Кобра-царевна (СИ) [Александр Владимирович Рыскин] (fb2) читать онлайн

Annotation

9-е место на КОР-2017

Рыскин Александр

Рыскин Александр

Кобра-царевна

Знаете... А мне вот всегда жаль было эту маленькую змейку из мультфильма - ну, где мангуст ее родителей убивает. Мама-кобра пытается спасти последнее яйцо, а мангуст за нею гонится...*

Иногда думаю - вдруг она все же выжила, эта кобра-царевна?..

В тот (злополучный или же счастливый?) день он после работы опять подъехал к "Горькому дому" и встал напротив. И знал ведь, что нельзя, что это табу...

- Не хочу..., - произнес он, изо всех сил сжимая руль. - Не хочу!

Но - увы - он хотел. А ведь сколько неприятностей ему это уже принесло! И еще принесет - он был в этом просто уверен.

Однако же долго стоять и мучиться сомнениями ему в тот день не пришлось...

Из дверей "Горького дома" на всех парах выскочила девушка с короткой стрижкой и в рваных, "по моде", джинсах. Озираясь на ходу, заметила его и, ничуть не смущаясь, запрыгнула на переднее сиденье.

- Газуй!.. - крикнула она ему в лицо.

- Э-э-э... Чего?

Она, опять же, недолго думая, выхватила откуда-то нож.

- Ходу, кому говорят!..

- Вот так, Анатолий Борисович... За-ме-ча-тель-но!

Юлия, закончив процедуру, поднесла к лицу профессора небольшое зеркало.

- Спасибо... Девочка. Ты всегда бреешь меня, как профессионал.

- Да будет вам! - засмеялась "парикмахерша". - А сейчас мы с вами по-зав-тра-каем!

Юлия упорхнула на кухню, а профессор, пару раз крутанув колеса своего инвалидного кресла, очутился у окна в сад.

"Что бы я без нее делал?" - подумал он.

Бывшая ученица окружила его заботой, а он порою сокрушался, что ничем не способен ей за это отплатить...

- Я так понимаю, Трембовскую вы упустили.

Двое незадачливых оперов стояли перед Шумилиным и буравили взглядами собственные ботинки. Возразить на справедливые упреки руководства было нечего.

- Да мы ждали, пока она из "Горького дома" выйдет... Ну, не хотели там ее брать. А она как к выходу ломанется!.. - промямлил один.

-...И к частнику в тачку запрыгнула! - подхватил другой.

- "Ломанется!"... "Запрыгнула!"... Детский сад, честное слово, ребята! С чем я к полковнику-то пойду? Вот с этими вашими... оправданиями?

- А с чего мы решили, что убийца - Трембовская?

Этот вопрос прозвучал откуда-то из-за спин оперов. В кабинет Шумилина вошла невысокая девушка с коротко стрижеными волосами и оперативной кобурой подмышкой.

- О-о, Дуня! - вякнул один из оперов. И мгновенно узрел у себя под носом крепенький кулачок.

- Еще раз назовешь меня Дуней!.. Даша я, усёк?

- Понял... Даша, - послушно повторил опер.

- Так, все свободны, Кулакова - останься,- распорядился Шумилин.

Когда опера-неудачники покинули начальственный кабинет, девушка присела на стул и очутилась напротив начальника отдела.

- Итак, эти покемоны ее упустили... - констатировала она. - Как и следовало ожидать... Трембовская - дама серьезная. А что она вообще делала в этом "Горьком доме", они хоть выяснили?

- Куда там!.. - Шумилин махнул рукой. - Спугнули они ее. Теперь на дно заляжет...

- Думаешь?

- А что ей еще остается? Не продолжит же убивать...

Кулакова встала и в нетерпении принялась расхаживать по кабинету. Из всех сотрудников отдела подобная "привилегия" была только у нее одной.

- Давай еще раз по фактам, Никита Эдуардович... У нас - три убийства: в Питере, в Москве и в Нижнем Новгороде. Жертвы - мужчины: бизнесмен, член ОПГ и владелец похоронного бюро. И во всех случаях рядом с телом были найдены карточки с изображением змеи...

- Кобры в короне, - уточнил Шумилин.

- Ну да... В московском эпизоде на уличной камере наблюдения засветилась некая фигура... Женщина, судя по всему, которая в спешке покидала дом, где проживала жертва. Но лицо разглядеть невозможно из-за капюшона на голове... Мы подняли наши архивы и наткнулись на эту самую Светлану Трембовскую, которая когда-то проходила по делу о покушении на убийство, да вдобавок была хорошо знакома с первой жертвой - питерским бизнесменом Джафаровым. Так? Или не так?

- Так, Дарья. Они с Джафаровым одно время держали в Ленобласти ночной клуб.

- Хорошо. Кроме всего прочего, Трембовская, по данным петербургского УВД, находилась в их городе как раз во время убийства Джафарова... Оперативное наблюдение за объектом ничего не дало, а при попытке задержать ее девушка скрылась.

- И что теперь? - спросил Шумилин - так, будто это Кулакова была его начальником, а не наоборот.

- Теперь..., - Кулаковой, наконец, надоело нарезать круги по кабинету, и она вернулась на свое место. - Теперь надо искать того частника, к которому она в машину запрыгнула...

- И чем же ты можешь мне помочь? - насмешливо спросила она.

- Я могу... попытаться.

- Тебя как хоть зовут?

Они сидели на тесной кухне в его квартире. Вернее, он сидел, а она то вставала, то садилась, то подходила к окну и выглядывала во двор, нервно теребя пальцами занавеску.

- Терентий, - едва слышно произнес он.

- Как-как? - казалось, она не поверила своим ушам.

- Терентий... Градусов, - повторил он.

Она усмехнулась. И как-то беззаботно пожала плечами - чисто мужской жест.

- Ну, Терентий так Терентий. А уменьшительное как? Терёша?

- Не надо... Уменьшительное, - смущаясь, попросил он.

- Не надо - так не надо. А я - Света. Просто - Света. Как ты мне помогать собрался, Терентий? Да и могу ли я тебе верить?.. Может, ты в ментовку сразу же побежишь...

- Не побегу, - пробубнил он. - То есть - да, но...

- Чего ты там мямлишь, а, Терентий? "Побегу - не побегу..." Ты давай толком говори.

Толком... Легко сказать!

Эта девушка (которая, между прочим, всего каких-то полчаса назад тыкала в него ножом) чем-то привлекала его. И он искренне хотел ей чем-то посодействовать, взять на себя хотя бы часть ее проблем.

- Дело в том, что я..., - начал он. -Я... Короче, у меня там связи...

- Где? В ментовке?

- Ну да...

- Во я попала! - хлопнула в ладоши Света.

- Да погоди ты... Может, все еще выяснится. Разберутся, если ошибка.

- "Разберу-утся!" - передразнила она. - Как же, жди... Им лишь бы дело закрыть, да упрятать кого-нибудь, кто под горячую руку попался.

Терентий смолчал. Он понимал, конечно, что "менты" не просто так ею заинтересовались, и даже пытались задержать. Но он был на ее стороне, а значит...

- Кофе мне еще налей, - попросила она.

Он взял ее чашку.

- Пару лет назад я... Попал в непонятное, - глухо проговорил он, стоя к ней спиной. - Связался не с теми, с кем следовало.

- И?..

Он поставил перед нею дымящийся кофе. Опустился на табурет.

- Друзей моих посадили, а я вот..., - он тяжело вздохнул.

Повисла пауза.

- В стукачи записался? - догадалась она.

- В добровольные информаторы...

- Хрен редьки не слаще! - она резко вскочила. - Скольких ты уже сдал, а, урод?!

- Пожалуйста, успокойся. Никого я не сдавал... Пока. Но можно попробовать узнать, в чем тебя подозревают... Через моего куратора.

Держа руки перед собой - левая прямая, правая - почти что у живота - Марта Раам перемещалась по татами и настороженно следила за соперницей.

Та была достаточно опытной, чтобы не лезть на рожон, и, тем не менее, Марта ощущала ее нетерпение. И планировала на этом сыграть...

Соперница не обманула ее ожиданий: вначале попыталась достать ее с "вертушки", а когда Марта (понятное дело!) уклонилась - пошла в лобовую атаку. Она надеялась на своё преимущество в весе. Но и у Марты были свои козыри: сначала она попятилась и прижала руки к голове, делая вид, что уходит в глухую оборону. Ей пришлось выдержать град ударов коленями и локтями. Но цель была достигнута - соперница выдохлась и в момент контратаки разорвать дистанцию уже не смогла...

Марта, выбросив вперед правую ладонь, ошеломила оппонентку попаданием в лицо, а затем "выдала" короткую серию в корпус и завершила дело эффектным броском через бедро...

Инструктор несколько раз громко хлопнул в ладоши.

- Так, девочки, всё на сегодня! Сабирова - в раздевалку! Марта, задержись.

Подойдя ближе, инструктор улыбнулся и положил ей руку на плечо.

- Ну что ж... Неплохо, неплохо! Но - не идеально. Тебе нужно быть ещё быстрее... Как змея, как кобра, понимаешь? Сабирова-то неповoротливая... А ну как попадется половчее кто-нибудь?..

Maрта угрюмо кивнула, стаскивая с головы ленту, удерживающую волосы. Инструктор был требователен к ней - даже несмотря на то, что они иногда спали вместе.

- Может быть, у тебя проблемы? Так скажи мне, не молчи...

- У меня все в порядке, - глядя прямо перед собой, произнесла она.

- Ну, как знаешь... В порядке так в порядке. Не забудь, что у нас турнир на носу. Иди в душ...

***

Человек в кресле был скован ужасом, поскольку понимал, что сейчас он умрет.

- Я вижу, вам страшно, - произнесла женщина, которая стояла перед хозяином квартиры и целилась в него из пистолета с глушителем. - Так и должно быть. Так и было задумано...

- Я... Я... не п-понимаю...

- И опять врете. Даже перед лицом смерти - врете. Поскольку всё вы прекрасно понимаете. Просто вы надеялись, что этот момент никогда не наступит. Но он наступил...

- П-подождите! - умоляющим тоном проговорил человек в кресле. - Я н-не знаю, к-кто вы. Но я... М-могу вам дать... денег. Сколько угодно. Поверьте!..

- Не верю, - ледяным тоном ответила незваная гостья и дважды выстрелила мужчине в грудь. Он обмяк в своем кресле.

А женщина, достав из кармана куртки небольшой картонный прямоугольник, бросила его покойнику на колени...

- У нас - четвертый труп, - объявил Шумилин. - Руслан Собакин, юрист на пенсии. Был убит у себя на квартире, как и три предыдущие жертвы, и тоже из пистолета с глушителем.

-...А возле трупа - картинка со змеей, - подхватил Андрей Изотов - так звали одного из оперов из команды Шумилина.

- И никто никого не видел, и никто ничего не слышал, - пробурчал его закадычный приятель, Петя Панфилов. Именно он, на пару с Андреем, упустил Светлану Трембовскую в питейном заведении "Горький дом".

- Рискну предположить, что мотив преступлений - месть, - заявил Шумилин. - А Трембовская - просто исполнитель.

- В этом случае, с ее стороны было очень неосмотрительно и глупо брать заказ на Джафарова - он ведь был с нею знаком, - вступила в разговор Кулакова. - Я права, Никита Эдуардович?

- Возможно, возможно..., - рассеянно ответил Шумилин. - Но если Трембовской нужны были деньги, то...

В эту минуту у Шумилина зазвонил сотовый.

- Да! Кто-кто? А-а, понял, понял! Погоди секунду...

Шеф отдела жестом показал своим подчиненным, чтобы они оставили его одного. Затем продолжил беседу:

- Давненько от тебя не было ни слуху, ни духу. Встретиться? Уверен, что оно того стоит? Ну, хорошо - через полтора часа на нашем месте.

***

- Позвонить разрешишь?

Не дожидаясь ответа, Светлана подняла трубку его домашнего телефона. Набрала номер, словно бы невзначай заслоняя собою аппарат.

- Привет. Это я. Мне помощь твоя нужна, влипла я. Что? Что-о?! Да пошел ты в пень, собака серая! Тьфу на тебя!..

Дав отбой, девушка издала какой-то нечленораздельный звук, выражающий явное недовольство. Затем уставилась на Терентия, словно бы впервые его увидела.

- Ладно, Терёша. Звони своему... куратору.

Они встретились за гаражами, на пустыре - это и было "их местом".

Терентий немного лукавил, говоря Свете, что еще не успел никого "заложить". На самом деле, благодаря его стараниям двое злостных наркодельцов районного масштаба уже отправились в места не столь отдаленные. Впрочем, Градусов утешал себя тем, что они, эти дельцы, продавали "дурь" школьникам и студентам, а значит, жалости не заслуживали.

- Я тебя слушаю, Терентий Михалыч, - подчеркнуто уважительно произнес Шумилин. Обмануть Градусова это навряд ли могло - тому было известно, что за человека полицейский начальник его не считал.

- На этот раз мне нужна помощь, Никита Эдуардович, - сказал парень.

- Во как! Очень интересно! Ну, говори.

- Одну мою знакомую... В общем, ее обвиняют в преступлении, но она не уверена...

- Имя-фамилия знакомой? - резко спросил Шумилин.

- Не суть важно... Ее сегодня пытались задержать, а она... В общем, никакой вины она за собою не чувствует... Вот...

В голове у Шумилина моментально прояснилось, но внешне он этого никак не показал.

- Так-так... И где же она сейчас, эта кристально чистая девушка? Уж не у тебя ли она скрывается от правосудия?

Чувствуется, что язык отказывается ему повиноваться, Терентий промямлил:

- Н-нет... Она... Не у меня. Но... Она просила...

- Вот что, брат. Не тебе меня, старого волка, за нос водить. А ну-ка, поедем к тебе в гости!

- Н-нет! - в ужасе вскричал Градусов, выдавая этим себя окончательно. - Я... Я не могу!

- Еще как можешь! - Шумилин крепко схватил его за локоть. - Топай к машине, если не хочешь присесть за пособничество.

Разумеется, Светлана не собиралась покорно дожидаться, пока ее нечаянный знакомый поговорит со своим куратором и вернется. Она была практически уверена, что Терентий притащится не один - а потому, покинув квартиру Градусова, заняла наблюдательный пункт на лавочке, за детской площадкой, как раз напротив входа в подъезд.

Минут через пятьдесят (или около того) во двор въехала серая "хонда". Из нее показались Градусов и еще один человек, которого Света узнала.

- Ох, Терёша, Терёша, - вздохнула она и, поднявшись, быстро зашагала прочь со двора...

- Ну, и где она?

- Ушла... Наверное, - в растерянности пожал плечами Терентий.

- Ушла, значит...

Шумилин поцокал языком - и вдруг неожиданно, с силой ударил Градусова кулаком в живот. Тот, сдавленно охнув, привалился к кухонной стене. А Шумилин, по-хозяйски открыв холодильник, достал оттуда початую бутылку водки, свинтил крышку и сделал солидный глоток прямо из горлышка. Поморщившись, вернул "пузырь" на место.

- И давно ты на эту гадость подсел, а, Терентий?

Градусов хотел ответить - "сразу, как только согласие на сотрудничество подписал". Но он все еще не пришел в себя от удара.

- Думаешь, я не знаю, что ты постоянно в "Горьком доме" ошиваешься? Нажираешься там, как... Эх, Градусов, Градусов! Всё у тебя не как у людей. Короче, некогда мне с тобой тут... Если девка объявится - звони. Это в твоих же интересах, кстати, если, конечно, за соучастие загреметь не хочешь. В убийствах ее обвиняют, понял? Прощивай!..

- Сволочь ментовская! - процедил Терентий, когда за Шумилиным захлопнулась входная дверь.

***

Андрей Изотов высунулся в коридор, посмотрел в обе стороны - никого. Плотно прикрыв дверь кабинета, он подошел к столу Кулаковой и достал из кармана заранее приготовленную согнутую скрепку...

Замок поддался быстро - у Зотова был солидный опыт. Выдвинув ящик, Андрей схватил пухлый конверт, который (как он самолично видел) его коллега утром впопыхах сунула под стопку бумаг.

В конверте оказались доллары. Много.

- Ну, Дуня!.. - процедил Изотов. - А я ведь подозревал...

Вернув конверт обратно, Андрей задвинул ящик, достал из кармана сотовый и быстро набрал нужный номер.

...В комнату оперсостава без стука ввалились двое - один в костюме и один - в кожаной мотоциклетной куртке. Они предъявили Шумилину свои удостоверения.

- Собственная безопасность? А что произошло-то?

- Сейчас узнаете, Никита Эдуардович, - ответил "костюм". - Для начала покажите нам рабочее место старшего лейтенанта Кулаковой.

- Вот ее стол, - с готовностью подсказал сидевший тут же Изотов.

- А где она сама? - спросил "мотоциклист".

- Сейчас вернется, я ее к криминалистам отправил. Можно все-таки узнать, в чем дело?

Визитеры не удостоили Шумилина ответом. А через минуту в комнату вошла и сама Кулакова.

- Добрый день, майор Демиденко, служба собственной безопасности, - сухо представился ей "костюм". - Будьте добры, откройте для осмотра ящики вашего стола.

- А постановление на обыск? - наивным тоном вопросила Даша.

Демиденко достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо листок.

Прочитав и пожав плечами, Кулакова открыла оба своих ящика.

- Достаньте, пожалуйста, содержимое, - велел Демиденко.

++

- На чем тебя этот майор-то подловил? - грустно спросил у Зотова Шумилин.

Обыск закончился; Дашу увезли для дачи показаний. Петя Панфилов отпросился пораньше, сказав, что у него заболела теща. На самом деле, он просто хотел напиться в одиночестве и "смыть" неприятные воспоминания от визита товарищей из ССБ.

- Да так, на мелочи одной, - пробурчал Изотов, поняв, что с Шумилиным играть в "кошки-мышки" не получится. - Я с торгашом одним сотрудничество, вроде бы, наладил, то да сё... Ну, и...

- "Крышевал", что ли, его?

- Вроде того... А я - что? Я - ничего. Все так делают.

- Ты - не все! - отрезал Шумилин. - Короче, завтра положишь рапорт об отставке мне на стол.

- Хорошо, только... Никита Эдуардович..., - замялся Андрей.

- Ну что еще, Павлик Морозов хренов?..

- Они Кулаковой не взятку "шить" будут.

- Вот как? А что же тогда?

- Возможно, они переквалифицируют это на заказное убийство.

- Чего-о? - у Шумилина отвисла челюсть.

- Я сообщил Демиденко, что... Что Кулакова занималась делом второй нашей жертвы, члена преступной группировки, Барабанов его фамилия. И... этот перец сухим вышел из воды. А потом прошла информация, что ОПГ, в которой состоял Барабанов, перешла дорогу ребятам Косогора... Да вы же помните, что Кулакова - дальняя родственница жены этого упыря!

- Какого упыря? - машинально спросил Шумилин.

- Да Косогора! То есть, Косогорова Геннадия Сергеевича... Значит, могла захотеть отомстить Барабанову за то, что не смогла его посадить. Да и подзаработала заодно...

Шумилин уставился на Изотова так, будто видел его впервые в жизни; так, наверное, смотрит энтомолог на редкое, но, в то же время, удивительно мерзкое насекомое.

- Ну ты и гад, Андрей! Ну ты и... Вали отсюда, чтоб глаза мои тебя не видели! Не доводи до греха!

***

Марта Раам бродила по просторному залу художественной галереи, время от времени останавливаясь возле какой-нибудь картины и любуясь ею. Народу в зале было немного - работами профессора Анатолия Деева интересовались, в основном, серьезные ценители живописи.

- Привет, Марта!

Услыхав знакомый голос, девушка обернулась.

- Юля, ты?.. Анатолий Борисович?..

Профессор Деев улыбнулся своей бывшей ученице. Юля Щипачева стояла за спинкой его инвалидного кресла, держа ладони на рукоятках.

- А ты тоже прочитала моё объявление в Интернете, да? Или по радио услышала?

- По радио. Когда в машине ехала, - кивнула Марта. - С юбилеем вас, профессор!

- Спасибо, - слабым голосом произнес Деев. - Если бы не Юлечка... Не видать бы нам этой выставки...

- Да перестаньте, Анатолий Борисович! - смутилась Юля. - Я давно говорила, что ваши работы достойны того, чтобы их увидел мир. Увидел и оценил.

Профессор смахнул рукою слезу, катившуюся у него по щеке. Жест получился слабый, стариковский. И у Марты сжалось сердце...

Они поговорили еще пару минут, затем попрощались, и Марта направилась к выходу.

Даша вернулась уже под вечер. В отделе оставался один Шумилин. Он, как ни в чем не бывало, поднял руку в знак приветствия. А она прошагала к своему столу и... небрежно бросила в ящик тот самый конверт.

- Ну что, Кулакова - оттоптались на тебе эти волкодавы?

Она чувствовала, что он сгорает от любопытства.

- Да ну, Никита Эдуардович..., - махнула она рукой. И, развернув к себе стул, уселась на него верхом. - Это ведь Изотов меня сдал, так? Кстати, где он?

- Выгнал, - хмуро проворчал Шумилин.

- Проблемный он какой-то, - Кулакова повертела пальцами у головы. - С гнильцой. Петька Панфилов - тот получше будет. Прямой, честный...

- Зато..., - Шумилин выразительно щелкнул себя по горлу.

- Ну..., - развела руками Дарья. - А Андрей меня сразу невзлюбил - даже не пойму, почему.

- Обидно ему, что ты - моя правая рука, а не он.

- Завистник, значит... Смешно.

- Не томи, Кулакова! Демиденко что, тебя просто взял и отпустил?

- Конечно. Деньги-то мне брат дал - в долг, на покупку машины. Когда он это подтвердил, Демиденко и снял все свои претензии.

- А Изотов думал, что это - гонорар за "заказуху", представляешь?

Кулакова чуть не свалилась со стула.

- За что-о?!.

- Вот и я так же отреагировал. За убийство Барабанова. Он ведь во врагах Косогора числился, а ты, вроде как...

Дарья шумно вздохнула, закатив глаз к потолку.

- Вот ведь идиот, прости Гос-споди! Да я этого Косогора, может, раз в жизни и видела - на свадьбе его. Заказуха... Голову лечить вашему Андрюхе надо, вот что!

- Ладно, проехали. По убийствам что думаешь?

Кулакова на пару секунд призадумалась.

- Фактов у нас мало. Если это месть - то надо искать точки пересечения в прошлом. Иными словами, и жертвы, и убийца должны были быть знакомы.

- Но мы пока не смогли этого доказать. Четыре ничем не связанных друг с другом человека: коммерсант Ильгар Джафаров, рэкетир Олег Барабанов, владелец бюро ритуальных услуг Деев и...

- Постойте! - перебила его Кулакова. - Деев... Где-то я уже слышала эту фамилию, буквально позавчера... Я как-то не обратила внимания... Точно! Утром, по радио... У нас в Москве проходит выставка работ бывшего преподавателя художественного училища, профессора Деева!

***

Градусов переступил порог "Горького дома". Он понятия не имел, где ему теперь искать Светлану, но это было место, откуда она выбежала, спасаясь от полиции, а значит, кто-либо из персонала или посетителей мог её здесь знать.

Протолкавшись к стойке (в заведении в этот поздний час было много народу), Терентий обратился к высокому парню - сменному бармену.

- Юра, привет. Я ищу одну девицу, которая тут вчера крутилась. Она еще от ментов убегала - может, ты ее заметил?

Бармен как-то странно на него посмотрел.

- А тебе она зачем?

- Мне надо с нею потолковать. Так что, знаешь ты ее?

Юра огляделся по сторонам. Потом кивнул Терентию с заговорщическим видом:

- Пошли.

Градусов зашел за стойку. Бармен толкнул малоприметную дверь и жестом пригласил Терентия идти следом.

В узком коридоре кисло пахло пивом и сгнившими овощами. Да к тому же было темно. Терентий пару раз споткнулся и едва устоял на ногах. Наконец, они свернули налево и стали спускаться в подвал. Прежде, чем открыть дверь, бармен трижды постучал в нее.

Чтобы не удариться головой, Терентий пригнулся. И оказался в тесном пространстве, уставленном пустыми ящиками из-под тары. Свет здесь давала тусклая голая лампочка, свисавшая на длинном витом шнуре.

Терентий успел увидеть какой-то громоздкий металлический шкаф у стены. А потом на него кто-то набросился со спины...

Человек сидел по-турецки на полу, покрытом дешевым, пыльным ковролитом. Глаза его были закрыты, а руки неспешно перебирали короткие четки. Он знал, что ровно через пять минут встанет, возьмет свой небольшой чемодан, выйдет, запрёт дверь номера и спустится на ресепшн. Быстро отдаст свой ключ администратору, попрощается и пойдет к своему автомобилю, припаркованному на заднем дворе. Сядет в него и поедет в направлении шоссе, ведущего в столицу...

- Ну, и какого черта ты меня искал?

Терентий все еще сидел на грязном полу подвала, привалившись спиною к шкафу и отчаянно массируя ушибленный затылок.

- Я... Помочь хотел.

- Опять? Ты уже помог, чудила! Видела я, как ты со своим дружком-ментом обратно заявился!

- Ты не понимаешь... Я ничего не мог сделать, он меня заставил! Тебя обвиняют в убийстве!

- Светик, а давай, я его грохну! - подал голос стоявший тут же - руки в карманах - бармен Юра.

- Погоди! - осадила его Светлана. И присела на корточки перед Терентием.

- Что за убийства?

- Я не знаю. Но Шумилин грозил и меня привлечь, за соучастие.

Света выпрямилась.

- Шумилин... Знаю я его. Цепкий пёс. Но - справедливый. Нужно узнать, кого именно убили и когда - тогда поймем, почему это на меня вешают.

Светлана протянула Терентию руку и одним движением подняла его с пола.

- Сумеешь организовать мне встречу с Шумилиным? Но так, чтобы всё было по-честному, без подстав?

Шумилин нервно вертел в пальцах авторучку.

- Факты, факты... Всё еще больше запутывается, тебе так не кажется, а, Даш? Ну какая связь между Джафаровым, Барабановым и этим Деевым?

- И Собакиным, - подсказала Кулакова.

- Ну да...

Шумилин с досадой бросил ручку в пластиковый стакан. И тут же зазвонил телефон на его столе.

- Да? А-а, вот оно что... Даже так... Понятно... И где он сейчас? Понял, спасибо...

Положив трубку, Шумилин снова выудил авторучку из стакана.

- У последнего погибшего, у Собакина, есть сын, Игорь. Так вот, он... Короче, он - мутный тип. В начале девяностых вроде бы, воевал в Югославии, на стороне боснийских мусульман. Потом пропал. Возможно, проживает по чужим документам.

- Этого нам еще не хватало.

- Надо постараться его разыскать. Не исключено, что он знает что-либо о причине убийства своего отца.

Опять зазвонил телефон - на этот раз сотовый.

- Да что такое!.. Слушаю! А-а, это ты? Чего надо?..

***

Они встретились на пустыре, на "их месте". На этот раз - втроем.

- Привет, Никита Эдуардович! Хорошо выглядишь.

- Спасибо, Света. Твоими молитвами... Что, сдаться решила?

- С чего бы? Просто поговорить.

- Я вам не помешаю? - тактично осведомился Градусов.

Света с Шумилиным покосились на него как-то странно. Но ничего не сказали.

- Что там за убийства, Никита Эдуардович? Я не при делах.

- Допустим. Вот только... факты.

- Какие же?

Они неспешно направились в сторону жилого массива - ни дать, ни взять крепкий, еще не старый отец с двумя своими изрядно подросшими детьми.

- Убиты четверо. Один из них - коммерсант Джафаров, с которым у тебя были общие дела. Верно?

- Ну, были. Только когда это было - сто лет назад... А что, Ильгарчика укокошили? Жаль.

- Это еще не все. Ты, говорят, в Питере ошивалась как раз, когда его... того?

- А когда это? - умело обошла шумилинскую ловушку Света.

Шумилин назвал дату.

- А-а... Ну да, ну да. Заехала по делам... в город свого детства. И что с того?

- Да ничего. Ты, кстати, что в "Горьком доме"-то делала? Не хочешь - не отвечай.

- Так, мелочевка кое-какая. Не стоящая твоего внимания.

- Ладно, проехали... Помимо Джафарова, были убиты еще трое: Барабанов, Деев и Собакин.

- Этих не знаю. Хотя постой!.. - Светлана внезапно остановилась как вкопанная. - Ильгарчик одно время, еще до того, как со мною свой клуб замутить, держал на паях ресторан...

- С кем, где? - тут же насторожился Шумилин.

- Да индийский ресторан в Подмосковье, в зоне отдыха. Фамилия его партнера была Деев. А ресторан назывался смешно так, прикинь - "Кобра-царевна"...

Отправляясь на встречу со Светланой Трембовской, Шумилин дал Кулаковой особое поручение. Она должна была побеседовать с Косогором.

Понимая, насколько непросто организовать такую беседу, Дарья решилась позвонить своей родственнице и, по совместительству, жене криминального авторитета.

В результате чего уже через пару часов Кулакова сидела за столиком ресторана напротив интересовавшего ее человека. За спиною у Косогора высились два охранника, почти что неотличимые на вид "крокодилы" в дорогих костюмах.

- Геннадий Сергеевич, - начала Дарья, стараясь придать своему голосу побольше уверенности. - Я попросила вашу супругу...

- Если бы не Зоя, этой встречи вообще бы не было, - не переставая жевать, перебил ее Косогор. - Но Зое я никогда и ни в чем не отказываю. Так что у тебя за дело, Дарья?

Кулакова по порядку рассказала о четырех недавних убийствах, совершенных по одному сценарию. Все это время Косогоров не прекращал поглощать свою немалую порцию.

- Так, ну а я-то тут причем? Дай догадаюсь - вы решили, что я отомстил этой "шестерке", Барабанову? Да нужен он мне сто лет! Нет, Дарья, это не мой уровень. Еще вопросы?

- Нет, мы вас в этом не подозреваем... Нам хотелось бы узнать, не доходили ли до вас некие слухи... об этих убийствах? Возможно, что-нибудь связывало Джафарова с Барабановым?

Косогор, наконец, перестал жевать и промокнул губы салфеткой.

- Вы, наверное, меня с кем-то перепутали. Я у ментов на службе не состою, слухи не собираю. Что-нибудь еще?

Разговор явно зашел в тупик, и Кулакова это чувствовала. У нее оставался последний козырь - в рамках полномочий, которые дал ей Шумилин.

- Геннадий Сергеевич... Мы могли бы побеседовать наедине?

Косогор, поразмышляв с полминуты, красноречивым жестом отправил прочь своих охранников.

- Ну?

Кулакова слегка подалась вперед и сказала, понизив голос:

- Майор Шумилин просил вам передать, что... Тот вопрос, который интересовал вас некоторое время назад... Ну, насчет налета на бильярдную господина Сулакадзе... Там еще оказались под подозрением двое ваших парней - Шустрый и Остап. Так вот, вопрос этот можно решить, ко взаимному удовлетворению.

- К удовлетворению? Хм! Слово-то какое..., - Косогор наполнил минералкой свой фужер. - Водички будешь? Нет? Ну, как хочешь... Джафаров, значит... И этот... Барабанов, "шестерка" тупая... Был у них бизнес свой, был... Ну, то есть, что считать бизнесом, конечно...

- Они отжимали бизнесы у других? - догадалась Кулакова.

- Ага. В точку. И юрист с ними еще работал, вроде как адвокат, чтобы все шито-крыто, значит, по закону... Фамилия такая у него была... смешная..., - Косогор защелкал пальцами, пытаясь вспомнить.

- Может быть, Собакин? - подсказала Дарья.

- Вот тебе и мотив! - обрадовался Шумилин, выслушав доклад Кулаковой. - Причем железный! В середине девяностых профессор художественного училища Деев вместе со своим племянником, на тот момент - бизнесменом с криминальными связями Артуром Деевым, решает открыть индийский ресторан. Сам оформляет его интерьер и дает оригинальное название - "Кобра-царевна". Заведение начинает процветать, и Артур Деев решает прибрать все дело к рукам, отодвинув родного дядю. Сказано - сделано: Артур обращается к известному в определенных кругах Ильгару Джафарову, а тот, в свою очередь, нанимает двоих - отморозка Барабанова и адвоката Собакина. Профессор Деев не хочет просто так уступать свою собственность, и они подстраивают ему автокатастрофу, в результате которой он становится инвалидом, а Собакин - тот самый адвокат - через суд помогает Дееву и Джафарову отобрать ресторан у законного владельца. Артур продает свою долю и переселяется в Нижний, а Джафаров уезжает жить в Питер...

- И теперь нам остается только выяснить, кто отомстил этим мутным "решалам" за профессора, - подвела итог Кулакова.

***

- А знаешь, Марта, в последние годы он совсем сдал. После... той аварии он восстановился, вернулся к преподаванию, несмотря на инвалидное кресло... И вот теперь...

Юля Щипачева наполнила бокалы белым вином.

- Мне много нельзя, - улыбнулась Марта. - Режим, сама понимаешь.

- Понимаю,- Юля подняла свой бокал, слегка дотронулась им до бокала подруги и выпила сразу половину. - У него ведь нет никого - ни жены, ни детей... Был только его ресторан. А Артур, племянник его... Да ты же слышала, знаешь эту историю.

- Слышала, - подтвердила Марта со своим непередаваемым акцентом. - И что же? Ты ему заменила семью?

- Делаю, что могу. С выставкой вон подсуетилась. А ведь не хотели разрешение давать. Те же самые... господа, которые в его ресторане в свое время обедали, чуть ли не каждую неделю. Вот такие дела... А у тебя что, расскажи. Давно ведь не виделись...

- Ничего. Тренировки, турниры... Но всё это... Скоро закончится. Возраст, сама понимаешь. А еще я недавно - представляешь - аборт сделала.

- Да ты что!.. Зачем?

Марта горько усмехнулась.

- А как бы я объяснила... ему? Почему не хочу больше выступать?

- Но... Это же... Ну, я не знаю! Глупость какая-то! - Юля залпом допила свое вино. - Тебе что, медали эти, призы важнее личного счастья?

- Да нет, не то, чтобы..., - Марта поднялась с дивана. - Идти мне надо. Поздно уже.

- Глупости! - решительно возразила Юля. - Останешься у меня, переночуешь. Анатолий Борисович уже уснул. Я тебе здесь постелю.

- Нет-нет, я не смогу!

Такой была первая реакция Терентия на предложение Шумилина.

- А ты хорошо подумал? Это ведь шанс для твоей Светы. С нее сразу снимутся все подозрения.

Шумилин знал, на какие рычаги ему следует надавить. В знании психологии с ним мало кто мог сравниться.

Терентий вздохнул.

- Ну, допустим... И что я должен буду сделать?

***

Дверь ему открыла невысокая девушка лет двадцати пяти, с копной рыжих волос.

- Здрасте, я к профессору Дееву. Вам звонили...

- А-а, вы - журналист? Конечно-конечно! Вы из журнала "Столичная культура", по поводу выставки? Проходите, Анатолий Борисович вас уже ждет.

Терентий вошел, незаметно осматриваясь. В гостиной он увидел еще одну девушку, совсем не похожую на ту, что встретила его на пороге профессорской квартиры. Эта была высокой, светлой, с короткой стрижкой, и с лентой для волос, как у теннисисток.

- Привет, - сказал ей Градусов. Она лишь холодно кивнула.

- Марта, это - журналист, он пришел брать интервью у профессора. Вы с нами чай пить будете? Кстати, а как вас зовут? Меня - Юля...

Терентий не успел ответить - в дверь снова позвонили. Юля и Марта переглянулись. И - не сговариваясь, вместе пошли открывать.

Марта почувствовала - что-то не так. И что лучше бы вообще не открывать сейчас дверь...

- Кто там? - спросила Юля, припадая к "глазку".

- Я из жилконторы, вы соседей заливаете! - донесся до них с Мартой глухой голос.

Юля заколебалась. У мужчины по другую сторону двери было такое располагающее лицо... И она сняла цепочку.

- Здравствуйте, - сказал гость. - Вы разрешите?

Юля посторонилась, пропуская высокого, крепкого, чисто выбритого, улыбающегося незнакомца в черной куртке.

- Понимаете, тут такое дело..., - извиняющимся тоном начал он.

Щелкнула собачка дверного замка. Незнакомец напряг пальцы и неуловимым движением ткнул Юлю в солнечное сплетение. А затем - локтем расквасил Марте нос. И - этой же рукой - выхватил из-под куртки пистолет.

- Ни звука, сучки..., - страшным шепотом процедил он. - Пошли вперед!

Марта покачнулась от удара. Но в себя пришла довольно быстро.

"Кровь - ничего, кровь - это ерунда, - подумала она. - А вот пистолет..."

Терентий онемел, увидав согнувшуюся от боли Юлю, Марту с окровавленным лицом и мужика с пистолетом. Он только успел поздороваться с профессором Деевым, который выкатился из спальни на своем кресле-каталке.

"Во влип! - пронеслось у него в голове. - По полной программе..."

- А вот и вы, профессор! - улыбаясь, проговорил гость. - Давайте знакомиться...

Шумилину отчего-то было очень неспокойно на душе. Задача, которую он поставил перед Градусовым, была, в общем-то, проста - поговорить по душам с профессором Деевым, ненавязчиво выяснить, один ли он живет и - если удастся - когда он в последний раз общался со своим племянником Артуром.

Конечно, можно было снарядить для этого дела и кого-нибудь из штатных сотрудников, но Шумилин рассудил, что уж Градусова-то точно не заподозрят в том, что он - "засланный казачок". Терентия могла подвести лишь его патологическая неуверенность в себе. Но, в конце концов, контакт с профессором предполагался однократный, а Деев навряд ли так уж часто общался в своей жизни с журналистами.

И всё же...

...А Юля думала про свой пистолет - с глушителем, который лежал сейчас в спальне, в диване, тщательно упакованный в темный кусок ткани, вместе с набором отмычек. Она понимала, что сейчас ей до него никак не добраться...

- Игорь? Постойте-ка... Вы - сын того самого адвоката?.. - слабым голосом произнес профессор Деев, близоруко щуря слезящиеся глаза.

- Именно, - подтвердил гость, поводя пистолетом из стороны в сторону (Марта в этот момент прикидывала, как скоро он устанет держать руку в вытянутом положении). - Отец позвонил мне - перед тем, как его убили. И рассказал, что кто-то уже расправился и с Ильгаром Джафаровым, и с Барабановым, и даже с вашим племянником, Артуром. Я решил выезжать немедленно. Но - опоздал... Известие о его гибели застало меня в дороге - я услышал выпуск новостей. И я подумал - а кому нужно было их всех убивать? Тем более, что один жил в Питере, а один - в Нижнем Новгороде. А? Кому?

Анатолий Борисович повернул голову и посмотрел на Юлю Щипачеву. На любимую свою ученицу... Он-то знал, что она недавно ездила на день в Питер, а потом еще - в Нижний на пару дней...

Игорь Собакин (а это был он) перехватил этот профессорский взгляд.

- Так это ты, что ли, стерва?.. - немного изумленно вопросил он. А затем начал наводить на нее оружие.

В этот момент Марта решилась...

Когда долговязая блондинка, прыгнув вперед, изо всей силы ударила пришельца ногой по запястью, Терентий внутренне сжался. Насколько он обожал фильмы со Сталлоне и Чаком Норрисом - настолько же он боялся всяких потасовок и драк в реальной жизни. Собственно, поэтому Шумилину и удалось так быстро завербовать его в "стукачи" - он просто представил, что с ним будут вытворять на "зоне"...

Марте удалось обезоружить Собакина, но того это ничуть не смутило. Его пистолет, описав дугу в воздухе, еще не успел приземлиться на паркет, а он уже вступил в схватку. Его удар прямой ногой в живот Марта кое-как заблокировала, но следующую атаку - ребром ладони в висок - почти пропустила, отклонилась лишь в последнее мгновение и попятилась, пытаясь удержать равновесие и одновременно поднимая руки к голове.

Собакин взвился в воздух (без истошных криков - не так, как в кино) и мощным ударом ноги пробил ее защиту, отбрасывая Марту прямо на профессора Деева. Оба они - и Марта, и профессор - оказались на полу; инвалидное кресло опрокинулось с глухим стуком.

Юля прыгнула Собакину на спину. Он ударил локтем назад, вывернул Юле кисть и, повернувшись, прямым в челюсть отправил девушку в глубокий нокаут.

Взгляд Терентия упал на пистолет, который приземлился точно ему под ноги. Повинуясь инстинкту, он нагнулся и схватил его. И даже навел на ухмыляющегося Собакина. Руки у Терентия заметно тряслись.

- Ну что, интеллигент вшивый? Стрелять-то будем, нет?

Собакин сделал маленький шажок вперед. Затем еще один. Сунул руку в карман. Вынул ее, уже с блестевшим на пальцах кастетом...

И тут Терентий выстрелил.

Собакин как-то удивленно на него посмотрел, качнулся вперед. Колени его подогнулись, и он медленно осел на пол...

- Профессор, вы в порядке?

Сквозь пелену, окутывающую сознание, Терентий догадался, что это - голос Марты. Потoм она оказалась рядом с ним.

- Не стой столбом, "Скорую" вызывай, полицию!..

Она вырвала у него из пальцев пистолет. И даже отхлестала по щекам. Пока он, наконец, не вернулся в реальность...

***

- Не знаю, что тебе и сказать... Как всё теперь будет?..

Светлана навестила Терентия в больнице, куда он, спустя пару недель после событий на квартире Деева, угодил с нервным срывом.

- Да не парься ты! - она похлопала его по руке. - Всё уже позади. Шумилин, конечно, мент - но слово своё держит. Раз сказал - к тебе никаких больше претензий,значит... Ты хоть знаешь, кого ты там подстрелил?

Они сидели на скамеечке в больничном парке. Градусов отрешенным взглядом смотрел на здание из красного кирпича, на начавшие желтеть, чахлые деревья...

- Какой-то преступник, бандит... Черт его знает! - махнул он рукой.

- Он числился в списке розыска Интерпола как координатор наркотрафика в Центральную и Западную Европу. Агент русской мафии, короче. Проживал на юге России, по чужим документам. Практически никогда не летал на самолете - в целях безопасности. Фээсбшники сразу забрали это дело у Шумилина. Скажи спасибо, что ты его не насмерть - они надеются на его показаниях целое дело выстроить...

- А ты-то откуда знаешь? - почти безучастно буркнул Терентий.

- Ох, Тереша, Тереша... Шумилин рассказал, по доброте душевной. Он, по-моему, тоже до сих пор в шоке от всего этого, как и ты. Ну ладно, не обижайся! Пошли, погуляем лучше.

Они двинулись вдоль аллеи парка неспешным шагом.

- А мне Шумилин тоже рассказал кое-что, - похвастался Терентий. - Юлия - ну, которая всех врагов профессора убила - в Израиль успела сбежать. У нее там какие-то родственники по материнской линии. Никита Эдуардович не сразу сообразил, что к чему, а когда сообразил - ее уже и след простыл. Подруга ее, эстонка, теперь о профессоре заботиться будет. Девушка - а поди ж ты: армейский рукопашный бой, все дела...

- Понравилась?

- Что?

- Ну, эстонка эта - понравилась тебе?

- Нет, - едва слышно проронил Терентий. - Мне... Мне ты нравишься.

- Ты серьезно?

- А что? Я пить бросил. Я вот "однушку" свою продать хочу. Из НИИ уволюсь и на юга подамся. Поедешь со мной?

Света шутливо толкнула его в плечо.

- Ох, Тереша, Тереша!..

------------------------------------------------------------------------------------

* - "Рикки-Тикки-тави"