнился неистраченной энергией, готовой вырваться на свободу и, как минимум, снести непрочные постройки на пустыре. Я подняла руку, сосредотачиваясь…

- Мне нужна будет ваша помощь. – Рядом со мной встал Ален, торопливо сбрасывающий куртку. Рубашку снимать времени не было, он просто разорвал ее по вороту. – Энергия не успела восстановиться после этих ваших тыкв. Лежек, возьмись за мое плечо, я воспользуюсь твоей. Кто может, помогайте! - практически орал он, перекрикивая рев ветра и шум напуганной толпы на ярмарке. Лежек, ни секунды не раздумывая, ухватился за обнаженное плечо учителя. Ален только кивнул. Отвечать времени не было. Стена подошла совсем близко. Маг вытянул вперед руки, напрягая их так, что на жилистых предплечьях жгутами выступили мускулы, сжал зубы и тихо и певуче начал что-то проговаривать – то ли заклинания, то ли ругательства. Возможно, и то, и другое. Стена остановилась, как будто натолкнулась на невидимый щит, потом снова двинулась вперед. Ален повысил голос. Теперь я ясно различала слова заклинания на каком-то древнем языке. Можно сказать, маг орал на непонятное явление природы, приказывая ему отступить, уйти, исчезнуть. Стена опять застыла на месте, потом, колеблясь, отступила на пару аршин. Ален не расслаблялся. По его лицу каплями катился пот, темные волосы трепал ветер, превративший в лохмотья обрывки рубашки. Руки мага, напрягаясь, словно бы сами отодвигали эту стену. Лежек, крепко ухватившийся за плечо учителя, зажмурился и побледнел. Кроме него, свою энергию Алену отдавали Терен, Тей и Стен – все имеющиеся в наличии девятикурсники, за исключением Лиса, меня и Кесси. У Лиса, насколько я понимала, вся сила ушла на создание виверны, девушек парни галантно отодвинули в сторону. Но на сколько их еще хватит? Сколько потребуется УМЕ, чтобы уничтожить этот странный ураган? Повинуясь непонятному чувству, я рывком вцепилась в свободное место на предплечье Алена. Молодой маг бросил на меня злой взгляд, но ничего не сказал, продолжая выкрикивать непонятные мне слова. Я покачнулась, чувствуя, как из меня через пальцы руки, впивающейся в плоть Алена, ручейком, тонким, но быстрым, потекла сила, но устояла на ногах. У меня было твердое намерение помочь учителю всем, чем могу. Если у меня не хватает умения, чтобы отодвигать катаклизмы от деревни, то, по крайней мере, моя сила не будет лишней.

И стена, наконец, поддалась. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, она двинулась назад, уходя дальше и дальше, пока не растворилась в темной чащобе леса.

Ален устало опустил руки.

- Все, адепты. Все. Всем спасибо. Можете собой гордиться.

Он натянул куртку. Рубашка восстановлению не подлежала, но маг что-то прошептал, и она приняла приличный вид.

- А… что это было? – тихо спросил кто-то из ребят, кажется, Тей.

- Не я, - поспешил оправдаться Лис, хотя на него как раз никто и не подумал.

- Завтра расскажу на лекции. Сейчас, простите, я устал. И вам советую пойти отдохнуть и восстановить силу из источника, - тихо, не напрягая почти сорванного голоса, ответил учитель.

Ален ушел по направлению к школе. Мы еще некоторое время неподвижно стояли на месте, глядя ему вслед. Я чувствовала себя прескверно – пошатывающиеся ноги, пересохшее горло, гудящая голова. Ощущение, словно из меня выкачали жизнь, а вернуть обратно забыли. Словом, яркий пример перерасхода силы.

- Он прав. Нам стоит вернуться в Школу, - хриплым голосом, так непохожим на его обычный, произнес Лежек. Кесси, единственная из всех имевшая нормальный цвет лица и не замученный вид, подняла с земли выпавший у меня сверток с курткой и обхватила мою талию.

- Пойдем. Вам действительно надо восстановиться.

Люди на ярмарке, кажется, так и не поняли, какой опасности избежали, приняв происходящее за развлечения молодых магов.

Глава 5

Не стихший после распада заклятия холодный злой ветер ускорил принятие решения. Все как-то очень быстро согласились, что обсуждение произошедшего и прения по этому поводу стоит перенести в более уютную обстановку. Ну, по крайней мере, не пропускающую ураганные порывы. Да и погода резко испортилась – плотные серые облака наглухо закрыли собой прозрачную небесную голубизну, и из них заморосило что-то мелкое и противное. Немного посовещавшись, мы единогласно постановили – в город идти не стоит, поскольку не было ни малейшего желания возвращаться потом под дождем. Ярмарка закрывалась сама собой – ветер и дождь вынуждали торговцев, бормоча себе под нос (а то и громко и отчетливо) цветистые слова и выражения, не пригодные для употребления в приличном обществе, убирать товар и сворачиваться. Немногочисленные к этому времени покупатели искали теплое местечко где-нибудь под крышей или попросту уходили домой. Для нас оставался единственный выбор – родные стены любимой Школы.

Парни прямиком направились к Лису, отказавшись восстанавливать энергию из источника. «К утру она сама придет, а войны ночью вроде не намечается», - отмахнулись они. А мне не нравилось ощущение пустоты в теле, вызванное перерасходом сил. Поэтому я сунула свою куртку Кесси, сказала, что скоро подойду, и свернула вправо, к раскидистому фикусу и жесткой, неудобной табуретке под ним, стоявших аккурат над источником. Конечно, мягкое и уютное кресло было бы несравненно приятнее, но, по какой-то неизвестной причине, эта мебель стояла здесь с момента основания школы, и никто ее не заменил.

Я, кажется, даже задремала на жестком сиденье. Распрямившись и потянувшись, я осознала, что, может, и перестаралась. Тело бурлило от переизбытка энергии, ноги при ходьбе едва касались пола, настолько легкой я сейчас себя чувствовала. Переполненная эмоциями, я, дурачась, щелкнула пальцами и послала вперед первое пришедшее мне в голову заклинание. Как оказалось, это были подслушивающие чары, и попали они прямиком в дверь Магистра Рейфа Локийского. Я поняла, что сделала, только когда из-за массивной дубовой двери явственно послышался разговор.

- Ты же заранее знал, что так будет, - устало произнес Магистр Рейф.

- Знал, - ответил ему знакомый баритон. – Но я надеялся, что удастся дотянуть их до выпуска только с теоретическими знаниями.

- Ален, - сердито и в то же время сочувственно ответил директор. – Это, похоже, поняли и в Ордене. Ты сам читал пергамент с очередной директивой. Они требуют начать практику немедленно…

- Рейф, ты же понимаешь, к чему это ведет! – с горечью воскликнул наш учитель некромантии. – Что можно сделать за год? Меня учили пять лет, и еще столько же я специализировался сам, и только после этого уверен, что смогу выстоять против спеца! А за год можно только…

- Подожди! – прервал его Магистр Рейф. – Чары разрушились. Сейчас…

После этого в пустом коридоре вновь воцарилась тишина. Исподтишка посланное второе заклинание отразилось от двери и вернулось ко мне, наградив кратковременным приступом головной боли. Озадаченная, я поднялась наверх и, зайдя в комнату Лиса, наткнулась на горячий спор.

- А я тебе говорю, что оно хотело убивать! – с пеной у рта утверждал Тей. – Сам подумай, а что еще оно могло делать?

Лежек, очевидно, не спорил с высказанной теорией, в принципе соглашаясь с тем, что темная стена должна была кого-нибудь уничтожить, но резонно поинтересовался:

- А кто тогда его сотворил? Никто из учителей не будет, из нас ни у кого не хватит ни сил, ни знаний…

Лис поспешил повторно отказаться:

- Это не я!

Поскольку никто и не собирался подозревать его в этом, на его слова не обратили внимания.

- Заезжий некромант? – внес ценную мысль Терен.

Все задумались, потом Кесси неуверенно сказала:

- Ты хочешь сказать, что по ярмарке разгуливал некромант? Вот так просто, не скрываясь? И никто его не заметил, даже учителя?

- А ты думаешь, они как-то отличаются от обычных людей? – усмехнулся Лежек.

- Ну… не знаю… - смутилась Кесси. – Он страшный должен быть, странный, с черепом каким-нибудь на поясе…

- Да ладно, - уже в голос заржал Терен. – Посмотри на Магистра Алена. У него нет черепа, страшным и странным его никто не назовет, а посмотри, как он эту стену остановил!

- Но он же учитель… - растерянно произнесла Кесси. – Он и должен быть нормальным.

У меня было что сказать по поводу странности Магистра Алена, но, действительно, вряд ли это он запустил стену, чтобы потом с такими усилиями останавливать ее. Или это была только видимость усилий? Магистр мог просто так вытягивать из нас энергию, он же некромант, их этому обучают… Немного поразмышляв над этим, я решительно выбросила из головы подобные мысли. Ален выглядел усталым, когда стена исчезла, и я сама видела, как она сопротивлялась. Тогда кто мог ее запустить? Я перебирала всех встреченных на ярмарке незнакомцев.

- Слушайте, - внесла я свою лепту в продолжавшееся обсуждение. – Я ведь видела на ярмарке странного мужчину.

Все, заинтересовавшись, обернулись ко мне, ожидая продолжения. Я, тщательно воспроизводя в памяти облик незнакомца в плаще, описала его.

- А на левом плече у него эмблема – единорог со змеей, - добавила я в конце. Интерес в глазах некоторых сокурсников пропал или значительно уменьшился.

- А, не то, - пояснил для остальных Тей. – Это эмблема Ордена Темных Всадников. Так что ты наткнулась не на «источник зла, а на силу, противостоящую ему», - торжественным голосом процитировал он учебник по истории магии.

- Это не я наткнулась, а он с меня глаз не сводил, - обиделась я. – А что тут делать этой самой «противостоящей силе»?

- Ну, может, приехал проверить все эти слухи про нашествие нежити, - пожал плечами Лежек.

- Возможно, - согласилась я. Но тут мне в голову пришла очередная ценная мысль, коей я не замедлила поделиться с окружающими. – Слушайте, это он, наверное, привез в Школу пергамент.

- Какой? – перебил меня давно молчавший, а потому скучающий Лис.

- Сейчас поясню. Я случайно услышала… - Лежек выразительно хмыкнул.

- Нет, на самом деле случайно, - поспешила оправдаться я, хотя понимала, что ни одна живая и неживая душа мне не поверит. – Услышала разговор между директором и Магистром Аленом.

Я добросовестно, стараясь не упустить ни слова, пересказала подслушанный обрывок диалога, закончив словами:

- И как вы думаете, что все это значит?

Народ так же, как и я, озадаченно молчал. Потом Лежек неуверенно произнес.

- Если я все правильно понял, а ты верно услышала… Да не кипятись ты, - добавил он, видя, что я нахмурилась. – Я тебе верю. Но мне очень интересно, кого из нас готовят? Если на некроманта надо учиться минимум пять лет?

- А может, мы такие талантливые, что нам и года хватит? – высказался Лис. Мы обдумали и эту мысль.

- Вряд ли, - пожала я плечами. – Не думаю, что мы тут все просто созданы для охоты на некромантов. Я так точно не чувствую в себе этого призвания.

- Да какая разница, - махнул рукой Терен. – Главное, что у нас, наконец, начнется практика. Надоело учить все эти отличия гулей от фледеров.

Лис поддержал товарища, остальные, включая меня, после недолгих размышлений, тоже. Заниматься тупой зубрежкой на самом деле было скучновато, хотя и явно безопасно. Я в глубине души надеялась, что до поднятия мертвецов дело если и дойдет, то нескоро. Магистр Ален должен начать с более простых заклятий.

Но первой лекцией на следующий день стояло неестествознание. Когда мы с шумом и гамом ввалились в аудиторию, Магистр Ален, против обыкновения, уже ждал нас. Это было странно. Как правило, он являлся за пару секунд до звонка, а то и позволял себе задерживаться, влетая в класс с таким взъерошенным видом, словно только что встал с постели. Но сейчас наш преподаватель, одетый в черную рубашку и черные же кожаные штаны, заправленные в сапоги, стоял около своего стола и с мрачным видом барабанил по деревянной поверхности пальцами. С трудом дождавшись, пока мы рассядемся, он сразу начал:

- Тема сегодняшней лекции – Морай-ак, или разгневанный дуб. Вид – энты, класс опасности – Е, по внешнему виду представляет собой дерево…

- Магистр Ален, расскажите нам лучше про вчерашнее заклинание, вы обещали, - предложил Стен. Он явно надеялся свернуть учителя с праведного пути вбивания знаний в головы адептов, как уже не раз бывало. Однако сегодня Магистр Ален был не в настроении. Его синие глаза блеснули холодным огнем, и, не изменяя тона, преподаватель ледяным голосом произнес:

- Спецкурс по некромантии в два часа. Подобные вещи должны изучаться там, без наличия неосведомленных лиц. – Он бросил взгляд на Марека, который был бы не прочь получить информацию о действии неизученного ранее заклинания.

- Морай-ак, разгневанный дуб, в спокойном состоянии практически безопасен…

Адепты, и я в том числе, опешили. Учитель был непохож на самого себя.

- Магистр Ален, это на вас так лекция Магистра Флоренны повлияла? – поинтересовался Тей. Я внутренне ухмыльнулась. Похоже, Алена под ручку с преподавателем травоведения видели не только мы с Кесси.

- Магистр Флоренна занимается травами, а Морай-ак относится к виду энтов - шагающих деревьев. Вы видите разницу, адепт? – Холодный взгляд синих глаз, казалось, мог заморозить огонь.

- Д… да. – Я первый раз в жизни видела, чтобы Тей, который никогда не лез за словом в карман, заикался.

- Прекрасно. Продолжим. Скорость передвижения невысокая, не превышает четырех-пяти аршин в час, но при необходимости энты могут совершать быстрые перемещения на короткие расстояния…

- Слушай, тебе не кажется, что магистра подменили? – шепнула мне Кесси. Я внимательно посмотрела на учителя, одновременно посылая импульс. Он подействовал именно так, как я и ожидала – то есть отскочил и вернулся ко мне. По внешнему виду Магистр был прежним, если не считать аккуратной прически вместо встрепанных волос и черной одежды, сочетающейся в моем сознании с образом темного мага, а не преподавателя Школы. Ну, еще хмуро насупленные брови и мрачно горящие глаза тоже больше подходили некроманту, а не мирному исследователю нежити. Если честно, такая версия Магистра Алена нравилась мне даже больше, чем предыдущая. Я с трудом вернулась к записи лекции и нетерпеливо ожидающей моего ответа Кесси.

- Нет, не кажется, - обработав полученную информацию, прошептала я подруге. – Только, похоже, его чем-то крупно разозлили, и очень надеюсь, что к спецкурсу это плохое настроение рассосется.

- Опасен Морай-ак тем, что обхватывает напавших на него путников ветвями и сдавливает их грудную клетку, ломая ребра и позвоночник. Боится открытого огня… - звучал в аудитории баритон Магистра Алена.

К сожалению, мрачное настроение некроманта к началу спецкурса никуда не делось. Если бы это было возможно, я сказала бы, что оно стало еще хуже.

Он вновь уже ждал нас в аудитории, стоя спиной к двери, скрестив руки на груди и пристально глядя в окно. Ален не пошевелился, когда наша группа закрыла за собой дверь.

- Не садитесь, - предупредил нас Магистр. – Сегодня мы приступаем к практике.

Мы дружно изобразили удивление, Терен – неприкрытый восторг, сбросили сумки на один из столов и замерли, ожидая следующих указаний. Магистр небрежным жестом кинул на дверь чары, защищающие от подслушивания, и, наконец, повернулся к нам. В его глазах горел тот же холодный синий огонь, который мы видели утром.

- Заклинание, результат которого вы вчера видели, называется Тарн' эрр-Каарт. В переводе – Стена Мертвых. – Учитель замолчал и посмотрел на нас. Не знаю, как остальные, но лично я не сильно удивилась. Точнее, совсем не удивилась. По внешнему виду этой полупрозрачной стены было совершенно ясно – ничего хорошего от нее ждать не приходилось. Только интересно, стена убивала или, наоборот, поднимала? Не успела я сформулировать вопрос в своей голове, как на него последовал ответ.

- Стена не предназначалась для убийства. Кому нужны трупы селян и заезжих торговцев? Ярмарка просто стояла у нее на пути, и с продавцами-покупателями ничего бы не случилось. Ну, может, улетела бы парочка шапок, где-нибудь свалило бы палатку. Так, ничего не значащая мелочь. Стена шла на эльфийский жальник. А вот что произошло бы после того, как она дошла бы до кладбища – можно себе представить. Последствия могли бы быть самые разные. Озвучивать не буду. По предсказаниям у меня всегда была твердая «тройка», - внезапно улыбнулся Магистр, но лишь на короткое мгновение. Можно было подумать, что мне показалось, поскольку через секунду губы Алена вновь были сжаты в ровную линию, а брови нахмурены.

Наступившее молчание, во время которого все усваивали поступившую информацию, прервал Терен.

- То есть, если эта стена пройдет по кладбищу, мертвецы выкопаются из могилок и пойдут гулять?

- В общих чертах да, - невозмутимо ответствовал Магистр. – Есть нюансы, связанные с уровнем силы некроманта, вызывающего стену, однако сейчас мы не будем это обсуждать. Еще есть вопросы?

- Есть, конечно, - радостно заявил Лис. – Кто ее вызвал?

Ален неохотно сказал.

- Не знаю. Я догадываюсь, но сейчас не хочу озвучивать свои мысли. Не в вашей компании, по крайней мере. Еще?

Загадок, кажется, стало больше, чем было до объяснения магистра. Вопросы клубились в моей голове, мешая друг другу, настойчиво просились наружу. Вряд ли, конечно, можно было надеяться получить на них ответы прямо сейчас – Ален был не настроен на откровенность, поэтому я придерживала их при себе. Хотя один – какое заклинание мы будем изучать сегодня - я узнаю в ближайшем будущем. Очень надеюсь, что это не будет общением со скелетом.

- Заклинаниями некромантии, - заговорил Магистр, - нельзя исцелить, развеселить или склеить разбитую чашку. Они предназначены только для нанесения вреда либо управления неживыми созданиями. В принципе, - усмехнулся Ален, - некроманты используют ту же самую энергию, что и остальные маги, только, так сказать, ее темную сторону.

- У энергии есть две стороны? – удивился кто-то, кажется, Стен.

- Да, - кивнул учитель. – Как, впрочем, и у всего. Вас просто не учат различать потоки этой энергии. Да и мало кто сейчас это умеет.

- А вы умеете? – ехидно поинтересовался Тей.

- Я – да. И вы научитесь, - спокойно ответил Ален. – Возможно. От меня требуют, чтобы я ускорил ваше обучение и поскорее перешел к практическим занятиям, начиная с сегодняшнего дня. Но, - Ален лукаво посмотрел на меня, - начнем мы с простенького заклинания. Будем наводить ужас.

- Всего-то, - разочарованно протянул Тенар.

- Тебе кажется, что это мало? – нехорошо прищурился Магистр и сделал странный жест рукой.

Мне стало страшно. Нет, не просто страшно, а СТРАШНО. Панический ужас завладел мною. Боялась каждая частичка моего тела, даже ногти и ресницы. Я боялась дышать – и не могла сделать вдох, легкие словно окаменели. Я боялась стоять на месте, но вместе с тем мне было страшно и сдвинуться. И осознание того, что я боюсь сделать малейшее движение, наполняло душу еще большей паникой и останавливало сердце.

Внезапно все кончилось. Я резко выдохнула, закашлявшись, и с наслаждением задышала теплым воздухом аудитории, стирая с глаз выступившие слезы. Все было как обычно – класс со столами, разрисованными нерадивыми адептами, низкие серые облака на небе за окном, Магистр Ален, сочувственно смотревший на нас.

- И как? Мало? – поинтересовался он. Для меня было в самый раз. Можно было бы даже и послабее. Я огляделась. Сокурсники, похоже, были того же мнения.

- Огхырительно, - тихо высказался за всех Тенар и уже громче добавил:

- И мы тоже так сможем?

- Так – вряд ли, - честно ответил Ален. – Это все-таки высший уровень. Но просто напугать партнера, думаю, сможете.

Магистр объяснил формулу заклинания и, критически оглядев нашу компанию, разбил на пары. Терена с Лежеком – братья отказывались работать не в паре, и все уже знали про эту их особенность, Тея – со Стеном, а Ингвара – с Лисом. Подобное сочетание обещало немало интересного, но в данный момент меня больше занимало то, что мне придется пугать учителя. А для этого надо не просто произнести заклинание, но и абстрагироваться от влияния Магистра на меня. Потому что я все еще периодически чувствовала странную оцепенелость и слабость в ногах, когда случайно встречалась с ним взглядом.

«Главное – не смотреть ему в глаза», - сказала я сама себе, тряхнула головой и встала перед Аленом.

- Ну, начинай, - подбодрил он меня.

Я, сосредоточившись, мысленно повторила формулу и необходимое слово. Ален с любопытством наблюдал за моими приготовлениями.

- Нет, не так, - вдруг сказал он. Я выдохнула и удивленно посмотрела на него, опуская поднятую для заклинания руку.

- Локоть ближе к телу. Рукой веди плавнее.

Я опять сосредоточилась.

- Sclenn…

Ничего. Ален как стоял, так и стоял, не моргнув глазом и не поведя мускулом лица.

- Все правильно, но силу надо кидать резким толчком. Пробуй еще раз.

- Sclenn…

- Еще резче, - посоветовал Ален вторично. – Я знаю, у тебя должно получиться. Представь, что ты кидаешь пульсар, только энергия должна быть другой.

- Sclenn…

С третьего раза у меня стало получаться. Я физически почувствовала, как пущенный мной комок энергии полетел по направлению к молодому магу и попал в него. Ален скривился. Пусть на мгновение, пусть еле уловимо, но чеканные черты лица исказились.

- А что будет, если я сильно напугаю вас? – заинтересовалась я.

- Ничего. На заклинание такого уровня у тебя еще не хватит навыка. Оно простое, но это как вышивание крестиком – чем больше тренируешься, тем лучше получается.

- Терпеть не могу вышивать, - пробурчала я, вспоминая раннее детство и жизнь в трактире, когда меня пытались приучить к женскому рукоделию.

- Не сомневаюсь, - усмехнулся Ален. Его мрачное настроение не то чтобы пропало совсем, но явно улучшалось. В синих глазах, кроме холодного огня, плясала улыбка. Черт, зачем я посмотрела ему в глаза, ведь уговаривала себя не делать этого! Теперь надо опять приходить в себя и сосредотачиваться…

- Пробуй еще раз, - потребовал Магистр.

- Ну а все-таки, - попыталась я потянуть время, пока проходит оцепенение. Кроме того, я преследовала тайную цель – отвлечь учителя разговором и попробовать незаметно послать заклинание. Что-то подсказывало мне - Ален не собирается просто так поддаваться действиям адептки.

- Я поставлю щит. Вот как сейчас, - ухмыльнулся Ален, делая еле заметное движение рукой в ответ на мой жест. – У тебя получилось лучше. Пробуй еще раз.

- Так нечестно! – возмутилась я. – Я не вижу ответной реакции.

- Потом потренируешься на сокурсниках, там будет тебе и ответ, и реакция, - подбодрил меня Магистр. - А пока я тебе и так скажу, хорошо или плохо у тебя получается. Давай еще раз.

После десятого или одиннадцатого раза Ален сообщил, что «почти нормально, а для первого раза и вообще отлично». Я возгордилась, хотя и чувствовала себя так, словно таскала тяжелые мешки на пятый этаж. Ребята-то работали в паре, по очереди, а мне приходилось одной, да еще и я старалась пробить щит. (Я понимала, что это вряд ли получится, но не могла не попробовать.)

- Отдыхай. Мне надо посмотреть, как идут дела у других. – Ален кивнул на моих сокурсников. Мне тоже было любопытно.

Если честно, там было на что посмотреть. Две пары спокойно отрабатывали заклинание с разной степенью успешности, насколько можно было судить по выражению их лиц. Однако у Лиса и Ингвара выходило нечто странное. Похоже, Лису никак не удавалось пробить северную невозмутимость напарника. Как парень не старался, на лице Ингвара было все то же спокойное выражение. Сам Ингвар, кстати, справлялся не в пример лучше. После его заклинания Лис замирал на секунд пять-десять, чего в обычных условиях добиться было практически невозможно, и на его веснушчатой физиономии появлялось испуганное выражение. Мне он больше всего напоминал мальчишку, который полез за вареньем, и в самый ответственный момент его застукали родители.

Ален прошелся по аудитории, негромко указывая на неточности выполнения. Лису он долго объяснял, как нужно правильно произносить заклинание и делать жест рукой.

Закончив, Ален благоразумно отступил на несколько шагов в сторону, чтобы пущенное неверной рукой заклинание не отрикошетило на него, и пронаблюдал результат.

Он… впечатлял. У Лиса не то чтобы не получилось… просто получилось не совсем то, что он хотел. Хотя в случае с Лисом никогда нельзя было сказать наверняка. Вместо того, чтобы испугаться, Ингвар засмеялся. Не просто засмеялся. Он согнулся в три погибели, хватаясь за живот и заливаясь басистым, рокочущим смехом.

Мы оторопели. Нам настолько редко приходилось видеть всегда сурового и невозмутимого северянина даже слегка улыбающимся, не то что хохочущим, что не могли оторваться от этого зрелища. К сожалению, оно закончилось так же внезапно, как и началось. Ингвар выпрямился и с непередаваемым выражением лица посмотрел на причину своего нежданного веселья.

Лис сжался и как-то уменьшился в размерах. Ингвар надвигался на него, как скала, с явным намерением применить грубую силу.

Ален кашлянул. Ингвар вздрогнул и остановился.

- На сегодня, пожалуй, хватит, - сообщил учитель, тщательно скрывая эмоции в голосе. – Так или иначе, вы все научились менять настроение напарника. На следующем занятии будем учиться ставить щиты против этого заклинания.

Мы разобрали сумки и вывалились из аудитории, обмениваясь по пути в свои комнаты мнениями по поводу спецкурса. В основном они сводились к следующему: некромантия не так и страшна, магистр Ален крупный специалист в своем деле (хотя никто из нас и не сомневался в этом), а Лису в ближайшее время с Ингваром наедине лучше не оставаться.

Я помалкивала, кивками соглашаясь со всеми высказываниями. Во-первых, я устала, а, во-вторых, пыталась разобраться в собственных ощущениях.

- Элька, иди сюда, - позвала меня, едва я возникла на пороге, Кесси, сидящая у подоконника.

- Что такое? – утомленно поинтересовалась я, кидая сумку в угол и плюхаясь на кровать.

- Элька, он вылупляется!

Глава 6

- Кесси, ты как заклинание формулировала? – задумчиво поинтересовалась я, глядя на гомункулуса. Идеальный мужчина потянулся, демонстрируя крепкое мускулистое тело.

- Как договаривались, - таким же тоном ответила она. – Идеальное существо мужского пола.

- И все?

- Ну, - замялась Кесси. – Я добавила еще парочку параметров – темноволосый и зеленоглазый.

Идеальное существо мужского пола прикрыло ярко-зеленые глаза и зевнуло, продемонстрировав ослепительно-белые зубы.

- Да, это у тебя получилось, - глубокомысленно заметила я. – А человекообразие ты в него не закладывала?

- Нет… - расстроено сказала Кесси. – Мне казалось, это подразумевается само собой…

- Начальные условия нужно ставить корректно, - магистерским тоном произнесла я, разглядывая идеал Кесси.

Он неодобрительно взглянул на меня, что-то проворчал и одним пружинистым прыжком оказался на руках у подруги, нежно прижимаясь к ней.

- А, с другой стороны, это действительно идеальный самец, - заключила я.

- Да? – обрадовалась Кесси.

- Точно. - Я села рядом с ней на кровать и почесала за ушком огромного черного кота. – Сама подумай – теплый, мягкий, урчит под боком, еду, при необходимости, найдет сам, нежно тебя любит. - Кот громко, на всю комнату, замурлыкал, тыкаясь мордой в ладонь задумавшейся Кесси и требуя ласку.

- Может, ты и права, - после некоторых раздумий сказала Кесси, прижимая к себе увесистую тушку. – Вполне себе идеальный мужчина. И, что самое главное – регулярно и самостоятельно умывается…

Кот согласно мурлыкнул и блаженно прикрыл глаза.

Зверь оказался действительно идеальным мужчиной. Большую часть времени он спал, нагло развалившись либо на кровати Кесси, либо на моей, и занимая при этом ее большую часть. Отсутствие храпа с большим успехом заменялось громким мурлыканьем, от которого, казалось, сотрясались стены. Кот страстно любил Кесси, мгновенно оживляясь при ее появлении, прыгая к ней на руки, чуть не сшибая с ног хрупкую девушку, и всем видом и поведением демонстрировал свои чувства. Меня он расценивал больше как бесплатное приложение к его обожаемой владелице, милостиво позволяя себя погладить в случае ее отсутствия.

В еде кот был неприхотлив, питаясь тем, что мы приносили ему из столовой и таскали у мантикоры. В качестве туалета умный идеал приспособил пока остатки глиняной посудины, в которой развивался. На общем собрании обитателей нашей комнаты – то есть меня, Кесси и Кыса – так назвали кота – было решено в ближайший же свободный день сходить в Вийск и подыскать что-нибудь более подходящее.

В конце недели неожиданно распогодилось. Серые облака, затягивавшие небо и навевавшие непреодолимую сонную одурь на адептов, разошлись, открывая соскучившемуся взору прозрачную голубизну неба с разбросанными кое-где пуховыми комочками облаков. Опавшие листья весело хрустели под ногами, и иней, растаявший под лучами жадного и не желавшего делиться теплом солнца, отбрасывал на траву бриллиантовые искры.

Кесси, которая на днях простыла, только грустно смотрела в окно на сияющий великолепный день, шмыгая покрасневшим носом, и давала последние ценные указания насчет ширины, глубины и расцветки требующейся посудины. Я пропускала ее слова мимо ушей, не торопясь, одеваясь.

- Элька, а ты не слишком легко оделась? – встревожилась подруга в последний момент.

Я осмотрела себя: брюки, рубашка, сверху наброшена легкая куртка.

- Там тепло, - недоуменно сказала я.

- Я тоже так думала, - демонстративно шмыгнула носом подруга и отхлебнула лечебного настоя.

- Ты выскочила под проливной дождь в одном легком платьице только потому, что тебе показалось – Кыс удрал. А он преспокойно спал на шкафу, не реагируя на шум и суматоху, - резонно заметила я.

Обсуждаемый кот лениво приоткрыл один глаз, шевельнул ухом и поудобнее устроился около обожаемой им женщины – Кесси.

- А сейчас там светит солнце, и ветра нет, - припечатала я. – Так что нормально, - и я, помахав на прощание ручкой, выскочила на улицу.

Там, вообще говоря, было прохладнее, чем казалось из теплой комнаты. Однако я рассудила, что все равно не собираюсь тупо стоять на месте, а, напротив, бодро и весело прогуляюсь до города и обратно, не успею замерзнуть.

Выбрать нужную емкость для Кыса, основываясь на указаниях Кесси, оказалось делом далеко не простым. Мне пришлось обойти несколько лавок, торгующих разной посудой, и от огромного количества мисок, плошек, тарелок, бидончиков, корчаг и горшков у меня вскоре зарябило в глазах. Наконец, мне удалось подобрать посудину подходящей формы, размеров и расцветки. Однако, она обладала одним недостатком, на мой взгляд, перевешивающим все достоинства – миска была жутко тяжелой и неудобной для переноски. Я, критически оглядев ее и вздохнув, приготовилась к тяжелой дороге домой.

Однако сие мероприятие отдалилось на неопределенный срок, а, возможно, и вообще превратится в легкую прогулку. Проходя мимо нашего любимого трактира, я наткнулась на своих сокурсников, направлявшихся в него отмечать день падения Мооран-дар-Кастеля. Они, обрадовавшись, позвали меня с собой, и им не пришлось долго меня уговаривать. Втайне я надеялась, что возвращаться тоже буду не одна и сплавлю тяжелую миску кому-нибудь из представителей сильного пола.

Этот народный праздник принадлежал соседней Волмении. Собственно замок представлял собой скромную постройку-развалюху, которую завоевывать было себе дороже, поскольку на ее починку должно было уйти столько средств, сколько вряд ли можно было надеяться получить, сдавая в аренду эту собственность в течение ста - ста двадцати лет. А потом ремонт можно было начинать заново.

Обитатели же Мораан-дар-Кастеля, однако, по той же самой причине страстно желали, чтобы их кто-нибудь, наконец, завоевал – не хотелось тратиться на ремонт. И, когда замок, наконец, осадил некий проезжающий поблизости рыцарь всего с десятком оруженосцев, или кто там еще входит в состав рыцарского войска, жители торжественно вынесли ему ключ от замковых ворот на белом рушнике, сопроводив подношение караваем и бочонком вина. Об умственных способностях рыцаря, как и о том, что он сказал, проспавшись после затяжной пьянки и обозрев свое новое владение, история умалчивает. Но день падения Мораан-дар-Кастеля с тех пор стал отмечаться в народе.

Вечер шел, как и должен был идти. Жаркие споры Тея и Лежека. Редкие, но глубокомысленные замечания Тенара. Ингвар, сосредоточенно поедавший свиные ребрышки и при этом не спускавший глаз с Лиса (после случая на спецкурсе он постоянно следил за парнем, боясь, что тот выкинет еще что-нибудь). Менестрель, самозабвенно наигрывавший в углу волменские народные песни – он тоже поддался общему настрою. Я, меланхолично отщипывавшая от ржаной ковриги небольшие кусочки, кидающая их в рот и изредка вставляющая свою реплику в перепалку заядлых спорщиков. Я прикинула, что еще полтора-два часа – и можно будет попросить Ингвара проводить меня. Он не откажется – как я и говорила, все сокурсники по-братски относились к нам с Кесси, а тащить тяжеленную миску такому здоровяку куда проще, чем обычной девушке.

Дверь трактира отворилась. Я не обратила на это внимания – мало ли кто может зайти субботним вечером в питейное заведение? И вообще, пара рюмок настойки «Слезы вечности», которые меня уговорили выпить, навевали расслабленность и сонливость. Однако знакомый голос, который я услышала, встряхнул меня.

Ален вежливо пододвигал стул Магистру Флоренне, помогая ей устроиться за угловым столиком. Учитель, заметив нашу теплую компанию, поприветствовал нас легким кивком и сел рядом со своей спутницей. Парни ехидно заулыбались. Я уже предчувствовала, как они будут язвить на тему тесных взаимоотношений между преподавателями.

Я вернулась к возобновившейся беседе, но, против своей воли, то и дело бросала взгляд на мирно разговаривающую в углу за кружечкой медовухи парочку. Магистры, безусловно, хорошо смотрелись вместе.

Я плохо знала нашего преподавателя травоведения. Она вела у нас всего один семестр – предмет был не профильным – на пятом курсе. Но, из того, что я помнила, и слухов, ходивших по школе, у дамы было два интереса в жизни – цветы и мужчины. Первое плавно вытекало из второго: мужчины с большим удовольствием преподносили красавице, живущей в столице и работающей при дворе, роскошные букеты. Но в один не самый прекрасный день Магистр Флоренна попала в неприятную ситуацию, связанную с неким высокопоставленным чиновником и его супругой. Итогом явилось поспешное, если не сказать, позорное увольнение и отъезд в Школу Магов, Пифий и Травников, где как раз освободилась должность преподавателя травоведения. В Школе как с цветами, так и с мужчинами дело обстояло плохо. Местные эндемики пышным и красочным цветением не отличались, а средний возраст мужского населения зашкаливал за сотню лет. Адептов, естественно, в расчет никто не брал.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что соскучившаяся по приятному обществу противоположного пола магичка старалась при любой возможности осуществлять это самое общение. Появление же в Школе Магистра Алена, очевидно, было воспринято Флоренной как ответ на ее тайные (а может, и не очень тайные) желания.

Магистр Ален должен был быть сделан из камня, чтобы не отреагировать на призывно вздымающуюся грудь, трепещущие ресницы и влажные приоткрытые губы. И он явно был нормальным (пусть и не идеальным) мужчиной. В этом не приходилось сомневаться, видя, как шепчется за столом парочка магистров, трогательно склонив друг к другу головы.

Мне вдруг взгрустнулось, хорошее настроение куда-то подевалось и страшно захотелось домой. Ну, не домой – его у меня не было никогда – а хотя бы в Школу, в теплую комнату, под одеяло, слушать мурлыканье прижавшегося к Кесси кота.

Ингвара звать было бесполезно. Он никогда не уходил, не доев, а ему только что принесли добавку. Остальные сокурсники тоже не изъявляли желание расходиться.

Я вздохнула и приготовилась подождать еще немного, честно стараясь отвлечься от странного скребущего ощущения в груди и для этого прислушиваясь к новому витку обсуждения – что лучше делать при встрече с химерой – кинуть пульсар или рубануть мечом. Вариант заорать и убежать не рассматривался изначально – мы все-таки маги-практики.

Но мой взгляд сам собой переместился к угловому столику. Магистр Флоренна оживленно щебетала что-то, взяв в руку ладонь Магистра Алена и проводя по ней изящным пальчиком.

- Ребят, я, пожалуй, пойду, - сообщила я, вскакивая на ноги. Они предложили мне остаться, но что-то внутри просто гнало меня на улицу.

- Нет, Кесси заждалась уже, - сказала я чистую правду, подхватила посудину и немного быстрее, чем хотела, вышла на улицу.

Накрывшие землю сумерки принесли с собой холодный пронизывающий ветер. Я поежилась, поудобнее перехватила миску и двинулась по хорошо знакомой дороге в Школу.

На окраине города я вновь почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Поисковый импульс ничего не сообщил. Но у меня было слишком паршивое настроение, а кошачья посудина была слишком тяжелая и успела надоесть. Так что я поставила ее на землю и громко поинтересовалась.

- Слушайте, если вы все равно за мной следите, помогите дотащить эту штуку до Школы.

И замерла, прислушиваясь. Тишина. Ни звука, ни шороха. Нет, конечно, я что-то слышала: перебранку двух баб неподалеку, вялый непериодичный лай собаки, пьяное бормотание идущего домой из корчмы мужичка. Но ничего, что могло бы послужить малейшим ответом на мой призыв – шороха листьев, треск веток, членораздельное приветствие – я не услышала.

Ну и ладно. Никого, так никого. Я подняла миску и пошла дальше.

Идти было не то чтобы страшно – неуютно. Взгляд, сверлящий мою спину, исчез. И на том спасибо. Но и без него прогулка не представляла удовольствия. Окончательно сгустившиеся сумерки превратились в темную ночь, перекрыв поступление того небольшого количества тепла, которым соглашалось поделиться осеннее солнце. Поднявшийся ветер пробирался под легкую куртку и рубашку, леденил пальцы рук, держащих миску, шелестел опавшими листьями, собирая их в кучки. Только этим шелестом я могу объяснить то, что совершенно не услышала шагов подошедшего ко мне человека.

- Давай помогу, - услышала я, и кто-то потянул из моих рук миску. Я вздрогнула, отскочила в сторону, освободила руки (посудина с глухим стуком упала на твердую замерзающую землю, но, к счастью, не разбилась) и привычно сложила пальцы для заклинания.

- Только не нападай на меня, - произнес знакомый голос. Я немного расслабилась. Ален вышел из тени на небольшой пятачок, освещенный серпиком луны.

- Опусти руки, пожалуйста. Честное магическое, я не собираюсь на тебя нападать.

Я, улыбнувшись детской присказке, послушно опустила руки и поинтересовалась:

- Это вы за мной следили? – Боюсь, мой голос был пропитан подозрением. Ален непритворно удивился и насторожился одновременно:

- Я? Нет, зачем мне за тобой следить? И, кстати, я просил называть меня на «ты». А ты чувствовала слежку? Что это было?

Я задержалась с ответом, пытаясь прощупать его мысли. Бесполезно. Я вновь наткнулась на защиту, пробить которую не могла. И не знаю, кто мог бы. Может, только Магистр Рейф.

- Не знаю, - наконец, ответила я. – Я иногда чувствую на себе пристальный взгляд. Но поисковый импульс, - предупредила я его вопрос, - ничего не дал. И никто не ответил на мой вопрос, - смутилась я.

Ален пожал плечами.

- Если почувствуешь такое еще раз, сообщи, пожалуйста. Не нравится мне это. Ну, так тебе помочь? – Он потянулся к валяющейся на земле миске.

В принципе я не возражала, но…

- А ваша спутница не предъявит потом претензий? – осведомилась я. Так, на всякий случай.

- Не будет, ее здесь нет, - коротко отрезал Магистр таким тоном, что мне сразу расхотелось спрашивать дальше. Не дожидаясь дальнейших вопросов, Ален подхватил миску. Я с легкой завистью наблюдала, как он без малейших усилий поднял ее, пристроил поудобнее и повернулся ко мне.

- Идем.

Я подчинилась приказанию, совпадавшему с моими собственными намерениями.

Тонкий серпик луны, повисший в небе, слабо освещал тропинку, по которой я, в принципе, могла пройти с закрытыми глазами. На темно-прозрачном небе постепенно проклевывались звезды.

«Романтика, - мысленно усмехнулась я. – Любая пифия удавилась бы от зависти. Ночь, луна, звезды, рядом красавец-мужчина… Бабочки… то есть нетопыри летают. – Я невольно отшатнулась, когда прямо перед носом промелькнула черная тень. Хрипло каркнула сидевшая на ветке и косившая на нас черным глазом ворона. – Птички поют… Волки воют… Или не волки…»

Я прислушалась. В Чернолесье выла какая-то тварь. Нет, это не волки. Это, скорее, нацыга.

Должно быть, я произнесла последние слова вслух, потому что Ален, шедший рядом и еле заметно усмехавшийся, возразил:

- Это не нацыга.

- Как это не нацыга? – праведно возмутилась я. – А кто еще?

- Леанар.

- А они у нас разве водятся? – От неожиданности я даже остановилась. – «Ареал обитания леанаров - север Аррении», - процитировала я строчки учебника.

- Основной ареал, - добавил Ален, тоже остановившийся. – Некоторые особи, бывает, кочуют, а Чернолесье вполне подходит для их существования.

- А как вы… ты определил, что это действительно леанар? – не желала отступать я. Вой вполне мог принадлежать и нацыге, а они в Чернолесье водились.

- Нацыга всегда заканчивает трель, повышая тон до практически неслышимого. А у этой твари в конце было нечто вроде клокотания. Так делают леанары.

Словно в подтверждение его слов, существо провыло еще раз, и я точно смогла расслышать глухое ворчание в конце.

Резкий порыв ветра бросил нам в лицо горсть листьев, сорванных с соседней осины. Я недовольно вытащила из волос запутавшуюся в них веточку и поежилась. Зря я не послушалась Кесси и не оделась потеплее. Новая куртка казалась мне сейчас верхом уюта и блаженства.

Ален аккуратно поставил миску на землю. Слова «Что, тяжело?» застряли в моем горле, когда он начал раздеваться. Пока я собиралась с мыслями, на моих плечах очутилась теплая, нагретая, пахнущая пряным мужским ароматом куртка.

- Не надо! – запротестовала я. – Мне не холодно!

- Я вижу, - усмехнулся Ален. – Еще немного – и можешь посоперничать с покойником по синеве губ.

- Мы сейчас пойдем побыстрее, и я согреюсь, - пообещала я, начиная выпутываться из куртки. Хотя мне отчаянно не хотелось снимать с себя одежду Алена. Сильные руки легли на мои плечи.

- Я же сказал – оставь, - сурово приказал Магистр. И более мягко добавил:

- Я привык к холоду, пока жил на Севере.

Я сдалась, просунула руки в слишком длинные для меня рукава и запахнула полы на груди.

- Никогда не была на Севере, - прошептала я больше себе, чем для поддержания беседы.

- Я знаю, - хмыкнул Магистр и подхватил поставленную на землю посудину. Конечно, как учитель, он имел доступ к личным делам учащихся.

Некоторое время мы шли молча. Я куталась в куртку Алена, тайком вдыхая окутывающий меня аромат, и изо всех сил пыталась сдержать вертящиеся на кончике языка вопросы: где именно – на Севере, ведь он большой, что Магистр там делал, и как там - на Севере…

Ален нарушил молчание сам.

- Там совсем другие звезды…

- Чем где? – все-таки несмело спросила я после паузы, хотя и так было ясно, о чем он говорил.

- Чем на Севере. Здесь звезды намного ниже, их больше, и светят они как-то дружелюбнее, что ли. – Ален кивком показал на созвездие Темного Охотника, чей пояс сверкал над горизонтом. – А на Севере звезды далеки и равнодушны. Даже в новолуние они слабо видны на небосводе – этакие крошечные мигающие точки.

Я быстро прикинула: судя по его словам, Ален был очень далеко на Севере. Острова?

- Это Клендар? – озвучила я свою догадку.

- Да, - не удивился Ален.

- А долго… - я не закончила. Ален прервал меня.

- Пять лет. И, предвосхищая твой следующий вопрос – да, именно там я учился.

- А расскажи мне, - удивляясь собственной смелости, попросила я. Мне, правда, было это интересно. За всю свою жизнь я была лишь в Заполье – моем родном городе и Вийске, рядом с которым учусь. Конечно, у меня будет возможность повидать мир после окончания Школы, но интересно-то мне было уже сейчас!

Ален рассказывал всю оставшуюся дорогу. Он говорил медленно, тщательно подбирая слова, и в результате передо мной представала картина сурового края…

Края, где девять месяцев в году царит зима, и бескрайние просторы покрываются полусаженным слоем снега, тускло белеющим под лунным светом – а солнце не появляется из-за горизонта полгода.

Края, где не растут высокие деревья – они не выживают под ураганными порывами ветра и неизбежно сломались бы под тяжестью снега.

Края, где немногочисленные обитатели – и люди, и снежные тролли, и гномы – стараются жить в мире – так проще выживать в противоборстве с бушующей природой.

Края, где весной глаза, привыкшие к белому однообразию, слепит от буйства красок – все растения стараются отцвести как можно раньше, чтобы семена успели вызреть за короткое северное лето. Где буквально за неделю, как только снег превратится в сверкающие под незаходящим солнцем озера с темно-синей непрозрачной водой, вся земля покрывается ярким разноцветьем, и воздух наполняется жужжанием шмелей и назойливым писком комаров.

- Только магия и спасает, - усмехнулся Ален. – Больше ничего не помогает.

Я слушала, чуть ли не раскрыв рот. Ален продолжал, видя мой неприкрытый интерес, и я опять видела в своем воображении нарисованные его словами картины…

… На берег выбросилось огромное морское животное. (Ален назвал его «Sekran-all-narall», сказав, что аналога на Всеобщем он подобрать не может.) Все обитатели селения кидаются на берег, чтобы успеть разделать его и закоптить, засолить и заготовить сотней других способов мясо – теперь у всех будет еда в течение нескольких недель…

… В разгар зимы начинают пропадать люди. Для поселка, в котором наберется не больше сотни жителей, это серьезное происшествие. Команда из лучших охотников, шамана и Алена, который увязался за ними из чистого любопытства, выследили злобную тварь – Дреннага. Они потеряли еще одного человека, но победили, и люди больше не пропадали.

… Весной, когда сходит лед с пролива, приходят корабли торговцев. Они привозят одежду, ткани, посуду, прочие товары, и меняют их на клыки Sekran-all-naralla и редкие минералы, которые добывают только здесь…

- А как тебя туда занесло? – зачарованно спросила я.

- Приехал на таком же корабле, - невозмутимо ответил Ален.

- А зачем?

Ален пожал плечами.

- Ты должна была сама догадаться. Мой учитель. Он жил там с тех пор, как начались гонения на некромантов, и я с трудом уговорил его обучать меня.

- А там был… материал для обучения? – заинтересовалась я.

- Больше, чем ты думаешь, - сухо ответил Ален и перевел тему:

- Мы пришли.

- Да. – Я запоздало спохватилась, что мы прошли через ворота Школы и стоим перед входной дверью. – Давай. – Я перехватила из рук Алена миску. Гхыр, она, кажется, стала еще тяжелее. А Магистр нес ее всю дорогу и еще и развлекал меня!

- Ален, мне сейчас все равно надо сходить к мантикоре, так что я отнесу эту штуку наверх и вернусь. Тогда и отдам куртку.

Если честно, я могла снять ее и прямо сейчас, но мне почему-то не хотелось расставаться с ней.

- Хорошо, - согласился Ален.

Я поднялась на свой этаж и распахнула дверь нашей комнаты, где меня ждала возмущенная Кесси.

- Элька! Ты где пропала? Ты хоть понимаешь, как я… - Но тут же возмущение сменилось жгучим неприкрытым любопытством. – А чья это куртка?

- Потом. Я вернусь и все расскажу, - отмахнулась я, с огромным облегчением опуская на пол миску и с не менее огромным сожалением снимая куртку. В кармане зашелестел обрывок пергамента. Я не смогла удержаться - вряд ли Магистр будет таскать в кармане вещи, не предназначенные для просмотра посторонними, и без зазрения совести достала ее.

Это оказалось пророчество.

В смертный час, когда сменится ночью день,

И закроет звезды тьма крылами,

От второй луны падет на землю тень,

И пойдет поверхность гор волнами.

Лишь потомок сына леса и дитя

Той волчицы, что в горах таилась,

Смогут, если вместе кровь у них смешать,

Сделать так, чтоб зло остановилось.

- Кесси, - озадаченно показала я подруге пергамент. – У тебя всегда были по прорицанию оценки лучше. Посмотри, что это может быть? У меня ощущение, что я это где-то видела.

Кесси пробежалась глазами по аккуратно начертанным строкам и задумчиво уставилась в потолок.

- У меня тоже… - Вроде мы такое изучали… Или нет?

- Тогда вспоминай. Я пока принесу Кысу еду. – Я убрала обрывок на место, натянула собственную куртку и выскочила за дверь.

Ален ждал меня на прежнем месте. Я поблагодарила его, передала одолженную теплую одежду (и он с явным удовольствием надел ее) и замерла на месте, не зная, что делать дальше. С одной стороны, мне следовало вежливо попрощаться и уходить, а с другой, так не хотелось заканчивать вечер с Аленом, неожиданно ставшим таким интересным и…

- Я все хотел спросить, - нарушил повисшее между нами неловкое молчание Ален. – А зачем тебе нужен этот тазик? И почему к мантикоре надо идти именно сейчас? А завтра нельзя?

- Что, теперь моя очередь развлекать общественность байками? – обрадовалась я. – Тогда проводи меня до Муськи… до Гренны, - я вспомнила, как звал ее Ален, - и по дороге я все объясню.

Магистр с готовностью, несколько удивившей меня, согласился.

- Этот тазик, как ты его назвал, - для Кыса. Это наш… ну, так скажем, кот… – Я в лицах изобразила Алену историю появления на свет нашей комнатной зверушки, все это время искоса поглядывая на чеканные черты лица своего спутника. Голову на отсечение отдавать не буду, но, кажется, он с трудом сохранял серьезное выражение лица.

- И теперь я таскаю у Муськи еду для Кыса.

- А почему ты, ведь Кыс – идеальный мужчина Кесси? – с некоторым ехидным удивлением поинтересовался Ален.

- А потому, что к мантикоре Кесси боится подходить ближе чем на пять аршин.

- Ну, в чем-то ее можно понять, - хмыкнул мой спутник.

Пока я откладывала в заранее приготовленное блюдечко мясные кусочки из миски Муськи, Ален почесывал за ухом прильнувшую к нему и блаженно закрывшую глаза мантикору. Я краем глаза наблюдала за умилительной картиной. Муська, не подпускавшая к себе практически никого и очень настороженно относившаяся к посторонним, сейчас готова была развалиться пузом кверху и мурлыкать, как домашняя кошка. Было совершенно ясно – эти двое раньше знали друг друга. Любопытство, не насытившееся во время дороги в Школу, а, скорее, только получившее дополнительную подпитку, кипело во мне и требовало выхода. Где Магистр мог общаться с мантикорой? Не он ли сам ее создал? А если да, то почему считал, что она погибла? И кто оставил шрам на ее шее?

- Ты что-то хочешь спросить? – спокойно произнес Ален, не прекращая своего методичного поглаживания. Я уже начала отрицательное покачивание головой, но вдруг решилась. Если Магистр весь вечер приоткрывал тайну, окружающую его, то, может, и продолжит сие действие? Он сам спросил, между прочим, никто его за язык не тянул!

- Откуда ты знаешь Гренну? – сформулировала я вопрос, включающий в себя все вышеперечисленное. Спросила тихо, чтобы Ален мог сделать вид – он не расслышал. Все-таки нехорошо лезть с такими довольно личными вопросами в душу учителю.

Он, однако, ответил. Может быть, немного неохотно, но ответил.

- Она принадлежала моему… другу. – Перед последним словом Магистр запнулся, как если бы хотел сказать что-то другое, но передумал.

- Он был магом? – Из знаний, почерпнутых на лекциях, я помнила – мантикоры создаются магами для собственных нужд.

- Не совсем. У Аленара есть еще один… друг. Вот он и создал ему Гренну. А я близко общался и с тем, и с другим, поэтому девочка меня хорошо знает. Правда, киса? – Мантикора приоткрыла зеленый глаз и согласно мурлыкнула.

- А тогда что… - Ален не дал мне закончить.

- На Аленара напали. С ним была только Гренна, а нападавших было не меньше двух дюжин. С десятком, даже с дюжиной он бы справился и сам, но тут его просто задавили числом. Гренна взяла на себя нескольких, но и ее помощи не хватило… Ален помолчал, и, судя по выражению лица, в его памяти всплыли нехорошие воспоминания. – Ему просто повезло. Я случайно оказался рядом и успел чудом. Аленар остался жив, хотя и сильно пострадал. Пока я занимался его ранами, мантикора исчезла. Или раньше, в пылу сражения мы не обратили на это внимания. Аленар посчитал, что она погибла и развоплотилась, поскольку видел рану на ее шее.

- А… - Я вошла во вкус. Мне было интересно все – и кто такой Аленар с его боевыми умениями, и кто на них нападал, раз сумел вывести из строя мантикору да еще, похоже, пленить ее – я вспомнила болтающийся на шее умирающей Муськи… то есть Гренны обрывок веревки.

- А на этом все. – Ален бесцеремонно оставил меня умирать от любопытства, поднялся и подал руку. – Ваш Кыс заждался своей порции.

- Да, конечно. – Изо всех сил скрывая свое разочарование, я уцепилась за предложенную ладонь, грациозно (надеюсь!) вставая с земли. И тут же забыла про обуревавшие меня чувства.

За свою жизнь мне приходилось держаться за мужскую руку, и я не видела в этом ничего особенного. Однако… Однако ощущение ладони Алена под своими пальцами вызвало у меня внутри странную щекотку, аналога которой я не могла подобрать. Она не причиняла дискомфорта, просто была… непонятной. От неожиданности я резко отдернула руку, успев заметить на лице Магистра удивление, схожее с моим.. Щекочущее чувство исчезло. Не отдавая себе отчета в действиях, я схватила Алена за руку и вновь была вознаграждена странным ощущением.

- И что это было? – хрипловатым голосом спросил Ален. Я не поняла, к чему это относилось – к моим действиям или к его собственным ощущениям, но решила не задумываться.

- Не знаю, - честно ответила я. Это подходило к обоим вопросам. Ален пожал плечами, но никак не прокомментировал. И руки не отнимал до самой Школы.

В свою комнату я влетела с головой, гудящей от попыток уложить в сознании все произошедшее. И Кесси, и Кыс страшно обрадовались мне, правда, по разным причинам. Первая хотела информацию, второй – еды. Кота удовлетворить оказалось значительно проще – надо было только поставить в уголок заветное блюдечко. Кесси же – намного сложнее. После того, как она поняла – меня провожал до Школы Магистр Ален (про мантикору я умолчала, иначе вытягивание подробностей затянулось бы до утра) – то не угомонилась, пока не узнала все до последней детали.

- Знаешь, - заключила она, вытягиваясь на кровати, чтобы дать место коту, - мне кажется, между вами что-то намечается.

Я вспомнила странную щекотку, но возразила:

- Кесси, что намечается? Он Магистр, я адептка – что между нами может быть общего? И не забывай про Магистра Флоренну, которая уже положила на него глаз.

- Ну да, конечно, - глубокомысленно заметила Кесси. – Кстати, я вспомнила, где видела то пророчество.

- Да? И где? - заинтересовалась я, обрадовавшись смене темы.

- Оно широко известно в узких кругах, - усмехнулась Кесси. – И принадлежит

Валлиасдару Кменофийскому. Мы его не изучали, это проходят на факультете Пифий, но я листала учебник на досуге. – Подруга показала толстую книгу.

- А расшифровка есть?

- Есть, но такая же туманная, как и само пророчество. На, сама посмотри. – Кесси протянула мне учебник.

Я бережно уложила на колени тяжелый потрепанный том и приступила к изучению. Да, предсказание было тем самым, что я видела на обрывке пергамента. «В смертный час…», ну, и так далее.

- Не густо, - прокомментировала я пару дюжин строчек, написанных в сноске к сему пророчеству.

Валлиасдар Кменофийский жил лет сто пятьдесят назад и считался выдающимся пророком. Причем выдающимся в двух смыслах: его предсказания практически всегда сбывались, но при этом отличались редкостной туманностью. К примеру, вот это конкретное пророчество разные комментаторы толковали по-разному.

«В смертный час, когда сменится ночью день, И закроет звезды тьма крылами», - эти фразы расценивали и как начало сумерек, и внезапно, среди бела дня наступившую ночь, и прилетевшего гигантского дракона. Под «второй луной» специалисты по расшифровке подозревали и запущенный в данного дракона пульсар, и возможное появление кометы, и неожиданный раскол луны на две части – и все вышеперечисленное, безусловно, могло привести к катаклизму, описанному в следующей строчке. «Потомок сына леса» - ну, вот здесь все сходились, что это должен быть эльф. А вот с «дитем волчицы» возникали разногласия – это мог оказаться волчонок, а мог и истинный оборотень. Ну и, по всей видимости, им двоим надлежало умереть, или, как минимум, пролить свою кровь, чтобы «остановить зло».

- Да, как обычно, пока пророчество не свершится, его не расшифруют, - заключила я, возвращая Кесси книгу. Та была слишком занята, чтобы ответить членораздельно – она расчесывала шерстку Кыса.

А еще мне было очень интересно, зачем Магистр Ален таскал у себя в кармане пергамент с этим предсказанием.

Глава 7

Мне было интересно, зачем Магистр Ален таскал в кармане пергамент с предсказанием. Мне было интересно, что за амулет висит у него на шее. Мне было интересно, что за ощущение наполняет меня, когда наши руки соприкасаются, и испытывает ли он то же самое.

Мне было интересно все. Где родился Магистр Ален, кем был его друг Аленар, и кем – друг, создавший мантикору, кто нападал на них, где Магистр стажировался (я помнила подслушанный разговор), есть ли у него родственники. Меня интересовала буквально любая мелочь, связанная с ним. Меня интриговал Магистр Ален сам по себе и в связи с окружающими, и я не могла объяснить причину такого любопытства – до сих пор ни один преподаватель не вызывал у меня жгучего желания узнать о нем все. Так почему же Магистр Ален так воздействует на меня?

- Потому, что он – красивый молодой маг с тайной в прошлом, а ты – юная дева, - отозвалась Кесси.

- И что?

- Ничего, - пожала плечами подруга.

Я обдумала ее слова.

- Нет, дело не в этом. Точнее, не только в этом, - отрешенно ответила я. Потом спохватилась. - Слушай, я что, вслух говорила?

- Точно, - с довольным видом подтвердила Кесси и чихнула. – Твое бормотание меня разбудило. Я уже хотела тебя окликнуть, но потом прислушалась и решила подождать – уж очень интересные вещи ты рассказывала. – Кесси ухмыльнулась. – Что у вас там за ощущения при соприкосновении рук?

- Не могу объяснить. Что-то вроде… щекотки, что ли? Ты знаешь о таком?

Кесси покачала головой.

- Первый раз слышу.

- Вот и я так же, - пояснила я. – Не люблю загадок. Вот возьми Магистра Рейфа. Его биография описана в учебнике истории магии, и все ее не просто знают – изучают и сдают на экзамене. Или Магистр Оррик – про него тоже все всё знают, там и скрывать-то нечего – служба в Рыцарском Дозоре, ранение в драке с горными троллями, увольнение, переход в Школу в качестве учителя фехтования. А Магистр Ален – одна большая загадка, - вздохнула я. – Он вчера, конечно, немного приоткрылся, но этого так мало… Я хочу еще.

- Ну, судя по тому, сколько времени он тебе вчера рассказывал – это не так уж и мало, - глубокомысленно заметила Кесси.

- Что? – Я непонимающе повернулась к ней.

- Ничего, - ухмыльнулась она вновь. – Я вчера все глаза проглядела, поджидая, когда моя дорогая подруга соизволит вернуться. Так вот, дорогая, вы стояли около Школы не меньше часа. Я-то при твоем появлении обрадовалась – вот, думаю, наконец, пришла Элька.

- А это точно мы были? – перебила я Кесси. – Ты не могла ошибиться? Может, из Пифий кто? – В моей голове никак не укладывалась информация, что я могла час простоять возле ворот и не заметить этого.

- Точно, точно, - уверенно сказала она. – Тазик не дал возможности ошибиться. Я вначале тоже подумала – это не ты, поскольку девушка была не одна, а с кавалером. И тем самым тазиком, который держал вышеупомянутый кавалер. Я несколько раз выглядывала в окно, и каждый раз видела одно и то же – ты стоишь около ворот Школы, а рядом мужчина.

- Вот гхыр, - с чувством сказала я. – Даже не думала, что столько времени прошло. Мне было так интересно, что…

- Что ты добиралась до Школы вдвое больше обычного?

- Ну да, - кивнула я и схватилась за голову, в которой возникла еще одна свежая мысль.

- Слушай, так это, наверно, теперь вся школа будет в курсе?

- Не думаю, - покачала головой Кесси. – Это я тебя опознала по миске, а так было темно. Вряд ли, даже если кто-то и любовался умирающей луной, мог опознать адептку девятого курса и ее преподавателя. Если только Пифии расскажут, - рассмеялась она. – Так кто им поверит?

Мы смеялись уже вместе. Но, тем не менее, я решила некоторое время держаться от Магистра Алена подальше. Чтобы не вызывать ненужных подозрений и вороха предсказаний от Пифий. Они, конечно, были неплохими девушками, но своими пророчествами могли утомить кого угодно.

И все эти, несомненно, здравые и мудрые мысли немедленно вылетели из моей головы, когда я вечером пришла к Муське за едой для Кыса и заметила знакомый силуэт, прислонившийся к дереву и гладивший мантикору.

- Гренна скучает, - пояснил не менее знакомый голос. Хотя я не требовала никаких объяснений. Школа была общая, Магистр мог ходить где угодно. И я даже не стала спрашивать, откуда он узнал, что это пришла я. Шорох моих шагов по опавшей листве был слышен издалека, мантикора давно почуяла меня.

- Гренна услышала тебя, - произнес Ален, подтверждая мои предположения. – Она сначала напряглась, а потом расслабилась и готова была рвануть к тебе. Я с трудом удержал кису, поскольку ты все равно шла к нам.

- Конечно, никто, кроме меня… и тебя… не рискует подходить к Муське… Гренне. – Надо все-таки называть мантикору ее подлинной кличкой. И на всякий случай я проверила – стоит ли у меня блок против чтения мыслей. Что-то у меня в последнее время часто появлялось подозрение: не развлекается ли Магистр Ален на досуге копанием в голове его ученицы? Блок стоял. И довольно хороший. Директор Рейф, скорее всего, пробил бы его. Да, в сущности, и любой сильный Магистр тоже, но вот только я почувствовала бы это.

Гренна приподняла морду и ткнулась в мою ладонь, приветственно мурлыкнув. Я отстраненно погладила ее по голове и провела рукой дальше по спине, коснувшись кончиков пальцев Алена, перебиравшего густую шерсть. Вчерашние ощущения мгновенно возродились к жизни. Магистр чуть заметно вздрогнул.

- Ты тоже чувствуешь это, да? – тихо спросила я, не торопясь убирать руку. Ален не отвечал. Я могла отдать голову на отсечение, что он понял, о чем я говорю, однако через пару минут он переспросил:

- Что именно?

- Такие…искры, - попыталась описать я свои ощущения. – Щекочущие искры. Они словно перебегают из твоего тела в мое. И вызывают такое… покалывание.

- Могу уверить, что это не блохи, - усмехнулся Ален.

- Даже не сомневаюсь, - таким же тоном сообщила я. – Так ты тоже это чувствуешь?

- Да.

Короткий и ясный ответ. «Да». И что мне это дает?

- А что это такое? – робко спросила я.

- Не знаю, - со вздохом признался Магистр. – Понятия не имею. Никогда о таком не слышал.

- Я тоже… Странно все это…

Мы сидели под деревом в темноте, поглаживая довольно мурчащую мантикору и постоянно касаясь друг друга пальцами. Загадочная щекотка подогревала и без того кипящее любопытство. Выбрав из комка копошащихся в сознании вопросов один, на мой взгляд, самый безобидный, я нарушила мирное молчание.

- А как ты решился работать в Школе? По твоему виду трудно сказать, что тебе всю жизнь страшно хотелось обучать адептов неестествознанию.

- А ты считаешь, что в Школе могут работать только старые гхыры? – рассмеялся Ален.

- Нет, но…

- Но ты права. Мне и в страшном сне такое присниться не могло. – Магистр посерьезнел. – Неестествознание – это мелочи. Ты не упомянула про некромантию. Рассказывать про нежить может каждый второй маг, но вот найти сейчас в Аррении специалиста по управлению ею – задача нелегкая. А наверху, учитывая происходящие события, - с каким-то странным озлоблением произнес Ален, - внезапно решили, что стране позарез необходимы подобные люди. И чем больше – тем лучше. Насколько я знаю, Магистр Рейф пытался найти кого-то из прежних Магистров такой специализации в соседних странах, но либо не нашел, либо маг отказался возвращаться. Я был последней его надеждой. После недолгих, но очень убедительных переговоров я согласился.

Все это – ну, или почти все – я знала и раньше.

- А откуда Магистр Рейф знал, что ты некромант? – слетел с моего языка следующий вопрос.

Ален задумался и заговорил, тщательно подбирая слова.

- Он знает Аленара. А тот уже в курсе всех событий моей жизни.

Вот интересно. Вроде бы Магистр не отказывается отвечать, но отчего-то так получается, что после этого вопросов становится еще больше. И сильно подозреваю, что ничего конкретного Ален мне так и не расскажет.

Я задала еще один невинный вопрос.

- А где живет Аленар?

Полученный ответ лишь укрепил мои подозрения.

- Не так далеко отсюда.

- А не так далеко – это сколько? – не отставала я.

- Смотря на чем добираться. От четырех часов до суток, - после некоторого размышления сообщил Ален. И тут же сам поинтересовался:

- А ты собралась в гости? Могу разочаровать – не получится.

- Боишься, что я дороги не найду? – возмутилась я.

- Нет, почему же. Найдешь, не сомневаюсь. Только тебя развернут в самом конце пути.

- Он король, что ли? – засмеялась я своим собственным мыслям. Ален не улыбнулся.

- Нет. Но все равно к Аленару тебя не пропустят.

Тон был такой, что я сразу заткнулась. С другой стороны, если это такая важная личность, не исключено, что о нем должно что-нибудь где-нибудь написано. Что у нас там в сутках пути находится? Аррендар дальше, туда три дня ехать. Да и в Аррении ли вообще живет этот Аленар? Тогда что у нас здесь поблизости? Белогорье? Волмения?

- Теперь моя очередь задавать вопросы, да? – вырвал меня из размышлений Ален. – Своей биографией не хочешь поделиться?

- А что нового я могу рассказать? – удивилась я. - Ты же читал мое личное дело?

- Читал,- не стал отпираться Ален. – Только там две строчки – родилась в Заполье, круглая сирота, взята на обучение восемь лет назад.

- А больше и говорить нечего, - поскучнела я. – Мать действительно умерла, отец… вот с отцом сложнее. Он, скорее всего, жив, эльфы живут долго, только не знает о моем существовании. Вряд ли он помнит девушку-подавальщицу из придорожного трактира, с которой провел ночь восемнадцать лет назад…

Мне не было грустно. Ну, почти не было. Отца я никогда не знала, мать умерла слишком давно, чтобы горевать по этому поводу. Но я не стала возражать, когда две сильные руки легли на мои плечи и прижали меня к твердой груди.

- Твоим отцом был эльф, и ты не знаешь его имени, - произнес над ухом мягкий баритон.

- Да, - не оборачиваясь, ответила я. – Эльфийское происхождение спрятать невозможно, сам видишь.

- Ну, ушки у тебя не заостренные, так что эльф мог быть где-нибудь три-четыре поколения назад, - усмехнулся Ален.

- Мама говорила, что отец был чистокровным эльфом… Как она это определила – узнать теперь невозможно, - вздохнула я. – Если только ты ее не поднимешь, чтобы уточнить.

- Лучше не надо, - серьезно ответил Ален.

- Да, наверное, - согласилась я. – И имя у меня эльфийское, кстати. В его честь.

Я вдруг задумалась. Что-то в последнее время эльфы попадаются на каждом шагу. Вчера в пророчестве, сегодня Ален расспрашивает про отца. А кстати… пророчество. Зачем-то ведь Магистр таскает его в своем кармане? И причем давно, судя по потрепанности пергамента.

Ко мне пришла свежая мысль – пророчество имеет какое-то отношение к Алену. Вот только на эльфа он никак не тянет. Нет, может, конечно, что в его предках и был «сын леса», но я бы так не сказала. Не было в Магистре Алене некоей эльфийской утонченности, свойственной даже полукровкам, которая будет сказываться и через сто лет. Я мысленно воспроизвела облик человека, к чьей груди в данный момент прислонялась. Крепкая фигура, широкая кость, сильные – я украдкой взглянула на руку, лежащую на моем плече – пальцы, пригодные скорее для меча, чем для лука. Тогда остается оборотень?

Я быстренько вспомнила все, что знала об истинных оборотнях. Обращаются по собственному желанию, на фазы луны практически не реагируют, сохраняют разум в любой ипостаси. Все вроде бы подходило, но была одна загвоздка – может ли оборотень быть магом? По общему мнению считалось, что нет, хотя ходили слухи о некоей династии магов-оборотней где-то на севере. Мог ли Ален принадлежать к ней?

Щекочущие искры внутри по-прежнему не давали покоя, усилившись от моей близости к Алену и придавая уверенности. Я резко развернулась, не вырываясь, впрочем, из объятий Магистра, приподняла голову и прямо спросила:

- Ален, ты оборотень?

- Нет, - ни секунды не раздумывая, ответил он. – А почему ты спросила? Боишься, что я сейчас обращусь и съем тебя?

- Нет… - замялась я. А действительно, как объяснить, с чего вдруг возник такой вопрос? По идее мне не следовало лазить по чужим карманам, доставать оттуда пергамент и читать его. И неважно, что на нем написано давно известное пророчество, которое изучают в школах. Там вполне могла оказаться любовная записка, к примеру…

Ален издал тихий звук, который при наличии некоторого воображения можно было принять за приглушенный смех. Воображение у меня было, а вот что его рассмешило – непонятно. Блок стоял на месте, мысли мои он прочитать не мог, а вокруг, кроме нас и мантикоры, никого не было.

- Ты прочитала пророчество, - утвердительно сказал Ален. Я скромно промолчала. Врать не хотелось, а признаваться в излишнем любопытстве – тоже.

- Нехорошо шарить по карманам, - мягко пожурил Ален. И повторил: - Нет, я не оборотень.

- А зачем тогда…

- Почему это пророчество валяется у меня в кармане? – понял меня Магистр. – Меня попросили посмотреть и дать свою версию расшифровки. Уже давно. А таскать в кармане тяжелый сборник неудобно, сама понимаешь.

Я кивнула.

- И как ты расшифровал?

- Думаю, ничего нового ты не узнаешь, - пожал он плечами. – А теперь моя очередь спрашивать. Ты уже подготовилась к зачету?

- К какому зачету? – не поняла я.

- По неестествознанию, естественно.

- А у нас будет зачет? – изумилась я. На последней лекции он ничего такого не говорил.

- А у вас будет зачет, - подтвердил Ален. – Так что советую подготовиться, а то некрасиво получится.

Я с плохо скрываемым сожалением отодвинулась от него.

- Тогда я, пожалуй, пойду. И Кыс уже есть хочет давно… - Я взяла блюдечко с мясом и встала. – Хорошего вечера.

- И тебе того же, - отозвался Магистр. Мантикора прощально рявкнула и вновь опустила морду на колени Алена.

Кесси, конечно, тоже ничего не знала о зачете, и остаток вечера мы провели, листая конспекты.

Зачет прошел легко. Магистр Ален раздал нам задания, сел на стул, развернувшись к окну, и притворился, что совершенно не замечает лихорадочного листания адептами конспектов под столом. Общее уныние – ну, почти общее, исключая меня и Кесси – быстро сменилось общим же воодушевлением. Никто не сомневался, что зачет будет сдан.

Учебный день шел своим чередом. После неестествознания нас два часа гонял Магистр Оррик, потом мы попали в руки Магистра Илейны на совместную с Травниками лекцию по зельям, и завершилось все «Основами высшей магии» с Магистром Рейфом.

Последний урок приближался к концу. Усталые и голодные адепты, с трудом концентрируясь на сложной формуле, покрывавшей всю доску, тихо мечтали об обеде. Монотонное бубнение Стена, пытающегося опираться то ли на интуицию, то ли на остатки знаний, прервало влетевшее в аудиторию крохотное ярко-синее существо.

- Вестник, - прошептала мне Кесси. – Интересно, от кого?

- Не знаю, самой интересно, - так же шепотом ответила я.

Магистр Рейф, прочитавший короткое послание, недовольно поднял голову. Мы изобразили на лицах напряженное внимание и интенсивный мыслительный процесс. Но директор, очевидно, был озабочен содержимым послания, поскольку резко встал и направился к выходу, бросив по дороге:

- Закончим в следующий раз. – На пороге Магистр внезапно остановился и повернулся к нам. Все адепты торопливо убрали выражение полного и абсолютного счастья со своих лиц, приготовившись внимать словам руководителя Школы. Но можно было и не делать этого, так как Магистр остановил свой взгляд на ближайшем к нему адепте – на мне.

- Элиара, будь добра, дойди до Магистра Алена и попроси его незамедлительно явиться в мой кабинет.

- Хорошо, - кивнула я удаляющейся спине директора.

- И что это было? – Кесси проводила его недоуменным взглядом. – Надеюсь, ничего страшного.

- Надеюсь, - эхом отозвалась я, кидая в сумку вещи.

Магистр Ален был в своем кабинете и читал лекцию восьмому курсу Травников. Точнее, считалось, что читал. В реальности, когда я, тихо постучав, заглянула в дверь, то узрела стайку хорошеньких девочек, сгрудившихся вокруг стола учителя, и с выражением чистого обожания на лице что-то щебетали по поводу зачета. Мужская часть курса в это время торопливо переписывала из конспектов ответы на вопросы зачета.

- Магистр Ален, - с чувством легкого тайного злорадства позвала я. – Вас директор к себе зовет.

Скрипнул отодвигаемый стул, девочки расступились в стороны, встревоженный Магистр Ален, встав из-за стола, бросил мне короткое «Спасибо», отступил на пару шагов и исчез во вспышке телепорта.

Я в который раз искренне позавидовала – до такого чистого перемещения мне еще тренироваться и тренироваться. Обычно при моей телепортации возникал побочный эффект – комнату наполнял молочно-белый густой дым. Хорошо еще, что он не был едким и вонючим, как у Лиса, к примеру.

На обеде мы пришли к единому выводу – директору опять спустили сверху указание на тему некромантии – иначе зачем бы он вызывал к себе Магистра Алена, причем срочно? А, если это так, то на спецкурсе мы всё поймем – не по изучаемым новым заклинанием, так по настроению учителя.

Однако преподаватель некромантии не был ни расстроенным, ни обозленным. Возможно, немного озабоченным вначале, но, распределяя нас по парам, он пришел в свое обычное невозмутимое состояние.

После памятной ошибки Лиса Магистр не рисковал больше ставить его в пару к Ингвару, и с северянином отрабатывала заклинания щита и страха я. Мы неплохо сработались и у нас начало получаться. По крайней мере, мой щит вполне сносно прикрывал, а Ингвар не сгибался от хохота в тех редких случаях, когда не срабатывала его защита. Страх он выносил намного легче, чем смех.

- Сегодня мы попробуем новое заклинание – паралич, - сообщил Магистр Ален. И без предупреждения щелкнул пальцами левой руки.

Я превратилась в столб. Точнее, мы все превратились. Среагировать и поставить щит никто не успел, и теперь в аудитории стояли семь неподвижных фигур, не могущих не то что пальцами пошевелить – моргнуть или перевести взгляд мы были не в силах. Отвратительное ощущение, надо сказать. У меня немедленно зачесался нос, а я вынуждена была стоять на месте, замерев. К счастью, это длилось недолго. Магистр Ален плавно повел рукой, и застывшие мышцы отпустило.

- Ужасно, - констатировал он. – Запомните – готовым к нападению надо быть всегда и в любой ситуации. Даже на уроке… даже в собственной спальне…

- Даже в сортире… - тихо продолжил Тей.

- Даже там, - согласился Ален. – Это место ничем ни хуже любого другого для нападения. Даже лучше - обычно люди в такой момент меньше всего думают о защите.

Я сложила пальцы в формулу щита. Что-то подсказывало мне – Магистр не зря рассказывает нам об этом, и вновь проверит нас. Я угадала. На словах «защите» он щелкнул пальцами. Но и я заметила его движение и успела ответить, поставив щит. Правда, полностью избежать паралича мне не удалось – конечности соглашались двигаться, но с очень большим усилием, словно я пробиралась через толщу воды. С трудом повернув голову, я с удовлетворением заметила – не все сделали то же самое. Лис, Ингвар и Тей замерли в нелепых и неудобных позах. Зато остальные могли двигаться с разной степенью свободы. Лучше всего это удавалось Тенару.

Ален был недоволен. Сняв действие заклинания, он еще раз прочел нам короткую, но емкую лекцию на тему бдительности и постоянной готовности к защите. Я уже готовилась и в третий раз выставить щит, но проверки не последовало. Ален вернулся к теме лекции и написал на доске формулу.

- Все ясно? – поинтересовался он после объяснения ее действия. – Тогда начинайте.

Мы повернулись к партнерам и приступили к выполнению заклинания. Магистр временно запретил нам активировать щиты, чтобы можно было определить, получается ли заклинание и в какой степени.

Только я почувствовала, что поняла, как следует выполнять задание – в последний раз Ингвар застыл на месте и мог только моргать – Магистр Ален скомандовал:

- Лис, ты идешь в пару к Тею. И, - последовало тихое выражение, больше всего напоминающее нецензурное ругательство, - постарайтесь не покалечить друг друга. Стен, ты встаешь в пару к Ингвару. Элька, ты работаешь со мной.

Я послушно отошла к окну. Магистр, некоторое время посмотрев на Лиса, повернулся ко мне.

- Почему ты не отгородилась от моего заклинания? – спросил он вместо того, чтобы дать указание начинать. Я растерялась. Правда, подозревая подвох, сложила пальцы, готовясь к защите. Обычно Магистр просто позволял адепту отрабатывать заклятие, но сегодня был какой-то необычный день, и кто знает, что еще придет учителю в голову? Ален ждал.

- Я поставила щит, - не понимая, что он хочет, ответила я.

- Не полностью, - отрезал он. – Это было заклинание не в полную силу, ты вполне могла полностью закрыться от него.

- Но остальные…

- С остальными я тоже разберусь. Особенно с теми, кто не защитился совсем. А сейчас я разговариваю с тобой.

- Ну… я старалась… - протянула я.

Ален пристально посмотрел на меня.

- Я вижу, - неожиданно смягчился он. – Но надо больше.

Он помолчал, видимо, наблюдая за моим растерянным выражением лица.

- Справимся, - наконец, пробормотал он себе под нос и добавил громче, улыбнувшись:

- Ну, попробуй меня парализовать.

Мне показалось, что при этих словах он поднял руку и щелкнул пальцами. А может, так было и на самом деле. Но я закрылась щитом, гордясь собой. И то ли Ален слабо воздействовал на меня (если это воздействие действительно было, впоследствии у меня возникли сомнения по этому поводу), то ли я внезапно защитилась сильнее, чем обычно, однако заклинание Магистра на меня не подействовало. Совсем. Я могла двигаться как обычно. От радости и гордости голова у меня закружилась, здравые мысли ее покинули, уйдя в неизвестном направлении, оставив исключительно не здравые. А именно – попробовать достать Магистра, кинув заклятие из-за щита. Он наверняка почувствовал, что я закрылась, и не будет ожидать моего нападения. Я сложила пальцы и, щелкнув ими, тихо выдохнула: «Kreeaann».

Волна энергии, посланная мной, ушла в сторону Магистра Алена. Вот только щит оказался двусторонним. Заклятие, брошенное через него, рикошетом отразилось назад и попало в единственного человека, стоявшего с этой стороны невидимой преграды. То есть в меня.

Я могла собой гордиться. Заклинание получилось отменным. На мой вкус, даже чересчур. По силе воздействия оно могло сравниться с заклятием Алена.

Я застыла на месте, не в силах пошевелиться. Даже моргнуть. Даже открыть рот и позвать на помощь. Даже вдохнуть. Самое плохое – я совершенно не представляла, что делать. Ален мог бы, разумеется, снять заклятие, но я была закрыта щитом, через который не пройдет его магия. А сколько продержится сам щит или паралич – сказать было трудно. Вполне возможно, что они кончатся вместе со мной – из-за паралича легких я не могла дышать.

Все, что я могла – это лихорадочно соображать, сколько еще я протяну, и когда остальные поймут, что со мной что-то не так. Как маг, я могла прожить без воздуха дольше, чем обычный человек, но все же не бесконечность…

Ален среагировал почти мгновенно.

- Элька? – настороженно спросил он и тут же попытался снять с меня паралич. Его заклинание, как и следовало ожидать, растеклось по щиту мириадом крохотных золотых искорок.

- Элька? – уже встревоженно спросил он. Я, естественно, не отвечала.

- Гхыр ёпп курат! – выругался он. - Кто же так делает?

Я могла только слышать, что происходит позади меня. Наступившая тишина подсказала – все остальные сокурсники прекратили занятия и тоже замерли на месте. Правда, в отличие от меня, они в любой момент могли пошевелиться и вздохнуть. У меня начала кружиться голова – или от страха, или от недостатка воздуха. В глазах собрались слезы и медленно, по одной стали скатываться вниз. На них паралич отчего-то не действовал.

- Расходитесь все. Лекция окончена, - резко сказал Ален, зачем-то сбрасывая с себя рубашку.

- Магистр Ален, с Элькой все будет в порядке? – неуверенно спросил кто-то сзади. Вроде бы Лежек. – Может, вам нужна наша помощь?

- Нет. Идите, - отрывисто повторил Ален. – Все будет хорошо. Мне надо сосредоточиться. Вы только помешаете.

Шум удаляющихся шагов, шорох захлопнувшейся двери. Я затуманенными от слез и уже сильного головокружения глазами смотрела, как Ален накидывает запирающее заклинание на дверь и подходит ко мне вплотную.

- Держись, karriellie, - прошептал он. – Только держись.

Наверное, будь я в другом состоянии, залюбовалась бы образцовым, обнаженным по пояс мужским телом. Надо сказать, на него стоило посмотреть. Вот только наползающая и затягивающая мое сознание в себя темнота не давала в подробностях разглядеть мышцы, перекатывающиеся под кожей.

- Прости меня, karriellie. Но по-другому никак нельзя.

К счастью, щит оказался непроницаемым только для магии. Ален буквально прижался ко мне. Я почувствовала, как его руки дотронулись до моих застывших пальцев и крепко сжали их. В низу живота возникла уже хорошо знакомая щекотка, безошибочно опознаваемая ускользающим сознанием.

- Haelennadar ennar koesenna… - низким гортанным голосом произнес Ален.

Я ощутила, как вокруг нас завихрился воздух. Послышалось тихое потрескивание. По обнаженным плечам Магистра забегали синеватые светящиеся искры.

- Tekkenar assenat errena kaesss… - продолжал нараспев повторять Ален, не обращая внимания на окружающее. Точнее, он и не мог ничего видеть. Магистр закрыл глаза и полностью сосредоточился на магии.

- Vealess terrennat lielle korsennie...

Потрескивание становится громче. Искорки превращаются в ярко-голубые энергетические разряды. Из рук Алена в мои пальцы потекла энергия. Чужая энергия. Она растекается по венам, обжигая их, заполняя все тело от кончиков волос до пальцев на ногах чуждой мне силой.

- Hiemaarenn terrennat allarnat…

Боль. Жгучая боль. От которой хочется заорать и свернуться в комочек, но парализованное тело не дает это сделать. И потерять уже почти ушедшее сознание нельзя – боль не дает этого.

- Taierenn selliess kerraienn…

Чужая энергия начинает вытекать из моего тела, забирая с собой действие парализующего заклинания. Сначала освобождается горло – и я могу, наконец, открыть рот. Потом грудь – и я получаю возможность сделать глоток воздуха. Чистого, искрящегося голубоватым сиянием воздуха. Потом ноги – и они тут же подкашиваются от слабости, и я с трудом могу удержаться в вертикальном положении, поскольку Алену еще не до меня, заклинание еще не закончено. Последними освобождаются руки, полыхнув напоследок острой болью. Ален разжимает захват, и вот только сейчас я позволяю себе рухнуть к нему на грудь, кашляя и захлебываясь слезами, изо всех оставшихся сил цепляясь за своего магистра.

- Estersielle, Eliarra. Tessellion, karriellie, - тихо шепчет Магистр, прижимая меня к себе и успокаивающе гладя по спине. – Все уже хорошо. Успокойся, все хорошо.

- Я… я испугалась, - всхлипываю я, как маленькая девочка.

- Я знаю, karriellie. Все хорошо. Только скажи мне, зачем ты выставила двусторонний щит, а потом бросила заклинание?

Я задумалась. Слезы прекратились как-то сами собой, дыхание выровнялось. А действительно? Как у меня получился двусторонний щит, если я не умею его делать? Теперь в мое сознание стала проникать и окружающая обстановка: полуголый Ален, к которому я отчаянно прижимаюсь, его руки, ласково перебирающие мои спутанные волосы, легкий хлопок телепорта, с которым рядом с нами материализовался Магистр Рейф.

- Ой! – Я испуганно отскочила в сторону.

- Что это было? – Я, покраснев, хотела ответить, но директор обращался, кажется, к Алену, и меньше всего его интересовала поза, в которой он застал адептку и ее преподавателя. Ален пожал плечами, натянул рубашку и стер с побледневшего лба бисеринки пота.

- Наглядное практическое снятие парализующего заклинания, - устало ответил он. Магистр Рейф некоторое время молча смотрел на Алена. Я догадалась, что мой учитель мысленно поясняет, что же здесь происходило, и тоже попыталась прочитать это в его голове. Однако вновь наткнулась на щит.

Директор кивнул и уже более спокойно произнес:

- Хорошо, что все обошлось. Я встревожился, почувствовав потоки силы.

- Пришлось, - коротко ответил Ален. Магистр Рейф внимательно осмотрел его.

- Ты будешь в состоянии?

- Да. Мне надо только немного отдохнуть и восполнить силу. Кстати, Элька, - он повернулся ко мне, - ты можешь идти. О твоих щитах поговорим позднее.

Я послушно удалилась, все еще пошатываясь от слабости и раздираемая на части от любопытства. Что нужно от Алена директору, связано ли это с вестником, и как, гхыр меня раздери, я умудрилась сделать то, чего никогда не умела? Втайне я надеялась, что вечером у Гренны я встречусь с Магистром и узнаю хоть что-нибудь…

Вечером Гренна была одна. Она лежала, грустно опустив голову на лапы, и только слегка подрагивающие кончики крыльев подсказывали, что киса не спит. При моем приближении мантикора оживилась, приподнялась, но, уяснив, что это всего лишь я, с явно расстроенным выражением на морде опустилась обратно.

- Ты тоже ждешь его, да? – я опустилась рядом, поглаживая зверюгу. Гренна вздохнула, что явно должно было означать согласие.

Я сидела с ней, пока на ясном небе не загорелись огоньки звезд, а над лесом не повис истончившийся серпик луны. Мантикора поднимала голову при малейшем шорохе. Поджидая… хозяина. Мне все больше и больше казалось, что таинственный Аленар и Магистр Ален – один и тот же человек. Поджидая моего учителя, который каким-то таинственным способом стал для меня кем-то большим, чем просто преподаватель. Поджидая того, кто так и не появился.

Глава 8

На следующий день лекций по неестествознанию у нас не было. И спецкурса тоже. По этой причине я не знала, в школе ли Магистр Ален. Неоднократные (случайные!) прохождения мимо двери аудитории ясности не добавляли. Она все время была закрыта, и непонятно – то ли она была закрыта совсем, то есть абсолютно, то ли Магистр Ален закрывал ее на время перемен, дабы ему не мешали проверять ответы студентов на зачете. Или готовить класс к следующему уроку. Или задумчиво смотреть в окно. Или он просто вышел по делам, перекусить, к Магистру Рейфу или куда там еще может пойти преподаватель по учебным делам?

Я, смутно отдавая себе в этом отчет, с нетерпением ждала вечера. Но Гренна опять была одна и радостно махнула крыльями, приветствуя меня.

Я посидела с ней, почесывая за ухом и любуясь звездным небом, причудливо испещренным черной паутиной облаков. Погода ощутимо портилась, холодный ветер после получасового сидения на одном месте пробрался и под теплую куртку, вызвав легкую, но назойливую дрожь. Я, разочарованно вздохнув, ушла домой, где нарвалась на подозрительный взгляд Кесси.

- Ты стала странно долго ходить за мясом, - осторожно сказала она. Я пожала плечами.

- Гренна… Ну, Муська, скучает, - неубедительно ответила я, надеясь, что этого объяснения хватит.

- А. Ну да, конечно. – Больше подруга спрашивать не стала, занявшись кормлением и расчесыванием Кыса.

На следующий день неестествознание стояло второй лекцией. Я с опаской подходила к знакомой двери, боясь увидеть ее запертой. Но она была распахнута настежь. Оковы, которые, оказывается, стягивали мое сердце, исчезли, и я вдохнула полной грудью. (Полной – в смысле полным объемом легких. Мою грудь никак нельзя было сравнить с коровьим выменем.) И замерла на пороге. В кресле возле учительского стола сидел совсем не тот человек, которого я ожидала увидеть. Вместо темноволосого мужчины – темноволосая же дама. Магистр Флоренна.

- Что же вы стоите, адепт Элиара? – томным голосом поинтересовалась она. – Проходите. Вы загораживаете проход. Другие адепты, жаждущие знаний, просто не смогут протиснуться между вами и дверью.

Я вспыхнула, но промолчала. Магистр Флоренна явно хотела хоть как-то уязвить меня, и мне не хотелось доставлять ей удовольствия видеть, что я задета ее словами. Тем более что стояла я не на самом проходе, и уж между моей достаточно стройной (хотя Кесси считала, что не очень стройной) фигуркой и косяком мог пройти достаточно упитанный медведь. Или черепоглав.

- А почему здесь вы, а не магистр Ален? – Кесси не стала сдерживаться и задала интересующий нас вопрос.

- Я отвечу позже, когда соберутся все остальные адепты, - снисходительно сообщила нам Магистр Флоренна. – Не люблю повторять по несколько раз.

Мы пожали плечами и устроились за своим столом. Парни, входившие в аудиторию, точно так же застывали на пороге, после чего, справившись с изумлением и вежливо поздоровавшись, занимали свои места. Когда все собрались, магистр Флоренна прервала свое загадочно-презрительное молчание.

- Итак, адепты, Магистра Алена некоторое время не будет. Руководство школы поручило мне временно заменить его. Всем понятно?

- А спецкурс тоже вы будете проводить? – поинтересовался Терен. На лице Магистра Флоренны появилось выражение глубочайшего омерзения, словно она увидела жабу величиной с лошадь. Ну, или слипнера.

- Нет, - наконец, выдавила из себя она. – Не думаю, что Магистр Ален уехал надолго. Так что Магистр Рейф или сам позанимается с вами, или кого-нибудь позовет. Но не меня. Я не хочу иметь ничего общего с… - Магистр не закончила, но мы и так поняли.

Магистр Рейф… Я поежилась. Последний раз, когда мы виделись, я прижималась к полуголому Алену… Краска бросилась мне в лицо при одном воспоминании.

- Элиара? – медоточивым голосом позвала меня Магистр Флоренна.

- Да? – Я вопросительно посмотрела на нее. Вроде сейчас ничего такого не происходило.

- Вас случайно не знобит, дитя мое?

- Н-нет, - недоуменно ответила я.

- Будем надеяться, что вы не заболели. У вас красные щеки, и вы ежитесь, словно от холода. Ночные прогулки, знаете ли, до добра не доводят.

- Нет, со мной все в порядке, - уверила я ее, собрав все свою вежливость. Мне не понравились намеки на ночные прогулки.

- Ну и прекрасно. Тогда вернемся к уроку. Тема сегодняшней лекции…

- Магистр Флоренна? – вновь перебил ее Терен.

- Да, адепт Терен?

- У нас вообще-то лекция по неестествознанию, а не по травологии. Не знал, что вы разбираетесь в нежити!

- Вы еще много чего не знаете, Терен, - проворковала Магистр Флоренна. – И моя задача – дать вам нужную информацию. Особенно если учесть вашу будущую специализацию.

- Некромантию, что ли? – уточнил Лежек.

- Да, - брезгливо произнесла преподаватель.

- Интересно, - прошептала я Кесси. – Если она так относится к некромантии, то почему тогда так тесно общалась с Аленом?

- А Ален уже стал просто Аленом? – внезапно заинтересовалась Кесси.

- Ну… - замялась я. – Магистром Аленом, если хочешь.

- Да мне все равно, - хихикнула она. – А ты не думала, что это отношение к некромантии появилось после того, как он пошел провожать тебя, а не остался с ней?

Я обдумала эту мысль.

- Возможно, - признала я.

- Адепт Элиара, адепт Кессиана, вас это тоже касается! Особенно Элиару! – повысила голос магистр Флоренна. – Так вот, повторяю еще раз: тема сегодняшней лекции – растения-убийцы. Для начала мы рассмотрим Exinopscia Saxifragile, или стреляющую лиану. Она вырастает…

- А класс опасности какой? – перебил внимательно записывающий Лис.

Преподаватель бросила на него сердитый взгляд.

- У растений нет класса опасности. Просто запомните, что при вхождении в контакт с ними можно ожидать чего угодно, вплоть до летального исхода. Вот, например, Exinopscia Saxifragile, о которой сегодня пойдет речь, способна убить человека в течение полутора-двух минут.

- А эльфа? – никак не мог угомониться Лис.

- А эльф не пойдет шляться по жальникам и кладбищам, на это способна только человеческая раса, - рявкнула Магистр Флоренна. - Exinopscia Saxifragile растет, в основном, лишь в этих местах. В крайне редких случаях может встречаться в любом другом месте. При условии, что там зарыт труп. Именно поэтому, адепт Элиара, вам следует хорошенько запомнить это растение.

Магистр Флоренна что-то тихо прошептала, и над столом сформировался фантом, представлявший из себя обычный, казалось бы, вьюнок, с большими резными листьями и крупными ярко-розовыми цветками.

- Что она ко мне все время цепляется? – тихо возмутилась я. – Я не по своей воле изучаю некромантию. Кесси еле заметно пожала плечами.

- Вот здесь, видите, расположены своего рода волоски, - вещала преподаватель, указывая на край листа. – При соприкосновении с ними на коже возникает ожог, который при неправильном лечении оставляет некрасивый рубец. – И она ехидно посмотрела на меня. Я сделала вид, что старательно записываю ее слова.

- Однако это еще не самый большой урон, который может нанести лиана. Ее не зря назвали стреляющей. – Магистр Флоренна прошептала еще что-то, и на фантоме цветы скукожились, отпали, а на их месте появились коробочки семян.

- Когда семена созревают, достаточно легкого прикосновения, чтобы она раскрылась, и десятки ядовитых смертоносных спор вылетели наружу. При попадании на неприкрытый участок кожи они проникают в тело незадачливого некроманта, отравляя его кровь. Максимум через две минуты жертва умирает, а споры начинают свой цикл развития, питаясь ее останками.

- Странно, - заметил Лежек.

- Что странно? – взметнулась преподаватель.

- Что эта лиана растет главным образом на заброшенных жальниках. Там как-то маловато потенциальных жертв.

- Правильно. Вы совершенно верно подметили, адепт Лежек, - ослепительно улыбнулась магистр Флоренна. – Жертв там маловато. К счастью, мало кто выбирает своей стезей посещение кладбищ и общение с мертвецами. Споры могут развиваться и другим путем. Они цепляются за шерсть проходящих мимо живых и неживых существ, падают на землю и прорастают, если находят в ней необходимые питательные вещества. Я ответила на ваш вопрос, адепт? – Флоренна еще раз улыбнулась.

- Да, спасибо, - ошарашенно ответил Лежек.

- Прекрасно. Как же защититься от лианы? Очень просто – надо держать наготове щит, который задержит споры, а потом ударить пульсаром. Правда, - она бросила на меня торжествующий взгляд, - щит должен быть односторонним, чтобы пульсар прошел сквозь него, а не отрикошетил и попал в мага, запустившего его.

Я опустила голову, скрывая пылающие щеки. Вот гхыр! Она точно знала, что случилось на спецкурсе! Надеюсь, это не Ален ей растрепал за чашечкой травяного настоя…

Но оказалось, что или Ален успел посидеть перед отъездом не только с Магистром Флоренной, или слухи распространялись без его участия из другого источника.

На спецкурс к нам пришел Магистр Карейн, преподаватель боевой магии, вечно бодрый и веселый мужчина средних лет. Хотя что такое «средние года» для магистра – только мракобесы знают!

Он устроился на столе и жизнерадостно сообщил, что прислан только проследить за нами, дабы мы не нанесли урона ни себе, ни посторонним – и подмигнул мне. Нам следовало продолжать отрабатывать изученные ранее заклинания, ни в коем случае не используя одновременно заклятия нападения и защиты – и Магистр Карейн вновь хитро посмотрел на меня. Я угрюмо отошла к Ингвару, совершенно не желая тренироваться ни с Лисом, ни с самим Магистром, явно знающим о моей оплошности.

И, отрабатывая щит и заклинание паралича, мне очень хотелось выяснить у Алена, каким образом вся Школа оказалась осведомлена, что я спутала двусторонний щит и односторонний?

Однако с вопросом пришлось подождать. Ален, как и следовало ожидать, не пришел вечером к мантикоре. Ни в этот день, ни в следующий, ни дальше…

На очередной лекции по неестествознанию, которую вновь проводила Магистр Флоренна, мы узнали о Chenopodium calgorium. По странному совпадению – а, может, и не очень – сия травка предпочитала расти исключительно в местах сражений, то есть там, где останки людей и нелюдей имелись в изобилии. Самое место для некромантов, как заявила нам преподаватель, вздрагивая при произнесении этого неприятного слова.

И она продолжала цепляться ко мне по каждому мельчайшему поводу. Даже невозмутимый Ингвар это заметил и сочувственно смотрел на меня, правда, не понимая причины. Надеюсь, никто на курсе, кроме Кесси, не знал о моих вечерних прогулках с Магистром Аленом, на которые постоянно намекала Магистр Флоренна.

К концу занятия меня раздирало от желания применить полученные знания на практике. То есть напугать Магистра Флоренну до полусмерти. Или парализовать ее. Ненадолго, на пару часов. Не больше. Я замечталась, представив себе преподавателя в неудобной позе, с приоткрытыми пухло-красными губами, полузакрытыми глазами, и не заметила, что она опять обращается ко мне.

- Элиара, я вас спрашиваю! – рассерженно произнесла преподаватель.

- Да? – я подняла голову.

- Я спрашиваю, как можно защититься от этой травы?

Я на секунду задумалась.

- Думаю, поскольку эта трава не вырастает выше колена, достаточно надеть кожаные брюки и сапоги, чтобы яд с нее не попал на кожу, - предположила я. Но, взглянув на выражение лица Магистра Флоренны, выяснила, что этого явно недостаточно, и язвительно добавила:

- А предварительно впереди пустить пульсар. Закрывшись, конечно, щитом. Односторонним, естественно.

Магистр Флоренна недовольно кивнула, прокомментировав мой ответ лишь коротким словом «правильно», после чего перешла к другой теме – размножению этой травки.

Лекция по боевой магии должна была уже начаться, а Магистр Карейн почему-то задерживался. Парни, воспользовавшись свободной минутой, посочувствовали мне.

- Слушай, я не могу понять, почему эта вдыга бздрызная к тебе цепляется? – искренне сказал Стен, присаживаясь на соседний стол.

- Понятия не имею, - покривив душой, сказала я.

- А я знаю, - присоединился к нашей милой беседе Тей.

У меня сердце ушло в пятки. Если Тей знает о моих вечерних встречах – это скоро будут знать все. Если уже не знают. Вот из Лежека слово надо тащить клещами, и то не факт, что получится.

- Она просто ревнует, - продолжал Тей. Мне стало еще хуже. Кровь прилила к щекам, и я готова была поклясться, что, если к ним поднести пергамент – он загорится. А вот сердце, напротив, пропало где-то в области заледеневших ног и наотрез отказалось биться.

- Флоренна явно положила глаз на Ингвара, - продолжил свою мысль Тей. – А он - твой напарник.

Я выдохнула. Надеюсь, незаметно.

- А почему меня? – вопросил задетый словами Тея Ингвар.

- А ты посмотри на себя, - посоветовал Стен. – Мы все, как по команде, обратили на северянина свои взоры.

- И что? – выразил всеобщее недоумение Лежек.

- Темнота, - махнул рукой Тей. – Ингвар – блондин, в отличие от всех нас. И по внешнему виду тянет скорее на взрослого крепкого мужчину, чем на «бледного вьюношу с взглядом горящим».

- Это да, - согласилась Кесси. Действительно, при виде Ингвара как-то сразу представлялся корабль, волны, бьющие о его борт, ветер, яростно треплющий паруса и толпа полуодетых светловолосых мужчин, держащихся за леера, чтобы не быть сброшенными в воду штормом.

- А Флоренна здесь причем? – непонимающе спросила Кесси. Тей с готовностью разъяснил:

- А у нее пунктик на блондинов. Об этом вся Школа знает.

- Мы не знаем, - честно сообщили мы с Кесси. Стен тоже был удивлен.

- А тогда в трактире она на Алена вешалась…

- Ну, вешалась, - не смутился Тей. – Официально-то Ингвар еще адепт, а все остальные блондины в школе – убеленные сединами старцы. Вот она и вешается на кого попало. А ты, Элька, наверно, ждешь возвращения Алена? – подмигнул мне Тей.

Я вновь замерла на месте, не зная, что сказать. Меня выручила Кесси.

- Это почему еще? – поинтересовалась она.

- Ну, Ален не смотрит на Эльку, как гадюка на мышонка, - пояснил парень. – Он не выделяет ее из других адептов, не делает скидок на то, что она девушка.

Я справилась со ступором.

- Это точно. Интересно, ты не знаешь, когда он вернется?

- Ну, это только Магистр Рейф знает, - пожал плечами Стен.

Стремительно вошедший в аудиторию Магистр Карейн прервал наш занимательный разговор и заодно предупредил, что спецкурс опять будет проводить он.

- Ну, лучше вы, чем Флоренна, - философски заметил Тенар. Магистр Карейн понимающе ухмыльнулся. Надо полагать, общения с сией дамой он тоже в свое время не избежал. Хотя и был рыжеватым шатеном…

«Только Магистр Рейф знает»…

Эта мысль не давала мне покоя и на истории магии, и на работе со стихиями, и во время обеда, и на спецкурсе. Я не могла сосредоточиться, и Ингвар пару раз полностью парализовал меня – я банально не успевала выставить щит.

- Элька, с тобой все в порядке? – с тревогой спросил магистр Карейн. Я хотела было сказать, что все нормально, но передумала.

- Нет, Магистр Карейн, я не очень хорошо себя чувствую.

- Тогда лучше иди, - предложил мне учитель. Не уточняя, почему лучше. Думаю, все и так поняли…

Не став спорить, я подхватила сумку и, старательно изображая недомогание, вышла из класса с твердым намерением пойти к себе и обсудить с Кесси слова Тея. Меня смущало – или он видит чересчур мало, или я – чересчур много. Его, с одной стороны, никак нельзя обвинить в невнимательности. Мимо него не проходило ни одно школьное происшествие. Но, с другой стороны, я чувствовала – Магистр Ален относится ко мне явно не так, как к другим, и дело не в том, что я единственная девушка на спецкурсе… Ну, не только в том… Мне только кажется, что щекотка, возникающая между нами, что-то означает, а на самом деле она - вполне обыденное явление?

Мои ноги запнулись о порожек, я удержалась на ногах и осмотрелась. Откуда взялся порожек? В нашем крыле Школы пол был ровным и гладким, видимо, во избежание травм у адептов юного и не очень юного возраста. Но я находилась совсем в другом месте – прямо перед кабинетом директора Школы, Магистра Рейфа. Интересно, а как я сюда зашла? Мое тело подсознательно привело меня сюда, чтобы узнать про Алена?

Я стояла и не знала, что делать – постучаться и осторожно спросить, когда ждать любимого учителя? Любимого, кстати, не в том смысле, что я люблю его как мужчину, а потому, что Ален – хороший и не вредный преподаватель. Или тихо уйти и позволить всему идти своим чередом? А Флоренна – ну, Флоренна. Переживу. Не каждый день у нас с ней уроки, хвала Магистрам.

Пока я размышляла, дверь кабинета распахнулась.

- Элиара, заходи, - позвал сердитый голос директора. Я не осмелилась не повиноваться и робко зашла внутрь.

- А как вы узнали, что это я? - вместо приветствия поинтересовалась я у сидящего за своим столом Магистра Рейфа.

- Ты очень громко думаешь, - бросил директор. – Хорошо, что ты пришла сама. Я все равно собирался тебя вызвать. Посмотри, что это такое? – он ткнул пальцем в свиток на столе. – Ты узнаешь вот это?

Я, приблизившись, взглянула на пергамент.

- Подпись, - озадаченно сказала я.

- И чья?

- Моя. Если я правильно распознала эту закорючку.

- Отлично, - мрачно сообщил мне Магистр Рейф. – Тогда скажите мне, адепт Элиара, под чем стоит твоя подпись?

- Ну… - протянула я, пытаясь разобрать, под чем именно я подписалась. Явно ознакомление с каким-то документом Ковена, поскольку там стояли подписи всего курса.

- Я тебе скажу, что это! – грозно заявил директор, вставая и пристально глядя на меня. – Это роспись за соблюдение правил техники безопасности.

- И что? – Я на самом деле не понимала, что в этом такого. Каждый год, в начале вересклета, нас собирали в зале и зачитывали правила ТБ, кои мы обязаны были неукоснительно соблюдать. Ну, там, не падать с лестниц, не разбивать лбы о дверные косяки, не запускать в сокурсника пульсаром, не пытаться применять магию на окружающих, включающих в себя адептов школы, преподавателей и обслуживающий персонал, за исключением тех случаев, когда этого требует учебный процесс, и всякая подобная ерунда. Мы обычно дремали, пока кто-то из преподавателей скороговоркой зачитывал навязшие в ушах правила, потом расписывались и благополучно забывали об этом.

- Элиара, ты действительно не понимаешь, что произошло на самом деле? – директор снизил громкость, устало плюхнувшись в кресло. Предмет мебели укоризненно скрипнул пружинами.

- Нет, - покачала я головой. – Это был обычный урок, шел нормальный учебный процесс, или как там это называется…

- Это называется нарушение правил техники безопасности и сурово карается, - медленно проговаривая каждое слово, пояснил Магистр Рейф. – Ты обязана была при выполнении особо опасных заклинаний, могущих повлиять на жизнь и здоровье учащихся и преподавательского состава, выполнять требования учителя, а не заниматься свободным творчеством, проявляя ненужную в данный момент инициативу. Ты могла погибнуть, Элиара. Если бы Магистр Ален не обладал достаточными знаниями и квалификацией, чтобы пробиться сквозь твой щит, кстати, неплохо выполненный, молодец, и снять оба заклинания… То можешь сама представить, что тогда могло произойти.

Могла. На воображение я никогда не жаловалась, и, представив свой посиневший труп, мирно лежащий на столе в аудитории, передернулась. Правда, Ален всегда мог бы меня оживить, и тогда я стала бы местной достопримечательностью, и являлась бы Флоренне по ночам… С трудом подавив нежелательное хихиканье, я приняла вид раскаявшейся грешницы и тихо спросила:

- Но ведь вы тоже смогли бы снять заклятие, правда?

Директор, к моему глубокому удивлению, пожал плечами:

- Не знаю. Возможно, смог бы, но это заняло бы слишком много времени. То, чему Ален учит вас, основано на несколько иных принципах. Я плохо знаком с ними. Поэтому…

Магистр Рейф замолчал, давая мне возможность полностью оценить всю глубину моей глупости. Насладившись (как я думаю) моим искренним (на этот раз) раскаянием, он продолжил более спокойно.

- Я очень просил бы, Элиара, не ставить в дальнейшем под удар ни себя, ни Магистра Алена, ни меня. И так пришлось объясняться с Ковеном и Орденом Темных Всадников.

- Но ведь ничего не произошло? - вслух удивилась я. Лучше бы я помолчала. Следующие четверть часа под сводами директорского кабинета гремел сердитый голос Магистра Рейфа, распекавшего нерадивую ученицу. Из всей этой длинной речи мне удалось вычленить фразу, не относящуюся ко мне.

- Это поэтому Магистр Ален вынужден был уехать? – поинтересовалась я, когда директор сделал паузу, чтобы перевести дух.

- Нет, - удивился Магистр Рейф. – С чего ты взяла?

- Ну, вы же сказали, что он писал объяснительную…

- Нет, - сообщил директор. – Не поэтому. Со всеми бумажками пришлось разбираться мне. На что еще нужны Вестники, если не для этого?

«Да, от такого и впрямь можно выйти из себя», - мысленно посочувствовала я. А вслух спросила:

- А когда он вернется?

- Что, соскучилась? – Теперь Магистр Рейф, которому, по всем прикидкам, было никак не меньше трехсот пятидесяти лет, ухмылялся, как Тей.

- Нет, - соврала я, проверяя, стоит ли блок, скрывающий мысли. Стоял.

- Тогда почему тебя это так интересует? – вновь ухмыльнулся директор, блеснув глазами из-под очков.

- Мне не нравится Магистр Флоренна. Или я ей не нравлюсь. Или это обоюдно. – На этот раз я была предельно искренна.

- Да… Возможно, - принял мой ответ директор.

- Так сколько мне еще придется с ней мучиться? – Раз уж он пришел в хорошее настроение, этим надо пользоваться.

- Как ты выражаешься, Элиара? – нарочито сердито возмутился Магистр. Я мгновенно опустила голову, демонстрируя полное раскаяние и не забывая закрывать свои подлинные мысли по этому поводу.

- Убери блок, - потребовал директор. Пришлось подчиниться и несколько минут настойчиво заставлять себя размышлять о своем нехорошем поведении.

- Ему пришлось отправиться по делам в Аррендар, - внезапно сказал Магистр. Аррендар… Полторы тысячи верст, пара телепортов… Но тогда он должен был уже давно вернуться! Что это за дела, требующие такого долгого отсутствия?

- Он не мог воспользоваться телепортом, - ответил на мои мысли директор. Я непонимающе уставилась на него. Почему?

- Так было нужно. Сейчас ты пока не поймешь этого, - мягко произнес он.

- А потом пойму?

- Да. Возможно. А, возможно, и нет. Все покажет время…Главное, Элиара, верь своему сердцу. Только ему…

Увидев мое явное непонимание, директор добавил:

- Элька, поверь мне, все это неинтересно. Просто взрослые игры серьезных дяденек.

Я вздохнула, примиряясь с тем, что мне все равно никто ничего не объяснит. Придется выяснять самой.

- И надолго Ален застрял в Аррендаре? – постаралась я узнать хотя бы это. Магистр Рейф улыбнулся.

- Нет. Думаю, на следующей неделе он будет здесь. Ну, ты хочешь еще что-то спросить?

- Да, - с готовностью ответила я. – Магистр Рейф, вы ведь знаете все языки, да?

- Да, - удивился он. – Ну, наиболее распространенные.

- Что такое «карриэлле»?

Меня всю неделю мучил этот вопрос. Я даже покопалась в библиотеке, но ни в эльфийском словаре, ни в гномьем я такого слова не нашла. В троллий я не полезла, а других у нас не было.

Магистр Рейф смутился. Шетт, мараелла, он действительно смутился! Мое любопытство разыгралось еще сильнее.

- От кого ты слышала такое слово? – наконец спросил Магистр Рейф.

- От Магистра Алена, - честно ответила я.

- Вот его и спрашивай, - с облегчением сообщил директор. – Мне, к сожалению, незнаком этот язык.

Я с подозрением воззрилась на Магистра. Он наверняка знал, но не хотел говорить мне значение этого слова. Ладно, придется узнавать самой. Ой, что-то длинный список получается, пора уже на пергамент заносить, чтобы не забыть…

- Ты, кстати, можешь уже идти, - директор устроился в кресле и придвинул к себе стопку документов.

- До свидания, - вежливо попрощалась я.

- До свидания, - буркнул Магистр, поглощенный изучением мелко исписанного пергамента.

Выйдя от директора, я поймала себя на мысли, что бессознательно прикидываю – когда Ален должен вернуться. Три дня до Аррендара, еще три – обратно, ну, и там – день-два, не меньше. Из-за простого дела, которое заняло бы час-полтора, смысл ехать на полторы тысячи верст? По моим подсчетам получалось, что ждать Магистра Алена следовало дня через три-четыре. Из этого вытекало, что как минимум еще одну лекцию с Магистром Флоренной придется пережить. Я скривилась. Хорошо, что в свое время стезя Травника не пришлась мне по вкусу – для них курс травологии считался профильным и читался на протяжении всего обучения в Школе. Не думаю, что я смогла бы доучиться до конца с таким отношением преподавателя ко мне. Неестествознание ведь читается и Травникам…

Но я или ошиблась в подсчетах, или Ален был не в Аррендаре, или… не знаю, что. Однако…

Через два дня после разговора с директором я собралась к мантикоре за едой поздно. К нам заскочили Пифии, и мы все вчетвером – прошу прощения, впятером - Кыса нельзя не посчитать – весело проводили время, обсуждая результат нашего эксперимента и последние школьные сплетни. И Ниасса, и Аллирия согласились, что мы совершенно правы – это настоящий идеал. Идеал возлежал на коленях девушек, милостиво принимая полагающиеся ему ласки, и, прикрыв глаза, слушал веселые девичьи голоса.

- Домовые вчера подрались в подвале, - блестя глазами, рассказывала Ниасса. – Но нипочем не согласились раскрыть причину своей ссоры. И, конечно, пропавшая у Магистра Левена бутылка с настойкой «Гномская медовая» не имеет к этому никакого отношения.

- Конечно, не имеет, - дружно кивнули мы.

- Народ в Вийске готовится к очередному всенародному празднику – «Бесовнику». И, видимо, именно поэтому у лавочника Тимахи из подвала исчезло двенадцать тыкв, - улыбнувшись, поведала Аллирия. Мы не стали сочувствовать Тимахе. Это был редкостный зануда, рьяно ненавидящий адептов, который при встрече с ними демонстративно плевал на землю и называл безобидных, в сущности, молодых людей «мракобесьим племенем».

- Может, это были те, которые на ярмарке скалили зубы? – подхихикивая, предложила я. – А теперь у них выросли ноги, и тыквы взяли и ушли.

- Возможно, - согласились Пифии и Кесси.

- Бабка Мелисья видела демона, - сообщила Ниасса серьезным тоном.

- Демона? Это где она умудрилась? – не поверила я.

- А я откуда знаю? – пожала плечами девушка. – Это самая натуральная сплетня, причем распространяемая самой бабкой. Она за два часа успела половине Вийска сообщить, что «шла к куме за смятаною, а оно как выпрыгнеть! Зубищи длинныя, глазища желтыя, крылья по ветру развеваются, что твой плащ, копыта огромные, аки колесо на телеге, а упряжь кожаная и со звездами».

- Упряжь? – перебила я Ниассу. – Это какая упряжь у демона? И как ее бабка различила? Два часа назад темнело уже.

- Это ты бабку спроси, - захохотали Пифии.

- Ее спросишь, пожалуй, - глубокомысленно заметила Кесси. – Потом удирать огородами придется, чтобы не утонуть в потоке информации, которую она на тебя выплеснет.

- Это точно, - кивнула я.

Нам не раз приходилось встречаться в городе с вездесущей бабкой Мелисьей. Она, в отличие от Тихани, радостно встречала адептов, искренне считая, что они все Травники, и пользовалась любой возможностью для получения бесплатной консультации. Даже преподавательскому составу не удавалось избежать вечного, как само время, вопроса: «Милок, а посмотри, что-то у меня вот здеся тянет, а тута ноет?» Взамен она делилась бурными потоками местных сплетен. Нас спасало только то, что в Вийске вечно происходило что-нибудь интересненькое, и бабка Мелисья, как правило, присутствовала на месте происшествия, так что на нашем пути попадалась довольно редко.

- Все? – спросила Кесси.

Пифии задумались.

- Вроде, да. Если не считать того, что Мириэла опять предсказала конец света. Где-то в начале сеностава [9].

- Жаль, - серьезно отозвалась я. – Лучше бы в начале травня [10]. Тогда не пришлось бы экзамены сдавать.

- Это какой у нее по счету конец света? – пыталась вспомнить Кесси. Девушки напомнили.

- Седьмой.

- Ну, надеюсь, юбилейный десятый не окажется правдой, - хмыкнула Кесси.

Мириэла - Пифия с последнего курса - была известна тем, что предсказывала концы света. Причем они не сбывались. Ну, с некоторой натяжкой можно было посчитать концом света нашествие воробьев, склевавших все подсолнухи и возникший из-за этого дефицит жареных семечек четыре года назад. Или внезапно - для магов, занимающихся астрологией – возникшее солнечное затмение двухлетней давности. Оно, безусловно, перепугало население, но особого вреда не принесло. Однако каждый раз девушка с пеной у рта утверждала, что она говорит чистую правду, и надо готовиться. Как готовиться – никто, в том числе и она – не пояснял.

- Да какой там конец света, - засмеялась Аллирия. – В худшем случае экзамены продлят.

Кот, недовольный тем, что его перестали гладить, поднял голову и намекающе мявкнул. Я спохватилась.

- Иду, Кыс. Сейчас.

- Что это он? – непонимающе спросили девушки.

- Голодный, - пояснила я, поспешно натягивая куртку и сапоги. – Мясо я ему таскаю у Гренны.

- Кого?

- Ну, мантикоры.

Кот еще раз мявкнул.

- Уже убежала, - захлопнула я за собой дверь.

Темнота, сгустившаяся за пределами школьного общежития, не мешала мне идти по хорошо знакомой тропинке. Зато не давала возможности различить окружающие предметы на расстоянии пары локтей. Ни подвешивать перед собой светящийся пульсар, ни произносить заклинание ночного зрения мне не хотелось.

Мантикора, против обыкновения, не привстала при моем появлении, замахав крыльями или хвостом. Я даже встревожилась.

- Гренна, с тобой все в порядке? – И я осеклась, увидев темный силуэт. Я уже знала, кто это, но все равно дрожащей рукой создавала пульсар, останавливая его в воздухе над своей головой.

- Ален? Ты вернулся?

- Привет, Элька, - ответил знакомый мужской голос.

Я усилием воли подавила в себе бурную радость и с трудом преодолела желание броситься ему на шею. Что он может подумать? Что я такая же, как Магистр Флоренна?

- С приездом, - вместо этого вежливо ответила я. – А мне казалось, что ты появишься дня через два.

- Нет, я постарался приехать побыстрее, - усмехнулся он.

Мы замолчали. Не знаю, почему ничего не говорил Магистр, я же просто пыталась не выпалить чего-нибудь нежелательного. К примеру, куда он ездил и зачем?

- Кто у вас заменял уроки? – нарушил тишину Ален. О, на эту тему я готова была разговаривать долго и со вкусом. Следующие пять минут бедный Магистр выслушивал от меня… Ну, не то чтобы жалобы на Магистра Флоренну, но нечто весьма близкое к этому.

- И вообще, - я возмущенно уставилась на Алена. – Почему вся школа знает, что я поставила двусторонний щит вместо одностороннего? И как, кстати, у меня это получилось?

- Давай по частям, - предложил Ален. – По поводу щита. Я, видишь ли, точно не мог никому рассказать об этом, поскольку написал объяснительную и уехал через пятнадцать минут после этого. То, что Магистр Рейф поведал об этом – тоже сомневаюсь.

Я задумалась. Ален прав, ни он, ни директор рассказать не могли. Я тоже.

- Тогда кто? – растерялась я.

- У нас вся школа набита пророками и провидицами, - улыбнулся Ален. – Тебе такое в голову не приходило?

- Нет, - покачала головой я, страшно жалея, что сама не додумалась до такого банального объяснения.

- Как у тебя это получилось – давай отложим это до завтра. Сегодня я, честно говоря, устал. Дорога из Аррендара и так не сахар, а я еще и торопился.

- Так ты все-таки был в Аррендаре? – не удержалась я.

- А ты откуда знаешь? – с нарочитым подозрением в голосе поинтересовался Ален. – Тоже ясновидцы?

- Нет, - засмеялась я. – На сей раз Магистр Рейф. Он делал мне внушение и заодно проговорился. Случайно, разумеется.

За разговором я не заметила, как подошла к Алену близко. Очень близко. Практически вплотную. Осознание этого факта заставило меня поежиться, хотя вечер, вообще-то, был теплым, ветерок слабым, а я была одета в куртку. Ален привлек меня к себе.

- Холодно?

Я уже хотела было отказаться, но, неожиданно для самой себя, ответила:

- Да, немного.

Сильные мужские руки прошлись по моей спине и плечам, бережно растирая, разминая, согревая.

- Так лучше?

- Да.

Но я не торопилась высвобождаться из объятий Алена, а он, в свою очередь, не возражал против того, что я прижимаюсь к нему. От непривычной близости кружилась голова, руки внезапно заявили, что желают жить собственной жизнью и залезть в волосы Алена, попробовав их на ощупь.

Чтобы избавиться от непрошеных желаний, я брякнула первое, что пришло на ум.

- А зачем ты ездил в Аррендар?

- По делам.

Я тихонько вздохнула. Интересно, а какого еще ответа я могла ожидать? Что Ален вот прямо сейчас выложит мне всю подноготную о своей внезапной поездке и том, связано ли это с вестником, пришедшим Магистру Рейфу?

- Надо полагать, это были очень важные дела, - вслух прокомментировала я. – Раз уж ты бросил учебный процесс в самом разгаре…

- Достаточно важные.

Собственно, ответа я и не ждала. У меня было утверждение, а не вопрос. Но Ален, к моей радости и безмерному удивлению, уточнил.

- Правда, эти дела касались моей семьи.

- Что-то серьезное? - посочувствовала я. – Кто-то заболел? Или умер? И тебя пригласили поднять покойника, чтобы выяснить, куда он спрятал клад?

- Никто не умер. Просто у нас украли одну вещь. Не ценную, просто уникальную, - добавил Ален, не давая мне возможности переспросить. Я в который раз подумала, что он читает мои мысли, проверила блок, стоявший на месте, и решила на всякий случай поузнавать, не лукавят ли наши преподаватели с этими блоками?

- И ты нашел воров? Или этот уникальный артефакт?

- Нет, к сожалению, - вздохнул Ален. – Единственное, что мне удалось – это определить его примерное местонахождение.

- А что это? Рука мертвеца или чучело горного гнома в натуральную величину? Хотя это нельзя назвать уникальным артефактом…

Ален даже не улыбнулся.

- Это камень. Довольно редкий камень, такой добывается только в… одном месте.

Я сделала вид, что не заметила крохотной паузы, добавив себе еще один вопрос в список загадок, связанных с Аленом.

- И что теперь? Ты будешь заклинать темные силы, чтобы они вернули украденный артефакт?

Руки Алены сильно сжали меня.

- Не надо так говорить, даже в шутку, - мягко, но напряженно попросил он. – Темные силы – это не повод для веселья, поверь мне.

- Хорошо, не буду, - покладисто согласилась я. – А все-таки?

- Я больше ничего не буду делать. – Ален слегка расслабился. – Теперь этим займутся другие.

- Твоя семья, - догадалась я.

- И она в том числе. Слушай, тебе не кажется, что ты задаешь слишком много вопросов?

- Неа, - покачала я головой. – Я поведала тебе страшную и ужасную историю о несчастной адептке и ее вредном преподавателе, а ты не хочешь поделиться коротеньким рассказом о своей поездке, куда более увлекательной?

- Да не было в ней ничего увлекательного, - смирился Ален. – Ладно, спрашивай.

Я воспользовалась моментом.

- А как ты так быстро доехал? Обычной лошади ехать до Аррендара дня три, не меньше.

- У меня не самый обычный конь. Он выносливее и резвее, чем обычные лошади.

- Он случайно не черный? – Вдруг пришла мне в голову одна мысль.

- Да. Это тоже директор рассказал?

- Нет, - ухмыльнулась я. – Это одна бабка. Ты ее напугал.

- А, была такая, - вспомнил Ален. – Выскочила на дорогу, я еле успел остановить Кулона. Еще вопросы есть? – И он нежно взъерошил мои волосы.

Конечно, есть. Только они почему-то повылетали из моей головы. Хотя нет, один, кажется, нашелся.

- Что такое «карриэлле»? И на каком это языке?

Ален кашлянул.

- Кхм… Хорошие вопросы ты задаешь… Это родной язык моего отца. Его название тебе все равно ничего не скажет, в библиотеке нет упоминаний о нем.

Я обдумала информацию. Ну ладно. Действительно, по звучанию не похож ни на один из известных мне языков, тем более на Всеобщий. Лингвистом я не была, так и что гадать не стоило, какие там корни и откуда произошел этот язык.

- А «карриэлле»? Как это переводится?

- Ну… это такое обращение к молодой девушке. Более точно я не смогу перевести.

Я подняла голову и постаралась при свете пульсара рассмотреть лицо Алена. Кажется, он не врал. Трудно было сказать наверняка, видя четкие черты невозмутимого лица в неярком освещении. Легкий ветерок раздул волосы Магистра, одна прядь упала на мое ухо. Я безотчетно убрала ее, ощутив под пальцами мягкость и шелковистость. Как у Кыса… Кыс!

Я поспешно и неохотно высвободилась из рук Алена.

- Мне надо идти. Кыс голодный.

- Конечно, - согласился Ален. – Идеальные мужчины – превыше всего.

- Да.

Я чувствовала, что ему точно так же не хочется расставаться, как и мне. И поэтому не удивилась, когда он предложил проводить меня. Ну, не сильно удивилась. Гораздо больше обрадовалась и немедленно – боюсь, быстрее, чем следовало - согласилась.

Кыс уже не лежал на коленях девушек, которые, впрочем, уже ушли, а сидел перед дверью и гипнотизировал ее огромными зелеными глазами.

- Тебя только за смертью посылать, - неодобрительно отозвалась Кесси, принимая у меня блюдечко. – Там Магистр, что ли, вернулся, и вы не могли расстаться?

Я замерла с наполовину снятой курткой.

- Ты точно выбрала стезю? В Пифии не хочешь пойти?

- Вот еще, - отмахнулась Кесси. – Подожди, так я что, угадала?

- Да. Ален вернулся. И мы с ним немножко поговорили.

Кесси внимательно изучила мое лицо, потом осторожно спросила.

- Ты все еще продолжаешь утверждать, что он Магистр, а ты – адептка?

- Да. Нет. Не знаю. – Я вытянулась на кровати и повторила. – Не знаю, Кесси. Я не понимаю, что между нами происходит и что это означает. Но мне это, кажется, нравится.

- Ну-ну, - хмыкнула Кесси.

Глава 9

Как и следовало ожидать, магистра Алена на лекции по неестествознанию встретили радостными возгласами. Он был явно тронут таким приемом, хотя старался этого не показывать. Поинтересовавшись, что мы узнали от магистра Флоренны, Ален внимательно выслушал обстоятельный рассказ Марека, хмыкнул и ничего не сказал. Точнее, ничего не сказал ни по поводу изученного, ни по поводу Флоренны. Просто перешел к новой теме – муравьям-некрофагам. Хотя по внешнему описанию это были отвратительные твари – белесые насекомые с огромным раздутым животом, питающиеся мертвой тканью, мне больше нравилось слушать про них, чем про разнообразные ядовитые травки.

Лекция пролетела как-то очень быстро. Ален предупредил, что спецкурс будет, и очень попросил не опаздывать.

В назначенное время мы все собрались в ставшей уже хорошо знакомой аудитории.

- Так, уважаемые адепты, - усмехнулся Ален. – Продолжаем наше погружение в темный мир некромантии. До этого вы учились обезвреживать недруга, не причиняя ему физического вреда.

Я передернулась, вспомнив, как едва не задохнулась от собственного заклинания.

Ален поправился.

- Ну, почти не причиняя. От страха тоже можно, конечно, заработать разрыв сердца, а паралич приведет к остановке внутренних органов. Об этом необходимо помнить всегда. Но, тем не менее, эти заклинания считаются наименее опасными. Следующее заклятие, которое мы изучим сегодня – это вытягивание энергии. Вообще говоря, это весьма трудно почувствовать. Просто в разгар сражения у вас внезапно кончится вся сила, и вы останетесь безоружными.

- А как мы тогда поймем, действует оно или нет? – поинтересовался внимательно слушающий Терен.

- Хороший вопрос, - кивнул Ален. – Тот, кто посылает заклинание, почувствует. Ощущения будут такими же, как при подпитке из источника – к вам потечет энергия. Другое дело, что вы можете пока не рассчитать сил и вытянуть больше, чем следует. Поэтому мы сейчас введем дополнительный компонент, а потом, когда вы освоите заклинание, уберем его. Жертва будет ощущать легкий холодок при утекании силы. Если холод будет слишком резкий – мгновенно поднимайте руку, и ваш напарник обязан будет снять заклинание. Если не получится – немедленно зовите меня. Все понятно?

- Все, - нестройным хором ответили мы.

- Отлично.

Ален написал формулу заклинания, указав, какой компонент он добавил для того, чтобы сделать его ощутимым.

- А наглядной демонстрации не будет? – поинтересовался Тей.

Ален отрицательно качнул головой.

- Смысла нет. В правильном варианте вы все равно ничего не ощутите, а дополнительный компонент нужен для безопасности. Кроме того, ваша сила нужна вам самим… Приступайте.

Мы привычно разбились на пары. Я неуверенно посмотрела на Алена – мне идти к нему, или он возьмет себе Лиса? Ален кивком показал мне на Ингвара. В общем, я понимала правильность такого решения – Лис явно был пульсаром замедленного действия и мог, сам не понимая, как он это сделал, вытянуть всю энергию. Или, наоборот, отдать всю свою.

- Да, вот еще что, - произнес Ален, - постарайтесь при возникновении холодка запомнить ваше состояние, попытайтесь ощутить утекание силы, это возможно. Не у всех может получиться с первого, пятого и даже пятидесятого раза, но, как мне кажется, в конечном итоге все вы способны почувствовать потоки силы.

- Даже я? – пожелал убедиться Лис.

- Даже ты, - без улыбки ответил Ален.

К концу занятия мы все были истощены. Заклинание действительно оказалось не из самых приятных. Холодок помогал чувствовать его действие, но вскоре мне стало казаться – или я на самом деле начала чувствовать потоки – что из меня утекает, может, энергия, а может и просто бодрость, заменяясь усталостью.

Как раз тогда, когда я почувствовала, что больше не могу, Ален остановил занятие.

- Все отлично поработали, - объявил он. – Рекомендую подзарядиться от источника. И в следующий раз тоже приходите заряженными на максимум.

- Магистр, вопрос можно? – внезапно произнес Терен.

- Конечно.

- Мы весь урок вытягивали энергию друг из друга, однако, все опустошены. Куда же она делась?

Ален выглядел очень довольным.

- Хороший вопрос. Действительно, энергию тянут, чтобы забрать ее себе. Как делал я, когда пытался остановить «стену», перенаправляя потоки. Вы пока просто не умеете этого делать. Научитесь, - пообещал Ален.

- Так куда энергия делась? – повторил вопрос Терен.

- Да никуда. Вот она, энергия, прямо здесь. – Ален провел рукой по воздуху, словно собирая что-то невидимое, а потом метнул это что-то в Терена.

Тот ошарашено посмотрел на себя, потом на Алена.

- Ни гхыра себе, - высказался он. – А почему…

- Почему я всем не восстанавливаю? Потому что от источника проще и быстрее. Для вас. Собственно, вы сами делаете то же самое, если не подпитываетесь специально. Ваше тело само потихоньку тянет энергию отовсюду, пополняя запасы. Я просто сконцентрировал ее в сгусток и перебросил тебе.

- И мы тоже будем так уметь? – восхищенно спросил Лис.

- Ну… возможно, да. Я постараюсь вас научить, по крайней мере. Еще вопросы есть?

Вопросов не было, и мы дружно направились к выходу.

- Элька, останься, - приказал Ален. Именно приказал, а не попросил.

Я обернулась, вопросительно взглянув.

- Щиты, - мягко напомнил Магистр.

- А, да. – Я бросила сумку на пол. – Идите парни, я еще задержусь.

- Тогда к Лису приходи, мы там будем тебя ждать, - крикнул уже из коридора Тей.

- Обязательно, - ответила я и осталась с Аленом.

- Я не задержу тебя надолго, - пообещал он, но мне показалось, что в его голосе промелькнули странные суровые нотки.

- Хорошо. Ален… - решилась сказать я. – Только, вообще говоря, я страшно измотана. Ингвар вытянул из меня почти все. Ты не мог бы…

- Подпитать? Конечно, - голос Алена неуловимо смягчился. Он подошел и взял меня за руки. Знакомая щекотка немедленно заискрила, но я вдруг заволновалась.

- Ален… Если это будет, как в прошлый раз, то лучше я сбегаю к источнику…

- Не бойся. Боли не будет, karriellie, обещаю, - почти нежно сказал Ален. – На этот раз я делюсь энергией, а не снимаю заклятие. Просто расслабься и попытайся почувствовать, что я делаю. Лучше всего закрой глаза и сконцентрируйся на ощущениях.

Он не соврал. Больно действительно не было. Я, послушно закрыв глаза, не ощущала ничего, кроме искрящей щекотки. Хотя… Вокруг меня словно бы взвихрился воздух. Нет, не воздух, так как ни одежда, ни волосы не шевелились, но что-то совершенно точно двигалось рядом с моим телом. Или не двигалось… Я не могла подобрать точного описания для этого. Руки, соприкасающиеся с ладонями Алена, потеплели. Это было легкое приятное тепло, а не обжигающий жар, как в прошлый раз, распространяющееся по телу и заполняющее сосущую пустоту, заменяя ее легкостью, бодростью и чем-то невероятно приятным…

- Пожалуй, хватит, - тихо сказал Ален, осторожно высвобождая руки. Я и не заметила, как крепко сжала их.

- Еще, - как маленькая девочка, потребовала я, еще не отойдя до конца от необъяснимого блаженства, разошедшегося по телу.

- Хватит, - повторил Ален. – Слишком много хорошо – тоже плохо.

Я нехотя открыла глаза.

- Хватит, так хватит. А ты меня так научишь?

- Делиться энергией? – улыбнулся Магистр. – Научу. Мало ли, вдруг потребуется…

- Так что там было с щитами? – вспомнила я цель нашей… ну, не встречи, но и оставлением после урока нерадивой ученицы это как-то было трудно назвать.

- Поставь щит еще раз, - попросил Ален.

Я растерялась.

- Хорошо, только зачем? Мы без тебя отрабатывали заклинания, и двусторонний щит не получался.

- Просто сделай это. Только добавь вот такой компонент. – Ален набросал на доске формулу.- Это сделает щит видимым.

Я повиновалась. Воздух вокруг меня еле заметно замерцал.

- Хорошо, но можно и лучше, - оценил Ален мои усилия и добавил: - Kreinn.

Щит стал еще заметнее.

- Вот теперь смотри,- показал Магистр. – Нет, не снимай его пока.

- Я и не собиралась, - обиделась я.

- Тогда поднови. Энергии у тебя должно хватить. Вот так, хорошо. – Наконец, Ален удовлетворился полученным щитом и ткнул пальцем куда-то на его грань. – Смотри, - повторил он. – Видишь, мерцание как бы уходит от тебя в сторону. Оно с внешней стороны щита. Видишь?

Я изо всех сил пыталась понять, что означает «мерцание уходит от меня». Ален терпеливо ждал.

- Кажется, да, - сказала я в конце концов. – Это вот эти маленькие искорки, отлетающие в сторону?

- Точно, - облегченно выдохнул Ален. – Снимай щит. Теперь вот как у тебя получился двусторонний: заклинания отличаются в первой трети. Для одностороннего щита – там вектор, для двустороннего – модуль. И произносится не clienn, а cilienti. Ясно?

- Гхыр, - вырвалось у меня. Это же надо было так ошибиться! Ален усмехнулся.

- Я воспринимаю это как согласие. Создай теперь двусторонний щит, только про добавку не забудь.

- Cilientikreinn. – Передо мной вновь возникло голубоватое мерцание.

- Видишь? – показал Ален.- Теперь мерцание двустороннее.

- Да, вижу, - с восторгом подтвердила я, сняв заклинание, и теперь уже по собственной инициативе поставила сначала односторонний щит, потом двусторонний, отчетливо видя разницу.

- Ален, а почему нам не рассказывают это на боевой магии?

- Элька, - вздохнул Магистр, присаживаясь на стол. – Ты хочешь, чтобы я объяснил тебе политику Ковена Магов Аррении по отношению к обучению адептов?

- Нет, лучше не надо, - качнула головой я. – Но про щиты? Это же простейшее средство защиты, или я что-то не так понимаю?

- Все так ты понимаешь, - грустно сказал Ален. – Только вспомни, с кем вас учат сражаться на лекциях по боевой магии?

- С нежитью, - с ходу ответила я.

- Правильно. А много ты знаешь нежити, использующей в обиходе боевую магию?

- Нет, - подумав, сообщила я. – Точнее, никого не помню. А есть нежить, кидающаяся пульсарами?

- Нет, - сообщил Ален. – На это способны люди. Ну, и эльфы с дриадами, но у них немного своя магия.

- А больше ни одна раса не обладает способностями к магии, правда ведь? – покопалась я в памяти, извлекая сведения по разумным расам.

- Такой сильной – нет. Шаман троллей может пойти в ученики адепту девятого курса. И именно поэтому Магистр Карейн учит вас выставлять щит, поскольку это входит в школьную программу и осталось со времен войн магов, но не акцентирует на этом внимание. И отрабатываете вы заклинания на фантомах, правильно?

- Да, - подтвердила я, начиная понимать, к чему ведет Ален.

- Вот. А я готовлю вас к войне.

- Подожди, но ведь зомби и прочие скелеты тоже не обладают магическими способностями?

- Нет. Но за ними стоят маги. Некромантия, как я уже говорил, служит уничтожению. Она работает со смертью во всех ее проявлениях. Вам придется сражаться с людьми, Элька. Хорошо обученными людьми. И я хочу, чтобы вы смогли выставить против них все, что возможно.

- А тогда почему ты не учишь этому остальных?

- Как это – не учу? – удивился Ален. – Учу. Только никому, кроме одной рыжей ведьмы, не приходит в голову изменять заклинания.

- Еще Лису, - возмутилась я.

- Еще Лису, - согласился он. – Но там немного другая история. А твой двусторонний щит… ну, я могу, конечно, придумать ситуацию, в которой он потребуется… Но обычно он не нужен. И иногда даже опасен…

- Да, про это меня проинформировали уже, - буркнула я.

- И правильно. Элька, а могу я задать тебе вопрос?

- Конечно, - удивилась я.

- Зачем вы собираетесь у Лиса?

Я смутилась. Преподавателям вообще-то нежелательно было сообщать о готовящихся проделках… Но это же Ален…

- Только никому не говори, - предупредила я на всякий случай. – Мы будем придумывать, что сделать на Бесовник.

- На что? – искренне изумился Ален.

- На Бесовник. Ты должен знать, его везде празднуют. Правда, может, у вас по-другому называлось… Это «ночь бесов». Всем желательно сидеть по домам, выставив на пороге угощение для злых духов, которые в эту ночь бродят по миру и совершают разные пакости.

- А адепты, надо полагать… - Ален, похоже, все понял, поскольку ехидно заулыбался.

- А адепты раньше бродили вперемешку с нечистью по городу, подбирая выставленную колбасу и сало. Но в один непрекрасный год произошло неприятное событие, последствием коего стал разрушенный памятник отцу-основателю города, сильно, кстати, напоминавшего городского голову. А еще были многочисленные испуганные до обмороков вийские дамы, в окна которых постучалось пугало. После этого директор Рейф запретил адептам выходить в город во время Бесовника и взял за правило запирать ворота мощнейшим заклинанием.

- И что, никто не выходил? – усомнился Ален.

- Может, кто-то и выходил. Я не в курсе, - пожала я плечами. – Но вряд ли. В Школе стихийно организовался собственный праздник, и все курсы обязательно что-нибудь придумывают. Ну, малыши мало что могут – приделать там к солонке крылышки или поставить ведро с водой на притолоку… А вот старшие курсы развлекаются кто во что горазд…

Ален смотрел на меня со смесью суеверного ужаса и бурного веселья.

– И как только Школа еще стоит на своем месте, - прокомментировал он. Чувствовалось, что ему нравится эта затея, но, как педагог, он не может ее одобрить.

- Не иначе как чудом, - потупилась я.

- Только не убейте там никого, - напутствовал меня Ален.

- Ни за что, - откликнулась я, подхватывая сумку. – Главное – насмешить, а не убить. – И исчезла за дверью.

Весь курс, включая Кесси и Марека, уже сидел в комнате Лиса. Ждали только меня, пока лениво предлагая различные варианты.

- Ну, у кого какие мысли? – с ходу бодро поинтересовалась я, забираясь на свое любимое место – на подоконник.

Тей неверяще уставился на меня.

- Элька, ты в конце занятия умирала от усталости и была похожа на зомби, а сейчас лучишься энергией!

- Я подпиталась, - жизнерадостно сообщила я, не уточняя, каким образом. – Так что у нас есть?

- У нас есть тыквы. – Лежек кивнул, показывая на угол, в котором были сложены плоды тяжелого крестьянского труда.

- Это те двенадцать, которые у лавочника Тимахи пропали? – проявила я осведомленность.

- Нет, девять, - уточнил Лежек. – А ты откуда знаешь?

- Значит, еще три унес кто-то другой, - сделала я глубокомысленный вывод. – А откуда знаю – так вся школа набита пророками, - процитировала я Магистра Алена. – И что с ними?

- Пока ничего, - разочаровал меня Лежек. – Вот думаем. Можно снова заставить их пощелкать зубами – но это слишком банально. И уже было.

Я задумалась.

- А если сделать голема, а тыкву приделать в качестве головы? Марек, это получится?

- Может, - после некоторого размышления выдал наш теоретик. Я, воодушевившись, начала развивать мысль дальше.

- И отправить этих големов парадом по коридорам Школы.

Народ явно одобрил мою идею. Посыпались предложения.

- И вот эти головы вполне могут щелкать зубами. – Терен.

- А парад не просто так, а под музыку. Элька, помнишь того тролля в трактире? – Кесси.

- Ты предлагаешь тролля привести? – Тей.

- Нет, я предлагаю позаимствовать у него инструмент. Временно. – Кесси.

- Голем – и играть? – Стен, с сомнением.

- Там не нужно учиться! – Мы с Кесси хором.

- А из тыкв вырезать чью-нибудь голову? – Тей.

- Флоренна! – хором.

Мы замолчали, пытаясь представить себе парад из големов с тыквенными головами, изображающих Магистра Флоренну. Потом дружно сложились пополам от хохота.

- Нет, - вытирая слезы с глаз, еле выговорила я. – Это будет чересчур. Слишком много ей чести.

- Тогда кого еще? – спросил Стен. – Давайте предлагать, кто еще достоин быть увековеченным в тыквенной голове.

Общими усилиями мы сошлись на следующих кандидатурах:

Свений, лаборант с кафедры зелий – он вечно ворчал на адептов за небрежное обращение с бесценными (дешевыми и бьющимися от легкого прикосновения) колбами и пробирками;

Тиан, наш школьный завхоз – у него днем с огнем (и даже с пульсаром) не допроситься чернил и бумаги для конспектов;

Антипий, повар из школьной столовой – он смотрел на адептов так, словно они объедали его лично (впрочем, возможно, так оно и было);

Магистр Меновий, читающий нам историю магии – редкий зануда, требующий от адептов выучить наизусть и оттарабанивать без запинки список важных дат, занимающий в общей сложности пергамент длиной в три с половиной аршина;

Бомор, аспирант с кафедры стихийной магии – он отобрал у Тея на последнем экзамене семь шпаргалок поочередно;

Магистр Оррик, замучивший бедных девушек упражнениями по фехтованию (Ингвар не соглашался, но Кесси очень настаивала. Я колебалась, но поддержала подругу);

лавочник Тимаха – по понятным причинам и как бывший владелец тыкв;

бабка Мелисья – просто так. Больше мы никого не вспомнили, а против бабки никто не возражал.

- Отлично, - подвел итог развеселившийся Тей. – Тогда давайте определимся, кто за что отвечает. Марек, мы с тобой займемся головами, так как лучше всех рисуем.

- Договорились, - согласился Марек.

- Девушки, за вами големы. У вас вон какой гомункулус получился – одно удовольствие посмотреть.

- Ты спятил? – Мы вытаращили глаза. – Гомункулуса выращивать полгода – это одно, а за сутки сделать девять големов – мы на третьем истощимся.

- Мда… Это я не подумал, - признал ошибку Тей. – Тогда как поступим?

- Нас ведь девять, и тыкв девять, - предложила я. – Пусть каждый сделает по голему. Ну, кому-то придется сделать двоих, за тебя и Марека. Или еще за Лиса.

- Я сам! – возмутился Лис.

- Хорошо, ты сам, - покладисто согласилась я. – Так пойдет? Лежек, сделаешь за Марека? – парень молча кивнул. – Ну вот. А Терен за Тея.

- А как с инструментом быть? – вспомнил Стен.

- Я сейчас схожу, - предложила я. – Если мы уже все решили. Да и вам, парни, надо земли принести.

- Я могу принести и на вас с Кесси, - предложил благородный Ингвар. Мы не стали отказываться.

- Тогда пошли, - со мной вместе засобирались Лежек, Терен и Стен. Ингвар к этому времени уже натягивал свою куртку.

Дружной толпой, обсуждая детали проекта – как, к примеру, крепить тыквенные головы к земляным монстрам – мы вывалились наружу и вышли к воротам Школы, где и наткнулись на группу учителей, не менее оживленно обсуждавших свои проблемы.

- Чары накладывают, - шепнул осведомленный Лежек. – Или собираются накладывать.

- Ну, сейчас-то еще можно выйти, - решительно заявила я. – А вот вам, наверное, стоит уйти куда-нибудь за Школу. Копать землю на глазах школьной администрации - означает вызвать ненужные подозрения. Вон, директор уже и так нервный.

- Ну почему, всегда можно сказать, что мы выкапываем себе убежища на завтрашний вечер, - усмехнулся Терен.

- Ага, и тем самым еще больше взволновать Магистра Рейфа…

- Элька, а может, тебя проводить? – поинтересовался Ингвар. Я задумалась. Конечно, сильный мужчина никогда не помешает, особенно если надо тащить громоздкую штуковину. Наверное, и тяжелую, не знаю… Но Ингвар… если придется быстро делать ноги, то есть удирать – он будет помехой, поскольку быстрое мышление – не его конек.

- Спасибо, Ингвар, но не надо, - улыбнулась я. – Думаю, я сама доберусь.

- Куда доберешься? – поинтересовался знакомый голос. Я обернулась к подошедшему.

- В город, Магистр Ален. Ведь еще можно?

- Пока можно, - произнес он, с сомнением оглядывая нашу компанию. – А зачем, лучше не спрашивать?

- Ну почему же? – вступился за меня Лежек. – За музыкальным инструментом. Мы, видите ли, хотим завтра развлечься, раз уж нам запрещено покидать территорию Школы.

Подозрения Алена явно усилились, но он кивнул и вернулся к преподавателям.

- Пошла я, пожалуй, - задумчиво сказала я, глядя на возобновившийся спор Магистров. – Пока нам выход не запретили.

- Точно не нужно провожать? – пожелал уточнить Ингвар.

- Нет. Лучше земли побольше натаскайте, чтобы големы были нормального размера, а не по пояс.

Я выскользнула за ворота, стараясь прятаться в тени и не попадаться на глаза учителям. Были у меня некоторые подозрения насчет того, что одной идти мне не придется…

Точно. Не успела я отойти от высокого забора Школы на пару сотен локтей, как сзади зашуршали опавшие листья. Я остановилась.

- Тебе тоже что-то срочно потребовалось в Вийске? – приветствовала я Магистра.

- Можно сказать и так, - кивнул он. – Мне, как ответственному преподавателю, потребовалось удостовериться, что, во-первых, мои ученики не затевают в городе нечто непотребное…

- Как ты плохо о нас думаешь! – возмутилась я.

- А, во-вторых, - продолжал Ален, не реагируя на мою реплику, - я должен убедиться, что с ними ничего не произойдет по дороге.

- Ты всех учениц так провожаешь? – съехидничала я.

Ален даже не стал отвечать на это.

- Ты в последнее время не ощущала чужих неприязненных или пристальных взглядов на себе?

Я задумалась. Ален приобнял меня и слегка подтолкнул вперед.

- Пока ты думаешь, мы можем идти, - пояснил он, хотя я не спрашивала, просто отвлеченно кивнула и послушно зашагала рядом с ним.

- Не думаю, что тебя интересуют взгляды Магистра Флоренны, домового Броньки или сокурсников, - наконец, высказала я свои мысли. Ален покачал головой. – Тогда нет. Правда, я и в город нечасто выбиралась.

- Хорошо, - спокойно сказал Ален. – Взгляды учителей и адептов меня не интересуют. Но, если тебе вдруг покажется что-то странным – пожалуйста, сразу говори мне. Или, если меня вдруг не будет в школе, то при первой же возможности. Договорились?

- Да, со мной всегда можно договориться, - кивнула я. – А странное – это что?

- Это, к примеру, когда на тебя смотрят из темноты и не опознаются при этом поисковым импульсом. Или когда кому-то позарез захотелось поиграть на лютне, и для этого он отправляет молодую девушку, одну, на ночь глядя в город.

- Ален, - засмеялась я. – Я не просто девушка, я почти дипломированный маг-практик. И ты просто не так все понял.

- И что я не так понял? – уязвлено спросил он.

Я замялась, соображая, рассказывать ему или нет. С одной стороны – он учитель, и окажется замешанным в проделки адептов. А с другой стороны – он уже и так замешан, а помощь может оказать неоценимую. А если оставить его в неведении – Лежеку может не поздоровиться…

- Слушай, - решилась я. – Это все для Бесовника. Мы вот что задумали…

И я изложила Алену нашу совместную задумку. Он оценил. С трудом сдерживая смех, Магистр поинтересовался:

- Меня, надеюсь, в том списке не было?

- Нет, - разочаровала я его. – Ты, к сожалению, еще не заслужил такой чести. Этого достойны только граждане, чем-то сильно досадившие адептам девятого курса.

- Придется мне ужасно зверствовать на экзамене, - страшным голосом произнес он. – Чтобы адепты-девятикурсники внукам рассказывали, как мучил их на экзамене Магистр Ален. И, не сдержавшись, рассмеялся. Со мной вместе.

Успокоившись, он уже нормальным голосом спросил:

– А лютня вам зачем потребовалась? Подыгрывать големам будете?

- Не лютня, - разъяснила я. – Не знаю, как называется эта штука, но представляет из себя она такой надутый пузырь с трубками. В них дуют, и получается вой. Жуткий и надоедливый.

- Волынка, - сказал Ален. Я недоуменно воззрилась на него. – Эта штука называется волынка. И ты не права, если уметь на ней играть, получается вполне прилично. А где ты собралась ее взять и как?

- На первый вопрос ответ – в трактире «У Палиевича». Там тролль на ней играл. А на второй… - я замолчала, не зная, как объяснить, что собиралась ее просто позаимствовать. На время. Или как-то убедить тролля, что он очень хочет дать мне волынку на пару дней…

- Я все понял. - Ален легким движением взъерошил мне волосы. – Я тебе помогу.

- Тебе так понравилась наша идея? – обрадовалась я.

- Да, очень. Некоторые… хм… преподаватели досаждают и мне.

Из тактичности я не стала уточнять, кто именно и как именно надоел Алену. Тем более, что мы уже пришли.

Цель нашего похода была слышна из-за угла. Заунывный вой, доносившийся из-за неплотно прикрытой двери трактира, невозможно было ни с чем перепутать. Странно, что он еще не разогнал всех посетителей? Как только хозяин это терпит?

Оказалось, что не только терпит, но еще и, видимо, приветствует. Небольшое помещение было забито до отказа. Ален с трудом отыскал пустой стул за одним из столиков, усадил меня и строго предупредил:

- Сидеть здесь. Никакой инициативы. С того света достану, ты меня знаешь! – И исчез в плотной толпе.

Я, собственно, и не сопротивлялась. Пусть мужчина берет на себя все хлопоты, мне же лучше. Но сидеть просто так было скучно. Я огляделась. Людей в помещении почти не было. Мне стало понятно, отчего хозяин трактира еще не разорился – гномы и тролли не так чувствительны к высоким звукам. Последние, наверное, еще и ностальгируют под этот душещипательный звук…

- Скучаешь, хвыба? – на соседний со мной стул, предварительно согнав оттуда не посмевшего перечить пьяненького гнома, плюхнулся представитель вышеупомянутого племени. Я оценила и само высказывание, и личность, произнесшую его – классический горный тролль: на голову выше меня, вдвое шире в плечах, окрас ржаво-коричневый.

- Нет, - спокойно ответила я и щелкнула пальцами, подвесив перед собой ярко-малиновый пульсар. Тролль сразу потерял ко мне интерес, пробурчав себе под нос:

- Ведьма гхырова…

- Именно, - жизнерадостно подтвердила я, убирая пульсар, пока он не влетел в кого-нибудь. По чистой случайности, конечно. Однако заклинание держала наготове. Никогда не знаешь заранее, что придет в голову этим троллям. Как все-таки хорошо, что Ален со мной!

Заунывный вой прекратился. Я приподнялась, высматривая Магистра. Это движение не осталось незамеченным моим соседом, успевшим опорожнить здоровенную кружку местного самогона, закусив квашеной капустой. Он плотоядно уставился на мою нижнюю половину, которую я так неосмотрительно выпятила.

- Выргная нариита, - довольно пророкотал тролль, занеся руку, чтобы шлепнуть меня по вышеуказанному месту. Но замер, не донеся руку примерно на пядь, уставившись куда-то за меня. Я тоже с любопытством повернула голову в том направлении, одновременно создавая пульсар. Мало что может заставить тролля отказаться от своего замысла.

Ален, как оказалось, мог. У меня и самой задрожало под коленками, когда мой взгляд натолкнулся на горевшие яростью ярко-синие глаза.

- Убери пульсар и пойдем. – Магистр протянул мне руку. Я поспешно ухватилась за нее, уничтожив пульсар, и выбралась из-за стола, успев услышать каноническое «гхыр тебя раздери». Надеюсь, это относилось не ко мне.

На улице я с наслаждением вдохнула свежий ночной воздух, изгоняя из легких остатки спертого, наполненного различными запахами, трактирного, и обиженно сказала:

- Я бы и сама справилась, не в первый раз.

- Не сомневаюсь, - сухо ответил Ален. – Хочешь вернуться?

- Нет, зачем? – удивилась я. А потом мне в голову пришла мысль, и я с тревогой спросила:

- Тебе разве не удалось?

- Удалось, - холодно ответил Ален, показывая на сверток около коновязи.

- А как? – обрадовалась я. – И когда его надо вернуть?

- Послезавтра. Я уговорил Сэла одолжить мне волынку на пару дней. Еще вопросы есть?

- Нет… Наверное…

На самом деле вопросов была куча, но мне очень не нравилось мрачное настроение Алена. Полчаса назад он нормально разговаривал и смеялся, а сейчас выглядит так, словно с трудом сдерживает себя… Тролль попался несговорчивый, что ли? Или тот, который ко мне пытался приставать? Так они все время себя так ведут, было бы из-за чего злиться…

Дорога назад в Школу была гораздо менее веселой, чем из нее. Мрачный и суровый Ален сопровождал меня – не шел рядом, а именно сопровождал, крепко сжав губы и сохраняя суровое выражение лица, держась чуть позади и левее. Расспрашивать его о чем-то я не посмела. Но идти просто так, вздыхая и печалясь о моем нехорошем поведении я не могла, это было выше моих сил, посему замурлыкала себе под нос немудреную песенку.

- Чтоб хорошей ведьмой быть -

Надо много изучить.

Надо всяких заклинаний

Очень много повторить.

Чтоб хорошей ведьмой быть -

Надо многих не любить.

Надо всяческих созданий

Планомерно изводить.

Чтоб хорошей ведьмой быть –

С флорой надобно дружить.

Чтобы травки для отваров

По оврагам находить.

После третьего куплета у меня над левым ухом раздался голос.

- Это что такое было?

Я, вздрогнув, обернулась. Ален, хвала Магистрам, перестал хмуриться, и теперь не то чтобы улыбался, но, по крайней мере, не сверкал глазами.

- Это заговор, - пояснила я.

- Что? – искренне удивился мой спутник.

- Ну, не совсем заговор. Ты же должен знать, что при изготовлении зелий, чтобы точно измерить время, надо читать специальные заговоры. Мне и Кесси было лень учить стандартные «За белым морем, за синим камнем, на острове Буруяне…». И мы подобрали свой заговор, с точно отмеренным количеством слогов, который и учить легче, и веселее…

- Веселее – это точно, - усмехнулся Ален кончиками губ. – А на что сей заговор?

- На любисток, - смутилась я. – Там еще четыре строчки есть, только ты не смейся.

И я процитировала:

- Чтоб хорошей ведьмой быть -

Надо мага полюбить.

И тогда, конечно, сразу

Веселее будет жить!

Ален не рассмеялся, но это потребовало от него огромных усилий. Он только спросил:

- Успешное получилось зелье?

- Не знаю, - вздохнула я. – Как-то не на ком проверить было. Вот разве что на тебе.

- Лучше не надо, - с чувством ответил Ален.

- Почему? – даже обиделась я. – Тебе так не хочется влюбиться в меня, пусть даже с помощью зелья?

Я ждала, что он отшутится. Или что рявкнет, что это нельзя предлагать даже в шутку. Но он просто промолчал. Я растерянно остановилась.

- Я что-то не так сказала?

- Нет, все так, - неожиданно мягко, если учитывать его недавнее настроение, ответил Ален. – Просто…

Он опять замолчал. Мы стояли и молчали. В лесу опять выл леанар. Надсадно каркала ворона. Мне даже стало ее немного жаль – натрудит себе птичка горло, болеть будет. На темном фоне закрытого тучами неба носились еще более темные тени нетопырей.

- Что просто? – устав ждать, спросила я сама.

- Ничего. Пойдем, тебе еще голема делать, если я правильно помню.

Он бесцеремонно подхватил меня под руку и повлек за собой, как невинную деву, ведомую в пасть к дракону. Отличие было в том, что я не очень сопротивлялась, а подстроилась под шаг Алена – или он под мой? – и послушно шла рядом. Наверное, мы о чем-то разговаривали. Может быть, и нет. Мысли мои крутились вокруг того, что мог сказать Ален. Просто что? Просто я не могу влюбиться? Просто я уже влюблен в другую, и где-то там меня ждут жена и пятеро детей? В Аррендаре, к примеру. Или просто я уже люблю… тебя? То есть меня. Но возможно ли это? Я видела происходящие на моих глазах романчики однокурсников. Они легко и быстро сходились с теми же Пифиями, потом так же легко и быстро расходились. И я не видела, чтобы кто-то из них особенно переживал после разрыва. В скором времени они находили себе другую девушку, и все повторялось заново. Наши же отношения с Аленом были абсолютно другими. Я не могла описать это, просто… (опять это слово) просто чувствовала. И мне не хотелось их прекращать…

В какой-то момент мне показалось, что Ален крепче сжал мою руку, но была так поглощена своими мыслями, что едва заметила это, как и окружающую обстановку. Сейчас вокруг нас могли вальсировать зомби или оборотни устраивать забег на четверть версты, и я вряд ли обратила внимание. Опомнилась я, только когда мы подошли к Школе.

- Все, спасибо, дальше я сама, - пробормотала я.

Ален передал мне драгоценную волынку.

- Тебя подождать? – Я непонимающе посмотрела на него. – Ну, за едой для кота ты пойдешь?

- А. Да, пойду. Подожди, я быстро. Отдам волынку и вернусь.

Поднимаясь в комнату Лиса, а потом поспешно спускаясь обратно, я пришла в себя. Скорее всего, в странной реакции Алена не было ничего странного. Конечно, если девушка предлагает тебе влюбиться в себя с помощью зелья, это кого угодно введет в ступор. Я бы тоже не нашла подходящего ответа – самокритично пришлось мне признать.

- Ален! – сообщила я, выйдя в сырую холодную ночь. – Я все поняла?

- Что поняла? – ехидно-огорченно поинтересовался он.

- Не стоит предлагать мужчине выпить приворотного зелья. Надо просто подлить его ему в воду, сок или что там пьют молодые люди, и тогда все будет в порядке.

Ален, к моей радости, не испугался, что я произведу вышеописанную процедуру, а наоборот, серьезно посоветовал:

- Лучше в настойку, она вкус перебьет. А можно и вообще без зелья, одной настойкой обойтись, и этот гипотетический мужчина в тебя влюбится после третьей же рюмки.

- Думаешь? – рассмеялась я.

- А как же! Надежный, проверенный метод! – подтвердил Ален.

- Это ты по личному опыту общения с Магистром Флоренной знаешь? – прищурилась я. Ален схватился за голову и простонал:

- Только не надо упоминать о Магистре Флоренне! Может, пойдем, а то ваш котик совсем оголодает?

Мы шли по тропинке, и как-то само собой получилось, что я уцепилась за надежную и поддерживающую руку Алена. Попутно я пыталась выудить у него подробности биографии. Не своей, конечно, и не Магистра Рейфа.

- Ален, а где ты учился? Ты говорил, что не в Аррении, а где?

- Меня учил отец, - после некоторой паузы ответил Магистр. – Он был очень сильным магом-стихийником и не видел необходимости посылать меня в школу. Там, как он выражался, большая часть времени тратится на пустую болтовню. И, в общем, он был прав. Девятилетний курс я прошел за семь лет.

- Он был некромантом? – замирая от восторга, так как из Алена впервые не надо было тащить информацию клещами, спросила я.

- Нет, - улыбнулся Магистр. – Он любил воздух и выбрал его своей стихией.

- А то, что ты стал некромантом…

Я не закончила, но Ален понял вопрос.

- Он не расстроился. Отец был магом старой школы и не разделял это глупое современное предубеждение к некромантии. Собственно, он и посоветовал мне найти специалиста, подсказав, где.

- А… где твой отец сейчас?

- Его больше нет, - ответил Ален таким тоном, что я сразу прекратила расспросы. Про себя же решила, что пора составить список известных мне сведений об Алене и попытаться самостоятельно выяснить, откуда он родом. Сильных магов-стихийников воздуха не так много, в конце концов…

Гренна была, как всегда, рада нас видеть. Однако долго я задерживаться не могла и, наполнив миску и торопливо почесав кису за ухом, распрощалась. Тайно надеясь, что Ален проводит меня обратно. Но он устроился под деревом, прижавшись к телу мантикоры, и пожелал мне успеха в затее с големами. «Гренне тоже нужны тепло и ласка», - утешала я себя по пути домой, но все отрицательные эмоции вылетели из моей головы, когда я накормила кота и вернулась в комнату Лиса. Там вовсю кипела работа.

Марек и Тей трудились над головами. Шесть уже были готовы, и я с удовольствием полюбовалась Флоренной и Орриком. Сходство угадывалось однозначное. В руках у Марека была голова – то есть тыква - Бомора. Я критически осмотрела получавшееся изображение.

- Вот здесь надо побольше прорезать, - посоветовала я. Сокурсник огрызнулся, но, оценив предложение, согласился, попросив не мешать и заняться своим делом. Я перешла в угол, где остальные заканчивали делить принесенную землю на девять кучек.

- Сейчас, наверное, смысла нет зачаровывать, - произнес Лежек. – Как бы заклинание до завтра не распалось. – Мы, поразмыслив, решили, что в этом есть зерно истины, а создать големов и завтра успеем. Лис, правда, очень хотел начать прямо сейчас, но признал свое поражение после веского довода. Ночевать в одной комнате с девятью големами ему не захотелось. Смирившись с мыслью о том, что все веселье переносится на завтра, Лис достал волынку и дунул. Звук вышел такой, что мы с Кесси зажали уши руками, а Тей от неожиданности порезал руку.

- Это что такое было, гхыр его побери? – заорал он, роняя нож и глядя на палец, из которого падали на пол крупные красные капли.

- Это волынка, - ответила я. – Дай сюда руку, залечу.

- Сам могу, - буркнул он, но руку дал. Я быстренько прочитала кровоостанавливающее заклинание, добавила обезболивающий компонент и, подняв нож, вернула его владельцу.

- А я думал, привидение застонало, - отошел от шока Терен.

- Ну а что ты хотел? – резонно заметила Кесси. – Големы должны маршировать под разудалые частушки? Или молодецкое уханье?

- А что, частушки было бы и нормально, - заикнулся Лис, но быстро заткнулся под суровым взглядом Кесси.

- Сам их петь будешь! – пригрозила она.

- Так, подождите меня, я сейчас. – Стен сорвался с места и исчез за дверью. Вернулся он довольно быстро, неся в руках небольшой барабан.

- Вот, это для задания ритма. – Стен торжественно водрузил барабан на стол, чуть не свалив голову Тиана.

- Ты где его взял? – заинтересовался Лис.

- Где взял, там уже нет, - туманно ответил Стен. – Так как вам моя идея?

- Это будет феерическое зрелище, - высказал Лежек общую мысль.

Утром школа напоминала не приличное учебное заведение, а растревоженный улей. Учителя даже не пытались привлечь адептов к порядку. Лекции проходили под неумолчный аккомпанемент обсуждений, что можно ожидать вечером. По негласному правилу, все веселье – то есть начало праздника – начиналось с закатом, однако ворота Школы и забор были зачарованы с раннего утра, дабы пресечь попытки особо предприимчивых адептов удрать в город.

С трудом дождавшись окончания уроков, мы бросились в комнату к Лису. Кесси пришла последней, поскольку заходила покормить Кыса и уговорить его не волноваться, если вдруг начнет стучать и грохотать.

- Двери зачаровали? – спросил Тей.

- Да, - сообщила Кесси. – Лично.

- Ну и хорошо. Кто начнет первый? Элька, давай, у вас и опыт уже есть.

Я не стала объяснять, что опыт был не совсем тот, но не стала спорить. Сосредоточившись, я вызвала в памяти текст заклинания оживления голема и медленным речитативом начала его зачитывать. До этого мы создавали голема только один раз – на стихийной магии, и тогда, как и сейчас, я с восторгом смотрела, как из беспорядочной груды земли формируется человекообразная фигура, поднимаясь и замирая на месте.

- Голову дайте, - прошептал кто-то сзади, когда заклинание подошло к концу. Лежек водрузил тыквенную голову на положенное место. Последним штрихом заклятия я прикрепила тыкву к короткой шее голема и отступила на шаг, любуясь результатом.

- Отлично, - прокомментировал Тей. – Отходи, теперь я.

Я присела на любимый подоконник, завороженно глядя на разворачивающееся передо мной зрелище. Один за одним земляные монстры с тыквенными головами занимали свое место в ряду. Самой большой проблемой оказался голем Лиса. Сей адепт не смог удержаться от смеха, зачитывая заклинание, и фигура монстра получилась кривобокой и припадающей на одну ногу. Голова же бабки Мелисьи, как мы не старались ее прикрепить, не держалась на узеньких плечиках. В конце концов ее просто сунули голему в руки.

- И будет у нас бабка без головы, - прокомментировал Терен.

Лежек с Тереном наложили уже знакомое заклинание, и у тыквенных голов появились зубастые рты, которые они открывали и закрывали при ходьбе. Достаточно много времени ушло на то, чтобы научить големов ходить строем (монстр Лиса шел последним, в гордом одиночестве, смешно подпрыгивая при ходьбе). «Оррику», которого создавал Ингвар, дали в руки барабан, а Тиану - волынку. Обучать их игре мы даже не стали, просто зачаровав одного – стучать, а второго, соответственно – дуть. Визгливые потусторонние звуки и прекрасно отбиваемый ритм прекрасно дополнили общую сюрреалистическую картину.

- Ну что, кажется, нам пора, - заявил Тей, выглянув в окно, где серость пасмурного дня сменилась непроглядной темной беззвездной ночью.

Мы наложили на выстроенный отряд големов заклятие неподвижности, которое должно было распасться само собой через четверть часа, и спустились вниз в холл.

Идти следовало с осторожностью. Первый и второй курсы, поскольку особыми магическими знаниями не обладали, устраивали обычные детские пакости – намазывали дверные ручки непонятной липкой гадостью, натягивали веревочки поперек коридора, делая их невидимыми, и все в таком духе. Третий и четвертый курсы более поднаторели в заклятиях. Результатом их усилий стало нечто, носившееся по полу и больше всего напоминавшее кусочек меха или клубок растрепавшихся ниток, из которых торчали ушки и ножки. Причем этих нечто было много. Они собирались в кучки в укромных уголках и с громким писком бросались под ноги проходящих мимо. Нам с Кесси это «нечто» сильно напомнило мышей. Орать и прыгать на руки сокурсникам мы не стали, вероятно, к большому разочарованию адептов, зато Кесси громко и четко пожалела вслух, что не прихватила с собой Кыса. Он, дескать, поразвлекся бы здесь от души. После ее слов интенсивность нападения кусочков меха поуменьшилась, хотя вряд ли кто-то, кроме нас, знал, кто такой Кыс. Правда, как там говорил Ален: «В школе полно пророков»?

Среднее звено – пятый, шестой и седьмой курсы – запустили в школу привидений. Одно из них просто летало и молодецки свистело, второе – нецензурно ругалось, а третье – плевалось с потолка экзоплазмой на головы зазевавшихся адептов. Оно попыталось плюнуть и в нашу компанию, но Тей показал ему кулак с определенно сложенными пальцами, грозно пообещав: «Развоплощу!» - после чего привидение исчезло, направившись искать другую жертву.

Восьмой курс – это уже почти девятый. Поэтому от них мы ждали чего-нибудь интересного. И не ошиблись. Завернув в один из коридоров, мы с Кесси заорали в голос. Примчавшиеся через секунду парни сохранили свое достоинство и не испугались только потому, что мы уже успели запустить пульсаром в чудище, пожелавшее напасть на нас. Это был оживший скелет вибрунопода, на который навели очень качественный фантом плоти. Вибрунопод ревел, мотал головой и скалил зубы в точности, как настоящий. Поскольку пульсар нанес непоправимый урон фантому, пришлось задержаться и восстановить справедливость, то есть воссоздать его заново. Мы, конечно, не удержались и добавили пару своих штришков. Так, на левом боку вибрунопода теперь светился знак магов-практиков – меч с восьмиконечным пульсаром в оголовье рукояти, а на правом – короткое, но емкое изречение на тролльем. Последнее парни добавили, когда мы с Кесси, устав их ждать, пошли дальше, и узнали только случайно – обернувшись, чтобы спросить, не столкнется ли это чудище с нашими големами.

- Не должен, - успокоил нас Тей. – А кстати, заклятие должно бы уже слететь…

Так и произошло. Результат превзошел все наши ожидания.

Сначала мы услышали знакомый потусторонний вой, усиленный соответствующим заклинанием, сопровождаемый четким - я бы даже сказала, чересчур четким и ритмичным – барабанным боем. Через некоторое – не очень продолжительное время – к вою и барабану добавился испуганно-возмущенный женский вопль. Мы легко опознали колоратурное сопрано Магистра Флоренны.

- Это же около учительской! – с восторгом заорал Тей. Мы, сорвавшись с места, рванулись туда, благо бежать было недалеко – в соседний коридор. И замерли в начале коридора, потрясенные увиденным зрелищем, двигаясь вперед лишь тогда, когда нас подпирали прибывавшие на шум бродившие поблизости адепты.

Наши големы маршировали на месте, четко попадая в ритм, задаваемый барабаном. Вой волынки создавал восхитительную гармонию с визгом Магистра Флоренны. Единственную дисгармонию вносил голем Лиса, подплясывающий не в такт и бормочущий какие-то частушки беззубым бабкиным ртом на зажатой в руках монстра голове.

- Они что, самообразованием занимались? - шепнул потрясенный Лежек. – Они у нас так не вышагивали.

- Да не должны бы, - таким же ошарашенным шепотом ответил Тей. – Сдается мне, кто-то нам помог.

И я даже догадывалась, кто. Ален был единственным, кто знал о нашей затее, одобрил ее, и, кроме того, умел обращаться с нежитью. Он, кстати, тоже был здесь, стоя в группе выбежавших на вопль Магистра Флоренны учителей, и с трудом скрывал ухмылку, сохраняя на лице серьезное выражение. Я поймала взгляд Алена. Он, не скрываясь, подмигнул мне. Я скромно опустила голову, скрывая сияющую улыбку.

К сожалению, Флоренна тоже заметила его.

- Ален! – возопила она, кидаясь к нему, протискиваясь сквозь коллег-преподавателей и цепляясь за рукав черной рубашки. – Ален, ты видишь, что происходит! Ален, это же… Это же я! – и ткнула изящным пальчиком в продолжавшие маршировать на месте колонны големов.

- Нет, Флоренна, думаю, что вы ошибаетесь, - вежливо сказал Ален, аккуратно отцепляя пальцы дамы от своего рукава.

- Да нет же, Ален, смотри, - настаивала она. – Вот точно же видно – вот Оррик, вот Меновий, а вот этот, второй справа – я.

- Это он? – прошептала Кесси. – Это Ален их подкорректировал?

- Да, - тихо ответила я. Действие, между тем, продолжалось.

На сцене появился новый персонаж – директор Рейф.

- Что здесь происходит? – грозно осведомился он. Мы не поверили собственным глазам. Тиан перестал наигрывать на волынке (все с облегчением вздохнули), големы встали по стойке «смирно», отдали честь и проклацали зубами нечто, напоминающее воинское приветствие.

Мы сложились от хохота. И не только мы. Вместе с нами захихикали, засмеялись и неприлично заржали все присутствующие в коридоре адепты и добрая часть преподавателей. Кое-кто не смог справиться и, подвывая от смеха, поспешил удалиться от взора начальства. Злая часть преподавателей, включавшая в себя прототипов, заскрежетала зубами не хуже големов. Правда, Магистр Оррик, подтверждая мое мнение – все-таки он хороший человек, не стоило его записывать в черный список – тоже корчился от хохота, стирая выступившие на глазах слезы.

- Ален, да сделай же что-нибудь! – вскричала отчаявшаяся Флоренна, кидаясь к нему на грудь и заливая его рубашку слезами.

Я почувствовала, что сейчас что-то сделаю, только не с големами, а с ней.

- Но, Флоренна, вы же сами не даете мне, - рассудительно заметил Ален, осторожно отстраняя ее от себя и разминая пальцы. Я слегка успокоилась и с любопытством наблюдала за происходящим.

- Только хочу предупредить, - добавил Ален, складывая пальцы определенным образом. – Существует опасность когеренции. Моя магия основана на несколько иных принципах, нежели стандартная, особенно усиливаясь как раз во время Бесовника. Возможно, големы не рассыпятся, а удвоятся.

Флоренна, будто только что вспомнив, кем является Ален, испуганно отступила назад.

- Нет, не утруждайся, прошу тебя, - ласково произнесла она. – Лучше пусть исправляет содеянное тот, кто все это натворил! – И она внезапно ткнула пальцем в мою сторону. Я приняла обиженный вид, задрав нос кверху, всем своим видом показывая, что не имею к происходящему никакого отношения. Хотя больше всего на свете хотела послать во Флоренну заклинание страха.

Магистр же продолжила:

- Я всегда говорила, что обучение запретным наукам наносит непоправимый ущерб нравственности и психике, - и обратила молящий взгляд на директора. – Магистр Рейф, ну поддержите же меня!

Директор хмыкнул, повернулся к големам и негромко хлопнул в ладони. Големы кучками земли осыпались на пол. Тыквы с веселым стуком раскатились по углам.

- Вызовите домовых, пусть все уберут, - буркнул директор. – Девятый курс, ко мне в кабинет, немедленно!

Даже взбучка, неминуемо ожидавшая нас, стоила того феерического зрелища, которое мы сотворили.

Глава 10

К нашему удивлению, ничего особенного Магистр Рейф нам не сказал. Ну, побубнил для приличия насчет неуважительного отношения к некоторым учителям, потом поинтересовался, по какому принципу отбирались кандидатуры и кто была та пожилая дама у последнего голема. Мы наперебой поведали директору про бабку Мелисью и, заодно, чем отличился лавочник Тимаха.

После этого директор отпустил нас, дав напоследок рекомендацию пару дней не попадаться Магистру Флоренне на глаза. Мы как-то и сами не горели желанием общаться с ней, посему быстренько согласились и вывалились дружной толпой за дверь. Я внезапно вспомнила про волынку, которую следовало вернуть владельцу, и отделилась от веселой компании, пообещав присоединиться к ним чуть позже. Но бесценного музыкального инструмента на месте не оказалось.

«Вот гхыр», - огорченно подумала я, но тут же успокоилась, рассудив, что волынку прихватил Ален. В конце концов, он ее брал, ему и отдавать. «Завтра выясню», - решила я и со спокойной совестью отправилась к Лису.

Школа уже приняла обычный вид. Всех адептов разогнали по спальням, под ногами не копошились меховые комочки, натянутые веревки исчезли, может быть, сами собой, может быть, заставили убрать домовых. Вирунопод не бродил по коридорам, оглашая пронзительным воем пустые пространства. Привидения не носились под потолком. Царила неестественная тишина. Только из комнаты Лиса доносился громкий неудержимый смех.

- Нет, ты видел ее лицо? – заливался хохотом Лис.

- А Тиан? Он готов был лопнуть от злости! – вторил ему Стен.

Даже вечно невозмутимый Ингвар широко улыбался, и вот это зрелище потрясало больше всего. Я встала в дверях, восхищенно разглядывая его.

- О, Элька! – помахал мне рукой Тей. – Держи. – Он протянул мне стаканчик, наполненный сладко пахнущей медовухой.- Мы тут успех акции отмечаем.

Я с удовольствием выпила сразу половину пряного напитка, который был более алкогольным, чем казалось на первый взгляд. Голова закружилась, по телу разлилось приятное тепло, и я не сдержалась.

- Тогда надо было еще и Алена позвать, он тоже участие принимал.

- Алена? – удивился порядком захмелевший Стен. – А он каким боком?

Я попыталась сообразить, как мне теперь вывернуться? Стоит им знать, что я делюсь с Магистром подробностями своей жизни, включая и такие, как создание големов с головами преподавателей? Но тут, к моему удивлению, ответил Лежек.

- А ты разве не понял, что он явно зачаровал големов? Без его участия такого цирка бы не получилось. Особенно с отданием чести директору.

Все, вспомнив феерическое зрелище, вновь сложились от хохота. Я облегченно выдохнула – обошлось без скользких тем. Но Стен не отставал.

- А как он узнал?

- Да что это, закон Кодейра-Малиновского, что ли? – встрял Терен. – Учителям положено Школу обходить для поддержания порядка, а наши мальчики четверть часа топтались в коридоре. Ну, а для чего они нужны – догадаться несложно.

Стен, удовлетворившись полученными ответами, вернулся к обсуждению выражения лица Флоренны и тому, как она требовала от Алена, являвшегося одним из исполнителей, уничтожения нашего шедевра, не побоюсь этого слова.

- А кстати, что такое когеренция? – вспомнил Тей.

- Сложение магий, - пояснил Марек. – Могло получиться усиление, и тогда с големами было бы трудно справиться.

- Так как магии могли усилиться, если они и так уже были совмещены?

- Но Флоренна-то об этом не знала, - рассудительно пояснил Марек.

- И это хорошо, - заключил Тей.

Мы с Кесси не стали задерживаться. Завтра учебный день, а у нас еще и Кыс скучал. Посему мы распрощались с сокурсниками и отправились к себе, по пути все еще вспоминая выражение лица Флоренны, радующее нам душу. Однако, засыпая, я еще раз подумала о том, что надо завтра поймать Алена и спросить про волынку.

Но так получилось, что до обеда я не смогла забежать в нужную аудиторию, а после него заветная дверь оказалась закрыта. Особо огорчаться не стоило, у меня всегда была в запасе вечерняя встреча «У мантикоры», да и время поджимало – вот-вот должна была начаться тренировка по фехтованию.

Пока погода стояла хорошая – то есть лужайка, на которой мы учились владеть мечом, не была засыпана снегом по колено – занятия проходили на открытом воздухе. А сегодня и вовсе светило солнце, ветер не срывал последние листья с деревьев, а еле шевелил ветки, так что тренировка должна получиться даже приятным времяпрепровождением.

Вокруг лужайки стояло непривычно много народа. Я ожидала увидеть исключительно своих сокурсников, но, кроме них, поблизости болталось еще несколько ребят и девушек с факультета Травников, а так же Пифии в полном составе. Все они образовали плотное кольцо увлеченно рассматривающих что-то адептов. Мне было плохо видно, что происходит, и я протолкалась сквозь них к Ингвару, чья светловолосая голова была хорошо различима.

- Что такое? – шепотом спросила я парня, не отрывающего взор от площадки. Он, кажется, не заметил, что к нему обращаются

- Смотри сама, - толкнула меня в бок Кесси, оказавшаяся рядом.

- Да что та… - Слова застряли у меня в горле, когда я, наконец, протиснулась перед Ингваром и разглядела происходящее.

На лужайке шел бой. Не настоящий, тренировочный. Однако у спарринг-партнеров были настоящие, а не деревянные мечи, и они, несмотря на прохладный осенний день, были раздеты до пояса. Я сглотнула, заворожено разглядывая два роскошных, мускулистых мужских тела, сплетенных в боевом танце. Быстрые, отточенные движения, мышцы, перекатывающиеся под кожей, покрытой капельками пота и оттого блестящей в обманчиво ярком солнечном свете, звон соударяющихся мечей, высекающих ясно различимые искры. Выпад, разворот, ловкий финт, еще один выпад… Теперь я понимала, почему практически все старшекурсники собрались сейчас здесь. На это стоило посмотреть. Даже с моими весьма скромными знаниями я понимала, что Ален, противостоящий Магистру Оррику, как минимум не уступает ему в мастерстве владения оружием. И вот это казалось странным. Магов учили владеть мечом, но особых высот они, как правило, не достигали, предпочитая в случае чего использовать магию, а не грубую физическую силу. Магистр Оррик, преподававший у нас фехтование, был выходцем из рыцарского ордена и до прихода в Школу занимался поддержанием порядка на границах, где имел богатые возможности совершенствоваться в любимом деле. Однако Ален… Из всего того, что я знала, ему вроде как незачем, да и негде было обучаться владению мечом. Так где же он учился?

- Только не в Аррении, - неожиданно сказал сзади Ингвар.

- Что? – не поняла я.

- Ну ты спрашивала, где учился фехтованию Магистр Ален. Я тебе точно скажу – не в Аррении. Это не арренская школа. Вот, смотри, этого приема в ней нет.

На наших глазах Ален, под дружный встревоженный вздох многочисленных зрительниц, пропустил, казалось бы, удар, но в последний момент извернулся, прошел под мечом Магистра Оррика и приставил лезвие своего оружия к незащищенной шее соперника. Оррик, сдаваясь, опустил меч.

- Красиво, - признал он. – Ален, покажи еще раз.

- Потом, - усмехнулся его соперник. – Сейчас у тебя, кажется, урок, который давно начался.

- Ничего, будем считать это мастер-классом, - отмахнулся Оррик и обернулся к нам.

- Представление закончено, разбираем мечи и встаем в стойку.

- Можно мне остаться и посмотреть? – небрежно поинтересовался Ален, надевая рубашку.

- Конечно, - пожал плечами Оррик. – Можешь даже поучаствовать. Мастер-помощник никогда не помешает.

Поняв, что ничего интересного больше не будет, Пифии и Травницы, разочарованно вздохнув, разошлись по своим делам, мы же приступили к тренировке.

Не знаю, как остальных, но меня вначале очень нервировало присутствие Алена. Мне казалось, что на спине между лопаток скоро появится дырка, прожженная внимательным взглядом. Однако, к моему некоторому разочарованию, он, подхватив тренировочный деревянный меч, вступил в спарринг с Ингваром и Лежеком – двумя нашими лучшими бойцами на курсе - одновременно, периодически останавливаясь и показывая адептам, как лучше выполнить тот или иной прием. Адепты пребывали в состоянии восторженного обожания, выполняя все указания. Ингвар, если судить по его благоговейному взгляду, вообще, похоже, посчитал Алена воплощением бога на земле.

Мы с Кесси бодро занялись своим обычным делом – имитировали бурную деятельность, то есть спарринг на деревянных мечах. Поскольку ни она, ни я не находили ничего интересного в размахивании тяжелой деревяшкой (или еще более тяжелой железякой), то пяти-шести с горем пополам выученных приемов хватало, чтобы изобразить некое подобие напряженного боя. Магистр Оррик честно пытался сделать все, что в его силах, чтобы научить нас обращаться с мечом хотя бы на уровне захудалого оруженосца, но мы, по всей видимости, не поддавались обучению. Он не прекращал попыток, но, как правило, больше занимался с теми, кто, в отличие от нас стремился стать хорошим бойцом.

Однако сегодня, под впечатлением от «мастер-класса», мы так воодушевились, что спарринг получился почти настоящим. Увлекшись, никто из нас обеих не заметил, как Ален прервал свои показательные выступления и перевел все свое внимание на меня и Кесси. Услышав возмущенный возглас «Элька, ну кто же так делает?!», я вздрогнула и в замешательстве опустила меч. А вот Кесси, которая как раз в эту секунду делала замах, не остановилась, а продолжила движение, и ее меч ударил меня по плечу. Точнее, обязан был бы ударить. Однако на его пути оказалось лезвие меча Алена, вовремя среагировавшего на происходящее.

- И что это было? – обманчиво спокойно поинтересовался Магистр Ален. Огоньки в его глазах ясно сигнализировали, что невозмутимость напускная, и внутри Магистра кипит бурное негодование. Я почувствовала настоятельное желание защитить себя.

- Мы тренировались, пока вы не испугали нас, - дерзко заявила я.

- А почему ты опустила меч, когда бой еще шел?

- Ну, потому… - растерялась я. – Отвлеклась на ваши слова, испугалась и…

- Элька, - вздохнул Ален. – Когда на тебя нападают, пусть это всего лишь тренировочный бой, ни отвлекаться, ни опускать оружия нельзя, пока он не окончен. Да и после лучше быть настороже…

Я даже обиделась.

- Мы с Кесси не такие бойцы, чтобы опасаться серьезных повреждений, даже если совсем не будем защищаться.

- Сейчас ты могла заработать в лучшем случае синяк, в худшем – перелом ключицы. А в настоящем бою можно запросто лишиться жизни.

В общем-то, я понимала, что он прав, но не могла согласиться с этим по причине природной строптивости.

- И синяк, и перелом можно залечить, а в серьезный бой я не собираюсь вступать, - буркнула я так тихо, что вряд ли кто-то мог меня расслышать.

Ален смог.

- Ты не собираешься вступать в серьезный бой, - повторил он. Глаза его нехорошо блеснули. – Ты так надеешься на магию?

Я чувствовала подвох, но не могла сообразить, в чем он состоит. А Магистр ждал моего ответа. Как и все мои сокурсники, как и Магистр Оррик, прекратившие тренировку и собравшиеся вокруг нас кружком.

- Ну… да, - пробурчала я, не придумав ничего лучше.

- Прекрасно, - заявил Ален. – Нападай.

- Что? – не поняла я.

- Нападай. Как хочешь, с помощью магии, любого заклинания, какое знаешь, меча – как угодно.

- А может, не надо… - заикнулась я. Не нравилась мне эта затея… Но мысленно уже перебирала все известные мне заклинания.

- Нападай, - жестко приказал Ален.

Я разозлилась. Замечательно! Хочешь войны – получай! Так, заклинания некромантии вряд ли помогут, эту магию он распознает с ходу… Хотя, может, это и не так плохо…

В моей голове начал складываться некий вариант, который мог, при удачном стечении обстоятельств, привести… ну, не к победе, я реально оценивала свои силы, но, по крайней мере, не к такому обидному поражению.

- Элька! – окликнул меня Ален, небрежно поигрывавший мечом. – Ты понимаешь, что, пока раздумываешь, я несколько раз успел бы задеть тебя. Хоть мечом, хоть магией.

Я вспыхнула, но усилием воли сдержалась. «Он провоцирует тебя, - повторила я сама себе. – Он прекрасно представляет разницу между нами, и специально выводит меня из себя, хотя справится со мной одной левой, и даже без щита. Кстати, щит формируется левой рукой, в правой у Алена меч, значит, надо отвлечь Магистра».

- Мне надо было сосредоточиться, - вслух отозвалась я, поднимая меч и начиная обходить Алена по кругу. – И можешь не комментировать, что в настоящем бою у меня не будет времени, я прекрасно знаю это.

Резким движением я бросила парализующее заклинание. Как я и ожидала, Ален мгновенно закрылся щитом, уловив знакомую магию. Но я тут же, не давая ему опомниться, кинула заклинание Хэндока, ослепляющее на некоторое время, от нескольких минут до часа и более, в зависимости от квалификации мага. Оно, как я и рассчитывала, прошло сквозь щит, поскольку основано было на совершенно иных принципах, как нам много раз говорил Магистр.

Все получилось, как я и хотела – темно-синие глаза заволокло мутной пеленой. Сколько она сможет продержаться – сказать заранее было нельзя. Я могла рассчитывать минуты на две-три, максимум пять. Но мне должно хватить этого времени…

Мой меч взлетел в воздух и по всем правилам должен был опуститься на левую руку Алена, сбивая защитное заклинание. Причем я хотела ударить плашмя, а не лезвием, пусть даже и тупым, чтобы просто не дать ему возможности защититься от магии, не нанеся особого ущерба. Дальше должно было последовать заклятие, создающее жжение в ладони, чтобы Ален выронил меч, и на этом, собственно, бой был бы окончен…

Мой меч опустился, ударив не по человеческой плоти, а по деревянному лезвию, с сухим треском отскочив от него. В следующую секунду я оторопело смотрела, как он, выбитый из руки, отлетает в сторону, чуть не задев подошедшего слишком близко Лиса. Ален приставил меч к моей шее.

- Еще вопросы есть? – осведомился Магистр.

- Но ты не должен был видеть? – возмутилась я.

- Я до сих пор не вижу, - подтвердил Ален. – Поздравляю, ты меня поймала. Я не ожидал, что ты догадаешься воспользоваться обеими магиями. Кстати, ты, надеюсь, сможешь снять это заклинание?

- Само пройдет, через пару минут, - расстроенно буркнула я. – Но как…

- Потому что хороший боец может обойтись и без зрения, ориентируясь на звук, запах и движения.

- Так нечестно, - заявила я. – У тебя было преимущество.

- Элька, - вздохнул Ален, протягивая руку и безошибочно находя мою. – Жизнь - нечестная штука. Ты же знаешь это.

- Знаю, - только и могла ответить я, не торопясь выдергивать свою руку из его хватки.

- Поэтому, девушки, берите мечи и атакуйте меня. Кажется, действие заклинания проходит.

И действительно, глаза Алена постепенно приобретали свой привычный темно-синий цвет.

До конца урока Ален терпеливо выдерживал наши атаки, поочередно и одновременно, подсказывая, поправляя и объясняя. Когда он, наконец, отпустил нас, правая рука практически онемела от непрерывного размахивания тяжелой деревяшкой, ноги гудели, а голова от усталости казалась затуманенной.

И я забыла спросить про волынку, торопясь убраться с остогхыревшей полянки.

Кесси была не в лучшем состоянии.

- Не понимаю, почему я должна страдать из-за твоего Магистра, - ворчливо заметила она, плюхаясь на кровать рядом с Кысом и с наслаждением вытягивая ноги. – Я вообще не собираюсь ни с кем сражаться. Это удел вас, практиков, а не нас, теоретиков.

- Почему это Магистр мой? – вяло возмутилась я, пропуская мимо ушей вторую часть высказывания.

- А чей? – Кесси даже приподнялась. – Флоренны, что ли? Магистр Ален явно проявляет к тебе повышенный интерес.

Я задумалась. Несомненно, отношения меня и Алена нельзя назвать обычными отношениями Магистр-ученица. Только иногда это совсем не радует… Я повернулась на кровати лицом к Кесси, невольно простонав от боли в руке.

- Поменьше бы мне такого внимания, - пожаловалась я подруге. – Ни голова потом не соображает, ни руки не ходят.

- Ты собралась ходить на руках? – прищурилась Кесси. – Ноги от счастья земли не касаются?

- Тьфу на тебя, - вздохнула я. – Видишь, совсем с головой плохо. Не ходят ноги, а руки не пишут. А у нас реферат по истории магии, если ты вдруг забыла.

- Не забыла. – Кесси издала тяжелый вздох. – Сейчас вот чуть-чуть полежим, и приступим к реферату…

Чуть-чуть в итоге заняло почти три часа. Усталое тело категорически отказывалось вставать, не отдохнув «вот еще немножечко». В конце концов, мы силой вытряхнулись из кроватей, наложили обезболивающее заклинание и занялись написанием чрезвычайно скучного реферата о Магистре Феофаниле Вегорийском и, в частности, его биографии. Сей благопорядочный муж всю свою жизнь занимался доказательством своих теорем и опровержением чужих.

Откинувшись на спинку стула и утомленно взирая на плод трудов своих – три с небольшим листа плохой бумаги, исписанных мелким корявым почерком - я выдохнула:

- Кажется, я все.

Кесси грустно сказала:

- Мне еще осталось описать последние годы жизни Магистра.

Я посочувствовала. Под конец жизни Феофанил Вегорийский, растеряв всех друзей (превратившихся во врагов), забытый и отдалившийся от общества, доживал свой пятый век в заброшенной хижине на границе Аррении, создавая последний шедевр – закон кратности магии. Эту часть адепты обычно писали со смешанными чувствами. С одной стороны, они злорадствовали, описывая моральные страдания Магистра. С другой стороны, готовы были отдать все на свете, чтобы Феофанил Вегорийский в этот период своей жизни наслаждался всеми возможными удовольствиями и не забивал свою голову чрезвычайно запутанными и сложными выкладками. Их приходилось зубрить, поскольку пониманию они не поддавались, видимо, потому, что адепты не находились в бедственном положении Магистра, а знать требовалось, ибо закон кратности магии был одним из основополагающих.

- А за едой Кысу ты сходишь? – спросила Кесси, взглянув в окно, за которым виднелся тоненький месяц.

- А у нас ничего не осталось? – постаралась вспомнить я. Идти не хотелось. Рука ныла, Ален сегодня постарался… Ален! Волынка! Гхыр меня побери, мне уже давно следовало бросить все и бежать к мантикоре, где меня, наверное, ждал Ален. И будет ли он ждать меня сейчас – большой вопрос!

- Я сейчас схожу!

- Где горит? – удивилась Кесси, наблюдая, как я поспешно натягиваю сапоги и накидываю куртку. – У нас еще вроде что-то оставалось, можно пережить один вечер.

- Мне еще надо про волынку узнать, - второпях пояснила я и, видя недоумевающий взгляд подруги, добавила:

- Приду – расскажу. А сейчас некогда.

Можно было и не торопиться. Алена на привычном месте, конечно, не было. По внешнему виду мантикоры нельзя было сказать, ушел ли он, не дождавшись, или просто не приходил. Гренна крепко спала, зажав морду между лапами и укрывшись крыльями. Однако когда я рассеянно погладила ее, подняла заспанную морду.

- Спи, киса, - посоветовала я. – Время уже позднее, надо было мне раньше приходить.

Мантикора не ответила, послушно опустила голову на лапы и прикрыла ее крылом.

- Так, а мне-то что делать? – подумала я вслух. Можно, разумеется, было забыть про все и спокойно идти спать. Инструмент одалживал Ален, я к этому отношения не имела, и пусть сам разбирается. Любой нормальный адепт так и сделал бы, особенно после того, что Ален устроил нам с Кесси на фехтовании. Я бессознательно потерла ноющее плечо. Заклинание обезболивания, похоже, переставало действовать. Но… Внутри меня закопошился назойливый червячок совести, болезненными покусываниями напоминая, что так поступать нехорошо. Ален позаимствовал волынку исключительно по моей просьбе, и мне, как минимум, надо нести за это ответственность наравне с ним. И для начала выяснить, что с ней стало. Может быть, все хорошо, и мне не стоит так волноваться? И желательно сделать это побыстрее, иначе надоедливая совесть не даст мне спать. Вот только интересно, где сейчас Ален?

Ален мог быть везде – от кабинета Магистра Рейфа до переполненного помещения трактира «У толстяка на повороте». Однако проверить я могла только одно место – а именно, его комнату. Искать Магистра по всей школе и ее окрестностям – дело безнадежное. А в такое позднее время есть немаленькая вероятность того, что Ален отдыхает у себя после трудного дня, готовясь к завтрашним лекциям.

Меня останавливало только одно. Адепты, как правило, держались от корпуса учителей подальше. Им – то есть нам – хватало общения с этими, несомненно, приятными и милыми людьми на лекциях, и продлять сие неземное удовольствие вне учебного процесса не стремился никто. Ну, за редкими исключениями, что, как правило, объяснялось личностью преподавателя. К Алену, например, наши ребята пару раз забегали. А про меня и говорить нечего. Вечерние прогулки при луне, равно как и беседы в компании мантикоры, весьма способствовали созданию тесных приятельских отношений. Поэтому, думаю, Магистр не будет против, если я навещу его скромное обиталище.

Приняв решение, я повеселела, отложила мяса Кысу, вспомнив об этом в последний момент, потрепала напоследок Грену по холке и отправилась выяснять, где находится то самое скромное обиталище.

Кесси встревоженно пронаблюдала, как я влетела в нашу комнату, отдала ей мясо и собралась уходить вновь.

- Ты куда?

- Скоро вернусь, - пообещала я. – Только узнаю у Алена про волынку.

Кесси еще что-то там прокомментировала вслед, однако я не расслышала. Мне еще надо было заскочить к Лежеку.

Он, к счастью, не был таким любопытным, спокойно воспринял мои спутанные объяснения, зачем мне потребовался Ален на ночь глядя, и коротко объяснил, как найти комнату Магистра.

- Помощь не нужна? – для приличия предложил он.

- Нет, спасибо, - отказалась я, и через пять минут уже стучалась в искомую дверь.

Тишина.

Я постучала еще раз, погромче, надеясь, что Ален просто не расслышал.

Тишина. Ни стука шагов, ни рассерженного возгласа: «Кого там еще на ночь глядя принесло?»

- Вот гхыр, - тихо выругалась я. Мне так не хотелось уходить, не поговорив с Аленом, так не хотелось верить, что он не дома, а где-то гуляет, возможно, не один… Заклинание прослушивания (вернее было бы назвать, подслушивания) ничего не дало. Комната была пуста.

Глубоко и печально вздохнув, я, понурив голову, потащилась назад, мрачно прикидывая, в какой момент завтра будет удобнее изловить Алена и все-таки выяснить, что случилось со злосчастным музыкальным инструментом.

Ловить никого не пришлось. Я натолкнулась на пропавшего Магистра, выходя из учительского корпуса, чуть не рухнув при этом. Ален схватил меня за плечи, не давая упасть лицом в грязь в прямом и переносном смысле.

- Элька, ты что здесь делаешь? – неподдельно удивился он.

- К тебе ходила, - пояснила я, скривившись от боли в руке. Заклинание, гхыр его побери, слабело с каждой минутой. – Узнать, что стало с волынкой, а то мне неловко как-то…

- С волынкой все нормально, - мягко сказал Ален, продолжая держать меня за плечи. Я не возражала. Казалось, тепло его рук уменьшает боль. - Я отнес ее владельцу. Недавно вернулся, хотел тебе рассказать, только у Гренны никого уже не было.

- Хорошо, - облегченно выдохнула я. – Наверное, мы разминулись. Я тоже искала тебя у Гренны. Просто волновалась, не прихватизировал бы волынку кто-то из домовых.

- Все нормально, - повторил Ален. – Я, как ты выражаешься, «прихватизировал» ее первым.

Мы замолчали, стоя прямо перед входной дверью учительского корпуса. Мне, вообще-то, полагалось уходить. И время позднее, и устала я сама, и Ален, скорее всего, тоже. Но так не хотелось расставаться… Ален чуть привлек меня к себе, отступая от двери.

- А откуда, позволь спросить, взялось слово «прихватизировал»? – вдруг поинтересовался он.

- Не помню уже, - усмехнулась я. – По-моему, оно родилось в каком-то споре Лежека и Терена. Вот гхыр… - прошипела я. Обезболивающее заклинание перестало действовать окончательно, и боль в руке проснулась с новой силой.

- Что такое? – обеспокоенно спросил Ален.

- Как что? – даже обиделась я, плохо соображая от нового приступа. – Ты же сам устроил нам сегодня разминку с мечом. Я лично руку поднять не могу, пришлось обезболивать, и как раз в эту минуту заклинание перестало действовать, надо подновить.

- А почему не залечили?

- У нас бальзам кончился, а идти куда-то сил не было, - призналась я.

- Пойдем, - голосом, не принимающим возражений, приказал Ален.

- Куда? – не поняла я.

- Ко мне. Не бойся, я не ем молоденьких девушек на ужин, - усмехнулся я.

- Я и не боюсь, - надулась я. – Зачем только?

- Руку твою лечить.

- А ты умеешь? – задала я глупый вопрос. Ясно было – Ален не стал бы предлагать, если бы не мог помочь.

- Умею. Ну, ты идешь или придется применить силу и отнести тебя на руках?

- Не надо на руках, - отказалась я. Воображение быстро представило себе образ рыцаря Алена, торжественно вносящего в комнату бездыханную даму, то есть меня, и с плохо скрываемыми рыданиями устраивающего ее на кровати, складывая руки на груди. – А с чего такая забота?

- У нас завтра спецкурс, и ты мне нужна там с обеими руками, - разъяснил Ален, легонько подталкивая меня вперед.

- А, спецкурс, - разочарованно вздохнула я. Ален остановился перед дверью, снял запирающее заклятие и распахнул ее, предлагая войти.

- Добро пожаловать. А ты ждала другого объяснения? – он выжидательно взглянул на меня.

- Конечно, - заявила я, входя и замирая на пороге, оглядывая обстановку. – Ты должен был встать на колено, склонить голову и, выпрашивая у меня прощения за содеянный поступок, просить разрешения залечить мне руку.

Ален с трудом скрыл улыбку.

- Нет уж. Сами виноваты, что не тренировались. Оррик должен был гонять вас в хвост и гриву, а не пускать все на самотек.

- Надеюсь, ты ему не скажешь? – испугалась я. Одного Алена, одноразово, я еще могла перенести, но, если за нас возьмется еще и Оррик…

- Не скажу. Он и сам все знает. А теперь, дорогая, ты… ну, не встанешь на колени, конечно, а куда-нибудь сядешь, закатаешь рукав и покажешь мне свою искалеченную злым преподавателем руку.

- А куда сесть-то? – Я честно поискала, куда можно пристроить свою пятую точку. Обстановка была, прямо скажем, скудновата: стол, заваленный свитками и толстенными книгами, стул рядом с ним, на спинке которого висела одежда, а на сиденье громоздились такие же книги и лежала набитая сумка, аккуратно заправленная кровать и шкаф. – Не думала, что учителя такие аскеты…

- Я привык обходиться малым, - задумчиво произнес Ален, пытаясь убрать со стула книги, но в результате чуть не свалил их на пол.

- Все ясно. – Я решительно пересекла комнату и села на кровать. – Надеюсь, ты не против.

- Нет, - проинформировал меня Ален. В глазах его что-то блеснуло, но я не успела разглядеть, что. Он сел рядом со мной. – Показывай, что у тебя там.

Я закатала рукав рубашки, насколько могла, и ошеломленно присвистнула. Между локтем и плечом нагло развалился огромный сизо-фиолетовый синяк.

- Ого, - произнес Ален. – Это как ты умудрилась? И, знаешь ли, к этому я не имею никакого отношения, поскольку сдерживал удары.

- Ну, может, это Кесси задела, - призналась я. – Пару раз, еще до того, как ты нас прервал.

- Вот, а ты хотела обвинить меня, безвинного преподавателя в нанесении побоев, - пожаловался Ален, осторожно разминая мою руку в области синяка. По моему телу рассыпалась знакомая желанная щекотка, и одновременно с ней на глазах выступили слезы.

- Перелома нет, - удовлетворенно заключил Ален, убирая свои пальцы. – Элька… Я знаю, что больно, но придется потерпеть. Обещаю, потом все пройдет.

Я, прикусив губу, кивнула.

Он встал, покопался в сумке, лежавшей на стуле, извлек маленькую баночку и вернулся ко мне.

- Элька, - смущенно начал он. – Будет легче, если ты обнажишь руку полностью… Так мне проще добраться до плеча и ткань рубашки не будет мешать.

Ни слова не говоря, я расстегнула две верхних пуговицы, и, шипя от боли, обнажила несчастную конечность, целомудренно прикрывая грудь. Синяк показался в полном своем великолепии и выглядел ужасно.

- Мда, - высказалась я, критически оценивая свое состояние. – Неудивительно, что она так болит. Бальзам, случайно, не из желчи мертвецов?

- А что? – в тон мне поинтересовался Ален. – Непереносимость компонента?

- Нет, просто интересно… Какого рода бальзамы могут быть у некромантов…

- Сейчас узнаешь, - загадочно пообещал Ален, открывая баночку. По комнате распространился запах меда и незнакомых цветов. На вид бальзам был почти прозрачным, с темноватыми вкраплениями, о происхождении которых я старалась не задумываться, и холодил кожу.

Ален начал осторожными движениями втирать субстанцию в мою пострадавшую плоть. Руку пронзила резкая боль, такая, что я прокусила до крови губу, чтобы не заорать во весь голос. Последнее, что нужно было сейчас Алену – это девичьи крики из его комнаты.

- Подожди, - выдохнула я, когда прошел первый приступ.

- Элька, потерпи еще немного, скоро все пройдет, - почти умоляюще произнес Ален, перестав втирать мазь.

- Мне неудобно сидеть, - заявила я, выдирая руку из его хватки, решительно сбрасывая сапоги, забираясь на кровать с ногами и садясь к Алену спиной. – Так не надо напрягать руку, и болеть будет меньше… надеюсь.

- Хорошо, - согласился Ален, возобновляя свои действия.

Боль возникла вновь, правда, менее сильная. Ее можно было пережить. А еще, чтобы отвлечься, я задала Алену интересующий меня со времени урока по фехтованию вопрос.

- Где ты научился владению мечом? Ингвар сказал, что это не арренская школа.

- Не арренская, - охотно подтвердил Ален. – В нашей семье меч давали мальчикам, как только они научились ходить.

- Ты же говорил, что твой отец – маг? – даже обернулась я.

- Маг, - кивнул Ален, разворачивая меня обратно. – Не вертись, а то опять стонать будешь.

- Я не стонала, - возмутилась я. – Ну, в крайнем случае, шипела.

- Заметь, я этого не говорил, - ухмыльнулся Ален. - Кстати, болит уже меньше, правильно?

- Меньше, - признала я.

- Так и должно быть.

Я постаралась не обратить внимания, что он, кажется, намекнул на мое кошачье происхождение, и продолжила интересующую меня тему.

- Так отец учил тебя не только магии, но и боевым искусствам?

- Нет, не отец. Меня и брата… - Ален осекся. Я резко развернулась на кровати, невероятно заинтригованная.

- У тебя был брат?

- Почему был? – неохотно ответил Ален. – И сейчас есть.

- А где он? Вы не общаетесь? Как его зовут? – посыпались из меня вопросы.

- Он сейчас дома. И мне не очень хочется разговаривать на эту тему. – Сильные руки развернули меня в прежнее положение.

- Что, это страшная тайна? – обиделась я.

- Это не страшная тайна, но говорить о своей семье я по некоторым причинам не хочу. – Ален нажал на синяк, и я невольно вскрикнула. – Лучше расслабься, тогда боль уйдет быстрее.

Ален изменил позу, прислонившись спиной к изголовью кровати и усадив меня между ног. Уже по собственной инициативе я устроилась поудобнее, откинувшись на его грудь и опуская голову ему на плечо, послушно стараясь расслабиться.

Выяснить, кто такой Ален, я смогу и сама. У меня уже достаточно информации, чтобы установить это собственными силами.

Ален хмыкнул.

- Что? – не приподнимаясь, поинтересовалась я. Мне было слишком удобно лежать вот так, прижимаясь к твердой груди Магистра и чувствуя, как мускулы под его кожей перекатываются, когда он массирует меня.

- Ничего, - проговорил он. – Все хорошо. Расслабься.

Нежные руки ласково разминали мою ушибленную конечность. Казалось странным, чувствуя эти легкие движения, что несколько часов назад они с такой легкостью орудовали боевым мечом. Теплые искорки от прикосновения Алена разлетались по моему телу, унося болевые ощущения, кружа голову, принося с собой умиротворение и расслабленность. Глаза закрылись сами собой…

Я лежала на теплом песке на берегу широкой полноводной реки. Закатное солнышко высветило на чуть колышущейся под легким ветерком сине-голубой водной поверхности красно-оранжевую дорожку, уходящую далеко-далеко, за горизонт. Журчание медленно текущей реки, шорох волн, накатывающих на берег, складывались в слова красивого незнакомого языка…

- Tanriellenn, karriellie. Ell kriessetenn allienstriell merailiess… Arr lientall terriess, karriellie…

- Элька! – Меня осторожно потормошили за плечи. Я, открыв глаза, непонимающе взглянула на усмехающегося Алена.

- Мне показалось, что ты захочешь ночевать у себя, - пояснил он.

- Да, конечно, - спохватилась я, вскакивая с кровати. – Я что, задремала?

- Да. Мне так жаль было тебя будить… Рука больше не болит?

Я посмотрела на синяк. Точнее, на то место, где раньше был синяк. Сейчас о нем напоминало только небольшое покраснение.

- Нет, не болит, - ошеломленно подтвердила я, натягивая рубашку обратно и застегивая пуговицы. – Спасибо.

- Не за что. Всегда рад помочь, - откликнулся Ален. – Куртку не забудь, - заботливо напомнил он.

Кесси, разумеется, не спала, с нетерпением ожидая загулявшую подругу – то есть меня. Я уложила свой рассказ в три предложения.

- Ален помог достать мне волынку. Потом, после уничтожения големов, забрал ее себе. А сегодня отнес владельцу.

- И все? – подозрительно посмотрела на меня Кесси.

- И все, - честно ответила я, раздеваясь и падая на кровать.

- И ты больше часа узнавала, что Ален отнес волынку в город?

- Нет, он мне руку подлечил. – В качестве доказательства я подняла ее вверх и потрясла кистью. – Каким-то бальзамом. Надо бы рецепт попросить. Он так вкусно пахнет…

- Элька, - пыталась еще что-то спросить Кесси. Я сонно ответила:

- Давай завтра. Я уже почти сплю…

Речной берег с ослепительно белым песком, широкая водная гладь, солнечная дорожка на ней…

- Arr lientall terriess, karriellie… Osienell ventelliess lestiell…

Ален не соврал, сказав, что на спецкурсе мне потребуются обе руки. Он убрал из заклинания вытягивания энергии дополнительный компонент, создающий холодок, и с непривычки тяжело было ощутить, что из тебя утекает сила. Несколько раз Магистру приходилось восполнять наши потери, чтобы мы могли без помех продолжать. Кроме того, наш вчерашний спарринг натолкнул его на идею создать щит, закрывающий от обеих сторон магии одновременно.

- Не думаю, что он будет жизненно необходим, - пояснил нам учитель. – Я не знаю сейчас специалистов, хорошо владеющих и темной стороной магии, и светлой. Но лишним это заклинание не будет.

- Как это не знаете? – возмутился Стен. – А мы? Элька вот вас вчера поймала, мы сами видели.

- Ну, разве что вы, - согласился Ален. – Тогда тем более такой щит просто необходим. Лежек, Терен и Тей, подойдите ко мне, будем вместе пробовать.

- А я? – вырвалось из глубины моей уязвленной души.

- А тебя я боюсь, - серьезно ответил Ален. – Ослепишь еще, я закрыться не успею – и все, не будет у вас больше Магистра.

Я не поняла, как реагировать на данное высказывание – обижаться или возгордиться – и внимательно всмотрелась во внешне серьезные глаза Алена. Внутри их, как и следовало ожидать, обнаружились смешинки. Я немедленно обиделась, ушла к Ингвару и принялась совершенствовать свои умения.

Или от злости, или от того, что я действительно чему-то научилась, а не просто проводила время на лекциях, но Ингвар не смог больше вытянуть у меня энергию. Каким-то шестым, седьмым или десятым чувством мне удавалось ощутить, как из меня начинает сочиться невидимая субстанция и перекрыть воздействие заклинания.

- Закончили на сегодня, - хлопнув в ладони, объявил Ален. – Отлично поработали. Элька, я прав, ты начала чувствовать потоки?

- Да, - кивнула я и, весьма довольная собой, подхватила сумку и плавной походкой молодой лебедушки выплыла из аудитории. Хотя нет, конечно. Для лебедушки у меня явно не хватало флегматичности и важной напыщенности. Так что вернее будет сказать, что я подхватила сумку и со скоростью молодого стрижа унеслась из аудитории.

В библиотеку.

Старенький, хрупкий на вид архивариус Магистр Тессен, подозрительно косясь на меня, выдал стопку фолиантов и подшивку газеты «Голос Аррении», где можно было найти упоминания о магах-стихийниках первой ступени и выше. Поскольку Ален сказал, что его отец был сильным магом – более слабых Магистров в расчет можно было не брать.

Через три часа я, чихнув в очередной раз, сердито уставилась на разложенные вокруг меня справочники. Ничего. Ни-че-го. Магов-стихийников, выбравших своей стихией воздух, было не так много, высокой квалификации – еще меньше. Но никто из них не подходил под описание. Самому молодому из них было двести пятьдесят лет, и он последнюю сотню тихо и мирно проживал в Кобольске, где на досуге баловался, создавая небольшие смерчики в окрестных степях. Ни жены, ни законнорожденных сыновей, как, впрочем, и дочерей, у него не было. Если же и были побочные – об этом не упоминалось ни единым словом. А, как говорил Ален, отец обучал его – ну, и, наверное, брата. Так что детей должно быть как минимум двое. Кроме того, Магистр мертв, если я правильно поняла слова «Его больше нет».

Умершие же к этому времени Магистры скончались не менее полувека назад, и никак не могли быть отцом тридцатилетнего мужчины. «Тридцати ли?» - задумалась я, вызывая в голове образ Алена. Можно ли ему дать пятьдесят? Меня по этому поводу терзали смутные сомнения. Не похож был Ален на пятидесятилетнего. Да нет, ему должно быть еще больше – ведь отец его обучал, а не скончался при рождении сына.

И получалось у меня, что не было в Аррении мага, удовлетворяющего заданным начальным данным.

Секундочку. А почему я рассматриваю только арренских магов? Ален ведь учился не здесь, и школа боя у него не арренская.

- Магистр Тессен, - подошла я к архивариусу. – Мне нужны такие же справочники, только по соседним странам.

Более отдаленные я пока решила не брать в расчет. Алена, конечно, могло занести в наши края откуда угодно, но будем «разбирать заклинание по частям» - сначала Аррения, потом соседи, а потом, если потребуется – и дальше. Но до происхождения Алена я докопаюсь.

Магистр приволок мне еще одну стопку фолиантов.

- А зачем это вам, адепт Элиара?

- Задание по истории магии, - не моргнув глазом, ответила я. – Составляю список магов первой ступени и выше, работающих со стихией огня.

Архивариус вручил мне книги.

Прошло еще два часа. Я устало просматривала последнюю книгу, лежащую передо мной. От необходимости разбирать не всегда аккуратный почерк буквы рябили и плясали перед моими глазами, голова, казалось, распухла от избытка помещенной в нее информации. Результата не было. Точнее, был. Теперь я знала массу сведений о высококвалифицированных магах Аррении и ее окрестностей, но ни один из них не был тем, кто мне нужен. Я пришла к горькому выводу – или Ален соврал, рассказывая о своей семье (хотя в этом я сильно сомневалась), или мне надо копать дальше. Но уже завтра. Сегодня я уже не в состоянии воспринимать прочитанный материал, да и есть хотелось ужасно.

Радостно вспомнив, что в сумке припрятано яблоко, я украдкой схрумкала его, лениво переворачивая последние страницы летописи, чтобы закончить сегодня с этой частью мира.

Стоп!

Я торопливо проглотила остаток яблока и перелистнула назад. Не то, не то… Вот оно!

Это было короткое сообщение. Некролог, если быть совсем точным, написанный примерно два года назад.

«Архимаг Эркаст, достигший значительных высот в управлении выбранной им стихией – воздухом, вчера скончался при проведении эксперимента в собственной лаборатории, оставив после себя безутешную жену и двух сыновей. Старший из них, Ремар одд Шаэнар, в порядке наследования занял княжеский стол Белогорья.»

- Гхырово бздырище, - потрясенно высказалась я.

- Адепт Элиара! – возопил Магистр Тессен.

- Простите, Магистр, - поспешно извинилась я, не сводя глаз со страницы.

Неужели нашла?!

Маг-стихийник, стезя – воздух, погиб два года назад, имеет двух сыновей, достаточно взрослых, чтобы править княжеством… Я порылась в памяти, захламленной разными ненужными сведениями, в том числе и о возрасте правителей сопредельных государств – вроде бы старшему брату, Ремару, было тридцать два года, младшему, Ареану, – двадцать девять…

Все сходится. Все сходится! Я расколола Алена!

Сердце наполнялось заслуженной гордостью. Оставались невыясненными еще некоторые мелочи, но, думаю, это я смогу выудить у Алена лично. Если припереть его к стенке…

Собрав книги, я отнесла их Магистру Тессену, вежливо попрощалась и практически вылетела за дверь. Ноги сами несли меня к Алену. Или как к нему обращаться? Ваше Сиятельство? И вообще, какой он брат – старший или младший? Только бы он был дома, только бы он был дома…

На мой отчаянный стук дверь открылась почти мгновенно.

- Элька? – удивился Ален, выглядевший очень по домашнему – босиком, в рубашке и легких штанах, и тут же встревожился:

- Что случилось?

Я зашла, закрывая за собой дверь.

- Как к тебе обращаться? – не теряя времени, осведомилась я. – Князь Белогории Ремар одд Шаэнар или досточтимый Ариэн одд Шаэнар?

Ни единый мускул не дрогнул на лице Алена.

- А есть разница? – спокойно поинтересовался он.

- Ну, надо же знать, с кем я общаюсь практически ежедневно. Может, мне уже пора переживать за несчастную Белогорию, брошенную на произвол судьбы?

- Не пора. Белогория как была, так и остается под правлением Ремара.

Я церемонно присела, изображая реверанс придворной дамы.

- Рада наконец познакомиться с вами, досточтимый Ариэн одд Шаэнар.

- Взаимно, уважаемая дама Элиара, - сухо ответил Ален. – А можно узнать, как ты пришла к такому выводу?

- Проведя многочасовые поиски в библиотеке, основываясь на тех крохах информации, что ты мне выдал, - с гордостью ответила я. И не удержалась:

- Так я права?

- Ты права. Я действительно Ариэн одд Шаэнар, младший сын Эркаста одд Шаэнара.

Я почувствовала одновременно и ликующую радость от того, что так правильно угадала, и горькое опустошение по этой же причине.

Ариэн одд Шаэнар. Брат князя Белогории. Пусть это даже маленькое княжество, затерянное где-то в Дагар-роне… Все равно он страшно далек от меня, сироты-полукровки…

- Прекрати, - приказал Ален, поднимая мой опустившийся подбородок.

- Что прекрати? – В моем голосе откуда-то появились слезы, не нужные ни мне, ни Алену.

- Прекрати так думать. Ничего не изменилось. Ты – Элька, адептка девятого курса Школы Магов, Пифий и Травников, факультет магов-практиков, я – Магистр Ален. Все. Я не стал другим только потому, что ты выяснила мое настоящее имя.

Секунду я соображала. Все мысли о классовом неравенстве ушли в дальний уголок сознания, свернулись комочком и притворились, что их не видно. Гораздо больше меня интересовало другое.

- Как ты узнал, о чем я думаю? Ты мысли читаешь? Я же блок всегда ставлю!

- Вот, так гораздо лучше. – Ален удовлетворенно изучил мои загоревшиеся огоньком любопытства глаза. – У тебя на лице все написано, можно и без чтения мыслей обойтись.

Он провел кончиками пальцев по моему виску, убирая назад упавшую на глаза прядь волос, которые давно следовало подстричь. От неожиданно ласкового жеста у меня защемило сердце и на мгновение перехватило дыхание. Но я все равно быстро проверила блок. Он стоял на месте.

- А можно читать мысли через блок? – тем не менее поинтересовалась я.

Ален задумался.

- Наверное, можно, - тщательно подбирая слова, начал он. – Я не специалист в телепатии, точно сказать не могу. Думаю, это нельзя не почувствовать. Уточни у Магистра Рейфа, если хочешь.

- Ага, он посылает меня к тебе, ты – к нему, - вздохнула я. – Хорошо вам, Магистрам. Вот у бедных адептов знания требуют всегда и полностью.

- Такая ваша судьба, - не стал спорить Ален. – Подожди, а с чем посылал тебя Магистр Рейф ко мне? Не помню, чтобы ты что-нибудь у меня спрашивала.

- Спрашивала. Как переводится слово «карриэлле». Ты мне еще сказал, что это малоизвестный язык, и перевода, мол, не существует. Слушай, так это язык Белогорья, правильно?

Все новые и новые кусочки добавлялись в складывающуюся картинку.

- Да, - кивнул Ален. – Элаендар. Это родной язык моего отца, ну, и мой.

- Красивый, - протянула я, вспоминая, как мелодично и певуче он звучит. – Научишь меня?

- Тебе делать больше нечего? – удивился Ален. – Последний год обучения, впереди выпускные экзамены и диплом. И тебе еще хочется зубрить язык, на котором разговаривает весьма ограниченное количество людей?

- Ну… - Ален, конечно, был прав. Учить в ближайшем обозримом будущем нам придется много. Но, гхыр меня раздери, как же хочется узнать, что означает «карриэлле»!

- Ну, не сейчас, - закончила я свою мысль. – Потом как-нибудь, после диплома и экзаменов. Тогда мы посвободней будем…

И осеклась. Как только я стану дипломированным магом-практиком, встречи с Аленом прекратятся сами собой. Он останется в Школе учить, а нас пошлют усмирять толпы зомби и упырей.

Я тихо вздохнула. Раньше, до начала учебного года, все казалось легким и простым. Обучение, диплом, потом работа по распределению или свободным магом, на тракте. Ну, второе, по всей видимости, нам уже не светило, раз уж из нас готовят специалистов по борьбе с некромантами по спецзаказу Ордена. А вот сейчас, впервые в жизни, мне не хотелось покидать хорошо знакомые стены Школы.

- Элька? Это что опять такое? – Ален вновь приподнял мою голову, заставляя посмотреть ему в глаза. – Ты настолько хочешь выучить элаендар? Хорошо, договорились, начнем сразу после диплома.

- Ален, ты ничего не понимаешь. – Я отвела взгляд. – После диплома меня ушлют в какие-нибудь Верхние Козелки упокаивать поднятые кладбища, а ты…

- А я поеду с тобой, - перебил меня Ален.

- Со мной? – изумилась я.

- Ну, с вами вместе, - поправился он. – Неужели ты думаешь, что я отправлю группу недоученных борцов с некромантией одних бороться с поднятыми мертвецами?

- А Школа? - не веря своим ушам, спросила я.

- Что Школа? Про продолжение спецкурса речи не идет, Ордену не нужно столько потенциальных некромантов, а преподавателя неестествознания найти легче легкого.

- А тебе разрешат?

- А кто мне может запретить? – усмехнулся Ален. – Я и спрашивать не буду. Чтобы сделать из вас хороших некромантов, требуется несколько лет, а не один учебный год. Так что от специалиста моего класса они не откажутся, могу тебя уверить.

- Да?

- Да.

Надежда, еле теплившаяся в сердце, полыхнула ярким пламенем. Ален не останется в Школе, он поедет с нами – со мной! – куда бы нас не заслали! И я узнаю, как переводится это загадочное слово!

- Это просто замечательно! – озвучила я свои мысли и от избытка эмоций бросилась к нему на грудь. Ален, хмыкнув, придержал меня, приобняв и не давая упасть.

- Хорошо. – Я немного успокоилась. – А то…

Предложение мне закончить не удалось. Вот как объяснить молодому человеку, что я радуюсь оттого, что мне не придется расставаться с ним?

- А то ты бы скучала по мне? – подсказал Ален. Я подняла голову, вглядываясь в его лицо в поисках малейшего следа усмешки. Его не было. Магистр Ален смотрел на меня серьезными темно-синими глазами, ожидая ответа.

- Да, - я не смогла сказать неправду. Да, я скучала бы. Скучала по этому серьезному взгляду, по усмешке, слегка затрагивающей кончики губ, по мягкому шепоту, по искристой щекотке, возникающей между нами…

- Тебе не придется скучать. – Ален прижал меня к себе. Я закрыла глаза, утыкаясь в его плечо, прикрытое тонкой черной рубашкой, под которой чувствовалось мужское тело, и слушала еле слышный шепот.

– Я никогда не оставлю тебя. Tienn darrrellie niess ell krienn, karriellie…

- Что это означает? – поинтересовалась я.

- Не скажу, - съехидничал Ален. – Вот это действительно страшная тайна.

- Я все равно узнаю, - пригрозила я.

- Пожалуйста, - разрешил он. – Не забудь только мне потом рассказать.

- Обязательно, - пообещала я, вновь утыкаясь носом в плечо Алена.

Было удивительно хорошо стоять так, прижавшись к телу Магистра. Нет, не Магистра. Алена. Человека, который постепенно становился мне самым близким в этом мире. Человека, расставаться с которым не возникало никакого желания. Человека, находиться в объятиях которого я готова была вечно.

Но, кажется, это желание невыполнимо.

- Мне, пожалуй, пора. – Я неохотно высвободилась. – Время позднее, Кесси не видела меня с обеда, и...

- Ты зайдешь к Гренне? – с надеждой в голосе, как мне показалось, спросил Ален.

- Да… Наверное.

- Я тебя провожу, - голосом, не принимающим возражений, проинформировал он. – Только оденусь.

Я обрадованно кивнула.

- Подожду тебя внизу. – И, не дожидаясь ответа, вышла.

- Адепт Элиара! Можно узнать, что вы делали в комнате Магистра Алена? – раздался за спиной голос Флоренны.

Вот гхыр!

Глава 11

- Адепт Элиара! Можно узнать, что вы делали в комнате Магистра Алена? – раздался за спиной голос Флоренны.

Вот гхыр!

- Выясняла разницу между односторонним щитом и двусторонним, - быстро нашла я ответ, который должен был удовлетворить Магистра Флоренну.

- Во внеурочное время? – прищурилась она. – Похвально, похвально. Такое исключительное рвение следует поощрять. Если только оно не связано с желанием заниматься предметами, не связанными с учебой.

Я разозлилась. Чем, когда и с кем я занимаюсь, Магистра Флоренну не касается. Какое она вообще имеет право лезть в мою личную жизнь?

- Одно другому не мешает, согласитесь? – хлопнув ресницами, промурлыкала я.

Флоренна на время потеряла дар речи, побагровев так, что я даже испугалась – не придется ли ей оказывать помощь? Скажем, сбрызнуть водой?

- Элиара, вы… вы…

- Какие-то проблемы, Флоренна? – появился в коридоре Ален.

- Ален, вам следует поговорить со своими учениками! – Флоренна тут же обрела способность говорить. – Они совсем потеряли уважение к учителям!

- Обязательно, - пообещал Ален. – Вот прямо сейчас и начну.

Он быстро кинул на дверь запирающее заклинание и обернулся ко мне.

- Пойдем, Элька.

- Конечно, - благовоспитанно, чего за мной отродясь не водилось, ответила я.

На улице Ален весело поинтересовался.

- Как ты успела разозлить Флоренну за две минуты?

- Я просто посоветовала ей не лезть не в свое дело, - невинно ответила я, пожав плечами. – Да и в твои тоже, Ариэн одд Шаэнар.

- Элька, - как-то жалобно произнес Ален. – У меня к тебе большая просьба – не надо никому рассказывать о моем происхождении. Пожалуйста.

- Да я и не собираюсь, - надулась я. – За кого ты меня принимаешь? Думаешь, я вот сейчас повешу объявление об этом на воротах Школы?

- Не обижайся. – Ален положил мне руку на плечо, притягивая к себе. – Я, в общем, даже рад, что ты все узнала. Но для остальных я должен оставаться просто Магистром Аленом.

- Договорились. А почему, кстати? – заинтересовалась я. – Что плохого в твоем происхождении? А то я нашла только упоминание о твоем отце, длиной в несколько строчек.

- Да ничего в нем нет плохого, - досадливо произнес Ален. – Кроме того, что я представитель княжеской династии, правящей в Белогорье уже почти тысячу лет. Ты вот вспомни свои ощущения. Что ты подумала, осознав, кто я такой?

Я честно покопалась в памяти, благо сие событие произошло совсем недавно.

- Кажется, поняла, - сообщила я, подумав. – Ты боишься, что Флоренна тогда вообще не даст тебе покоя.

- Что-то в этом роде, - рассмеялся Ален.

- Я никому не скажу, - положив руку на сердце, торжественно поклялась я. – Эта тайна умрет вместе со мной.

- Спасибо, но лучше не умирай, пожалуйста, - серьезно сказал Ален.

- Постараюсь, - так же серьезно ответила я.

Дальше мы шли молча. Гренна при нашем появлении обрадовалась, вскочила и радостно приветствовала.

- Спрашивай, - разрешил мне Ален.

- Что? – Да, у меня была еще масса вопросов, но я не решалась их задавать. Для одного вечера информации было более чем достаточно.

- Спрашивай, говорю. Я же вижу, что ты еле сдерживаешься. Постараюсь ответить честно.

- Гренна принадлежит тебе? – Я сделала вид, что не обратила внимания на слово «честно». Разберусь в процессе.

- Нет, - удивился Ален. – Аленару. Я же рассказывал тебе.

- Да, ты говорил, что это твой друг… Но мне показалось… У вас схожие имена.

- Да. Когда мне надо было срочно придумать себе имя, я взял первое попавшееся и сократил его.

- А Гренну создал твой отец?

- Ремар. Это была его идея и воплощение.

- Ремар тоже маг? Некромант? Он учился с тобой? – Вопросы сыпались из меня, как горошины из прохудившегося мешка.

- Да, нет, да, - засмеялся Ален. – Он специализировался на стандартной магии, а сейчас вынужден заниматься любимым делом от случая к случаю. После смерти отца все дела княжества легли на него. Иногда понимаешь, что младшим братом быть лучше, - улыбнулся он.

- Ален, - робко спросила я. – А твоя мама тоже погибла?

- Нет, - напряженно ответил он. – Она уехала к дальним родственникам, сказав, что пока не может находиться в местах, где все напоминает ей о муже. Они очень любили друг друга…

Голос Алена стих. Я не знала, как помочь ему избавиться от тяжких воспоминаний, и просто взяла его руку, поднеся ее к своей щеке.

- Мне жаль, - прошептала я.

- Все нормально, - негромко и грустно ответил он. – Мне не хватает их обоих, но с этим я ничего не могу поделать.

Я верю, Ален. Я могу понять твои чувства. Я даже немного завидую тебе. Твои мать и брат далеко, ты скучаешь по ним, но они, по крайней мере, живут где-то в этом мире. Твой отец погиб, но у тебя есть воспоминания о нем. Счастливые или не очень, однако они есть. Я же вовсе не знала своего отца, а мать умерла много лет назад, и ее образ постепенно стирается из моей памяти. Так что, наверное, тебе еще повезло…

- Ты права, - тихо, очень тихо сказал Ален. Настолько тихо, что я засомневалась, правильно ли расслышала его?

- Что? – уточнила я, поднимая голову. Рука Алена, прижатая к моей щеке, непроизвольно скользнула дальше, останавливаясь на моем затылке.

- Ничего, все нормально. - Он потрепал меня по волосам. – Пойдем? А то, боюсь, Магистр Флоренна не сводит глаз с клепсидры, чтобы засечь время моего отсутствия.

- Пойдем, - согласно кивнула я.

Возмущенно-встревоженная Кесси встретила меня недовольным возгласом «Элька!», но, бросив взгляд на мое лицо, мгновенно все поняла.

- Ален, – уточнила она.

- Да. – Я не стала скрывать то, что и так понятно.

- Только не говори мне, что вы изучали сложное заклинание, - ехидно попросила Кесси.

- И не собираюсь, - не менее ехидно сообщила я. – Наш разговор касался генеалогии и проблем лингвистики. Правда, Флоренне я сказала именно про сложное заклинание.

- Флоренне? – удивилась Кесси. – А она откуда всплыла?

- А она всплыла в коридоре, когда я выходила от Алена.

- Так она живет рядом, - сообщила Кесси. – Как специально получилось. Гадала она, что ли? Подожди, так ты была у Алена?

- Да.

- И ваш разговор касался только научных проблем?

- Ну, можно и так сказать… - задумалась я. Если происхождение Алена можно назвать научной проблемой, конечно…

Кесси покрутила пальцем у виска.

- Ты провела наедине с мужчиной больше шести часов и не нашла ничего лучшего, чем обсуждать проблемы лингвистики? С преподавателем некромантии, кстати. Ты ничего от меня не скрываешь?

- Ничего, - возмутилась я. – И не шесть, а полтора от силы. – Большую часть времени я проторчала в библиотеке.

- И что там можно делать столько времени? – искренне удивилась Кесси.

Я на секунду задумалась. Ален просил никому не говорить его настоящее имя, значит, историю поиска его родственников следует заменить чем-то другим, но правдоподобным.

- Ален, когда лечил мне руку, говорил на красивом незнакомом языке. Сейчас… - Я задумалась, пытаясь поточнее воспроизвести его речь. – Тиенн дарриэлле ниэсс елль криенн, карриэлле. И мне стало любопытно, что это за язык.

- И как, выяснила? – заинтересовалась Кесси.

- Нет. Точнее, в библиотеке ни единого упоминания об этом не нашлось. И тогда я пошла к Алену. Он разъяснил, что это его родной язык – элеандар, и он малоизвестен.

- Наверное, поэтому я ничего о нем не знаю, - кивнула Кесси. – И как же переводится эта фраза?

- Понятия не имею, - пожала я плечами. – Ален отказался ее переводить, сказав, что точного значения не существует.

- Мне кажется, что твой магистр что-то не договаривает, - задумчиво произнесла подруга. – А, попросту говоря, врет. Может, ты маловато усилий приложила?

- Все, что могла, я сделала, - возмутилась я. – А он молчит, как упокоенный зомби.

- Плохо расспрашивала, - авторитетно заявила Кесси, оглядев меня с ног до головы. – Кто же в таком виде у мужчины хочет тайну выведать?

- А чем тебе не нравится мой вид? – Я демонстративно оглядела себя в зеркале. Ничего из ряда вон выходящего – рубашка, брюки и жилетка по случаю холодной погоды.

- Все мне нравится, - сказала Кесси. – И тебе тоже, не сомневаюсь. Но для соблазнения… то есть уговора мужчины сделать что-нибудь, требуется нечто более другое. Шелковое платье с низким вырезом, к примеру. Вот представь – ты в таком платье, применив гламарию в нужной дозе, заходишь к Алену. Он сразу…

- Подумает, что это Флоренна, испугается и убежит, - перебила я подругу.

Воображение тут же нарисовало Алена, бочком, по стеночке, пробирающегося к выходу, не сводящего оторопелого взгляда с неземной красоты в виде меня, в ярко-малиновом платье и источающей гламарийное сияние, а потом быстро удирающего куда подальше.

- Думаешь? – засомневалась Кесси. – Вы не похожи, ни фигурой, ни цветом волос.

- А вдруг она перекрасится? – не сдавалась я.

- Ну… возможно. Представляешь себе Флоренну с рыжими волосами?

- Нет, - честно призналась я. - Но все бывает в этом мире…

- И будете вы с Магистром Флоренной, как близняшки, - ехидно сказала Кесси.

Воображение немедленно предоставило мне образ меня и Флоренны, стоящих рядом и, трогательно держась за руки, поющих песенку. Я не выдержала и расхохоталась. Кесси, после того, как я, захлебываясь смехом, пояснила ей его причину, тоже присоединилась ко мне.

- Все равно, - немного успокоившись и стерев слезы с глаз, пришла к выводу Кесси. – Платьем все равно стоит обзавестись. Последнее празднование Солнцеворота в стенах Школы, как-никак.

- Хорошо. Давай сходим в город после стипендии, - не стала спорить я. Внезапно прорисовавшаяся перспектива танца в объятиях Алена вызвала непреодолимое желание пережить сие незабываемое событие.

- Гламарию у Травниц попросим? – предложила Кесси.

- Зачем? – удивилась я. – Сами сварим, дело-то нехитрое. Только не сегодня, ладно? Устала я, да и время уже позднее.

- Договорились, - покладисто кивнула Кесси.

Назимник [11]почему-то решил, что относится не к осенним месяцам, а к зимним. Вместо ожидаемых затяжных проливных дождей, навевающих уныние и сонливость, из тяжелых сизо-черных туч посыпались белые хлопья. Первоначально они таяли, оставляя после себя лужицы мокрой грязи, но постепенно перестали, и землю покрыло тоненькое белоснежное покрывало.

По странному совпадению именно в этот день Ален перенес занятие спецкурса на улицу.

- Можно, конечно, и в здании, - пояснил он. – Но руководство очень просило не разносить Школу по кирпичикам.

- А что, были прецеденты? – поинтересовался Лис с горящими от любопытства глазами.

- Пока нет, - проинформировал Ален. – И я очень надеюсь, что и не будет. Лис, это в первую очередь относится к тебе.

Лис немного скис под строгим взглядом учителя, однако приободрился, услышав дальнейшее.

- Сегодня мы работаем не в парах, а по отдельности. Заклинание, которое предстоит вам освоить, относится к разряду смертельных. Поэтому. – Ален замолчал и обвел нас тяжелым - я даже поежилась – взглядом. – При отработке заклинания соблюдать крайнюю осторожность. На линию огня не выходить. Щит держать наготове. Лучше всего выставить его с самого начала.

- И лучше всего односторонний, - прокомментировал Терен.

- Не лучше всего, а исключительно односторонний, - поправил его Ален. – При правильно выполненном заклинании блокирование его в замкнутом пространстве разорвет вас в клочья. Тут уже никто не сможет помочь. Даже я.

- А оживить разве не получится? – поинтересовался Лис.

- Только в том случае, если вам захочется существовать в облике однорукого и безногого зомби, - сухо сообщил Ален.

- Хорошее заклинание, - оценил Терен. – А как оно называется?

- Siernn’ diest. Ледяная звезда. Не слышали о таком? – Ален вопросительно взглянул на нас. Я отрицательно покачала головой. Остальные, судя по всему, тоже.

- Тогда смотрите.

Для начала Ален создал небольшого, в рост человека, голема, габаритов взрослого мужчины.

- Это чтобы яснее представить действие заклинания, - пояснил он.

Быстрое движение рукой, отрывисто произнесенное заклинание – и голем рассыпался на куски. Я даже выдохнуть не успела.

- Ни гхыра себе, - с уважением сказал Стен. – А помедленней можно? Я ничего не успел увидеть.

- Помедленнее… - задумался Ален. – Давай попробуем.

Вновь созданный голем возник на прежнем месте. Через несколько секунд он опять разлетелся на обломки промерзшей земли.

На этот раз я заметила только промелькнувшую вспышку льдисто-голубого света.

- Да, - признал Ален. – Не совсем получилось. Тогда давайте так…

Он не стал создавать голема заново. Просто произнес несколько слов, и в воздухе перед нами повисла звездочка, размером с детский кулачок, испускавшая голубое сияние.

- Трогать не советую, - на всякий случай предупредил Ален. – При соприкосновении с препятствием звезда разлетается на куски вместе с ним. Ну, вы видели.

- Мы видели, и как-то не стремимся, - потрясенно произнес Терен.

- Прекрасно.

Звездочка сорвалась с места, влетела в дерево, мирно растущее поблизости и никого не трогающее, и взорвалась, подняв в воздух облако щепок и мелко поломанных веток.

- Вопросы есть? – осведомился Ален и, взглянув на нас, заключил. – Вопросов нет. Тогда начнем.

Магистр подробно – несколько раз, для особо одаренных, как он выразился, объяснил процесс кастования заклинания и, отойдя чуть в сторону, жестом предложил начинать.

Заклинание оказалось сложнее, чем можно было подумать, глядя на Алена. Ни у парней, ни у меня с первого раза не получилось. Големы, созданные нами для отработки заклятия, стояли, не шелохнувшись. Сложность заключалась еще и в том, что ледяная звезда при правильном выполнении перемещалась настолько быстро, что ее невозможно было заметить, а при неправильном – не появлялась вовсе. И оставалось загадкой – возникла она и просто пролетела мимо голема, или не появилась в принципе? Примирило меня с моей бездарностью осознание того, что никто из сокурсников пока не смог сотворить убийственную сущность.

После восьмой или девятой попытки я жалобно посмотрела на Алена. Тот пожал плечами.

- Просто соберись и сконцентрируйся. У тебя должно получиться.

- Есть! – заорал рядом Терен. Его голем рассыпался на части.

- Вот видишь, - прокомментировал Ален. – Все можно сделать. Давай, пробуй еще раз.

Ну, пробуй так пробуй.

Я собралась, воспроизвела в памяти указания Алена, прошептала «Narriest kellar», и… ничего. Голем как стоял, так и продолжал торчать недвижимой кучей земли.

С тихим шорохом по соседству с ним рассыпалось чучелко Лежека.

- Сконцентрируйся, - еще раз посоветовал Ален. – Представь, что ты кидаешь пульсар, только энергия должна быть сжата в лед.

- Тебе легко говорить, - пробурчала я себе под нос, тихо, чтобы никто не услышал, и опять постаралась сконцентрироваться.

Закрыв глаза, я полностью расслабилась, стараясь ощутить потоки силы, окутывающие и курсирующие вокруг меня, и осторожно потянула к себе незримую субстанцию, формируя из нее шарик, тверже, еще тверже…

- Narriest kellar.

Голем разлетелся в мелкую пыль. Получилось? Получилось!

- Хорошо, - спокойно сказал Ален. – Только не надо такое сильное, если, конечно, ты не хочешь дематериализовать противника. Возьми заряд меньшей мощности, тогда и УМЕ столько уходить не будет.

Действительно, по неопытности я всадила в голема такой сильный заряд, что ее хватило бы на четверых противников. Мой энергозапас ощутимо снизился, но Ален не стал подпитывать.

- Надо будет – помогу, - пояснил он. – Учись сама правильно расходовать силы.

Однако голема и мне, и Терену, у которого возникла та же проблема с боезапасом, создал Ален.

- Продолжайте.

И мы продолжали. Мне никак не удавалось «откусить» ломтик энергии поменьше, и моя звезда разносила голема в пыль. Прав, ой как прав был Магистр Рейф, отправивший нас на открытое пространство. Думаю, что аудитория не вынесла бы такого испытания.

После пятой удачной попытки Алену пришлось все-таки подпитать меня. Следующими на очереди были Терен и Лежек. Остальные к этому моменту тоже справились с освоением заклинания и успешно разрушили своих монстров кто два, кто три раза. Все, кроме Лиса. У парня никак не получалось, хотя он, казалось, старался больше нас всех, вместе взятых. Ален подошел к нему.

- Спокойно. Не надо так нервничать. Расслабься, сконцентрируйся, воспроизведи в памяти последовательность действий и кастуй. Давай, я посмотрю, что ты делаешь неправильно.

Лис сосредоточился.

- Karriess kellar.

- Нет, - поправил его Ален. - Narriest kellar. И рукой веди более резко, чем сейчас. Пробуй.

- Магистр Ален! – послышался сзади звонкий девичий голосок. – Магистр Ален, вы мне нужны!

К нам бежала, размахивая свитком, аспирантка с кафедры теоретической магии Дариэна, хорошенькая блондиночка с ясными карими глазками.

- Магистр Ален, - запыхавшись, повторила она, подбежав поближе и остановившись на некотором отдалении от нас. - Вам директор просил передать это указание из Ковена. Он сказал – сразу же после спецкурса, а я подумала – если так срочно, то можно и сбегать, мне несложно, вдруг там что-то очень важное, - протараторила она, с испуганным обожанием глядя на Магистра. Я почувствовала легкую ненависть к девице. Пришла, отвлекает от занятий, смотрит на Алена с таким выражением лица, словно хочет его съесть или облизать с головы до ног, как щенок хозяина… Нет, конечно, я знала, что Магистр некромантии как мужчина пользуется неимоверной популярностью среди женской части Школы. Ему посвящали слезоточивые стихи о безответной любви, его видели во снах и пророчествах, о нем шептались на девичниках… Но видеть такой неприкрытый интерес, так сказать, лично, а не через восторженные рассказы Пифий… Можно было, в конце концов, вестника послать, и Ален зашел бы к Магистру Рейфу сам, после окончания тренировки. Так нет же, примчалась, глаза горят, щеки пылают, грудь учащенно вздымается...

Ален чему-то усмехнулся.

- Я сейчас подойду. Продолжайте, мы еще не закончили, - бросил он, направляясь к Дариэне.

Продолжать? Да пожалуйста.

Я опять сконцентрировалась, собирая энергию в комочек, сжимая его до твердого состояния, мстительно представляя себе кого-то, сильно напоминающего хорошенькую блондинку, и… странный писк прервал мою сосредоточенность. Я с изумлением открыла глаза. У Лиса все-таки получилось. Только не то, что требовалось.

Вместо льдисто-голубой звезды, которая должна была быстренько врезаться в препятствие, в воздухе висел и пищал зеленовато-желтый прозрачный шарик.

Я оглянулась на Алена. Магистр не смотрел на нас, будучи сильно занятым беседой с Дариэной, и не отреагировал на нештатную ситуацию.

- И что это? – выразил общее мнение Терен.

- А гхыр его знает, - отозвались хором Лежек и Тей.

- Чем-то мне это змия напоминает, - внесла свою лепту я в обсуждение.

- Так давайте его уничтожим! – загорелся идеей Стен и, не дав нам времени отговорить его, кинул в шар «Серебряную сеть».

Он попал. Но сеть, схлопнувшись, не уничтожила таинственный шарик. Напротив, он поглотил ее, и, словно подпитавшись энергией, сменил цвет на темно-фиолетовый.

- А если еще раз? – заинтересовался Лис и бросил еще одну сеть.

И тоже попал.

Шар увеличился в размерах и загудел, как сотня сердитых шмелей.

Я сама не заметила, как создала вокруг себя щит, действуя исключительно на инстинктах. Судя по специфически сложенным пальцам левой руки, почти все из моих сокурсников сделали то же самое.

- Не двигаться! – прозвучал командный голос Алена, и одновременно с этим послышался испуганный вопль Дариэны:

- Ален, что это?

- Ничего страшного, Дариэна, не волнуйся, - мягко успокоил ее Магистр. – Сейчас я все улажу.

Мне не понравился тон, которым он говорил с аспиранткой, и я резко обернулась. Не двигаться – это ведь стоять на месте, правильно? Ну, так я с него и не схожу, просто повернулась посмотреть на учителя. И увиденное мне крайне не понравилось. Дариэна с испуганным личиком цеплялась за руку Магистра Алена, а тот как-то не стремился отстраниться…

Мне не хотелось наблюдать за этой сладкой парочкой, хотя я прекрасно осознавала, что Ален имеет полное право вести себя так, как хочет. Но в моих глазах появилась непрошеная влага, злость вскипела в крови, дыхание от возмущения перехватило, и я еще более резко отвернулась, даже пошатнувшись при этом, но на месте устояла.

- Замри, я сказал! - раздался еще более громкий и суровый окрик Алена, в котором явственно слышалась тревога. К нему примешалось усилившееся гудение, приближавшееся ко мне. Я бросила взгляд в сторону фиолетового шара и оторопела – он летел ко мне. По краю сознания промелькнула мысль – хорошо, что это не ледяная звезда. Ее полет я бы не успела даже осознать…

Но думать об этом было некогда. Надо было думать, как выходить из этой ситуации. У меня оставалась секунда, может, две. Ален не успел бы ничего сделать – он стоял в сотне аршин от нас, а даже телепорт требовал больше времени, чем у меня было. Проверять, выдержит ли щит нападение шара, желания не возникало. От криво сработанного заклинания Лиса ожидать можно было чего угодно.

Решение пришло мгновенно, словно его кто-то подсказал мне.

Я сняла щит, тут же выставив двусторонний, и прицельно послала его в шар, как будто бросала сеть, после чего присела, закрыв руками голову.

Яркая вспышка оповестила – шар, соприкоснувшись с моим заклинанием, взорвался. Двусторонний щит, как оказалось, выдержал, и повреждений никому и ничему нанесено не было. Ура.

Я мысленно зааплодировала и, гордясь собой, выпрямилась. Уткнувшись прямиком в грудь Алена.

- Элиара, - голосом, не предвещавшим ничего хорошего, произнес он. Постойте, а разве Ален не должен радоваться – ведь я уничтожила шар, и никто не пострадал? – Для тебя на сегодня занятия закончены.

Это как? Я вопросительно посмотрела на Алена – может, он пошутил? Но тяжелый взгляд темно-синих глаз только подтвердил то, что я уже услышала.

- Но я… - попыталась оправдаться я. Голос звучал как-то жалко и от того особенно обидно.

- Ты нарушила мои указания. Не в первый раз, хочу напомнить. У меня возникает большое желание отстранить тебя от занятий навсегда. Уходи, пока я не сделал этого в действительности.

- Хорошо, - выплюнула я и, подхватив сумку, удалилась с гордо поднятой головой и выпрямленной спиной, провожаемая сочувственными взглядами сокурсников и злорадным – не сомневаюсь! – Дариэны.

Во мне кипела уязвленная гордость. И ничего я не нарушила, с места не сдвигалась, щит держала наготове. И придумала, как уничтожить шар без вреда для окружающих, в том числе и себя, и Алена, и Дариэны. Так почему Ален выгнал меня с урока? И остальные парни тоже хороши, могли бы и заступиться. Так нет же, просто смотрели, как вершится несправедливость. Вот она, пресловутая мужская солидарность!

В таком обиженном на весь мир настроении я заявилась к себе в комнату.

- Ты что-то рано, - удивилась Кесси. – Что-то стряслось?

- Меня с урока выставили, как напроказничавшую первокурсницу, - буркнула я, бросая сумку в угол, и плюхнулась на кровать.

- А почему? – заинтересовалась подруга.

- За нарушение указаний учителя. – Я поджала колени к подбородку и положила на них голову. Возмущение постепенно перерастало в жгучую обиду. Почему он так со мной? Почему наорал и выгнал вместо того, чтобы похвалить за находчивость?

- Выкладывай, - потребовала Кесси, садясь рядом.

- Не хочу, - пробурчала я, украдкой вытирая скатившуюся из глаза слезу.

- Давай-давай, - толкнула меня Кесси. – Не могу даже представить себе, какое указание Алена ты нарушила так, что он удалил тебя с урока.

- Магистра Алена, - обиженно поправила я.

- Хорошо, Магистра. Давай, с самого начала. Я жду.

Кесси вытянула из меня всю историю, слово за словом, подробность за подробностью.

- И он наорал на меня, прямо на глазах у парней и Дариэны, - заключила я. – И выгнал, пригрозив, что совсем исключит меня из списков некромантов.

- А ты этого не хочешь? – прищурилась подруга.

- Нет, - замотала я головой.

- Но там же в перспективе тесное общение с зомби и ходячими трупами, - напомнила Кесси. – Тебе же не нравится это.

- Ну и что? – упрямо заявила я. – Теперь нравится.

- Зомби или Магистр Ален? – хитро усмехнулась подруга.

- А тебе так нужен ответ? – тяжело вздохнула я. Кесси кивнула, не сводя с меня выжидательного взгляда. – Ну, хорошо. И то, и другое. Некромантия как область магии оказалась весьма интересным предметом. А Магистр Ален… - я опять вздохнула. Почти всхлипнула, но вовремя загнала слезы назад. – Да, он мне нравится, ты сама знаешь. Как и практически всем девицам старше одиннадцати лет в Школе. Как и тебе.

- Но тебе он нравится совсем по-другому, - тихо заметила Кесси. – Я, по крайней мере, не встречаюсь с ним ежевечерне, как и остальные девицы старше одиннадцати лет.

- Да, - грустно согласилась я. – И мне казалось, что Ален ко мне тоже что-то такое чувствует… А теперь даже и не знаю…

- Элька? – удивленно сказала Кесси. – Ты что, совсем ничего не поняла? Будь ты ему безразлична, стал бы он так орать?

- Понятия не имею, - пожала плечами я. – А что?

- Да ничего, - в сердцах сказала Кесси. – Не веришь мне – спроси своего Магистра напрямую. Пусть он тебе сам объясняет. Это не мое дело, в конце концов.

Я задумалась. Слов нет, объяснение, предложенное Кесси, несказанно грело душу, но напрашивалось более банальное – на уроке возникла нештатная ситуация, грозившая травмой одному из адептов, и Магистр справедливо удалил источник возможных неприятностей. Мог бы и Лиса, кстати, выгнать, если уж на то пошло.

- Не знаю, Кесси, - наконец ответила я. – Может, и правда спрошу Магистра. Если он вообще придет, конечно.

- Спроси, спроси, - кивнула подруга. – Будем надеяться, что тогда у тебя пропадет это скорбное выражение лица.

- А оно скорбное? – Я посмотрела в зеркало. – Вроде обычное.

Кесси только тихонько хмыкнула.

Магистр Ален вечером пришел. Мало того, он не прислонялся, как обычно, к дереву, поглаживая мантикору, а нервно расхаживал туда-сюда. Правда, вечер выдался холодным. Может, он просто хотел согреться?

- Магистр Ален, - церемонно поздоровалась я, проходя мимо него к миске с мясом.

- Элька. – Он поймал меня за руку и развернул к себе лицом. Темные тучи, весь день закрывавшие небо, вдруг раздались в стороны, выпуская на волю лунный лик, освещавший землю немногим хуже, чем его собрат – солнце.

- Элиара, - поправила я. – Кажется, вы, Магистр Ален, так меня назвали.

Все было бы хорошо, только вот в моем голосе слишком явственно прозвучала уязвленная гордость.

- Ты обиделась, - утвердительно произнес Ален, беря меня за вторую руку и привлекая к себе.

- Нет, - соврала я, упорно не желая встречаться с ним глазами.

- Ты обиделась, - еще раз повторил он. – Элька, посмотри на меня.

- Ты наорал на меня.

Я изо всех сил старалась вести себя не как надутая маленькая девочка. Холодный разум твердил, что я – взрослая, уверенная в себе девушка, которая просто обязана с достоинством переносить неприязненное отношение учителя. Тело, привычно отреагировавшее на присутствие Алена и прикосновение его рук, орало, что мне следует немедленно все забыть, поверить Кесси и уяснить, наконец – я, как минимум, небезразлична Алену. А как максимум…

- Я испугался, Элька, - повторил он и внезапно обнял меня, привлекая к себе.

Совру, если скажу, что начала усиленно сопротивляться и вырываться из его рук. Наоборот, я приникла к Алену, опустив голову ему на плечо.

- Элька, ты и зомби можешь довести до инфаркта, - шептал Ален мне на ухо. – Я чуть с ума не сошел, когда увидел, что ты двигаешься. Было же сказано – замереть на месте и не дергаться.

- Ты сказал – не двигаться, я и не сходила с места, - возразила я.

- Ess’ kaern реагирует на любое движение. Почему, почему ты обернулась?

Я не стала отвечать. Как-то неловко было разъяснять Алену, что мне неприятно было смотреть на Дариэну, повисшую на нем. Вместо этого я уткнулась носом в мягкую кожу куртки, ощущая, как Ален сильнее прижал меня к себе, и постаралась перевести тему.

- Эсс’ каэрн? Это так называется тот фиолетовый шар? А откуда он взялся, ты знаешь?

- Любопытная, как всегда, - усмехнулся Ален. – По порядку. Да, это шар называется Ess’ kaern. Создал его Лис, если не ошибаюсь. Я не зря несколько раз повторял вам порядок действий при кастовании заклинания.

- А я думала, для меня, - вслух заметила я.

- И для тебя тоже. Но в первую очередь – для Лиса. У парня есть талант, но он редко дослушивает инструкции до конца, и еще реже – следует им.

- Да, с ним бывает, - согласилась я. Мои руки как-то сами собой легли на плечи Алена. Так стоять было значительно приятнее.

- Так вот, Лис, как и ты в свое время, перепутал слова, и вместо ледяной звезды - Narriest kellar создал Ess’ kaern, произнеся Tarriess tellan.

- А почему он вначале был зеленым, а потом стал фиолетовым?

- Потому что Лису не хватило энергии. А я отвлекся и не заметил, как вы подпитали Ess’ kaern. Что вы сделали?

- Сеть бросили, - призналась я.

Ален длинно и нечленораздельно выругался.

- Так и знал, что нельзя было учить вас этому заклинанию, - высказался он, немного остыв. – Сеть хорошо действует, так сказать, на материальные объекты – людей, нежить, троллей и так далее. Но энергетические объекты она только подпитывает. Что и получилось в вашем случае.

- А мы еще две сети на него накинули, - созналась я.

- Тем более. Ess’ kaern получил дополнительную энергию и перешел в другую фазу.

- А еще фазы есть?

- Тебе этой мало? – усмехнулся Ален. – Не знаю. И, думаю, мало кто захочет проверить. Слишком опасное это мероприятие.

Я вспомнила летящий ко мне Ess’ kaern и содрогнулась.

- А как их тогда уничтожить? Щит, кстати, сработал бы?

- Сработал, - неохотно сказал Ален. – Он остановил бы шар, но тот при столкновении взорвался бы, как, собственно, и произошло. И не могу сказать, что стало бы с тобой после этого…

Ален замолчал. Я обработала информацию. Мне стало страшно. Только теперь я поняла, что нельзя шутить со смертельными заклинаниями.

- Я не знала, - прошептала я. – Я думала, ничего страшного не произойдет.

- Я должен был как-то яснее показать вам, - с горечью сказал Ален. – Но посчитал, что наглядной агитации вполне достаточно.

- Ее и было достаточно, - убежденно сказала я. – Просто…

- Ты пытаешься меня убедить, что в произошедшем нет моей вины? Не надо, Элька. Я прекрасно понимаю, что обязан был следить за вами, а не отвлекаться на посторонних.

Я постаралась сменить тему.

- А как уничтожают Ess’ kaern? Ты так и не сказал.

- В твоей ситуации и с твоими знаниями – именно так, как ты сделала. Это единственный выход.

Я почувствовала легкий укол гордости, что, все-таки, поступила правильно.

- А ты как бы поступил?

- Разрядил. Но для этого надо уметь работать с потоками энергии, а ты только учишься этому.

У меня в который раз промелькнула мысль, что Ален копается в моей голове, несмотря на все блоки, как хочет, поскольку я только что подумала – смогу ли я так же разрядить шар? Но решила пока оставить эту проблему в стороне. Сейчас мне совершенно не хотелось заниматься ею, еще успею.

- Так я молодец? – хитро поинтересовалась я.

- Да, - шепнул Ален. – Ты просто умница.

- И ты не выгонишь меня со спецкурса?

- А тебе так нравится заниматься некромантией? – ушел от ответа Ален.

- Да, - не стала я кривить душой. А причины этого тебе знать не обязательно.

- Нет, не выгоню, - со вздохом произнес Ален. – Это была, скорее, невыполнимая угроза. И дело не только в том, что тебе хорошо дается некромантия, не только в том, что мне нравится… учить тебя, но и…

Он замолчал.

- И? – поторопила я.

- А, ладно, все равно скоро узнаете. Эта… как ее… девушка, которая меня отвлекла, - со злостью произнес он, - принесла сообщение из Ковена. Вам сокращают курс обучения. Полевая практика начнется в выстудне [12]вместо конца соковика [13]. Страна нуждается в квалифицированных специалистах, - с горечью сказал Ален. – Так что я не могу выгнать тебя, даже если бы хотел этого.

- Мда… - только и смогла сказать я.

- Что? Страшно? – Ален поднял мой подбородок и заглянул в глаза.

- Нет, - честно призналась я. – С тобой мне ничего не страшно.

- А зря, - прокомментировал Ален. – Как раз со мной… - Он не договорил.

- Элька, пообещай мне одну вещь.

- Какую? – поспешила уточнить я, прежде чем давать опрометчивый обет.

- Пообещай мне всегда четко выполнять приказы.

- Я постараюсь, - не стала я давать окончательного ответа.

- Спасибо и на этом, - вздохнул Ален, проводя пальцами по моим вискам. – Ell koriestenn, tiell sienn dieriestenn.

- И ты мне, конечно, не скажешь, что это означает? – разочарованно сказала я.

- А тебе так хочется это знать?

- Конечно! – даже возмутилась я. – Ты разговариваешь со мной на незнакомом языке и отказываешься сообщить, что это означает! Тут кто угодно умрет от любопытства!

- Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится, karriellie, - тихо, очень тихо, почти неслышно произнес Ален.

Но я расслышала.

Кесси встретила меня вопросом?

- Ну и как? Спросила?

- Ты была права, - коротко сообщила я. – И еще. Мне нужно красивое платье. Чтобы все аспирантки поумирали от зависти!

Глава 12

Последние дни только укрепили мое желание обзавестись красивым платьем. Ален больше даже не заикался о моем возможном исключении со спецкурса. Я, в свою очередь, честно пыталась выполнить свое обещание и послушно следовала всем получаемым инструкциям, как и Лис, впрочем. Он получил точно такое же внушение, как и я, с той же самой угрозой, и точно так же не горел желанием покинуть ряды будущих некромантов. Надеюсь, впрочем, что по иной, нежели я, причине.

С моей причиной я продолжала встречаться ежевечерне. Однако продолжительность этих встреч пришлось вынужденно сократить.

Во-первых, преподаватели, узнав о сокращении срока нашего обучения на полгода, старались вложить в наши и так распухшие от знаний головы все, что только могли – и что мы обязаны были знать к окончанию школы. Соответственно увеличилось и количество домашних заданий, рефератов и прочих работ. Посему весь девятый курс факультета магов-практиков – травников и пифий, к их счастью, сие изменение не коснулось – ходил с покрасневшими от усталости и недосыпа глазами.

Второй причиной стала погода. Снег радовал нас лишь пару дней, после чего осень вспомнила, что до официального начала зимы еще больше двух недель, и вновь взяла управление погодой в свои руки. В результате, вместо симпатичного снежного покрывала на земле вновь появились лужи и мокрая грязь, влажно поблескивающие в лунном (как правило, поскольку весь день я проводила в помещении за учебой) свете. Это в те редкие моменты, когда луна появлялась на небе. Обычно же, оно было плотно закрыто темными тучами, из которых то и дело начинал сыпаться мелкий противный дождь. Ко всему этому великолепию добавлялся ледяной ветер, при долгом пребывании на улице пробирающийся под любую куртку.

Стоять, обнявшись, под деревом и обсуждать последние школьные сплетни или слушать, как Ален нашептывает мне на ушко всякие милые глупости (по крайней мере, мне казалось, что это именно глупости, поскольку шептал он их на элеандаре, а перевода добиться от него мне не удавалось), было, конечно, просто замечательно, но ровно до тех пор, пока руки не превращались в ледышки, не согреваемые ничем. Ален безошибочно чувствовал, когда я начинала дрожать от холода, и немедленно уводил меня домой. Ко мне домой, не к себе. До стадии веселых посиделок в его комнате мы еще не дошли, а к нам он заходить не хотел, отговариваясь, что два идеальных мужчины в одной девичьей комнате – это перебор, и одного вполне достаточно. Идти же к нему я не то чтобы не хотела… просто отдавала себе отчет - после того, как мы поняли, что, мягко говоря, небезразличны друг другу, остаться наедине в комнате с Аленом означало бы переход на новую стадию отношений. А я к ней еще не была готова. Или просто боялась, или, что более вероятно, не хотела торопиться и пока, что называется, пользовалась случаем, вытаскивая из Алена разные интересующие меня подробности вроде чтения мыслей через выставленный блок, перевода мелодичных фраз элеандара или подробностей жизни некроманта. Последним Ален делился, пусть и не очень охотно, второе отказывался сообщать наотрез, а с первым посылал в библиотеку. Или к магистру Рейфу.

Я не оставляла своих попыток, но тайная надежда на сочетание потрясающего платья и неземной красоты в моем лице продолжала теплиться у меня в сердце. Посему, получив стипендию, мы с Кесси немедленно отправились в Вийск с твердым намерением обзавестись приличными нарядами. После подсчета скромных сбережений стало ясно, что, при должном умеренном расходовании средств, до следующей стипендии должно хватить.

Самой большой проблемой представлялось не количество денег в наших кошельках, а то, что единственная лавка в городе, торгующая приличной одеждой, принадлежала небезызвестному Тимахе. Обычные рубашки, брюки и прочие необходимые в жизни вещи частично выдавались школой, а частично покупались на ярмарках и в мелких лавчонках. За, так сказать, из ряда вон выходящим одеянием приходилось идти на поклон к Тимахе. Причем в прямом смысле. Лавочник, осознавая уникальность собственной лавки, покупателей не облизывал и относился к ним снисходительно и слегка по-хамски – больше-то идти им некуда!

Все попытки открыть конкурирующую лавку, насколько мы знали, оканчивались провалом и разорением. В этом по слухам был замешан городской голова, имевший долю в лавке Тимахи. Нас это не сильно волновало, поскольку магам-практикам редко требовался эксклюзивный наряд.

Так как выбора особого не было, предчувствие не очень приятного общения с Тимахой наполняло наши души унынием и тоской. Запасным вариантом было сшить платья на заказ у портного, но это требовало больших затрат как по времени, так, возможно, и денежных. Адрес портного Кесси на всякий случай у пифий узнала, учитывая приближающийся солнцеворот.

Как выяснилось, к лавочнику можно было не ходить совсем. Не успели мы зайти на порог, с интересом оглядываясь, как вышеупомянутый господин выскочил из подсобки, затряс козлиной бородкой и завизжал пронзительным фальцетом:

- Как смели вы, мракобесье племя. Явиться в дом приличного богомольца! Вон! Вон, богомерзкие создания! Вон, пока я не позвал дайна и не сжег вас, как полагается поступать с отвратительными ведьмами!

Мы сочли за лучшее удалиться. Отойдя на два дома ниже по улице, Кесси обиженно заметила:

- Может, мы и ведьмы, но никак не отвратительные, а вполне себе симпатичные.

Я согласилась. Надо сильно покривить против истины, чтобы назвать хорошенькую брюнетку Кесси и меня, рыженькую полуэльфийку, страшными ведьмами.

У портного нас ожидал совсем другой прием. Точнее, приема не было никакого. Мастерская была пуста, на наш стук и робкий возглас «Эй, здесь есть кто-нибудь?» никто не ответил.

- Давай пока просто посмотрим, - предложила Кесси, подходя к куче разных отрезов, сваленных беспорядочной грудой на полу. – Смотри, вот этот симпатичный, правда? – Она вытащила за уголок зеленоватую материю.

- Слушай, тебе не кажется, что все это странно? – Я со все возрастающим напряжением осматривала мастерскую.

- Что именно? – заинтересовалась Кесси. – Ну, за исключением того, что ткани свалены в кучу и явно испачканы, а не лежат, аккуратно сложенные, как принято. Или нам дали адрес плохого портного? Как думаешь?

- Да нет, с чего бы? – рассеянно ответила я, подмечая все новые странности. – Вот смотри, по полу разбросаны булавки.

- Ну и что, это часто бывает? – возразила Кесси.

- Но не в таком же количестве? Здесь же, посмотри, весь пол усыпан. И нитки перепутаны. – Я показала на корзинку с катушками. – Их теперь только выбросить, даже мракобес не разберет. Хозяина нет. Нет, здесь что-то происходит…

Из задней части дома послышался сначала вскрик, а затем громкая ругань.

- Вам помощь не нужна? – поинтересовалась я.

В дверном проеме показался хозяин – грузный лысоватый мужчина.

- Кого там еще гхыр принес? – неприветливо высказался он, но, увидев нас, сменил гнев на милость.

- О, простите меня, милые дамы. Извольте извинить. Тут, видите ли, неприятность приключилась. Чем могу служить?

- Нам бы платья, - начала Кесси. Я перебила ее.

- А что за неприятность?

- Да зачем вам… - махнул рукой хозяин. – Хотя…

Он, прихрамывая, подошел поближе, вглядываясь в наши знаки адептов Школы Магов, приколотые на воротник. – Простите, госпожи ведьмы, сразу не признал. Вы не травницы случаем будете?

- Нет, к сожалению, - разочаровала его я. – Но вы расскажите, что случилось, кто знает, вдруг мы сможем помочь?

- Да мракобес здесь завелся, гхыр его побери, - со злостью выплюнул хозяин. – Пакостит, паршивец. Гадит. Житья от него не стало. Вчера вон что удумал – иголки в лавку повтыкал. Я утром не посмотрел, ну и сел, так сказать, задом. И теперь он, простите, в мелкую дырочку. Сколько-то иголок я смог вытащить, а часть внутри остались. Не знаю, как их и достать…

Кесси еле сдерживала смех, слушая историю незадачливого портного. Мне же смешно не было.

- Я могу помочь. Только потерпеть немного придется. И, может, уйдем внутрь, мало ли кто зайдет? – предложила я.

- Конечно, конечно, - засуетился хозяин. – Проходите, госпожа ведьма. Как вас величать-то?

- Элька, - представилась я.

- Ну, а меня Саватием кличут. А вы, госпожа ведьма, тоже пойдете? – вопросительно посмотрел хозяин на Кесси. Та отказалась.

- Вам и одной Эльки хватит. Я тут уберусь немного пока. – Подруга вытянула понравившуюся ей ткань, аккуратно складывая ее.

Саватий проводил меня в крохотную комнатушку, служившую, очевидно, рабочим помещением.

- Стойте и не шевелитесь, - попросила я хозяина, присаживаясь на корточки позади него. – Штаны, хм… приспустите, чтобы иголки в них не провалились. Я быстро.

Саватий крякнул, но распустил пояс штанов, оголяя пострадавшую часть тела.

Процедура была ясна – прочитать притягивающее заклинание, чтобы убрать застрявшие иголки, наложить обезболивающее заклятие и в заключение смазать бальзамом Алена, который я беззастенчиво выклянчила у него и с тех пор таскала в своей сумке.

Вся процедура заняла не больше пяти минут. По ее окончании багровый от смущения Саватий завязал штаны и полным благодарности голосом промямлил:

- Не знаю, как вам и отплатить, госпожа ведьма. Ведь, извольте видеть, даже работать не мог, так иголки гхыровы мешали.

- Если болеть будет к вечеру – приложите компресс из настойки целебы, - посоветовала я. – И внутрь немного примите, тоже полезно. А платить нам не надо, вы лучше платья сшейте со скидкой.

- Конечно, конечно, госпожа Элька, - засуетился Саватий. И внезапно остановился, растерянно почесав в затылке. – Только… Госпожа ведьма, вы уж извините, быстро не получится. Сами видите, мракобес этот всю работу портит. И убирать под замок бесполезно, все равно просочится и вытащит. Может, вы заговорить дом от бесов сможете? А я вам такое платье сошью, любая придворная дама обзавидуется … - с надеждой воззрился он на меня.

- Заговорить можно, - задумчиво сказала я. – Только пакостник уже в доме. Сначала его поймать надо, а потом уже заговорить. Давно он появился?

- Пару недель, может, больше, - вслух размышлял Саватий. – У нас просто нашествие нечисти. Все соседи жалуются. Житья от них нет, - в сердцах повторил он.

- Тогда договорились, - кивнула я. – Мне потребуется кудель непряденого льна. В мастерской никого на ночь не остается, я правильно понимаю?

- Никого, - кивнул Саватий. – На закате, как, сталбыть, солнце сядет, я из дома ухожу.

Я прикинула. До заката оставалось часа три. Можно будет перекусить в ближайшем трактире и обговорить с Саватием заказ.

- Хорошо. А скидку сделаете? – поинтересовалась я. Саватий чуть было в ноги не кинулся. Договорились мы на том, что платья он сошьет бесплатно, взяв только стоимость ткани.

В лавке меня ждала Кесси, заканчивающая разбирать груду сваленных отрезов. На стол были отложены два куска – зеленовато-голубой и серебристый.

- Посмотри, - сказала она мне. – Как тебе?

Я приложила к себе серебристую ткань и взглянула в зеркало. Красиво, но как-то не то.

- Нет, - возразила Кесси. – Это мне. Тебе другая.

Я снова повернулась к зеркалу, прикладывая к себе зеленоватую материю. Кесси была права. Цвет подчеркнул мои глаза, сделав их более зелеными, рыжие волосы красиво контрастировали с голубым оттенком.

- Да, это то, что надо, - удовлетворенно подтвердила Кесси. Вышедший из подсобки хозяин, несший в руках непряденую кудель, тоже одобрил выбор.

- Прекрасно, госпожа Элька. Вот кудель. Что-нибудь еще требуется?

- Свечу. Лучше парочку. И все.

Подробно обсудив, какие платья могут получиться из выбранных нами тканей, мы с Кесси отбыли обедать. Я пообещала вернуться на закате.

- А зачем? – поинтересовалась Кесси на улице. – Вроде все, что можно, обсудили.

- Запутник у него завелся, - пояснила я. – Дело простое. Я его поймаю, а нам за это скидку сделают. Мы оплатим только ткань, работа бесплатно.

- Да? – удивленно обрадовалась Кесси. – А я-то думала, что это он про оплату молчит? Тогда хорошо. Ой, слушай, - вдруг остановилась она. – А я не смогу с тобой пойти. Кыс, сама понимаешь.

- Не надо. Я сама справлюсь, - отказалась я. – Запутник – не такое страшилище, чтобы на него вдвоем ходить.

- Это точно, - согласилась Кесси.

Запутником называли мелкого домового бесенка за их страстную любовь к ниткам и тряпкам. Чем больше будет тряпья – тем лучше. И, соответственно, чаще всего запутники заводились у портных. К счастью поймать шкодливое создание было проще простого – они не могли пройти мимо непряденой кудели, тут же радостно кидаясь вытаскивать из нее волоконца и сплетать их вместе. В общем, непыльная работенка. Только смущала меня одна деталь… Иголки, воткнутые в лавку…

На закате я была у Саватия. Кесси отбыла домой, оставив взамен себя твердое обещание передать Алену, если он случайно с ней встретится, где я и что со мной. У меня были подозрения, что Магистр может пойти искать меня, не застав на обычном месте в обычное время. Но возможность подзаработать была слишком хороша, чтобы ее упускать.

Саватий с моей помощью убрал нитки и ткани под замок и отбыл. Я запоздало спохватилась.

- Да, Саватий, не сидеть же мне в мастерской до утра?

- Вот ключ. – Хозяин передал мне железную штуковину. - У меня запасной есть, а вам все равно через пару дней на примерку приходить, вот тогда и вернете.

- Не боитесь? - удивилась я. Саватий только хохотнул.

- А что мне бояться? Уж если ведьме что потребуется в моей лавчонке, то ее никакой замок не остановит. А вам, госпожа ведьма, платье больше требуется, чем пара катушек. Тимаха-то вас на порог не пускает.

Я смутилась.

- Вы правы, не пускает…

- Дак и я про что. Счастливо оставаться, госпожа ведьма. Удачи вам.

- К гхыру, - пожелала я и осталась одна.

Подготовки, собственно, никакой не требовалось. Я бросила кудель в центре пола, поставила на стол две свечи и устроилась в уголке, набросив заклинание невидимости.

Ждать пришлось долго. От скуки я повторяла про себя даты по истории магии, зачет по которым ожидался на следующей неделе. Потом мне наскучило это занятие, и я представила себе, какое должно получиться платье. Хорошо, что выбранные ткани не попали в шкодливые лапки запутника. Кесси говорила, что некоторые отрезы можно было посчитать кружевом – столько там было мелких дырочек. Странно, кстати, что мелкая нечисть так оживилась. Обычно они пакостят, конечно, но не злобно. Как правило, их можно угомонить тарелкой каши или молока. А Саватий говорил, что ничего не помогало, ни ему, ни соседям…

Шорох насторожил меня. Я бросила взгляд на кудель. Прошептав заклинание ночного зрения, я замерла – запутник был не один, а с компанией.

Минимум три крохотных человекообразных существа со встрепанной длинной шерсткой на голове копошились в кудели, блаженно попискивая при этом.

Теперь стало понятно, почему столько разрушений. Запутники в стае не поддаются на уговоры. Хотя встретить их вместе – большая редкость. Мелкие бесы не терпят общества друг друга и постоянно ссорятся. Вот и сейчас два существа не поделили привлекательное для обоих волокно и с визгом покатились по полу, оспаривая право владеть им.

Я быстро перебрала в памяти подходящие заклятия и с каким-то злорадным удовольствием поняла, что больше всего подходят заклинания некромантии.

- Kreann.

Существа, катившиеся по полу, застыли в параличе. Третье, восторженно копошившееся в кудели, встревоженно пискнуло. Тут его настигло второе заклинание. Мне осталось только собрать бесов в мешок.

Можно было, наверное, и уходить, но что-то подсказывало мне подождать. Я вновь затаилась в своем уголке, не забыв крепко завязать мешок, чтобы после прекращения действия заклинания паралича запутники не разбежались. Лови их еще после этого!

Я могла себя поздравить. Из меня явно получится хороший маг – практик. Интуиция не обманула. Чего она не подсказала – так это того, что на месте действия появится не безобидный запутник, а куда более опасное создание – жеркал. Сия нечисть была размером с откормленного кота, имела в наличии полный рот острых зубов и когти на длинных лапах, а еще обладала зачатками разума. Последних вполне хватало на задумку и исполнение мелких, а иногда и не очень пакостей. Теперь мне стало ясно, откуда взялись иголки, на которые сел незадачливый Саватий. Запутники в принципе не способны на такое. Им по силам рассыпать булавки, спутать нитки, но никак не воткнуть в дерево лавки несколько иголок остриями вверх.

Жеркал тем временем деловито протопал мимо валяющейся на полу кудели, не обратив на нее ни малейшего внимания, прямиком к закроечному столу и, пыхтя, взобрался на него, цепляясь когтями за ножку. Я очнулась от потрясения, вызванного моей так замечательно сработавшей интуицией, и первое, что пришло мне в голову – швырнуть пульсаром. Парализовывать жеркала не было ни малейшего желания. Кто знает, что придет ему в голову, когда действие заклинания закончится.

Пульсар точно попал в нечисть, но, к моему глубочайшему удивлению, особого вреда не нанес. Точнее, совсем не нанес, а только раздразнил беса до чрезвычайности. Он повернулся в моем направлении, смешно повел носом, вздыбил шерсть и зашипел, оскалив зубы. Видеть он меня не мог, а вот почувствовать, откуда исходит магия – вполне. Или по запаху определил. Издав тихое рычание, жеркал прыгнул.

Нас разделяло приличное расстояние, около семи аршин, но он смог преодолеть его одним прыжком, практически распластавшись в воздухе. Никто не рассказывал мне, что домашние бесы способны на такое, и в первую долю секунды я оторопела, глядя на летящее по воздуху создание. Потом пальцы сложились в заученную формулу «Серебряной сети», и жеркал рассыпался перед моим носом в кучку пыли. Сеть сработала, как и должна была на материальном объекте. Я выдохнула, поморщившись, когда унюхала противную вонь от жеркала.

После привычного щелчка пальцами зажглись свечи, и я с интересом осмотрела остатки жеркала. Хозяину придется завтра подмести. Только почему вот не сработал пульсар? Обычно он прекрасно действует на мелких бесов. Да и несвойственное поведение домовых сильно озадачивало меня. О чем-то таком говорил Ален. А, вот: «Если тебе вдруг покажется что-то странным – пожалуйста, сразу говори мне». Запутников и жеркала, несомненно, можно отнести к странным событиям, и я сделала себе мысленную заметку – завтра не забыть рассказать Алену о неожиданной активности нечисти в Вийске.

Подождав еще с полчаса для верности, хотя на сей раз интуиция предупреждала меня – больше никого не будет, я добросовестно зачаровала дверь, окна и подпол от непрошеных гостей. Чары должны продержаться пару месяцев, а там можно будет намекнуть Саватию об их обновлении. Подработка по специальности лишней не будет.

Паралич с запутников уже сошел, и мешок, лежащий на полу, копошился и попискивал.

- Что же мне с вами делать? – вслух поинтересовалась я. Домовые, естественно, не ответили. – Ладно, выйду за реку – отпущу.

Запутники не могли перебраться через текущую воду, а уничтожать безобидных созданий рука не поднималась. Особого вреда они не приносили.

Запирая дверь одной рукой, второй я придерживала шевелящийся мешок и весело прикидывала, как буду объясняться со стражниками, буде таковые появятся и меня примут за воровку. Обошлось. Ни единой души – ни живой, ни мертвой - на улице не появилось. Окна окрестных домов темнели, не подсвечиваясь мерцающими огоньками свечей. Царила тишина, изредка нарушаемая сонной перебранкой собак. Возможно, где-то в трактирах еще продолжалась гулянка, но здесь, в жилом квартале, город казался вымершим. В трактиры, впрочем, я и не собиралась – усталость накатывала волнами, давали о себе знать позднее время – за полночь – и расход энергии на заклинания. Хотелось лечь, вытянуть ноги и провалиться в крепкий сон. В голове мелькнула мысль – не остаться ли переночевать здесь, в лавке портного, а утром уже уйти в Школу. Ну, пропущу первый урок – невелика потеря, Кесси прикроет. Мысль была невероятно привлекательной, и я даже уже потянулась за ключом, но меня остановило шевеление запутников. Если оставить их до утра – разбегутся. Вон, мешок уже подозрительно потрескивает. А оставлять их в этом квартале – нехорошо.

Вздохнув, я покрепче перехватила трепыхающийся мешок и быстрым шагом направилась к выходу из города. Отнеся запутников за реку, возвращаться будет уже бессмысленно. С тем же успехом можно идти в Школу. А ночевать у себя значительно приятнее, чем на голой лавке у портного.

Мирная прогулка по ночному городу должного успокоения не приносила. Я постаралась вспомнить: когда я в последний раз возвращалась поздно в Школу, были ли эта неприятная дрожь в теле и напряжение? Вывод был следующим – не помню. Прошло уже больше месяца, и было это в тесной компании сокурсников. Если не считать того случая, когда мы с Аленом ходили за волынкой. Но тогда я не чувствовала ничего, кроме ощущений, связанных с Магистром…

Сейчас же я была абсолютно одна. Редкие фонари не рассеивали темноту поздне-осенней новолунной ночи, к которой еще и добавилось плотно укутанное облаками небо. Стук каблуков моих сапог по мостовой эхом отдавался от, казалось, пустых домов. Прислушавшись, я отчетливо различила шорохи, писки, звон сброшенной на пол кружки и треск рвущейся материи. Нечисть действительно разыгралась в Вийске. Куда, интересно, смотрит местный маг? Если не справляется сам, то под боком целая Школа будущих магов. И Орден, раз уж он взял на себя благородную задачу - бороться с темными сущностями?

Запутники в мешке за спиной услышали соплеменников и закопошились шустрее. Я ускорила шаг.

Заклинание ночного видения в центре города можно было снять – здесь уличное освещение было не в пример лучше. И возобновлять я его не спешила – энергию оно вытягивало, а после борьбы с домовыми и тщательного зачаровывания энергозапас был, прямо скажем, не полон. Буквально пролетев мимо здания, в котором жизнь шла полным ходом – трактира – только приставаний подвыпивших посетителей мне сейчас и не хватало – я пересекла мост через Витир и свернула направо, подсвечивая себе пульсаром.

- Ну, выходите. – Я развязала держащийся на последнем издыхании мешок и выпустила взъерошенных домовых. – И не попадайтесь мне больше на глаза!

Существа настороженно покосились на меня и порскнули в ближайшие кусты. Я запоздало вспомнила, что поблизости стоит лавка Тимахи.

- Ну и гхыр с ним. Заведутся запутники – пусть попробует выгнать их с помощью дайна, - рассудила я и заторопилась дальше.

Пустынная дорога до школы отчего-то не навевала на меня такого неосознанного страха, как уснувший город. Возможно, потому, что я уже слишком устала и хотела спать, чтобы бояться. Возможно, потому, что мысли переместились от домовых к Алену. Ему обязательно надо рассказать о произошедшем. Прямо сейчас, конечно, не стоит, он уже наверняка спит, и я к нему не пойду, а вот завтра… то есть сегодня вечером самое удачное время. И, кстати, разговор будет длинный, он ведь захочет узнать все подробности, а на улице стоять холодно… Может, нам переместиться в более удобную, а, главное, теплую обстановку? Если не в комнату Алена, так хотя бы в мою. Кесси все равно вытянет из меня все подробности ночной охоты. Но без нее, разумеется, будет значительно комфортнее. Я представила себе руку Алена, лежащую на моем плече, и мне немедленно захотелось уткнуться носом в его грудь, потереться щекой о кожу куртки…

А это что такое, интересно?

В ненавязчивый шум ночных звуков, доносившихся из Чернолесья, ворвался новый - скрежет, громкое потрескивание и шорох, словно кто-то продирался сквозь кустарник на обочине. Через несколько секунд я даже увидела, кто это.

Примерно в сотне аршин от меня на дорогу вылезло… гхырище. Другого названия мне в голову не пришло, а на уроках неестествознания мы такого не изучали, я голову могла дать на отсечение. Длинное тело, закованное в хитиновый панцирь, многочисленные тоненькие ножки, противно шевелящиеся по бокам, две огромные клешни спереди, фасетчатые глаза, в которых отражался призрачный свет пульсара, и весьма неприятные на вид жвалы. К этому стоит добавить, что располагались эти жвалы на уровне моей головы.

Я остановилась, соображая, как лучше обойти сие создание. Слева располагался кустарник, из которого, собственно, оно вылезло, и ломиться в них не хотелось – кто знает, сколько подобных монстров там еще сидит? Справа – поле, но отгороженное от дороги гигантской лужей, на вид глубокой. Но, похоже, выбора у меня не было, и придется измерить ее собственноножно. Лезть напролом на гхырище мог только последний хмрынь, а я себя к таковым не относила. Атаковать тоже не имело смысла. Гхырище вело себя прилично, в провожающие не навязывалось, и вообще, может, оно просто совершает моцион? Так зачем его злить?

И я смело шагнула вправо, звонко чавкнув вязкой грязью в луже. Гхырище посмотрело в мою сторону, натолкнувшись на пульсар, оказавшийся перед его мордой. Щелчок жвал – и пульсар исчез. Мы с гхырищем оказались в кромешной тьме. Я поспешно засветила еще один, маленький, пульсарчик, и скороговоркой прочитала заклинание ночного видения. Тянет оно энергию, не тянет – уже неважно. Мне сильно не нравились шуршание и потрескивание, раздававшиеся со стороны гхырища.

- Крепт эшш мараалл, - потрясенно сообщила я гхырищу. Оно времени даром не теряло, сильно сократив расстояние между нами. Первое, о чем я подумала – удрать. Знакомиться с гхырищем поближе не хотелось, а сил на атаку маловато. Быстро монстр вряд ли умеет перемещаться, и догнать молодую девицу в расцвете сил, пусть и усталую, он не сможет. Все шансы избежать дружеской встречи у меня были. Оставалась одна загвоздка. Инстинктивно дернувшись назад, я рухнула на колени – ноги успели завязнуть в грязи по щиколотку, и выдергиванию не поддавались. Пришлось принимать бой.

Пульсар, как я понимала, не спасет, раз гхырище проглотило его, не поморщившись. Что еще может остановить насекомое размером с крупного медведя? Огонь?

Пальцы сложились в заученную фигуру. Резкое движение рукой, выдохнутое «Riell», и… ничего. Огневой шар прошел по гхырищу, не причинив ему вреда, зато поджег сухие ветки за ним. Прекрасно, значит, я все-таки не разучилась кастовать заклятия, а то, судя по последним событиям, так вполне можно было подумать. Но надо было срочно что-то предпринимать. Тем более что огонь гхырищу не понравился. Оно подняло голову и прицельно выпустило из жвал струйку жидкости.

Я смогла увернуться, но эта гадость задела правую руку, которую немедленно обожгло, как огнем.

От досады на себя я бросила парализующее заклинание. Мне бы хоть на пять минут остановить это чудовище, а там или убежать, или придумать, что с ним делать…

Гхыр. Вот гхыр, и все. Хитиновый монстр неумолимо приближался, с каждой секундой сокращая расстояние. Оставались считанные аршины, я отчетливо слышала пощелкивание жвал.

Можно было, конечно, надеяться, что гхырище спокойненько проползет себе мимо, но почему-то мне казалось это маловероятным. Резкая боль в руке, распространившаяся к запястью и поднимающаяся к локтю, только подтверждала это мнение.

В моем арсенале хранилось еще довольно много боевых заклинаний, я не просто просиживала штаны на уроках, только вот в условиях истощающегося энергозапаса и надвигающегося на меня гхырища хотелось чего-то очень-очень эффективного. На еще одну попытку сил может и не хватить, а подпитываться из окружающей среды я пока не умела. И времени просто не было.

Я сосредоточилась, не позволяя шороху и потрескиваниям отвлечь себя.

- Это просто тренировка, - сказала я себе.

Комок энергии собрался в левой руке.

- Narriest kellar.

И я присела, закрывая руками лицо и голову, потому что ледяная звезда разметала гхырище в пыль. Я опять перестаралась и создала звезду большей мощности, нежели требовалось. Правда, в этом случае, может, и оправданно. Гхырище подползло совсем близко, и меня могло осыпать дождем из неаппетитных останков чудовища, а такое положение меня совсем не устраивало.

Я вытащила ослабевшие от пережитого ноги из грязи, использовав оставшиеся крохи энергии, затушила горящие ветки и потащилась к Школе. Энергозапас был истрачен полностью. В животе поселилось сосущая пустота, меня ощутимо подташнивало, голова кружилась, в руке ныло и дергало.

Заклинание ночного видения поддерживать было уже нечем, и шла я при свете крошечного пульсара, оставшегося после славной битвы с гхырищем. Встреться мне сейчас на дороге еще одно – и я просто легла бы на землю, приготовившись к смерти. И меч, про который столько говорил Ален, заставляя нас с Кесси тренироваться при полном одобрении Магистра Оррика, вряд ли помог бы сейчас мне. Левой рукой я не умею драться, а правой с трудом могла двигать.

К списку странностей добавилось еще одно. Дорога из Вийска в Школу всегда была безопасной, несмотря на наличие рядом Чернолесья. Мы – и не только мы – ходили по ней и днем, и ночью, и поодиночке, и в компании, и в любом состоянии – и трезвом, и пьяном. Нечисть, как правило, держалась поодаль от тех мест, где юные маги страстно жаждали применить свежеполученные знания. Тогда откуда взялось гхырище? Кто-то специально натравил его на меня? Но зачем? Я не считала себя мешающей кому-то настолько, чтобы желать моей смерти. Разве что Флоренна… Но для нее это перебор. Кроме того, никто не знал, в том числе и я сама, когда меня можно будет поджидать в этом месте.

Вывод напрашивался сам собой. Я просто оказалась не в том месте не в то время. А сошедшее с ума гхырище вышло погулять и наткнулось на меня. Если бы я не занималась охотой на домовых, то попросту – и радостно – бросила бы в него ледяную звезду с самого начала и пошла себе дальше. Так что все это – результат стечения обстоятельств. Но очень странный результат… Алену надо непременно рассказать об этом.

До Школы я добралась без дальнейших происшествий. Обычно мы возвращались после затянувшихся посиделок через забор, но сейчас мне было бы крайне тяжело это сделать. Наудачу я решила проверить – а вдруг ворота не заперты? Или зачарованы, но не очень сильно? Мне повезло и здесь. Приоткрыв тяжелую створку, я протиснулась внутрь. Восстанавливать чары не было сил. Мое состояние сейчас вполне можно было назвать бедственным. Голова кружилась так, что я с трудом стояла на ногах, шум в ней мог поспорить с визгом баньши, рука распухла и болела при малейшем движении. По-хорошему, мне полагалось повернуть налево, дойти до своего корпуса, прокрасться мимо похрапывающего сторожа, подняться на четвертый этаж и рухнуть в постель. Или сначала подпитаться энергией, чтобы залезть на этот самый этаж, и уже потом пойти спать.

Но я повернула направо, к учительскому корпусу, едва отдавая себе в этом отчет. В гудевшей голове билась одна-единственная мысль – Ален просил сразу же рассказать ему о странностях. А усталое тело напоминало, что на первый этаж забираться легче, чем на четвертый. Кроме того, Ален всегда подпитает меня энергией.

Магистр открыл почти сразу же. Он был без рубашки, но в штанах. И у меня сложилось впечатление, что Ален еще не ложился – постель не была разобрана. Мне очень захотелось лечь на нее…

- Что стряслось? – с порога встревоженно спросил он. Я смущенно улыбнулась, собирая последние силы.

- Ничего особенного. Ты просто просил сразу сообщать о странностях… А можно мне войти? Или здесь рассказать? – От усталости ноги не держали меня, и я оперлась на косяк, чтобы не рухнуть.

- Kriest arr terreinn, - прошипел сквозь зубы Ален и буквально за руку втащил меня в комнату.

- Если я не вовремя, так и скажи, нечего ругаться на неизвестном языке, - возмутилась я, практически падая к нему на грудь. – И я тогда пойду.

Ален приподнял мой подбородок и всмотрелся в мои глаза.

- Все в порядке, - коротко ответил он. – Энергозапас на нуле, я прав?

Говорить сил не было, и я просто кивнула.

- Сейчас.

Ален начал быстро снимать с меня куртку. Я невольно взвизгнула от боли в руке.

- Что такое? – еще сильнее встревожился он.

- Царапина, потом объясню, - пришлось сказать мне. Язык не слушался, губы еле шевелились, но Ален каким-то чудом понял меня. Дальше он раздевал меня осторожнее, оставив лишь в нижнем белье.

- Так, - прокомментировал он, разворачивая меня к себе спиной и прижимая к груди. – Просто стой и не шевелись.

Как будто я могла бы сейчас пошевелиться? Разве что только упасть, но Магистр крепко прижимал меня к себе.

- Tiell kestiell, - прошептал он. От его рук, груди, торса, к которому я прижималась, в мое усталое и измученное тело пошло тепло. Я, прикрыв глаза от усталости, впитывала его. Втекающая энергия заполняла собой сосущую пустоту, распространяясь по рукам, ногам, оставляя после себя неповторимое ощущение легкости и блаженства. Боль в руке, правда, не утихла, но стала как-то более переносимой, и шум в голове не пропал окончательно.

- Достаточно, - сообщил Ален, но из объятий меня не выпустил, поинтересовавшись: - Кого ты уничтожила?

- И почему сразу уничтожила? – слабо изумилась я. Ален поднял меня на руки, донес до кровати и устроился на ней вместе со мной.

- Элька, не валяй мгмыра, поздно уже. Ты являешься ко мне посреди ночи, с растраченным энергозапасом, бледная, усталая, поцарапанная и сообщаешь, что видела нечто странное. Что я должен думать?

- Логично, - согласилась я. – Гхырище.

- Что? – потрясенно переспросил Ален.

- Гхырище.

Я нагло, не стесняясь, выползла из рук Алена и легла на спину, наконец-то вытягивая ноги.

- Я не знаю, как его еще назвать, - тихо проговорила я, закрывая глаза. – Размером с медведя, длинное тело, тоненькие ножки, жвалы. На паралич не реагирует, пульсары поедает на завтрак. Огонь не причиняет вреда…

Мой голос становился все более тихим. Сознание медленно уползало. Я уплывала по солнечной дорожке к закату…

- Не спи! – вырвал меня из дремотного состояния командный голос. Я недовольно приоткрыла глаза, прошептав:

- Я же тебе все сказала… - Губы не слушались меня, язык заплетался. – Можно, я посплю…

- Нет, - приказал Ален. – Куда он попал? В руку?

- В руку. – Я даже не удивилась вопросу. Мне хотелось спать, спать, спать…

- Элька, - в жестком голосе Алена появились просительные нотки. – Не спи. Продержись пару минут. Пожалуйста.

Я краем сознания осознавала, что Ален слетел с кровати и лихорадочно копается в сумке. Мне хотелось выполнить его приказание и не заснуть, поэтому пыталась держать глаза открытыми, считая про себя…

- Один, два… десять… двадцать три…

Он просил продержаться всего две минуты…

- Семьдесят шесть… восемьдесят девять…

- Пей. – Ален опять сидел на кровати рядом со мной, приподнимая мне голову и поднося к губам стакан с чем-то. – Залпом, до конца. Быстро!

Я послушно попыталась приоткрыть непослушные губы и глотнула настой. Редкостная гадость, надо сказать! От одного глотка я закашлялась.

- Пей. Залпом. Esteirienn, karriellie…

Я, превозмогая боль и жжение в горле, через силу глотая противную жидкость, допила содержимое стакана.

- Умница, karriellie. – Ален приподнял меня и прижал к себе. – Лучше?

- Да. – К моему изумлению, губы слушались, а шум в голове если и не прошел окончательно, то, по крайней мере, дошел до приемлемого уровня. До меня начало доходить.

- Это был яд?

- Да. Мне очень интересно, где ты умудрилась встретить урела, но все вопросы позже. – Ален вытащил из-под нас покрывало и накрыл меня. – И твои – тоже, - предупредил он. – Закрывай глаза и расслабься. Я попробую что-нибудь сделать с твоей рукой.

Я скосила глаза на пострадавшую конечность и тут же отвела взгляд, узрев багровый рубец на бледной коже. Ален осторожно начал втирать в нее что-то.

- Так я правильно сделала, что пришла? – пожелала на всякий случай удостовериться я.

- Да. А теперь отдыхай. Все вопросы – утром.

Я послушно закрыла глаза. Руку щекотали прикосновения Алена, вместе с ними уходила ноющая боль. Тяжелая дремота завладевала мною…

- А спать уже можно? – сонно спросила я.

- Нужно, - раздался тихий шепот.

- Это хорошо.

Я не могла допустить, чтобы последнее слово осталось за ним, но уловила короткий смешок Магистра.

Речной берег с ослепительно белым песком, широкая водная гладь, солнечная дорожка на ней…Темноволосый и синеглазый мужчина рядом со мной…

- Arr lientall terriess, karriellie… Osienell ventelliess lestiell…

Глава 13

- Элька, хватит спать!

Я с трудом выбралась на поверхность сладкого сновидения и неохотно разлепила веки.

- Точно надо? Ведь выходной сегодня. Или у меня с памятью плохо?

- Все нормально у тебя с памятью, - сочувственно произнес Ален. – Нас Магистр Рейф ждет. И очень хотел видеть нас до обеда.

Магистр Рейф – это серьезно. Я вылезла из-под простыни, с тоской посмотрев на оставляемую кровать, и начала одеваться. Одежда лежала рядом на стуле, вычищенная и отглаженная.

- У меня было время заняться ею, - ответил Ален на незаданный мною вопрос.

- Да? – Я даже замерла с незастегнутой рубашкой в руках. Нехорошие подозрения стали овладевать мною. – А сколько сейчас времени?

- Около одиннадцати. Я дал тебе поспать столько, сколько мог.

- Спасибо, - искренне ответила я. И внезапно задумалась…

- Слушай, Ален… А где?.. – Я замялась, не зная, как спросить, не доставила ли я ему неудобств. Ввалилась в разгар ночи, разбудила – или, кажется, все-таки нет – рухнула в полном истощении чувств ему на грудь, после чего нагло вырубилась.

- Ночевал я? – поинтересовался Ален. Я кивнула. – Я спал рядом с тобой, всю ночь сжимая в объятиях хрупкое девичье тело. Тебя это смущает?

- Нет, - облегченно выдохнула я. – Даже радует. А то мне было неудобно думать, что я оставила тебя невыспавшимся.

- Можешь не переживать по этому поводу, - усмехнулся Магистр. – Давай, приводи себя в порядок и идем.

Пока я застегивала рубашку и пыталась причесать встрепанные волосы, достав расческу из сумки, мысли переключились на причину вызова к директору. И среди них была одна очень нехорошая…

- Ален, - робко спросила я. – Надеюсь, меня не собираются исключать?

- Нет, - как-то не очень уверенно произнес он. – Но по головке, боюсь, тоже не погладят. Адептам, как ты должна знать, не разрешается бродить по ночам за пределами Школы.

- А откуда он узнал? Опять провидцы? – поразилась я. Делать нечего этим Пифиям и Пророкам. Предсказывали бы себе концы света или там природные катаклизмы, так нет же, обращают внимание на личную жизнь адептов! Ален с трудом подавил ухмылку.

- Нет, к сожалению.

- Тогда ты, что ли? – неприятно поразилась я.

- Вообще-то должен был бы, это, как-никак, входит в мои обязанности, но нет. – Ален с интересом разглядывал, как я вернулась к расчесыванию вороньего гнезда на голове. Мое возмущение улеглось так же быстро, как и возникло, чтобы вновь появиться при его следующих словах. – Это твой любимый преподаватель.

- Флоренна. – Я не спрашивала, а утверждала. – А она откуда знает? – Ко мне внезапно пришла неожиданная мысль. Я четко помнила то, что происходило вчера до встречи с гхырищем, но вот после нее… Эти воспоминания были покрыты плотным, с трудом пробиваемым туманом. Перерасход сил не мог не сказаться. - Я случайно вчера не перепутала комнаты? Не ввалилась к ней вместо тебя? Если не ошибаюсь, она же по соседству живет?

- Не ошибаешься. И нет, к ней ты не ввалилась, выбрав для этого мое скромное обиталище. И была совершенно права, можешь не волноваться, - мягко сказал Ален.

- Да я и не волнуюсь, - буркнула я. – Тогда как она узнала?

- Насколько я понял, сия милая дама прогуливалась при луне и видела, как ты заползала в Ворота. Именно так Флоренна выразилась.

- Я не ползла! – вскипело во мне возмущение. – Я шла. Может, медленно, не спорю, но ногами. И не было там луны, новолуние и небо закрыто тучами.

- Но шаталась, - уточнил Ален. – Что навело Флоренну на мысль о не совсем, скажем так, трезвом состоянии.

- Это был перерасход энергии, - обиженно возразила я. Никогда еще не напивалась до свинского состояния и не планировала делать этого в дальнейшем.

- И действие яда, - напомнил Ален. – Я знаю, Элька. Только Флоренна, к сожалению, не знает.

- А кстати! – вдруг осенило меня. – Ворота были не заперты. Это, случайно, не Флоренна постаралась? Может, стоит поблагодарить ее?

- Поблагодарить можешь меня, - усмехнулся Ален. – Кесси поведала мне о твоих ночных подвигах, и я подозревал, что тебе будет тяжело лазить через забор. Правда, честно говоря, не ожидал твоего появления в столь поздний час в таком состоянии.

- Ну как же? – заявила я, откладывая расческу в сторону и завязывая волосы в хвостик. – Ты должен был надеяться и верить, что я соскучусь по твоему обществу и заскочу пожелать спокойной ночи.

- В следующий раз так и поступлю, - не моргнув глазом, отпарировал Ален. – Готова? Тогда пойдем.

- Ален, а где… - Закончить он мне не дал.

- Удобства в конце коридора. Я жду тебя на улице.

Магистр Рейф был мрачен и насуплен.

- Добрый день, Магистр, - вежливо поздоровалась я, заходя в кабинет. Директор бросил на меня взгляд, блеснув глазами из-под очков, и хмуро сказал:

- Добрый день. Садись, Элька, - и показал на огромное кресло в кабинете.

У меня отлегло от сердца. Несмотря на все заверения Алена, угроза отчисления висела надо мной и злорадно показывала раздвоенный язык. А раз меня назвали Элькой, а не Элиарой, то еще не все потеряно.

Я так грациозно, как могла, опустилась в глубокое кресло, подняв облачко пыли. Очевидно, до меня в сей шедевр мебелестроения мало кто садился. Все, как правило, предпочитали решать вопросы быстро, не затягивая увлекательный процесс общения с Магистром. Мне же, очевидно, предстояла длинная беседа. При этой мысли я тихо вздохнула. Ален примостился рядом на подоконнике. Я тихо позавидовала – мне гораздо спокойнее было бы сидеть там, чем в этом кресле, пусть и очень удобном.

- Рассказывай, - произнес Магистр Рейф, не сводя с меня тяжелого изучающего взгляда. Мне было совершенно ясно, что наши с Кесси похождения по лавкам мало интересуют вечно занятого директора и чуть менее загруженного Алена. Оставался вопрос – надо ли оповещать их о странном поведении домовых или они уже в курсе этого, и сообщить надо только об уреле.

- Магистр Рейф, что вы знаете об активности нечисти в Вийске? – уточнила я.

- Ничего не знаю, - удивился он.

- Тогда слушайте…

Я добросовестно, стараясь не упустить ни одной детали, поведала о запутниках, жеркале, добавила сведения, полученные от Саватия и присовокупила собственные наблюдения и ощущения от передвижения по ночному городу.

Магистр Рейф хмурился, постукивая пером по столу и изредка делая заметки. Алена я не видела, но по тому, как он сжимал мое плечо, можно было безошибочно сказать, что ему все это тоже не нравится.

Я набрала воздуха в грудь и изложила вторую часть истории, о славной битве с урелом.

- А потом я вернулась в Школу, - завершила я свой рассказ, не собираясь уточнять, во сколько и куда я потом пошла. Этого и не требовалось. Директор прекратил буравить меня взглядом и хмуро теребил бороду. В кабинете воцарилась ощутимая тишина. Ее можно было, при желании, потрогать руками и свить из нее веревочку.

- Мда… - наконец, высказался Ален. – Таких масштабов я не мог себе представить. Куда же открывается Круг?

- Боюсь, мы можем слишком поздно узнать об этом. Ты не можешь его найти? – мрачно поинтересовался Магистр Рейф.

Я почувствовала себя так, словно читала интересную книгу, а последние страницы были написаны на элеандаре. Поблизости кто-то активировал Круг? Об этом давно известно? Оттуда лезет нечисть? Если он активный и известный, почему его не закроют? На последний вопрос я неожиданно получила ответ.

- Нет. Пока, судя по всему, потоки слишком малы. Возможно, мог бы помочь более опытный маг, вот только где его взять?

- Ален, - тихо спросила я. – Что за Круг? Это оттуда приполз улер?

Магистры, казалось, только сейчас обнаружили, что я никуда не делась и сижу рядом с ними, страстно желая узнать, что, гхыр все побери, здесь происходит?

- Элька, ты можешь идти. Спасибо за информацию. И, надеюсь, ты помнишь про школьные правила и недопустимость ночных прогулок за территорией Школы, - блеснув очками, сказал мне директор.

- Конечно, помню, - пробурчала я и, выбравшись из кресла, угрюмо двинулась к двери. У меня было огромное, просто безграничное желание не подчиниться – настолько интересным казалось происходящее – но один взгляд на Магистра Рейфа дал понять, что его сейчас лучше не злить и тихо удалиться. У меня есть Ален, в конце концов, и я постараюсь добиться от него ответов.

В коридоре торчать одинокой осинкой мне не хотелось, и я предпочла зайти к себе успокоить наверняка волнующуюся Кесси.

Подруга радостно меня приветствовала.

- А ты не торопилась! Так с запутниками понравилось играть? Кстати, Ален меня вчера спрашивал, где ты бродишь, и я ему пояснила, что ты в городе задержишься и можешь вернуться только утром. Правда, мило с его стороны?

- Подожди, Кесси, - остановила я поток слов. – Ты хочешь сказать, что ничего не знаешь?

- А что я должна знать? – в свою очередь удивилась она.

Второй раз за день я изложила подробности вчерашнего изобилующего событиями вечера и сегодняшнего утра.

- Вот. И что ты об этом думаешь? – заключила я.

- Ну, тебе крупно повезло, - задумчиво произнесла Кесси. – Покажи-ка руку.

Мы обе изучили оставшийся после плевка урела след – темно-багровую полосу. Но никакого отека, никакой подозрительной красноты на предплечье не было и в помине.

- Интересно, - заинтересовалась Кесси. – Или яд был не таким страшным, как тебе показалось, или противоядие мощное. Не помнишь, что он тебе давал?

- Я в таком тумане была… На вкус отвратительное, это точно. И могу сказать, что там была марь. Ее ни с чем не спутаешь. А остальное… не знаю.

- Травники должны знать, - рассудила Кесси. – Можно будет потом уточнить. А как тебе кажется, урела специально на тебя натравили?

- Да нет, конечно. - Я еще раз повторила свои размышления по этому поводу. Кесси, в конечном итоге, согласилась с моими выводами. Больше всего ее убедила необходимость сидеть в кустах и ждать, когда я соблаговолю появиться на дороге. И вероятность вовсе не дождаться сего светлого события.

- И чем все это может закончиться, как думаешь? – поинтересовалась Кесси.

- Много чего я думаю, - пробурчала я. – И не всегда цензурное. Больше всего я боюсь, что нам закроют выход из Школы совсем. А теперь, после всех событий, я еще больше хочу платье. Не зря же я столько пережила!

- Ну, удерем через забор, в первый раз, что ли? - беспечно отозвалась Кесси. – А по ночам не будем шастать, вот и все.

- Собственно говоря, да, - успокоилась я.

Алену я решила дать на разговоры с директором полтора часа. За это время, по моему глубокому убеждению, можно было обсудить все животрепещущие вопросы. Но, как только истекла последняя секунда, я постучала в знакомую дверь.

- Я так и знал, что ты не выдержишь и придешь, - с этими словами Ален посторонился, пропуская меня внутрь.

- Я уже все равно некоторым образом замешана в происходящем, - заявила я, заходя и сразу устраиваясь на кровати, скрестив ноги. – Можешь не сомневаться, что я найду способ узнать детали. - Самым вероятным вариантом мог послужить мой непередаваемый внешний вид в зеленовато-голубом платье, но как раз это говорить не стоило. – Так что в твоих же интересах рассказать мне все, пока я не докопалась до большего.

Ален хмыкнул, устраиваясь напротив меня.

- Не сомневаюсь. Что ты хочешь знать?

Я порылась в куче копошившихся в голове вопросов и вытащила на свет один, как мне показалось, наиболее полно объясняющий все происходящее.

- Что это за Круг и откуда он взялся?

Ален вздохнул.

- Это долгая история. Что тебе вообще известно про Круги?

- Это специальные места, своего рода порталы в другие измерения. Для активации требуются тринадцать камней и свежая кровь, - заученно оттарабанила я.

- Правильно. Так вот, есть подозрения, перерастающие в уверенность, что два года назад в Чернолесье была совершена неудачная попытка активации Круга. Помнишь то странное затмение, не указанное ни в одном справочнике?

Я кивнула.

- Это было последствием активации? Никогда о таком не слышала.

- Мало кто слышал, - горько усмехнулся Ален. – Если еще точнее, то о таком не было известно совсем. И об активации Круга подумали далеко не все и далеко не сразу. Затмение отнесли на несовершенность вычислений и магическо-человеческий фактор.

- Тогда почему неудачная попытка? – поинтересовалась я. – Если затмение произошло?

- Так именно поэтому. Круг открылся, но устойчивого коридора не возникло из-за мощного выплеска энергии.

- Точно? А может, возник, вы же не знаете об этом?

- Если бы коридор установился, мы уже два года назад получили бы себе на голову проблемы, подобные твоим вчерашним.

- Логично, - признала я. – Но тогда почему они возникли сейчас? Кто-то опять активировал Круг, на сей раз удачно?

- Надеюсь, до этого не дойдет, - нахмурился Ален. – Элька, понимаешь, все наши выводы – чисто умозрительные, ничем не подтвержденные. Однако, думаю, они близки к истине. Мы с Магистром Рейфом считаем, что Круг не закрыт до конца. Люди, активировавшие его, погибли при выплеске энергии, и он не захлопнулся. И два года оттуда сочится энергия. Чужая, темная энергия.

- А этот Круг нельзя найти и закрыть?

- Пока он не активирован в полную силу – крайне тяжело. Неактивированный Круг – просто клочок земли. Определить, что это то самое место, можно либо случайно, либо основываясь на сложных вычислениях, которые, насколько мне известно, для района Чернолесья никто не проводил.

- А уловить эту энергию можно?

- Можно. Когда она достаточно велика, чтобы превысить общий фон.

- А этого пока нет, - заключила я.

- А этого пока нет, - мрачно сказал Ален. – Искать этот круг, учитывая размеры Чернолесья, можно очень и очень долго…

- И спросить некого, как я понимаю… А чем плох тогда этот Круг? Если он почти закрыт?

- Из него сочится энергия, - напомнил Ален. – И под ее действием изменяется нечисть. Ты же сама говорила, что на жеркала не подействовал пульсар?

- Ну да, - задумчиво сказала я. – Правда, ничего более серьезного я не пробовала. Только твою сеть, а ведь она основана на классической магии, так?

- Так, - кивнул Ален. – И, думаю, стандартные боевые заклинания тоже сработали бы.

- На уреле не сработал, - возразила я. – Огонь не причинил ему вреда.

- Урелу огонь не страшен. У него огнеупорный панцирь.

- А кстати, - заметила я. – А почему я ничего не слышала об уреле, господин Магистр? И откуда он-то взялся? Если я правильно понимаю, это не результат мутации, а вполне себе известное гхырище.

- Потому что он считался вымершим последние полсотни лет. Точнее, уничтоженным, - поправился Ален. – А, как оказалось, нет. И выполз он из чащи Чернолесья, как раз притягиваясь темной энергией. А почему ты не знала… Видишь ли, Элька, учителя не в состоянии рассказать вам за время обучения в Школе обо всех живущих и исчезнувших тварях. Считается, что адепты к моменту получения диплома должны отлично знать всю нечисть, с которыми им придется встречаться постоянно, хорошо – нежить, живущую далеко не везде, иметь представление о тварях, оставшихся в единичном экземпляре, ну, а вымершие изучаются при наличии времени или самостоятельно.

- Ага. При личном контакте. – Я автоматически потерла след на руке.

- Покажи. – Ален, как и Кесси двумя часами раньше, внимательно изучила багровую полоску. – Хорошо. Через пару недель сойдет полностью. Ты правильно сделала, что пришла ко мне, а не вернулась к себе, - еще раз повторил он.

- Ален, - тихо спросила я. – А чем это грозило?

Он задумчиво потер подбородок.

- Как тебе сказать… В принципе на тебя попало небольшое количество яда, так что все могло кончиться воспалением руки и парой дней глубокого сна. Но у тебя это наложилось на перерасход сил, и мне не хотелось оставлять тебя с изуродованной кистью… - невесело улыбнулся Ален.

- Да я не возражаю, - заметила я, не торопясь выдергивать руку.

- Вопросы исчерпаны? – уже более веселым тоном поинтересовался Ален.

- Нет, конечно, - даже обиделась я. – А что теперь будет?

- Теперь? – удивился Магистр. – Ничего. Вы будете продолжать учебу, мы – учить вас. Никто не будет открывать охоту на монстров, если ты об этом.

- А как же..? – возмутилась я.

- Элька, Магистр Рейф послал сообщения в Ковен Аррении и Орден Темных Всадников. Разбираться с нечистью – прямая обязанность их, а не кучки недоученных адептов с преподавателями. Возможно, вас привлекут во время практики, тогда и поговорим об этом подробнее. А пока не вижу смысла. И, - он легко щелкнул меня по носу, - если вы вновь соберетесь в город, мне очень хотелось бы сопровождать вас. Так, на всякий случай.

- Тебе так хочется разнообразить свой досуг прогулкой по лавкам с одеждой? – хмыкнула я.

- Всю жизнь мечтал об этом, - не моргнув глазом, сообщил Ален. – Особенно с двумя красивыми девушками.

Комплимент не прошел незамеченным. Я изобразила смущение, мило потупив глазки, клятвенно пообещала, что в таком случае Алену будет предоставлена такая возможность в ближайшее же время, и неохотно покинула его комнату, понимая, что и так злоупотребила его вниманием.

Разумеется, тут же наткнувшись на Флоренну. У меня начало складываться ощущение, что сия дама все свободное время проводит, следя за дверью в комнату Алена. И где это она, интересно, вчера прогуливалась? Погода, насколько я помню, к моциону не располагала.

- Вы снова отрабатывали заклинание, Элиара? - ехидно спросила Магистр.

Я секунду подумала и решила согласиться, чтобы не злить ее еще больше. Любой другой ответ мог привести ее в бешенство.

- Да, - кивнула я. – Знаете ли, на спецкурсе встречаются заклинания, для отработки которых требуются время и опытный партнер. Сами понимаете, что моя соседка Кесси не годится для этого, поэтому мне приходится просить Магистра Алена позаниматься со мной. Простите, я оставлю вас. Мне пора.

И я, вежливо попрощавшись, удалилась.

Мои слова имели неожиданные последствия. Вечером к нам с Кесси заглянули Пифии. Мы уже вдоль и поперек обсудили выуженную у Алена информацию ( «Видишь, и никакого платья не надо!» - заметила я мимоходом), пришли к выводу, что надвигается нечто нехорошее и стоит ждать скорого пришествия в Вийск магов, способных справиться с мутировавшей нечистью. А то и, действительно, нас припашут. И, кстати, желание Ковена сократить срок обучения может быть связано именно с этим. Предположений, основанных на догадках, было выдвинуто множество, и практически все из них были отвергнуты за недостатком доказательств. Мы даже попытались погадать, но безуспешно, поэтому приход Ниассы и Аллирии был воспринят с энтузиазмом.

Однако девушки заскочили не для того, чтобы продемонстрировать свои пророческие способности. Они с порога спросили, не успев зайти в комнату:

- Элька, тебя правда исключают?

Я ошеломленно села на кровати. Неужели Магистр Рейф действительно решил исключить меня, при этом оставив в полном неведении? И Ален ничего не сказал мне, а ведь мы разговаривали больше часа…

Пифии заметили мою растерянность и наперебой принялись утешать:

- Элька, не переживай так. Ну, вряд ли тебя исключат. Мало ли кому что не дается? Вон Аллирия плохо травы и зелья знает, и что теперь? А у тебя один предмет, и то необязательный.

Моя голова пошла кругом. Какой предмет? Какое неуспевание? Я всегда считалась хорошей ученицей!

- С этого момента поподробнее, пожалуйста, - попросила я, немного отойдя от шока. – По какому предмету я не успеваю? И почему меня хотят исключить?

- Ну как же? – удивилась Аллирия. – Все говорят, что тебе никак не дается некромантия, и Магистр Ален уже несколько раз грозился тебя исключить. Потому как ты не справляешься и все время путаешь заклинания.

- Кто – «все»? – нехорошим голосом поинтересовалась я. Ниасса сочувственно посмотрела на меня.

- Элька, не переживай так. Все образуется. И не нужна тебе совсем эта некромантия, пусть парни с этим развлекаются. Живые мертвецы – фу, гадость какая! – брезгливо вздрогнула она. Аллирия не согласилась с подругой.

- И что? Зато там та-а-акой преподаватель… Ах! – Она картинно возвела глаза к потолку. – Я бы с большим удовольствием занималась под его чутким руководством.

- Девушки. – Я взяла себя в руки. – Я не переживаю, и никто, насколько мне известно, не собирается меня выкидывать из Школы. Просто скажите, от кого пошли эти сплетни? Пожалуйста!

Пифии переглянулись.

- Ну, Дариэна, эта аспирантка… - неуверенно начали они. - Она точно говорила, что на ее глазах Магистр Ален грозился тебя исключить. И еще… вроде бы Магистр Флоренна тебя неоднократно видела в комнате Алена. Будто бы ты постоянно бегаешь к нему, упрашивая со слезами на глазах оставить тебя в Школе. Такое правда было? – Девушки с интересом уставились на меня.

От возмущения я потеряла дар речи. Ни гхыра себе! Как можно переврать мои же слова! Кесси, видя, что я могу только открывать и закрывать рот, пришла на помощь.

- Нашли кого слушать! – усмехнулась она. – Что Дариэна, что Флоренна запали на Магистра Алена, а он не обращает на них внимания. Вот и бросаются на любую девушку, имеющую счастье по долгу учебы общаться с ним. Думаю, что обе много бы отдали, лишь бы отрабатывать заклинания с Магистром, как Элька.

- А ты на самом деле плохо разбираешься в некромантии, и тебе приходится заниматься дополнительно? – в общем, поверив, решила все-таки уточнить Аллирия. Я, уже слегка успокоившись, смогла подобрать слова для ответа.

- Нет, конечно. Все обстоит с точностью до наоборот. Магистр Ален дополнительно занимается со мной, потому что чувствует потенциал, он сам говорил. А я не отказываюсь. Сами же говорите, что хотели бы иметь возможность пообщаться с ним наедине, так почему мне отказываться от этого? – я подмигнула Пифиям. Те были полностью согласны со мной. Мы еще немного поболтали, и девушки остались в полной уверенности, что: Флоренна бешено ревнует Магистра Алена к некоей адептке; оная адептка совершенно не возражает против дополнительных занятий с вышеупомянутым Магистром; для ревности претензий нет и быть не может; адептка успевает настолько хорошо, что вчера уничтожила гхырище в непосредственной близости от Школы.

Пифии пришли в тихий ужас. Они по своей природе не любили встречаться с нечистью и не были обучены для этого. Мы пришли к логическому выводу – теперь при вылазках в город надо брать с собой кого-нибудь из сильного пола. Пифии под этим подразумевали наших сокурсников, я – Магистра Алена, но не собиралась сообщать им об этом.

Когда наши гостьи, нагруженные новостями, удалились, я повернулась к Кесси, и не сомневаюсь, что в моих глазах пылала справедливая ярость.

- Флоренна далеко зашла, тебе не кажется?

- Кажется, - не колебалась подруга. – И что делать?

- Подумаем, - решительно заявила я. – Случай просто обязан представиться! Можно не сомневаться в этом.

Случай, естественно, представился на следующий же день, начавшийся немного запоздалой, на мой взгляд, лекцией про урела.

Ален подробно описал внешний вид нежити, указал класс опасности (второй), привел способ воздействия урела на возможную жертву (плюется усыпляющим ядом, проникающим в кровь через кожу, после чего монстр получает возможность методично откусывать по кусочку от лежащего перед ним тела и поедать его) и методы его уничтожения. Помимо уже знакомой мне по личному опыту ледяной звезды вариантов было не так много – «огненная чаша» (от которого буквально вскипала кровь, и жертва сгорала изнутри) и «последняя роса» (нечто вроде капелек кислоты, растворяющих все, на что попадает). Все остальное на сию нечисть не действовало, прочный огнеупорный панцирь отметал все огненные и водяные заклинания в полуфинале. Для меня осталось загадкой – как в таких условиях всех урелов смогли уничтожить? Магов, знающих и с успехом применяющих «чашу», «росу», а тем более звезду, было не так и много. По крайней мере, мне так казалось. Хотя… от урела можно было убежать, перемещалось это чудовище довольно медленно, а, очутившись в безопасном месте, вызвать подкрепление.

В конце лекции Ален упомянул, что урелы считались истребленными, однако, основываясь на последних событиях, эту информацию можно считать устаревшей. При этих словах все без исключения сокурсники покосились на меня, ухмыльнувшись, из чего я сделала вывод – сплетня о зверском убиении реликтового создания успешно разнеслась по Школе за кратчайшее время.

- И еще. – Ален обвел нас суровым взглядом, в котором, однако, прятались смешинки. – Магистр Рейф очень просил напомнить - пребывание в ночное время ха пределами Школы недопустимо и карается исправительными работами на благо учебного заведения. Вроде разборок подвалов или чистки картошки. Всем все понятно?

Всем было все понятно. Особенно мне. Однако эту сентенцию мы за день выслушали еще неоднократно – на каждой лекции. Менялся только список работ. Поэтому, когда мы дружной толпой ввалились на спецкурс, Тей первым делом слезно попросил не напоминать нам больше о хорошем поведении.

- Я и не собирался, - изобразил удивление Ален. – Мне казалось, что взрослые люди могут с одного раза понять прописные, в сущности, истины.

- Если бы с одного! – возопили мы хором. – Нам об этом счел своим долгом сообщить каждый преподаватель!

- Да? Ну, тогда можно надеяться, что это правило застрянет в ваших головах, - усмехнулся Ален. – А теперь к делу. Подойдите сюда.

- А что, мы сегодня не будем заклинания разучивать? – расстроился Лис. Ален успокоил его.

- Будем. Только другие. Мы переходим к следующему этапу. Вот, смотрите.

Он поднял лежащий около стола мешок и высыпал на блестящую деревянную поверхность тушки недавно убитых крыс.

- Я правильно понимаю… - осторожно начал Терен с затаенным восторгом в голосе. – Мы будем учиться поднимать?

- Упокаивать, - поправил Ален. – Но, поскольку для упокоения требуется поднять, а мне совершенно не хочется снова и снова заниматься этим, то да. Вы изучите и это заклятие. Разбирайте лабораторный материал. – Он жестом показал на тушки. – И приступим. Итак, для оживления мертвого тела требуется…

Спустя десять минут, затраченных на исписывание доски громоздкими формулами, мы разошлись по аудитории, прихватив с собой тушки. «Чтобы заклинания не наложились друг на друга», - пояснил Ален. Попутно он показал нам заклинание подчинения. Оно, в принципе, было необязательным, но входило в состав заклятия упокоения, и Магистр показал нам его действие.

Поднимать оказалось достаточно легко. Или мы, сами того не осознавая, вышли на нужный уровень, или заклятие на самом деле было простым, но оживить крысу удалось с первого раза всем. Даже Лису. А вот упокоить…

Крысы не желали возвращаться в прежнее состояние хладного трупа. Они, очнувшись и повращав красными глазами, спрыгивали со столов и начинали метаться по помещению. Ален догадался с самого начала зачаровать дверь, и тварям не удалось выбраться за пределы аудитории. С трудом изловив «лабораторный материал» и обездвижив его, мы засыпали Алена вопросами. Зомби и прочие упыри встречались нам и раньше, но никто не удирал со скоростью испуганной виверны. Ален пояснил:

- Крысы убиты совсем недавно. Чем больше со дня смерти проходит времени, тем медленнее становятся ожившие существа. Но какой-то нижний предел скорости есть, - опередил он наш вопрос. – Давайте добавим в заклинание оживления парализующий компонент, чтобы ваши… хм… жертвы не разбегались с такой живостью и проворством.

Мы приступили к упокоению. Вот это оказалось сложно. Мы на собственном опыте поняли, почему стране требуются квалифицированные специалисты по борьбе… даже не с самими некромантами, а с результатами их деятельности. УМЕ на упокоение уходило примерно втрое больше, чем на поднятие, и само по себе заклинание требовало сосредоточенности. Оно состояло из трех этапов – одним из которых было как раз подчинение магу – и любой неверный жест мог смазать действие и приходилось начинать заново.

Но у нас получилось и это. Кто-то раньше смог упокоить злобно глядящую него крысу, кто-то позже, однако к концу занятия на столах недвижно лежали обмякшие тельца животных.

- Отлично, - похвалил нас Ален. – На следующее занятие не забудьте прийти с полным запасом энергии.

Мы смогли только кивнуть – на большее сил уже не хватало – и дружно поплелись к источнику. Требовалось восстановиться – вечер обещал быть бурным и увлекательным.

На вечер у нас было назначено собрание курса. Тема была серьезная – неумолимо приближался Солнцеворот, а с ним и выпестованная полуторавековой историей традиция – концерт силами учеников. И если от младших курсов никто не ждал ничего сверхъестественного, то последний обязан был представить на суд почтеннейшей публики в лице Магистров, обслуживающего персонала и незадействованных адептов мини-спектакль. В прошлом году мы, к примеру, насладились повествованием о гомункулусе, созданном незадачливыми адептами, и посему получившемся без рук, ног и первичных половых признаков. Собственно, это была одна голова. Сей гомункулус удрал от создателей, прошел квест, встречаясь по пути с разнообразной нечистью: лешим, кикиморой, оборотнем и нацыгой, и закончил свой путь в Ясневом Граде у дриад.

Представление имело огромный успех, и нам следовало как минимум не упасть лицом в грязь и придумать что-нибудь этакое. А мы еще мракобеса за хвост не тягали, и надо было как минимум накидать общую концепцию, чтобы потом ее тщательно разработать.

На собрание мы с Кесси опоздали. Кыс закапризничал и отказался есть мелко порезанную куриную печеночку. Потратив пятнадцать минут, чтобы уговорить вредную зверюгу немножечко покушать, я утащила сопротивляющуюся подругу, твердо заявив – еще ни один кот не умер от голода перед полной миской еды.

Зайдя в привычное место сборищ – комнату Лиса – мы узрели чудную картину. Все сокурсники расположились в привычных местах, держа в руках разнообразные емкости, наполненные коричневатой жидкостью. Тей сосредоточенно нюхал содержимое своего стакана, которое, очевидно, было вылито из запыленной бутылки, предоставленной гостеприимным Лисом. Его запасы постоянно пополнялись любящими родственниками.

- Присоединяйтесь! Вам налить? – заметил нас Лис. Тей приветственно отсалютовал стаканом и отхлебнул. Лицо у него при этом стало такое, словно он откусил от незрелого яблочка, причем отравленного злой ведьмой. Мы вежливо отказались, с сомнением глядя на подозрительную жидкость.

- Нет, спасибо. Мы как-нибудь обойдемся без дегустации самогона.

- Это не самогон, а настойка на корнях аира и цветках бересклета. Фамильный рецепт, передается из поколения в поколение. Благотворно влияет на сосуды и кровоснабжение головного мозга, - оскорбился Лис, и одновременно с ним Тей поспешил оправдаться:

- Мы понемногу. Для того чтобы фантазию разбудить, так сказать.

- Вот чего-чего, а фантазии у нас и в трезвом состоянии сколько угодно, - проинформировала Кесси. Я кивком подтвердила согласие с ней и устроилась на любимом подоконнике.

- Ну, какие мысли у вас появились?

Стен, уже, очевидно, продегустировавший знаменитую настойку и разбудивший фантазию, охотно сообщил:

- У нас возникло предложение поставить спектакль, основанный на реальных событиях. К примеру, как юная дева сражается с чудищем, грозящем пожрать весь город.

- Это ты на кого намекаешь? – нехорошо нахмурилась я. Стен подтвердил мои подозрения.

- Элька, да вся Школа говорит, как ты уложила этого урела.

- И как же? – поинтересовалась я.

- Одной звездой и тремя непечатными словами, - хохотнул Лис.

- И именно от последних она сдохла, - добавил развеселившийся Стен.

- Забудь об этой мысли, - холодно произнесла я. – Я не согласна. Еще чего – случайную встречу с гхырищем представлять в виде подвига, вошедшего в легенду. Давайте еще что-нибудь придумаем.

Стену, видимо, очень хотелось кого-нибудь эффектно прикончить на сцене.

- Тогда битву прекрасной юной девы с драконом, очень аллегорично получится, - предложил он.

- А что у нас, мужчин не хватает? – встряла Кесси. – Почему сражаться с чудовищем обязательно должна юная дева?

- Ну как же? – Стен даже не задумался. – У Эльки уже есть опыт. Ей не надо вживаться в образ и стараться придать лицу одухотворенное героическое выражение.

Я рассеянно подумала, что ни о каком героическом выражении лица в тот момент не шло и речи. Если уж придерживаться исторической справедливости, то героиня должна выглядеть полной жлыксой. А как еще можно назвать мага, полезшего на неведомое гхырище с полуистраченным запасом энергии и без солидной поддержки за спиной? Стен тем временем продолжал:

- Только представь – Элька, в облегающих доспехах, пускает ледяную звезду, и та разрывает чудище в клочья. Все рукоплещут.

Стен возвел очи горе, представив будущий успех. Я постучала пальцем по голове. Потом, подумав, покрутила им у виска.

- С ума сошел? Кто тебе разрешит реальное чудище на сцену приводить? А фантом просто лопнет. Нереалистично, нечего и задумываться.

Про то, что я под страхом исключения из Школы не надену на себя латы, весящие с полпуда, я не стала и заикаться. Этот довод все парни запросто отмели бы как незначащий.

- Думаешь? – засомневался Терен, усиленно поддерживаемый Стенном. – Точно просто лопнет?

- Должен, - пожала я плечами.

- А мы сейчас проверим!

Парни внезапно загорелись идеей проверить экспериментально, что случится с фантомом, если в него бросить… нет, не звезду. Все-таки это было слишком опасное заклинание, даже не слишком трезвые адепты это понимали, не говоря уже обо мне и Кесси, не притронувшихся к настойке. Вместо этого решили воспользоваться «острым дождем» - горсткой тонких ледяных иголок. Тоже эффектно, но значительно безопаснее.

Стол, стоящий по центру комнаты, отволокли в сторону, и на освободившемся пустом пространстве Терен и Стен приступили к созданию монстра – фантома. Все остальные с живым интересом наблюдали за процессом, давая советы по ходу дела.

Наконец, фантом был готов. Он стоял посреди комнаты, бил себя по бокам шипастым хвостом и разевал пасть – ревел. Звуковые эффекты решили не добавлять, дабы не перепугать соседей.

- Прелесть, какая гадость, - прокомментировала я.

Стен размял пальцы и выпустил по фантому заклинание.

Эффектного взрыва, как я и предсказывала, не получилось. «Острый дождь» просто прошел через фантома насквозь, не причинив вреда, и с веселым звоном осыпался на пол, где немедленно растаял.

- Так, - задумчиво сказал Стен. – Дождик не сработал. У кого еще есть предложения?

Предложения, воплощенные в форму заклинаний, были. Но желаемого взрыва фантома не получалось.

Он или испарялся с громким хлопком, заполняя помещение клубами дыма, что не никого устраивало, или попросту не реагировал на заклинания.

Пригорюнившиеся парни разлили остатки настойки, чтобы ускорить мыслительный процесс. Кесси, похоже, жаждала удрать к Кысу и мало интересовалась происходящим. Я внутренне радовалась – мне совершенно не нравилась идея прилюдно убивать дракона, будучи одетой в облегающие доспехи.

- Придумал! – Лис спрыгнул со стола, на котором он неподвижно (что само по себе было подвигом) восседал последние пять минут. – Надо его оживить!

- Кого? – ошалело воззрились мы на него.

- Фантома, - решительно заявил он и, не теряя времени на разговоры, сплел заклинание.

Призрачный дракон на долю секунды потемнел и вернулся в прежнее состояние. Заклинание прошло сквозь него и ударилось о шкаф, стоящий в углу, где и рассыпалось в фейерверке искр.

- Ну, и кого ты собрался оживлять? Никогда не жившего фантома? – рассмеялся Терен.

- Похоже, вот кого. – Кесси ткнула пальцем в шкаф, под которым что-то явственно закопошилось. Это самое что-то шуршало, щелкало и цокало чем-то по полу. Возможно, когтями.

- Лис, это что у тебя под шкафом живет? – полюбопытствовал Лежек. Лис и сам был заинтересован дальше некуда. Он присел на корточки и, не обращая внимания на попытавшегося боднуть его головой фантома, заглянул под шкаф.

- Ничего не видно, - через несколько секунд разочарованно заявил он и поскреб ногтями по полу, приговаривая «Цып-цып-цып»…

- Ты думаешь, там курица? – изумился Стен.

- А гхыр его знает, - ответил Лис, не переставая стучать по полу и не сводя горящего любопытством взгляда от подшкафного пространства. Там заскреблось и зашуршало еще сильнее, но вылезать существо не желало.

- Надо же, какой стеснительный, - заметил Тей. Я соскочила с подоконника и присела рядом с Лисом. Фантом возмутился и широко раскрыл пасть, запрокинув голову. По всей видимости, это должно было означать громкий рев.

- Уберите его, пожалуйста, - попросила я, начиная выплетать заклинание призыва. Кто-то из ребят сзади щелкнул пальцами, произнес необходимые слова, и фантом с громким хлопком исчез. Одновременно с этим я вытянула руку вперед и призвала к себе непонятную сущность. Шебуршание под шкафом прекратилось, зато цоканье усилилось и к нам выползла… мумия.

Труп крысы, похоже, валялся под шкафом у Лиса уже давно, поскольку успел высохнуть, мумифицироваться и облезть. Сейчас к нам двигался фактически скелет, частично обтянутый пергаментной кожей.

- Лис, как же ты не знал, что у тебя такое водится? – тихо произнесла я. – Ведь запах должен был быть? Разве не так?

- Ну, может, и воняло что-то, - призадумался Лис, прикидывая, когда это могло быть. – Только я подумал – это от портянок.

Я хихикнула. Парни в голос заржали. Кесси единственная не присоединилась к общему веселью.

- Какая гадость! – с чувством высказала она. – Нет, с меня на сегодня хватит! Сами развлекайтесь с ожившими группами. – И Кесси, старательно обходя комнату по периметру на максимальном отдалении от мумии, направилась к двери и, добравшись, с облегчением выдохнула и выскочила за нее.

Мумия, цокая коготками по доскам пола, приблизилась ко мне, как к призвавшему магу, и села на пол, не сводя с меня красных огоньков глаз в пустых глазницах.

- Серый пасюк, - определил Терен.

- А не черный? – усомнился Марек.

- Да нет, серый. Вон, смотри, сбоку клочок шкуры остался.

- Ну, может, и серый, - согласился Марек.

Мы с мумией пристально смотрели друг на друга. Надо было, конечно, упокоить несчастное животное и испепелить останки или любым другим способом уничтожить его, но что-то во мне настойчиво не давало это сделать.

- А почему Кесси так странно себя повела? - спросил Лис, растерянно глядя на дверь. В его понимании, видимо, в появлении мумии крысы из-под шкафа не было ничего особенного и, тем более, неприятного. Я пожала плечами.

- Она не любит мышей, крыс, лягушек и прочих тварей, как любая нормальная женщина.

- А ты нет? – усмехнулся Терен.

- А я маг-практик, - рассеянно ответила я, стараясь ухватить за кончик не дававшую мне покоя мысль. Вот оно!

Я уставилась прямо в красные глазки крысы и, прочитав заклинание подчинения, вложила в нее программу действий. Мумия, выслушав мой приказ, развернулась и деловито вышмыгнула из комнаты. Парни, раскрыв глаза, наблюдали за происходящим.

- Куда ты ее послала, Элька? – не выдержал Тей.

- К Флоренне, - не стала скрывать я, вставая и отряхивая коленки. – Я приказала пробраться на кафедру и утром, когда уважаемая Магистр придет, забраться на ее плечо по ноге.

Сокурсники, которые были в курсе сплетен, распускаемых про меня, одобрили это. Кто молча, а кто и вслух.

- А там же дверь закрыта, наверное? – забеспокоился Терен. Тей его успокоил.

- Это же крыса. Она и сквозь закрытую дверь просочится. Только, Элька, знаешь что… - Он потер лоб, вспоминая. – Кто-то мне говорил из Пифий, что Магистр Флоренна каждый вечер в своем рабочем кабинете варит гламарию. Ну, для усиления собственной привлекательности.

- А почему на кафедре?

- А там все необходимое же есть, таскать не надо. И вытяжка лучше работает, чем в комнатах Магистров. Так что, думаю…

Договорить он не успел. По пустым и не очень коридорам Школы пронесся пронзительный вопль. Его продолжительность, тембр и высота потрясали воображение.

- Кажется, я знаю, как теперь будут звать Магистра Флоренну за глаза. – Тей еле сдерживал смех. – Баньши!

Глава 14

- И что мне с тобой делать? – ехидно поинтересовался Ален, усиленно строя из себя строгого учителя. Правда, это плохо у него получалось – с трудом сдерживаемый смех вот-вот грозил прорвать плотину и вырваться наружу.

Я, в свою очередь, изо всех сил изображая искреннее раскаяние (впрочем, с таким же успехом, как и Ален), бросив на него осторожный взгляд из-под ресниц, предложила:

- Ничего?

Вышеописанная ситуация явилась прямым следствием нашей - ну, моей – проказы над Флоренной. На ее, без всякого сомнения, примечательный вопль сбежалась добрая половина Школы, включая и нас. Мы скромно, не привлекая к себе излишнего внимания, толпились в задних рядах, с затаенным восторгом, слегка подпорченным необходимостью закрывать уши во избежание повреждения барабанных перепонок, слушали неповторимые переливы.

- Я даже не предполагал, что человек может орать так долго и так громко, - восхищенно прокомментировал Тей.

Преподаватели начали подходить позже. В этом не было ничего удивительного – уроки давно закончились, дело близилось к ночи, и на кафедрах, как правило, никого не оставалось. Только если Магистру позарез нужно было что-нибудь закончить. Ну вот как Флоренне.

Присоединяющиеся к компании возбужденно переговаривающихся адептов учителя растерянно смотрели на дверь, из-за которой доносился колоратурно-сопрановый вопль, заглядывали внутрь и… ничего не предпринимали. Нас страшно раздирало любопытство – мы тоже хотели знать, что случилось с Флоренной. Ну, кроме того, что с ней вежливо поздоровалась мумия крысы. Но соваться в первые ряды с предложением помощи было глупо – и так, собственно, ясно, кто мог развлечься таким образом: оживлять трупы в Школе мог только Ален (хотя за Магистра Рейфа я бы не поручилась, вполне вероятно, что он тоже обладал подобными знаниями) и не в меру талантливые адепты девятого курса.

Прибывший Магистр Рейф, заглянув за дверь и поспешно ее прикрыв, негромко поинтересовался:

- За Магистром Аленом послали?

- Давно, - откликнулся кто-то рядом с ним.

- Хорошо, - пробурчал директор и обратил суровый взор на разновозрастную толпу адептов.

- Советую разойтись. Ничего интересного здесь происходить уже не будет.

Мы были другого мнения, но, тем не менее, решили воспользоваться сим предложением и тихо-мирно ускользнуть. Однако были остановлены приказом Магистра Рейфа:

- К девятому курсу это не относится.

Преподаватели сочли за лучшее разойтись сами, адепты неохотно расползлись по своим комнатам, то и дело оглядываясь и возбужденно переговариваясь, еще после двух весьма настойчивых советов директора, произносимых все более и более резко. На месте действия остались почти весь девятый курс факультета Магов-практиков Школы, за исключением Кесси, Магистр Рейф и пришедший Ален.

- Магистр, взгляните. Кажется, это по вашей специальности, - кивнул директор на дверь кабинета кафедры Травников.

Ален спокойно кивнул и широко распахнул ее. Мы, не в силах справиться с собой, с жадным любопытством заглянули в нее.

В общем, там было на что посмотреть. Магистр Флоренна стояла за лабораторным столом, на котором все еще горел небольшой огонек в жаровне, и самозабвенно вопила. На ее плече мирно восседала мумия крысы, приветственно скалившая зубы и изредка почесывающая коготками за остатками уха. Невыносимо воняло удушливым сладковатым ароматом.

- Точно гламария,- определила я, тихо поделившись знаниями с сокурсниками. – На наперстянке и бересклете. Действенно, но долго и сложно.

Директор бросил на нас сердитый взгляд, но ничего не сказал. Флоренна же, завидев входящего Алена, бросилась навстречу нему, раскинув руки и ради разнообразия сменив вопль на невнятные слова:

- Магистр… снимите… гадость… уберите… адепты…

Ален ловко придержал налетавшую на него даму, не давая повиснуть у себя на шее, снял с ее плеча не сделавшую никому ничего плохого крыску, отошел в сторону и произнес несколько тихих слов. Мумия вспыхнула прозрачным голубоватым пламенем и рассыпалась в пыль.

- Мир праху ее, - грустно прошептал за моим плечом Тей. Мне тоже было жаль. Крыска, что и говорить, получилась на редкость симпатичной. С нашей точки зрения, разумеется.

Флоренне так не казалось. Она прекратила орать, и в Школе воцарилась привычная и желанная тишина.

- Все, Магистр Флоренна, - сообщил Ален, повернувшись к ней.- Я бы рекомендовал вам сейчас вернуться домой и выпить чего-нибудь успокоительного. Больше это вас не побеспокоит.

- Но, Магистр Ален, - проворковала она, мило хлопая ресницами и бросая на него призывный взгляд. – Не могли бы вы проводить меня? Я боюсь, дома меня может ждать нечто подобное. Кто знает, что может прийти в голову… - она злобно посмотрела на нас, - нежити.

Или я ошибаюсь, или меня сейчас обозвали упырем или чем-то подобным прямо на глазах Алена и директора. И мало того, она еще и явственно пристает к моему… учителю. Волна возмущения поднялась во мне так быстро, что я, не осознавая, начала сплетать заклинание…

«Элька!» - раздался в моей голове мысленный приказ. Я опомнилась, опустила руку и расслабилась. Действительно, что это со мной? И кто, интересно, меня остановил? Вариантов, собственно, было не так много – или Ален, или директор, но я склонялась к первому варианту. Директор не стал бы орать мысленно, тем более что у меня стоит блок, а просто дал бы по рукам посохом.

Я взглянула на Алена. На его лице не выражалось ни единой эмоции, зато в глазах горел хорошо знакомый сердитый огонек. Точно он. Только как? Значит, он все-таки может пробивать блоки? И я возмущенно уставилась на Алена, мысленно обещая себе - и ему – что в ближайшее же время пристану к нему не хуже банного листа и узнаю все. Магистр едва заметно пожал плечами.

- Магистр Ален! – возопила между тем Флоренна, видя, что на ее призывы адресат не реагирует. – Вы проводите меня? Я не переношу нежить.

- Ей стоит только заорать, и вся нежить разбежится, - прокомментировал Лежек.

- Магистр Флоренна, успокойтесь, - невозмутимо произнес Ален. – Боюсь, я не смогу вас проводить. Сейчас, полагаю, мне следует поговорить со своими адептами. Не так ли, Магистр Рейф? – Ален вопрошающе взглянул на директора. Тот кивнул.

- Несомненно. Я и сам хотел попросить вас об этом, но вы, Магистр, предложили первым. Флоренна, идите к себе, выпейте настойки валерианы, а мы разберемся с этим прискорбным случаем. Не сомневаюсь, что имела место быть трагическая случайность. Адепты проявляют похвальное рвение, отрабатывая изученные заклинания, вот только делать это следует под руководством профессионала. – Он окинул нас суровым взглядом и, коротко кивнув Флоренне, удалился.

- Не волнуйтесь, Магистр Флоренна, - уверил ее Ален. – Вы можете быть уверены – в преподавательском корпусе нет нежити. Я ушел оттуда не более десяти минут назад, и там было совершенно чисто. Адепты, прошу вас пройти в аудиторию. – Он показал на дверь в конце коридора.

Мы повиновались. Причем значительно более бодро, чем шли бы до речи директора. Его слова убедили нас в том, что справедливого возмездия можно не ждать. Так, поругают в худшем случае - и все.

Ален появился через пару минут после нас, тщательно закрыл за собой дверь, зачаровав ее от подслушивания, и сел на собственный стол.

- Я надеюсь, вы понимаете, что слова Магистра Рейфа были предназначены для Магистра Флоренны, а не вас? – без предисловия начал он. Мы понимали, но надеялись, что все равно избежим наказания. Иначе, зачем было так распинаться и придумывать легенду?

– Отлично, - заключил Ален, обведя нас взглядом и найдя должное понимание. – Тогда все могут быть свободны, кроме Лиса и Эльки.

Мы были потрясены. Все. Нет, ну, то, что оставили меня – понятно. Я бы и сама задержалась, есть у меня парочка вопросов к господину Магистру… Но как он определил Лиса? Это последний адепт, на которого можно было подумать. Скорее я отдала бы предпочтение Лежеку или Терену. Остальные парни пребывали в таком же недоумении и не сдвинулись с места, сверля взглядами Алена. Насладившись нашим замешательством, он пояснил:

- Вы же старший курс, должны помнить, что по остаточной магии можно определить, кто накладывал заклинание. Магистр Флоренна, ясное дело, не могла этого сделать – она не знакома с вашими стилями. Директор – не думаю, что он опознал точно, все-таки это чуждые ему потоки. Но я-то… надеюсь, в моей компетенции вы не сомневаетесь?

Дождавшись согласного кивка, Ален жестом отпустил ребят. С Лисом у него разговор был короткий.

- Молодец.

- Что?- опешил Лис.

- Молодец, говорю. Правильно и аккуратно сформулированное заклинание. Только в следующий раз советую развоплощать сразу, не дожидаясь, пока твоими созданиями воспользуются другие. Можешь идти.

Обрадованный и донельзя гордый Лис выскочил за дверь. Ален проверил заклинание от подслушивания и подошел ко мне.

- И что мне с тобой делать? – ехидно поинтересовался он, усиленно строя из себя строгого учителя. Правда, это плохо у него получалось – с трудом сдерживаемый смех вот-вот грозил прорвать плотину и вырваться наружу.

Я, в свою очередь, изо всех сил изображая искреннее раскаяние (впрочем, с таким же успехом, как и Ален), бросив на него осторожный взгляд из-под ресниц, предложила:

- Ничего?

Ален словно бы не слышал меня.

- Лучше всего было бы тебя отшлепать, потому что ведешь ты себя, как маленькая девочка. С чего ты так на Флоренну ополчилась, можешь пояснить?

- А чего она? – праведно возопила я, но тут же опомнилась. Подобное поведение могло только укрепить Алена в его мнении обо мне.

- Вот именно, - подтвердил Магистр, от которого не укрылись мои внутренние терзания. – И в руках ты не умеешь себя держать. Чем ты хотела запустить в нее? Страхом, я правильно понял? Тебе было мало того, что и так испугала бедную женщину до полусмерти, напустив на нее ожившую мумию крыски?

Я пристыженно опустила голову. Ален прав. Я веду себя, как девчонка, а не как почти-дипломированный маг. И действительно, что мне от нее надо? Безвредная, в сущности, дама. Красивая даже, и без всякой гламарии. Ну, цепляется она ко мне, так недолго осталось, через месяц сессия, а потом практика, и все, больше мы с ней не увидимся. Надеюсь. Правда, она не только ко мне, но еще и к Алену цепляется… При одном воспоминании о слащавом воркующем голоске, упрашивающем Алена проводить ее до комнаты, во мне вновь вскипела ярость и вернулось прежнее желание как минимум напугать ее. Как максимум… лучше не думать об этом.

- Элька… - Ален привлек меня к себе и теперь уже мягко шептал на ухо. – Тебе просто необходимо научиться держать себя в руках. Твоя эмоциональность может однажды погубить тебя. Как я жалею, что согласился обучать тебя некромантии…

Я замерла на месте, потом осторожно высвободилась из таких уютных объятий.

- Что ты хочешь этим сказать? – Я нехорошо прищурилась. – Что мне нельзя доверять темную магию, поскольку я могу ею кого-нибудь случайно покалечить?

Ален несколько секунд ошалело глядел на меня, потом тряхнул головой и усмехнулся.

- Если бы. Тогда бы я просто вставил несколько ограничителей. Нет, все еще хуже. Иди сюда. – Он вновь привлек меня к себе и легонько взъерошил мои волосы.- Ты даже не представляешь, какими уникальными магами вы станете, karriellie. Вы будете уметь обращаться с обеими сторонами силы – и темной, и светлой. Ты уже сейчас это делаешь – сливаешь вместе разные потоки, и скоро к этому придут все остальные. За исключением Лиса, скорее всего. Ему не хватит широты кругозора. Он может делать только то, что вызубрил, не двигаясь дальше.

- И что в этом плохого? – удивилась я.

- То, что вы будете чужими для всех. Светлые маги будут бояться вас. Темные – если вы с такими встретитесь по одну сторону фронта – презирать. Я не хотел для тебя такой судьбы, karriellie.

- Ты знаешь об этом по личному опыту. – Я не спрашивала, а утверждала.

- Да.

Я обдумывала сказанное. В чем-то, возможно, Ален и прав. Мы действительно будем уметь работать с обеими сторонами магии. Только вот обучение темной магии явно поверхностное, чему мы там научимся за полгода? Так что не все так страшно, как Ален рассказывает. И кстати…

- Что-то я не заметила особого презрения к тебе. Особенно со стороны некоторых отдельно взятых Магистров.

- Я был бы счастлив, если бы эти «отдельно взятые Магистры» оставили меня в покое, - пробурчал Ален. – И ты тоже.

- Что «я тоже»? Оставила тебя в покое? – обиделась я.

- Да что за день такой сегодня! – Ален нечленораздельно выругался. – Или я разучился нормально разговаривать, или ты – нормально понимать! Оставь в покое Флоренну, а не меня. Я же еле успел тебя остановить.

- Да-да-да, - согласилась я. – Вот теперь подробнее, пожалуйста. Сегодня действительно интересный день, сколько всяких загадок раскрывается. Ты, оказывается, можешь пробивать мысленные блоки. И при этом, отвечая на мои вопросы, посылал… ну, хорошо хоть, не на гхыр, а к Магистру Рейфу. – Я вторично вырвалась из объятий Алена и отступила на шаг, пристально разглядывая его.

- Элька, - виновато начал Ален. – Как я понимаю, тебя интересовало, может ли пробить блок среднестатистический маг. Ну, ты, к примеру.

- Я буду уникальным магом, ты сам недавно сказал, - тут же возразила я. – А спрашивала я про тебя.

- Хорошо, уникальным, не буду спорить. Но ты не задала вопрос впрямую. А я на самом деле не знаю, может ли обычный маг пробить блок.

- А серый может?

- Какой? – удивился Ален.

- Серый. Не темный, не светлый, а их смесь.

- Не знаю, - пожал плечами Магистр.

- Но ты можешь.

- Я могу. Но это связано не с используемой магией, а с происхождением. От меня закрыться невозможно.

- Вообще? – не поверила я. – Никому?

- Вообще и никому, - вздохнув, подтвердил Ален.

- Даже Магистру Рейфу?

- Даже ему.

- Ни гхыра себе… - задумалась я. Хорошо это или плохо – всегда знать мысли всех окружающих? Наверное, при всех отрицательных сторонах этого Дара, я бы не отказалась…

- Еще и эмоции, - добавил Ален.

- Эмоции тоже? Что же у тебя за происхождение такое? – поразилась я.

- Со стороны матери. Есть у нее в роду этот Дар.

- Понятно… - протянула я, стараясь совладать с собственными эмоциями и не выплескивать их на Алена. Как же он справляется с этим? Особенно в Школе, где бегает сотня юных дарований, не стремящаяся сохранить все в себе?

- Я умею закрываться. И вообще очень редко злоупотребляю этим. Только в редких случаях.

- Слушай, давай договоримся, - предложила я. – Ты отвечаешь только на те вопросы, которые я задаю вслух. И ты вроде как должен закрываться, а не читать мои мысли?

- С тобой это почему-то не проходит, - признался Ален. – Ни одна защита не срабатывает. Я автоматически прочитываю тебя. Элька, ты не сердишься на меня?

Я подумала. Потом проверила собственные эмоции. И посмотрела на Алена. Он успокоенно улыбался.

- Мне можно не отвечать, да? – проворчала я и по собственной инициативе прижалась к нему. – Я все равно уже давно поняла, что ты пробиваешь блоки, только вот про эмоции не догадывалась. Ты столько раз себя выдал!

- Элька…

- А за это ты… - Я хотела договорить: «расскажешь, что означает «карриэлле», но

ласковые руки, забравшиеся в мои волосы, и мягкие теплые губы, коснувшиеся моего виска, лишили меня дара речи и вообще способности соображать. Легкие щекочущие ощущения, распространившиеся по телу, ввели меня в странное состояние, своеобразный ступор, когда не хочется ни думать, ни шевелиться, просто стоять, отдаваясь невинным ласкам…

- Я расскажу тебе, - пообещал над ухом голос Алена. – Только не сегодня.

- А почему? – Я тут же вернулась в нормальное состояние.

- А потому что сейчас нам надо обсудить, что с тобой делать.

- А можно ничего не делать? – с надеждой воззрилась я на Алена. Тот сурово покачал головой.

- Нельзя. За свои поступки надо отвечать.

- Только прикоснись ко мне, - угрожающе начала я.

- А вроде ты только что не возражала? – удивился Ален. И тут же добавил, не дожидаясь, пока я выскажусь по этому поводу. – В Школе запрещены силовые методы воздействия. Так что твоим наказанием будет разборка шкафа.

- Какого шкафа? – недовольно поинтересовалась я.

- Вот этого. – Ален показал на громоздкий дубовый шкаф в углу комнаты. По внешнему виду казалось, что его не открывали лет сто, а уж что там скрывалось внутри – одному мракобесу известно.

- Так это может гхырову уйму времени занять! – возмутилась я.

- Предпочитаешь чистку картошки до конца года? Магистр Рейф обязательно поинтересуется, чем кончился этот «прискорбный случай».

Картошку чистить не хотелось еще больше, чем разгребать шкаф.

- Мне можно не говорить, что я думаю по этому поводу, да? – уточнила я.

- Можно не говорить, - великодушно согласился Ален. – Завтра после лекций, адепт Элиара, жду вас здесь.

В шкафу не оказалось ни чучела нетопыря в натуральную величину, ни таинственного магического артефакта, на что я втайне надеялась. Он весь был забит книгами, фолиантами, гримуарами, свитками, разрозненными листками и прочим окололитературным мусором. Открыв с помощью Алена тяжеленные дверцы с искусной резьбой на них (судя по ней, шкафу было минимум лет четыреста), я с трудом поймала вывалившиеся из него бумажки и куски пергамента. Магистр, с некоторым сочувствием посмотрев на меня, быстро удалился под явно надуманным предлогом. И я осталась разгребать завалы.

Через полчаса я пришла к выводу – мои предположения были ошибочны. В этот шкаф никто не заглядывал со времени переезда Школы в Вийск, то есть лет эдак сто пятьдесят. Мне попадались контрольные по неестествознанию для первого курса, написанные неровным детским почерком с огромным количеством ошибок. Я долго расшифровывала, что означают слова «кемора» и «мафго», и, в конце концов, пришла к выводу, что это «кикимора» и «мавка». Там были учебники по травоведению, зельеварению, истории магии (с разрисованными портретами архимагов) и, что неудивительно, неестествознанию. Я нашла даже невесть как сюда попавший ветхий от старости и плохого качества бумаги «Арренский вестник» ста шестидесятилетней давности. Я с интересом изучила, с трудом разбирая выцветшие от старости руны, известие о несостоявшемся конце света. Очевидно, пророки во все времена больше всего любили предсказывать апокалипсисы, и с той же частотой эти пророчества не сбывались. Что не могло не радовать, на самом деле. Зато предсказанию о нашествии саранчи на юг Аррении придали мало значения, а оно как раз оказалось верным. Как следствие этого, выросли цены на зерновые и лен. Еще на листке нашлись заметки о появлении дракона в Синих Липягах (он съел пару коров и улетел, но обещал вернуться) и бале в честь королевы Ники с подробным описанием платья венценосной особы. Я прикинула, что мое собственное, которое обещал сшить Саватий, должно быть не хуже, и, воодушевившись, с удвоенной энергией продолжила разбирать шкаф, без сожаления отложив газету в кучу, предназначенную на выброс.

Вообще, по моему глубокому мнению, весь этот хлам можно было смело выбросить, не утруждаясь разбором. Если за сто пятьдесят лет он никому не потребовался – вероятность, что он кому-нибудь нужен, стремилась к нулю. Но Ален просил просмотреть все листки: «А вдруг там найдется жемчужина в горе… хм… навоза?» Я не очень верила в это, однако считала своим долгом выполнить ценное указание.

И трудолюбиво, как пчелка – нет, скорее, как крыска – проглядывала каждый листик и свиток, каждую обветшалую тетрадку и потрепанную книгу, каждый тяжелый том и обтянутый кожей фолиант. Последние тоже попадались. Я нашла несколько ценных раритетов. К примеру, «Справочник по разумным расам». Не удержавшись, я раскрыла толстенный трактат. На рисунке, открывшемся моему взору, красовался эльф – такой, каким его представлял неизвестный художник. Надеюсь, он не дожил до того момента, когда его шедевр увидел настоящий Перворожденный. Нет, все общие признаки эльфов были в наличии – высокий рост, светлые волосы, слегка заостренные уши. Но вот выражение лица подкачало – казалось, что изображенное существо не обладает даже зачатками разума и готово вот-вот уничтожить любого встретившегося ему человека. Этому весьма способствовал лук, который эльф держал в руках. Я не специалист по эльфийскому оружию, но, судя по его толщине (в бедро горного тролля), натянуть тетиву не смог бы не только Перворожденный, но и означенный тролль. В статье, сопровождающей картинку, сообщалось: эльфы - чрезвычайно гордая, самолюбивая и самовлюбленная раса. Давались примеры и советы, как правильно общаться с представителями оной. Судя по всему, лучшим вариантом было держаться от них как можно дальше.

Я хмыкнула и отложила книжку, не закрывая ее. Покажу Алену, пусть знает, с кем связался.

Еще через час мне взгрустнулось. Количество ценных предметов, извлеченных из недр шкафа, по сравнению с горой предназначенного на выброс было пренебрежительно мало, а я разобрала всего одну полку. В голове поселилась скромная, но весьма назойливая мысль: на сегодня хватит. А, может, и вообще закончить. Шкаф стоял сто пятьдесят лет, и еще столько же простоит неразобранным. Я раскаялась, осознала и вообще больше не буду. Можно найти и более увлекательные занятия, чем копаться в макулатуре… Например, заклинания отрабатывать. Сливать темную магию со светлой. Вместе с Аленом, разумеется. Надо же кому-то подстраховывать юное дарование в моем лице…

Я решила для себя – дождусь Магистра (должен же он когда-нибудь появиться), отчитаюсь о проделанной работе (показав на груду мусора и выявленные раритеты, сделав особый упор на «Справочнике по расам») и проинформирую, что эксплуатация труда адептов кидает тень на гордое звание Магистра (намекнув про страстное желание научиться чему-нибудь новому). А пока продолжу раскопки. И я чихнула – пыль противно щекотала нос.

Листок, вырванный из конспекта, с нарисованным очень выразительным бесенком. Наполовину разгаданный кроссворд. Я не удержалась и заполнила почти все оставшиеся пустые клетки, не зная только имя святого, бесславно погибшего в болотах около Сумеречных гор. Чье-то очередное пророчество, предвещающее всемирный катаклизм. Стихи про несчастную любовь, написанные красивым девичьим почерком и закапанные слезами (я могла поклясться, что это писала Пифия). Еще один конспект с зубодробительной формулой маскирующих чар. Заинтересовавшись, я нахально присвоила его себе – разобраться на досуге. Мало ли на кого еще придется мумию посылать… Не стоит оставлять свою визитную карточку. Так… что там дальше? Засушенный цветок бессмертника. Несколько листков с беспорядочно набросанными на них рунами. Чей-то рисунок лунных фаз. Секундочку…

Я лихорадочно вернулась к куче мусора, отыскивая в ней недавно отброшенное пророчество, перечитав его более внимательно.

Когда взойдет на черном небосклоне

Иссиня-черная, кровавая луна,

С сестрой соединившись в брачном танце,

Свой свет на землю выльет не одна.

В тот час, когда весна, дождавшись,

Что подошел отмеренный ей срок,

Умрет, оставив мир на милость

Того, кто на замену ей придет.

Взмахнет колдун недрогнувшей рукою,

Алмазом черным белый заменив,

И сможет в мир иной портал открыться,

Связь прочную навеки закрепив.

Придут в наш мир и скорбь, и разоренье,

Застонут глухо скалы и земля,

И, сотрясаясь под пятой мрака,

Вскипят повсюду реки и моря.

Чтоб мир не рухнул в пропасть безвременья,

В защиту Света должен Ковен встать,

И с помощью двух магов-полукровок,

Смешавших кровь, обратно Зло изгнать.

Что-то это мне напоминало… Совсем недавно, в этом учебном году точно, я видела нечто похожее… Луна… Вторая луна…

Я села за стол, положив листок перед собой, и гипнотизировала его, пытаясь вспомнить. Вторая луна. Приход Зла на землю. Землетрясения и наводнения. Катаклизм, короче. Где же я это видела?

Самый простой ответ был – в десятке хорошо известных и сотне малоизвестных пророчеств. Но вот вторая луна… Что это вообще такое – вторая луна? Комета? Насколько я помнила из курса астрологии, луна у нас была одна, и второй не предвиделось. И я опять встречаю упоминание о ней, в сочетании с апокалипсисом и двумя смешавшими кровь магами.

- О чем задумалась, краса-девица? – поинтересовался с порога добрый молодец, сиречь Магистр Ален собственной персоной. Ален! Это у него в кармане я тогда нашла листок с пророчеством Валлиасдара Кменофийского.

- Ален!? - позвала я его. – Иди сюда. Смотри, что я нашла.

Он не стал медлить и быстро оказался около меня. Но сначала его взгляд упал на изображение эльфа в справочнике.

- Да… - протянул он. – Это стоило мне показать. Интересно, художник выжил после встречи с существом, которое он с таким мастерством изобразил?

- Не знаю, - рассеянно ответила я. – Гхыр с ним.

- С художником или с эльфом?

- С обоими. Вот, посмотри сюда. Это интереснее, чем любоваться плохой карикатурой.

Ален сел и, положив руку мне на плечо, привлек к себе. Я привычно прижалась к твердому мужскому телу, придвинувшись поближе. Кроме всего прочего, так было удобнее читать один и тот же листок. Моей щеки коснулись теплые губы.

- Ален, - вздохнула я, начиная таять в его объятиях. – Я же так последние мысли растеряю. Ты специально так делаешь, чтобы не мучиться под нашествием моих нестандартных размышлений?

- Я так на тебя действую? – ухмыльнулся Магистр.

- Ты же знаешь, что да. – Я потерлась о его плечо щекой и повторила, показывая на листок. – Смотри сюда. Мне кажется, я видела нечто подобное. Помнишь, у тебя в кармане лежало пророчество?

Судя по тому, что рука Алена сильнее сжала мое плечо, а сам он этого не заметил, я действительно нашла нечто занимательное, если не сказать больше. Хотя ни одной эмоции на лице Магистра не отразилось.

- Да. Есть что-то общее. Вторая луна, катаклизм, приход зла, два мага.

- Слушай, там же говорилось об эльфе и оборотне, - припомнила я. – Ален, а здесь полукровки. Тогда вряд ли это об одном и том же… Маг-полукровка-эльф – не самое редкое существо в этом мире, а оборотень?

- Тоже бывает, - рассеянно бросил Ален, не отрывая взгляда от листка. Я все больше убеждалась, что нашла ту самую пресловутую жемчужину в груде навоза. – Только редко, и не в Аррении. В Шаккаре, если правильно помню.

- Тогда Ковену придется поискать этого мага, - задумчиво произнесла я. – Если, конечно, это пророчество внезапно сбудется. Я тут сегодня находила вестник ста шестидесятилетней давности, с упоминанием об очередном непроизошедшем катаклизме. Правда, никто, кроме самого пророка, не расстроился. Ален, ты меня слышишь? – возмутилась я, заметив, что сидящий рядом мужчина не реагирует на мои слова, не сводя глаз с листка.

Ален еле заметно вздрогнул и повернулся ко мне, легко поцеловав в висок.

- Прости, - извинился он. Мог бы ограничиться, кстати, только поцелуем, мне бы и этого хватило… - Я слышу. Просто это очень интересное предсказание, и я задумался. Ты права, с пророчеством Валлиасдара Кменофийского много общего. Я бы сказал, это его расширенный и дополненный вариант.

Я отодвинулась и внимательно посмотрела на Алена. Он мягко улыбнулся мне. Но гхыр меня побери, если в глазах его не плескалась обеспокоенность – или даже тревога.

- Это все серьезно, да? – тихо спросила я. – Надо срочно искать оборотня?

- Нет, - усмехнулся Ален, вновь привлекая меня к себе. – Никого искать не надо. Пророчества о конце света, как ты сама только что сказала, сбываются крайне редко. Я лично не помню ни одного.

- А если вот это конкретное сработает? Валлиасдар Кменофийский считался пророком, чьи предсказания сбываются всегда.

- А если оно вдруг, - Ален выделил голосом последнее слово, - сработает, то оба персонажа, указанные в нем, появятся сами собой. И главное – узнать, что это именно они.

- Ну, с таким количеством примет трудно ошибиться, - хмыкнула я. - Маг, полукровка, эльф и оборотень. За эльфа могу сойти, к примеру, я. Хотя нет, не могу. Я еще не маг, а только еще буду им. Если диплом защищу.

- Да куда ты денешься, защитишь. Но я очень надеюсь, что это не ты. Не хочу, чтобы твоя кровь смешалась с кровью постороннего мага, да еще и оборотня, - мрачно сказал Ален. Я уткнулась носом в его плечо. Мне тоже не понравилась идея о постороннем оборотне. А Ален, насколько я знаю, не имеет никакого отношения к ним. Означенный Магистр коснулся губами моего виска и резко перевел тему – Ну, ты хочешь продолжить раскопки или на сегодня хватит?

- На сегодня? - Из моей головы быстро вылетели все мысли о пророчествах и оборотнях. – Ты хочешь сказать, что надо продолжить и завтра?

- А вдруг ты найдешь еще одно предсказание, отменяющее оба предыдущих? – полусерьезно спросил Магистр. – И тогда прекратятся все переживания.

- Я и так не переживаю, - пробурчала я. Но, поймав насмешливый взгляд Алена, поправилась: - Почти не переживаю.

К сожалению,такого пророчества не нашла ни я, ни Ален, который благородно взял на себя миссию помочь мне в раскопках. Мы работали еще три дня. Выбросив последнюю бумажку, я выпрямилась, отряхнула руки и с гордостью продемонстрировала Алену безупречно чистые полки с расставленными на них фолиантами («Справочник по разумным расам» стоял на самом видном месте), устало поинтересовавшись:

- Теперь все?

- Теперь все, - согласился Ален. – Спасибо, Элька, ты очень помогла.

- С тем, что нашла пророчество, или с тем, что разобрала эти завалы?

- И с тем, и с другим, - усмехнулся Магистр. – Кстати, если тебе интересно. Я поговорил с Магистром Кантеном с кафедры пророчеств. Он вспомнил, что тот занимательный листок он собственноручно сунул в ящик собственного стола лет этак девяносто назад. Это ответ на экзамене одного адепта, Лютика, талантливого раздолбая, как обычно и бывает с вами. – Он, ухмыльнувшись, посмотрел на меня. Мой подбородок гордо взметнулся вверх. Лично я себя раздолбаем не считала. – Кантену показалось интересным это пророчество – он тоже нашел в нем нечто общее с Валлиасдаром Кменофийским, и хотел изучить позже. Молодой человек мог просто-напросто схалтурить, сама понимаешь. Но руки до изучения пророчества у Кантена не дошли, он как раз занялся чем-то более увлекательным, чем разборки с адептом, и как листок попал в шкаф - не знает.

- Да, действительно любопытно, - кивнула я, покривив душой.

Пророчества адептов, особенно совпадающие с хорошо известными, меня волновали мало. Про Лютика я ничего не слышала, времени прошло с той поры много, следовательно, особых успехов он на ниве предсказаний не достиг. И можно не обращать на него внимания. Есть дела и поважнее. Платье, к примеру.

- Ален, ты хотел проводить в город меня и Кесси?

- Ну… - задумался он. – Не сказать, чтобы я мечтал прогуляться именно в такой компании, но одну я тебя не отпущу, а без Кесси ты не пойдешь, правильно? Когда вы собираетесь?

- Завтра. С утра, чтобы не задерживаться там до темноты и не подвергать опасности отдельно взятых Магистров, - ехидно заметила я. – А почему ты спрашиваешь? Мысленные ответы тебя уже не устраивают?

Ален со смехом обнял меня.

- Элька, даю честное магистерское, что делаю все возможное, чтобы не концентрироваться на твоих мыслях. Приятнее общаться с человеком привычным образом, нежели копаться в его голове.

- А я могу прочитать твои мысли?

- Ты? – Он задумался. – Не знаю. Возможно. Если наберешься опыта. Только не пробуй сейчас!

Было поздно. Он, конечно, уже знал, что я попыталась залезть в его мысли и наткнулась на мощный блок. Заклинание отрикошетило и ударило по мне же. Мгновенно противно зашумело в ушах, заныли виски и закружилась голова.

- Я же предупреждал… - расстроенно сказал Ален, кладя пальцы на мой лоб. Боль чуть стихла.

- А если ты снимешь блок?

- Я не могу, - вздохнул Магистр. – Это часть врожденного Дара, и связано с чтением мыслей. Но, скорее всего, и его можно пробить.

- Я попробую, - самоуверенно заявила я.

- Даже не сомневаюсь, - усмехнулся он, нежно целуя меня в один висок, потом в другой. – Боль ушла? – И, не дожидаясь ответа, поскольку уже знал его, успокоенно выдохнул. – Я так и знал, ты именно поэтому полезла в мою голову.

- Ну…

- Не забывай, я знаю все, - улыбнулся Ален. – Иди, а то Кесси начнет тебя искать. Встречаемся после завтрака у ворот.

Он, как и обещал, проводил нас до лавки Саватия, категорически отказавшись заходить внутрь и мужественно дожидаясь нас снаружи в течение двух часов, потребовавшихся на примерку. Я была благодарна. Мне очень не хотелось показывать ему платье до бала, и я была уверена, что по собственной инициативе Ален не полезет искать его в моих воспоминаниях. Не сомневаюсь, что он знал о моем желании.

Кесси, к слову, не удивилась, когда узнала о нашем сопровождающем.

- Я бы на его месте вообще не отпускала тебя от себя на расстояние аршина, - только и прокомментировала она.

Зато удивилась Школа. Вид Магистра Алена, сопровождающего двух адепток-девятикурсниц до лавки портного и ожидающего их столько времени, привел общественность в состояние легкого возбуждения. На следующий же вечер к нам ворвались Ниасса и Аллирия.

- Мы так и не поняли, каким любистоком вы воспользовались? – с порога заявили они. – И как подлили его Магистру?

Я и Кесси, оторвавшись от расшифровки найденного мной заклинания маскирующих чар, недоуменно взглянули на Пифий.

- Мы всем факультетом пытаемся угадать, - пояснили они. – На чем только не пробовали – и на крысах, и на гусеницах шелкопряда, и на ромашковом чае…

- Кого подлили? Кому подлили? – уточнила я. И тут же поняла. – Магистру Алену?

- Конечно, - защебетали они, усаживаясь на кровать Кесси и беря на руки Кыса. – Вся Школа видела вас втроем. Элька, ты только не обижайся, но Кесси ему больше подходит – они оба высокие и темноволосые.

Я нахмурилась. Пифии заметили это.

- Не переживай, ты тоже красивая, - утешили они меня. – Так что и как вы ему подлили?

Я предоставила Кесси придумывать легенду, которая устроила бы обеих девиц, а, значит, и факультет Пифий в полном составе, а сама попыталась представить, как смотрюсь рядом с Аленом. Действительно ли Кесси подходит ему больше? Знает ли он об этом? Да знает, наверное, мысли от него никто не может скрыть… Раньше меня не заботили подобные проблемы. Да, собственно, и сейчас зачем об этом думать? Кого волнует мнение посторонних, пока я нравлюсь Алену больше других? И без всякого любистока, надо сказать.

Я решительно выбросила все это из головы и вернулась к разговору. Очень вовремя. Ниасса сообщила, что Магистра Флоренну видели гуляющей под руку с завхозом Тианом.

- Они сошлись на почве ваших големов, - хихикнула она. – Дружно ругают современную молодежь и ждут не дождутся, когда вы свалите из Школы. Восьмой курс, дескать, не такой бесшабашный, как ваш.

- Скоро уедем, - вздохнула я. – После Солнцеворота сессия, а там все – практика за пределами Школы.

- А по Магистру Алену не будете скучать? – язвительно поинтересовалась Аллирия.

- А он с нами поедет, - спокойно ответила я. – Практика по его курсу будет. Разве он сможет нас бросить?

- Жаль, - расстроилась она. – Обычно же по боевой магии проходит?

- А в этом году по некромантии. Кесси с Мареком не едут, остаются на стажировке на кафедре теоретиков.

Кесси кивком подтвердила мои слова.

Разочарованные Пифии воспользовались первым же предлогом, чтобы ускользнуть и в одиночестве пережить крушение взлелеянной уже мечты – приворожить красавца Магистра, который, оказывается, поддается девичьим чарам.

- Кесси… - начала было я, как только за ними закрылась дверь.

- Не глупи, - оборвала она меня. – Ты сама знаешь, кого он выбрал.

Я знала. Я не знала, почему, или за что, но знала, кого. Или, точнее, кто выбрал нас.

Судьба.

Я бы назвала это судьбой.

Глава 15

Холодный назимник, основательно успевший всем надоесть занудными затяжными дождями, преобразивший землю в противную хлюпающую под ногами грязь, налипающую на сапоги и превращающую любую прогулку в мучение, в положенный срок передал свои полномочия выстудню [14]. Тот, в свою очередь, переждал несколько дней, набираясь сил, и пока продолжал начинания осени, а, окрепнув, за одну ночь укрыл засыпающие деревья, пожухлую, прелую траву и опавшие листья легким белым пуховым покрывалом. Только тогда мы заметили, что сменилось время года.

Наши дни были похожи один на другой, сплетаясь в безумную круговерть из лекций, семинаров, лабораторных, рефератов, контрольных и подготовки к надвигающейся сессии. Если мы не корпели над конспектами – значит, отрабатывали заклинания. Если не колдовали – значит, зубрили даты по истории магии. Если не мучили себя запоминанием цифр и событий – значит, тренировались в фехтовании. Хотя из боевых искусств сдавать надо будет только магию, Магистр Оррик совместно с Аленом требовали от нас если не отличного, то, как минимум, сносного владения оружием, мотивируя это суровой необходимостью и ссылаясь на мою же встречу с урелом. Возражения – дескать, урела зубочисткой не завалишь, если на него действует только кислота – не принимались. «Урелы, - напоминал Ален, - существа практически вымершие, а вот прочие твари, от которых мечом отмахаться можно, вполне себе встречаются».

Мы с Аленом изменили сложившийся сценарий вечерних встреч – я прихожу к Гренне, он меня там ждет, и мы гуляем под беззастенчиво подглядывающими за нами из-за облаков звездами. Погода не вызывала желания дышать свежим воздухом, и нам волей-неволей пришлось переместиться под крышу, которой, как правило, служил потолок его комнаты. К нам Ален заходить по-прежнему отказывался.

В конце концов, мне удалось уговорить его. Однако ничего хорошего из этого не вышло. Кыс при одном взгляде на Алена выгнул спину, вздыбил шерсть на спине, оскалился и зашипел. Мы провели полчаса, пытаясь мило беседовать, и все это время из угла доносилось яростное возмущение кота. В конце концов, не выдержав осуждающих взглядов Кесси и устав слушать громкое шипение, периодически сопровождающееся гневным мявом, я вытащила совершенно не возражающего Алена из комнаты.

- Видишь, я же говорил – два идеала в одном помещении не уживаются, - улыбнулся он, закрывая за нами дверь.

- Да, говорил, - со вздохом согласилась я. – А я не поверила.

- И зря, - нравоучительно заметил Магистр. – Старших, тем более преподавателей, надо слушаться.

Я скептически воззрилась на него, но, увидев знакомые смешинки в глазах, мгновенно состроила почтительное выражение лица.

- Конечно, господин Магистр. Как скажете, господин Магистр. Как мне следует сейчас поступить?

- Давно бы так, - удовлетворенно заметил Ален. В его руках возникли наши куртки. – Одеть, застегнуть, накинуть капюшон и идти со мной.

- Опять работать… - нарочито обреченно вздохнула я.

- Опять. – Ален надел куртку, дождался, пока оденусь я, и двинулся к выходу, подхватив меня под руку. – И не притворяйся, что расстроена. Все равно не поверю. Тебе это интересно не меньше, чем мне.

Возражать я не могла, да и смысла не было. Ален читал мои эмоции и знал, что я чувствую. Наши занятия нравились мне не меньше, чем ему, он был совершенно прав. Магистр загорелся идеей создать Серую магию и стремился научить этому и меня.

– Сначала попробуем с тобой, а потом расскажем остальным, - рассудил он. – Все настолько зыбко и неуверенно, что рано пока посвящать в это других.

Он хотел сплести хорошо известные классические боевые заклинания, основываясь не на светлой, а на темной энергии. У него получалось, у меня не очень. С переменным успехом, я бы сказала. Мне не всегда удавалось уловить тонкую грань, разделяющие потоки. Как правило, это получалось скорее случайно, чем намеренно. И, как и в случае с ледяной звездой, обычно я зачерпывала слишком много силы, чем требовалось. Хорошо еще, что Ален предусмотрительно начал с простеньких заклятий, которым обучают малышей-первокурсников – «петля бабочки», к примеру – иначе я разнесла бы учительский корпус на кусочки. Магистр утверждал, что главное – уловить принцип, а остальное – дело техники, и его уже можно применить к любому заклинанию, в том числе и самому сложному.

Энергии это забирало неимоверно много. Меня хватало на три-четыре удачные попытки или шесть-семь неудачных. После чего я без сил падала на кровать, Ален обнимал меня и потихоньку подпитывал.

Это было лучшим временем дня. Мы мирно болтали о всякой всячине, Алена иногда удавалось раскрутить на рассказы о его детстве, он в ответ вытягивал из меня подробности моей скромной и ненасыщенной событиями жизни. Изредка, после особенно удачных попыток, когда у меня не было сил даже на болтовню, я просто молчала, а Ален нашептывал мне на ухо фразы на элеандаре. Это неминуемо приводило к моим попыткам выяснить перевод, на что Магистр неизменно утверждал, что в них нет ничего интересного, просто он не хочет забыть язык. Я делала вид, что верила, он, в свою очередь, делал вид, что верил мне, и при этом мы оба знали правду.

Потом приходила пора прощаться. Ален нежно целовал меня в висок и провожал до нашей комнаты. Он не требовал ничего большего. Я была благодарна ему, хотя не думаю, что стала бы сильно возражать в ответ на его настойчивость. Просто… мы не торопились. Нас связывало нечто большее, чем банальная взаимная симпатия, и нам обоим было это известно. Перед нами была еще вся жизнь. Рано или поздно - и скорее рано, чем поздно – мы перейдем на следующую ступень. Но пока я немного боялась этого – как пугаются всего нового и неизведанного. Ален же терпеливо ждал…

- Ну, готова? Пробуй еще раз, - терпеливо попросил Магистр, отойдя к кровати. Я сердито посмотрела на него.

- Поосторожнее с искрами из глаз, так и сжечь что-нибудь можно, - усмехнулся он. – Лучше сосредоточься и попробуй почувствовать силу.

Я закрыла глаза, сосредотачиваясь. Легкий, едва ощутимый ветерок закружился вокруг меня, касаясь то здесь, то там. Я потянулась к нему, ближе, еще ближе… начиная сплетать тонкую нить заклинания…осторожно, очень осторожно добавляя к ней невидимые частички…

- Estten! – С моих пальцев сорвалась и, попетляв по комнате, ударилась о противоположную стену яркая искра.

- Получилось, - выдохнула я.

- Получилось.

- И, кажется, я поняла, как это делается. Немножко. Но опять не рассчитала с объемом энергии. – Я чуть пошатнулась.

- Устала? – мягко спросил Ален. – Иди ко мне.

- Подожди, я еще раз попробовать хочу.

На этот раз все получилось еще проще. Ветер, казалось, сам шел в мои руки, формируя тонкое кружево заклинания, выстраивая зазубренную еще много лет назад формулу…

- Estten!

Я упала на руки к Алену, с восторгом глядя на расплывшееся на противоположной стене безобразное темное пятно обгоревшей краски.

- Правда, я молодец? – заявила я, чуть повернувшись, так, чтобы уловить взгляд темно-синих, лучащихся гордостью за меня, глаз.

- Правда. А кто теперь стену будет ремонтировать?

- Домовые, кто же еще, - пожала я плечами, слишком довольная собой, чтобы думать о каких-то пятнах на стенах.

- И энергию учись расходовать экономнее, сколько раз говорить, - проворчал Ален, расстегивая на себе рубашку и прижимая мою спину к своей груди.

- А может, мне нравится, как ты ее восстанавливаешь, - промурлыкала я, откидывая голову к нему на плечо и прикрывая от удовольствия глаза. Приятное тепло распространялось по моему телу, вводя в подобие транса.

- Знаю, - хмыкнул он. – Надо будет как-нибудь отправить тебя восстанавливаться, как все остальные, из источника, тогда, возможно, ты научишься обращаться с силой.

Я открыла глаза, недоверчиво взглянув на него.

- Ты же несерьезно? Только не говори мне, что да. Все равно не поверю. Тебе это нравится не меньше, чем мне, - повторила я его же слова.

- Я плохой учитель, Элька, - вздохнул он. - Магистр Лессель гонял бы тебя до седьмого пота, потом заставил бы восстановиться саму и продолжил бы гонять дальше. А я только потворствую твоим привычкам…

При этом он ласково поглаживал мои руки, посылая щекочущие искры. Я опять блаженно прикрыла глаза.

«Это тебя надо было гонять. А я девушка, со мной надо обращаться по-другому», - лениво промелькнула мысль в моей голове.

- Если бы и нечисть так думала, было бы еще лучше, - пробурчал Ален себе под нос.

- Что? – вскинулась я.

- Ничего. Тебе пора. Или останешься?

- Да, я останусь, и утром опять придется объяснять Флоренне, каким мы с тобой заклинанием занимались… - Я неохотно высвободилась из его объятий и щелкнула пальцами. Куртка неторопливой тучкой подплыла ко мне.

- А тебе не все равно? – Ален насмешливо посмотрел на меня. – И так вся Школа делит меня между тобой и Кесси.

- Все равно, - кивнула я. – Кстати, обо мне и Кесси. Надо подбросить дров в этот костерок. Проводишь нас завтра? Нам платья забрать надо, до праздника осталось две недели.

- Конечно. Завтра, как всегда, у ворот Школы.

Утром выстудень вспомнил, что он все-таки зимний месяц, и решил оправдать свое название довольно сильным морозцем, щиплющим за неприкрытые одеждой части тела. Мы быстрым шагом дошли до города и, собственно, лавки Саватия.

- Ален. – Я взяла его за руки и искательно заглянула в глаза. – Пойдем с нами. Ты замерзнешь на улице.

Ален задумался.

- Я буду вас ждать в трактире на соседней улице. Как закончите – приходите туда. Надеюсь, пять домов вы в состоянии пройти без приключений.

Я оскорбленно хлопнула за собой дверью.

На окончательную примерку, недолгое любование собой в зеркале, выдачу честно заработанных Саватием арренов (хотя он взял, как и договаривались, только за ткань) и повторное (на всякий случай) зачаровывание окон и дверей от нечисти (в качестве бонуса от нас) ушло чуть больше получаса. Ален даже не успел допить кружку горячего настоя на травах и ягодах.

Когда мы вошли, он с выражением крайней заинтересованности слушал пожилого трактирщика.

- Так что, сами видите, господин маг, какие дела у нас здесь творятся… - Трактирщик привычно встал, услышав звон дверного колокольчика, и обернулся к нам.

- Что желаете, юные дамы?

- Ничего, - коротко отрезал Ален. – Дамы со мной. Мы уже уходим. Или вы хотите что-нибудь выпить горячего?

Я хотела было согласиться, но вид Алена заставил меня нахмуриться, а сердце сжаться. Магистр был мрачен и задумчив.

- Нет, - отказалась я за нас обеих.

- Как скажете, - трактирщик потерял к нам интерес. – Так вы говорите, господин маг, пару месяцев можно жить спокойно? А то, видите ли, всех клиентов растерял…

- Да. Два-три месяца у вас не должно быть проблем. А потом обратитесь к магу, пусть он обновит заклинания.

Ален надел куртку и вышел вместе с нами на улицу.

Холодный морозный воздух опалил лицо, яркий солнечный свет, высекающий слепящие искры из укрывавшего землю и окружающие постройки снега, заставил зажмуриться. Я повыше подняла воротник и натянула рукавицы, поправив на плече ремень сумки, в которой лежало драгоценное платье. Теплолюбивая Кесси недовольно поежилась. В такой холод из дома ее могло выгнать только нечто очень важное, вроде праздничного наряда. Выдыхая клубящиеся облачка пара, мы заторопились в Школу.

Несмотря на великолепный, хотя и морозный денек, на душе у меня было мрачно. Дополнительных разъяснений того, о чем беседовали Ален и трактирщик и почему у Магистра такое плохое настроение, мне не требовалось.

- Все продолжается, - тихо сказала я.

- Да. – Был даден ответ.

- И кто это был? Опять жеркал?

- На этот раз шуш.

- Шуш? – я искренне удивилась. – А чем он может распугать посетителей?

- Этот – мог, - мрачно сказал Ален. – Он их пугал. До полусмерти, насколько я понял. Как именно – трактирщик не захотел рассказывать, но я и так представляю. Эта тварь была размером с теленка. И пыталась отхватить от меня кусочек на память.

Я удивилась еще больше. Шуши были, в принципе, безобидными созданиями, не больше кошки, и я никогда не слышала о том, чтобы они кусались.

- Ты не пострадал?

- Элька, ты плохо обо мне думаешь, - упрекнул меня Магистр. – Разве я позволю какому-то шушу нанести мне вред?

- Нет… наверное.

Мы проходили по площади, тоже необычно пустой для выходного дня. Правда, может быть, холод разогнал людей по домам? Но мне как-то не верилось в это…

- А Ковен? А Орден? Вы же посылали сообщение?

- Посылали. Но в ответ ничего не получили. Или Магистр Рейф не пожелал ознакомить меня с ним.

- А местный маг… - заикнулась я, тут же замолчав. Одному магу, каким бы сильным он ни был, не справиться с таким нашествием.

- Точно.

Кесси, которая с интересом прислушивалась к нашему диалогу, решила уточнить.

- Поправьте меня, если я ошибаюсь. Но ни Ковен, ни Орден не соизволили поднять свои… хм… - она искоса взглянула на Алена и подобрала более приличное слово, - задницы и помочь городу?

Вопрос остался без ответа. До городских ворот оставался примерно квартал, когда с их стороны послышался странный шум, крики и отчетливо потянуло магией. Боевой. Мы, не сговариваясь, ускорили шаг.

Зрелище, представшее нашим глазам, не сильно радовало глаз. Точнее, не радовало совсем. Ворота были закрыты наглухо, но толку от этого было немного. Противник нападал сверху, и, судя по всему, защищавшим ворота – трем стражникам, отстреливающимся из арбалетов (без особого, впрочем, успеха), и двум магам – приходилось несладко. Снежных расквыр было слишком много. Навскидку – не меньше сотни особей. Может, чуть больше. Один из магов, одетый в темный длинный плащ, держал щит, не пускавший тварей в город, второй - молодой, смутно знакомый парень - беспорядочно швырялся заклинаниями в центр стаи, чтобы задеть как можно больше зубастых ворон. Расквыры, слабо обращая внимание на падающих особей, сраженных заклятием или арбалетным болтом, смыкали ряды и с гортанным клекотом налетали на отчаянно защищавшихся людей или пытались пробиться сквозь щит. Я поразилась мастерству мага, создавшего и поддерживающего его – заслон стоял на несколько десятков аршин в ширину и высоту. Твари не могли - или не хотели – обойти его с боков или сверху. Но на большее мага не хватало. Помочь соратникам он не мог.

Зато могли мы.

Пока я сбрасывала мешающие мне рукавицы и сумку, лихорадочно перебирая в памяти подходящие заклинания, с рук Алена сорвалось темно-синее облачко, ударив по краю нападающей стаи. В воздух взметнулись перья и капельки темно-багровой крови. Расквыры, возмущенно закаркав, метнулись в сторону, на время прекратив свои попытки пробиться в город и оценивая обстановку.

- У меня не долетит, надо подойти поближе, - обеспокоенно сказала Кесси. На ее пальцах трепетало оранжевое пламя.

- Только не выходи за пределы щита. Видишь, где он заканчивается? – бросил Ален, торопливо сплетая очередное заклинание. Кесси осторожно подобралась к магу в темном плаще и пристроилась рядом с ним, отпуская пламя. Две птички, ярко вспыхнув, не оставили после себя даже перышка.

У меня проблем с расстоянием не было. «Радужный вихрь» уже летел к стае. Около десяти тварей, захваченных им, превратились в лепешку, ударившись о стволы ближайших сосен.

- Хорошо,- бросил мне Ален. Его облако уничтожило еще несколько расквыр. Я не отреагировала на его слова – на это еще будет время. Я кастовала новое заклятие.

Увидев подкрепление, молодой маг воодушевился и с новыми силами принялся за дело. За десять минут мы совместными усилиями разбили почти всю стаю. Оставшиеся особи, возмущенно каркая, удалились в голубую даль. Я стряхнула с пальцев почти готовое заклинание и огляделась. Прежде белый снег теперь был усеян перьями, неприятно выглядящими ошметками и кровавыми пятнами. К несчастью, не только птичьей. На щеке молодого мага красовалась глубокая, сочившаяся сукровицей царапина от когтя, а по руке бодро бежала струйка крови – одна из тварей вырвала кусок кожи из куртки и поранила парню плечо. Второй маг опустил руки, снимая щит, и повернулся к нам. Только сейчас я заметила на его плаще эмблему – единорог со змеей. Этот темноволосый мужчина с седыми висками принадлежал Ордену Темных Всадников. И я могла сказать точно, что уже видела его – на ярмарке. Тогда он так же пристально смотрел на меня.

Я чуть передернула плечами и отступила, поднимая с земли рукавицы и сумку. Меня чуть шатнуло – перерасход энергии – и я прижалась к Алену, чтобы хоть немного, через одежду, подпитаться от него.

- А что вообще происходит? – громко поинтересовалась Кесси. – С каких пор расквыры нападают средь бела дня, да еще и такими стаями? Они же должны были перегрызться еще на подлете к городу?

- А гхыр их знает, - со злостью ответствовал молодой маг, сплюнув на землю. – А, простите. Я не поблагодарил вас за помощь. Я Брендт. – Он сделал несколько шагов, подойдя к Алену, и протянул ему руку, поморщившись при этом.

- Ален.- Магистр легко, стараясь не причинять лишней боли, пожал ему руку.

- А вас, милые дамы? Простите, госпожи магички? – Брендт ни на секунду не усомнился в том, что мы с Кесси уже обладаем дипломами мага-практика. Тем веселее было смотреть на его удивление, когда Кесси рассмеялась:

- Конечно, ты нас не помнишь. Мы на несколько лет младше, где же тебе помнить всех мальков?

Теперь я тоже вспомнила его. Светловолосый, темноглазый, высокий Брендт был на пять лет старше нас и закончил, естественно, нашу же Школу, считаясь в ней подающим надежды раздолбаем. Парень смутился и покраснел.

- Э… да… возможно…

- Я Кесси, это Элька, - смилостивилась над ним подруга и решительно взяла его руку.

- Дай кровь остановлю. Да не дергайся, хуже будет. – И коротко прошептала заклинание. С ее пальцев потек золотистый свет. Брендт закусил губу и скривился, но не издал ни звука и не шевельнулся.

Ален, убедившись, что заживление идет нормально, обратился к рыцарю Ордена.

- Вас, очевидно, прислали в ответ на наш запрос?

- Если вы из Школы, то да, - не очень приветливо ответил мужчина. Я ощутила, что Ален напрягся. Несколько секунд, показавшимися мне часами, они смотрели друг другу в глаза. Рыцарь нарушил молчание первым.

- Благодарю вас за помощь, Магистр. И вас, адепты, тоже. – Он коротко кивнул и удалился.

- Значит, из Ордена все-таки кого-то прислали, - озвучила я то, что и так было понятно. Просто затем, чтобы что-нибудь сказать. А то у меня возникло ощущение, что я потеряла голос. Ален сбросил свою рукавицу, потом взял меня за руку, подпитывая своей силой. Мне стало полегче. Голова перестала кружиться, тошнота прошла.

Брендт, побледневший, зато с остановленной кровью и наскоро заживленной рукой, эмоционально подтвердил.

- Я тоже писал в Орден. И в Ковен. Но от магов пришла только записка – ждите подкрепления, а пока справляйтесь своими силами. Ну, я и жду, делать-то больше ничего не остается. – Парень развел руками. – А из Ордена приехал Магистр Велен и помогает по мере своих сил. У него их, правда, больше, чем у меня, но нас двоих все равно не хватает на весь город, - признался парень.

Ален молча провел свободной рукой по воздуху, собирая энергию, и метнул ее в Брендта.

- Ничего себе! – ошалело воззрился он. – Я тоже так хочу.

- Позже, - кивнул Ален. – Пока у тебя не хватит опыта. Но хотелось бы мне знать, кто ставит юного мага четвертой – я ведь не ошибся? – Ален вопросительно поднял бровь. Брендт кивнул. – Четвертой степени на город Вийск, рядом с Чернолесьем?

Парень задумчиво махнул рукой.

- Я здесь уже полгода. Место освободилось, меня и поставили. Сначала проблем не было – все тихо, спокойно, нежить предпочитает - предпочитала, - поправился он, - сидеть в глубине леса, в город не лезла. И вот пару месяцев назад как сглазил кто. Я с ног сбиваюсь. То домовой взбесился, то банник выгнал парящихся на улицу в чем мать родила, то запутники лавку разгромили… - На этих словах я постаралась спрятать смешок. Но Брендт все равно не смотрел на меня, опустив взгляд в землю и словно оправдываясь перед нами. Я могла его понять. Только недавно я сама разбиралась с нечистью в лавке Саватия, а десять минут назад помогла уничтожить стаю расквыр, и еле стою на ногах, а парню приходится иметь с этим дело ежедневно. Конечно, он выбивается из сил.

- Вот с появлением Магистра Велена стало полегче, - вздохнул Брендт. – И никто не может сказать, что происходит.

- Я могу, - сообщил Ален. – Парень, ты не поверишь, но это последствия выплеска темной магии. А вот когда оно закончится, действительно никто не знает. Я попрошу Магистра Рейфа, он еще раз напишет в Ковен.

- И в Орден, - подсказала я.

- В Орден бесполезно, - грустно произнес Брендт. – Магистр Велен честно сказал, что людей у них мало, и они разъехались по всей стране.

- А почему адептов не позвать? И учителей? – вдруг спросила Кесси. – Девять магов-практиков на нашем курсе… Ну, восемь, Марека можно не считать. Плюс седьмой-восьмой курсы. Они тоже в состоянии разобраться с мелкой нечистью или зачаровать лавку от вторжения.

-Так запретили! – горестно возопил Брендт. – Специально указали – детей не просить ни в коем случае! Девятому курсу, мол, остался месяц, а там их отправят на практику, в окрестные деревни, где даже мага нет, а положение еще хуже. А младшие курсы еще не в состоянии справиться.

Я мысленно согласилась с ним. В прошлом году мне вряд ли удалось бы справиться с жеркалом, не поддающимся пульсару.

- Правильно сказали, - подтвердил и Ален. – Брендт, эти твари мутируют. Наверное, ты уже и сам это заметил. Простейшими заклятиями с ними трудно справиться.

Парень кивнул.

- Тогда предлагаю вот что: через день у меня спецкурс в три часа. Приходи. Я договорюсь, чтобы тебя пропустили. Покажу пару заклинаний, которые могут тебе пригодиться.

- Конечно! – обрадовался парень. – С удовольствием!

- Договорились. А сейчас прости, нам пора. Кесси! – позвал Ален мою подругу, заговаривающую сейчас легкие раны стражников. – Ты идти можешь? – обратился он уже ко мне. – Или еще подпитать?

Я оценила свое состояние.

- Могу. Ален, а почему…

- Потом! – оборвал он меня. – Если можешь идти – тогда идем.

Когда мы отошли на приличное расстояние от городских ворот, я все-таки спросила:

- Почему ты не рассказал ему про Круг?

- Чтобы он тут же потащился его искать и влип в еще большие неприятности? – поразился Ален. – Элька, я же знаю, что и тебе в голову приходила та же идея, правда?

Я гордо не стала отвечать. Подобный вопрос от того, кто читает твои мысли в любой момент, можно считать риторическим.

- Вот. А это юный маг, который отвечает за весь город и считает себя неуязвимым, поскольку ему приходилось пока встречаться только с крысолаками и расквырами. Я не могу сказать, выстоял бы он против урела, как ты.

Я ощутила укол гордости.

- Поэтому ты позвал его на курсы?

- Да. И очень жалею, что не знал о нем раньше. Ему явно не повредили бы ваши знания.

- А сейчас что он будет делать? Ведь все заклинания, которые ты показываешь, основаны на темной магии?

- А мы попробуем сделать так, чтобы он применил их на светлой, - улыбнулся Ален.

На этом разговор был закончен. Мы подошли к воротам Школы. Да, честно говоря, то, что я хотела еще прояснить, не было предназначено для ушей Кесси…

- Ален, что ты прочитал в мыслях рыцаря? – первое, что я спросила вечером.

- Ничего, - коротко ответил Магистр.

- Но…

- Ничего, - повторил он. – У него стоит мощнейший блок. Я не знаю, кто его ставил, явно не Магистр Велен, однако для меня он непробиваем.

- Такое бывает? – поразилась я.

- Я тоже первый раз встречаюсь. Что, тебе тоже такой захотелось? – усмехнулся он. Я не стала отрицать, просто громко подумала: «Нет, с большим удовольствием я бы послушала твои мысли».

- А кстати, - заметил Ален. – Мой блок он тоже пробить не смог. Так что в этом отношении мы остались равны. И еще вот что… - Он внезапно замолчал.

- Что? – устав ждать, подтолкнула я его.

- Не могу сказать точно. Рыцарь не колдовал при мне, только держал щит, но… Кажется, он работает с темными потоками.

Я секунду соображала, что это значит.

- Ты хочешь сказать, что Рыцарь Ордена - некромант?

- Не могу сказать точно, - повторил Ален, нахмурившись. – Он не пользовался темной энергией, но отголоски от его заклинания…

- Мне он тоже не понравился. – Я поежилась при одном воспоминании. – Его пристальный взгляд... И что он во мне нашел?

- Ты не поняла?

Я покачала головой.

- Вот он оценил твое заклинание. Ты вплела в «Радужный вихрь» темную энергию. Да еще и, по своему обыкновению, взяла больше, чем требуется. Мне даже можно было не контролировать тебя, достаточно посмотреть на твое состояние после боя.

- А ты контролировал? – расстроилась я.

- В первый раз – да. И не обижайся, я не мог просто так оставить тебя, это происходит непроизвольно. – Ален обнял меня и прижался губами к виску. – Ты сама-то поняла, как именно у тебя получилось сплести заклятие?

Я наморщила лоб, вспоминая свои действия… Да, кажется, помню… Темная энергия цепляется вот в этом и вот в этом месте…

- Повторить сможешь? – Ален, разумеется, читал мои мысли.

Вместо ответа я подняла руку, демонстративно сплетая заклятие «Радужного вихря». Ален в последнюю секунду успел разрушить его.

- Мне не нужно в комнате второе окно, - серьезно сказал он.

- Не нужно, так не нужно. – Я помахала пальцами в воздухе, стряхивая собравшуюся на них энергию. – Так ты хочешь сказать, что Магистр Велен понял мои действия?

- Или понял, или его насторожили твои принципы работы с потоками. Он мог скрыть свои мысли, но не эмоции, - пояснил Ален. – И его это заинтересовало. Весьма. Очень надеюсь, что в ближайшее время здесь не появятся рыцари Ордена, чтобы поговорить с тобой.

- Мы делаем только то, что приказал Орден, - беспечно отмахнулась я. – Учимся воевать с нечистью. И, если у меня это получается не так, как у других – ну вот такая я бездарность.

- Ты вовсе не бездарность, - возразил Ален. - Вы вообще на удивление быстро учитесь. Я хочу попробовать показать вам еще одно заклинание, более сложное, но эффективное.

- Какое? – заинтересовалась я.

- Увидишь, - загадочно сказал Ален.

Он был прав. Заклинание было сложным, эффективным - особенно для скоплений нечисти, вроде давешней стаи расквыр – и эффектным.

Спецкурс пришлось вновь проводить на свежем воздухе, благо погода вполне это позволяла – солнце не собиралось отлынивать и скрываться за облаками, а небольшой морозец помехой не был – Ален пообещал, что замерзнуть нам не удастся.

И нас было девять адептов. Помимо присоединившегося к нам Брендта (парень был в полном восторге, хотя и немного смущался того, что ему придется учиться наравне с недоучившимися магами), на спецкурсе появилась Кесси.

- Я не собираюсь становиться некромантом или воевать с оными, - пояснила она, - но после вчерашних событий предпочитаю иметь в рукаве парочку эффективных заклинаний.

Ален не возражал. А у меня было подозрение, что ее появление способствовало не только желание научиться чему-нибудь новому, но и кое-что другое. Точнее, другой. Уж очень Кесси засмущалась, когда я упомянула в разговоре Брендта.

Парни при виде новоприбывших выразили легкое удивление, но, в общем, восприняли это как должное. Пришли – и пришли. Возмущаться по поводу того, что отряд уникальных специалистов по борьбе с нечистью пополнится еще одним магом, никто не стал.

Для отработки заклинания мы ушли как можно дальше от жилых и учебных зданий, не выходя, впрочем, с территории Школы. Для дополнительной безопасности Ален выставил защитный круг.

- Брендт, Кесси, вы пока просто смотрите, - сказал он. – Я покажу остальным и подойду к вам.

- А нам почему нельзя пробовать? – оскорбился Брендт, считавший себя опытнее нас, адептов. Кесси только усмехнулась. Она была в курсе наших занятий и ясно понимала – сначала надо выучить цифры, а потом уже лезть в высшую математику.

- Можно. Пробуй, - разрешил Ален. – Значит так, адепты. Сегодняшнее заклинание называется «Trell arr kesten». «Смертельный веер». Смотрите. Стоять только за мной, вперед не лезть! – на всякий случай предупредил он. Думаю, что это относилось исключительно к Брендту, мы все имели представление о технике безопасности.

Ален поднял руки к груди, прошептал заклинание, и между его пальцев возник светло-серебристый продолговатый предмет. Он дрожал и шевелился, словно живой, хотя на самом деле таковым не был.

- Смотрите внимательнее, замедлить я не смогу. – Ален резко развел руки в стороны – и предмет устремился в сторону ограждающей Школу стены, рассыпаясь в полете на десятки крошечных стрел. Они с треском влетели в камень, выбивая из него гранитную крошку.

- Если на пути будет стоять нечисть низшего порядка – то можно считать, ей не повезло, - прокомментировал Ален. – А высший порядок редко сбивается в группы по нескольку десятков особей.

- А почему ты вчера таким в расквыр не бросил? – стало интересно мне.

- А потому что там, кроме расквыр, были другие: Кесси, Брендт и Магистр Велен. Веер не разбирает, нечисть там или человек. Он прошивает любую плоть, а радиус поражения, сама видишь, большой. Поэтому это заклинание лучше всего использовать, когда магу приходится отбиваться в гордом одиночестве. Всем ясно?

Ясно было всем. Но вот понять, как плести Веер…. Формула была пятиступенчатая, на каждом этапе требовалось подцеплять новые компоненты, и простое запоминание требовало определенных усилий.

- Сразу у вас не получится, - предупредил Ален. – Мало того, может и вообще не сработать, заклинание предназначено для опытных магов, не меньше второй ступени. Но попытаться стоит.

Мы разбрелись подальше друг от друга, дабы случайно – а вдруг заклятие сработает! – не задеть сокурсника, и принялись за дело. Ален же вернулся к ошалелому Брендту и невозмутимо-спокойной Кесси.

- Ну, как, будешь пробовать? – поинтересовался Магистр у молодого мага.

- Н…нет, - замотал головой он.

- Мне тоже так кажется. Мы начнем с более простых вещей. – Ален начал объяснять им то, что рассказывал и нам на первых занятиях.

Я не стала прислушиваться, занимаясь своим делом. Не долго думая, я записала формулу на обрывке пергамента, пришпилила его на ближайшую ветку и приступила к реализации первой части формулы.

Замерзнуть нам действительно не грозило. Через десять минут мне стало жарко. Заклинание не хотело собираться в кучу. Пока я кастовала следующую часть – уже сплетенные рассыпались, и приходилось начинать все заново.

- Надо бы их как-то склеить, что ли, - пробурчала я себе под нос, когда тщательно выплетенные три части не захотели дождаться четвертой и вытекли у меня из рук. У остальных дела шли не лучше. Ингвар, похоже, просто не стал пробовать и стоял в паре с Брендтом, Ален тренировал Кесси – я присмотрелась – они отрабатывали парализатор. Остальные парни не прекращали попыток добиться успеха. Я вздохнула и тоже вернулась к своему листку. Мысль о склейке не давала мне покоя. Если попытаться добавить светлый поток, так же, как я добавляла к классическим заклинаниям темную? Может быть, она слепит сплетенные части вместе?

- Ален! – негромко позвала я. Он жестом остановил Кесси, которая с облегчением воспользовалась возможностью отдохнуть, и подошел ко мне. Я сбивчиво попыталась объяснить, что хочу сделать. Думаю, Ален больше понял из моих мыслей, чем из невразумительного лепета.

- Попробуй, - разрешил он. – Не думаю, что получится, но чем мракобес не шутит. Лис! Встань на мое место к Кесси, только не забывай закрываться, у нее уже неплохо получается.

Гордый оказанным ему доверием Лис радостно прекратил бесплодные попытки и, тщательно соорудив щит, подмигнул сокурснице.

Я уже уверенно сплела первую часть заклинания, потом вторую и затормозила. Обычно на этом этапе, пока я кастовала третью часть, первые две расцеплялись. Сейчас я хотела их склеить… Мне отчаянно не хватало третьей руки, чтобы, удерживая плетение в двух, оставшейся подцеплять к ним частички светлого потока.

Заклинание рассыпалось.

- Попробуй взять заклятие за северный узел, - посоветовал Ален, внимательно наблюдая за моими изысканиями. – Он будет удерживать на себе вес всех остальных.

Так действительно было проще. Теперь я могла одной рукой держать заклинание, а второй вплетать в него поток.

- Откуда ты узнал?

- Именно так и сплетается это заклинание. Но мне интересно, что у тебя получится. Продолжай.

- А почему сразу не сказал? – праведно возмутилась я.

- Вы должны учиться сами, а не пользоваться готовыми решениями. Сказал бы позже, если бы у вас не получилось. Хороший маг чувствует плетения.

Парни, краем глаза наблюдавшие за происходящим, быстро сориентировались и тоже последовали совету Алена. Ну и пусть у них получится быстрее, чем у меня, я все равно хочу склеить части!

- Давай-давай, я жду, - напомнил Ален.

- Не подгоняй меня, - буркнула я, начиная сплетать третью часть. Ее удалось приклеить как-то очень быстро, я даже сама удивилась. С четвертой частью пришлось повозиться – она сама по себе была неустойчива и скастовалась только с третьего раза. А на финишной прямой, когда я уже была уверена, что вот-вот закончу и продемонстрирую Алену готовый Веер, из рук Терена вылетело серебристое копье и разлетелось на тоненькие стрелы, застрявшие в стене.

- Ой! – От неожиданности я потеряла контроль и упустила плетение.

- Ничего страшного, - мягко произнес Ален. – Терен, ты молодец. Тебе на сегодня хватит, иначе перерасход будет. Элька, давай еще раз.

Я вновь принялась за дело. Детерминант Дромвеля, константа Лейпля, ротор ротора… Заклинание создавалось легко и просто, словно я выплетала его уже в сотый раз, светлая магия липла к моим рукам, связывая куски в единое целое, не давая им распадаться… Оператор Кастора, еще одна константа, вектор силы направлен вот сюда, в сторону, не будем заканчивать жизнь самоубийством…

- Ложись! – заорал Ален и бросил меня на землю, падая сверху. Сокурсники, наученные горьким опытом, посыпались на землю, привычно закрывая руками голову. Лис ткнул Кесси под коленки, заставляя ее упасть. Ингвар не догадался сделать то же самое с Брендтом, и тот остался стоять один, к счастью, достаточно далеко от эпицентра. Поэтому у него всего лишь добавилась еще пара царапин на лице.

Мое заклинание сработало. Даже очень хорошо сработало. Серебристое копье создалось. И оно разлетелось на иголочки, как и положено. Только вот скорость у этих стрелок была раз в десять больше, чем предполагалось, и они не застряли в камне, как должны были, а взорвались в нем. Стену насквозь, правда, пробить им не удалось, и на том спасибо, но солидное углубление в нем проделали. Острые осколки посекли хвою и веточки сосен, и на нас, кроме каменного крошева, еще несколько минут сыпался растительный мусор.

- Все живы? – поинтересовался Ален, вставая и отряхиваясь. Потом помог подняться мне. – Ты в порядке?

- Да, - хмуро ответила я, сбивая с куртки и брюк налипший снег. Нестройный хор голосов сокурсников сообщил, что с ними тоже все нормально.

- А у меня, кажется, кровь течет, - растерянно произнес Брендт, коснувшийся щеки и теперь разглядывая запачканные пальцы.

- Это просто ты еще не привык, - засмеялся Лис.- Если Магистр Ален сказал – ложись, надо бросаться на землю, не раздумывая.

- И часто у вас такое случается?

- Бывает. – Парни совершенно спокойно отнеслись к произошедшему. Кесси уже привычно взяла на себя роль Травницы и приступила к залечиванию царапин Брендта. Я пыталась понять, что же сделала.

– Я же проверила, что не зачерпнула энергии больше, чем требуется. А эффект получился минимум десятикратный.

- Ты слила вместе две стороны магии, поэтому, видимо, и произошло усиление. Надо константу брать на порядок меньше. Сможешь попробовать еще раз?

Я оценила свое состояние.

- Смогу.

- Тогда так. – Ален посмотрел на остальных. – Время, собственно, вышло. Все могут быть свободны. Брендт, следующее занятие у нас через день в это же время. Если есть желание – приходи. Терен, рекомендую остаться, тебе это может быть интересно.

Остался не только Терен, но и Лежек. Оба с энтузиазмом приняли идею серой магии и тут же принялись ее воплощать в жизнь. Пока без особого успеха, правда. Но в этом не было ничего удивительного, ведь я тренировалась несколько недель, прежде чем начала чувствовать потоки.

Ален оказался прав. Слияние магий усиливало их, и константы требовалось уменьшать.

- Слушай, а, может, поэтому у меня все время перерасход был? – вдруг пришло мне в голову.

- Возможно, - согласился Ален. – Ты могла неосознанно тянуть светлую магию, формула оставалась прежней, и в результате и сил уходило больше, и результат масштабнее.

- А почему мы тогда раньше до этого не додумались?

- Очевидное всегда труднее заметить, - усмехнулся Ален. – Ну, еще раз или хватит на сегодня?

- А сколько сейчас может быть времени? – Я постаралась сориентироваться, не по отсутствующему солнцу, которое уже давно скрылось за горизонтом и отправилось спать, так хоть по звездам. Но их, впрочем, тоже не было видно, а тренировались мы при свете нескольких пульсаров, прикрепленных к ветвям деревьев.

- Около шести, мне так кажется, - с сомнением произнес Ален.

- Сколько!? Лежек! – заорала я, вспугнув сонную ворону и бесцеремонно вырывая сокурсника из сосредоточенного улавливания потоков магии.

- Что? – вскинулся он.

- Нас на репетиции ждут!

- Жмурах во имнер! – громко выругался Лежек. Ворона укоризненно посмотрела на нас и улетела в более тихое место.

Времени восстанавливаться не было, мы и так уже опоздали, а я порядком поистратилась, да и Лежек, думаю, тоже.

- Ален, подпитай нас, пожалуйста, - попросила я. – Не знаю, смогу ли вырваться сегодня к тебе. Скоро праздник, а у нас конь не валялся…

Ален, не дожидаясь моих объяснений, уже отправил комок энергии сначала Лежеку, потом мне.

- Спасибо! – Я приподнялась, поцеловала его в щеку и, шалея от собственной смелости, умчалась к зданию Школы. Нас действительно ждали.

Глава 16

Как назло, я и Лежек были главными героями той истории, которую мы в конце концов выбрали для постановки. Как и хотел Стен, она была основана на реальных событиях, представляя собой печальную повесть о первом периоде жизни Лилианы, всем известной магички, разработавшей три закона подчинения.

Оная дама в юном возрасте жила себе преспокойно на отдаленном хуторе, окруженном дремучим лесом. Все родные прекрасно знали о ее магических способностях и беззастенчиво ими пользовались – ну, там огонь в печи разжечь или растения на огороде подкормить. Делать что-то большее Лилиана не умела, а в то время – лет эдак восемьсот назад - не принято было посылать детей за тридевять земель учиться какой-то там магии. И так и прожила бы девица на своем хуторе, вышла замуж, родила детей, а три закона подчинения вывел бы какой-нибудь другой гхыр, не случись с ней трагической истории. Точнее, трагизм касался бабушки Лилианы, известной Травницы, проживающей в соседнем селе. Самой магичке, можно сказать, повезло.

В их лесу завелся метаморф. Как он туда попал – история умалчивает. Возможно, выпал из активированного Круга, возможно, занесло попутным ветром, неважно. Важно то, что метаморф добрался до безобидной старушки и занял ее тело. И жил в нем несколько дней, хотя, естественно, выполнять бабушкины обязанности Травницы села был не в состоянии. Сельчане забеспокоились. Они уже привыкли забегать в знакомый домик на окраине, выпивать рюмочку настойки на девятнадцати травах или, смущаясь и опуская взгляд, просили у Силантьевны «порошочку для мужской силы». Бабушка – то есть метаморф в теле бабушки Лилианы - сказался больным и залег в постель. Хотя, надо сказать, для своего возраста бабулька была вполне себе бодрой и здоровой, в чем не было ничего удивительного, если учесть ее специализацию.

Слухи о болезни бабушки дошли и до хутора Лилианы. На общем семейном совете было решено проведать старушку, и поручили сие немудреное дело юной девице, весьма дружной с престарелой родственницей и потихоньку перенимавшей от нее магическую премудрость. Девушка недолго собиралась и пошла в этот же день, надев любимый синий плащик – дело близилось к середине опадня, на дворе стояла глубокая осень и накрапывал мелкий противный дождик.

Метаморф с пришедшей в гости внучкой повел себя так же, как и с остальными посетителями – залег в постель и притворился больным и несчастным. Однако Лилиана почуяла неладное и начала допытываться у бабушки, что с ней стряслось. Метаморф, недолго думая, пришел к выводу, что молодое тело гораздо лучше старого, и возжелал его. В прямом смысле, то есть захотел переселиться в него. Однако девушка, как уже говорилось, обладала магическими способностями, и просто так овладеть ею не удалось. Убить метаморфа она, правда, тоже не смогла, и их битва быстро превратилась в беготню и шум. Чем бы все кончилось - неизвестно, но, на счастье Лилианы, мимо домика проходил молодой маг-практик. Он, привлеченный шумом и звуками разбивающейся посуды, зашел внутрь, поймал сначала запыхавшуюся девушку, бережно поставив ее за себя, а потом мужественно взял на себя миссию по убийству метаморфа. Через полчаса и несколько боевых заклятий в домике было нечем дышать от вони разлагающейся нежити, а сам молодой человек чуть не падал от перерасхода сил. Лилиана, полная благодарности за спасение ее жизни, поделилась с ним энергией. Как именно – история опять же умалчивает. Злые языки говорят, что юная дева отдала магу самое дорогое, что имела, добрые – что Лилиана, даже необученная, могла делиться собственной силой. Как бы то ни было, маг забрал ее в Школу, где из необработанного алмаза отшлифовали подлинный бриллиант, и теперь портреты госпожи Лилианы, все в том же синеньком плащике, висят в половине аудиторий Школы.

Общим голосованием меня и Лежека единогласно – при двух воздержавшихся – выбрали на роль главных героев, сиречь девы Лилианы и проходящего мимо мага-практика. Метаморфом согласился быть Стен. Бабушкой захотел стать Лис. Тей вначале сомневался, но, после первых же репетиций, решил, что это просто находка. Лис превосходно имитировал старческий голос, очень убедительно ворчал себе под нос, перебирая мешочки с травами, и вполне реалистично изображал вселившегося в него метаморфа. Репетиции постепенно продвигались к логическому концу, и на сегодняшний вечер была назначена финальная сцена, когда маг забирает Лилиану в Школу.

Мы зашли к Лису, где традиционно проходили репетиции, застав творческий коллектив в разгаре яростного спора.

- Мы должны показать, что Лилиана делится с магом энергией! – кипел Тей, взявший на себя роль режиссера. – А как ты хочешь это сделать?

Марек, отвечавший за сценарий, невозмутимо отвечал:

- Ну уж не так, как ты. Не думаю, что Элька захочет изображать страстную любовь с Лежеком. И не забывай про рейтинг! Там дети будут смотреть!

- Какая еще страстная любовь? – всполошилась я.

- Да ты не бойся, - начал меня сразу успокаивать Тей. – Ничего изображать не надо. И дети ничего такого не увидят, - он метнул угрожающий взгляд в сторону Марека. Тот сделал вид, что ничего не заметил. – Просто вы, - Тей показал на меня и Лежека, - устав от битвы с метаморфом, рухнете в постель и сплететесь в объятиях, что и будет означать обмен энергией. И потом, обнявшись, уйдете навстречу закату.

Мне стало нехорошо, как только я представила себе Алена, видящего сцену, где я лежу в постели, обнимая Лежека. Или он меня. Неважно. Главное, что Ален точно не придет в восторг от сего зрелища.

- Тей… - угрожающе начала я. – Забудь про постель и страстные объятия. Ты не забыл, что в доме разлагается метаморф? Там дышать нельзя будет три месяца, не то что в постели валяться!

- А как ты тогда хочешь? – возопил несчастный режиссер. – Вы и так рубите на корню все мои находки! И процесс убиения бабушки метаморфом не разрешили показать в подробностях – дескать, нельзя это детям демонстрировать! И боевые заклинания применять нельзя – «потому что ни Лилиана, ни метаморф их не знали»! И теперь как, ну как ты хочешь представить процесс передачи энергией, чтобы это сразу было понятно!

Марек задумался.

- Ну… струйку какую-нибудь пустить от Эльки к Лежеку…

Я подавила в себе неприличный комментарий. Стен не стал делать этого. Марек обиделся, ушел в глухую оборону и предложил нам, раз мы такие умные, самим придумать, как продемонстрировать сей процесс.

- Да легко, - тут же нашлась я, желая сделать все, лишь бы избежать постельной сцены. – Лежек, ты же сможешь изобразить смертельную усталость?

Лежек принял скорбный вид и закатил глаза.

- Отлично, - одобрила я. – А теперь я просто возьму тебя за руки, закрою глаза, и ты постепенно придешь в норму. А если кто не поймет, - грозно посмотрела я на Тея, - то это уже его проблема.

- Никогда не слышал о таком способе передачи энергии, - сердито буркнул наш режиссер.

- Зато я не только слышала, но и принимала личное участие, - в сердцах высказала я. Тей тут же заинтересовался.

- Да? И кому ты так передавала?

- Никому. Это меня подпитывали, а не я.

- А, все понятно, - Тей сразу потерял ко мне интерес. – Магистр Ален, ясное дело, продолжает делиться своими знаниями с вверенными ему адептами. Ну ладно, по крайней мере, расскажешь Лежеку, что он при этом должен чувствовать. И, может, мы наконец начнем репетицию?

Пришлось перестать действовать на нервы режиссеру, как выразился Тей, и приняться за дело. Начали мы с того момента, как Лилиана копается в запасах травок бабушки, чтобы приготовить ей оздоровляющий настой.

- Бабушка, а почему у тебя все травки рассыпаны и не убраны?

- Это чтобы запах по комнате разошелся, - проскрипел Лис и, высунув руку из-под одеяла, потянулся поправить очки, как бы случайно демонстрируя высунувшуюся рукоять меча.

- Бабушка, а зачем у тебя меч в кровати? - подозрительно уставилась я на Лиса.

- Это чтобы получить твое тело!

На этих словах Лис переставал копировать старушечий голос, выскакивал из кровати и начинал гоняться за мной по всей комнате, путаясь в длинных полах ночной рубашки (которую мы честно позаимствовали у нашей поварихи). Я же должна была помнить о том, что Лилиана не обладала знаниями о боевых заклятиях, и не швырнуть случайно в сокурсника пульсаром, отбиваясь исключительно попадавшими мне под руку предметами, количество которых сокращалось от репетиции к репетиции. В разгар сражения (по сигналу режиссера) на поле битвы появлялся усталый Лежек, мгновенно оценивал обстановку, ловил меня в тесные объятия и запускал в злобного метаморфа совершенно безобидное, но очень эффектное заклинание, создающее вокруг Лиса радужное облако. Под его прикрытием сокурсник падал и уползал из поля видимости, а я, скрываясь за спиной пришедшего мне на помощь мага, творила фантом лужи, долженствующей остаться после распада метаморфа.

- Кажется, у меня больше нет сил… - Лежек состроил исключительно унылую физиономию и рухнул на пол.

- Отлично! – прокомментировал Тей. – Элька, и что теперь ты предлагаешь?

Я присела на корточки, взяла руки Лежека в свои и прошептала:

- Теперь закрой глаза и представь, что по твоему телу распространяется тепло. Усталость уходит, и ты встаешь через пару минут бодрым и веселым.

- Между прочим, я на самом деле чувствую тепло, - удивленно сказал Лежек. Я поспешно вырвала руки.

- Вот только не надо сейчас из меня силу тянуть! И так мало после тренировки!

- Да я и не собирался! – возмутился Лежек. – Ты сама ею делишься!

- Хватит спорить! – оборвал нас Тей. – Все нормально и очень жизненно. Лилиана делится своей энергией с истощенным магом. Все по правде. Давайте заканчивать.

Лежек, быстро нацепив на лицо бодрое выражение, приподнялся на локте и заглянул в мои глаза.

- Как тебя зовут, юная дева?

- Лилиана, - скромно потупив глазки, отозвалась я.

Лежек скосил глаза на лист со словами.

- Какое прекрасное имя… Такое же прекрасное, как и твои очи, ланиты и уста… Марек! Ты откуда выкопал всю эту бредятину!

- А что тебе не нравится? – в очередной раз оскорбился наш сценарист. – Из эльфийских романов. Специально у Пифий попросил, мучился, но читал.

- Бедненький, - посочувствовала ему Кесси. – Там еще и перевод неграмотный, похоже, был…

- Ты как хочешь, но я такое произносить, тем более перед всей школой, не буду! – решительно заявил Лежек. Я поддержала его:

- У меня не хватит способностей поддерживать серьезное выражение лица, если Лежек начнет нести эту чепуху.

- А что ты тогда будешь говорить? – вкрадчиво поинтересовался Тей.

- Все, что угодно, только не романтические сопли. У них же не было любви с первого взгляда?

- У них и со второго не было, насколько я помню, - помогла нам Кесси.

- Ну и прекрасно! – воодушевился Лежек. Он опять лег на пол, принимая прежнюю позу.

- Будем считать, что энергией мы обменялись, - прокомментировал он свои действия, закрывая глаза. Я осторожно взяла его за руки. Он немного резко выдернул их и вновь приподнялся на локте, уже не заглядывая искательно в мои глаза, а коротко тряхнув головой и пригладив растрепавшиеся волосы.

- Ничего себе… Как тебя зовут, юная дева?

- Лилиана, - оторопело произнесла я, ошеломленная сменой поведения парня.

- Ты училась где-то? Я не помню тебя по Школе.

- Нет, я всю жизнь прожила на хуторе в паре верст отсюда, - импровизировала я на ходу.

Лежек возмущенно вскочил на ноги.

- Такой талант нельзя зарывать в землю! Тебе надо учиться! Собирайся, мы едем.

- Куда?

- Как куда? В Аррендар, конечно. У тебя большое будущее, Лилиана, и я не собираюсь оставлять тебя гнить в этом болоте. Ну?

- Хорошо…- медленно произнесла я. – Да, я поеду с тобой.

Лежек, не тратя больше времени на разговоры, схватил меня за руку и потащил к выходу. У самой двери он остановился.

- Вот так мне кажется более реальным, чем все эти «очи» и «ланиты».

- Ну… - задумался Тей, но, заметив наши с Лежеком взгляды, обещающие в случае несогласия большие неприятности, кивнул. – Ладно, пойдет. Следующая репетиция уже в зале. И, Элька, тебе нужен еще костюм. Как-то рубашка и штаны не очень вяжутся с обликом госпожи Лилианы.

У меня было другое мнение по этому поводу, но им, к сожалению, никто не интересовался. И я не могла себе представить деревенскую девушку, разгуливающую по лесу в длинном, до пят, шелковом платье и расширяющимися к запястью рукавами. Так что переодеваться все равно придется. Надо бы где-нибудь достать крестьянскую юбку с передничком, а блузку из своих подберу. И да, еще тот самый синенький плащик!

Вот плащик оказался самой большой проблемой. Юбку я выпросила напрокат у Магистра Илейны, без беленького передничка решили обойтись, ибо, по моему мнению, любой беленький передничек после двухверстовой прогулки по лесу превращается, даже без помощи магии, в серенький, а местами и черненький. И надо быть последней дурой – каковой я Магистра Лилиану не считала – чтобы создавать самой себе проблемы на ровном месте. Зелененькая блузка, подходящая по цвету к юбке, как и ожидалось, нашлась в моем собственном шкафу. А где же раздобыть плащик? В Школе плащи были только у Пифий, которым по роду деятельности не приходилось мотаться по полям и лесам. И Травницы, и мы с Кесси предпочитали более удобные куртки, в полах которых не запутаешься при всем желании. Но Пифии и раньше относились к нам – девушкам-магам-практикам – с некоторым пренебрежением, а после того, как Ален открыто и неоднократно провожал нас до Вийска и обратно, и вовсе невзлюбили. Даже Ниасса и Аллирия, с которыми мы вроде как подружились, стали прохладнее относиться к нам. Отказ дать рецепт любистока ранил их нежные души. Так что у них плащ просить было бесполезно… Посмотреть нужную всего на полчаса тряпку в городе я тоже не могла, до праздника оставались считанные дни, загруженные и перегруженные занятиями и репетициями. Мне просто не хватало времени в сутках. Тей твердо решил продемонстрировать на празднике лучшую постановку за все время существования Школы. Даже на встречи с Аленом я за неделю вырвалась всего пару раз. Мы не радовались этому, но других вариантов все равно не было. Оставалось пережить еще три дня до праздника, там сессия, а потом практика – и вот уже на ней мы просто вынуждены будем общаться практически круглосуточно. И я с нетерпением ждала этого… А пока требовалось сосредоточиться на сиюминутных делах.

- Кесси, - отчаявшись, я решила привлечь к поискам подругу, копавшуюся в наших запасах травок. – Осталось три дня, а мне никак плащ найти не удается. Что делать?

- Да вон сделай его из покрывала, - рассеянно отмахнулась она. – Вот гхыр, цианея совсем закончилась.

- Из покрывала… Слушай, а это идея! Какая разница, что на мне будет, лишь бы синенькое! Подожди… - спохватилась я. - А зачем тебе цианея? Гламарию собралась варить? И кого очаровывать будешь? Неужели Марека?

Кесси как-то жалобно взглянула на меня.

- Брендт придет, - коротко пояснила она. Все вопросы сразу отпали.

- А его пустят? – только и поинтересовалась я.

- Пустят, Магистр Ален договорился. Брендт же из выпускников Школы, его и так рады были бы видеть…

Брендт приходил к Алену каждый день, независимо, был у нас спецкурс или нет. Кесси, не задействованная в постановке, тоже не упускала возможности позаниматься. По крайней мере, так она говорила Магистрам…

- И вообще, - Кесси подозрительно шмыгнула носом. – Он мне нравился еще тогда, когда я носила тоненькие косички. А выпускник, конечно, не будет замечать девчушку-четверокурсницу…

- Значит, заметит сейчас. – Я подошла к Кесси и тоже начала перебирать запасы. – Был же рецепт без цианеи…

- Был. Но он сложнее, и делать его дольше.

- Ничего, время у нас еще пока есть. И неужели мы, две почти дипломированные ведьмы, не сможем сварить необходимое зелье?

Обрадованная Кесси полезла за ингредиентами.

Зелье мы, разумеется, сварили, и даже успели к сроку. Вечером двадцать второго выстудня наша комната была наполнена тонким запахом фиалок, исходившим из небольшого горшочка на нашем столе. Но, прежде чем пользоваться им самим, решили для начала проверить на бедных беззащитных животных. Предложение поймать крысу Кесси немедленно отвергла – ей, мол, уже ничто не поможет. На ворону она тоже не согласилась. У меня оставалось последнее предложение: Кыс.

- Ты что? – возмутилась она. – Он и так хорош!

- А будет еще лучше! – парировала я. – Мы тоже, между прочим, не уродины, однако варили зелье для себя.

- Ну, давай, - скрепя сердце согласилась подруга. – Кыс, радость моя, иди ко мне!

Но кот, почувствовав неладное, забился в угол и не желал выходить оттуда ни под каким видом, вздыбив шерсть на загривке и оскалившись. Устав слушать уговоры Кесси, я вытащила кота, применив стандартное заклинание притягивания.

Гламария удалась. Намазанный ею кот прямо-таки излучал сияние вокруг себя, и глаз от него отвести было невозможно.

- Потрясающе, - прошептала Кесси, любуясь Кысом. Идеал стал еще идеальнее, если можно так сказать.

- Да, Магистр Илейна не зря говорила нам, что можно забыть, как варить зелье от кашля или быстродействующий яд, но рецепт гламарии любая ведьма должна знать, как таблицу рун.

- Слушай, мы же опаздываем! – всполошилась Кесси и поспешно присела к зеркалу, пристроенному на столе, нанося на лицо тонким слоем волшебное зелье.

Через полчаса передо мной стояла ослепительная красавица во всем блеске юности. Темные волосы, волнами рассыпавшиеся по плечам, чуть светящаяся кожа, сияющие глаза, корсет, обтягивающий тонкий стан, с неглубоким треугольным вырезом, пышная юбка…

- А ты почему не одеваешься? – поинтересовалась Кесси, в последний раз разглядывая себя.

- Потому что мне еще играть Лилиану, - напомнила я. – А надевать платье, потом снимать его, потом опять надевать… Послушаю Магистра Рейфа в обычной одежде, а уж после концерта приведу себя в нормальный вид. Пошли?

- Да.

Мы появились в актовом зале одними из последних, и нам пришлось пробираться к своим местам через заполненные ряды. Пифии при виде меня ухмыльнулись и зашептались. Видимо, моя простенькая блузка и длинная домотканая юбка не произвели на них впечатления. Зато, увидев Кесси в новом платье, все девицы старше пятнадцати лет резко помрачнели. Не была бы она ведьмой – стоило бы позаботиться о снятии сглаза. Но знаний и у меня, и у Кесси хватало, чтобы не волноваться об этом, и мы, гордо подняв головы, пробрались к нашим ребятам.

Сокурсники придержали для нас места с краю – мне еще надо будет уходить, как и всем остальным, за исключением Кесси и Марека. Первая просто была избавлена от необходимости принимать участие в забаве, а Марек, будучи сценаристом, заявил – ему из зала будет лучше видно реакцию публики. Я без особого удивления увидела, что вместе с нашими парнями сидит и Брендт. Они сдружились в процессе отрабатывания заклинаний некромантии. И вот ему, судя по всему, весьма понравился вид Кесси. Не нужно было читать мысли, чтобы правильно истолковать загоревшийся восторгом взгляд и выражение лица молодого мага, с которым он предложил ей сесть рядом.

Зал затих. Мы пришли как раз вовремя – на сцену поднимался Магистр Рейф со своей традиционной ежегодной речью. Я уже в девятый раз присутствовала на Солнцевороте, поэтому не слишком прислушивалась.

- Год подошел к концу. Солнце поворачивает на лето. Нас ждет самая длинная ночь в году, после чего мир начнет двигаться к свету, к теплу…

- К комарам и жаре, - тихо прокомментировал Терен, не любивший лето.

- Надеюсь, что темные силы не найдут возможности уничтожить мир, и светлые маги встанут на пути демонов.

О как! Или я чего-то недослышала, или это явный намек на пророчество. Но переспросить возможности не было, Магистр Рейф продолжал говорить. О надвигающейся сессии, о ждущей нас – девятый курс - практике, о необходимости приложить все силы, дабы стать хорошими специалистами… и все в таком духе. Я перестала слушать, вспоминая свой текст. Было у меня подозрение, что я забуду все слова, как только выйду на сцену.

Директор, наконец, завершил свое выступление, пожелав нам всех успехов, и сошел со сцены. Начинался концерт. Первыми, по традиции, выступали младшекурсники. От них многого ждать не приходилось, интересное, как правило, начиналось с седьмого курса, когда адепты уже обладали солидным запасом заклинаний.

Так, собственно, и произошло. Десятилетки спели классические народные песни, посвященные Солнцевороту (из которых тщательно убрали выражения, пришедшие из тролльего языка, заменив подходящими по смыслу человеческими), дети постарше танцевали эльфийские и гномьи народные танцы (первые отличались мелодичностью и плавностью, вторые – шумом и быстрым ритмом). Была там и небольшая сценка, демонстрирующая процесс разучивания заклинания. Мы не очень поняли, каков был сюжет, поскольку не следили за ней. Тей пытался давать последние указания, мы не реагировали на них, Стен и Лис играли в «камень, ножницы, пергамент», Кесси и Брендт обсуждали, кажется, последнее заклинание, которое показал им Ален. Но, когда на сцену вышел седьмой курс, все прервали свои занятия.

На седьмом курсе уже полгода изучали иллюзии. Поэтому, естественно, адепты стремились продемонстрировать свои знания, для чего выбрали хорошо известную поэму Даголиэна Подгорного «Сказ о том, как Тесан-богатырь дракона победил».

Один из адептов с выражением декламировал поэму, стоя на краешке сцены, а еще несколько, скрывшись за кулисами, иллюстрировали ее фантомами. Получалось у них, в общем, неплохо. Если не учитывать того, что дракона адепты не представляли, и монстр, бродящий по сцене, напоминал всех известных чудовищ сразу.

- Вот правая нога, кажется, принадлежит виверне, - тоном знатока утверждал Марек.

- Зато крыло явно нетопыря. Или вампира, - добавлял Брендт.

Лежек, сидевший рядом со мной, что-то шептал себе под нос, складывая пальцы в смутно знакомую формулу. Я замерла, стараясь не сбить заклинание.

- Narr, - прошептал он, наконец. Дракон на сцене поменял цвет на нежно-розовый и отрастил рога. Адепты на сцене заволновались и постарались исправить ситуацию. Рога у дракона выросли и разветвились. После третьего заклинания у него из пасти повалил дым. Теперь он выглядел почти совсем как настоящий, если не считать радующего глаз цвета. Тесан-богатырь быстренько добил чудовище и закончил выступление. Дым еще долго бы рассеивался, если бы не помощь кого-то из преподавателей.

Восьмой курс порадовал нас выступлением девичьего хора. Тей грозно шипел, призывая нас выходить и готовиться, но парни никак не могли оторваться от лицезрения симпатичных адепток в платочках и коротких сарафанчиках, которые хорошо поставленными голосами исполняли нечто вроде частушек на школьную тематику.

Мандрагору я нашла рослую, кустистую.

А Флоренна мне сказала - вереск узколистный.

Собирала на лужочке травки и соцветия.

Раз пучочек, два цветочек – элексир бессмертия.

Шла Флоренна вечерком, увидала птичку.

Баньши мимо пролетала, думала – сестричка.

Я с трудом смогла скрыть ухмылку. Не думаю, что Магистр Флоренна пришла в восторг от этой частушки, но зал разразился бурными и продолжительными аплодисментами. Как и предсказывал Тей, прозвище «баньши» стало известно всей Школе в тот же вечер. Девочки продолжали петь.

У него тяжелый меч, рукоять из стали.

Им махать я не хочу - рученьки устали.

Ножки бегают по кругу, у меня зачет по бегу

Сзади Оррик подгоняет – его ждут давно к обеду.

Полнолунье на дворе, кладбище, романтика.

Мы гоняем упырей – потому что практика.

Василиск, нацыга, гуль или гад ползучий,

Выходи скорей на свет, мы тебя изучим.

Вот покойничек лежит, стынет, холодеет.

Надо Алена позвать, он его согреет.

Услышав про Алена, я толкнула Лежека в бок и дернула за руку.

- Пойдем, нам на самом деле пора.

Он, в свою очередь, ткнул Лиса и Стена.

- Парни, пора.

Выходя из зала, я слышала бодрый девичий голосок:

Раз могилка, два могилка – жальник всех пристроит.

Ален с группою своей зомби в ряд построит.

Пока девушки пели, за закрытым занавесом Терен и Ингвар быстро расставили немудреные декорации. Остальные ждали своего выхода в крохотной комнатке за сценой.

Переодеваться мне особо не требовалось. Я только заколола волосы и накинула на плечи пресловутый синенький плащик, сделанный из обычного покрывала.

- Готова? – в комнату заглянул Тей. – Пора.

Я вздохнула и вышла на сцену…

Лежек очень правдоподобно изобразил истощение сил и свалился на пол, страдальчески произнеся:

- Кажется, у меня больше нет сил…

Я, старательно морщась от якобы отвратительного запаха разлагающегося метаморфа, попыталась оттащить его за порог домика, то есть ближе к кулисам. Как и положено юной деве, у меня это не получилось, и я рухнула на колени, сжав в руках пальцы Лежека.

- Ну, вставай, - жалобно попросила я его. – Я не могу вытащить тебя отсюда, но и оставить не имею права. Возьми мою силу, ее хватит нам обоим… Пожалуйста…

Руки Лежека ощутимо потеплели. Он, демонстрируя неожиданный прилив сил, резко, но аккуратно высвободил их, приподнялся на локте и пробормотал себе под нос неразборчивое ругательство. На последней репетиции парни хором утверждали, что нормальный маг-практик первым делом, придя в себя, не начнет интересоваться именем, родом занятий и прочими анкетными данными спасительницы, а сначала выразит свое отношение к происходящему. Марек сопротивлялся, как мог, но вынужден был смириться.

Дальше Лежек, как и положено, выяснил мое имя, проинформировал, что немедленно заберет меня учиться магии, и мы удалились в закат. То есть за кулисы.

Зал рукоплескал. Сказка явно понравилась. Мы вышли получить свою порцию аплодисментов, и тут я в первый раз – до этого было как-то не до того – поискала в зале Алена, надеясь увидеть его одобрение, что ли… Если не восхищение прекрасно сыгранной ролью Магистра Лилианы.

Ален сидел в третьем ряду, слева. На его лице не было одобрения. И тем более восхищения. Обычный невозмутимый вид. Мало того, мне показалось, что в его глазах полыхала ярость.

Я быстренько перебрала в памяти всю сказку. Ничего, что могло бы вызвать такую реакцию, мне на ум не пришло.

«Вполне могло показаться», - заключила я. В зале темно, на сцене светло, мало ли что может привидеться? Попозже, на танцах, найду его и спрошу.

И со спокойной душой я ушла вместе с Лежеком и Лисом за кулисы.

В крохотной комнатке для переодевания царило вдохновленное оживление.

- Это надо отметить! – хлопнул в ладони страшно довольный Лис.

- Чем отметить? – скептически поинтересовался Лежек. – Хмельное запрещено приносить, ты разве не в курсе?

- Так никто не собирается его приносить, - пояснил Лис. – Мы его прямо там сделаем!

Тут уже и я обернулась к Лису, весьма заинтригованная.

- Как?

- А у меня вот что есть! – Лис полез в свою сумку, где держал одежду для переодевания и достал небольшую бутылочку. В ней метался, беззвучно хлопая крыльями, маленький змий. Из-за темного стекла сосуда цвет рептилии было трудно определить, но почему-то я не сомневалась, что она зеленая.

- Это мы со Стеном сделали! – торжественно провозгласил Лис.

- И чары свои оставили, для всех желающих узнать, откуда взялось хмельное на празднике, - язвительно сообщала я.

- А что делать-то? - Лис слегка приуныл. – Вдруг Магистрам лень будет узнавать, кто колдовал?

- Да-да, конечно, - кивнула я. – Дай сюда.

Я отобрала бутылку у опешившего парня и поставила ее на стол, присаживаясь рядом.

- Эй, только не выпускай, он еще пригодится! – пришел Лис в себя.

- Не бойся, - не поворачиваясь, ответила я. – И не мешайте. Я попробую замаскировать чары, не так давно нашла это заклинание.

Все послушно замолчали, давая мне возможность сосредоточиться. Я воспроизвела в памяти заклинание, которое мы с Кесси недавно разобрали и заучили.

Ввалившиеся в комнату Терен и Ингвар, успешно закончившие с разборкой декораций на сцене (фантомная лужа от метаморфа развеялась сама собой), недоуменно замерли на пороге, узрев молчащих и старающихся не шевелиться адептов.

- Эй, вы чего, а?

Лис шикнул на них.

- Тихо, не мешайте!

- Tаrriell, - закончила я и передала бутылочку Лису.

- Держи. Надеюсь, сработает.

- Так ты еще и не уверена? – расстроился он.

- Нет, - пожала я плечами. – Не на чем проверить было. Вот сейчас и узнаем.

- Да ладно, это все равно лучше, чем ничего, - подбодрил товарища Стен. – Теперь на змие, кроме наших чар, еще Элькины. Даже если они не сработают, то общую картину запутают.

- Правильно, - согласился Терен. – Пошли, а то там уже все в столовую спустились. Элька, идешь?

- Сейчас, - откликнулась я, лихорадочно распутывая пучок, в который сколола волосы для создания образа Лилианы. – Переоденусь и приду. Займите мне место! – крикнула я вслед испарившимся парням.

- Хорошо, - донеслось до меня эхо их ответа.

Я расчесала волосы, оставив их распущенными – на сложную прическу не было ни сил, ни желания, ни времени. В сумке дожидалось своего часа платье и горшочек с гламарией…

Неоднократно вспомнив добрым словом Кесси, которая обещала мне помочь одеться, а вместо этого ушла с Брендтом, я, в конце концов, справилась со шнуровкой и оглядела себя в зеркале. Увиденное меня вполне удовлетворило.

Зеленовато-голубое платье оттеняло светлую кожу и превосходно сочеталось с рыжими волосами. Корсет обтягивал тонкую талию и приподнимал грудь, верхняя часть которой виднелась в глубоком вырезе. От бедер платье плавно расширялось к низу, так же, как и рукава, плотно облегающие руку до локтя и расходясь волной к запястью. Гламария тоже не подвела – вроде бы я осталась прежней Элькой, но зелье усилило сияние зеленых глаз и придало нежный румянец коже.

В общем, я себе понравилась. Надеюсь, Ален тоже не останется равнодушным.

С этими мыслями и приподнятым настроением я отправилась в столовую.

Нельзя сказать, что мой приход остался незамеченным. Особенно если учесть – я пришла последней, когда все уже собрались за столами и приступили к праздничному ужину. В глазах старшекурсниц и некоторых преподавательниц отчетливо прочиталась черная зависть. На лицах старшекурсников – одобрение, а кое у кого и восхищение. То самое, которое я так хотела видеть у Алена. А вот его не было. Нет, сам Ален сидел за столом преподавателей, бросил на меня короткий взгляд и все так же невозмутимо вернулся к своей тарелке. Я замерла на месте, не очень понимая, в чем дело и почему он себя так ведет.

Сокурсники – к которым, кстати, присоединился и Брендт – решили, что я просто не могу их найти, и энергично замахали руками, указывая на оставленный для меня стул. Собравшись с мыслями и чувствами, я присоединилась к ним, изо всех сил стараясь не выдавать своего непонимающе-возмущенно-расстроенного настроения. Кажется, мне удалось обмануть всех. Кроме Кесси, встревоженно смотревшей на меня. И, скорее всего, Алена. Он ведь не мог закрыться ни от моих мыслей, ни от эмоций, которые, не сомневаюсь, сейчас заливали его бурным потоком. Правда, возможно, в большом зале, где собралось больше полутора сотен человек, он не мог выделить конкретно мои. Откуда мне знать, как это работает? В любом случае, Кесси точно заметила – со мной что-то не так, и, улучив минутку, тихо спросила:

- Что случилось?

- Так заметно? – в ответ поинтересовалась я.

- Не очень, - покачала головой она. – Но я вижу. У тебя глаза грустные, а вроде не с чего. Так что случилось?

- Сама не понимаю. Ален странно себя ведет... Рассердился он, что ли, только не знаю, на что…

- И давно? – Кесси осторожно обернулась. Мы сидели спиной к столу Магистров, и она не видела, как Ален встретил мое появление.

- Не знаю, - повторила я. – После сказки он точно уже злился… И сейчас, когда я пришла, тоже как-то… не обрадовался.

- Тебе не кажется, что он ревнует?

- С чего бы? – изумилась я. – И к кому? К Лису? К Лежеку? Которых я знаю, как облупленных, и они меня аналогично…

Кесси что-то ответила, но я не расслышала. В зале поднялся неимоверный шум.

Лис, хотевший приберечь змия до конца вечера, когда Магистры частично разойдутся, а частично перестанут обращать внимание на безобразия, творимые адептами, уронил бутылку. Та, естественно, разбилась, и обрадованный змий вылетел на свободу. Вот только цвет его я не угадала. Тварюшка оказалась не зеленой, а вишневой.

Под восторженные возгласы мужской части Школы и испуганные взвизги женской змий заметался по столовой. Лис сидел на месте с неповторимо ошалело-разочарованным выражением лица. Воздух засветился от пульсаров, творимых обрадованными адептами. Энергетические сгустки сталкивались друг с другом, взрываясь в красочных фейерверках. Магистры – преподаватели, не ожидая такого развлечения, сориентировались значительно позже адептов. Но зато и отреагировали значительно эффективнее. На несколько секунд я почувствовала, что не могу двигаться – Ален набросил на адептов парализатор, а Магистр Карейн прицельно посланным заклинанием сбил змия. Прямо в фонтанчик для питья. Отчетливо запахло сливовым соком. Жидкость в фонтанчике приобрела ярко выраженный фиолетовый оттенок.

- Ни гхыра себе, - заметил Лежек, когда действие парализатора прошло. – Лис, а почему у вас змий был не зеленый, а красный? И что теперь вместо воды?

- Не знаю, - озадаченно ответил Лис. – Давай попробуем. Вдруг там все-таки то, что я думаю?

Он решительно подошел к фонтанчику и наполнил стакан.

- Сок. Сливовый. Свежий…

Последние его слова утонули в бурном хохоте сокурсников и остальных развеселившихся адептов. Даже кое-кто из преподавателей прятал ухмылку в кулак.

Мне не было смешно. Я, обернувшись, смотрела на Алена. У него было все то же непроницаемое выражение лица. Что мелькало в его глазах – сказать было невозможно. Он отказывался встречаться со мной взглядом.

- Весело у вас, - отхохотавшись, с легкой завистью сказал Брендт. – В наше время мы тоже развлекались, но до вас, боюсь, нам далеко. – И он с нескрываемой заинтересованностью бросил взгляд на Кесси.

Мне оставалось только утешаться тем, что у подруги все хорошо, раз уж моя радость куда-то бесследно испарилась.

От танцев я уже не ждала ничего хорошего. Ален не появился вообще. Как я ни старалась разглядеть его – нигде не было видно знакомой темноволосой фигуры в черном. Меня все время подмывало все бросить и уйти к себе, забраться на кровать и тискать Кыса, жалуясь ему на судьбу и непонятных мужчин. Но моя вторая и более настойчивая половина утверждала – это мой последний Солнцеворот в Школе, на мне роскошное платье, все Пифии и аспирантки умирают от зависти, и надо не обращать внимания на всяких… Магистров, просто наслаждаясь вечером.

И я честно пыталась наслаждаться. Меня приглашали танцевать по очереди сокурсники, ребята с соседних факультетов и даже Делен – аспирант с кафедры теоретической магии, до появления Алена считавшийся самым красивым мужчиной в Школе. Он на протяжении всего танца нашептывал мне, как ему понравилась наша сказка и я в главной роли, как я хорошо – даже восхитительно - выгляжу, не думала ли я, чтобы пойти после диплома в аспирантуру, вместо хождения по кладбищам и упокоения полусгнивших зомби. Я не особенно вслушивалась во все это, периодически кивая и ослепительно улыбаясь. На самом деле я тоскливо думала, что хочу, чтобы меня обнимали совсем другие руки, прижимали совсем к другому телу, и над ухом шептал совсем другой голос…

Делен вежливо проводил меня к Кесси, перед прощанием намекнув, что хотел бы еще раз пригласить меня на танец. Я ответила согласием – все равно долго не продержусь и сбегу, только бы сейчас он от меня отвязался.

- Ты Алена не видела? – с безнадежностью в голосе спросила я подругу, весело болтающую с Брендтом. Та сочувственно покачала головой.

- Но я не присматривалась, - пояснила она.

- Понимаю, - вздохнула я. – Тогда схожу за соком.

Кесси кивнула, улыбнувшись шутке Брендта.

Я ушла в конец зала, где располагались столы с кувшинами и стаканами. Заиграла очередная мелодия, такая же медленная и надоедливая, как и все предыдущие. Я успела порадоваться – на сей раз ни один парень в зале не пригласил меня – как до моего локтя осторожно дотронулись.

- Брендт? – устало спросила я.

- Мне кажется, я еще не успел потанцевать с тобой. – Маг предложил мне руку. Мне не хотелось обижать ни его, ни Кесси.

- Хорошо.

И в очередной раз за вечер на мою талию легла тяжелая рука – опять не та! – и моя грудь слегка касалась мужского тела – не того! Но с Брендтом было хорошо. Он не делал попыток развеселить меня или развлечь разговором, просто вел меня в спокойном танце. И мне было так хорошо, что я некоторое время не замечала – он поворачивает меня так, чтобы я не видела противоположный конец зала.

- Что там? – прямо спросила я.

- Где? – Магистр притворился, что не понял меня.

- Что ты стараешься от меня скрыть? – Я приподнялась и заглянула через плечо Брендта.

Ален. Улыбающийся Ален. Улыбающийся и танцующий со светящейся от счастья Дариэной.

Я спокойно дотанцевала с Брендтом, больше не пытаясь посмотреть на Алена. Я улыбалась, слушая веселый рассказ о сказке, которую ставил их курс. Я дошла вместе с ним до Кесси и немного постояла с парочкой, не поворачиваясь лицом к залу, но высоко подняв подбородок. И с началом следующей мелодии, увидев, что к нам приближается Делен, как могла незаметнее выскользнула из зала, прячась за спинами других.

И тогда я побежала.

В другое крыло, где сейчас заведомо никого не будет. В пустой холл, где можно, наконец, подумать, не боясь, что мои мысли прочитают. Какого гхыра происходит? Что все это означает? И что, дхкар тха гхыр, мне теперь делать?

Темный холл был залит лунным светом, проникающим через окна. Серебрившийся снег, укрывавший землю и крышу соседнего строения, создавал впечатление сказки. Горькой и обидной сказки. К сожалению, моей сказки.

С мыслями собраться так и не удалось. Я просто стояла в холле, глядя на искорки снега, и ни о чем не думала. Одна. В полной тишине. Слышен был только звук моего сердца, плотно сжатого обидой и безнадежным разочарованием. В душе поселилась болезненная пустота.

Какого гхыра все это значит?

На мои плечи легли теплые руки. Тело мгновенно напряглось. На секунду. Пальцы, уже сложившиеся в заученное заклинание, разжались. По искрам, заполнившим меня с головы до пят, я и так поняла, кто решил навестить меня в скромном убежище.

«Уходи». – Я не оборачивалась, не шевелилась и не произнесла ни единого слова. Он и так прочитает мои мысли.

- Элька…

«Уходи».

- Повернись ко мне, пожалуйста.

«Не хочу. Уходи».

Ален замолчал. Его руки продолжали лежать на моих плечах.

- Прости меня.

- Что? – От неожиданности я повернулась так резко, что покачнулась. Ален поддержал меня, прижав к себе теснее, чем требовалось.

- Прости меня, - повторил он.

- Мне не за что тебя прощать. Я просто хотела побыть одна.

- Элька, ты никогда не сможешь солгать мне, - горько усмехнулся он.

- И что теперь? – взвилась я, пытаясь вырваться из его рук. – Мне теперь не жить?

Ален обхватил руками мою голову, силой заставляя посмотреть в его глаза, и заговорил, быстро, почти глотая окончания слов, не давая мне перебить его.

- Я не хотел тебя обидеть, karriellie. Я ревновал. Я никогда не думал, что способен на такое, но, Элька, ты сама не понимала, что делала. Я чувствовал его эмоции. Он брал от тебя энергию, твою энергию, она втекала в него… И мне это не нравилось. Очень не нравилось. Я еле сдерживался, чтобы не оторвать тебя от него…

- Подожди, - смогла я вставить слово. – О ком ты говоришь? Кто брал энергию? Ой, ты о Лежеке?

- Да.

- Ален, это же… Я же просто взяла его за руки. Никакого обмена энергией не было.

- Ты сама не понимала, что делала, - уже более спокойно повторил Магистр. – Ты делилась с Лежеком энергией. Неужели не почувствовала?

- Нет, - озадаченно моргнула я.

- Зато он почувствовал, будь уверена. И еще как.

Я пыталась собрать кусочки своих разлетевшихся мыслей.

- Так ты ревновал меня к Лежеку? – еще раз переспросила я, просто для уверенности. У меня в голове это не укладывалось.

- Да. Прости меня.

- Да… Кесси говорила мне, - задумчиво произнесла я. – А я не поверила. А с Дариэной ты танцевал, чтобы позлить меня? – вдруг приползла свежая мысль.

- Нет. – Ален явно не хотел продолжать. Шетт, как же мне хотелось иногда уметь читать его мысли! Он вздохнул.

- Ты танцевала с Деленом.

- И что? - возмутилась я. – Он пригласил меня, как и половина старшекурсников. А ты, между прочим, не соизволил сделать это, так что мне оставалось делать? Стоять, подпирая стену?

- Ты согласилась пойти после диплома на его кафедру.

- Я?

Ален молчал.

- Вообще-то, - язвительно сказала я. – Если ты слышал наш разговор, то, значит, был неподалеку. И читал мои мысли. Которые явно были далеки и от Делена, и от кафедры, и от Школы вообще.

- Ты думала о другом мужчине.

- И ты, конечно, даже не догадываешься, о ком. – У меня уже не было сил язвить и злиться. Этот… жбыхыдрыз просто ревновал, видите ли. И я должна была… А что, кстати, я должна была сделать? И причем тут Дариэна?

- Она застала меня врасплох, - повинился Ален. – Пока я соображал, чьи руки должны были тебя обнимать, и боролся с желанием пойти высказать Делену все, что я о нем думаю, Дариэна буквально силой вытащила меня танцевать.

- Но ты улыбался ей!

- Ну… Элька, возможно, я тоже хотел немного заставить тебя ревновать. Ты так мило улыбалась Делену…

- Бхоор та вашаар…

Я уткнулась лбом в плечо Алена.

«Ты же чувствуешь меня лучше, чем я сама. Ты читаешь мои мысли и эмоции. Ты знаешь, что я ощущаю, когда нахожусь с тобой, и что - когда с другими. Так почему, гхыр тебя побери, ты не смог понять, чьи руки должны были меня обнимать, и чей голос шептать мне на ухо?!»

- Ты простишь меня?

«Конечно, я прощу тебя. Потому что мы связаны друг с другом. Потому что мы оба знаем это. Потому что то, что происходит между нами, нельзя разрушить нелепым недоразумением и гхыровой беспочвенной ревностью».

- Госпожа адептка, разрешите пригласить вас на танец?

Я недоуменно подняла голову.

- Здесь же нет музыки?

- А тебе она нужна?

«Нет. На самом деле она действительно не нужна. Мне достаточно тебя, искрящегося снега за окном и лунного света на дубовых досках пола».

Тяжелая рука - та! - легла на мою талию, привлекая к себе. Грудь коснулась мужского тела – того!.. Ален вел нас в ритме, слышимом только ему, но меня не смущало это. Мы медленно кружились в лунном свете.

- Ты невероятно красива сегодня, - шептал на ухо тихий голос – тот!.. – Все, практически все юноши старше четырнадцати мечтали сегодня танцевать с тобой. Все они мечтали вот так обнимать тебя.

- И ты хотел…

- И я хотел вытащить тебя из зала и увести с собой, чтобы больше никто не мог ласкать тебя взглядом, любоваться тобой, вести тебя в танце… Arr lientall terries. Ell kriessetenn allienstriell merailiess. Kriessetenn arr allienstriell. Ell lienies kellies, karriellie…

Я подняла голову, заглядывая в глаза Алена. В лунном свете они казались почти черными. Меня затягивало в эти черные дыры, и я не сопротивлялась, зачарованная таинственным сиянием темных глаз, загадочным шепотом над ухом, странным возбуждением, зарождающимся в глубине тела, приподнимаясь, чтобы быть еще ближе к Алену, чтобы прижаться к нему как можно ближе…

Наши губы соприкоснулись. Легкое касание, мгновенное, почти незаметное, но меня словно пронзила молния. Судя по тому, что Ален остановился и напрягся, он тоже почувствовал это. Молния осталась в моем теле, превращаясь в сгусток энергии, требующий выхода. И я, кажется, догадывалась, как можно ее выплеснуть…

Я опять приподнялась, забросив руки на шею Алена. Он в ответ сильнее прижал меня к себе, помогая удержаться. Нельзя сказать, кто из нас кого поцеловал. Мы одновременно слились в поцелуе. Долгом, крепком, опьяняющем… Мир прекратил свое существование. Рядом могли быть отряды зомби, марширующие под барабан, стада урелов, или просто Магистр Флоренна, строящая глазки Магистру Рейфу. Мы не заметили бы их. Мы не просто целовали друг друга. Мы растворились друг в друге. Молния, пылающая во мне, перелилась в Алена, но и его молния перелилась в меня. Я поняла, почему он так ревновал, когда Лежек забирал у меня энергию. Это было хуже, чем просто лежать на кровати в обнимку. Это было намного более интимно. Мы обменивались своими душами.

- Что это было? – выдохнула я, когда легкие заболели, требуя внимания к себе.

- Это то, что ты уже и сама поняла. Это то, что мы называем karriellie…

- Что это? – повторила я. – Что такое karriellie?

- Точного перевода этого слова нет. Но в общих чертах можно перевести, как «предназначенная судьбой». Мы предназначены друг другу, Элиара.

Глава 17

- Ты предназначен мне, Ариэн одд Шаэннар, - тихо повторила я.

- Да.

- А ты – тоже карриэлле?

- Нет, - едва заметно улыбнулся он. – Для мужчин существует другое слово – karrienell.

- Карриэнелль, - вслух повторила я. – Ну что же, могло быть и хуже, - философски заключила я, покрепче прижимаясь к Алену и щекой чувствуя учащенное биение его сердца.

- Элька, ты невероятна, - коротко рассмеялся он. – Я говорю тебе о предназначении, о судьбе, о том, что какие-то потусторонние силы связали тебя с темным магом, а ты так спокойно воспринимаешь это.

- А почему я должна нервничать? – слегка удивилась я. – Ты сам сказал – про судьбу я поняла уже давно, так что подсознательно уже привыкла к этой мысли. И надо бы сказать ей спасибо, выбор оказался не самым ужасным. Магистр Оррик или тот, из Ордена, были бы значительно хуже.

- А Оррик тебе чем не угодил? – развеселился Ален. Я чуть отстранилась, заглядывая в его глаза.

- Он каждое утро начинал бы с зарядки и небольшого, минут на сорок, тренировочного боя на мечах. Нет уж, спасибо, я предпочитаю магию. Любого цвета.

- Да, я заметил, - хмыкнул Ален.

- Слушай, - вдруг пришло мне в голову. – А если бы ты не пришел в Школу…

- Мы бы все равно встретились, - закончил он за меня. – Судьба – странная штука, Элька. Она нашла бы способ столкнуть нас с тобой – на тракте, на ярмарке в Вийске, где-нибудь на кладбище…

У меня в голове мгновенно возникла картинка – ночь, полнолуние, заброшенный жальник, вылезающие и уже вылезшие из своих могилок мертвецы, я, в штанах и продранной куртке, методично обстреливающая их пульсарами. Один из файерболов чудом не попадает в красивого темноволосого мужчину в черном плаще.

- Еще чего! – возмутился Ален. – Я бы отклонил твой пульсар еще на подлете!

- Хорошо, - послушно признала я. Картинка изменилась. Легко отклонивший мой пульсар темноволосый красавец с готовностью присоединился ко мне, эффектным заклинанием в виде серебристого тумана укладывая всех страдальцев обратно в сыру землю.

- Уже лучше, - одобрил Ал