КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 447421 томов
Объем библиотеки - 632 Гб.
Всего авторов - 210674
Пользователей - 99116

Последние комментарии

Впечатления

Stribog73 про Бердник: Созвездие Зелёных Рыб (Ненаучная фантастика)

Как и обещал, выкладываю Созвездие Зеленых Рыб.

В процессе перевода находится первая повесть о капитане Небрехе.
Если хотите - буду выкладывать по главам, для вычитки.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Stribog73 про Свенсон: Вода и трубы (Технические науки)

Полезная книга для тех инженеров, которые имеют дело с пластиковыми трубопроводами.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Серебряков: Война (Фэнтези: прочее)

еще не окончание? автор пишет продолжение? Хочу почитать...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Лакина: Так нестерпимо хочется в Питер (СИ) (Современные любовные романы)

А мне показалось: "Так нестерпимо хочется ПИТИ!"

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
ANSI про серию Группа Свата

напоминает "Мир реки" Фармера, но наша и куда занимательнее

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Stribog73 про Вишневский: Съедобные грибы и их несъедобные и ядовитые двойники: сравнительные таблицы. Расширенное издание (Справочники)

Одним из важных факторов при определении несъедобных и ядовитых грибов является их запах. Большинство несъедобных и ядовитых грибов или пахнут неприятно, или вообще не имеют запаха. Так, несъедобные виды шампиньонов пахнут карболкой.
Но и запах - не ста процентный показатель безопасности. Так, смертельно ядовитые виды паутинников имеют приятный мучной запах.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Черепашки-ниндзя против Пиратов (fb2)

- Черепашки-ниндзя против Пиратов (а.с. Черепашки-ниндзя) (и.с. Черепашки-ниндзя) 580 Кб, 185с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - без автора

Настройки текста:



Черепашки-ниндзя против Пиратов


Глава 1. Причуды Микеланджело

  Ни для кого не секрет, что каждый развлекается по-своему. Да и выбрать развлечение - дело непростое, особенно тогда, когда времени больше чем до­статочно, а в голову ничего не лезет.

  Чем только не занимались за последние несколь­ко дней черепашки-ниндзя! Все и перечислить не­возможно. А вот сегодня с утра только Микелан­джело был в приподнятом настроении, так как его выдумкам не было конца.

  Сначала Микеланджело долго копался в слова­ре, почему-то хихикая, при этом лукаво оглядывая своих друзей. Затем он еще какое-то время писал что-то в своей записной книжке, делая при этом такое умное выражение, точно сочинял необыкно­венную книгу или, в крайнем случае писал очень научный труд.

  Естественно, это не могло остаться незамеченным.

-   Что еще он там придумал? - шепотом поинте­ресовался у Рафаэля Леонардо, подсаживаясь к нему на широкий диван.

-   А я почем знаю?! - встрепенулся тот, не­брежно листая старый журнал. - Мне он не докладывал.

-   Боюсь, что я от этого буду не в восторге.

-   А мне все равно, - безразлично бросил Рафаэль.

  Рассудительный Донателло с интересом погля­дывал на Микеланджело, пытаясь определить, что творилось в голове черепашки.

-   Микеланджело! - позвал Донателло. - В кон­це концов, ты намерен посвятить нас в свои дела?

  Но Микеланджело никак не отреагировал на во­прос Донателло, скорее всего потому, что был увле­чен и ничего не слышал.

-   Ишь ты какой! - воскликнул Леонардо. ­- Он еще и говорить с нами не хочет.

-   Микеланджело! Ты что - оглох? - поинте­ресовался Рафаэль. - Ведь к тебе обращаются.

  Наконец Микеланджело оторвал свой взгляд от листа бумаги.

-   Вы меня?

-   А то кого же? - ответил Леонардо.

-   То, чем я занимаюсь, - начал Микеланджело, - имеет к вам самое прямое отношение...

-   Как это? - недоумевал Рафаэль.

-   Так что же ты нам раньше об этом не сказал? - негодовал Леонардо. - Мы бы тебе помогли, раз такое дело.

-   ...В вашей помощи я не нуждаюсь. У меня хватает в голове нужных извилин. А вообще-то, я хотел вам сделать сюрприз.

-   Да-а-а... - удивленно протянули черепашки.

-   Какой? - не терпелось узнать Рафаэлю. - Сюрпризы я очень люблю.

-   Но какие! Вот в чем вопрос, - вставил До­нателло.

-   Надеюсь, вы останетесь довольны, - уверенно сказал Микеланджело.

  После этих слов Микеланджело торжественно вышел на середину комнаты и загляну л в свой блок­нот. Черепашки переглянулись.

-   Прошу внимания, - требовательно произнес Микеланджело. - Мне показалось, что наши имена не совсем нам подходят и я...

-   Что ты? - не удержался Леонардо.

-   ...Решил их заменить.

-   Вот еще! - заметил Рафаэль, вставая с дивана.

-   Прошу тебя, Рафаэль, послушай сидя, - попросил Микеланджело. - Все вопросы потом.

-   Признаюсь, это даже забавно, - ухмыльнул­ся Донателло.

  Подождав, когда Рафаэль снова усядется на ди­ване, Микеланджело продолжил:

-   Я искал такие имена, которые бы выражали нашу сущность. Скажу, что мне пришлось потру­диться, потому что мои поиски в словарях не дали нужных результатов.

-   Ну-ну, это становится интересно, - удивлен­но произнес Донателло.

-   Я бы не сказал! - проговорил Леонардо, ­- Что-то раньше я не замечал, чтобы Микеланджело интересовала филология.

  Рафаэль в знак одобрения кивнул, глянув с не­доверием на Микеланджело.

-   Ну и с кого начнем? - спросил Микеландже­ло, нисколько не смущаясь.

-   Давай с меня, - предложил Донателло.

-   Итак, Донателло, как известно, самый умный из нас...

-   Ну-у, зачем уж так, - запротестовал Донателло.

-   Не скромничай, - перебил его Микеланджело, - Если из слов, которые входят в словосочета­ние «самый умный из нас» взять только отдельные морфемы, то получится «самумас».

  Рафаэль покатился от хохота.

-   Ну прямо, как папуас, - сказал Леонардо.

  Донателло почему-то не смеялся, так как ему было не совсем понятно, почему его сущность заключена в этом неказистом слове.

-   Так как будет звучать мое новое имя? - тихо спросил он у Микеланджело.

-   Тебе понравилось? Самумас, - с гордостью ответил тот.

  Донателло на минуту задумался, закрыв глаза, правильно формулируя в голове ответ.

-   Видишь ли, Микеланджело, - сдерживая эмоции, спокойно начал Донателло, - я благодарен тебе, что ты так высоко оценил мои умственные способности. Но... Разве этот... ну, как его.., - запнулся Микеланджело.

-   Самумас, - подсказал Рафаэль.

-   …Вот-вот, этот Самумас будет понятен всем, так же как и тебе? Ведь не скажи ты нам, откуда взял такое слово, мы бы ни за что не догадались.

-   Это же так просто! - воскликнул Микеландже­ло. - Для того, кто обладает хоть каким-то воображением, не будет большого труда...

-   А если с воображением никак? - не сдавался Донателло.

-   Это хуже. Тогда можно и объяснить, - пожал плечами Микеланджело в несколько растерянном состоянии.

-   Мне бы не хотелось постоянно объяснять что откуда берется, ты уж извини, но мое имя мне нра­вится больше и к тому же, как мне кажется, оно мне подходит лучше, чем то, что ты выдумал.

-   Так что, ты отказываешься? - спросил Мике­ланджело. - Ты не хочешь нового имени, я тебя правильно понял?

-   Да, именно так, - категорично заявил Дона­телло.

  Настроение у Микеланджело начинало портить­ся прямо на глазах у черепашек-ниндзя. Тогда Ра­фаэль, увидев, как умело выкрутился из положения Донателло, решил рискнуть.

-    Что же ты замолчал, Микеланджело? Мне бы тоже хотелось услышать свое новое имя.

  Глаза у Микеланджело заблестели.

-   Ты не шутишь?

-   Вовсе нет.

  Стало тихо. Микеланджело никак не решался произнести вслух то, что вот уже который раз читал глазами с листка бумаги. Наконец, он перевел ды­хание и быстро заговорил:

-   Ты, Рафаэль, как известно, излишне сенти­ментален, к тому же часто пребываешь в состоянии печали... Вот и получается, что имя твое должно быть Сентичаль.

-   Ну, что тебе сказать... - начал Рафаэль, - слово, конечно, такое, что ни в одном словаре не отыщешь, и как только оно тебе в голову пришло!

-   Я же почти полдня старался, - стал оправды­ваться Микеланджело.

-   Скажи спасибо, что не так уж плохо вышло, - ­похлопал по плечу Рафаэля Леонардо, - могло быть похуже. Сентичаль - уж как-то излишне чувствен­но. Ты не находишь, Микеланджело?

-   Нет, в самый раз, хотя... Можно было бы еще кое-чего добавить...

-   Не надо добавлять, - отрезал Рафаэль. - А для Леонардо имя тоже подобрал?

  Поскольку Рафаэль одобрительно отнесся к пред­ложению Микеланджело, во всяком случае не воз­мущался и не протестовал, то тот осмелел, а потому держался более раскованно, чем прежде.

  Леонардо приготовился уже услышать свое но­вое имя, а потому с любопытством смотрел на не­сколько помятый листок бумаги, который держал в руке Микеланджело, как в дверь постучали.

-   Войдите! - в один голос закричали черепаш­ки-ниндзя.

  Дверь отворилась и на пороге стояла Эйприл.

-   О, Эйприл, рады тебя видеть, - вышел ей навстречу Донателло.

-   Я не помешала? - поинтересовалась Эйприл, заметив озабоченного Леонардо, который застыл в состоянии ожидания.

-   Нет, что ты, напротив, мы очень рады, - ус­покоил ее Рафаэль. - Проходи, садись к нам, места хватит.

-   На улице такая жара, - устало произнесла Эйприл, - а здесь у вас прохладно, да и шум в канализационных трубах действует успокаивающе.

-   Ты такая бледная, - заметил Донателло, - не перегрелась ли на солнце?

  Эйприл подошла к дивану, на котором по-пре­жнему сидели Рафаэль и Леонардо. Плотно облега­ющие джинсы и майка в крупную красно-зеленую клетку придавали ей вид страстный и необузданный. В следующую минуту она плюхнулась на диван рядом с Леонардо.

-   А-ах! - вырвалось у нее. - Сумасшедший день! Так много было дел, все хотелось успеть, а как всегда полно проблем, возникающих по ходу дел. Крутилась, как белка в колесе. Устала. А вы чем занимались?

  Узнав о том, что Микеланджело раздает новые имена, Эйприл от восторга захлопала в ладоши.

-   Это же здорово!

-   Вот и я говорю, - возбужденно повторял Микеланджело поминутно. - Здорово! А они не хотят.

-   А мне имя тоже придумал? - спросила Эйприл.

  Микеланджело опустил глаза.

-   А я... как-то о тебе и не подумал, к сожале­нию, но... Ведь это дело поправимое. Мы может при­думать тебе его все вместе, только если ты не будешь против.

-   Никаких против, я согласна и принимаю лю­бые условия.

-   Одну минуточку! - вмешался Леонардо. - По-моему, сейчас я на очереди.

-   Хорошо-хорошо, я подожду, - успокоила Леонардо Эйприл.

  Микеланджело быстро отыскал запись, которая касалась Леонардо.

-   Ага, Леонардо отличается своей застенчивостью и обидчивостью, а значит...

-   Это он о ком? - шепотом спросил у Рафаэля Леонардо, делая вид, словно не понимал, о ком идет речь.

-   Как это о ком? О тебе.

-   Что же из этого может получиться? - удивился Леонардо.

-   Минуточку терпения, - хихикнул Рафаэль.

-   Застобид, - громко закончил Микеланджело.

  Леонардо сразу же вскочил с места:

-   Это кто Застобид? Я? Сейчас ты у меня узна­ешь, какой я Застобид!

  После этих слов Леонардо с кулаками кинулся на Микеланджело. Черепашки бросились их разни­мать.

-   Леонардо, ты что! Это же игра, как ты не понимаешь! - вмешалась Эйприл.

  В следующую минуту Донателло и Рафаэль дер­жали его под руки, а тот, вырываясь, кричал:

-   Отпустите меня! Я сейчас с ним расквитаюсь! Тоже мне словоплет! Не берись не за свое дело! Жаль, что я не порвал твою бумажонку!

  А Микеланджело отошел в сторону, пытаясь раз­гладить помятый лист бумаги.

-   Я так и знал, я предвидел, что именно этим все и кончится, - сетовал Донателло. - Ссор только нам и не хватало из-за пустяков.

  Эйприл не любила моментов, когда ее друзья че­репашки-ниндзя начинали выяснять отношения, а потому попыталась перевести разговор на другую тему, чтобы исправить ситуацию.

-   Кажется, обстановка в вашем доме накалилась настолько, что можно свариться, - помахивая у лица рукой, точно веером, сказала она. - Не пора ли осве­житься?

-   Согласен, - подхватил Рафаэль.

-   Можно пойти в бассейн, поплавать, - предложила Эйприл.

  Услышав о воде, черепашки на самом деле как-то охладели, во всяком случае, их прежний пыл поутих.

  Леонардо уже не был столь агрессивен и Дона­телло и Рафаэль отпустили его, понимая, что больших глупостей он не натворит.

  Идея Эйприл понравилась всем без исключения и вскоре, забыв про обиды, они уже шли по направ­лению к бассейну.

  По дороге Эйприл старалась не касаться больной темы, рассказывая черепашкам о своем последнем репортаже, который ей удалось подготовить в одной научной лаборатории.

-   Вы представляете, там так интересно! - гово­рила она. - Когда я впервые услышала о том, что можно додуматься до такого, то сначала не пове­рила!

-   И до чего же такого додумались тамошние уче­ные? - скептически поинтересовался Микеландже­ло, несколько оскорбившись, что его труд остался неоцененным по достоинству.

-   Они занялись выведением нового вида собак, ­- продолжала Эйприл.

-   Ха, - ухмыльнулся Микеланджело, - вот так диво! По-моему, это не такая большая сенсация. Известно сколько угодно таких собак и ничего здесь особенного нет.

-   Вся особенность в том, - отвечала Эйприл, ­что эти собаки не обычные, а... как бы это выразить­ся... Они похожи на вас.

-   Как это? - удивился Рафаэль.

-   Разве может такое быть? - недоуменно сказал, вопросительно поглядев на Эйприл, Леонардо. ­- За сегодняшний день я уже во второй раз нахожусь в каком-то унизительном положении, точно я сижу посередине большой лужи. Ну и денек!

-   Нет-нет, - поспешила с объяснениями девуш­ка, - успокойтесь! Я только хотела сказать, что эти собаки, как и вы, мутанты.

-   Правда-а? - тут же вырвалось у черепашек.

-   Я не вру. Мне тоже сначала было не по себе от услышанного и увиденного, но, как вы видите, чего только на свете не бывает! Известный ученый, зная о вашем существовании, решил в какой-то мере пов­ториться, осуществляя свой проект, но это довольно любопытно!

-   И ты их видела? - спросил Рафаэль очень ревностно.

-   Кого? - уточнила Эйприл.

-   Собак-мутантов.

-   Ну конечно! Ученый сразу же похвастался мне своим детищем, тем более, что на это ушло несколь­ко лет его жизни.

  Черепашки остановились и переглянулись. Эйприл заметила, как смутились они от ее рассказа.

-   В чем дело? - обратилась она к Донателло.

-   Да так, - махнул он рукой, - сразу и не объяснишь.

-   А те мутанты также хороши, как и мы? - по­интересовался Микеланджело.

  Эйприл засмеялась, понимая, что привело их к такому состоянию.

-   О нет, о них такого не скажешь, хотя ученый поминутно твердил, что красивее их не сыщешь. Я прямо слышу его голос, полный любви и нежности, когда он говорил о них: «Как же они красивы! Как же они хороши! Сколько у них обаяния!» Но я видела совершенно обратное: вытянутые морды, длинная шерсть, а когти! Вот такие длиннющие когти! ­Эйприл при этом сделала такую отвратительную гримасу, что черепашки рассмеялись.

-   А сколько их? - вырвалось у Леонардо.

-   Странно, но тоже четверо, как и вас, - ответила девушка.

-   Но еще более странно, что ученый этот гото­вит их как-то подозрительно долго, - заметил До­нателло. - Видно, сделаны будут те ребята на со­весть.

-   А нам-то что! - вспылил Микеланджело. ­- Пусть будут такими, какими их хочет видеть их создатель.

-   По словам этого ученого они будут очень ум­ными.

-   А имена им уже он подобрал? - осторожно спросил Рафаэль.

  Все сразу же посмотрели на Микеланджело, на лице которого вырисовалась улыбка.

-   В этом Микеланджело ему может помочь как никто другой, - сказал Леонардо, - так что при­прячь свой листок бумаги с именами, словоплет! Может и твой труд не пройдет даром.

  Настроение у черепашек и Эйприл было хоро­шее, ведь больше ничто его не омрачало. Они поспе­шили в бассейн, где их ждал веселый отдых.

  Возле небольшого бассейна с заманчивой водя­ной горкой суетился инструктор по плаванию, большой темнокожий мужчина в ярких шортах и свистком в губах. Черепашки только приблизи­лись к водяной горке, чтобы с визгом съехать вниз, как вынуждены были остановиться у скользких ступенек.

-   Остановитесь! - грубым голосом скомандовал инструктор по плаванию.

-   Это еще зачем? - нахмурился Микеланджело.

-   Я должен убедиться, что вы умеете плавать прежде, чем вы окажетесь в бассейне, - пояснил инструктор.

-   А разве по нам не видно, что это нам дано от рождения? - спросил Леонардо.

  Но инструктор пропустил вопрос мимо ушей, показывая черепашкам, что они должны показать ему те движения, которые они будут делать в воде.

-   Итак, - сказал он, - если вы хотите плавать, вы сделаете то, о чем я вас прошу, а ежели нет, то... Дело ваше. У меня строгие инструкции, четкие правила... Ну так как?

  Донателло попытался изобразить из себя пловца, размахивая руками, вот только с ногами ничего по­хожего на выходило. Рафаэль, наблюдая за ним, советовал как правильно поворачивать голову и при этом регулировать дыхание.

  Леонардо и Микеланджело что-то хотели дока­зать присутствующему инструктору.

-   По-вашему что же, черепахи не умеют пла­вать? - спросил Микеланджело.

-   Я зоологию изучал в школе поверхностно, по­этому должен убедиться... А если будете сопротив­ляться, то это не в ваших интересах.

-   Так вот я вам говорю, что все черепахи водо­плавающие, - наступал Леонардо, надеясь, что его голос будет услышан.

-   А мне-то до черепах какое дело?

  В этот момент из раздевалки вышла Эйприл в голубом открытом купальнике и помахала черепаш­кам рукой.

-   А я думала, что вы давно уже в бассейне, ­- сказала Эйприл, подойдя к черепашкам, а затем, повернув голову к инструктору, добавила: - При­вет, Боб!

  Лицо инструктора засветилось.

-   А, Эйприл! Сегодня отличная вода.

-   А почему мои друзья черепашки-ниндзя с такими кислыми физиономиями?

-   Так это твои друзья? Что же ты сразу не ска­зала!

  Микеланджело тяжело вздохнул, а затем кое-что прошептал на ухо Леонардо:

-   Эйприл он знает, как же! Она же телеведущая! А про наши подвиги он ничего не слышал, словно мы из себя ничего не представляем. Подумать только! Какое безобразие! А он знаешь кто?

-   Кто?

-   Этот инструктор.

-   Ну и кто же он?

-   Я сейчас и про него скажу, только соображу...

  Донателло сделал знак Микеланджело, что шеп­таться в присутствии других неприлично. На что тот одобрительно кивнул.

-   Так нам можно идти купаться? - поинтересо­валась Эйприл.

-   Конечно! - ответил инструктор.

-   Не-ет, так дело не пойдет! А как же с теми ну-у... телодвижениями? Нам что, больше не надо показы­вать, что мы умеем плавать? - негодовал Микелан­джело.

-   Благодарите, что я знаком с Эйприл. и вооб­ще, - инструктор показал пальцем на Микеландже­ло, - тебя бы я оставил здесь, так как ты мне по­рядком поднадоел.

-   Это так обо мне? - встрепенулся Микелан­джело.

-   О тебе, о тебе, о ком же еще?

-   Да я... - Микеланджело сделал глубокий вздох.

  Но тут Эйприл встала между ним и инструк­тором.

-   Если можно, мы пойдем купаться, - глядя на инструктора, заметила она с улыбкой, словно изви­няясь за своего друга.

-   Да-да, идите и хорошенько освежитесь.

  После этих слов инструктор подмигнул девушке, а затем, зажав свисток в губах, повернулся и стал медленно удаляться от них, идя вдоль бассейна.

-   Ну и достача! - негромко воскликнул Мике­ланджело, глядя на широкую спину инструктора. ­Его здесь никто не боится. Тоже мне чмырь!

  Черепашки разом посмотрели на Микеланджело.

-   Мне кажется, Микеланджело, - начала Эйприл, - ты скоро договоришься. Язык твой - враг твой.

-   Так мы сегодня будем купаться или как? - обреченно спросил Рафаэль.

-   Банзай! - крикнул Донателло и первым стал взбираться на водяную горку.

  За ним последовали остальные.


Глава 2. Свидетель

  После купания все отправились кто куда, у каж­дого нашлось пусть маленькое, но свое дело.

  Донателло решил осуществить свою давнишнюю мечту: купить классный фотоаппарат, так как велико было его желание сделать свой альбом. А потому он решил не терять времени даром, а отправиться в специализированный магазин. Никто из черепашек не изъявил желания поехать с ним в такую жару, да еще на другой конец города, и ему пришлось довольствоваться своим обществом.

  Как ни странно, но после последних событий Ле­онардо и Микеланджело на какое-то время сблизи­лись, словно между ними никогда и не было ника­ких недоразумений. То ли Микеланджело заразил Леонардо идеей выдумывания всевозможных слов, то ли Леонардо просто захотелось уединения и по­коя, но оба они направились в городскую библиоте­ку, чтобы полистать словари. Да вот еще, Эйприл сделала Микеланджело замечание по поводу того, что в его лексиконе не должны появляться грубые слова, лучше, если он подыщет и пополнит свой словарный запас новыми словами.

  Рафаэль увязался за Эйприл,. которая спешила на очередную передачу на телевидение.

  Поздно вечером, не дожидаясь, когда закончится прямой эфир, Рафаэль засобирался домой. Возвра­щаясь по узкой безлюдной улочке, где жили в ос­новном темнокожие люди, ему пришлось стать сви­детелем неприятного события.

  Прямо по проезжей части сзади от Рафаэля бе­жал человек в темном плаще, полы которого разве­вались в обе стороны. Лицо его было напряжено, дышал он тяжело, похоже, ему не хватало воздуха. Рафаэль остановился и оглянулся. Ему хотелось уз­нать, что произошло и предложить в случае чего свою помощь, но он так и не успел этого сделать.

  Через несколько секунд двое других мужчин вы­скочили из-за угла и бросились вдогонку.

  Рафаэль услышал несколько выстрелов, после чего мужчина схватился за грудь, а потом стал медленно опускаться и, наконец, упал на спину.

  На мгновение Рафаэль растерялся. Он не знал, что ему делать: то ли бежать за теми двумя мужчина­ми, которые уже скрылись к тому времени за углом дома, то ли вызывать полицию. Одно он знал точно, что в одиночку ему с преступниками не справиться и потому он выбрал второе.

  Выстрелы в этом квартале были делом привыч­ным, каждую ночь здесь кто-то с кем-то сводил сче­ты. Поэтому жители предпочитали не вмешиваться.

  Рафаэль тоже мог уйти, оставить все, как есть. Но он предпочел остаться и дождаться полицейскую машину. А пока он хотел убедиться, может ли чем-­либо помочь тому, кто лежал на асфальте.

  Когда он приблизился к лежащему мужчине, тот не подавал никаких признаков жизни.

  Вскоре он услышал слабый стон, похоже, муж­чина был только ранен и начинал приходить в себя.

-   Как вы себя чувствуете? - спросил Рафаэль, присев около раненого на корточки.

-   М-м, как все внутри жжет...

  Рафаэль заметил, что рубашка мужчины сильно смочена кровью.

-   Я вас перевяжу, - предложил Рафаэль, огля­дываясь, куда бы можно было кинуться в поисках бинта.

-   Нет, не стоит, мне уже ничем не поможешь, разве что...

-   Скоро здесь будет полиция и скорая, - перебил его Рафаэль.

-   У меня было... м-м... - застонал мужчина, корчась от боли.

-   Что у вас было? - заинтересованно спросил черепашка.

-   ...важное задание...

-   Ага, теперь понятно, почему вас они убрали, - задумался Рафаэль.

-   ...важное задание... - повторял раненый. На лбу его выступил пот. Глаза то открывались, то сно­ва закрывались. - Силы покидают меня... мое задание...

  Рафаэль нервничал.

-   Какое задание? В чем оно заключалось? Вы можете мне довериться. Все, что будет в моих си­лах, я сделаю, обещаю вам. Вы меня слышите?

  Мужчина на миг отключился, закатив кверху гла­за. Рафаэль положил его голову себе на колено, а затем легонько потряс его за плечо.

-   Я выполню ваше задание. Вы меня слышите?

-   М-м... я еще жив... Готовится зло...

-   Какое зло? Говорите же!

-   ...страшное зло...

-   Кем вы посланы? Где это зло готовится? - ­бросал вопросы Рафаэль в надежде получить какие-либо вразумительные ответы.

-   В Турции готовится зло... Меня послали отыс­кать... надо найти... меня послали... А-а...

-   Кто? Кого надо найти?

  Рафаэль теперь уже сильно тряс раненого, пыта­ясь хоть что-то еще узнать от него.

  Вдруг сзади к нему подбежали полицейские с оружием в руках. Один из них громко приказал:

-   Ни с места! Руки за голову!

  От неожиданности Рафаэль дернулся так, точно он был в чем-то виноват, а его застали на месте пре­ступления. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но его опередили:

-   Молчать! Вопросы вам будут задавать в по­лиции. Оружие есть?

-   Нет, у меня нет никакого оружия, - заволно­вался Рафаэль, почувствовав, что выпутаться из этого ему 6удет вовсе непросто.

  Раненого мужчину положили в темный полиэти­леновый пакет с длинной застежкой-молнией, куда обычно кладут трупы, а затем отнесли в машину скорой помощи. Рафаэль проводил взглядом носил­ки, на которых несли темный пакет, после чего мол­ча сел в полицейскую машину.

  Мучительное чувство не давало покоя Рафаэлю всю дорогу. Он почти не слушал то, что говорили ему полицейские, не отвечал на их вопросы, потому что знал, что все выяснять в машине бесполезно. Он думал о том, что сказал ему перед смертью ране­ный. «Он говорил о важном задании. Да-да, он не­сколько раз повторил, что это задание важное. Из-­за него он расстался с жизнью. Об этом стоит по­думать... Он сказал, что где-то в Турции... В Тур­ции... Только бы не забыть...»

  Вой сирен наполнял город. Впервые у Рафаэля появилась возможность почувствовать то, что должно быть чувствует каждый преступник, которого ве­зут в таком сопровождении.

  Нет, Рафаэль не особенно переживал, что, воз­можно, этой ночью ему не придется переночевать дома, а все шло к тому. Он продолжал думать о том страшном зле, которое может произойти, если что?

  «Кого же ему нужно было найти? Кто были те двое?»

  Машина притормозила у здания полицейского управления.

-   Приехали, выходи! - услышал Рафаэль.

  На ступеньках его кто-то толкнул в спину. Рафа­эль оглянулся.

-   Что смотришь? Идешь, точно сонный, а спать тебе рановато.

  Рафаэля вели по узким коридорам, которые из­-за столь позднего времени были слабо освещены. Наконец, у одной из многочисленных дверей ему велели остановиться и подождать. Дверь перед Ра­фаэлем отворилась не сразу, очевидно, там реша­лось что-то важное, потому что до Рафаэля долете­ли громкие голоса спорящих.

  Молодой инспектор долго смотрел в глаза Рафа­элю, а потом спросил:

-   Так как: будем сразу сознаваться или сначала помолчим?

-   Мне не в чем сознаваться, - категорично за­явил Рафаэль. - Если в чем я и виновен, так толь­ко в том, что не узнал от этого человека то, что должен был узнать.

-   Зачем вы его убили?

-   Я его не убивал, потому что я не участник тех событий.

-   А кто же вы? - с иронией в голосе поинтере­совался инспектор.

-   Свидетель. Да-да, все происходило на моих глазах.

  И Рафаэль в деталях передал все, что случилось несколько часов тому назад на улице. Об одном только умолчал: о своем разговоре с убитым.

-   Так-так, - вздохнул инспектор, - все стано­вится ясно: либо ты виновен, либо нет. Одно из двух. Скорее всего...

  Инспектор сделал паузу, а Рафаэль обреченно опустил глаза.

-   Все дело в том, что убитый оказался гражданином другого государства, - начал инспектор.

  Рафаэль насторожился.

-   Какого? - спросил он.

-   Турции. Мы не хотим, чтобы это просочилось в прессу...

  Но договорить фразу инспектор не успел, так как раздался телефонный звонок.

-   Да, слушаю. Так-так. Все понял... - Инспек­тор ухмыльнулся и положил трубку. - Ну вот, телевидение уже приехало делать репортаж. Только их тут не хватало...

-   А как с моими показаниями? - робко поинте­ресовался Рафаэль. - Вы мне хотя бы верите?

-   Думаю, у вас не было никаких причин уби­вать этого чужестранца. Ваша личность установле­на и друзья ваши, черепашки-ниндзя, уже дожида­ются вас у входа в полицейское управление, - ска­зал инспектор.

-   Так что, я свободен?

-   Пока да, но если вы нам понадобитесь...

-   Я понимаю. На меня можно положиться. Мне нечего от вас скрываться, потому что я невиновен, я только хотел помочь этому несчастному, но не ус­пел, - сказал Рафаэль, пожав плечами.

  На крыльце у здания полицейского управления Рафаэля действительно ждали его друзья, которые сразу же забросали его вопросами.

-   Ну, как ты? - спросил Донателло с волнением в голосе.

-   Что случилось? Рассказывай! - донимал его Леонардо.

-   Я в порядке, - успокоил черепашек Рафаэль, ­- а об остальном дома поговорим. У меня как-то нет особого желания находиться здесь дольше.

-   А вот и Эйприл! - воскликнул Микеландже­ло, увидев изящную фигурку Эйприл впереди.

Эйприл приехала сразу же, как только узнала, что Рафаэль попал в полицию. На лице ее была не­поддельная тревога.

-   На 6 Канале все только и говорят, что чере­пашки-ниндзя замешаны в каком-то убийстве, ­начала она, - но я поверить в это не могу... В голо­ве не укладывается...

  Черепашкам было не совсем приятно услышать такое от Эйприл.

-   Ты же знаешь, что мы на такое не способны, ­- заверил девушку Донателло. - Как видишь, мы все не свободе.

-   Вот это как раз и главное, - с облегчением произнесла Эйприл. - А что же все-таки произошло?

  Узнав о насильственной смерти иностранного граж­данина, Эйприл загорелась:

-   Вот нам бы расследовать это дело! В Турции мы как раз еще не были.

  Никто не стал ей возражать. Черепашки валились с ног от усталости, а потому было решено встретиться завтра и все обсудить.

  Дома Рафаэлю, казалось, ни о чем не хотелось говорить. Да и черепашки его прекрасно понимали: слишком много событий за один день. Но вместе с тем, подождав, когда Рафаэль уснет, Донателло обратился к своим друзьям:

-   Кто знает, что случилось на самом деле там; на безлюдной улице...

-   Ты что-о? - перебил его Леонардо. - Не доверяешь Рафаэлю?

-   Я не о том, - отмахнулся Донателло, - все это как-то странно...

-   Что именно? - уточнил Микеланджело.

-   В Турции готовится зло, а человека убивают в Америке...

-   Ты хочешь сказать, - подхватил мысль До­нателло Леонардо, - что этот убитый перед смертью просто пошутил? Но зачем?

-   По-моему, уж если умирать, то непременно героем. Если бы его просто подстрелили, никто бы о нем назавтра и не вспомнил... Но, оставив после себя легенду, в надежде на то, что в нее поверят, он, тем самым, был уверен, что о нем какое-то время будут говорить.

-   Постой-постой, - вмешался Микеландже­ло, - конечно, мы знаем, что Рафаэль крайне впечатлительный и обладает большим воображением. Для него не составляет особого труда домыслить эту историю. Я с тобою согласен, Донателло, что как-то все странно... Но стоит ли говорить о Рафаэле без него?

  Вопрос Микеланджело застал Донателло врасплох. Он отмолчался, не зная, как на него ответить. Но после этого они все трое посмотрели на спящего Рафаэля.

-   Будем спать, - утвердительно сказал Леонар­до, погасив верхний свет.


Глава 3. Черепашки у Сплинтера

  Желание проведать учителя Сплинтера по­являлось у черепашек-ниндзя особенно тогда, когда перед ними ставились какие-либо неразре­шимые задачи. Сейчас настал именно такой момент. Поэтому, проснувшись рано утром, они уже и без обсуждений знали, что отправятся к нему за советом.

-   А ведь ты, Донателло, - начал Рафаэль, при­стально глядя на черепашку, что у того внутри что­-то екнуло, при мысли: «Неужели он слышал наш ночной разговор?», - так и не похвастался своим фотоаппаратом. Кстати, купил ли ты его?

  Донателло перевел дыхание, по-прежнему чувст­вуя какую-то неловкость.

-   Да-а, купил. Сейчас, сейчас я покажу тебе... Ты один его еще не видел.

  Взгляды Леонардо и Микеланджело встретились, когда они заподозрили, что Донателло стал излиш­не суетлив.

-   Классный аппарат, - сказал Леонардо.

-   Точно, классный, - вторил ему Мике­ланджело.

  А тем временем у Донателло все валилось из рук. И лишь только он собрался показать свой новень­кий фотоаппарат Рафаэлю, как руки его ослабели и выронили ценную вещь на пол. Черепашки броси­лись ловить фотоаппарат, чтобы уберечь от паде­ния, но было уже поздно.

-   Что за черт! - воскликнул Донателло.

-   По-моему, с ним ничего не случилось, - рассматривая в руках только что поднятый фотоаппа­рат, сказал Рафаэль.

-   Неужели? - удивился Леонардо. - Эта вещь очень нежная и требует особого с ней обращения.

-   Да-а, с тобой нельзя не согласиться, Леонардо, это - вещь на самом деле, - заметил Рафаэль. Поздравляю с покупкой, Донателло!

  Но лицо Донателло было безрадостным.

-   Если ты сомневаешься, что аппарат не постра­дал, - напомнил о себе Микеланджело, - отнеси в мастерскую, там его проверят и определят. По край­ней мере, будешь уже знать точно.

  Донателло покачал головой.

  Рафаэлю очень хотелось поинтересоваться у Ми­келанджело и Леонардо, как успешно закончился их поход в городскую библиотеку, но какое-то внутрен­нее чувство подсказывало ему, что этого делать не стоит. Тогда он отдал Донателло его фотоаппарат и сказал:

-   Нам не нужно терять времени даром. Все это пустяки. Аппарат можно починить в случае чего, а вот если мы не сможем уберечь цивилизацию от готовящегося зла, то исправить положение потом будет уже невозможно... Надо спешить... Время не ждет... Только бы Сплинтер был сейчас дома.

-   О! Это здорово, что вы пришли именно сей­час! - встретил черепашек-ниндзя Сплинтер. - Еще немного - и вам бы пришлось прождать меня по­рядком... Я как раз собирался пойти поразмять кос­ти, а на это требуется не один час времени.

-   Учитель, - начал Рафаэль, - мы пришли по делу.

-   Что ж, проходите... Глядя на ваши лица, я уже обо всем догадался, - заметил Сплинтер. ­- Вы сейчас ко мне заходите редко и то ненадолго... Так что стряслось?

  Черепашки разместились в комнате, где жил учи­тель. У каждого из них было свое излюбленное мес­то, ведь в этом доме они не чувствовали себя гостя­ми. Но Рафаэлю на этот раз сидеть за столом не хотелось, а потому он сразу же направился к книж­ной полке, где стояли очень старые книги.

  Вкратце Рафаэль уже в который раз поведал Сплинтеру свою историю, на что тот сказал:

-   Как раз недавно я листал одну старинную книгу о будущем и там наткнулся на любопытную запись. Рафаэль, принеси-ка сюда, поближе к свету, вон ту толстую книгу в кожаном переплете!

  Рафаэль стал показывать на книги, не зная, о какой из них говорил учитель, так как все они были в кожаных переплетах.

-   Эту? - поинтересовался он.

-   Да нет же, другую! Возьми левее! Да-да, она самая!

  Сплинтер открыл книгу как раз посередине.

-   Эта книга о будущем земной цивилизации, о нашем с вами будущем. Вот это, - Сплинтер пока­зал на первую половину книги, - то, что осталось уже в прошлом... Остальное еще впереди...

-   Но ведь книга рано или поздно кончится? - не удержался Микеланджело.

  Учитель вздохнул.

-   Об этом я не могу судить... Все рано или поз­дно кончается. Но никто не знает, когда же насту­пит этот конец... Одно достоверно, что все может закончиться значительно раньше, если вовремя не исправить ситуацию...

-   Учитель, вы обещали зачитать нам из этой книги о том страшном зле, - торопил Сплинтера Рафаэль.

-   Да-да, одну минуточку... Кажется здесь то самое место... Хотя нет, это уже было... Итак, я нашел то, что искал... «Новая эра - эра зла, насилия, войн и жестокости ожидает земную цивилизацию. Силы зла, которые тысячелетия дремали под землей, выйдут наружу, чтобы править миром. У этих сил своя религия, свой король, знать о которых может только один человек, живущий...» - Сплинтер остановил­ся, - дальше разобрать невозможно, убедитесь сами! Книга старая, а потому буквы от времени поблекли и стерлись...

-   Ах, как жаль! - воскликнул Микеланджело.

-   Вот это да! Подумать только, на самом интересном месте!

-   Да-а, - протянул Леонардо, - вот это не повезло.

-   Не огорчайтесь, друзья мои! - поспешил ус­покоить черепашек Сплинтер. - Не надо так непо­чтительно говорить об этой книге, она имеет свои секреты.

-   Секреты? - удивился Микеланджело. - А на вид так себе, книга, как книга. Сколько я их вчера пересмотрел!

-   Именно, секреты. Если, к примеру, вам захочется перевернуть еще одну страницу впе­ред, то...

-   И что же будет, если перевернуть одну стра­ницу? - скептически спросил Леонардо.

-   А ты попробуй! - предложил учитель. - Ну, давай же!

  Леонардо протянул руку к книге.

-   А она током не ударит? - боязливо и в то же время с улыбкой поинтересовался Леонардо.

  Черепашки-ниндзя засмеялись.

-   Смелее! - настаивал Сплинтер. - Или чере­пашки-ниндзя стали трусливыми кроликами?

  Леонардо быстро перевернул страницу и за­стыл в изумлении. Другие тоже от удивления открыли рты.

-   Вот это да!

-   Но она совершенно пустая! На ней нет ни единой строчки! - громко сказал Леонардо.

-   А я вам что говорил: эта книга с секретом! На ее страницах те самые слова и строчки появляются лишь тогда, когда приходит им время... Как извест­но, всему свое время... Так вот, то, что они уже появились, свидетельствует о том, что события эти приближаются.

-   А точное время там не указано? - засуетился Донателло.

-   К сожалению, - учитель закрыл книгу, ­- но я думаю, что на этот вопрос кое-кто может ответить...

-   Кто именно, учитель? - почти разом отозва­лись черепашки-ниндзя.

-   Тот, кто знает об этой религии и о ее короле, ­- не без надежды в голосе ответил Сплинтер.

  На какое-то мгновение все замолчали, понимая, что зашли в тупик, выхода из которого пока не видно.

-   Учитель, - вдруг прервал молчание Рафаэль.

  Сплинтер внимательно посмотрел в его сторону.

-   Я думаю, что тот человек, которого убили, искал того, о ком упоминается в этой книге... Он был послан, но кем? Значит, есть еще кто-то, кто знает о существовании той религии...

-   Скорее всего, - начал высказывать свое пред­положение Сплинтер, - есть еще одна книга, но где и у кого?

-   Точно! - подхватил Микеланджело. - В той самой Турции, уж поверьте мне!

-   Откуда тебе-то знать?! - съехидничал Леонардо.

-   А оттуда! - не сдавался Микеланджело. ­- Возможно, события, о которых говорится в книге, там происходят значительно быстрее, чем мы, нахо­дясь здесь, можем о них судить. Потому и в книге, которая находится там, у них, все уже написалось... Вот только неизвестно одно...

-   Что именно? - спросил Рафаэль.

-   К тому моменту, когда в нашей книге появится сообщение о том, чего нам так не хватает, в той самой Турции ничего ужасного не произойдет? - задумался Микеланджело.

-   А ты, оказывается, не так глуп, - похлопал по плечу Микеланджело Донателло.

-   А ты как думал! Хоть ты у нас и Самумас, но я тоже не глупее вас, - с достоинством произнес Микеланджело.

  Все это время, пока шло обсуждение, Рафаэль сидел как на иголках, порываясь все время куда-то бежать. Ему казалось, что они могут не успеть, опоздать, а тогда... Даже трудно было представить, что может случиться тогда! Как никто другой он чувствовал на себе ответственность за то, что про­исходит, ведь именно он первым получил информа­цию и пообещал умирающему иностранцу, что сделает все, что от него зависит, чтобы предотвра­тить зло.

-   А кто были те двое, которые пристрелили это­го несчастного? - между прочим поинтересовался Леонардо.

-   Неужели не ясно? - кинул на Леонардо кол­кий взгляд Микеланджело. - Очевидно те, кто исповедует ту религию.

  Глаза у Донателло заблестели.

-   Так там идет самая настоящая война! - восклик­нул он. - А мы сидим здесь и ни о чем не знаем.

-   А откуда нам знать! - подхватил Микелан­джело. - Если об этом умалчивают средства массо­вой информации.

-   Да-да, - вступил, в разговор Рафаэль, - и Эйприл нам ни о чем подобном не говорила, хотя наверняка, если бы до нее дошла какая-либо информация, она сразу же дала бы о ней знать.

-   А что Эйприл! - воскликнул Леонардо. - ­Подумаешь, какой-то псих-ученый выводит мутантов... Это ей интересно, а что касается более важно­го, то это ей неизвестно...

-   Ты не прав, - прервал его Донателло, - ­Эйприл всегда там, где ей нужно быть. Ведь обо всем самом интересном мы узнаем от нее, будь то политическая жизнь, культура или наука. Разве ты с этим не согласен?

  Леонардо пожал плечами.

-   Не время сейчас обсуждать такие вопросы, - не удержался Рафаэль, - каждый из нас на своем месте. Подумали бы лучше, как нам вычислить того человека, к которому был послан иностранец.

-   М-да, мы даже не знаем: мужчина это или женщина, - заметил Донателло.

-   И то правда, мы так мало о нем знаем, -­ подытожил учитель Сплинтер. - Если убитый иностранец оказался здесь, то значит его надо здесь и искать. Хоть с этим нам повезло...

-   Мне кажется, что это может быть какой-ни­будь ученый, - предположил Рафаэль, - а потому надо обратиться к Эйприл. Уж она, думается, знает кого-нибудь из тех, кто занимался бы изучением Востока. А их не так уж и много.

-   Без Эйприл нам не обойтись, - согласился Донателло.

  Лишь только была высказана последняя фраза, как комнату наполнил нежный голос Эйприл, кото­рая появилась совсем беззвучно.

-   Так и знала, что застать черепашек я смогу только здесь, раз их нет дома!

-   А ты и дома у нас побывала? - спросил Леонардо.

-   Конечно, ведь мы договорились о встрече...

-   Но не уточнили время, поэтому так и получи­лось, - виновато произнес Рафаэль. - Послушай, Эйприл! У нас к тебе дело.

-   Правда? А то я уже начала думать, что на сей раз вы решили обойти меня стороной, - шутливо, но не без укора сказала она.

-   Ты не могла бы познакомить нас с кем-либо из востоковедов?

-   Востоковедов? - задумалась Эйприл. - Нет, сейчас не припомню, надо еще с кем-нибудь посове­товаться... Кажется, недавно на 6 Канале была пе­редача о культуре Востока. Но не я готовила мате­риал, поэтому...

  Черепашки ухватились за эту мысль.

-   Это нам подходит, - произнес Донателло с серьезным видом.

-   Но ведь нам нужна не культура, а религия, - ­возразил Микеланджело, - насколько я понимаю, это не одно и то же.

-   Но вместе с тем очень тесно взаимосвязаны, ­- сказал Сплинтер так значимо, что ни у кого не возникло сомнений, что это может быть как-то иначе.

-   Решено, попробуем выйти на нужных нам людей, - с бодростью в голосе произнесла Эйприл.

  Рафаэль посмотрел на Эйприл с уверенностью, что она не заставит их долго ждать. Точно прочитав это по глазам Рафаэля, Эйприл улыбнулась и под­мигнула ему.

  Спустя полчаса Эйприл, выяснив все нужное у своих коллег, мчалась в институт востоковедения, а черепашки-ниндзя тем временем пошли собирать­ся в дорогу.


Глава 4. Нужные люди

  Институт востоковедения Эйприл нашла не сразу. Здание, где он размещался было такое невзрачное на первый взгляд, что она, не обратив на него никакого внимания, пролетела мимо. Ей казалось, что такое солидное учреждение достойно непременно чего-то особенного, большого и примет­ного.

  Она поминутно спрашивала у прохожих, как прой­ти к этому институту, хотя находилась от него, что называется, в двух шагах. Те, услышав ее вопрос, указывали ей дорогу. Но она почему-то думала, что они ошибаются.

  И вот, когда двое, убеленных сединой, муж­чин совсем рядом от нее стали спорить о большой археологической находке, привезенной совсем недавно из одной из стран Востока, Эйприл убедилась, что ошибалась как раз она.

  Не обдумывая, она подошла к спорящим и спросила:

-   Могу ли я задать вам вопрос, который меня очень интересует?

  Мужчины прервали свой спор и изучающе по­смотрели на Эйприл. Один из них ответил:

-   Во-первых, один вопрос вы уже задали без нашего на то позволения; во-вторых, когда спорят двое, то третьему здесь не место, а в-третьих...

-   А в-третьих, - прервал другой, - задавай­те свой вопрос, милая девушка. А то наш спор, боюсь, так ни к чему не приведет.

  Каким-то очень знакомым показалось лицо этого внимательного к ней мужчины. Сейчас не было вре­мени, чтобы напрячь память и вспомнить, откуда она его знала, но ей этого очень хотелось.

-   Вы случайно направляетесь не в Институт востоковедения? - спросила телеведущая.

-   Именно туда мы и направляемся. А что вас туда привело?

  Колючим взглядом на Эйприл смотрел другой мужчина, которого лишили возможности высказать еще пару аргументов в свою защиту. Девушка не понравилась ему с первой минуты как только заго­ворила.

  Эйприл, конечно, могла скрыть причину своего визита в институт востоковедения, но вопрос уже был задан, а оставить его без ответа было бы невежливо с ее стороны.

-   Мне нужен кто-либо, кто занимался бы изуче­нием одной из стран Востока.

-   Какой именно? - с хитринкой поинтересовался ее собеседник.

-   Турции.

  Оба мужчины переглянулись, а тот, который с ней беседовал, сказал:

-   Мне кажется, я знаю тех, кто вам нужен.

-   Правда?! - воскликнула Эйприл.

-   Мне вы можете доверять, поверьте.

-   Тогда ведите меня к ним! А то, боюсь, на по­иски их я затрачу еще уйму времени, - с просьбой в голосе произнесла Эйприл.

-   А нам не нужно никуда идти.

-   Я не совсем вас понимаю, - девушка занервничала.

-   Те, кто вам так нужен и кого вы ищете, прямо перед вами. Меня зовут Стефен Уэбер, а это мой коллега - Мэйсен Стирлинг.

  После того, как его представили Эйприл, Мэйсен Стирлинг сделал видимость улыбки: уголки его губ слегка поползти вверх, а затем он между прочим заметил:

-   Очень приятно.

-   А с кем имеем честь общаться? - спросил Стефен Уэбер. - Хотя... Постойте, постойте-ка... Мне кажется... Да нет же, я просто уверен, что вашу милую мордашку я вижу каждый день и даже могу сказать по какому каналу!

-   Вы угадали, я просто Эйприл.

-   Да не просто, а девушка, которой я готов по­мочь, - сразу же вызвался Стефен Уэбер.

  Со Стефеном Уэбером Эйприл общаться было легко. Он не был занудой, каким показался ей Мэйсен Стирлинг. В нем на удивление было полно жизненной силы, которая поддерживала его и в процессе общения с людьми передавалась другим. На вид ему было около пятидесятишестидесяти. Как раз такой возраст у мужчин, когда трудно определить его точно. Многочисленные морщины, собравшиеся паутинкой у глаз, делали его старше, а вот белоснежная улыбка в сочетании с блеском глаз, впечатляющей миндалевидной формы, прятали его годы.

  Если же попытаться описать Мэйсена Стирлин­га, то сразу нужно оговориться, что не только в его взгляде, но и во всем внешнем виде было много от­талкивающего и настораживающего. Было видно, что этот человек довольно тяжело сходится с людьми, очевидно, из-за своего замкнутого характера. Чер­ты лица его были невыразительны, размазаны, а по­тому, чтобы запомнить этого человека, нужно было долго в него всматриваться. Губы Мэйсен Стирлинг постоянно покусывал, то ли от излишней нервознос­ти, то ли по привычке. Несмотря на то, что прожил он на свете не так уж и много: сорок-сорок пять лет, вид у него был утомленный, точно он устал жить.

  Когда же Мэйсен Стирлинг услышал о том, что Эйприл интересуется Турцией, ему захотелось, что­бы и его не обошли стороной, возможно, имея в этом свой интерес.

-   Я тоже... тоже помогу вам, - выдавил из себя Мэйсен Стирлинг, когда Стефен Уэбер испытывающе посмотрел не него.

-   Итак, Эйприл, мы слушаем вас, - сказал Стефен Убер.

-   Улица, мне кажется, не совсем подходящее место для такого серьезного разговора, - заметила девушка с намеком.

-   Я вас понял, - согласился с ней ученый, - а потому приглашаю к себе. Я живу совсем недалеко отсюда, в пяти минутах ходьбы, так что, если не возражаете...

-   Я нет, не возражаю, - поспешила с ответом Эйприл.

  Мэйсен Стирлинг должен был находиться в это время в институте на совещании, где рассматрива­лась его работа. Похоже, он не спешил: то ли эта работа была для него пройденным этапом и не пред­ставляла ничего существенного в его жизни, то ли ему показалось, что с появлением Эйприл ему пред­ставилась возможность сделать что-то очень важное. Прошлая жизнь Мэйсена Стирлинга была малопри­метной. Такие люди не привносили в науку ничего нового, а лишь довольствовались тем, что помогали тем, кто это делал постоянно, тайно завидуя им. По­этому он предпочел быть со Стефеном Уэбером.

-   Я с вами, - сообщил Мэйсен Стирлинг.

-   Вот и чудесно! - заключил Стефен Уэбер, беря под руку Эйприл.

  Кабинет, где обычно любил работать Стефен Уэбер, находился на втором этаже и занимал довольно большую площадь, так как здесь было все, что нужно для работы: громоздкий письменный стол из дуба, объемное кресло к нему с кожаными подуш­ками и подлокотниками, стенные шкафы со специальной литературой, которая собиралась в течение всей жизни, множество светильников, которые освещали каждый угол комнаты, а также было предусмотрено и то, что необходимо для отдыха: музыкальный центр, красивая мягкая мебель.

  Особое место было отведено всевозможной зеле­ни, которая украшала кабинет и вместе с тем допол­няла. На письменном столе стоял компьютер - не­заменимая вещь в работе.

  Эйприл оценила, что хозяин этого кабинета об­ладал, несомненно, хорошим вкусом. Она уютно устроилась в мягком светлом кресле радом с пись­менным столом. Стефен Уэбер занял место за пись­менным столом, Мэйсен Стирлинг расположился на диване.

-   Надо сказать, - заметила Эйприл, - что в вашем кабинете все напоминает о том, что его хозя­ин исследует Восток.

-   Еще бы! Здесь каждая вещица, каждая безде­лушка, которая для непосвященного не имеет ника­кой ценности, для меня бесценна! Что, к примеру, вы можете сказать об этой вазе кроме того, что ей почти десять столетий, а оттого выглядит не совсем эстетично и привлекательно? - обратился Стефен Уэбер к Эйприл, показывая на внушительных размеров вазу, которая стояла на маленьком столике около окна.

-   Ну... Она сразу бросилась мне в глаза...

-   Какой-нибудь аргумент вы мне приведете, но то, что она значит для меня, если узнаете, то никог­да не прочувствуете. Поэтому я не пускаю сюда случайных людей.

-   Но вы меня не знаете, а познакомились мы совершенно случайно, - залепетала Эйприл.

-   Тем не менее, я вам почему-то доверяю. А те­перь мне бы хотелось выслушать вас.

  Стефен Уэбер приготовился внимательно слушать то, что собиралась ему сообщить Эйприл.

  После некоторой паузы Эйприл начала:

-   Вы, наверное, слышали вечернее да и утрен­нее сообщение по поводу убийства иностранца.

-   О-о! К убийствам я уже привык. Люди в пос­леднее время ни во что не ставят жизнь, - сделал небольшое отступление Стефен Уэбер.

-   Это преступление произошло на глазах моего друга - Рафаэля, который убежден, что оно было преднамеренным.

-   Так-так, ваш друг - свидетель? Не завидую я ему в таком случае... М -да... Но как-то непонятно мне, для чего вы все это мне рассказываете? Может вам нужен хороший адвокат?

  Эйприл слегка растерялась.

-   Понимаете... Этот иностранец искал здесь од­ного человека.

-   Кого же?

-   Мы пока не знаем кого, но, думаем, кого-то, кто знает многое о Турции.

-   И что, за это его убили? - с недоумением спросил Стефен Уэбер.

-   Перед смертью он успел поведать моему другу, что в Турции готовится страшное зло и что он послан найти того, кто мог бы это зло предотвратить.

-   Но какое зло?

-   Скоро, очень скоро одна религиозная секта будет управлять землянами. Начнется эра жестокос­ти и насилия. Мы должны помешать им во что бы то ни стало, - серьезно заявила Эйприл.

-   Почти всю свою жизнь я исследую Турцию, - сказал Стефен Уэбер, - я сотни раз встречался с людьми этой замечательной страны, имею там много друзей, но ни разу не слышал от них о такой секте. Мне нужно кое с кем связаться, чтобы выяснить все поподробнее. Возможно, все это только паника, а опасности вовсе нет.

-   Но Сплинтер совсем другого мнения. Угроза существует, - возразила тут же Эйприл.

-   А кто такой Сплинтер? - поинтересовался Стефен Уэбер.

-   Это учитель черепашек-ниндзя. А они - мои друзья, - с гордостью заявила девушка.

-   Вот оно что?! А они тогда где?

-   Они меня ждут с ответом. Я должна найти человека, который помог бы нам спасти земную ци­вилизацию, а для этого поехал с нами в Турцию.

-   Съездить и я смогу, вот только помогу ли? ­- засомневался Стефен Уэбер.

  Потом он как-то явно задумался, поджав губы и потирая лоб, а спустя несколько минут, произнес:

-   Да ведь я припоминаю, что кто-то добивался встречи со мной...

-   Когда это было? - спросила Эйприл.

-   Если я не ошибаюсь, дней пять тому мне позвонили и попросили о встрече. Я часто имею беседы с разными людьми, но здесь был особый случай... Он говорил по-турецки, несколько раз подчеркнул важность встречи... Согласен был на все, лишь бы я смог выслушать его... А-а! Вот еще! Он просил помочь...

-   А на какой день была назначена эта встреча?

-   Она должна была состояться вчера, но так и не состоялась. Никто ко мне не пришел, хотя я под­робно описал место, где я живу... Возможно, тот, кто должен был прийти, передумал, - сказал Сте­фен Уэбер.

-   Но, возможно, его выследили и, чтобы не на­влечь на вас опасность, он просто не стал риско­вать, - предположила Эйприл.

-   А позже его убили? - догадался Стефен Уэбер. - Но постойте! Почему вы связываете со мной то преступление? Откуда мне знать: кто есть кто?!

  Мэйсен Стирлинг до сего момента молча слушал, не вступая в разговор. Но его терпению пришел конец.

-   По-моему, все это чушь собачья. У нас есть более важные дела, а вы разбирайтесь сами со свои­ми друзьями... я сразу понял, что вы какая-то аван­тюристка, но дал возможность Стефену Уэберу убе­диться в этом, чтобы потом он не упрекал меня ни в чем... А теперь думаю, вам пора...

-   Ты забываешься, Мэйсен! - грозно крикнул Стефен Уэбер. - Я пригласил Эйприл к себе и не тебе в моем доме гостям указывать на дверь.

-   Я только хотел... - поспешил оправдаться Мэйсен Стирлинг.

-   Кажется, вы хотели быть с нами, - довольно грубо произнес Стефен Уэбер. - Но если только для того, чтобы вставлять в разговор свои колкие замечания, то вам лучше удалиться.

  Мэйсен Стирлинг уставился на своего коллегу с испугом, а затем он довольно искусно сделал вид человека, который чувствует за собой вину за свер­шенное действия.

-   Я... я... хотел дать вам совет...

-   Я знаю, что делаю, а прежде, чем делать, думаю. Так что в ваших советах и наставлениях не нуждаюсь.

  Эйприл наблюдала со стороны, как ведут себя оба ученые. Ей была понятна чуткость Стефена Уэбера и его реакция на совершенно необоснованные опасения Мэйсена Стирлинга. Последний и вовсе не вызывал у нее никаких положительных эмоций. Ей казалось странным общение этих двух людей, но вникать в суть этих отношений ее никто не просил.

-   Неужели вы не видите, что вас хотят исполь­зовать, подставить?! - вдруг бросил Мэйсен Стир­линг Стефену Уэберу.

  Тот с презрением глянул на него.

-   Даже если это и так, как вы говорите, то все равно поступлю по-своему.

-   И как же вы поступите? - не удержалась Эйприл.

-   Я отправлюсь с вами, милая девушка, чтобы оказать самую посильную помощь в этом мероприя­тии. А вы, Мэйсен, тем временем, пока меня не будет, не наделайте здесь кучу глупостей. Хотя… На вас я не могу оставить институт тоже... М-да.

-   Я могу поехать с вами только для того, чтобы посмотреть, в какую историю вы вляпаетесь, чтобы вовремя вытянуть вас из нее.

  Стефен Уэбер рассмеялся.

-   Но смею вам напомнить, Мэйсен, до сегодняш­него дня я только и занимался тем, что доставал вас из пропасти безызвестности, чтобы хоть как-то сделать вам научное имя. Или я преувеличиваю?

  Мэйсен Стирлинг покраснел до ушей, и по лицу пошли белые пятна скрываемой злости.

-   Что же вы молчите, Мэйсен? Та работа, ко­торую вы должны были сегодня предоставить ученому совету, написана вами самостоятельно, а потому, вы сами понимаете, не представляет ни­какого научного интереса. Потому-то вы здесь, а не там. Да?

-   Это жестоко... Со мной так... при посторон­них! Что она обо мне может подумать?!

-   Успокойтесь, успокойтесь, коллега... Эта де­вушка подумает ровно то, что ей следует о вас по­думать: не больше и не меньше. Ее не интересует ваше место в науке, а в жизни...? Боюсь, что и в жизни его определить будет непросто...

-   Ну знаете! Это уже слишком! Это переходит все рамки! - сжимая кулаки, закричал Мэйсен Стирлинг, подскакивая с дивана.

  Стефен Уэбер нежно посмотрел на Эйприл, кото­рая с открытым ртом следила за перепалкой, возникшей между мужчинами, понимая, что ее при­сутствие нежелательно.

-   Не обращайте внимания, Эйприл, мы часто так беседуем... Но и без этого тоже обойтись невозможно. Каждый должен трезво смотреть на вещи. А вы, Мэйсен, умерьте-ка свой пыл и присядьте... Мы сейчас еще по чашке кофе выпьем.

-   С удовольствием, - согласилась Эйприл.

-   А я, пожалуй, пойду, - сказал Мэйсен Стирлинг, - нужно кое-какие дела утрясти.

-   Ну, как хотите, настаивать не буду... В любом случае, обиду на меня не держите... Я вам зла не желаю, а это так, из лучших побуждений.

-   Да-да, я понимаю...

  Уходя, Мэйсен Стирлинг еще раз глянул на Эйприл, да так, что она вздрогнула. Оставшись один на один с ученым, Эйприл заметила:

-   А ведь до чего неприятный человек этот Мэй­сен Стирлинг. Если бы я не знала, что он ученый, я бы подумала, что он какой-нибудь потенциальный преступник.

-   Ну-у, не надо о нем так... Согласен, он малоприятный человек, но все мы кому-то нравимся, а кому-то нет. Он просто иногда забывается, поэтому приходится напоминать ему об этом...

-   Мне кажется, здесь он выплеснул только со­тую часть той желчи, которая в нем накопилась, а все остальное унес с собой...

-   Тем лучше для нас и хуже для него. А сейчас поговорим о более достойном, - предложил Сте­фен Уэбер.

  Еще какое-то время Эйприл рассказывала учено­му о таинственном иностранце, а тот молча ее слу­шал, потягивая из кофейной чашечки темный на­питок. Потом они поговорили о Турции, но тогда уже слушала большей частью Эйприл. Время бежало быстро. Когда девушка глянула на часы, было около пяти.

-   Вот это да! - воскликнула она. - Так долго засиживаться я могу только у своих друзей-черепашек. Мне пора. Меня ждут.

-   В таком случае я провожу вас до двери, а сам займусь работой. Мне тоже предстоит многое закон­чить, раз уж я отважился на это приключение...

  Уже на крыльце дома Эйприл еще раз поблагодарила ученого, что уделил ей столько времени.

-   Когда же, вы думаете, мы отправимся в путь? - поинтересовался Стефен Уэбер.

-   Чем раньше, тем лучше, - улыбнулась девушка.

-   Это верно, а более точную дату когда я узнаю?

-   Я завтра сообщу вам, а вы поторопитесь.

-   Непременно...

  С чувством удовлетворения Эйприл поспешила к черепашкам-ниндзя. Она была уверена, что Стефен Уэбер как раз тот человек, который им был нужен. Что же касается личности Мэйсена Стирлинга, то, будь на то ее воля, она предпочла бы больше не видеть его никогда.


Глава 5. Поиски корабля

  В доме у черепашек творилось невообразимое: хаос и беспорядок. Можно было подумать, что здесь недавно побывали грабители и выпотрошили все, что когда-то находилось в шкафах и шкафчиках, прямо под ноги.

  Микеланджело активничал больше остальных, выгребая все, что нужно и что ненужно, приговари­вая при этом:

-   А это какого черта здесь делает?!

  Рафаэль оказался более благоразумным: он си­дел за столом, составляя список того, что возьмет с собой в дорогу, предусматривая всякие возможные и невозможные случаи.

  Со своим фотоаппаратом возился Донателло, долго решая, взять его с собой или нет. В путешес­твии фотоаппарат, конечно же, пригодился бы, в чем он не сомневался. Вот только зачем же его брать, если он окажется неисправным.

  Наконец, Донателло зарядил пленку и пригото­вился сделать несколько снимков, чтобы, во-первых, проверить фотоаппарат, а во-вторых, запечатлеть черепашек-ниндзя во время сборов.

-   Меня не снимай! - запротестовал Микеланд­жело. - Ты же видишь, что я занят, а потому я могу плохо получиться... и вообще, для того, чтобы сниматься на фотографиях, должно быть соответ­ствующее настроение...

-   А у меня как раз то настроение, чтобы снимать, - возразил ему Донателло, - не волнуйся, я сделаю все в лучшем виде... Хуже, чем ты есть, уже не получишься.

-   Только попробуй! Я проделаю с твоим фото­аппаратом то же, что случилось с ним утром!

-   Ты мне угрожаешь? Но я не делаю ничего предосудительного.

-   А я отказываюсь сниматься, - категорично заявил Микеланджело. - Вон, глянь на Рафаэля! У него хорошее выражение, да и освещения побольше.

  Донателло направил объектив фотоаппарата на Рафаэля, который как раз почесывал затылок ка­рандашом.

-   Рафаэль, приготовься, я тебя снимаю! - быстро сказал Донателло, щелкнув фотоаппаратом.

-   Ка-ак! Уже все?! - поинтересовался Рафаэль.

-   Да, это недолго. Раз и все.

-   Но ведь я не успел даже глазом моргнуть...

-   А зачем моргать? В кадре у тебя будут открытые глаза. Ты же не хочешь, чтобы было наоборот?

-   Не-ет, но...

-   Думаю, ты неплохо получился, - заверил Рафаэля Донателло. - Кого бы еще щелкнуть?

  Взгляд Донателло остановился на Леонардо, который аккуратно перекладывал свое боевое оружие. На этом фоне Леонардо выглядел впечат­ляюще.

  «Ага, попался!» - про себя подумал Донателло.

  Леонардо, похоже, и не заподозрил, что черепашка сделал пару снимков, потому что продолжал сидеть в той же позе, напевая себе под нос какую-то рит­мичную мелодию.

  Когда же Донателло снова стал взглядом искать, на ком бы еще остановиться, как-то само собой по­лучилось, что объектив фотоаппарата смотрел на только что вошедшую Эйприл. Донателло, не раз­думывая, заснял и ее.

-   Все получилось! - крикнула Эйприл так при­зывно и громко, что все черепашки тут же устави­лись на нее.

  Один лишь Донателло подумал не о том и удив­ленно заметил:

-   Нет, еще не получилось... Хотя... Снимки бу­дут готовы...

-   Какие снимки! Я не об этом.

-   А о чем?

-   Могу вам сообщить приятную новость, - кокетливо сказала Эйприл.

-   Какую? - поинтересовался Леонардо.

-   Неужели за последние два дня произошло что-то приятное? - подозрительно произнес Рафаэль.

-   Поверьте, что так оно и есть! Догадайтесь: с кем я только что рассталась?

-   Эйприл, не тяни, выкладывай все! - запро­тестовал Микеланджело.

  Еще минуту Эйприл держала черепашек-ниндзя в напряжении, а затем радостно выпалила:

-   Это такой ученый! Такой ученый! Он сказал, что кто-то хотел с ним встретиться... Понимаете, кто-­то нуждался в его помощи... Есть подозрение, что убитый иностранец спешил к нему... Все сходится! Он готов с нами отправиться в Турцию...

-   Постой-постой, - перебил ее Донателло, - не стоит спешить с выводами. Сказать о человеке такое можно лишь в том случае, если ты его хорошо знаешь.

-   Но мне хватило для этого нескольких часов, ­- возразила девушка. - И вообще, я редко ошибаюсь в людях.

  Черепашки знали, что Эйприл, действительно, в людях ошибалась редко, а потому им ничего не оставалось, как поверить ей еще раз на слово.

-   Хорошо, расскажи нам об этом ученом попод­робнее, чтобы мы имели о нем хоть какое представ­ление, - попросил Донателло. - Нас ожидает не­легкое приключение, а потому желательно брать с собой только проверенных людей.

-   Донателло, - вступил в разговор Микелан­джело, - как ты собираешься его проверять? Ученому не дашь в руки оружие и не померяешься с ним силой. Тут необходимо какое-то умственное состязание.

-   Но для этого у нас нет времени, - заметил Рафаэль, - поэтому все будет проверяться по ходу.

-   Это хорошо сказано, - признался Донател­ло. - Остается только подыскать корабль, на кото­ром мы поплывем в Турцию. У кого на этот счет есть какие-либо соображения?

  Черепашки стали наперебой высказываться, не всегда выслушивая до конца друг друга, перебивая и зачастую мешая один одному. Казалось, еще не­много, и между ними начнется потасовка, так эмо­ционально все происходило.

-   А не проще ли пойти всем вместе на пристань и поговорить с капитанами кораблей, - наконец, не выдержав, предложила Эйприл.

  Черепашки сходу согласились.

  Приблизительно через час черепашки-ниндзя и Эйприл добрались до пристани. Увидев несколько кораблей, они принялись внимательно их осматри­вать, давая каждому свои оценки.

-   Ну и корабль! - воскликнул Леонардо, пока­зывая на ближайший от них корабль. - Так, посу­дина какая-то. На нем, пожалуй, не то, что в океане, но и на реке утонуть можно.

-   А тот, что за ним, скажешь плохой? - поинте­ресовался у него Микеланджело.

-   А чем же он хорош? Я, конечно, не совсем разбираюсь в кораблях, но...

-   Вот-вот, раз не разбираешься, то лучше по­малкивай, - сделал ему замечание Рафаэль. - Не по внешнему виду нужно корабль выбирать.

-   А как же еще? - спросил Микеланджело.

-   А у капитанов этих кораблей спрашивать.

  Когда черепашки стали подходить к капитанам, те и слышать о Турции не хотели.

-   Это же черт знает где! - говорили одни.

-   Давайте куда-нибудь поближе, - предлагали другие.

  А были и такие, кто сразу же категорически от­казывался, да к тому же называя их сумасшедшими и идиотами.

  Потеряв всякую надежду найти капитана, кото­рый согласился бы поплыть с ними, черепашки по­дошли к последнему кораблю и у матроса попросили позвать капитана. Не прошло и пяти минут, как из одной из кают вышла немолодая женщина и обра­тилась к черепашкам:

-   Эй! Кто тут спрашивал капитана?

-   Мы, - ответил Донателло, выйдя на шаг вперед.

-   Что вам нужно? - грубо спросила женщина, делая вид, что ей некогда.

-   Мы бы хотели говорить только с капитаном, ­- настаивал Донателло.

-   А по-твоему, кто перед тобой?! - с раздраже­нием в голосе вопросительно произнесла женщина.

-   Ну-у, скорее всего... - начал Донателло.

  Не дожидаясь, кем и куда ее определят, женщи­на горделиво сказала:

-   Я и есть капитан.

  Черепашки-ниндзя растерянно переглянулись, а Эйприл подумала: «A почему бы и нет?! В конце концов, чем она хуже тех мужчин-капитанов, с ко­торыми мы только что беседовали?»

  Надо сказать, что вид у этой женщины был настолько мужественный, что черепашки даже не усомнились в истинности ее ответа. Хотя ее нельзя было назвать мужчиной в юбке: она была хорошо сложена и внешностью обладала довольно привлекательной. Короткая стрижка вполне со­ответствовала ее одежде: светлые брюки и строгий клетчатый пиджак, из-под которого выглядывала блузка. О такой женщине вполне можно было сказать, что выглядела она достаточно совре­менно.

-   Так что вам нужно? - переспросила она, заметив, что ее признание смутило собравшихся у корабля.

-   Нас интересует один вопрос... Конечно, по ходу появятся и другие, но...

-   Какой там вопрос, нечего зря время тянуть, у меня его и без того немного!

-   Смогли бы вы поплыть в Турцию в ближай­шее время?

  Черепашки уже было приготовились услышать отказ, как вдруг она заинтересованно переспросила:

-   В Турцию? Я не ослышалась?

-   Да, именно туда. Вы не ослышались.

-   А почему бы и нет?! Уж не такое это большое безумство на моем корабле. А-а!?

  Черепашки пожали плечами, ведь в эту минуту решался вопрос о возможности поездки.

-   Да у вас просто классный корабль! - вос­кликнул Микеланджело, чтобы подмазаться к капи­тану. Не нужно быть большим психологом, чтобы догадаться, что почти все женщины падки на лесть.

  Женщина улыбнулась, показывая тем самым, что замечание Микеланджело пришлось ей по душе. Взгляд ее заметно потеплел.

-   Я и сама это знаю... Я вложила в него все свои деньги... Правда, часть из них я потратила на обу­чение, но зато теперь я ни от кого не завишу: села на корабль - и плыви себе куда хочешь... У меня и дома-то нету на суше. Здесь мой дом... А мне он и не нужен, если честно. А что же вы там стоите? Поднимайтесь на корабль! Эй, Джонатан, - обратилась она к высокому мужчине, - проведи их в мою каюту!

  Тот лениво посмотрел на черепашек, а затем дал им знак рукой, чтобы те поднимались на палубу. Только теперь черепашки и Эйприл заметили, что корабль имел название.

-   Смотрите! - шепотом воскликнул Микелан­джело. - Здорово придумано! «Хищник»!

-   Да-а, - протянул Рафаэль, - миролюбивого в этом названии нет, скорее наоборот, уж больно оно агрессивное.

-   Это уж точно, - согласилась Эйприл, - раз так хозяйка захотела, значит...

-   ...значит, она хищница? - подхватил Лео­нардо. - Ты так хотела сказать?

-   Что-то вроде этого.

-   Это не обязательно! - с категоричностью заявил Микеланджело. - Название и должно быть таким.

-   Каким это таким? - с ехидством поинтересо­вался Леонардо.

-   Кратким, дерзким, чтобы от него исходила сила, которую бы чувствовал тот, кто хочет на этот корабль посягнуть.

-   Тоже мне философ! - бросил Рафаэль.

  Корабль под названием «Хищник» не был обыч­ным судном. Глядя на него, не возникало сомнений, что человек, который его создал, был в полной мере гениальным.

  Это было судно, предназначенное для океанских плаваний. «Хищник» мог, по желанию, мчаться по воде с головокружительной быстротой, подобно сверхскоростному автомобилю, или плыть под поверхностью океана на произвольной глубине и нырять до самого дна.

  Эта сильная машина, вся из чистейшей стали, обшитая снаружи сплошной броней из полиро­ванной меди для предохранения от порчи в воде, имела пятьдесят метров длины, пятнадцать ши­рины.

  Аппарат приводился в действие электричеством. Два его аккумулятора, которые помещались в нача­ле и в хвосте «Хищника», заряжались большим ко­личеством электричества, что было небезопасно для тех, кто решился бы открыто угрожать кораблю. Сам же «Хищник» был неуязвим: ни бомбы, ни гранаты, ни даже торпеды не могли повредить ему, поскольку его защищал слой двойной брони и не­скольких пластов промежуточных изоляторов, кроме того, достаточно было лишь нажать нужную кнопку, чтобы вокруг всего корпуса возник большой мощности электрический ток, что любое посто­роннее тело, которое входило бы в него, какова бы ни была быстрота его движения, моментально обращалось в пыль.

  То, что изобреталось до сих пор в области ко­раблестроения, в сравнении с «Хищником», было примитивным и устаревшим. Властелин этого судна, пользуясь тем, что его корабль неуязвим, по желанию, мог предписывать свои законы целым на­родам. Если ему это было необходимо, он мог несколько лет подряд находиться под водой, так как корабль был снабжен аппаратом, который разлагал воду и вырабатывал азот и угольную кислоту в нужном для изготовления воздуха количестве. Внутрь его вело входное отверстие. Это отверстие в случае погружения корабля могло герметически закрываться. Обитателям «Хищника», которые оказались вдруг внутри, приходилось дышать искусственным воздухом.

  Четыре иллюминатора позволяли свету прони­кать во внутреннее помещение. В ночное время, и в тех частях, куда не проникал свет извне, все поме­щение освещалось множеством электрических ламп.

  На судне находились две небольшие каюты, которые хозяйка всегда держала запертыми на ключ. Никто, кроме капитана, не имел туда доступа, так как оттуда можно было управлять «Хищником». Секрет управления женщина никому не открыла из-за боязни, чтобы предотвратить любого рода попытки завладеть кораблем.

  В каждой каюте помещалось по ящику с целым рядом занумерованных клавишей, напоминающих клавиши пианино. Чтобы приводить в движение ту или иную часть, необходимо было знать наверняка значение каждой клавиши. При малейшей неточнос­ти и ошибке сразу же могла произойти поломка ка­кой-либо существенной части механизма. А уже это в свою очередь могло остановить всю машину для устранения поломки.

  Передняя часть судна было отведена под личную квартиру капитана. Сюда и привел матрос черепа­шек и Эйприл.

-   Входите! - крикнула женщина, услышав стук в дверь.

  Черепашки-ниндзя и Эйприл в следующую ми­нуту оказались в небольшой комнате, где, по-види­мому, хозяйка встречала гостей или проводила со­вещания.

  Обстановка в этой комнате была довольно скромной, а все предметы, находящиеся в ней, были малоприметными, так что глазу остановиться было не на чем.

-   Познакомимся?! - начала женщина, когда усадила своих гостей. - Меня зовут Мэри Дэнтон. Может слышали обо мне?

-   Возможно, - тихо произнес Микеланджело, которому хотелось произвести на капитана благоп­риятное впечатление.

-   Н-нет, навряд ли, - покачал головой Дона­телло.

-   Вам повезло, что вы обратились именно ко мне, - сказали Мэри Дэнтон с уверенностью. - Такой капитан, как я, да и еще к тому же мое судно ­большая редкость.

-   Однако, она себе цену знает, - шепнула на ухо Рафаэлю Эйприл.

-   Я знаю свое дело, - продолжала Мэри Дэн­тон, - а потому я вас быстро доставлю туда, куда вам нужно, будь то Турция или еще какая-либо страна.

-   Но нам нужно именно туда, - заметила Эйприл, - в Турцию.

-   Нет проблем! Когда готовить корабль к от­плытию?

-   Думаем, что через день, - сказал Донателло. - ­А сколько дней уйдет на дорогу?

-   Сколько? - переспросила Мэри Дэнтон и за­думалась, делая какие-то подсчеты в голове. - Не больше пяти. Такой вариант вас устраивает?

-   Другого же нет, поэтому... - пожала плечами Эйприл.

-   Ну-у, тогда решено! Мне бы хотелось знать: каков будет ваш багаж и сколько человек отправятся в плавание?

-   Багаж, как багаж, ничего особенного, - сказал Леонардо, - пассажиры все здесь, перед вами, хотя... будет еще один человек.

-   Не один, а двое, - уточнила Эйприл.

  Капитан в знак одобрения кивнула головой. Входная дверь отворилась и вошел маленький человек в белом халате и белом колпаке на го­лове. В руках он держал перед собой поднос, на котором стояли чашки с чаем, над каждой вился слабый дымок.

-   Прошу, угощайтесь! - пригласила хозяйка. ­- Надеюсь, в плавании мы узнаем друг друга поближе?

-   Надеемся, - из соображений вежливости от­ветила Эйприл.

  Вдруг Эйприл заметила, что дверь, которая на­ходилась сбоку от нее, приоткрылась. За этой дверью, очевидно, была еще одна комната, а в ней кто-то находился. Эйприл поглядывала искоса в ту сторо­ну, чтобы не пропустить ничего интересного. Когда она поняла, что, возможно, дверь открылась сквоз­няком, так как никто не выходил к ним в комнату, в щель просунулась чья-то голова, но не вся целиком, а только часть лица. От неожиданности девушка чуть не вылила содержимое чашки на себя.

-   Ой!

  Донателло передал ей свой платок, и она стала быстро вытираться. Пока она это делала, дверь закрылась.

  Хозяйка, по-женски, засуетилась около Эйприл.

-   Это я была невнимательна, - заметила девушка, - ничего страшного, чай уже не был таким горячим...

-   Очень жаль, - произнесла женщина, - ­очень... Может, вы выпьете...

-   Благодарю, мне не хочется.

  Эйприл искоса глянула на боковую дверь. Она была закрыта. Лицо, которое она увидела, Эйприл узнала. Увидеть этого человека здесь, на судне, было для нее большой неожиданностью. Ей захотелось рассказать об этом черепашкам, а потому, как только они отошли от причала на некоторое расстояние, Эйприл выпалила:

-   Ну! Знаете ли вы, кто находился с этой Мэри Дэнтон у нее в квартире?

-   Откуда?! - занервничали черепашки, почув­ствовав, что Эйприл не на шутку взволнована.

-   Коллега Стефена Уэбера - Мэйсен Стирлинг.

  На черепашек это не произвело никакого впе­чатления.

-   Ну и что здесь такого? - с безразличием бросил в адрес девушки Микеланджело. - Может, они друзья. А может, деловые партнеры.

-   Действительно, - согласился с ним Донател­ло, - ничего криминального я в этом не вижу.

-   Но вы не знаете этого Мэйсена Стирлинга! - крикнула Эйприл.

-   Как и не знаем Стефена Уэбера, - заметил Микеланджело, - а потому они для нас равны.

  Эйприл не стала больше спорить ни о чем, пото­му что знала, что этот спор ничем хорошим не кон­чится, но для себя сделала определенные выводы.

  Рассталась она с черепашками-ниндзя через не­сколько минут, сославшись на то, что у нее еще много дел. А те решили зайти к учителю Сплинтеру, а уже от него - домой.

Глава 6. Тайный разговор

-   Выходи! - крикнула женщина, когда черепашки и Эйприл покинули судно.

  Из соседней комнаты вышел Мэйсен Стирлинг.

-   Ну, как?! - поинтересовался он.

-   Все о'кей! - улыбнулась в ответ Мэри Дэнтон. - Готовься! Мы отправляемся в долгое плавание.

-   Ты же сказала, что оно будет не больше пяти дней?!

-   А ты в это поверил?! Да мало ли я чего кому говорю! Это мое личное дело, ведь хозяйка корабля я. Или ты забыл об этом?

-   Да помню я, помню! - нахмурился Мэйсен Стирлинг. - А вот ты не забыла, что нам там нужно быть вовремя?

-   Нет, представь себе.

-   Только бы эти тупоголовые черепашки не передумали в самый последний момент! Только бы все получилось!

  Мэйсен Стирлинг забегал по комнате, спотыкаясь буквально на каждом шагу. Глаза его стали такими подвижными, что, казалось, светились от вырабатываемой внутренней энергии.

-   Да что ты нервничаешь?! - обратилась к нему Мэри Дэнтон. - Я сделала все, что от меня зависело: заплатила каждому из капитанов на этом прича­ле, чтобы те отказались плыть к берегам Турции, так что они наши клиенты. Интересно, сколько денег мы за них получим?

  Мэйсен Стирлинг метнул на нее злобный взгляд.

-   Нам не нужны все эти пассажиры...

-   Да помню, что нужна только девчонка, - отмахнулась женщина.

  Она подошла к маленькой дверце, которая нахо­дилась в стене, нажала на нужное место и дверца открылась, а за ней Мэйсен Стирлинг увидел не­большой сейф, где лежала пачка денег, приготов­ленная для него.

-   Ты пообещал нанять тех, кто избавит нас от лишних людей, - сказала женщина, взяв пачку де­нег в руки, - это маленький гонорар, а остальное будет потом, когда дело будет сделано.

  Мэри Дэнтон бросила деньги Мэйсену Стирлин­гу. Тот поймал их и положил во внутренний карман пиджака.

-   А как твой ученый? Он не передумал ехать, а то, боюсь, из этого плавания он не вернется живым?!

-   Эта Эйприл! Она уговорила его! А переубедить его - это все равно, что лезть по отвесной скале босиком. Мне его будет не хватать... М-да... Моя карьера полностью зависела от него, - с сожаленьем произнес Мэйсен Стирлинг.

-   Да плюй ты на карьеру! - воскликнула Мэри Дэнтон. - Деньги! Вот что нужно человеку, чтобы чувствовать себя полноценным в этой жизни! Разве ты этого еще не понял? Я угрохала все на этот ко­рабль и надеюсь, что не зря. Если те придурки сде­лают все, чтобы началась эта эра насилия, то я только выиграю. А с таким кораблем смогу свергнуть кого угодно. Так что лучше оставайся со мной, а не жалей о каком-то ученом.

-   Ах! Если бы только так получилось! Мне на­зад дороги нет!

  Мэйсен Стирлинг, наконец, сел на диван, заду­мался.

-   Ты лучше еще раз расскажи мне, как должно все это выглядеть? - попросила Мэри Дэнтон.

-   Что именно? - уточнил Мэйсен Стирлинг.

-   Ну, это... Открытие этой эры.

-   А-а... Ты все о том...

-   О чем же мне еще думать?

-   Тебе не терпится стать владычицей земной?

-   До этого еще так далеко, - мечтательно произнесла Мэри Дэнтон. - Но когда это настанет...

-   Давай не будем о том, что маловероятно, ­- остановил ее Мэйсен Стирлинг.

-   А почему?! Мне все это кажется вполне реальным... Что-то ты совсем раскис. Тьфу! Не люблю слюнявых мужиков!

  Мэри Дэнтон брезгливо посмотрела на своего гос­тя, который выглядел не совсем уверенным в своих силах.

-   Так зачем той секте понадобилась невинная жертва? - пытаясь вовлечь в разговор на интересу­ющую ее тему Мэйсена Стирлинга, спросила Мэри Дэнтон.

-   Какой секте? Ты что-то путаешь, - бессозна­тельно ответил тот.

-   По-твоему, я все придумала?! Ты мне сам рас­сказывал, что те люди должны получить от тебя невинную жертву, а ты от них получишь взамен кучу денег. С деньгами все ясно, а вот что они будут де­лать с жертвой?

-   Что еще они могут сделать?! Убьют... Они должны восстановить силы ножа, которым Каин убил своего брата Авеля. Невинная кровь восстановит их в лучшем виде.

-   Послушай, а кто этот мерзавец Каин, который прикончил собственного брата?

-   О, только не это! - взмолился Мэйсен Стир­линг. - Разве ты не читала Библию? Ну нельзя же быть такой невежественной!

-   Ладно-ладно! Только вот не надо меня учить, я этого не люблю, - громко заявила Мэри Дэнтон, а после уже спокойным голосом добавила: - Не­ужели эту девушку те дикари убьют? Как-то не ве­рится... Ой, мурашки по коже поползли...

-   А чего ты хочешь больше: денег или…

-   Не надо так!.. Она такая молодая. Может, нашелся бы кто-нибудь постарше...

-   А кто именно постарше? Если хочешь знать, то уже в нашем возрасте поискать невинного все рав­но, что черпать воду из пересохшего колодца. Как правило, грешат все, с той лишь разницей, что одни начинают это делать раньше, другие позже.

-   Здесь уж я с тобой соглашусь... - с улыбкой заметила Мэри Дэнтон, - ведь праведницей быть так скучно.

  К концу разговора Мэйсен Стирлинг преобразил­ся. Он уже не чувствовал себя неуверенно. Ему даже показалось, что эта эра должна наступить пораньше, ведь люди так несправедливы по отношению к нему, они распоясались и надо бы их утихомирить. Его кулаки сжимались все сильнее, а взгляд становился все жестче.

-   А ты знаешь, Мэри, ведь я спокойно отношусь к деньгам. А вот к славе неравнодушен.

-   Возможно, тот, кто будет писать историю на­ступления новой эры, вспомнит и тебя, что именно ты доставил тем дикарям невинную жертву... Это уж лучше, чем совсем ничего...

-   Я добьюсь расположения их Короля! Буду верен ему!

-   А Королем быть не хочешь? - подшутила Мэри Дэнтон.

-   Я и этого не исключаю, - серьезно ответил Мэйсен Стирлинг.

  Вдруг он на миг представил себя Королем, и во всем его виде сразу же появилось величие.

-   Ну-ну! - испуганно завопила Мэри Дэнтон. ­- Ты еще не Король! Хотя актер из тебя получился бы наверняка... Ты так прекрасно вошел в роль, что даже заставил задрожать мое сердце.

  Мэри Дэнтон подошла к столику, на котором стояли разные напитки, и налила себе джин с тоником.

-   Надо расслабиться, - пробубнила она про себя, - тьфу ты, черт, напугал...

-   Налей и мне! - попросил гость.

-   Услуга за услугу: ты не хочешь со мной поделиться секретом? - поднося стакан Мэйсену Стир­лингу, спросила Мэри Дэнтон.

-   Каким секретом?

-   Ты же сказал, что оставишь в секрете, каким образом ты избавишься от ненужных пассажиров.

-   Все тебе нужно знать!

-   А как же! Ведь я должна быть готова ко всему. Ты что, собираешься убийц посадить на корабль? В качестве кого? Моя команда на сегодняшний день укомплектована, мне не нужны лишние люди...

-   Да дашь ты мне, наконец, хоть слово вста­вить! - крикнул Мэйсен Стирлинг.

-   Да говори, кто тебе не дает! Сам никогда ни­чего не скажет, все из него тянуть нужно, - возму­щенно произнесла Мэри Дэнтон так, чтобы ее со­беседник услышал.

  Мэри Дэнтон села в кресло. Заложив ногу за ногу, потягивая бодрящий напиток. Вся она выглядела нахохленной, точно птица, которая высиживает птен­цов, чувствуя на себе посторонний взгляд.

-   Все будет гораздо проще: я найму пиратский корабль.

-   Пиратский корабль?

-   Ну да. А почему это тебя так удивило?

-   Да потому, что мне придется сдать каким-то мерзавцам свой корабль!

-   Это не обязательно.

-   А как это будет выглядеть по-твоему? Я должна буду встретить убийц с распростертыми объятиями, пригласить на корабль и показать тех, от кого хочу избавиться? - нервно затараторила Мэри Дэнтон.

-   Ничего не поделаешь, тебе придется уступить.

-   Но это же уму не постижимо: мой корабль захватит какая-то посудина! Я не позволю!

  Женщина подскочила с места.

-   А как-то иначе это решить нельзя? Может быть, эта Эйприл согласиться поплыть одна без этих черепашек?

-   Пустой разговор! Они последуют за ней, так что заманить ее одну на корабль будет невозможно, - ­сказал Мэйсен Стирлинг.

-   А если убрать черепашек еще до того, как они сядут на корабль?

-   С таким же успехом можно проделать то же самое уже в Турции, - заметил Мэйсен Стирлинг, ­- но лучшего, чем нападение пиратов, не придумаешь. Это должно выглядеть естественно, понимаешь?

  Мэри Дэнтон не была жестокой, а потому к лю­бому насилию относилась предосудительно. Но, тем не менее, если насилие помогало достижению ка­ких-либо целей, в коих она была заинтересована, она его допускала, а иногда и финансировала.

  Нельзя сказать, что Эйприл ей понравилась. Нет, симпатии к ней она не почувствовала. Но она оста­валась женщиной, хотя никогда не была матерью, и где-то в глубине души терзалась сомнениями.

-   Ладно! - небрежно бросила Мэри Дэнтон. - Как скажешь, пираты так пираты. Только одно условие.

-   Какое?

-   Предупреди этих наемников, что у меня на корабле они должны вести себя благоразумно, а иначе я уничтожу их.

-   Твой корабль не пострадает, могу тебе это по­обещать, - сказал Мэйсен Стирлинг, подойдя к входной двери.

-   Вот еще! Если захочу, он станет настоящей машиной смерти!

-   А что! Можно попробовать и это, - хитрова­то прищурился Мэйсен Стирлинг. - Если правиль­но и грамотно спланировать убийства, то...

-   То можно обойтись и без пиратов-наемников, ­- продолжила Мэри Дэнтон.

-   Нет, от пиратов мы не будем отказываться, но в случае необходимости по условному сигналу они появятся здесь, когда наши методы будут ис­пробованы.

  Мэри Дэнтон пристально посмотрела в глаза Мэйсену Стирлингу.

-   Из тебя получился бы профессиональный убий­ца, если бы ты не потратил полжизни на науку. Да и какой из тебя ученый! Смех! А вот ум у тебя хо­лодный и расчетливый, это видно, - сказала она.

-   В наше время убивать - это тоже наука.

-   Ну-ну, у тебя появился шанс преуспеть. Посмотрим, на что ты способен.

-   Для этого ты должна будешь показать на пульте управления кораблем нужные кнопки, - произнес Мэйсен Стирлинг.

-   Нет, - отрезала Мэри Дэнтон, - в те каюты, откуда я управляю кораблем, я тебя не пущу.

-   Придется, а иначе одной тебе не управиться.

-   Это мой корабль, моя собственность! Знаешь, как я расправляюсь с теми, кто хочет посягнуть на мою собственность?

  Мэри Дэнтон снова приблизилась к дверце в сте­не, намереваясь открыть ее.

-   Если ты хочешь напугать меня сверхсовремен­ным оружием, то не трудись, - спокойно произнес Мэйсен Стирлинг. - Лучше выпей еще и охлади свой пыл. Знаешь, чего тебе не хватает, чтобы об­ладать большим богатством, чем то, которое ты имеешь?

  Мэри Дэнтон вопросительно посмотрела на свое­го собеседника, которого начинала ненавидеть.

-   Ты слишком истерична. Наберись терпения, а также не мешало бы тебе научиться доверять нужным людям.

-   Но в жизни люди только пользовались моим доверием, я всегда оставалась в дураках, - злобно выкрикнула женщина.

-   Не бойся, я не обману тебя, мы слишком нуж­ны друг другу, да и цели у нас, к счастью, разные, поэтому нам нечего делить. На этот счет будь спо­койна, Мэри.

  После этих слов Мэйсен Стирлинг попрощался и вышел из комнаты. Мэри Дэнтон последовала за ним. Она провожала его взглядом, наблюдая, как он удаляется.

  Какой-то молодой матрос, покуривая, прошел у нее перед глазами, что, естественно, ей не понра­вилось.

-   Это что еще за вольности?! - сделала она ему замечание.

  Тот сразу же остановился, вытянулся перед ней, руки опустил по швам, избавился от сигареты.

-   То-то же! Я вам достаточно плачу, чтобы тре­бовать дисциплины и повиновения. Ступай!

  Она вернулась к себе и упала на диван, положив ноги выше головы. Почему-то начала вспоминать то, как познакомилась с Мэйсеном Стирлингом. Ей по­казался он умным и талантливым ученым, которого она иногда приглашала, чтобы послушать о разных странах. Ее это увлекало. Именно Мэйсен Стирлинг подал ей идею: продать все, что она имела, а на деньги построить корабль, чтобы отправиться в кру­госветное путешествие.

  Пока она построила корабль, романтики в голове поу6авилось, ведь на содержание его уходило море денег. Где ей было думать о каких-то морях и океа­нах, да еще и о разных странах, когда нужно было прежде всего заботиться об источниках, которые да­вали бы ей доход.

  На своем корабле она возила множество контра­бандных грузов. За это ей неплохо платили. Но денег всегда не хватало, а потому Мэри Дэнтон вско­ре познакомилась с крупнейшими представителями международного преступного мира, которых инте­ресовал ее корабль. Шли годы. Душа ее черствела. И теперь с различными поручениями она отправ­лялась в разные страны мира. Это нельзя было сравнить с кругосветным плаванием, которое совершают по своему желанию. Плавания ее были вынужденными.

  На сей раз Мэйсен Стирлинг предложил ей зара­ботать, доставив невинную жертву в Турцию. У нее не было выбора, и она согласилась без лишних раздумий.

  После тягостных воспоминаний к Мэри Дэнтон пришел сон. В нем она видела себя молодой и пол­ной надежд, которым в реальной жизни осуществить­ся было не суждено.


Глава 7. Долгое плавание

  Наконец, день отправления в плавание к берегам Турции был назначен.

  Черепашки покончили со сборами, взяв с собой, как им казалось, только самое необходимое.

  Дольше всех копался Стефен Уэбер. Даже в день отправления он полностью не был собран, переби­рал какие-то вещи, что-то выкладывал, что было упаковано, а что-то добавлял, менял. Как он сам говорил о себе: «Я из тех, кто долго собирается в дорогу, а, взяв нужный минимум, уже там, в доро­ге, убеждается, что приготовил не то». Он ничего не мог поделать с собой, таким его знали и другие. Поэтому коллеги, с которыми он путешествовал, учитывали и эту его особенность.

  На причале черепашки-ниндзя какое-то время высматривали Стефена Уэбера, так как к назначен­ному времени он не явился.

  Эйприл и вовсе пошла его встречать. Она с облег­чением вздохнула, когда увидела ученого бежащим с большой сумкой в руке.

-   Однако, - заметила она, когда Стефен Уэбер, запыхавшись, приблизился к ней, - опаздывать вы любите.

-   Нет-нет, - произнес тот в свое оправдание, - ­это обстоятельства...

-   Через полчаса отправляемся, - напомнила ему Эйприл, глянув на часы.

-   Ну вот, значит, еще есть время, а вы говорите, что опаздываем, - отшутился ученый, - или вы допускаете, что они могут отплыть без нас?

-   Не знаю, всякое бывает... Без вас они точно бы не отправились, а вот обо мне...

-   Что вы. Вы себя недооцениваете. Что ваши друзья-черепашки без вас?

-   О, они самые смелые, самые умные, выносли­вые, да и вообще, самые-самые, - сказала Эйприл, показывая на черепашек, которые их ожидали на причале. Она помахали им рукой, те ответили ей тем же.

-   Ну, это мы еще посмотрим, - с сомнением произнес Стефен Уэбер. - А мой коллега, Мэйсен Стирлинг...

-   Он уже на корабле, вас дожидается, - сооб­щила Эйприл.

-   Правда? Что-то на него не похоже… Он, как правило, заставлял всегда ждать, а тут...

  Эйприл познакомила черепашек-ниндзя с ученым и все вместе они стали подниматься на корабль. Там каждому из них была приготовлена каюта, чтобы плавание для них было максимум удобным. Но чере­пашки категорически отказались жить порознь, хотя Микеланджело позволил себе шутливо заметить:

-   А не мешало бы нам побыть хоть на какое-то время неподалеку друг от друга, скажем, в соседних каютах. Думается, это пошло бы на пользу.

  Их поместили в каюте побольше, рассчитанной на четверых.

  В соседней каюте пожелала остаться Эйприл, справа от нее Стефен Уэбер, а Мэйсен Стирлинг разместился в каюте, которая было чуть дальше, поб­лиже к квартире капитана.

  Мэйсен Стирлинг, узнав, что черепашки посели­лись в одной каюте, схватился за голову, так как это не входило в его планы. Накануне он долго раз­думывал, как поочередно убрать черепашек. Непре­менным условием являлось то, что каждый из них будет занимать отдельную каюту. Он не успел ска­зать об этом Мэри Дэнтон, поэтому та не стала на­стаивать на своем, а сделала так, как того хотели пассажиры.

  Распаковав вещи, все вышли на палубу, чтобы познакомиться с кораблем.

  Мэйсен Стирлинг, как это заметила сразу же Эйприл, не показал вида, что знаком с капитаном. Это показалось девушке подозрительным и она решила пока не говорить об этом никому, а за ученым установить наблюдение.

  И вот волнующий миг настал - корабль снялся с якоря.

  Черепашки и Эйприл от души радовались тому, что их планы начинают осуществляться.

-   Как ты думаешь, Донателло, - спросил у друга Леонардо, - через сколько дней мы ступим на турецкую землю?

-   Точно не знаю, но капитан сказала, что не больше пяти дней уйдет на дорогу.

  Мэйсен Стирлинг, подслушивая разговор че­репашек, улыбнулся, прикидывая: «Подумали бы лучше о том, что каждому осталось прожить считанные дни».

  Когда Стефен Уэбер представил черепашкам Мэйсена Стирлинга, тот сделал такую недовольную физиономию, что Рафаэль тихо заметил:

-   Похоже, что он только что прожевал лимон и он застрял у него в горле, не желая быть прогло­ченным.

-   Ага, что-то вроде этого, - согласился Лео­нардо.

  Сразу же после знакомства Мэйсен Стирлинг отошел в сторону и какое-то время держался обо­собленно от всех, пока к нему не подошла Мэри Дэнтон.

  Эйприл насторожилась.

-   Вы скучаете? - поинтересовалась Мэри Дэнтон.

-   Не сказать, чтобы очень, но, в общем-то, да, - ­с улыбкой ответил ей Мэйсен Стирлинг.

-   Могу предложить вам что-нибудь, что подня­ло бы настроение.

-   Вы угадали, настроение у меня пресквер­ное, поэтому я с удовольствием принимаю ваше предложение.

  Эйприл посмотрела, что Мэри Дэнтон уводит Мэйсена Стирлинга подальше от других, очевидно, чтобы переговорить о кое-каких деталях.

  Лишь только они оказались вдвоем в каюте Мэри Дэнтон, Мэйсен Стирлинг налетел на женщину чуть ли не с кулаками:

-   Как ты позволила?

-   Ты о чем? - пятясь назад, пролепетала она.

-   Об этих черепашках, чтоб они провалились! Зачем ты поселила их в одну каюту?

-   Но ты же не сказал мне, как я должна была их поселить, поэтому не кричи на меня, - потребовала Мэри.

-   Лучше подумай, как можно будет их расселить.

-   Но что я им скажу?

-   Это уже твое дело, что ты им скажешь... Ну, по техническим причинам или... ну что-то вроде это­го. Я не смогу с ними справиться, если они будут все вместе, неужели не ясно?!

  Дверь в каюту капитана неожиданно отворилась и на пороге показался Стефен Уэбер.

  Мэйсен Стирлинг как-то неестественно дернул­ся, а Мэри Дэнтон сделала резкое замечание:

-   Что за черт! Неужели вас не учили, что, пре­жде чем открыть дверь, в нее нужно стучать!

-   Да-да, извините, - разводя руками, стал из­виняться Стефен Уэбер, - еще раз извините, что помешал вашей беседе...

-   Вы что-то хотели? - спросила Мэри.

-   Да, мне нужно переговорить с Мэйсеном, а мне сказали, что он отправился сюда... Еще раз про­стите меня...

-   Может хотите выпить? - предложила женщина и как бы между прочим добавила: - Наверное, не очень интересно общаться с черепашками. Людского общения все равно не хватает, правда?

-   На счет черепашек это вы зря, - не согласился Стефен Уэбер с капитаном, - они мыслят не хуже людей. Их учитель потрудился, когда соз­давал их.

-   Правда? - кокетливо произнесла Мэри Дэн­тон мягким голосом. - А мне показалось, что людям человеческое, а черепахам черепашье.

-   Что-то я вас не совсем понял, - сказал уче­ный, взяв из рук хозяйки стакан с джином.

-   А что тут особенно понимать? У людей свои проблемы, а у черепашек...

-   Те проблемы, которые вынудили черепашек­-ниндзя отправиться в плавание, касаются не только их, но и людей тоже, причем их-то как раз в боль­шей степени.

-   Согласна, я могу быть несправедлива и судить о чем бы то ни было, исходя из каких-то внешних соображений, не вникая в суть.

-   Вам не нравится, как выглядят черепашки? - ­спросил Стефен Уэбер. - По-моему, они милы и ненавязчивы.

  Мэри Дэнтон промолчала, пожав плечами, а Мэй­сен Стирлинг вставил реплику:

-   О вкусах не спорят.

  То, с каким видом было это сказано Мэйсеном Стирлингом, не понравилось ученому.

-   Друзей не выбирают, - заметил он.

-   А когда же вы успели подружиться? - не удержалась Мэри Дэнтон.

  Стефен Уэбер пристально посмотрел на жен­щину.

-   Знаете, с одним человеком можно общаться всю жизнь, но так и не назовешь его другом, ­- начал ученый.

  Мэйсен Стирлинг сразу же понял, кого он имел в виду, говоря о такой ситуации. Он весь покраснел и съежился, точно ему было холодно.

-   А бывает так, что какое-то внутренне чувство подсказывает тебе, что это и есть друг, - продол­жил Стефен Уэбер, - вот и с черепашками получи­лось то же самое.

-   А Эйприл? - подняла брови Мэри Дэнтон.

-   А что Эйприл? Эйприл нельзя отделить от черепашек. Такая дружба - редкость в наше время.

  Как не в своей тарелке чувствовал себя Мэйсен Стирлинг, на которого то и дело поглядывал ученый. Он мучился тем, что, возможно, тому довелось ус­лышать что-то из разговора его с Мэри Дэнтон. Как назло он забыл свою последнюю фразу, которая вы­рвалась у него в тот момент, когда открылась дверь. Увидев Стефена Уэбера, все начисто вылетело у него из головы.

-   Мэйсен! - позвал ученый.

  Тот задумчиво смотрел мимо него, уставившись в маленькую черную точку на стене.

-   Мэйсен!

-   А-а? Вы мне, - отозвался Мэйсен Стирлинг, выходя из своего состояния.

-   Может, мы пойдем и не будем больше надо­едать хозяйке своим присутствием?

  Как ни хотелось Мэйсену остаться еще на какое-то время, он кивнул головой в знак согласия.

-   Да, пожалуй...

  Почувствовав его замешательство, Мэри Дэнтон произнесла:

-   Еще увидимся! Буду рада лицезреть вас сно­ва. Мне приятно общаться с умными людьми.

  Стефен Уэбер и Мэйсен Стирлинг переглянулись. Им одновременно показалось, что к одному из них это относится с большой натяжкой.

  Поблагодарив хозяйку за угощение, они оба вы­шли на палубу и медленно пошли к своим каютам. Подойдя к каюте Мэйсена Стирлинга, они остано­вились.

-   Вы сердитесь на меня? - поинтересовался Мэйсен Стирлинг.

-   За что я должен на вас сердиться? - вопро­сом на вопрос ответил ученый. - Я рад, что мы плывем вместе. Возможно, нам удастся там, в Тур­ции, подобрать материал, чтобы вы написали инте­реснейшую работу и представили ее ученому сове­ту... Мне кажется, у вас в жизни все еще должно получиться.

-   Вы думаете? Мне, к сожалению, так не кажет­ся, - обреченно сказал Мэйсен Стирлинг.

-   Никто не может знать заранее, что нас ждет впереди. Но самое страшное - потерять надежду... Кстати, я хотел у вас спросить.

-   О чем?

-   Если я не ошибаюсь, вы изучали верования людей, которые ранее населяли Турцию.

-   Да, я этим занимался одно время.

-   Мэйсен, а что вы можете сказать о религиозной секте, которая якобы добивается наступления новой эры - зла, насилия, жестокости?

  Мэйсен сделал вид, что крайне озадачен вопро­сом Стефена Уэбера.

-   Я впервые от вас об этом слышу. Это не миф случайно?

-   Да, а я думал… Где-то в моих книгах я уже читал что-то об этом… К сожалению, это не миф, а реальность... У меня есть копии старинных папиру­сов. Попробую в них что-нибудь поискать, - озабо­ченно произнес Стефен Уэбер и, коснувшись руки своего коллеги, направился в свою каюту.

  Там он углубился в чтение старинных папирусов, пытаясь проникнуть в их смысл. Поиски так увле­кали его, что ни о чем другом он не мог думать.

  Как-то Эйприл, проходя мимо, решила заглянуть на минутку к ученому. Но лишь только она открыла дверь его каюты, как поняла, что отвлекать его от работы по пустякам не стоит. Поэтому она молча удалилась.

  Между тем Стефену Уэберу сопутствовала уда­ча. Он-таки докопался до нужного текста. В нем говорилось о наступлении новой эры в случае, ког­да Каинов нож возымеет вновь утраченную силу. «Но каким образом этот нож ее возымеет? Почему здесь об этом ничего не говорится?» - думал Стефен Уэбер.

  О своих открытиях и находках ученому не терпе­лось поделиться с Эйприл и черепашками-ниндзя. Он надел на голову легкую шляпу и покинул каюту.

  Черепашки встретили его вопросом:

-   Ну, как дела?

  На лице Стефена Уэбера засветилась улыбка.

-   Могу вам сказать, что не так плохо, как я думал раньше.

-   Вам что-то удалось узнать от Мэйсена Стир­линга? - предположила Эйприл.

-   Нет, он ничем мне не помог, - покачал голо­вой ученый, - мне пришлось потрудиться, а глав­ное, не зря.

-   Вы что-то узнали из ваших книг, которых в вашей сумке было столько, что я подумал: «3ачем в плавание ученый взял с собой целую библиотеку?» - ­поинтересовался Леонардо.

-   Ну, на счет библиотеки... Это лишь ничтож­ная часть того, что у меня осталось дома, - с гордостью ответил Стефен Уэбер. - Представьте себе, что иногда в жизни случаются чудеса.

-   Это вы о чем? - вырвалось у Донателло.

-   Впервые в жизни с собой в путешествие я интуитивно взял как раз то, что нужно, точно кто-то свыше руководил мною! Признаюсь, что услышав от Эйприл эту любопытную историю о новой Эре, мне показалось это ну... что-то вроде выдумки... Н-да... Сегодня я сам убедился, что опасность су­ществует. В одном тексте упоминается о Каиновом ноже. Именно он, как я понял, становится той силой, несущей угрозу.

-   А кто такой Каин? - спросил попутно Рафаэль.

-   И что такого особенного в его ноже? - дополнил вопрос Донателло.

  К беседующим подошла Мэри Дэнтон вся в расстроенных чувствах.

-   Мне очень жаль, очень жаль, - начала она.

  Разговор был прерван, так как все сразу же ок­ружили ее вниманием.

-   Что-то произошло? - догадался Стефен Уэбер.

-   Да, но ничего существенного... Непредвиденная поломка корабля... Знаете, это же машина...

-   Требуется какая-либо помощь? - предложил свои услуги Леонардо, который неплохо разбирался в технике.

-   Благодарю, этим уже занимаются мои механи­ки, но вот вас, - капитан посмотрела на черепа­шек, - мне придется расселить. Я не могу риско­вать... Под вашей каютой обнаружена...

  Мэри Дэнтон запнулась, не имея представления, что может случиться под каютой, но на всякий слу­чай произнесла:

-   Надеюсь, вы правильно поймете меня.

-    Да, конечно, - отозвались черепашки.

-   И как нам расселяться? - спросил Донателло.

-   Думаю, кто-нибудь из вас может остаться в прежней каюте, а остальным я предложу еще не­сколько на выбор.

  Рафаэлю показалось все это немного странным и он поделился шепотом с Эйприл:

-   Бессмысленное расселение. Что, в конце кон­цов, от этого изменится?

-   Капитану видней, - заметила девушка с за­думчивым видом.

  Черепашки-ниндзя ушли с капитаном, а Эйприл осталась стоять со Стефеном Уэбером.

-   Я должна вам что-то сказать, - с заговорщицким видом тихо произнесла Эйприл.

  Ученый вопросительно посмотрел на нее.

-   Это касается Мэйсена Стирлинга... Я подо­зреваю, что во время нашего визита к капитану еще до отплытия, он находился здесь, на корабле, только почему-то повел себя так, чтобы мы об этом не узнали.

-   Но ведь вы об этом все равно узнали, иначе...

-   Это получилось совершенно случайно: он выглянул, а я это заметила... Сомнений быть не может - он стоял за дверью и слушал наш разговор с Мэри Дэнтон... А вы заметили, как сейчас он себя ведет? Он притворяется, что не знаком с этой женщиной.

  Стефен Уэбер позволил себе промолчать.

-   Вы другого мнения? - торопила с ответом Эйприл.

-   В каюте капитана он вел себя так, точно ни­когда там не бывал ранее... И он никогда не гово­рил мне до этого, что знаком с Мэри Дэнтон.

-   В неискренности Мэйсена Стирлинга я убеди­лась... И то, что капитан подошла к нему, чтобы побеседовать с ним наедине, лишь только подтвер­дило их связь.

-   Может быть все так и есть.

-   И вы еще сомневаетесь?

-   Видите ли, в том, что мужчина вдруг решил ухаживать за женщиной, нет ничего предосудитель­ного. Вы с этим не согласны?

-   Я буду согласна с этим лишь в том случае, если дело касается действительно ухаживания. Но здесь другой случай, - пыталась убедить ученого Эйприл.

-   Я не знаю, поэтому спорить с вами не буду, - сказал Стефен Уэбер. - По-моему, черепашки возвращаются.

  Действительно, черепашки шли по направлению к ним, закончив переселение. Но среди них не было Рафаэля, так как ему захотелось не только перене­сти в другую каюту свои вещи, как это сделали его друзья, но и распаковать сумки.

-   Я не вижу среди вас Рафаэля. Уж не заболел ли он морской болезнью? - заволновалась Эйприл.

-   Нет, с ним все в порядке, - ответил До­нателло.

-   Не стоит беспокоиться, он скоро подойдет, ­- добавил Леонардо.

  Микеланджело вопросительно посмотрел на уче­ного, а потом попросил:

-   А не продолжить ли нам наш прерванный разговор, а то мне не терпится узнать про этот Каинов нож?

-   Если можно... - начал Леонардо.

-   Конечно можно! - прервал его Стефен Уэбер. - Есть такая Библейская легенда. Послушайте, я расскажу ее вам. Каин и Авель были первыми деть­ми Адами и Евы. Надеюсь, вам не надо объяснять, кто они были такие?

-   Нет, мы знаем, - ответила Эйприл.

  Черепашки оживились.

-   Это наши прародители, - сказал Донателло.

-   Наши? Ты уверен? - переспросил у него Леонардо. - К нам они как раз имеют меньше всего отношения.

-   Подумаешь, не так сказал! - с обидой произ­нес Донателло. - Это первые люди.

  Стефен Уэбер поспешил примирить черепашек:

-   Не вижу оснований для спора и тем более обид. Лучше послушайте легенду дальше. Так вот, стар­ший, Каин, занимался земледелием, а младший, Авель, пас овец. Как-то раз братья приносили дар Богу. Каин принес плоды земли, а Авель - молодого ягненка. Бог принял дар Авеля, а дар Канна не принял. Каин сильно огорчился и опустил голову. «Почему ты огорчился и отчего поникло лицо твое? - сказал Бог Каину. - Если делаешь добро, то чего не поднимаешь лица? А если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит, он влечет тебя к себе, но ты гос­подствуй над ним».

  Но Каин не преодолел греха и продолжал завидо­вать младшему брату. Однажды, когда они оба были в поле, Каин восстал на Авеля и убил его.

  Каин думал, что Бог не узнает про его грех. Но вскоре Господь сказал ему: «Где Авель, брат твой?»

 «Не знаю; разве я сторож моему брату?» - отве­чал Каин.

  «Что ты сделал? - спросил Господь. - Голос крови брата твоего вопит ко мне от земли».

  И проклял Бог Каина, и сделал его изгнанником и скитальцем на земле.

  И сказал Каин Господу: «Наказание мое больше, нежели снести можно. Всякий, кто встретится со мною, убьет меня!»

-   И сказал ему Господь: «Всякому, кто убьет Каина, отомстится всемерo».

  И сделал Господь Каину знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его. Вот и вся легенда, - ­закончил Стефен Уэбер.

-   Подумать только: брат брата убил! - возмутился Микеланджело. - Ведь тот ему ничего не сделал! Как можно!?

-   Все мы братья и сестры друг другу, - ответил ему ученый, - но, не смотря на это, в мире продолжаются убийства, насилие. Вы только представьте себе, что будет, если мы опоздаем, если наступит так называемая новая эра, которая принесет людям много горя, слез и стра­даний?

-   Почему же те, кто способен на убийства, этого не понимают? Они что, не знают об этой легенде? - ­поинтересовался Микеланджело.

-   Это очень трудный вопрос и, боюсь, я так быстро не дам на него прямого ответа, - с сожалением произнес Стефен Уэбер, вздохнув. - Все мы разные и оттого поступки тоже разные. Одни про­поведуют добро, другие - зло.

-   Но добро всегда побеждает зло, - утверди­тельно произнес Донателло.

-   Вы так в этом уверены? - поднял брови уче­ный. - Так бывает зачастую в сказках, а в жизни... В жизни все по-другому.

  Пока на палубе шла беседа, Мэйсен Стирлинг, воспользовавшись тем, что на него никто не обращал никакого внимания, незаметно пробрался в каюту, откуда осуществлялось управление кораблем, где его уже ждала Мэри Дэнтон.

  Аккуратно разложив свои вещи, Рафаэль еще раз внимательно осмотрел свою комнату. Она ему начинала нравиться, хотя его первые впечатления были обратными.

-   Ну вот, так-то лучше! Теперь она не выглядит такой заброшенной и сиротливой... Вот еще что: по-­моему, на стене чего-то не хватает. Сейчас...

  И он кинулся к своей сумке и через секунду до­стал оттуда открытку с видом на вечерний город, который утопал во множестве огней.

-   Теперь все в порядке!

  Довольный тем, что ему удалось создать в каю­те уют, а тем самым себе настроение, он намере­вался отправиться к черепашкам. Он подошел к двери и нажал кнопку, так как та открывалась ав­томатически. Он поднял ногу, чтобы переступить порог, как его ударило током. От давящего состояния Рафаэль всем телом подался назад и шлепнулся на пол.

-   Вот это да!

  Он потрогал свою ногу, так как ток дальше не пошел. Она еще находилась в оцепенении. Он по­массировал ее.

-   Что за черт! Ведь, если бы я сунул голову, живым бы я не вышел.

  Дверь по-прежнему была открыта. Рафаэль осто­рожно потянулся к ней рукой, но просунуть дальше не решился, боясь, что снова ударит током.

  Он встал. На ногу ступать было больно. «Силь­ное напряжение,» - подумал он, сделав несколько шагов.

  Ему захотелось закричать, чтобы прибежали че­репашки, так как в этом момент он вдруг почувство­вал себя совсем беспомощным.

-   ЭЙ! На помощь! Донателло! Микеланджело! Леонардо! Кто-нибудь! Эйприл!

  Прислушавшись к какому-то звуку, Эйприл вдруг сказала:

-   По-моему кто-то кричит?!

-   Да нет, тебе показалось, - успокоил ее Микеланджело.

-   Это ветер, да шум моря, - предположил Лео­нардо, - оттого в ушах звенит... Вот слышишь...

  Леонардо насторожился.

-   На помощь! - отчетливо донеслось до сто­ящих на палубе черепашек, Эйприл и Стефена Уэбера.

-   Да это же голос Рафаэля! Как я сразу не узна­ла! - крикнула Эйприл.

-   Теперь и я слышу, - растерянно произнес Леонардо.

-   Бежим! - позвал Донателло.

  Все разом поспешили к каюте Рафаэля. Но лишь только они показались в дверях, Рафаэль замахал руками:

-   Стойте! Не идите сюда! Опасно!

-   В чем дело? - нервничала Эйприл.

-   Меня ударило током, когда я попытался выйти из каюты... Мне кажется, это подстроено кем-то... - ­терялся в догадках Рафаэль.

  Донателло первым отважился войти в каюту. Ему это удалось. За ним последовали остальные.

-   Вот видишь, - заметил Донателло, обраща­ясь к Рафаэлю, - с нами ничего такого не произошло. Может... может тебе показалось это... Знаешь, иногда такое бывает...

-   Да как это показалось! - воскликнул Ра­фаэль. - Ты только глянь-ка на мою ногу! Что скажешь?!

  И Рафаэль выставил на обзор свою ногу.

-   Ничего особенного: нога как нога... Странно, но рукой после всего этого она не стала, - иронич­но сказал Донателло.

-   Да я вам точно говорю: меня ударило током! Можете не сомневаться.

  Как раз к этому моменту подоспела капитан ко­рабля. Войдя в каюту, она, оглядев всех присут­ствующих, спросила:

-   Какие-то проблемы?

-   Возможно, - вступил с ней в разговор Микеланджело, - наш друг уверяет нас, что его чуть током не убило.

-   Какие глупости! Неисправности здесь быть не может, я за это ручаюсь. Конечно, если вы того хо­тите, я приглашу кого следует, чтобы проверили, как работает здесь дверь.

  Черепашки-ниндзя переглянулись, услышав пос­леднюю фразу, которую нечаянно обронила Мэри Дэнтон.

-   А откуда вы знаете, что током его ударило именно там, в двери? - подозрительно спросил Ра­фаэль. - Здесь никто не упомянул об этом.

  Женщина заметно нервничала.

-   Ну, где же еще, может?.. Что за допрос вы мне устроили?

-   Да нет же, никакого допроса, - спокойно сказал Стефен Уэбер. - День выдался нелегкий... Все устали, поэтому не лучше ли разойтись по своим каютам?

  Предложение ученого все приняли неоднозначно, хотя каждый понимал, что накалять и без того тяжелую обстановку, просто не имело смысла.

  Первой ушла капитан. Рафаэль попросил осталь­ных задержаться на пару слов.

-   Ну, что я говорил!? Вы видели, как ее всю передернуло? Эта дамочка мне сразу не понрави­лась... Здесь без ее участия не обошлось, могу поспорить!

-   Не так категорично! - попытался успокоить Рафаэля Стефен Уэбер. - Чтобы выдвигать такие обвинения, должны быть слишком веские причины.

-   А разве то, что она сказала, не участвуя во всем этом, не является доказательством?

-   Она могла услышать это, когда шла сюда, - предположил Микеланджело, - мы достаточно гром­ко говорили.

  Эйприл постепенно убеждалась, что это только начало каких-то злоключений, которые должны произойти с ними на этом корабле. Теперь уже она не была уверена, что капитан относится к ним честно. Скорее всего, она делала видимость порядочных отношений, а на самом деле вела какую-­то свою игру.

  Расходились молча. Всем хотелось спать. Только Эйприл еще на какое-то время задержалась около борта корабля, любуясь закатом солнца.

  Какие-то две тени прошмыгнули мимо нее, девушка даже не разобрала, чьи они были. Не придав этому никакого значения, она открыла дверь своей каюты и скрылась за нею.

  Было далеко за полночь, когда Мэйсен Стирлинг во второй раз за сегодняшний день посетил каюту, откуда осуществлялось управление «Хищником». С ним пришла сюда и капитан.

-   Еще позже не могли собраться, - упрекнула его Мэри Дэнтон.

-   Не мог же я прийти сюда тогда, когда они шастали по кораблю. Девчонка, мне кажется, ста­новится чрезмерно любопытной.

-   Это еще что! - воскликнула Мэри Дэнтон. ­- Ты бы послушал, как этот мерзкий черепашонок спросил меня о том, как я узнала про дверь! Каким тоном, с каким видом! Но откуда ему было дога­даться, что я все это видела?!

  Женщина включила подсматривающее устройст­во, и сразу же на нескольких маленьких экранах появилось изображение.

-   Откуда им знать, что в каждой каюте за ними наблюдают крошечные камеры, - радостно ска­зала она.

-   Да, это неплохо придумано, - подхватил Мэйсен Стирлинг. - Если бы того черепаш­ку убило тогда током, я был бы свидетелем его смерти, а это доставило бы мне большое наслаждение... Я смотрел на него и думал: «Ну, иди же. Ты еще не знаешь, что сейчас по тебе так шарахнет, что ты и почувствовать не успеешь, как душа твоя окажется высоко под облаками.» А он испортил все дело, хотя я так надеялся...

-   Ладно, - потрепала его по голове Мэри Дэн­тон, - сейчас у тебя будет еще одно возможность расправиться с кем-нибудь из этих черепашек­-ниндзя.

  Мэйсен Стирлинг внимательно и выжидающе наблюдал за черепашками, которые ни о чем и не подозревали. Поскольку Рафаэля он решил больше не трогать пока, он высматривал того, кто идеально вписывался в его следующий проект преступления.

  Донателло уже лежал в постели и тихо спал, ос­тавив включенной лишь слабую лампочку у головы. То же самое Мэйсен Стирлинг увидел и в каюте Микеланджело. А вот Леонардо еще копался в своей сумке.

-   А вот, то, что надо! - обрадовался Мэйсен Стирлинг. - Он еще не ложился.

  Леонардо тем временем достал тетрадь и ручку, собираясь сделать какие-либо записи.

-   Этого мы можем поджарить, - потирая руки, произнес Мэйсен Стирлинг. - Включай систему обогрева! - приказал он женщине.

  Та послушно нажала на нужную клавишу.

  Все дело в том, что под кроватью, на которую должен был лечь Леонардо, проходили металличес­кие спирали, которые быстро раскалялись. Доста­точно было лечь на кровать, как через несколько секунд от того, кто это сделал, ничего не остава­лось: сгорало и тлело, превращаясь в пепел.

-   Леонардо прохаживался по каюте, никак не по­дозревая о такой опасности.

  Прошло какое-то время, а он все еще не ложился.

-   Ну, когда же он ляжет! - злился Мэйсен Стирлинг.

-   Подожди немножко, - успокаивала его Мэри Дэнтон, - дай ему еще пожить. Что ты так спешишь отправить этого несчастного на тот свет. Разве ты не видишь: он обречен. И через некоторое время от него останется кучка пепла.

  Наконец, Леонардо подошел к кровати. В руке он держал тетрадь.

-   Ну, что он медлит?! - весь побагровел от злости и от волнения Мэйсен Стирлинг.

  Мэри Дэнтон не стала больше смотреть на экран и отвернулась, с брезгливостью заметив:

-   Не люблю смотреть страдания и предсмерт­ные муки... Фи, как отвратительно, должно быть, пахнет только что сожженное тело.

  Мэйсен Стирлинг буквально пожирал глазами экран, на котором застыл Леонардо. Еще какое-то мгновение - и Леонардо бросил на кровать тетрадь. Не прошло и доли секунды, как от нее ничего не осталось.

-   Вот это да! - чуть не присел от неожиданнос­ти Леонардо.

  А тот, кто так хотел его смерти, как можно тише закричал:

-   Не может быть! Он должен был умереть! Мэри, ты только посмотри: он жив! Немыслимо!

  Всю ночь просидел Леонардо в своей каюте, не выходя ни на минуту. Он не хотел никого будить, устраивать шума среди ночи. Утром, лишь только показалось солнце на горизонте, он направился к Донателло.

  Тот еще спал, но от настойчивого стука в дверь проснулся.

-   Снова что-то стряслось? - сквозь сон спросил он.

-   Угадал, - сурово ответил Леонардо.

  Надо сказать, что ночь, проведенная в каюте ря­дом с раскаленной кроватью, сильно сказалась на Леонардо. Если бы он не был черепашкой, а челове­ком, то, возможно, в волосах его появилась бы седи­на, прибавилось бы новых морщин, и выглядеть он стал бы значительно старше. Но по черепашке опре­делить его внутреннее состояние по внешнему виду было непросто. Одно лишь выдавало его состояние ­до безумия уставшие глаза.

  Лишь только Донателло перехватил взгляд Лео­нардо, спать ему сразу же перехотелось. Он усадил его рядом с собою на кровати.

-   Говори, что случилось! - потребовал он, видя, что его друг просто валится с ног от усталости и сильного перенапряжения.

-   Убийство... - только и смог выдавить из себя Леонардо.

-   Какое убийство? Кого убили? - тряс его До­нателло.

-   На меня покушались...

-   Кто?

-   Не знаю. Очевидно, те, кто хотел убрать Рафаэля... За нами началась охота...

  Донателло вскочил с кровати.

-   Вы что, с ума посходили, что ли? Живы, целы и невредимы, а туда же - они кому-то мешают! Ну посуди сам: кому ты можешь мешать? Да это просто какая-то форма морской болезни... Да-да, именно... Вам стало плохо с головой, что уж здесь такого! Можно понять. За это вас никто не осудит... А что касается галлюцинаций, то мы возьмем у нашего ученого нужную книгу и изучим основательно этот во­прос.

  Слова Донателло действовали на Леонардо усып­ляюще и вскоре он закрыл глаза и плюхнулся на подушку.

  Донателло с жалостью посмотрел на своего дру­га, а затем, собравшись, вышел на палубу, дав воз­можность Леонардо отдохнуть.

  Не успел он прикрыть за собой дверь, как кто-то его окликнул:

-   Донателло!

  Тот оглянулся, подумав: «Кто это еще не спит в такую рань?»

  По палубе прямо к нему шел Стефен Уэбер.

-   Ты уже проснулся? - поинтересовался он.

-   Скорее, меня разбудили, - уточнил черепашка. - А вас?

-   Я всегда просыпаюсь рано, привык. А кто вас разбудил, если, конечно, не секрет?

-   Что за секрет?! Леонардо вдруг показалось, что его хотят убить.

-   Навязчивые идеи?

-   Похоже, как бы чего хуже не было, - задумался Донателло. - Вчера то же самое случилось у Рафаэля, сегодня ночью - у Леонардо. Кто будет следующий?

-   Как оказалось, вы совсем не приспособлены к морским плаваниям, хотя, странно, черепахи чувствуют себя в воде, как в родной стихии, ­заметил Стефен Уэбер.

-   В том-то и дело, что не все... Все же хорошо, что я вас встретил! Вы понимаете, состояние моих друзей меня сильно беспокоит. Поэтому я хотел бы попросить у вас... - До­нателло остановился и огляделся, точно опасаясь того, чтобы его просьбу никто не услышал.

-   О чем вы хотели меня попросить?

-   Попробуйте как-то повлиять на них, вы человек с опытом, а то, боюсь, нам не удастся закончить это путешествие благополучно... А ведь у нас впе­реди дела поважнее.

  Стефен Уэбер пообещал Донателло, что подума­ет над этим. И тому стало как-то легче на душе.

  Вскоре к двоим беседующим присоединился тре­тий. Это был Микеланджело. Затем из своей каюты вышла Эйприл. А чуть позже Рафаэль, который слегка прихрамывал.

-   Не хватает только Леонардо, - сказала Эйприл.

-   Он спит и, похоже, проснется не так скоро, ­- заметил Донателло, после чего ему пришлось рас­сказать о Леонардо еще кое-что.

  Услышав, какой диагноз Донателло поставил спя­щему черепашке, Рафаэль оскорбился.

-   Тебе бы пережить такое! Я бы посмотрел, что бы ты тогда сказал! А так болтать можно что угод­но, - заявил он.

-   Хоть я и не была свидетелем всех этих собы­тий, но я верю своим друзьям, - заметила Эйприл, ­выдумки здесь не уместны... Постойте-ка! Я начинаю припоминать, что видела кого-то на палубе после того, как все разошлись.

-   В какое время приблизительно это было? - спросил Рафаэль.

-   Было за полночь... Да, когда я вошла в каюту, я глянула на часы.

-   Это был кто-то из наших? - поинтересовался Донателло.

-   Не думаю, те люди не хотели, чтобы я их заметила.

-   Почему люди? Разве это был не один кто-то? - ­уточнил Микеланджело.

-   Представьте себе, это я слабо рассмотрела, но... по-моему, их было двое... Две тени... Они направ­лялись в ту сторону, - Эйприл указала рукой на маленькую каюту, в которую время от времени за­хаживала капитан корабля.

-   Кто бы это мог быть и что делали они так поз­дно на палубе? - вопросительно посмотрел на Эйприл Рафаэль.

  Та покачала головой и пожала плечами.

-   Я не рассмотрела.

-   Может, кто-нибудь из команды, ну, знаете, вечерний осмотр судна или еще что-нибудь? - предположил Донателло.

-   Не похоже на то, - высказался Микеланджело. - А где был все это время Мэйсен Стирлинг? Кто-нибудь его видел? По-моему его не было среди нас и тогда, когда позвал на помощь Рафаэль. Прибежала лишь эта женщина.. Интересно, чем же он занимался?

  Стефен Уэбер заметил, как все разом обратили свои взгляды на него, точно хотели услышать от него какие-то нужные слова.

-   Я тоже не видел его... Да и работы у него, кажется, нет, которая требует уединения и покоя...

-   Он нас избегает, - сказал Рафаэль, - я за­метил, как он на нас смотрел при встрече, словно хотел сказать: «Какого черта вы здесь де­лаете?»

  На минуту все замолчали. Эйприл нарушила возникшее молчание, обратившись с вопросом к ученому:

-   Вы не находите поведение вашего коллеги по­дозрительным?

-   Подозрительным? Мы как-то говорили на эту тему. Добавить что-нибудь я пока не в состоянии... Хотя... кое-что могу сказать и я, раз уж все так получается... Когда я вошел тогда без стука в каюту капитана, я услышал обрывки фразы, которую про­изнес Мэйсен Стирлинг, но сразу как-то не придал этому особого значения. Мало ли о чем они говори­ли до этого!

-   И что вы услышали? - не терпелось услы­шать Эйприл.

-   «...не смогу с ними справиться, если они будут все вместе...» Или что-то вроде этого.

-   О ком это он? - поинтересовался Мике­ланджело.

-   Известно о ком: о нас, - с догадкой произнес Рафаэль. - Теперь кое-что становится ясно.

-   Но зачем ему нас убирать? - недоумевал Донателло.

-   У него есть на то причины, - ответил Микеланджело.

-   Но какие?

-   А я почем знаю. Вот пойди и спроси у него, может, услышишь его ответ, в чем я лично сомневаюсь.

  Но ходить никому никуда не надо было, так как по палубе не спеша, к ним навстречу шел Мэйсен Стирлинг. В руке он держал какую-то книгу. Глаза он прятал за солнцезащитными очками.

-   Никак вы чем -то взволнованы, - как ни в чем не бывало произнес Мэйсен Стирлинг, обведя всех собравшихся взглядом. - А вы, Стефен, по-пре­жнему проводите время в этой тесной компании... Хотя, одного из черепашек я не вижу.

  Стефен Уэбер ему тут же ответил:

-   Эта компания меня не утруждает. А вот вы, Мэйсен, редко показываетесь на глаза, очевидно, есть на то причины?

-   Да-а, и очень важные.

-   Какие такие причины держат вас вдали от общества?

  Собравшись с мыслями, Мэйсен Стирлинг сказал:

-   Вот, перечитываю вашу книгу о той стране, куда мы направляемся. И каждый раз, должен вам             сказать, я это делаю с большим удовольствием.

  Слова Мэйсена Стирлинга показались Стефену Уэберу наигранными, но все же он с благодарностью отметил:

-   Не часто коллеги способны оценить по-настоящему умственные труды друг друга. А потому мне очень приятно услышать от вас такое. Благодарю. Но, к сожалению, я не смогу вам сказать того же относительно ваших работ. Вы уж меня извините.

-   А я и не ждал ничего подобного... А теперь, если позволите, я покину вас, чтобы продолжить то, что вчера начал.

  Его уходу никто не препятствовал.

-   Скользкий тип, - заметила Эйприл.

-   И про эту книгу он все наврал, - проговорил Микеланджело. - Я заметил, что она выглядит так, как будто ее никогда не открывали. Уж я-то знаю, как выглядят книги, которые читаются не один раз!

-   Я в этом не сомневаюсь, - согласился с ним Стефен Уэбер. - Очевидно, он рассказал нам о ней для отвода глаз, чтобы запутать нас... Но как пора­зительно он изменился!? Куда подевалась его пре­жняя кротость и скромность? Я еще никогда не ви­дел его таким уверенным!

-   А почему бы ему выглядеть иначе?! - всту­пил в разговор Рафаэль. - Он играет с нами в кош­ки-мышки, причем диктует нам свои условия, кото­рые мы вынуждены принимать, а нас держит в пол­ном неведении... Вот и сейчас кто из вас скажет, куда он пошел?

  Ему никто не ответил.

  День обещал быть ветреным, причем ветер все время усиливался. Корабль качало по волнам, а от этого у Эйприл начинала кружиться голова. Она побледнела.

  По палубе неожиданно забегали матросы, а вслед за этим раздалась команда:

-   Тревога!

  К черепашкам-ниндзя, Эйприл и ученому Стефе­ну Уэберу подбежал молодой матрос.

-   Была команда: по каютам!

-   А что случилось? - посыпались на него вопросы.

-   Справа по курсу нас преследует морское чудо­вище! Очевидно, капитан с ним сразится.

  Все разом посмотрели направо и действительно увидели огромных размеров осьминога. Он был до того ужасен, что Эйприл предпочла больше его не видеть, а спрятаться в каюте Стефена Уэбера. Тот с удовольствием проводил ее к себе.

  Осьминог начал подплывать все ближе и ближе к кораблю, пытаясь захватить его своей длинной шер­шавой ногой, похожей на тело гигантского удава.

-   Бежим в каюту, Донателло! - скомандовал Рафаэль. - Надо держаться всем вместе! А здесь от нас толку мало.

  Через минуту на палубе никого не было. Капитан заняла свое место в каюте, откуда осуществлялось управление кораблем. Она внимательно следила за чудовищем, держа руку у нужной клавиши, чтобы в подходящий момент нажать на нее.

  Осьминог, казалось, почувствовал, наконец, до­стойного соперника, а потому держался от корабля на определенном расстоянии.

-   Что? Боишься?! - с гордостью за свой ко­рабль выкрикивала она осьминогу. - Ну, попробуй только сунься, как увидишь, что от тебя останется!

  Не дожидаясь дальнейших действий осьминога, капитан сделала предупредительный выстрел. Но осьминога он нисколько не напугал, напротив, у него появился еще больший интерес к кораблю.

  Тем временем женщина вошла в азарт, ей захоте­лось еще более острых ощущений. Герметически за­крыв все входы и выходы, она вдруг приняла реше­ние: погружаться.

  Корабль медленно стал уходить под воду, а изум­ленный осьминог наблюдал за происходящим. Ког­да корабль был на нужной глубине, капитан изме­нила курс прямо на осьминога, которому так хоте­лось заполучить эту игрушку.

  Осьминог раскинул под водой свои многочис­ленные ноги, готовясь охватить им корабль. Но лишь только он приблизился на совсем малое расстояние, как его сильно затрясло: ток побежал по всему его телу.

  Несколько минут он извивался, принимая страш­ные мучения, а потом его резко отшвырнуло в сто­рону. Осьминог больше не двигался, похоже, что это испытание для него оказалось смертельным.

  Капитан включила моторы и корабль пополз вверх, пока, наконец, не занял прежнее положение.

  На палубе повсюду была вода, хотя беспрерывно работал стек. Матросы суетились у кают, убирая то, что им выдало с собой море: морские растения, мелкую рыбешку, каких-то диковинных жителей подводного мира.

  Когда пассажиры вышли из своих укрытий, па­луба была чистой. Только в укромном месте рядом с каким-то металлическим прибором Эйприл увидела морскую раковину приличных размеров. Взяв ее в руки, она показала свою находку черепашкам-ниндзя и ученому Стефену Уэберу.

-   Вот так ракушка! - воскликнул с неподдельным восхищением Рафаэль.

-   А если попытаться ее открыть?! - предложил Донателло.

-   Еще чего! - не удержался Микеланджело. ­- Не хватало только какой-нибудь твари... Вот выскочит и покусает.

-   Это же ракушка, а не бутылка, внутри кото­рой сидит джин, - смеясь, заметил Рафаэль.

-   Ну что? Откроем? - спросила Эйприл, протя­гивая ракушку Рафаэлю.

-   Запросто! У меня как раз для такого случая и ножик имеется.

  Тонкое лезвие ножа Рафаэль вставил в плотно закрытые половинки ракушки и слегка надавил на него. Еще несколько умелых движений - и все при­сутствующие ахнули:

-   Ну и чудо!

-   Тебе повезло, Эйприл, - с завистью произнес Микеланджело. - Вот бы мне такое!

  Эйприл взяла в руку крупную жемчужину и, по­ложив ее на ладони, выставила на всеобщее обозрение.

  Мэри Дэнтон была собою довольна. Еще бы! Ведь она самостоятельно справилась с морским чудищем! Не каждый мужчина может похвастаться такой по­бедой, не говоря уже о женщине.

  Сразу же после всплытия корабля ее нашел Мэй­сен Стирлинг.

-   Поздравляю! - воскликнул он.

-   Как жаль, что ты не видел этого сражения! Это было потрясающе!

-   Теперь ты понимаешь меня и мои чувства, ког­да я охочусь за этими черепашками? - прищурясь, шепотом спросил Мэйсен Стирлинг. - Не правда ли, это захватывает?!

  Мэри Дэнтон неоднозначно посмотрела на него.

-   У нас с тобой разная охота, - сказала она, - я охочусь потому, что так того требует ситуация, а ты...

-   Но разве не по той самой причине это делаю я? - прервал ее Мэйсен Стирлинг.

-   У нас жертвы отличаются.

-   И чем же?

-   Тем, что мои жертвы прежде всего несут опасность, а твои не только безоружны, но и совсем не агрессивны.

-   Ты так думаешь?! По-своему, они тоже опасны, о чем ты постоянно забываешь... А ведь этот осьминог подбросил мне неплохую идею...

-   Поделись!

-   А что, если вынудить одного из них прыгнуть за борт и разделаться с ним так же, как и этим мор­ским чудовищем?! Что? Нравится?! А ведь идея неплохая... Вот только как подстроить так, чтобы черепашка прыгнул в воду?

  Постепенно Мэри Дэнтон становилось страшно. Она начинала бояться этого человека, который ока­зался таким кровожадным. Женщина подумала, что в случае чего он хладнокровно расправится и с ней. Но она должна не зевать и постоянно быть наготове.

-   Я не верю, что у тебя и на этот раз что-то получится, - недоверчиво бросила взгляд на Мэйсена Стирлинга Мэри Дэнтон. - Не проще ли вос­пользоваться услугами пиратов? Кстати, ты нанял их?

-   Нанял, но, по-моему, еще рано звать их на по­мощь, - с раздражением заметил Мэйсен Стирлинг.

-   Смотри, если черепашки что-нибудь заподо­зрят и вычислят того, кто подстраивает им разные, неприятные штучки, как бы они с тобой на разобрались. А я слышала, что в бою нет им равных.

-   Хватит, надо просто быть осторожнее. Но от своего я не отступлюсь.

  Леонардо проснулся уже во второй половине дня. Сначала он осмотрелся, а поняв, что к чему, поспе­шил увидеться с черепашками. Он нашел их сразу же, лишь только вышел из каюты.

-   Смотрите - Леонардо! - встрепенулась Эйприл.

-   Он все равно выглядит уставшим, - шепотом заметил Рафаэль, махнув Леонардо рукой.

-   Ты бы выглядел не лучше после бессонной ночи, - слабым голосом проговорил Микеланджело.

-   А у нас столько событий! - не терпелось по­делиться новостями с Леонардо Эйприл.

-   Тоже кто-нибудь пострадал из наших? - пред­положил Леонардо.

-   К счастью, нет. Корабль хотел захватить ги­гантский осьминог.

-   И что? Где он?

-   На дне морском. Капитан вступила с ним в бой и вышла из него победительницей.

-   Вот оно что-о, - протянул Леонардо. - А вы все, - он недоверчиво оглядел своих друзей, ­- конечно, думаете, что я все придумал, что у меня не все в порядке с головой.

-   Напротив! - отозвался Рафаэль. - Тот, кто сам испытал нечто подобное, останется на твоей стороне.

-   А остальные? - спросил Леонардо.

-   Мы думаем, - стал отвечать за всех Микеланджело, - что кто-то заинтересован в том, чтобы черепашки не добрались до Турции. Мы подозрева­ем одного человека, поэтому с сегодняшнего дня за ним мы установим наблюдение.

-   А кто он?

-   Мэйсен Стирлинг. Мы его почти никогда не видим, а чем он занимается, можно только догады­ваться.

  Стефен Уэбер вызвался сначала пойти в каюту Мэйсена Стирлинга и поговорить с ним. Все согла­сились.

  Ученый быстрыми шагами пошел по палубе, а черепашки-ниндзя и Эйприл отправились ужинать.

-   Можно? - спросил Стефен Уэбер, заглянув к Мэйсену Стирлингу, не дождавшись приглашения на стук в дверь.

  В каюте никого не было, но ученый не спешил уходить. Чтобы осмотреть каюту, удобнее момента не придумать! И он закрыл за собою дверь.

  Повсюду был беспорядок, а по сему можно было сделать вывод, что Мэйсен Стирлинг был не очень аккуратным человеком в быту. Кровать стояла разобранная, похоже, ее убирать и не собирались. Стол был завален какими-то книгами и тетрадями.

  Стефен Уэбер подошел к столу и заглянул в одну из них, которая лежала в открытом виде наверху. Глаза сами пробежали по строчкам, написанным рукой Мэйсена Стирлинга совсем недавно.

  «Избавиться от них не так-то просто. Повсюду меня преследуют неудачи. А как хотелось бы проде­лать это, чтобы освободиться от лишней тяжести». Ничего другого на этой странице больше не было, поэтому смысл написанного ученому был непонятен.

  Он хотел отвернуть назад одну страницу, чтобы прочитать текст, который был написан раньше. Но в тот самый момент, когда рука уже взяла страни­цу, вошел хозяин каюты.

-   Вы что делаете? По какому праву?! - возму­тился Мэйсен Стирлинг.

-   Я только... - хотел оправдаться Стефен Уэбер, но тот не давал ему даже рта раскрыть, так велико было его негодование.

-   Я не шпионю за вами! Оставьте и вы меня в покое! Как это отвратительно! Вы находите свое по­ведение достойным?

-   Успокойтесь, я только что вошел и решил вас здесь дождаться.

-   Но вы не спросили, хочу ли я этого, чтобы вы без меня находились среди моих вещей.

  Тогда Стефен Уэбер, не дожидаясь, когда его коллега вынесет ему. обвинение, решил приструнить его.

-   В таком случае, Мэйсен Стирлинг, - каменным голосом начал он, - я запрещаю больше вам показываться в моем доме, в который вы были вхожи все эти долгие годы нашего знакомства!

  Это замечание несколько отрезвило Мэйсена Стирлинга и он замолчал. Он даже не удосужился сделать виноватый взгляд за то, что налетел на того, кто постоянно помогал ему, когда вдруг сказал:

-   Я не люблю, когда копаются в моих вещах.

-   Признаюсь, я прочел пару строчек. Что здесь преступного? Кстати, от кого это вы хотите избавиться, - перешел в наступление Стефен Уэбер.

  Мэйсен Стирлинг скорчил гримасу.

-   А вам какое до этого дело?

-   А дело в том, что черепашкам кто-то угрожает расправой, - заявил ученый, держа под прицель­ным взглядом Мэйсена Стирлинга.

  Тот попытался отшутиться:

-   У них богатое воображение да и только. Неви­димое чудовище! Как смешно! Разве вы верите в этот бред?

-   Вы не ответили на мой вопрос, - напомнил Стефен Уэбер.

-   А разве я должен не него отвечать?

-   Нет, не должны, но ответите!

-   Хорошо-хорошо... Я не могу избавиться от мыслей, которые не дают мне покоя. Такой ответ вас устроит?

-   А что за мысли?

-   Нет-нет, - запротестовал Мэйсен Стирлинг. - Это уж слишком! И не надейтесь вызвать меня на доверительный разговор! У вас это не получится. Одно могу сказать, что это очень личностное, и... передайте вашим друзьям-черепашкам, чтобы они не совали нос туда, куда им не следует.

  Стефен Уэбер не знал, что еще сказать этому человеку, у него не хватало слов. На прощание он еще раз посмотрел на Мэйсена Стирлинга.

-   А вы здорово изменились! Я вас таким и не знал никогда.

-   Все меняется, - с улыбкой заметил Мэйсен Стирлинг, - ничего нет постоянного. Поэтому неудивительно, что вы заметили во мне что-то но­вое. Ведь раньше я предположить не мог, что все поменяется.

-   Что именно?

-   Ситуация.

-   Вы всегда завидовали мне, это я чувствовал.

-   Скоро вы будете завидовать тому, кого ни во что не ставили, - с уверенностью произнес Мэйсен Стирлинг.

-   Однако, вы жестокий человек, - боясь своей мысли, проговорил Стефен Уэбер. - Мне кажется, что при подходящих условиях, вы решились бы на самое страшное - убийство... подобно тому, как Каин убил своего брата Авеля.

  В голове Мэйсена Стирлинга молниеносно про­бежала мысль, которую вслух произносить он пока боялся: «Пронюхал-таки! Докопался до истины!»

  Стефен Уэбер вышел из каюты Мэйсена Стирлинга с тяжелым чувством на душе. «Как мог я не знать того, кто крутился возле меня так долго?! Я был занят своей работой, но это не оправдание... Я думал, что Мэйсену Стирлингу интересно то, чем я занимаюсь всю жизнь, а он, оказывается, выжидал удобного момента... Никому нельзя верить... Что за свет!..»

  Такие мысли еще долго не давали покоя ученому. После разговора с Мэйсеном Стирлингом ему не хотелось никого видеть, и он решил пойти к себе, чтобы эмоций поубавилось, а в голове все улеглось.

  Но у каюты его дожидалась Эйприл.

-   Похоже, беседа для вас была нелегкой, - догадалась она, глядя, как осунулось лицо ученого. ­Вас точно палкой побили.

-   Еще хуже! Это трудно передать словами. Я бы хотел прилечь.

  Эйприл помогла Стефену Уэберу дойти до кро­вати, потому что тот в любой момент мог рухнуть без сил. Уложив его, она пообещала:

-   Я зайду чуть позже и мы обо всем поговорим.

  Ужин показался черепашкам отвратительным. Возмущению их не было предела.

-   Это не еда, а самая настоящая параша! - не­годовал Микеланджело. - Еще пару дней - и мой живот не выдержит!

-   Интересно, этот кок когда-нибудь учился тому, как надо готовить? - поинтересовался Леонардо. - Мы можем его научить, скажем, готовить пиццу.

  Рафаэль, услышав о пицце, чуть не подавился слюной.

-   Как подумаю, что сейчас бы сюда это прекрас­ное блюдо с грибами, да еще...

-   Хватит! - толкнул его в плечо Донателло. - ­Не действуй на нервы, а то я не выдержу и поколочу тебя.

  Подслушав разговор черепашек, их окликнула Мэри Дэнтон.

-   Черепашки! Можно вас на минуту?

-   Конечно.

-   Мне стало известно, что вам не нравится мой кок и то, как он готовит?..

-   Ну...

-   Он молод и у него нет никакого опыта, вы уж потерпите еще какое-то время, я думаю, что плава­ние для вас скоро кончится, - мягким голосом по­просила Мэри Дэнтон с улыбкой на лице.

-   Придется, ничего не поделаешь, - пожал пле­чами Микеланджело.

-   Но, если вы хотите, можно кое-что придумать получше, - загадочно сказала женщина.

  Черепашки-ниндзя переглянулись.

-   Что вы имеете ввиду? - спросил, нахмурясь, Леонардо.

-   Если один из вас спустится за борт за рыбой, то мой кок приготовит рыбную пиццу.

  Идея Мэри Дэнтон показалась черепашкам за­манчивой.

-   А что? За рыбой нужно обязательно ны­рять? Ее нельзя поймать на удочку? - недоумевал Донателло.

-   Нет, лучше спустить на море шлюпку, а в ней одного из вас. Ну, решайтесь!

  Мэри Дэнтон вела себя так, словно желала добра наивным черепашкам. Донателло поверил ей и при­нял ее предложение.

-   Пойдем со мной! Я покажу, где шлюпка.

  Оставшись втроем, Леонардо вдруг настороженно произнес:

-   Уж больно она любезна. Как бы чего дурного не вышло... Пока Донателло будет рыбу ловить, нам нужно понаблюдать за Мэйсеном Стирлингом, а потому ты, Рафаэль, отправляйся-ка к его каюте. А я пойду за Мэри Дэнтон и постараюсь, чтобы она постоянно находилась в моем поле зрения.

-   Но к Мэйсену Стирлингу отправился Стефен Уэбер, - попытался возразить Микеланджело.

-   Ничего, для страховки и Рафаэль не помешает. Тем более, это будет выглядеть так, точно Рафаэль ищет ученого. А ты, Микеланджело, лучше присмот­ри, как бы с Донателло чего не вышло... Рыба рыбой, но как бы его кто-нибудь не поймал в свои сети...

  Маленькая шлюпка была рассчитана на одного человека, поэтому, когда Донателло сел в нее, сво­бодного места практически не оказалось. Рядом с ним, правда, уместились рыболовные сети да и то только потому, что их было немного.

-   Донателло по-геройски поправлял сеть, которую решил сразу же закинуть в море. Мэри Дэнтон суе­тилась у подъемника, который через минуту должен был спустить шлюпку вводу.

  Эйприл присоединилась к черепашкам, кото­рые провожали смелого Донателло, и сразу же буквально забросала их вопросами:

-   Как случилось, что Донателло в шлюпке? Что происходит? Он что, с ума сошел? А вы на что смотрите?

  Леонардо внимательно выслушал Эйприл и, взяв ее за руку, сделал попытку ее успокоить:

-   Донателло того пожелал сам... Ему захотелось больше всех остальных рыбной пиццы, возможно, потому, что на этом корабле у всех скоро крыша поедет... А мы здесь собрались для того, чтобы пос­мотреть, чем все это кончится.

-   Так, значит, вы заботитесь о безопасности сво­его друга?! - вдруг бросила вызов в глаза чере­пашкам Эйприл, вырвав свою руку.

-   Но мы... - попытался что-то возразить Мике­ланджело.

-   Что вы?! Донателло там, в шлюпке, а вы здесь! А где, кстати, Рафаэль? Он хотя бы знает, что дела обстоят таким образом?

-   Тише, Эйприл, прошу тебя, - оглядываясь по сторонам, попросил Микеланджело. - Он пошел следить за Мэйсеном Стирлингом, пони­маешь?

-   Прекрасная возможность проверить этого че­ловека на благонадежность, - добавил Леонардо.

-   Вот оно что-о! - задумчиво протянула Эйприл.

  Мэйсен Стирлинг вышел из своей каюты как раз в тот момент, когда шлюпка, в которой находился Донателло, спустилась на воду. Он посмотрел по сторонам, убедившись, что никого нет поблизости, направился к каюте, где находился пульт управления кораблем.

  Он даже не подозревал, что Рафаэль уже несколько минут поджидал его, прячась за металлическими ящиками. «A вот и Мэйсен Стирлинг», - подумал Рафаэль, наблюдая за ним из своего укрытия.

  Мэйсен Стирлинг шел быстро, точно торопился куда-то, боясь опоздать. Когда он приблизился к нужной каюте, Мэри Дэнтон там еще не было, и потому она была заперта. Несколько раз Мэйсен Стирлинг подергал за ручку, но без­результатно.

-   Что за черт! - вырвалось у него. - Где она?

  Рафаэль мог только догадываться, о ком идет речь, так как он расслышал все слова, произнесенные Мэйсеном Стирлингом. Ему так хотелось выкрикнуть, что она отправила Донателло за рыбой и потому ее здесь быть не может, как вдруг неожиданно для него появилась Мэри Дэнтон собственной персоной.

-   Все получилось! Будем кончать! - радостно тихим голосом выкрикивала она на ходу.

-   Наконец-то! - ликующе произнес Мэйсен Стирлинг.

-   Главное - не суетиться. Итак... - многозна­чительно сказала капитан, выдерживая некоторую паузу, - ты готов?

  Она поспешно открыла дверь каюты и вошла во­внутрь, увлекая за собой Мэйсена Стирлинга.

  Рафаэль не ожидал, что все произойдет именно так, ведь он не получил никаких указаний, если со­бытия будут так разворачиваться. К счастью, как снег на голову, явился Леонардо.

-   Тебя он не засек? - спросил он у Рафаэля.

-   Нет, а она тебя? - поинтересовался тот взаимно.

-   По-моему, ей было не до меня.

-   Они там, в каюте! Теперь остается ждать, что же будет дальше.

-   Ждать?! - недоумевающе вырвалось у Лео­нардо. - Ты знаешь, что это за каюта?

-   Нет.

-   А я знаю. Так вот, оттуда осуществляется управление кораблем. Поэтому можно ожидать любую неожиданность. Надо действовать!

-   Но что мы можем?!

-   Надо пойти к ним и помешать им.

-   Ладно! Другого выхода пока у нас нет.

  Рафаэль и Леонардо вышли из своего укрытия и подошли к каюте.

-   Мэри Дэнтон! - позвал Леонардо.

  Но в ответ они ничего не услышали.

-   Капитан! Требуется ваша помощь! - схитрил Рафаэль.

  Услышав, что черепашка позвал на помощь, дверь каюты открылась и на пороге показалась Мэри Дэнтон.

  Шорох услышали черепашки за ее спиной, а по­том - тишина.

-   Что надо?!

-   Мне кажется, - начал Рафаэль, - после погружения в моей каюте стало сыро, очевидно, где-то имеется трещина...

-   С вашей каютой все в полном порядке! А если у вас начались галлюцинации, то советую, не мешкать, а обратиться к врачу, а то как бы у вас не развилось чего похуже!

-   Просим прощения, - пятясь назад, произнес Рафаэль.

  Но Леонардо, похоже, уходить не торопился.

-   Капитан, - обратился он, - я бы хотел войти в каюту.

-   И только!? - лицо у Мэри Дэнтон вытянулось от возмущения. - Невиданное нахальство! Вы забываетесь! Я сюда никому не позволяю ходить. Неужели вы думаете, что на сей раз я изменю свою решение?

-   Так уж и никому? - усомнился Леонардо.

-   Никому, - категорично произнесла сквозь зубы женщина.

-   А давайте проверим. Мне кажется...

-   Меня не интересует, что кому кажется! Если я сказала нет, то вы сюда не войдете.

  Капитан приготовилась хлопнуть дверью перед черепашками, но Леонардо вовремя подставил свою ногу в образовавшийся дверной проем.

-   Я позову матросов! - с угрозой бросила Мэри Дэнтон.

-   Нет, матросов не стоит отрывать от дел... У вас в каюте для этого более подходящий человек.

-   И как только ты, противный черепашка, можешь мне советовать!

  Обстановка накалялась. Леонардо больше не намерен был играть в благородство, тем более, что Мэри Дэнтон вела себя грубо по отношению к нему и его другу. Он также думал и о Донателло, с которым они могли сделать, что им заблагорассудится.

  Через секунду Леонардо со всей силой толкнул дверь. Женщина отскочила в сторону, а затем за­кричала:

-   Помогите!

  Когда Леонардо был уже в каюте, Мэйсен Стир­линг, наконец-то, подал голос:

-   Это невероятно! Это покушение! Да вас под суд отдать надо!

-   Так уж под суд?! - сказал, вопросительно поглядев на Мэйсена Стирлинга, Леонардо.

-   Это вам так не сойдет! Могу вам обещать! - ­занервничал мужчина, когда Леонардо стал к нему приближаться. - Что вы хотите со мной сделать?! Капитан! Готовится насилие!

  Леонардо остановился, подойдя вплотную к Мэй­сену Стирлингу.

-    Я не хочу о вас руки марать, хотя мне так хотелось бы проучить вас... Но мне кажется, нет... я просто уверен, что все неприятности, которые про­исходят на корабле, так или иначе связаны с вами.

  Взгляд Леонардо упал на маленьких экран, с ко­торого на него смотрел Донателло. Мэйсен Стир­линг повернул голову в сторону экрана.

-   Это как называется? Подсматривающее устрой­ство? Не так ли? - спросил Леонардо.

-   Не имею ни малейшего представления, - от­ветил ему Мэйсен Стирлинг. - Этот вопрос не ко мне, а к капитану.

  Мэри Дэнтон взяла Леонардо за руку.

-   Покиньте каюту! Это мой приказ. И нравится он вам или нет, вы обязаны мне подчиниться!

-   Я исполню ваш приказ сразу же после того, как Донателло благополучно вернется на корабль, - спокойно заявил Леонардо, не теряя самообладания.

  Леонардо уставился в экран, точно показывали какой-нибудь остросюжетный фильм. Тем временем Донателло удалось поймать несколько крупных рыб, чем он был доволен.

-   Не кажется ли вам, что ему пора возвращаться? На пиццу рыбы предостаточно! - поинтересовался Леонардо.

  Мэри Дэнтон дала знаком понять, чтобы все поспешили к выходу, так как она должна была закрыть каюту.

  Первым вышел Мэйсен Стирлинг. Увидев Рафаэля, он ухмыльнулся и заметил:

-   Еще один! Это похоже на налет!

  Леонардо покинул каюту последним, боясь, что Мэри Дэнтон сможет остаться в ней, захлопнув за ним дверь.

-   Я проклинаю тот день и час, когда согласилась посадить вас на свой корабль, - злобно сказа­ла женщина Леонардо.

-   А я жду не дождусь того момента, когда сойду на берег с этого судна, - бросил он ей.

  «Боюсь, что этого не случится никогда,» - с ненавистью подумала женщина.

  Донателло подняли на судно через полчаса. На­строение у него было приподнятым.

-   Ну как вам мой улов? - показывая на рыбу, спросил он у черепашек.

-   Этой рыбы хватит не на одну пиццу, - заметил Микеланджело.

-   Но почему у вас такие кислые физиономии? - поинтересовался Донателло, делая вид, что для этого у его друзей не должно быть никаких причин.

-   Долго объяснять придется, - отмахнулся Ле­онардо.

  За рыбой пришел кок - невысокого роста муж­чина с любопытным взглядом - и пообещал, что ужин приготовит через час.

-   Наконец-то, нас ждет несколько приятных минут! - не удержался Рафаэль.

-   Так, значит, не зря я опускался за рыбой? - прищурился Донателло.

  Черепашки-ниндзя все разом вздохнули, каждый в эту минуту подумал о своем. Только Эйприл, под­мигнув ему, сказала:

-   Все хорошо, что хорошо кончается!


Глава 8. Встреча с пиратами

  К концу второго дня черепашкам стало известно, что их плавание, не смотря на некоторые негативные моменты, проходит успешно: корабль преодолел почти полпути, а это означало, что еще столько же времени пройдет прежде, чем они окажутся в Турции.

  За Мэйсеном Стирлингом теперь было установ­лено постоянное наблюдение, причем от него никто не прятался, все это делалось в открытую. Естес­твенно, руки у него, как говорится, были связаны, а потому он как-то при встрече с Мэри Дэнтон спешно намекнул:

-   Вызывай помощь по рации... Позывные те же, что я говорил тебе раньше.

  Этого никто из черепашек-ниндзя не слышал, но поведение Мэйсена Стирлинга и Мэри Дэнтон ука­зывало на то, что они снова что-то замышляют.

  Близилась ночь, время, когда на корабле готови­лись ко сну. У каюты Мэйсена Стирлинга стоял Микеландже­ло и время от времени позевывал, высматривая где­-нибудь поблизости себе удобное местечко, чтобы пару минут вздремнуть, когда уснет его подопечный.

  Все случилось приблизительно через час. Неожиданно к кораблю подплыло пиратское суд­но. Внешне оно было похоже на любой такой же корабль, который отправляется в плавание с корыст­ной целью: черный флаг на мачте с изображением черепа-костей, карта, на которой были отмечены все морские пути, современное боевое оружие, сундук с драгоценностями, которые были добыты при столк­новениях с торговыми судами; главной достопримечательностью был большой говорящий попугай по кличке «Боец», правда, он был абсолютно не бой­цовым по своему характеру, скорее наоборот, пото­му что противился всякому насилию.

  Правда, этот пиратский корабль имел существенное отличие от других, подобных ему, так как на нем находились не настоящие морские пираты, а наемные убийцы.

  Мэри Дэнтон, конечно, была в курсе всех событий. Она видела, как появился этот корабль, и по­тому намеренно сбавила скорость. Пользуясь тем, что время было позднее, а на борту не было пасса­жиров, которые хронически страдали бы бес­сонницей, она подала слабый звуковой сигнал, который означал, что судно готово принять на борт посто­ронних.

  Когда пиратский корабль подплыл на недопусти­мо близкое расстояние к «Хищнику», капитан не распорядилась дать предупредительного выстрела, как поступила бы она в случае, если бы между дву­мя судами не было предварительной договореннос­ти. Более того, с него была спущена веревочная лес­тница, чтобы пираты беспрепятственно могли про­никнуть на корабль.

  «Похоже, это самая большая ошибка в моей жиз­ни, - думала она, - но ради больших денег стоит рискнуть... Этот Мэйсен Стирлинг просто болван... Он так меня подставил... так подставил...»

  Пираты по одному стали подниматься на корабль. Один из них благополучно добрался до борта и че­рез секунду уже расхаживал по палубе «Хищника», посвистывая при этом.

  Мэри Дэнтон подбежала к нему как раз в тот момент, когда он намеревался пройтись по кораблю и осмотреть его перед операцией, которую намерен был осуществить незамедлительно со своими помощниками.

-   Я капитан корабля, - представилась она ему, - и потому свои действия вы должны будете согласовывать со мной.

-   Еще чего! - ухмыльнулся худощавый на вид пират, показав целый ряд гнилых зубов.

  Женщина брезгливо поморщилась, таким непри­ятным показался ей этот тип с черной косынкой на голове.

-   Мое имя Брэндон... команда будет готова че­рез минуту. Короче... Где они? - спросил он, дав ей понять, чтобы она показала каюты тех, кого нуж­но было убрать.

-   Я бы хотела вас попросить, - робко произ­несла она.

-   О чем? Если дополнительные услуги - день­ги вперед, нас не проведешь! А не то...

-   Нет-нет, это касается...

-   Тогда что вам нужно?

-   Я не хочу, чтобы вы убили их на моем корабле...

-   А что, прикажете, с ними делать?

-   Вы их просто свяжите, а там уже будет видно... В конце концов, их судьбу можно будет решить после... Я не хочу быть судьей и палачом... Мой корабль... Я пропала...

  Последние слова она буквально прошептала, так ей стало жалко свой корабль, который теперь пусть даже временно находился в руках наемных убийц.

-   Какая странная просьба! - с иронией вос­кликнул Брэндон. - Вы сентиментальны, это плохая черта, она не принесет вам успеха в том деле, которое вы задумали...

-   Ну, ладно! - остановила Мэри Дэнтон его. ­- Об этом не вам судить. Достаточно будет того, если вы их просто свяжете, понятно!? Я заплатила вам, будьте любезны - подчиняйтесь!

  Брэндон недовольно щелкнул языком и потянул слюну, очевидно, считая, что с женщиной лучше на связываться.

-   Нам никто не помешает? - спросил Брэндон, когда капитан повела его по палубе.

-   Кого вы имеете в виду? - уточнила Мэри Дэнтон.

-   Где ваша команда?

-   Все спят и очень сильно, кок подсыпал всем в чай сонных порошков.

-   Так, значит, вас некому защитить? - повернул свою голову к капитану Брэндон. - А что, если... если...

-   Что если, ну, договаривайте! - требовательно произнесла капитан «Хищника».

-   ...мы махнемся судами? А? Ваша команда вместе с вами туда, на наше ветхое суденышко, а мы с моими ребятами - сюда, в это царство.

-   Только попробуйте предпринять хоть малейшую попытку, и...

-   Что тогда?

-   И тогда вы пожалеете о том, что в вашей голове родилась такая мысль!

  Мэри Дэнтон подошла к железному ящику на стене, где находились две кнопки, чье назначение знала только она. Капитан улыбнулась и открыла крышку ящика.

  Брэндон наблюдал за ней, прищурив глаз. Его люди стояли за ним и молча ждали, что произойдет. По их лицам можно было прочесть, что терять им нечего, поэтому они готовы на все, только бы их предводитель дал им соответствующий приказ.

  Один из пиратов вдруг произнес:

-   Кончай с ней, ребята!

  Другой схватил его за рукав, не дав ему двигаться вперед.

  За реакцией Мэри Дэнтон следил Брэндон, точ­но выжидал чего-то. Когда вдруг послышалось из толпы пиратов:

-   Чего ждем?! Айда в каюту управления!

  Брэндон поднял руку, и все замолчали.

-   Чего разгалделись?! - бросил он им, - точно стервятники над мертвечиной!

-   Разве ж такой корабль назовешь мертвечи­ной!? - сделал замечание кто-то из пиратов.

-   Тихо! Я сказал, чтобы вы заткнулись! - крик­нул Брэндон, а затем, посмотрев, на Мэри Дэнтон, произнес: - Ну, что, теперь ты видишь, с кем име­ешь дело?

-   И зачем я только с вами связывалась! - вздох­нула женщина с ненавистью, нажимая на одну из кнопок.

-   Я обещаю, что ты останешься довольна нашей работой, так веди нас к своим пассажирам.

  Не успел Брэндон закончить фразу, как всех пи­ратов и его в том числе затрясло, так как сработало нужное устройство, предусмотренное для безопас­ности капитана. Капитан поторопилась с его включением, так как подумала, что ее ожидают большие неприятности.

  Пираты продолжали стоять в парализованном состоянии и трястись так, что зуб на зуб не попадал, а Мэри Дэнтон с чувством удовлетворения думала: «Так вам и надо... Вот проучу вас, тогда будете знать, с кем имеете дело! Ну, по-моему, им хватит!..» И она отпустила кнопку.

  Пираты пришли в себя не сразу. Некоторые силь­но кашляли, другие, кто послабее, какое-то время сидели на палубе. А Брэндон непонимающе говорил:

-   Ты что, шуток не понимаешь? Мы же пошути­ли! Разве не было ясно? Да посмотри на моих ребят! Это же дохлятина!

-   Кто это дохлятина? - обиженно вставил ка­кой-то пират.

-   Не возникать! - останавливал на полуслове Брэндон.

  Был момент, когда Мэри Дэнтон начинало казаться, что напрасно она проделала над ними такое, но успокаивала себя тем, что ничего страшного ни с одним из пиратов не произошло.

-   По-моему, вам пора! - наконец-то, заметила она. - Я покажу вам каюты моих пассажиров, только действуйте поаккуратнее, они могут за себя постоять.

  Донателло уже сладко спал, видя во сне удиви­тельную рыбную пиццу, которую съел за ужином, Когда дверь его каюты бесшумно открылась.

-   Это первый, - шепотом заметила Мэри Дэн­тон, кивнув в сторону спящего черепашки.

  Двое пиратов подошли к кровати и по команде одновременно схватили Донателло за ноги и за руки. Тот моментально проснулся и, лишь только открыл рот, чтобы позвать на помощь своих друзей, как Брэндон всунул ему кляп.

-   Один готов! - произнес Брэндон, загибая палец, когда связанного черепашку, точно кокон, вынесли из каюты и положили на палубу.

  Следующая дверь также легко открылась, Так Мэри Дэнтон всячески помогала пиратам. За ней была каюта Рафаэля.

  Лишь только пираты приблизились к Рафаэлю, тот, словно чувствуя что-то недоброе рядом, пере­вернулся, издав во сне тяжелый стон.

  Он лежал на животе, подобрав под себя руки и потому, заметив это, пираты несколько минут при­мерялись, как бы получше его подхватить, чтобы тот в случае чего не сильно сопротивлялся.

  Один из наиболее увесистых мужиков сел Рафа­элю на панцирь, прижав его к кровати. А затем двое связали его также как и Донателло, после чего положили их рядом.

-   Второй готов! - подогнул еще один палец Брэндон. - Где следующий?

  Мэри Дэнтон подвела пиратов к каюте Эйприл.

-   Тише! Здесь девушка, мы ее трогать не будем, но дверь ее каюты я закрою снаружи, чтобы, про­снувшись, она не могла оттуда выйти.

  Когда пираты вошли в каюту Леонардо, его на кровати не было.

-   В чем дело? - заволновались пираты. - Здесь нет никого!

  Мэри Дэнтон осмотрела каюту и, заметив на полу черепашку, который после известных читателю со­6ытйй больше не решался спать на кровати, показа­ла на него рукой.

-   Вот он!

  Не прошло и пяти минут, как Леонардо лежал со своими друзьями. В каюте, где должен был спать Микеланджело, черепашку не нашли.

-   Трое здесь, - сказал Брэндон, - где чет­вертый?

  Женщина задумалась, вспоминая, куда он мог пойти в такое время.

-   А может... - запнулась она в догадке.

-   Что может? - торопил ее Брэндон. - Раньше нужно было думать, а в таком деле знать нужно наверняка, чтобы не вышло какой ошибки.

-   Может... мы зря не наведались к Эйприл?

-   Кто такая Эйприл?

-   Это не важно, черепашка мог быть у нее, раз его нет на месте.

-   Тогда чего мы здесь стоим? Пойдем туда и проверим, - нашелся Брэндон.

  Спящая Эйприл во сне чему-то улыбалась, не подозревая, что над ней склонились пираты.

-   А может, не будем ее трогать? - шепотом поинтересовалась капитан.

-   Как скажете, - заметил Брэндон и дал знак своим людям, чтобы те уходили.

  Но именно в этот момент то ли оттого, что в каюте стало свежо от морского ветра, ворвавшегося через открытую дверь, то ли потому, что Эйприл спала очень чутко, она проснулась. Заметив отходящих от ее кровати людей, чьи силуэты были ей незнакомы, она крикнула:

-   Кто вы такие? Что вам нужно?! На помощь!

-   Она сейчас всех разбудит! - встрепенулась Мэри Дэнтон. - Успокойте ее! Только аккуратно, она мне нужна!

  Пираты налетели на Эйприл, которая изо всех сил сопротивлялась, пытаясь не допустить их к себе. Но бедной девушке так и не удалось выпутаться из крепких мужских рук, которые оставили на ее теле не один десяток синяков.

  Ее связали, хотя это было непросто, и на время оставили в каюте.

-   Так где же, все-таки, четвертый? - поинтере­совался Брэндон у Мэри Дэнтон, когда они покину­ли каюту Эйприл.

-   Может...

-   Снова может! - взбесился тот.

-   Надо зайти к одному ученому, ну, Стефену Уэберу. Кто знает, может он там!

  Ученого постигла та же участь, что и Эйприл, только, в отличии от нее, он не оказывал никакого сопротивления, так как с ним обошлись достаточно грубо: лишь только он попытался выдворить пира­тов за дверь, как один из них нанес ему такой оглу­шительный удар рукой по голове, что Стефен Уэбер сразу же потерял сознание. Так что связать его не составило особого труда.

  Брэндон был в бешенстве:

-   Ну и порядки у вас на корабле, - бросил он с укором капитану. - Пассажир исчез, а капитан не знает куда! Вот так порядки! Вот что значит женщина в роли капитана!

  Мэри Дэнтон пропускала мимо ушей реплики пирата, так как была занята другим: она думала, где же мог быть этот черепашка. Наконец, она радостно улыбнулась:

-   Теперь я точно знаю, где четвертый!

-   Ну, и где же? - с недоверием спросил Брэндон.

-   За мной! Я покажу, где его надо искать.

  Когда Мэри Дэнтон подвела пиратов к каюте Мэйсена Стирлинга, она положила палец на губы, показывая тем самым, чтобы те не издали ни одного громкого звука, а сама стала прислушиваться.

-   Как я могла это пропустить, - удивлялась она сама себе, - ведь черепашки следят за каждым шагом Мэйсена Стирлинга... Следовательно, Мике­ланджело, то есть, последний где-то здесь, совсем рядом. Тише-тише... Я, кажется, слышу его преры­вистое дыхание...

  Мэри Дэнтон, подобно собаке-ищейке, которая идет по следу, сделала несколько шагов в ту сторо­ну, где находился Микеланджело. Пристроившись на деревянном ящике, в котором лежали запасные тросы, черепашка тихо дремал, наклонив голову вперед.

-   Будем брать! - тихо скомандовал своим пи­ратам Брэндон, указав на мишень.

  И надо было так случиться, что как раз в этот момент из каюты вышел Мэйсен Стирлинг, хлопнув дверью. Сразу же подхватился Микеланджело.

  Мэри Дэнтон схватилась за голову:

-   И что только погнало тебя в такую рань!

  Когда пираты подбежали к черепашке, он уже был готов к нападению. Он показал им несколько приемов, так что пираты поочередно разлетались по палубе.

  Брэндон постоянно подгонял своих людей:

-   Ну же, хватит лежать! Я вам не за это деньги плачу, паршивые свиньи!

  И тогда пираты снова бросались на Микеланджело, но тот с легкостью с ними справлялся, посмеи­ваясь над ними:

-   Ну, как! Хочешь еще!? Подходи - получишь!

  Брэндону показалось, что пришло время ему вме­шаться. Он оглядел своих пиратов, которые катались от боли по палубе, а затем показал Микеланджело, чтобы тот сразился с ним.

  Микеланджело принял его предложение. Брэндон стал напротив черепашки, ухмыляясь, выставляя напоказ свои гнилые зубы. Его руки были зажаты в кулаки, а тело напряжено.

-   Ну, и кто кого? - поинтересовался Брэндон у черепашки.

-   Банзай! - крикнул тот и сразу же сшиб свое­го противника с ног. Тот рухнул, но быстро подско­чил, сплевывая кровь из рта.

  Микеланджело продемонстрировал ему еще не­сколько приемов, от чего голова у Брэндона пошла кругом.

-   Ну как? Хватит или... или, может, продолжим? - потешался Микеланджело.

  Снова и снова Брэндон поднимался, чтобы черепашка не подумал, что он струсил. Но достойного удара своему противнику он так и не нанес.

  Мэри Дэнтон подбежала к одному из пиратов и показала, куда нужно загнать черепашку, чтобы она смогла парализовать его током. Несколько пиратов полукругом стали приближаться к Микеланджело, держа в руках финки.

  Микеланджело попятился назад, соображая, как спланировать свою защиту, а Мэри Дэнтон уже дер­жала палец на нужной кнопке, чтобы вовремя на­жать на нее.

-   Вот и четвертый! - радостно воскликнула она, надавив на кнопку с силой.

  Пираты остановились. А Микеланджело около минуты испытывал на себе действие тока.

  После такой процедуры на него налетели толпой и крепко связали, а после положили рядом с други­ми черепашками.

  Мэйсен Стирлинг ходил, потирая руки, при этом бормоча про себя:

-   Вот все и устроилось... Дельце сделано... Те­перь их за борт - и с ними покончено...

-   С кем это покончено? - настороженно спро­сила Мэри Дэнтон, уловив из всей реплики послед­нее слово.

-   Известно, с кем: с черепашками! - без доли смущения ответил Мэйсен Стирлинг.

-   Смотри! - пригрозила она ему. - Корабль мой!

-   Да мне он и даром не нужен! Чего только стукнуло тебе в голову! Цель близка! Мы скоро будем в Турции! Нам больше никто не помешает... На берегу нас встретят, мы отдадим Эйприл - и каждый получит то, о чем мечтал: ты - деньги, я - славу.

-   Хорошо бы, - устало произнесла Мэри Дэн­тон. - Уже светает... Я провела бессонную ночь... Нужно поскорее выпроводить этих пиратов с корабля... Тогда я смогу отдохнуть...

  Прямо перед ними, как гриб, вырос Брэндон.

-   Так что будем делать с черепашками? - ­спросил он.

-   Головой вниз - и за борт, - тут же предло­жил Мэйсен Стирлинг.

-   Нет-нет, - запротестовала Мэри Дэнтон. - Только не это, что угодно, только...

-   Вы же заказывали мне четыре убийства, - заметил Брэндон, - я получил аванс, поэтому должен довести дело до конца.

-   Через несколько минут вы получите причита­ющуюся вам остальную часть денег, - сказала ка­питан, - а позже мы поговорим и об этом. Вы иди­те к себе на корабль, а то скоро проснется моя коман­да. А я сейчас.

  Брэндон приказал пиратам спускаться на их ко­рабль по веревочной лестнице, а сам остался стоять у борта, поглядывая в ту сторону, куда ушла Мэри Дэнтон.

  Мэйсен Стирлинг подошел к нему и виновато опустил глаза:

-   Я сожалею, Брэндон, у вас кровоподтеки, я напортил вам...

-   Ничего, не стоит... Благодарю за работу, если будет нужна вам помощь подобного рода, вспомни­те про меня. О'кей?

-   Договорились, - кивнул Мэйсен Стирлинг.

  Держа в руках небольшой сверток, показалась Мэри Дэнтон. Она была возбуждена и очень торопилась.

  Мэйсен Стирлинг вопросительно посмотрел не нее.

-   Нет-нет, ничего не случилось, - успокоила она его. - Команда еще спит... Вот только... Меня беспокоит, что я скажу моим людям, если с корабля исчезнут черепашки?.. Как бы не возникла паника!?

-   Вам нужно определиться, - пробасил Брэн­дон. - Я могу сделать по-разному, только скажите.

-   Мэри, - обратился к капитану Мэйсен Стир­линг, - ну же, решайся! Чего же ты медлишь?

  Увидев, в каком состоянии находится Мэри Дэн­тон, Брэндон предложил:

-   Спустимся на мой корабль! У меня есть отлич­ный яд. Несколько уколов - и ваши черепашки уснут вечным сном.

-   Давай - толкнул слегка в руку Мэри Дэнтон ее сообщник.

-   Хорошо! Только быстро!

  Эйприл долго крутилась, связанная веревками, пытаясь найти слабое звено, чтобы освободиться. Поскольку пираты отнеслись к ней более щадяще, чем к остальным, ей удалось каким-то образом дотянуться до ног, хотя руки у нее были сильно свя­заны у запястий, а также выкручены за спину.

  Она вдруг вспомнила, как один мальчишка еще в детстве учил ее завязывать и развязывать морские узлы. Эйприл попыталась справиться с одним из них, и у нее получилось.

  Затем развязала еще несколько, освободив тем самым ноги. Тогда она спустила ноги с кровати и встала, чтобы на столе поискать что-нибудь острое. Прямо перед собой она увидела ножницы и чуть не вскрикнула от радости. Еще какое-то время она во­зилась с веревкой в руках. И вот, наконец, Эйприл полностью освободилась.

  Она выглянула из своей каюты. Недалеко она увидела связанных черепашек. Раздумывать было некогда, а потому она сразу же поспешила к ним на помощь.

  Перерезав все веревки, которыми был связан Донателло, она бросилась к Рафаэлю, потом к Лео­нардо, последним выпутался Микеланджело.

-   Где они? - спрашивали черепашки Эйприл.

-   Я сама не знаю, но что-то на корабле их не видно.

-   Надо спешно обследовать корабль, - предложил Микеланджело. - Думаю, что капитан, Мэй­сен Стирлинг и эти пираты сейчас где-нибудь реша­ют нашу дальнейшую судьбу.

-   Не будем терять даром времени! - крикнул Леонардо и побежал по палубе к каюте управления кораблем.

  Остальные бросились кто куда. Рафаэль случай­но глянул за борт, где стоял пиратский корабль, и сразу же отпрянул от него, заметив, что капитан и Мэйсен Стирлинг находятся на пиратском корабле.


Глава 9. Побег

  До каюты управления «Хищником» Рафаэль до­бежал буквально за секунду, хотя и был черепаш­кой, а значит, не слишком торопливым. Там уже был Леонардо, который пытался взломать дверь.

-   Они там, на пиратском корабле! - бросил Рафаэль.

-   Я так и думал, а потому правильно сделал, что сразу же помчался сюда, - заметил Леонардо. ­Черт! Замок так прост, что взлому не поддается... Ладно, попробую еще разок.

  Леонардо из куска толстой проволоки сделал что­-то вроде отмычки и крутил в замочной скважине, пытаясь зацепиться за металлический выступ внут­ри замка.

-   Ну, давай же, открывайся! - нервничал Рафаэль.

-   Кажется... получилось, - осторожно, чтобы не сглазить, произнес Леонардо и толкнул плечом дверь.

  Она поддалась. Черепашки вскочили в каюту, радуясь тому, что полдела сделано. Но, увидев пульт управления, их лица вытянулись от удивления.

-   Вот так конструкция! - воскликнул Леонардо. ­- Я уже был в этой каюте, но рассмотреть его мне так и не удалось... Что ж, будем действовать на ощупь.

  Леонардо нажал на одну из клавиш, которая была ближе всего к нему. Мгновенно загорелось несколь­ко лампочек.

-   Что бы это могло значить? - спросил Рафаэль.

-   Пока не знаю, но все чертовски интересно. Знаешь, это очень похоже на разгадывание кроссворда... Нужно только найти ключ к разгадке, по­нимаешь, принцип действия, и тогда можно будет научиться им управлять.

  Леонардо нажал на следующую клавишу, затем еще на одну. Корабль после сильного рывка понесся вперед на бешеной скорости.

-   Нажми на другую клавишу! - закричал Ра­фаэль. - Сбавь скорость, а то в ушах звенит!

  Сделав еще несколько манипуляций, Леонардо горделиво заметил:

-   Я понял, как им управлять.

-   Похоже на то, - согласился Рафаэль, заметив, что корабль плывет хотя и на большой скорос­ти, но без рывков.

-   Может, еще медленнее хочешь? - поинтере­совался Леонардо у друга.

-   Нет, пожалуй, это оптимальный вариант.

  Вскоре к ним в каюту ворвались Эйприл, Дона­телло, Микеланджело и Стефен Уэбер, которого черепашки освободили, как только нашли связан­ным в каюте.

-   Вот так чудеса! - ликовала Эйприл. - Гла­зам своим не верю: мы убежали!

  Вдруг Леонардо весь насторожился.

-   А погоня?! Об этом мы не подумали...

-   Об этом не волнуйся, - сказал Мике­ланджело.

  Леонардо вопросительно посмотрел на него.

-   Пока вы здесь возились с замком, потом в каюте, - начала Эйприл, - Микеланджело прыгнул в воду...

-   Прыгнул в воду?! - удивился Рафаэль. - С такой высоты?!

-   Да, представь себе, - подтвердил Донателло, - ­я сам это наблюдал.

-   И, поскольку пиратский корабль сделан из дерева, а не как этот, из металла, он пробил ломом днище, так что скоро он потонет.

-   А как же ты, Микеланджело, выбрался из того ада? - недоумевал Леонардо. - Ведь у тебя прак­тически для всего этого не было времени?

-   Тем лучше, что не было! - отозвался Мике­ланджело. - Ведь когда знаешь, что времени в обрез, не будешь тратить его по пустякам, а все делать приходится быстро... Я знал, что в любую минуту корабль может дернуться с места. Поэтому, сделав ломом несколько ударов, я сразу же всплыл на поверхность и уцепился за веревочную лестницу. Правда, я не успел подняться и на метр от воды, как корабль, точно бешеный пес, помчался по воде.

-   Но ведь ты мог и не успеть? - спросил Рафаэль.

-   Мог, но ведь вы не оставили бы меня одного там, с пиратами, на тонущем судне?! А?

-   Конечно, вот только Леонардо научился бы немного укрощать этого «Хищника», и мы бы сразу же вернулись.

  Черепашки долго радовались, ведь из такой ситу­ации они вышли победителями.

  Но нисколько не радовалась Мэри Дэнтон, ко­торая от горя готова была рвать волосы у себя на голове.

  Лишь только она оказалась на пиратском кораб­ле, какое-то внутреннее чувство подсказало ей, что впереди ее ждет большая неприятность. Все время, пока шло обсуждение, как поступить с черепашка­ми, ее сердце рвалось из груди, так оно было встре­вожено. Она то и дело напоминала Мэйсену Стир­лингу:

-   Пора!

  Но он точно не слышал, предлагая устроить че­репашкам немыслимые пытки, чтобы они запомни­ли их на всю жизнь, а затем отпустить на все четыре стороны.

  Мэри Дэнтон открыла рот от удивления, когда увидела, как рванул с места ее «Хищник». Еще боль­ше ее удивило то, что на веревочной лестнице бол­тался черепашка.

-   Смотрите! - завопила она. - Это же чере­пашка! Они на свободе!

-   Не может быть?! - удивленно произнес Мэй­сен Стирлинг, глядя на удаляющийся корабль. ­- Ты, Мэри, ошиблась... Такого не может быть... Это кто-то из твоей команды...

  Капитан «Хищника» бросилась на Мэйсена Стир­линга и стала кулаками бить ему в грудь.

-   Подлец! Это все из-за тебя! Убейте его! Я не пожалею денег, чтобы вы навсегда избавили меня от него! - вдруг обратилась она к Брэндону.

-   Не слушайте ее! - умолял Мэйсен Стирлинг. - ­Она не в себе!

  Услышав, что женщина обещала хорошо запла­тить, Брэндон почесал затылок, точно размышлял, сколько он может получить за такое пустяковое дело, ведь убить Мэйсена Стирлинга было также просто, как хлопнуть в ладоши.

  Все еще оплакивая свой корабль, Мэри Дэнтон находилась в ярости. Во всех своих жизненных не­удачах она обвиняла своего сообщника:

-   Ты разбил мою жизнь! Заставил продать все, что я только имела, а теперь лишил меня моего корабля!

-   Но я не виновен в том, что корабль захватили, ­- оправдывался Мэйсен Стирлинг. - Это ты напрас­но так заявляешь!

  К Брэндону подбежал один из пиратов и что-то шепнул ему на ухо. Тот сразу же заволновался.

-   Хватит этого цирка! Я устал... Наш корабль идет ко дну, так что: спасайся, кто может!

  Мэри Дэнтон от такой новости чуть не лишилась рассудка.

-   Вы неудачно пошутили, - спокойным голосом заметил Мэйсен Стирлинг, точно боясь, что его могут услышать.

-   Я не учу! - грубо крикнул Брэндон. - Теперь каждый сам за себя!

  На море была спущена шлюпка, в которой умес­тились Брэндон и его ближайший помощник. Всем остальным было приказано спасаться на чем угодно.

-   Это же безумие! - воскликнула Мэри Дэнтон. ­- Мы же в открытом море! Разве можно спастись?!

  Она была полностью подавлена. А Мэйсен Стирлинг метался по тонущему кораблю, слабо сообра­жая, за что бы уцепиться, чтобы не утонуть.

  Кто-то из пиратов бросил на воду сундук, вывер­нув оттуда все драгоценности. Другой тут же ки­нулся их подбирать, заталкивая в разные карманы.

  Люди в панике бегали по палубе, пытаясь найти спасение. А тем временем корабль погружался в воду все глубже и глубже.

  Мэри Дэнтон наблюдала за происходящим , еще не осознавая, что все это происходит с ней, а не в кино, что смерть близка и встреча с ней произойдет очень скоро, если она не позаботится о своей без­опасности.

  Большой попугай по кличке «Боец» пристроился рядом с ней и торопливо начал свои причитания:

-   Пр-р-ро-пал, пр-р-ро-пал, с-совсем пр-р-ро-пал!

-   Мы вместе пропали, - вздохнула Мэри Дэнтон и обреченно посмотрела на своего собеседника.

  Но странное превращение произошло в ней: уви­дев большую беспомощную птицу, которая обрекла себя на смерть, она вдруг захотела во что бы то ни стало спасти ее.

-   Нет, не говори так, мы не пропадем! - прого­ворила решительно она ему, после чего бросилась на поиски какого-нибудь предмета, который бы удер­жался на воде, и на котором бы уместилась она с попугаем.

  На глаза ей попалась широкая доска, очевидно, служившая на пиратском корабле крышкой стола.

  Когда Мэйсен Стирлинг приблизился к ней, она уже спустила доску на воду, так как вода уже была немного ниже конца борта.

-   Я с тобой! - бросил он.

-   Нет! - резко ответила женщина ему.

-   Мэри! Ты не оставишь меня здесь!

-   Полезай! Черт с тобой! Ты поплывешь с нами, - сказала Мэри Дэнтон, усаживая на доску попугая.

  Возмущению Мэйсена Стирлинга не было предела:

-   Зачем он тебе?! Нам самим здесь мало места!

-   А тебя сюда никто не звал. Он поплывет со мной, а ты как хочешь!

  Корабль полностью погрузился под воду, когда Мэри Дэнтон, попугай по кличке «Боец» и Мэйсен Стирлинг отплыли на небольшое расстояние, боясь, чтобы их не затянуло в воронку, образовавшуюся после затонувшего судна.

  Впереди их ожидали тысячи миль пути. Они даже не знали, в какую сторону им плыть, ведь у них с собой не было ни компаса, ни карты. А главное, что угрозой нависло над их жизнями, было то, что они не имели питьевой воды и пищи.

  Глядя теперь на Мэри Дэнтон можно было с уве­ренностью сказать, что свое путешествие она закон­чит успешно, столько в ней было решительности. Она снова почувствовала себя капитаном корабля, и ей безумно захотелось вернуть своего «Хищника».

Глава 10. Ошибка

  Плавание черепашек продолжалось. Им пришлось все объяснить команде корабля, которая сначала была враждебно настроена по отношению к ним, считая их захватчиками. Матросы требовали, чтобы те выдали им их капитана, так как подчинялись они только ей, потому что их жалование зависело от нее, а также дальнейшая служба.

  Стефен Уэбер рассказал о заговоре, который про­изошел на корабле и о его участниках: Мэри Дэн­тон и Мэйсене Стирлинге.

  Но сколько людей, столько и мнений. Поэтому кто-то поверил, кто-то посчитал лучшим для себя не вмешиваться во все это, а кто-то добивался правды, кидаясь на черепашек с кулаками. Правда, ничего из этого на вышло. А черепашкам пришлось успоко­ить наиболее агрессивных из числа команды.

  На какое-то время управление кораблем взял на себя Леонардо, постепенно вникая во все тонкости этого дела.

  Было решено: добраться до Турции, а там чере­пашки-ниндзя, Эйприл и Стефен Уэбер покинут корабль, так что его дальнейшей судьбой будут распоряжаться члены команды.

  Ранним утром Рафаэль вышел из своей каюты и глянул вдаль. Из-за утренней туманной дымки показались контуры необычайного по своей красоте города. «Интересно, как называется этот волшебный уголок?» - подумал Рафаэль.

  На фоне светлеющего неба возникли величествен­ные очертания куполов и минаретов.

-   Как называется этот город? - спросил Рафа­эль у проходящего мимо него матроса.

  Тот остановился.

-   Это? Это - город Стамбул. Здесь вы покине­те судно, как было условлено...

-   Прекрасно! - воскликнул Рафаэль. - Ско­рей бы уже! Я так долго ждал этого дня!

  На палубе показался Стефен Уэбер. Заметив че­репашку, он направился к нему.

-   Правда, впечатляет!? - с восхищением про­изнес он, показывая рукой панораму города.

-   Да, очень красиво!

-   Люблю Константинополь. Этот город является столицей Турции. Это единственный город на всей земле, одна часть которого находится в Европе, а другая - в Азии. Древние греки впервые выстроили его, назвав Византией. За­тем этот город стал центром Восточно-Римской империи. Именно в те времена этот город по­лучил другое название - Константинополь. Вам интересно? - обратился Стефен Уэбер к Ра­фаэлю.

-   Конечно!

-   Я не хочу казаться надоедливым...

-   Да что вы! Расскажите еще что-нибудь, а то потом у нас на это не будет времени, - попросил черепашка.

  Глаза ученого заблестели.

-   Некоторые местные жители по-прежнему называют свой город Константинополем, хотя у него есть другое название - Стамбул. Вы можете покопаться здесь в роскошной библиотеке, - пред­ложил Стефен Уэбер.

-   Я? - переспросил Рафаэль. - Спасибо, как-нибудь в другой раз...  Вообще-то... книгами и вся­кого рода словесными выдумками у нас Микелан­джело увлекается...

-   Как можно не любить книги!

-   Да нет же, я их люблю, вот... только... времени не всегда на них хватает, - пожал плечами Рафаэль.

  Стефен Уэбер посмотрел на часы:

-   О, да уже семь часов! Пора будить остальных. Ведь еще нужно уложить вещи, пока корабль не причалил. А это, как видно, будет уже скоро.

  Через десять минут на палубе уже собрались черепашки-ниндзя, Эйприл и ученый. Рядом с ними стояли, их сумки с вещами, собранными на скорую руку.

  На берегу несколько мужчин в длинных черных одеяниях ждали, когда причалит «Хищник». Уви­дев корабль, они замахали руками, чтобы пассажи­ры обратили на них внимание.

  Эйприл заметила их первой:

-   Смотрите! Похоже, нам кто-то машет!

  Она в недоумении обвела взглядом черепашек.

-   А, может, они машут вовсе не нам? - предположил Донателло.

  Тогда Эйприл и черепашки вместе посмотрели в ту сторону.

-   Нет, они определенно рады нашему приезду, ­- заявил Микеланджело.

-   Нашему? - переспросил его Рафаэль. - Ты в этом уверен?

-   Боюсь, что не уверен, - задумчиво произнес Микеланджело.

  Черепашки замолчали.

-   А я знаю, кого они дожидаются, - уверенно промолвил Леонардо.

-   Откуда тебе знать? - саркастично бросил Донателло. - Уж не ворона ли на хвосте принесла         тебе эту новость?

-   Нет, не ворона. Догадался... Ведь на этом ко­рабле должен был приехать другой ученый - Мэй­сен Стирлинг. Нас заговорщики пытались убрать с корабля... Очевидно... им нужна была Эйприл...

  Эйприл вдруг оживилась.

-   Да, я сама слышала, как сказала Мэри Дэнтон тому мерзкому пирату, что она мне нужна, чтобы со мной обращались поаккуратней.

-   Из этого следует, что они ждут Мэйсена Стир­линга и Эйприл. Мы в их планы не входим, - за­ключил Леонардо.

-   Подумаешь, не входим! - вспылил Рафаэль. ­- Если не входим только потому, что они так хотят, то все можно переиграть.

-   Что ты имеешь в виду? - поинтересовался Донателло.

-   Стефен Уэбер скажет тем людям, что это его личная охрана. В конце концов на это он имеет полное право.

-   Только на время Стефен Уэбер должен забыть свое настоящее имя и одолжить его у Мэйсена Стир­линга, - сделала небольшое, но очень существенное замечание Эйприл.

  И вот, наступил момент, когда корабль причалил к берегу и бросил якорь.

  Черепашки сошли с корабля на турецкую землю. За ними спустились Стефен Уэбер и Эйприл.

  К ученому обратился с вопросом один из мужчин, который стоял на берегу:

-   Мэйсен Стирлинг?

-   Да, это я, - кивнул тот утвердительно.

-   Пройдемте с нами. Мы рады, что вы привезли то, что нам так необходимо, - после этих слов муж­чина с улыбкой посмотрел на Эйприл.

-   Скажем иначе, - заметил ученый, - она приехала сама.

  Рафаэль и Леонардо шептались.

-   Они Эйприл имели в виду, - сказал Рафаэль.

-   Ученый молодец, нашел что сказать. Теперь сомнений быть не может, им нужна Эйприл.

  Мужчины в черном подошли к Эйприл и взяли сумки у нее из рук.

-   Вы сейчас поедете в гостиницу, отдохнете там, а после за вами заедут, - сказал все тот же мужчина.

  Когда его взгляд упал на черепашек, он обратился к ученому:

-   Кто они?

-   Это моя охрана. Понимаете, мне она необходима... Такое время.

  Мужчина пристально осмотрел с ног до головы каждого черепашку, а затем сказал:

-   Если охрана, тогда другое дело. Хотя вы на этот счет могли не волноваться. Наши люди позабо­тились бы о вашей безопасности.

  Через полчаса их всех доставили в отель, кото­рый находился на берегу моря. Гостиница была офор­млена в превосходном стиле. Эйприл с любопытст­вом разглядывала все, что в ней находилось, поэтому порой черепашкам приходилось брать ее за руку и уводить подальше.

  В их распоряжение было предоставлено три но­мера: один занимала Эйприл, еще один - Стефен Уэбер, третий был отдан черепашкам.

  Едва черепашки успели умыться с дороги, как к ним постучали, и через секунду в дверях появилась голова ученого.

-   Прогуляться по городу не желаете?

  Черепашки переглянулись. Конечно, им не тер­пелось увидеть все красоты города своими глазами и как можно быстрее, но что такая возможность по­явится настолько быстро, они не ожидали.

-   Да-а, мы сейчас, - ответил за всех Дона­телло.

  Когда ученый закрыл за собой дверь, Микелан­джело на минуточку развалился на постели, а она здесь была широкой с мягкой периной.

-   Вот это да! Как здорово здесь можно рассла­биться! - нежась, заметил он.

-   Наконец-то начнется настоящее приключение! - воскликнул Донателло. - Вы видели, какие лица были у тех мужчин. Бр-р, жуть!

-   А чем тебе не понравились их лица? - поинтересовался Рафаэль, глядя на себя в зеркало.

-   Да они же были мертвецки бледными, с синюшным оттенком, без каких-либо признаков жизни!

-   Так, как ты их описал, можно подумать, что это покойники-призраки, - ухмыльнулся Микелан­джело. - А холодом, как от холодильника, от них не тянуло?

-   Ты напрасно шутишь, Микеланджело, - вступился Леонардо. - Мне тоже показалось, что эти люди давно не были на солнце.

-   Нужно вести себя осмотрительно с ними в следующий раз. И еще... - Донателло сделал паузу. ­Прошу вас: думайте над каждым своим шагом и остерегайтесь опасностей. А теперь - пора! Стефен Уэбер заждался.

  Поток людей струился по улицам, изгибавшимся в этом евроазиатском городе. Ученый шел впереди всех, радуясь новой встрече с городом, в котором был неоднократно. За ним спешили черепашки. Что же касается Эйприл, то она пожелала остаться в гостинице.

-   А мы не заблудимся? - пошутил Микеланджело, задавая вопрос Стефену Уэберу.

-   Что вы! - через плечо бросил тот.

  Возле храма Софии ученый остановился.

-   Это самое известное и величественное сооружение, - начал он. В его голосе слышался неподдельный трепет. - Нравится?

-   Да! - воскликнул Рафаэль, остальные молча кивнули.

  Черепашки дружно уставились на этот храм, во­круг куполов которого в ясном голубом небе порха­ло великое множество птиц.

-   Когда-то, - продолжал Стефен Уэбер, - это была христианская церковь. Когда городом завла­дели турки, а случилось это в пятнадцатом веке, они решили не разрушать строение, а использовать его во благо собственной религии. Поэтому они пре­вратили его в мечеть - исламский храм. - Стефен Уэбер рукой указал на другое здание, которое стоя­ло по ту сторону громадной площади. - Это Голубая мечеть. Турки выстроили ее, намереваясь превзойти размахом сам храм Софии.

-   Как же, однако, в этом городе много мечетей, - заметил Леонардо.

-   В городе полно правоверных - исламистов, - объяснил ученый. - Поэтому во всех уголках города много прекрасных по своей архитектуре мечетей. Мы можем посмотреть их все, - предложил Стефен Уэбер.

-   Не-ет, - протянул Микеланджело, - а что­-нибудь другое, кроме мечетей, мы можем посмотреть?

  Черепашки вопросительно посмотрели на своего друга. Буквально в этот момент воздух разрезал завывающий мужской голос. Людской поток стал медленно вливаться в здание храма.

-   Это что? - спросили черепашки в один голос.

-   Приглашение к молитве. Мусульмане молятся пять раз в день.

  Несколько мусульман прошли совсем рядом с черепашками и бросили на них подозрительные взгляды.

-   По-моему, они чем-то недовольны? - заметил Донателло.

-   Спокойно, - произнес Леонардо. - Мы для них чужаки, вот они и смотрят на нас, как на ино­верцев.

-   Местные жители уже привыкли к иностран­цам, - сказал Стефен Уэбер, - ведь туристы приезжают в эту страну со всех концов света вот уже несколько тысячелетий, чтобы поторговать или про­сто поглазеть на город... А хотите, мы прямо сейчас отправимся на Великий базар, где продается все, что только существует в этом мире?

-   Что ж, можно и на базар, - с полным отсут­ствием энтузиазма в голосе произнес Леонардо.

  Ученому хотелось подольше побродить по горо­ду, он даже хотел отправить черепашек обратно, в отель, глядя на их кислые физиономии, но побоял­ся оставлять их одних, так как они могли заблу­диться, а уж тогда хлопот не оберешься!

  Стефен Уэбер остановил черепашек посреди мос­та, по которому они шли на обратном пути в гости­ницу. Этот мост был перекинут над Золотым Рогом ­заливом, который разделял город.

-   А может... - осторожно начал ученый.

-   Если вы об очередной местной достопримечательности, - перебил его Микеланджело, - то мо­жет, оставим до завтра?.. Сегодня ляжем пораньше спать, завтра пораньше встанем и тогда...

-   Ну хорошо, - улыбнулся Стефен Уэбер. - Оставим до завтра.

  Он сжалился над черепашками, заметив, какими уставшими они выглядят.

Глава 11. Неожиданная встреча

  День близился к вечеру.

  Пока черепашки-ниндзя со Стефеном Уэбером осматривали местные достопримечательности, Эйприл отдыхала в своем номере. Когда она почувство­вала, что голодна, ей захотелось пойти поужинать где-нибудь в маленькой закусочной. Тогда-то она вспомнила о черепашках. «A не пригласить ли их пойти со мной? Они, наверняка, уже давно умира­ют с голода?!» - подумала Эйприл, выходя из сво­его номера.

  Но черепашек в номере она не застала, чему была удивлена. Ей не удалось найти и ученого. Решив, что ее друзья проводят время вместе, она направи­лась к выходу из гостиницы.

  Не смотря на вечернее время, жизнь в городе не замирала.

  По обе стороны улочки, по которой шла Эйприл, находились маленькие кафе с яркими рекламными

щитами у входа, с иллюминацией, зазывающей зе­вак посетить их заведение.

  Эйприл выбрала одно из них, откуда до ее слуха долетала спокойная музыка, что как раз соответство­вало ее настроению.

  Она заказала порцию жареного картофеля и гам­бургер, а также стакан апельсинового сока. Еда показалась ей вкусной, а потому она ела с аппети­том. Музыка навевала какие-то лирические воспо­минания, от которых Эйприл становилось легко и свободно.

  Поужинав и поблагодарив официанта за обслуживание, девушка решила вернуться в гостиницу.

  Она уже была недалеко от нее, как кто-то оклик­нул ее:

-   Эйприл!

  Голос показался ей знакомым и она оглянулась. Прямо перед ней стояла Мэри Дэнтон, а чуть по­дальше от нее Мэйсен Стирлинг.

-   Ка-ак?! - удивилась Эйприл. - Разве вы не утонули?

-   Как видишь! - надменно произнесла женщина.

-   Но...

-   Моя команда спасла нас. Поэтому мы здесь... Более того, нам показали гостиницу, где вы остано­вились... Так что, не все так безнадежно... Корабль снова принадлежит мне - вот что значит набирать в команду надежных людей, - а деньги за тебя я получу во что бы то ни стало.

  От таких слов Эйприл стало холодно, мурашки побежали по телу, хотя на улице стояла жара. Ей стало страшно, как никогда, ведь рядом не было ее друзей, а звать сейчас черепашек-ниндзя было бессмысленно: не было гарантии, что они ее услышат.

-   Вы проиграли, - сказала Мэри Дэнтон. - Сейчас ты пойдешь с нами и будешь делать то, что мы тебе скажем.

-   Нет, с вами я не пойду, - заявила Эйприл. - Я начну звать на помощь.

-   Зови, только, боюсь, у тебя из этого ничего не выйдет, - иронично произнесла Мэри Дэнтон.

-   Вы мне угрожаете?

-   Если хочешь знать, то да... Так что лучше не делай никаких глупостей... Тебе же будет хуже...

  Эйприл хотела что-то сказать еще, но Мэйсен Стирлинг, подойдя к ней сзади, ударил ее кулаком по голове.

-   Вот как с ней надо! - бросил он с укором. ­- Ты так же с черепашками нянчилась и что из этого вышло?! То-то же!

  Эйприл уже была без сознания, когда Мэри Дэн­тон и Мэйсен Стирлинг подхватив ее под руки, потащили к гостинице. Всю дорогу женщина искус­ственно причитала:

-   Ай-яй-яй! Подумать только! Девушке плохо стало! Обморок!

-   Ты только привлекаешь к себе внимание, - шептал ей Мэйсен Стирлинг. - Замолчи!

  Но она продолжала свою игру.

  В номере, в котором остановились Мэри Дэнтон и Мэйсен Стирлинг под видом супругов, Эйприл уложили на большой диван.

-   Сейчас я приготовлю травяной напиток, от которого некоторое время она будет спать, как уби­тая, - сказала женщина, роясь в своей сумке.

  Мэйсен Стирлинг сел на диван у ног Эйприл и смотрел, чтобы та не очнулась.

-   А ты, случайно, ее того... не убил? - спроси­ла с тревогой Мэри Дэнтон. - Уж больно смирно она лежит и звуков никаких не издает...

  Мужчина взял Эйприл за руку.

-   У нее руки холодные, - насторожился он, вскакивая с места. - Неужели! .. - Он приложил ухо к груди девушки и, услышав биение ее сердца, облегченно выдохнул. - Фу, а то я уже напугался, что перестарался... Дыши ...

-   Тогда пришлось бы новую жертву искать, - ­заметила Мэри Дэнтон.

-   А где ее найдешь?! Да и времени нет! За эту нам больших денег дадут, - он кивнул в сторону Эйприл.

-   Мгу, - отозвалась женщина.

  Затем девушку напоили травяным напитком: ей насильно открывали рот и вливали туда жидкость, которую Эйприл не успевала глотать.

-   Теперь она от нас никуда не денется! - радо­валась Мэри Дэнтон. - Я тебе не сказала, но эта травка обладает еще одним интересным действием, - ­загадочно произнесла она, глядя на Мэйсена Стирлинга.

-   Каким это? - нахмурился он.

-   Она парализует волю и человек становится покорным и может выполнять твои любые пожелания.

-   Врешь!

-   А ты попробуй! Ну, на-ка, выпей!

  Держа перед собой в вытянутой руке стакан с травяным напитком, Мэри Дэнтон пошла в на­ступление на Мэйсена Стирлинга. Она поднесла стакан до его губ, но он уклонился, закрыв рукой свой рот.

-   А, признайся, ты же струсил? - спросила она с язвительной улыбкой.

-   Еще чего!

-   Ладно! Я пошутила... Пойду, гляну, как там наш попугай поживает... Соскучился, видно, - и Мэри Дэнтон вышла в соседнюю смежную с этой комнату.

  Именно в этот момент черепашки-ниндзя верну­лись в отель. Им хотелось есть и потому Микелан­джело сразу же заказал по телефону четыре пиццы, которые буквально через пять минут принесли к ним в номер.

  Стефен Уэбер поднялся к себе в номер. Ему почему-то сразу же захотелось услышать голос Эйприл, удостовериться, что у нее все в порядке, и он набрал номер ее телефона. Трубку долго не поднимали.

-   Странно, - сказал вслух ученый. - На улице уже стемнело... Неужели она осмелилась пойти одна по городу?

  Он не хотел думать о плохом, поэтому гнал прочь темные мысли, но они назойливо лезли к нему в голову, вытесняя все на своем пути. Вскоре Стефен Уэбер ни о чем другом, как только о том, что Эйприл в опасности, и думать не мог.

  Он настойчиво набирал номер телефона Эйприл, еще и еще раз, через каждые полминуты, в надежде, что она вот-вот возьмет трубку. Наконец, он не выдержал и выскочил из своего номера.

  Стефен Уэбер дергал за ручку двери номера, где остановилась Эйприл. Прислушивался к каждому шороху, но все было тихо. Потом он стучался в дверь. И опять мимо.

-   Так и есть: пропала! - в растерянности про­изнес он и изо всех сил побежал к черепашкам.

  Он прямо-таки вломился к ним в дверь, так что она распахнулась настежь, ударившись о стену.

  По его лицу, бледному и вытянувшемуся, чере­пашки сразу же догадались, что случилось что-то очень ужасное.

-   Вы что? - подлетел к нему Донателло. ­- Вам плохо?

  Стефен Уэбер молча рухнул в кресло, которое стояло тут же, у входной двери, но не произнес ни слова, точно от испуга потерял дар речи.

-   В чем дело? - легонько потряс его за плечо Леонардо. - Если вы прибежали к нам, значит вам нужна наша помощь?!

  Вдруг Рафаэля точно током ударило:

-   Что-то с Эйприл?

  Ученый поднял глаза, а затем кивнул головой:

-   С ней... Ее нет в номере... Мы не должны были оставлять ее здесь одну...

-   Что же мы здесь сидим тогда? Надо ее искать! - ­громко выкрикнул Микеланджело.

-   Но где? Куда идти? - в растерянности задавал один за другим вопросы Стефен Уэбер.

-   Кто-то из нас должен остаться здесь, - реши­тельно произнес Леонардо, - это будете вы, - он указал на ученого. - А мы, черепашки-ниндзя, от­правимся на поиски.

  Прежнюю усталость как рукой сняло, черепашки о ней и не вспоминали. Их друг был в опасности, а потому они готовы забыть о себе. Это придавало им новых сил и уверенности.

  Сначала они обратились к швейцару, который стоял у ресторанчика, напротив их отеля, не видел ли он девушки, причем, Донателло достаточно подробно описал ее приметы.

  Сославшись на плохую зрительную память, швей­цар извинился и попросил черепашек не отвлекать его, ведь он находился на службе.

  Затем они пробежались по улочке, заглядывая в окна маленьких кафе, но Эйприл там не было вид­но. На обратном пути они заходили в каждое из них и расспрашивали официантов, не заходила ли Эйприл, чтобы перекусить.

  Им повезло, потому что один из официантов по внешним приметам узнал ее.

-   Да, она была у нас, но это было несколько часов тому...

-   А вы, случайно, не заметили, в какую сторону она пошла, когда вышла из кафе? - поинтересо­вался Микеланджело.

-   Как же! Я даже проводил ее взглядом, ведь она так хороша собой!

-   Так куда она пошла, - торопил его с ответом Леонардо.

-   К отелю, - пожал плечами официант.

-   А вы ничего странного не заметили? - спро­сил в заключение Донателло.

  Тот только покачал головой. Черепашки снова оказались на улочке.

-   Та-ак, - задумчиво произнес Леонардо, - мы узнали не так уж и много: что съела на ужин Эйприл...

-   Хорошо, что хоть она не голодная, - заметил Рафаэль. - А вдруг она уже появилась и мы напрасно здесь ломаем себе головы?

-   Ты прав, - согласился с ним Микеланджело, ­- вон ближайший телефонный автомат, сейчас мы узнаем... - и Микеланджело набрал номер, через секунду в трубке он услышал взволнованный голос Стефена Уэбера. - Хорошо, мы сейчас будем на месте, ждите нас!

  Микеланджело ничего толком не смог объяснить черепашкам, которые атаковывали его расспросами.

-   Что тебе сказал Стефен Уэбер? - спросил Донателло.

-   Эйприл нашлась? - тревожился Рафаэль.

-   В чем дело? Почему мы должны бежать в отель, словно за нами кто-то гонится? - недоумевал Леонардо.

  Когда они ворвались в свой номер, Стефен Уэбер уже в который раз перечитывал текст, написанный на листе бумаги.

-   Вот, - подал он Микеланджело послание, - прочтите.

  Черепашки вслух стали читать:

-   «Нет смысла искать Эйприл. Она в безопасном месте, лучше убирайтесь отсюда, пока вами не занялись всерьез».

  После такого сообщения необходимо было каж­дому подумать, поэтому в комнате воцарилось пол­ное молчание. Первым его нарушил Микеланджело:

-   Что-то уж больно знаком мне этот стиль: гру­бый и дерзкий!

-   Не знаю, как стиль, - вмешался Стефен Уэбер, - но почерк мне знаком несомненно. Это рука Мэйсена Стирлинга.

-   Вот так новость! - воскликнул Донателло. ­- Но ведь мы были просто уверены, что пиратский корабль отправился на дно морское.

-   Он-то, может, и отправился, - начал Мике­ланджело, - я не думаю, что те отверстия, которые я оставил на днище пиратского корабля, они так быстро смогли залатать...  Здесь что-то другое...

-   Значит, Мэри Дэнтон и Мэйсен Стирлинг где-­то рядом, - подытожил Леонардо. - Но где?

-   В любом случае мы должны будем завтра пой­ти с теми людьми, которые нас сегодня встречали на берегу, - сказал Стефен Уэбер. - Только бы Мэйсен Стирлинг не опередил нас!..

-   Как же он может нас опередить, если он их даже не видел? - засомневался Донателло.

-   Очень просто: ведь он знает, что те люди при­дут за нами, а, следовательно, будет следить за каж­дым нашим шагом откуда-нибудь из-за угла, - объ­яснил Микеланджело. - Мы следили за ними на корабле, а они решили здесь отыграться.

  Стефен Уэбер мельком глянул на часы и при­свистнул:

-   О, фью, да уже далеко за полночь, а кто-то собирался лечь пораньше, чтобы встать пораньше?

-   Да уж, как видно, не получится, - с сожале­нием произнес Микеланджело.

  Черепашки, оставшись одни в номере, быстро разобрались до постелям и уснули, ведь следующий день обещал быть нелегким, поэтому нужно было как следует отдохнуть.

  Ученого мучила бессонница, как всегда бывало, когда он сильно перевозбудился. Он сел за стол, чтобы не крутиться зря в постели и разложил перед собой книги. Ему удалось отвлечься от всего, что с ним произошло вечером, он погрузился в мир, кото­рый предлагали ему книги.

  Лишь под утро глаза его стали медленно слипаться и он, положив голову на раскрытую книгу, уснул. Но спать ему долго не пришлось, так как спустя примерно час в дверь тихо постучали.

-   Кто? - подхватился ученый, а затем направился поскорее открывать дверь.

  На пороге стояли те же мужчины, только теперь они были одеты в белые длинные одежды.

-   Вы уже проснулись? - с удивлением спросил один из них, который стоял впереди остальных.

-   Я и не ложился, так... знаете... вздремнул немного...

-   Собирайтесь, мы ждем вас у гостиницы не более десяти минут.

  Стефен Уэбер торопливо умылся, чтобы хоть как-то прогнать сон, который как назло стал валить его с ног. Затем он сделал звонок черепашкам, еще раз окинул взглядом комнату и вышел.


Глава 12. Каменный город

  Их везли на машине больше часа. Когда машина остановилась, наконец, у каменной горы, Донател­ло тихо заметил:

-   Это что еще за пирамида? По-моему мы в Тур­ции, а не в Египте.

  Люди подвели Стефена Уэбера и черепашек к большому камню, который находился у подножья каменной горы и прикрывал вход вовнутрь. Как по волшебству, камень медленно стал отползать в сто­рону, а взору удивленных черепашек представилась пещера.

  Микеланджело глянул во внутрь ее.

-   Ничего не видно, темень кругом, - шепнул он на ухо стоящему рядом Рафаэлю.

  Люди указывали им дорогу, идя впереди. Только один из них остался у входа.

-   Как только они ориентируются в темноте? ­- недоумевал Леонардо, цепляясь за плечо впереди идущего Микеланджело.

  Черепашки шли один за одним, чтобы не поте­ряться, держась друг за друга. Наконец, показался просвет, а потому им стало как-то радостней. Но до этого просвета дойти они не смогли, так как в сле­дующую минуту они стали падать в темную шахту.

-   А-а-а!

  Оказавшись глубоко под землей они увидели ка­менный город, он был очень похож на тот, из кото­рого их недавно сюда привезли, но вместе с тем зна­чительно отличался.

  Все дело в том, что все здесь было наоборот: эта­жи зданий уходили вниз, а не вверх, да и люди ходили вверх ногами.

  У черепашек было такое ощущение, что они только что пролетели изнутри весь шар земной и выскочили из туннеля, оказавшись на другом конце его.

-   Что-то я стал себя неважно чувствовать, ­- пожаловался Леонардо. - Воздух здесь какой-то... отвратительный...

  Один из мужчин в длинных одеждах, подслушав его, заметил:

-   Это прекрасный воздух - воздух прошлого...

  «Оттого-то у них такие бледные лица», - по­думал Донателло.

-   Прошлого? - переспросил Микеланджело. - О каком прошлом вы говорите, если я сам видел только что человека с лазерным оружием в руках? А? Эти штучки изобрели очень современные люди. Что скажете?

-   Я ничего не должен вам говорить, - отрезал мужчина.

  Перед зданием, внешне похожим на собор, им дали знак, обождать.

-   Мрачное, однако, место, - хмуро заметил Рафаэль.

  У черепашек появилась возможность осмотреть все вокруг, чем они и занялись.

  Лишь теперь, пользуясь таким случаем, они заметили, что находятся в центре каменного города, во все стороны от которого отходили суетливые уз­кие улочки.

  Сам город был чистым и ухоженным.

  Вдруг перед черепашками и ученым распахнулась дверь. Их пригласили пройти внутрь.

  Они оказались в зале, венчавшемся массивной двустворчатой дверью, перед которой стояли два часовых. Охранники были одеты, как древние воины в кирасы с нагрудниками золотого цвета. Они дер­жали золотые щиты и длинные копья с золотыми наконечниками.

  Часовые распахнули перед ними монументальные двери.

  Комната, представшая перед их взором, была величественна и ослепляла неожиданно ярким све­том. В центре стоял большой золотой трон.

  С трона в следующую секунду прогремел оглу­шительный голос:

-   Ну вот, вы и прибыли. А почему я не вижу с вами девушки? Ведь вы обещали...

-   Она осталась в гостинице, - нашел, что сказать Стефен Уэбер.

-   Зачем? - последовал вопрос.

-   Чтобы помолиться...

-   Так-так, - задумался Король. - На сей раз я вам прощу вашу дерзость, ведь вы должны были мне показать жертву, Мэйсен Стирлинг.

  Два испытывающих глаза Короля буквально впи­лись в Стефена Уэбера.

  Король сделал слабый знак рукой и моментально в зале появился маленького роста человек с большим горбом и отвратительной внешностью. Он нес кривые щипцы.

-   Зачем это? - заволновался Микеланджело.

-   Приготовься, это предназначено для нас, - беззвучно, одними губами, пробормотал Рафаэль.

  Маленький человек покорно посмотрел на Коро­ля, а тот ему ответил:

-   Приступай!

  Черепашкам, а также ученому было сказано вы­тянуть вперед левую руку ладонью вниз. Малень­кий человек поднял свои острые щипцы.

-   Ну, кто первый? - с ядовитой улыбкой спросил он.

  Донателло вышел на шаг вперед. Когда ему щип­цами откусили с мизинца полногтя, тот лишь по­морщился, превозмогая боль. Кровь брызнула из раны, но он даже не попытался ее остановить.

  Король улыбнулся в знак одобрения, ему явно понравилось, как держался при этом испытании черепашка:

-   Кто следующий? - процедил маленький человек.

  Им оказался Микеланджело. Тот тоже достойно выдержал такую процедуру, но при этом подумал: «И чего ради я должен терпеть все это? Только потому, что какому-то придурку так стукнуло в голову?»

  Его мысли, похоже, стали известны Королю, по­тому что тот бросил на Микеланджело такой испепеляющий взгляд, что черепашка, не выдержав его, отвернулся.

  Рафаэль и Леонардо одновременно подставили свои руки под щипцы. А вот когда дело дошло до Стефена Уэбера, черепашки насторожились, потому что не были уверены в том, достаточно ли терпеливым окажется ученый.

  Маленький человек подошел к ученому, а тот закрыл глаза, чтобы не видеть, как ему будут удалять часть ногтя. Когда все было уже позади, а с пальца ручьем струилась кровь, Стефен Уэбер позволил себе расслабиться. Он с облегчением выдохнул.

  Король поспешил высказать свои наблюдения:

-   Я удовлетворен. Вы выдержали испытание, а потому я могу говорить теперь с вами, доверяя вам.

-   И только! - задохнулся от неожиданности Микеланджело. - Я уже было подумал, что над нами был совершен обряд посвящения в кого-нибудь.

  Но благо, что его слова не долетели до слуха Короля, иначе, он пожалел бы о том, что их сказал.

-   Вам, как я понимаю, хочется знать, для чего я хотел вас увидеть, - произнес Король с улыбкой, которая была одновременно жестокой и ликующей.

-   Надеемся, что сейчас мы обо всем узнаем, - ответил Стефен Уэбер, прижимая руку к животу, так что его белая рубашка очень скоро в этом месте заалела.

  Король издал царственный смешок. А затем один раз хлопнул в ладоши. Эхо от его хлопка отрази­лось от стен величественного помещения.

  В комнату на четвереньках вползли двое муж­чин. Добравшись таким образом до трона, они пали ниц.

  Король приказал им:

-   Встаньте!

  Они поднялись во весь рост. Это были на удив­ление худые люди, с острыми, выпирающими костьми. Их лица имели настолько заостренные черты, что можно было подумать, что они больны изнуряющей болезнью вот уже несколько тыся­челетий. Они, действительно, выглядели древними людьми, казалось, с них только что вытерли пыль столетий.

-   Кто это такие? От них остались только кожа да кости, - с чувством отвращения прошептал Рафа­эль. - По-моему, они уже устали жить...

-   Точно, - откликнулся Микеланджело, - их тела мечтают о покое, а не о этой праздной суете.

  Тем временем Король встал с трона:

-   Уверены ли вы, что дату вы указали мне правильную?

-   А как же иначе! - воскликнули эти худые люди. - Мы всю жизнь посвятили изучению священных книг и таблиц. Весь этот год мы неустанно следили за перемещением звезд через наш новый телескоп, который был подарен Вами, нашим Ко­ролем, в честь заслуг ваших перед Каменным го­родом...

-   Прекратите! - остановил их Король. - Хва­тит благодарственных и хвалебных речей! И не вре­мя сейчас выслушивать о ваших заслугах. Давайте по существу... Так точна ли дата, которую вы вы­брали?

-   Мы клянемся своими жизнями, - заверили без промедления эти худые люди.

-   Ха! Не нужны мне ваши жизни. Они все равно ничего не стоят! - надменно бросил им Король. ­Который час?

  Те переглянулись, точно не поняли, о чем спро­сил их повелитель.

-   Времени сколько? - с раздражением в голосе переспросил у них Король.

-   А!

  Один из их достал из кармана золотые часы и протянул их другому.

-   Очевидно, - шепотом предположил Микелан­джело, наблюдая эту сцену, - бедняга совсем ниче­го не видит.

  И он был прав, так как зрение человека, но­сившего золотые часы, было настолько слабым, что он с трудом мог различить все, что находилось в зале. Поэтому он постоянно следовал за своим спутником.

  Когда другой худой человек глянул на циферб­лат, Король издал недовольный стон;

-   М-м...

-   Если говорить точно, то до того как ударит полночь, остается шестнадцать часов и две минуты.

  Стефен Уэбер вопросительно глянул на Короля и тот сразу же пояснил:

-   Мой род дожидался этого великого момента в течение почти двух тысячелетий.

-   Ого! - присвистнул Леонардо.

-   Наступит полночь, - продолжал Король, - и мой победный голос прогремит над всей землей...

  В эту минуту стало в зале настолько тихо, что каждый мог слышать биение своего сердца. А Ко­роль, предвкушая тот сладостный миг, о котором только что говорил черепашкам и ученому, с упое­нием слушал свой голос.

-   Да он просто самовлюбленный болван! - едва шевеля губами, произнес Леонардо.

-   А ты что, это только теперь понял? - косясь на черепашку, заметил Микеланджело.

  Вдруг Рафаэль отважился спросил у Короля:

-   Какой это момент должен будет наступить че­рез десять часов?

-   Для того чтобы ответить на этот вопрос, я должен буду поведать вам кое-что из библейского Ветхого Завета, - с таинственным видом произнес Король.

-   Если вы имеете ввиду легенду о двух братьях, Каине и Авеле, - сказал, долго не мешкая, Рафа­эль, - то она нам известна с некоторых пор.

-   О, это похвально! - воскликнул Король. - Но известно ли вам, что произошло с Каином после убийства?

-   Нет, - честно ответил Рафаэль.

-   Мне известно, - вступил в разговор Стефен Уэбер.

-   Да? - не скрывая удивления, поинтересовал­ся Король. - И что именно вам известно?

-   Он был изгнан из родительского дома и вы­нужден пойти на восток от Эдема. В сторону земли Нод... Кое-что известно еще. Он был клеймен Господом за свое преступление особой печатью, которая получила название печать Каина... Вот, пожалуй, и все.

-   А что это была за печать? - сгорал от любо­пытства Король.

-   Не уверен, чтобы в Библии говорилось об этом, ­- признался Стефен Уэбер.

-   Верно, что этого в Библии нет, - согласился Король, - во всяком случае в той Библии, которая вам известна. Но существует другая Библия, кото­рая рассказывает иначе эту историю.

-   Кажется, вы имеете ввиду сборник древних легенд и суеверий, который называется Апокриф? - не удержался ученый. - В мире получили также распространение и различные версии этой книги. ­Но одна лишь ее версия достоверна, - сказал Ко­роль. Его голос был глух, точно слова его исходили из самой глубины души его. - В этой версии гово­рится о том, как властитель Тьмы дал Каину нож и одарил его заклятьем. С тем ножом Каин был в пол­ной безопасности и мог править надо всем, чем только хотел повелевать.

  Король значительно понизил голос.

-   Но для того, чтобы достигнуть всего этого, Каин должен был окропить нож кровью Авеля и назвать имя убийцы, то есть свое имя, всему миру. Только после этого вся власть клинка переходила к нему. И она должна переходить к каждому, кто бы ни владел этим ножом вслед за ним. И так до скон­чания времен.

  Когда Король закончил свое повествование, че­репашки усомнились, что она реальна.

-   Очень похоже на вымысел, - заметил Мике­ланджело, - для того, кто обладает хоть небольшим воображением, придумать такую историю не­сложно. Да к тому же здесь очевидно и то, что созда­тель ценного творения тешит себя мыслью о своей исключительности и возможности править миром... А, кстати, автор этой истории известен?

  Король покачал головой.

-   Каин стал правителем Нод, - дополнил он.

-   И никто не мог убить его, и ни один враг не мог покорить его владения... Одну сотню лет продолжа­лась земная жизнь Каина. Ровно столько же про­должалась сила клинка.

-   А что случилось потом? - поинтересовался Микеланджело.

-   Его империя пала, а его наследникам пришлось спасаться бегством, - ответил тот.

-   Но в таком случае, разговор о передаче свойств кинжала по наследству бессмысленен, - сказал Донателло.

-   Нет, в нем есть смысл, - возразил Король.

-   И какой же?

-   Это была не кончающаяся мудрость Властителя Тьмы. Он хотел знать, что дух убийства никогда не покинет землю. Что здесь всегда будут те, кто будет поклоняться его памяти и молиться о его воз­вращении.

-   Что убийцы, к сожалению, не перевелись на земле, это ни для кого не секрет, - с содроганием произнес Микеланджело, - Властитель Тьмы дол­жен быть доволен.

  Между тем, Король приготовился сказать что-то очень важное, голос его стал резче и жестче:

-   Властитель Тьмы объявил о том, что, когда звезды, планеты и луна сойдутся в той последова­тельности, в какой они были в момент убийства Аве­ля, магическая сила вернется в клинок. И будет она продолжаться столько времени, сколько ею наслаж­дался сам Каин. А это значит, одну сотню лет... Но для того, чтобы овладеть этой силой, необходимо проделать то же, что и Каин... Окропить кинжал невинной кровью.

  После этих слов Король достал из украшенных драгоценностями ножен нож.

-   Вот Каинов нож, - сказал он.

  Кинжал был выполнен из грубой стали и выгля­дел довольно древним. Черепашки, хотя и не при­ближались, но видели его хорошо.

-   А что касается печати Каина, то...

  Король не договорил фразу до конца. Он рас­пахнул царственный халат, чтобы выставить напо­каз обнаженную грудь, на которой сияло больших размеров родимое пятно.

-   Меченый... - задохнулся от удивления Микеланджело.

-   Ну, что скажете после всего увиденного и ус­лышанного? - спросил Король.

  Он засунул кинжал в ножны и запахнул халат.

-   Но... - попытался что-то ответить ему Стефен Уэбер.

-   Вы сомневаетесь в том, что не пройдет каких-то шестнадцати часов, как я стану повелителем мира? Я должен буду сказать вам, что мой предок повто­рил священный обряд крови, когда, однажды, две тысячи лет тому назад звезды сошлись так, как нуж­но было... Сила клинка принадлежала ему на протяжении ста лет.

-   Однако, - возразил Стефен Уэбер, - я никогда не слышал об этом повелителе.

-   В первые годы своего правления он покорил могущественную империю. После этого, зная, что силы клинка когда-то иссякнут, он затеял строитель­ство великого города. Миллионы рабов в течение шестидесяти лет были заняты на этом строительстве. В этот город он направил своих людей, когда не смог больше защищать свою империю. Это и есть тот город. Каменный город.

-   Этому городу... - запнулся Леонардо, - это­му городу две тысячи лет?

-   Именно так. Здесь были свои источники воды, - продолжал Король, - а также большое количество комнат, где хранилась пища. Ни один враг не мог захватить его, так как проходы этого города были хорошо охраняемы, и в случае такой необходимости их можно было заблокировать.

-   Но сейчас современное оружие способно раз­рушить все, что угодно, - заметил Рафаэль.

-   Нас не так просто отыскать. Здесь мы нахо­димся в безопасности. С каждым столетием нас ста­новилось все меньше и меньше, но нам удалось вы­жить.

-   Неужели за все это время вас так и не удалось никому обнаружить? - не унимался Рафаэль.

-   Были случаи, когда кто-нибудь случайно натыкался на нас, - пожав плечами, ответил Король, - мы их убивали... А вообще, мы никогда не старались заявлять о себе.

  Король был погружен в историю собственных предков.

  На какое-то время он задумался, но вскоре торжественным голосом произнес:

-   Звезды, солнце и луна вновь в нужном поряд­ке. Именно сегодня, когда наступит полночь, начнется новый век!

  То, как произнес Король последнее словосочета­ние «новый век» свидетельствовало лишь о том, что ему не терпелось поскорей расправиться с теми, кто был там, на земле, кто вынудил жителей его импе­рии многие столетия жить под землей.

-   Сейчас вы отправитесь в город, откуда вас сюда привезли. Будьте готовы, так как за вами снова за­едут, чтобы доставить вас сюда снова, но уже с жер­твой... Кстати, - Король сделал паузу, - я хочу сказать вам, Мэйсен Стирлинг, что я признателен вам за то, что вы для нас сделали.

  Король многозначительно посмотрел на Стефена Уэбера, а тот сразу же задал ему вопрос:

-   Надеюсь, я заслужил тем самым ваше распо­ложение?

-   Можете даже не сомневаться... Отдельно я благодарен вам за тех двух наемников, которых вы наняли в Америке, чтобы убить того малого, который хотел повредить нам.

  Рафаэль прикусил губу, когда услышал это.

-   Значит... - вырвалось у него.

-   Это был кто-то из ваших охранников? - поинтересовался Король, оглядывая черепашек.

-   Да, - только и смог выдавить из себя от не­ожиданности Стефен Уэбер.

-   Итак, не будем терять времени, - сказал Ко­роль. - Надеюсь, скоро увидимся снова.

  Уже в отеле черепашки не находили себе места от волнения.

-   Где же держат те мерзавцы Эйприл? - то и дело задавал один и тот же вопрос Донателло.

-   Только бы им не удалось проникнуть в Камен­ный город, - нервничал Рафаэль, - ведь тогда мы не сможем ей помочь.

  Волнение нарастало с каждой минутой, ведь нет ничего хуже безызвестности. Микеланджело метал­ся по комнате, стараясь что-либо придумать, чтобы как-то толкнуть расследование с мертвой точки. Когда он подошел к окну и выглянул на улицу, он увидел, как из отеля вышла Мэри Дэнтон и быс­трыми шагами стала удаляться прочь.

-   За ней! - только и успел крикнуть Микелан­джело, выбегая из гостиничного номера.


Глава 13. Пленник

-   Где? Где она? - пробежав по улице и не уви­дев Мэри Дэнтон, запаниковал Микеланджело.

  Черепашки все это время бежали за ним не очень-­то понимая, за кем они бегут, кого преследуют.

-   Да объясни же ты нам, в чем дело? - отды­шавшись, потребовал от Микеланджело Донателло.

-   Я увидел ее и упустил, - досадовал тот.

-   Кого ты видел? Эйприл?

-   Да какую Эйприл?! Мэри Дэнтон! - запсиховал Микеланджело.

-   Мэри Дэнтон!? - удивился Рафаэль. - Ты не ошибся, это была она?

-   Она, я ее хорошо рассмотрел, только вот куда пошла, так и не заметил... По-моему, она направи­лась в эту сторону, но здесь нигде ее нет...

  Микеланджело осматривал все вокруг, надеясь, что вот-вот заметит ее силуэт. Ему хотелось закричать громко-громко, чтобы его услышал весь город и эта ненавистная ему женщина, которая, возможно, укрылась в одном из ближайших зданий.

  Он бросал взгляды на окна домов, но никого в них не видел.

-   Пойдем, Микеланджело, - позвал его Рафа­эль. - Мы ее все равно не найдем.

  Когда черепашки стали подходить к отелю, впе­реди них, как раз недалеко от самого здания гости­ницы, турки затеяли потасовку: кто-то кого-то заце­пил рукой, толкнул в плечо, дальше больше и мгно­венно эта незначительная разборка перешла в са­мую настоящую драку. Ее участники вовлекали в нее случайных прохожих, которые оказались в этот момент на улице.

  Черепашкам вовсе не хотелось ввязываться в дра­ку, но это получилось само собой. Сначала к Лео­нардо подскочил один турок и ни с того ни с сего ударил его в грудь.

-   Ты чего? - бросил ему Леонардо, намерева­ясь нанести ответный удар.

  Но его обидчик долго не раздумывая отскочил в сторону и убежал подальше от этого места.

-   А ты чего, не мог ему как следует врезать? ­- недоумевал Микеланджело. - То же мне...

  Как только черепашки приблизились к отелю на несколько шагов, все, кто принимал участие в этой драке, сразу же набросились на них, не давая им опомниться. Причем, надо сказать, что теперь не было уже враждующих сторон среди турков, а были только две стороны: черепашки и турки.

-   Эй, вы ошиблись, - попробовал запротесто­вать Рафаэль, когда на него замахнулся смуглый мужчина крепкого телосложения.

-   Мы здесь ни при чем, - вторил ему Ми­келанджело.

  Но их никто не слушал. И черепашкам пришлось применить силу, чтобы защитить себя.

-   На, получай! - крикнул Донателло, нанося удар за ударом.

-   Не желаете повторить? - пошутил Микелан­джело, обращаясь к турку, которого только что сбро­сил на землю.

  К нему сзади подбежали еще двое и схватили под руки. Микеланджело сделал кувырок вперед, а за­тем столкнул лбами своих противников. Те медлен­но опустились на колени, схватившись руками за головы.

-   Ну что вы, - подтрунил над ними Микелан­джело, - не стоит передо мной падать на колени. Я вам не Король.

  Те подняли на него глаза то ли от услышанной фразы, которую случайно обронил черепашка, то ли в нерешительности. Потому, что при подъеме черепашка мог бы их снова ударить.

  Микеланджело рукой показал им, чтобы они вста­вали на ноги. Добавляя при этом:

-   Я полулежачих не бью.

  Поднявшись, турки снова рухнули. Только на этот раз спиной на землю, так как черепашка стал разма­хивать ногами так, что те не устояли.

-   Банзай!

  Удивительно, но драка, не смотря на то, что пере­вес был на стороне черепашек, затягивалась. Время летело так быстро, а черепашки не следили за ним, так как получили прекрасную возможность поразмяться.

-   Победа! - наконец зарадовались черепашки.

  Они обнимались друг с другом, шутя толкали один одного в плечо, подпрыгивая на месте, точно дети малые, радуясь. Казалось, что они выиграли очень важное сражение, которое было решающим в их путешествии. Но все главное ждало их еще впереди.

  Вдруг раздался пистолетный выстрел и Рафаэль вскрикнул:

-   А, черт!

  Микеланджело глянул туда, откуда стреляли. Очевидно, стреляли из-за угла. И он побежал пос­мотреть, кто это был. А черепашки кинулись к Ра­фаэлю.

-   Ну, что? Как? - нервничал Леонардо.

-   Ничего, все обойдется, - успокаивал их Рафаэль, держась за руку чуть ниже плеча.

-   Давай осмотрим рану, - засуетился Донателло.

  Рафаэль отнял руку.

-   Ну вот, я же говорил: пуля прошла насквозь, не зацепив кости. Значит, рана не опасная.

-   Все равно поднимемся в номер, ее нужно пере­вязать, - требовательно произнес Донателло.

  Черепашки заметили, что у гостиницы не было ни одного турка, они словно исчезли куда-то после выстрела.

-   Странно, очень странно, - сказал Леонардо, - ­их точно ветром сдуло.

  Из-за угла соседнего дома показался Микелан­джело, который вел за руку турка. Микеланджело помахал черепашкам рукой, указывая на своего пленника.

-   Что он хочет этим сказать? - недоумевал Донателло.

-   А то, что он кого-то поймал, - определил Леонардо.

-   Похоже, что он стрелял в меня, - определил Рафаэль.

  Он не ошибся, потому что, подведя пленника к черепашкам, Микеланджело заявил:

-   Это он стрелял в тебя. А вот и пистолет, из которого он намеревался убить тебя.

  И Микеланджело показал друзьям самый совре­менный пистолет, который только был изобретен на это время.

-   Покажи, покажи-ка, - взял пистолет в свою руку Леонардо, - вот это да! Да здесь и автомати­ческий поиск цели есть! Да я бы из такого пистолета выстрелил без промаха!

-   Значит, - заметил Донателло, глядя на пленника, - это не профессиональный убийца, раз промахнулся.

  Пленник молчал, потупив взгляд.

-   А ну-ка, давайте отведем его к себе в номер и там разберемся, - скомандовал Микеланджело.

  Усадив своего пленника на стул посреди комнаты и привязав ему руки к спинке стула, черепашки уже полчаса бились над ним, задавая ему разные вопро­сы и не получая от него никаких ответов.

-   Что делать? Так мы от него ничего не узнаем! ­- в растерянности говорил Донателло.

-   Да что мы с ним нянькаемся, - недоумевал Леонардо. - Дадим ему по голове как следует, быс­тро расколется!

  Стефен Уэбер, который тоже находился в ком­нате, а если точнее, то он ее и не покидал, неодобри­тельно покачал головой.

-   Нет, так с ним нельзя. Они фанатичны в своей вере и даже умрут, но не выдадут никого.

  Пленник прислушался к словам Стефена Уэбера и покосил глазами в его сторону.

-   Нам надо убедить его, - продолжал ученый, ­- что мы не хотим никакого насилия и прибыли сюда, чтобы предотвратить готовящееся зло...

  Пленник заинтересовался тем, что услышал.

-   Нельзя допустить, чтобы какой-то выскочка, который тысячелетиями вынашивал свой коварный план, стал править миром, - Стефен Уэбер сделал паузу. - Жаль, что времени у нас остается все мень­ше и меньше...

  Наконец, турок заговорил:

-   Ваши слова почему-то убедили меня. Я послан был, чтобы убить вас, но, видно, если бы мне уда­лось это сделать, я совершил бы большую ошибку.

  Черепашки вопросительно посмотрели на пленника.

-   Кто же тебя послал убить нас? - поинтересовался Микеланджело.

-   Те люди, которым я служу.

-   Но кто они?

-   Это не так важно, - отрезал турок.

-   А что, по-твоему, важно? - задал встречный вопрос Рафаэль.

-   Важно лишь то, чтобы никогда не наступила эта новая эра, которая принесет много бед всему человечеству.

-   Значит, и вы об этом знаете? - с некоторым удивлением спросил Леонардо. - Из какого источника?

  Пленник насторожился и, похоже, больше ниче­го не хотел им говорить.

-   Почему ты так резко замолчал? - наступал Микеланджело. - Мы не те, за кого себя выдаем, а значит, вы нас не за тех принимаете.

-   Мы знаем, что вы были в Каменном городе, - сухо сказал турок.

-   Да, были, мы этого не отрицаем, но мы были там совсем с другой целью, - оправдывался Рафаэль.

  Стефен Уэбер решил прекратить этот разговор, который только осложнял их положение.

-   Сможешь ли ты, - начал он, обращаясь к пленнику, - отвести нас к тем людям, которыми ты был послан? Мы хотим говорить с ними и, возможно, вынуждены будем просить их помощи, так как, боюсь, одним нам с Королем Каменного города не справиться.

  Казалось, турку понравилось предложение Сте­фена Уэбера и он кивнул головой.

-   Только устрой нам эту встречу как можно быстрее, - добавил ученый, - иначе...

  Черепашки развязали руки своему пленнику. Перед тем, как выйти, он оглянулся и сказал:

-   Думаю, через двадцать минут я зайду за вами.

-   Это нас вполне устроило бы, - с одобрением произнес Микеланджело.

  Эйприл по-прежнему находилось в бессознатель­ном состоянии.

  Лишь только она открывала глаза, как Мэри Дэн­тон снова насильно вливала ей в рот сонное зелье, которое постепенно парализовало ее волю.

  Теперь она выглядела беспомощной и жалкой. Лежа на диване, она постоянно ежилась точно ей было холодно, а, возможно, еще оттого, что ее му­чили ужасные видения.

  Такое зрелище вполне устраивало Мэри Дэнтон и особенно Мэйсена Стирлинга. Он время от времени бросал на Эйприл любопытные взгляды, удивляясь, как быстро под действием травяного напитка из смелой и решительной девушки она превращалась в сговорчивую и послушную куклу.

  Когда девушка в очередной раз открыла глаза, они были туманны и безразличны ко всему. Саму ее даже не интересовало, где она находится, кто с ней рядом и что она здесь делает. Когда к Эйприл при­близился Мэйсен Стирлинг, она улыбнулась, слов­но увидела в нем лучшего друга. А напиток, кото­рый предложила выпить Мэри Дэнтон, она выпила с большим удовольствием.

-   Ну вот, - радостно произнес Мэйсен Стир­линг, - получилось то, что надо... Я даже не ожидал. Твой напиток, Мэри, обладает удивительным свойством!

-   Может, хочешь попробовать его? - снова по­шутила женщина.

-   Оставь эти шутки! Лучше подумай, как нам найти этот Каменный город.

-   Я была сегодня в городе и очень осторожно расспрашивала о нем местных жителей, - сказала Мэри Дэнтон.

-   И что, как результаты?

-   Никак: никто о таком городе ничего не слышал... На меня смотрели точно на сумасшедшую, будто бы я выдумала этот Каменный город, - оби­женно произнесла женщина.

-   Ну, разве ты сумасшедшая, - попытался успокоить ее Мэйсен Стирлинг, - не думай об этих людях, они скоро понесут наказание, лучше пожалей их...

  Мэйсен Стирлинг на минуту задумался. Он не знал, как им доставить Эйприл в Каменный город, ведь посланцы Короля встретили не их, а черепашек.

-   Да, жаль, что мы не заметили, каким образом черепашки и этот Стефен Уэбер проникли туда, ­досадовал он, - но без Эйприл ничего не состоится ... Мэри, ты должна была следить за черепашка­ми, - накинулся он на женщину, - а сегодня утром ты упустила их.

-   Я должна была? - негодующе спросила она, указывая на себя пальцем. - Не-ет! Это слишком! В мои обязанности входило лишь то, чтобы смот­реть за Эйприл, но ты возле нее проводишь времени гораздо больше, чем я. Зачем, ответь мне? Эта де­вушка тебе нравится или у тебя к ней какой-то осо­бый интерес, о котором я не догадываюсь?

  Мэйсен Стирлинг подскочил с дивана, на кото­ром он просто засиживался, наблюдая за Эйприл.

-   Не суй свой нос туда, куда тебя не просят! - ­сгрубил он.

-   Может, ты теперь пойдешь и узнаешь дорогу в Каменный город? - заметив, что Мэйсен Стир­линг поспешил ко входной двери, поинтересовалась Мэри Дэнтон.

  Тот не ответил ей, только послал в ее сторону недовольный взгляд. Затем он открыл дверь и сразу же вышел, громко хлопнув дверью.

-   Дурак! - бросила вслед ему Мэри Дэнтон.

Глава 14. Примирение

  Забыв о предосторожности, по гостиничному коридору быстро шел Мэйсен Стирлинг. Мэри Дэнтон подкинула ему отличную идею - пой­ти поискать дорогу, которая привела бы их к Каменному городу. «Но как ты ее найдешь, - думал он, - когда не знаешь, в какую сторону надо идти?»

  Только он стал спускаться по ступенькам в фойе, как вынужден был спрятаться за угол, так как впереди себя увидел черепашек и Стефена Уэбера, которые выходили из отеля. Мэйсен Стирлинг успел заме­тить, что с ними был еще один человек, турок, а потому он решил отправиться за ними, чтобы разуз­нать, куда они направляются.

  Черепашки и ученый сели в машину и медленно поехали по узкой улочке. Мэйсен Стирлинг попы­тался поймать такси. Через минуту он уже сидел в машине.

-   Следуйте за машиной желтого цвета, ко­торая находится в трехстах метрах от нас. Видите?

  Водитель кивнул. Машина стала набирать ско­рость и, наконец, обогнав несколько машин, стала в хвост той, что везла черепашек и ученого. Теперь они ехали на равной скорости.

-   Я не хочу, чтобы они заметили, что я следую за ними, - предупредил Мэйсен Стирлинг.

-   Понятно. Но, похоже, мы уже приехали? Она остановились, как быть?

-   Не подъезжай туда. Останови здесь.

  Машина остановилась.

  Турок открыл дверь калитки перед небольшим особняком, который располагался на берегу моря.

-   Нам сюда. Прошу, - пригласил он.

  Черепашки и Стефен Уэбер пошли за проводни­ком. Их встретил еще один турок и молча провел в большую комнату. Здесь их оставили одних на не­сколько минут.

  Комната была очень просторной и светлой, почти без мебели, за исключением стола и нескольких стульев у окна, а окна занимали всю стену и были завешаны лишь легким тюлем.

-   Как в операционной, - заметил Микеландже­ло, - стол есть, не хватает только хирурга и инструментов.

-   Не надо про инструменты, - попросил Сте­фен Уэбер, вспоминая недавнюю процедуру, которой их всех подвергли в Каменном городе.

  В комнату вошел приятной наружности мужчина и поздоровался с ними.

-   А вот и хирург, - прошептал Микеланджело.

-   Вы хотели встретиться со мной? - спросил мужчина.

-   Да, - подтвердил Стефен Уэбер.

-   Хорошо, прошу к столу. Меня зовут Али, будем знакомы.

  Гостям ничего не оставалось, как тоже представиться. После этого Али обратился к Стефену Уэберу:

-   Мы выяснили, что вы ученый, занимаетесь востоковедением. Но что вас привело сюда, нам вы­яснить не удалось.

  Собравшись с мыслями, ученый начал:

-   Я действительно занимаюсь изучением стран Востока, в частности вашей замечательной страны. От моих молодых друзей, - Стефен Уэбер показал на черепашек, - я узнал о готовящемся здесь страш­ном зле и поспешил в Турцию, чтобы предотвратить его. Еще будучи там, в Америке, со мной хотел встре­титься один турок, но люди, которых нанял Мэйсен Стирлинг, убили его.

-   У Короля из Каменного города повсюду много шпионов. Они выследили нашего человека, узнав, что мы его отправили за помощью, - вставил Али.

-   Но чем я могу помочь в этом деле? - недо­умевал Стефен Уэбер.

  Али заметил, что левый мизинец ученого перевя­зан бинтом и насторожился.

-   Вы были в Каменном городе и Король дове­рился вам, не так ли?

-   Да, - согласился ученый. - Мы терпели все это лишь для того, чтобы узнать от Короля все, что нас интересовало.

-   И только? - усомнился Али. - Это не озна­чает, что вы теперь доверенные Короля?

-   Еще чего! - не удержался Микеланджело. ­- То, что он намерен сделать, так или иначе каса­ется нас.

-   Вот как?

-   Да, именно так, - подтвердил Рафаэль. - Довериться ему, для нас это означало бы смириться со смертью Эйприл. По-вашему, мы похожи на тех, кто желает этого близким людям?

-   Эйприл, если я вас правильно понял, - не­винная жертва, которую привезли на «Хищнике», ­промолвил Али.

-   Да, она приехала на этом корабле, - согла­сился Стефен Уэбер, - но до последней минуты, пока мы не сошли на берег, она не знала, в каком качестве она сюда едет, - ученый сделал паузу, вспомнив об Эйприл. - Эти люди, Мэйсен Стир­линг и Мэри Дэнтон, похитили ее и где-то держат, чтобы вручить ее Королю и получить за это награ­ду: славу и деньги... Бедная Эйприл!

  Выслушав Стефена Уэбера, Али спокойно произнес:

-   Мы знаем где она.

-   Где? - разом привстали со своих мест черепашки.

-   Ее держат те люди, о которых вы говорили, в своем номере.

-   А в какой гостинице? - спешно спросил Леонардо.

-   В той же, где остановились вы, только двумя этажами выше. Мои люди наблюдают за ними.

-   Ваши люди, - с раздражением произнес До­нателло, - ваши люди устроили драку и втянули нас в нее, они выстрелили в Рафаэля и ранили его. Ваши люди...

-   Поумерьте эмоции, - прервал Донателло Али. ­- Мы не знали всей правды, поэтому прибегали к любым методам, чтобы помешать вам.

-   Нет, чтобы помочь, - вступил Микеланджело, ­- так только мешать.

-   Ладно, не стоит нам сейчас высказывать свои обиды, - сказал Стефен Уэбер. - Лучше давайте подумаем о том, как нам действовать вместе, ведь цель у нас одна и хотим мы одного и того же: чтобы Король из Каменного города не начал эру насилия и жестокости.

  Ученый говорил громко и убедительно, поэтому Али кивнул в знак согласия.

-   Вы хотели знать, зачем мы посылали к нам, в Америку, нашего человека? - поинтересовался Али.

-   Да.

-   Сейчас, всего одну минуту, - попросил он и встал из-за стола. - Я должен выйти, - и он направился к той двери, через которую вошел.

  Чере­пашки сразу же зашумели.

-   Вы доверяете ему? - задал вопрос Леонардо, обращаясь к Стефену Уэберу.

-   У нас нет другого выхода, - ответил тот.

-   Интересно, что он сейчас принесет? - терялся в догадках Рафаэль.

-   Я не удивлюсь, если он выйдет к нам с пис­толетом, прихватив еще кого-нибудь, - обронил Микеланджело.

-   Чего мы ждем на самом деле? - нервничал Донателло.

-   А ты предлагаешь нам спрятаться куда-ни­будь? - пошутил Рафаэль. - Но под столом нам всем не поместиться. Так что в случае чего всем придется прыгать в окно. Благо, не высоко, не так страшно.

-   Он еще и шутит к тому же! - недоумевал Донателло.

-   А почему бы и нет, - подхватил Микеланджело, ­- надо же как-то снять напряжение!

  Только теперь черепашки почувствовали, до ка­кой степени они вымотаны.

-   Однако, - задумчиво произнес Стефен Уэбер, ­- он задерживается.

  В этот момент дверь открылась. Все, кто находи­лись в комнате, направили на нее свои взгляды.

  На пороге стоял Али с древней книгой в руке.

-   Извините; что заставил вас ждать, - произ­нес он виновато, - мне пришлось опуститься в под­вал, чтобы взять эту книгу.

  Али положил ее на стол.

-   Вы храните книгу в подвале? - поинтересо­вался Микеланджело. - Но ведь это вредно!

-   Да, эту и еще много старых книг мы вынужде­ны хранить в подвале, чтобы уберечь их от похити­телей, - объяснил Али. - Мы создаем специальные условия для хранения, поддерживаем нужную температуру, проветриваем помещение, но, не смотря на все эти меры, книги разрушаются. Ведь они очень древние.

  Черепашки переглянулись, потому что узнали эту книгу.

-   Такая же книга есть у нашего учителя Сплин­тера, - сообщил Донателло.

-   Правда? - удивился Али.

-   Мы даже знаем, о чем она, - заметил Микеланджело, и, не дожидаясь вопроса от Али, добавил: - В ней говорится о будущем земной цивилизации.

-   Странно, но это так, - подозрительно выгово­рил Али.

-   А мы-то думали, где находится еще одна книга! - ­вмешался в разговор Рафаэль. - А она здесь, в Турции.

  Заметив, что Али находится в замешательстве, Стефен Уэбер решил кое-что пояснить:

-   У моих друзей, черепашек-ниндзя, есть очень мудрый учитель Сплинтер. У него тоже есть книга, которая говорит о будущем. Из этой книги черепаш­ки узнали о новой эре.

-   Там еще было указание на человека, который знает о силах зла, - добавил Микеланджело, - но на этом месте мы и застряли, так как слова к тому времени еще не написались.

  Али открыл книгу ровно посередине.

-   Я прочту вам... Здесь есть кое-что еще... «У этих сил своя религия, свой король, знать о кото­рых может только один человек, живущий в Амери­ке. Когда он приплывет на большом корабле в Тур­цию, он должен будет прочесть одно заклинание, которое зашифровано, чтобы справиться с силами зла...» Дальше ничего нет, убедитесь сами.

  Черепашки наклонились над книгой, перечиты­вая текст, который они впервые видели.

-   В книге учителя не было всего этого, - ска­зал Донателло. - А где же заклинание?

  Прямо на глазах у всех вслед за текстом стали вырисовываться буквы, которые складывались в слова.

-   Вот так волшебство! - воскликнул Леонардо.

  Сюрприз ожидал всех, так как из набора слов, который составлял заклинание, нельзя было уловить смысла, к тому же и прочесть то, что получилось в итоге, было невозможно.

-   Что все это значит? - спросил Донателло.

-   В том-то и дело, что пока ничего не значит, - ответил Микеланджело.

-   Почему это ничего?! - возразил Леонардо. - Буквы, как буквы, а вот слова...

-   По словам у нас Микеланджело большой специалист, - подхватился Рафаэль. - А, Ми­келанджело?

-   Что-о? - засмущался тот.

-   Ты же выдумывал всякую всячину, почему бы тебе не попытаться расшифровать текст? - поинте­ресовался с иронией Донателло.

  Микеланджело посмотрел на черепашек с недо­вольством.

-   Я, может быть, и взялся бы за это дело, - как можно сдержаннее произнес он, - но...

-   Что значит но? - недоумевал Леонардо.

-   Все дело в том... - запнулся Микеланджело, подбирая нужные слова, чтобы как можно более удачнее выйти из такого затруднительного положе­ния, - в том... в общем, я... Короче, в книге гово­рится, что только один человек, который знает о религии людей из Каменного города, сможет спра­виться с этой задачей. И этот человек Стефен Уэбер.

  Микеланджело рукой указал на ученого. Он был доволен собой, считая, что после таких доводов, его оставят в покое.

-   Но этим умником можешь быть и ты, - возра­зил Донателло.

-   О, не-ет! - протянул Микеланджело, отки­нувшись на спинку стула.

-   Почему же? - спросил Леонардо.

-   По двум причинам, - с уверенностью сказал Микеланджело.

-   Надеемся, что ты нам укажешь эти причины? - заинтересовался Донателло.

  Микеланджело сосредоточился.

-   Во-первых, умником я никогда не был и не претендую на это звание. Умом, как известно, отличается Донателло. А во-вторых, если быть точным, то условие тако­во: «У этих сил своя религия, свой король, знать о которых может только один человек»... Вы поняли? Человек! - повторил Микеланджело. - А разве я являюсь человеком? Я черепашка.

  Черепашки-ниндзя с грустью вздохнули, так как на этот счет у них не было никаких возражений.

  А тем временем ученый, который не принимал участия в дискуссии, с интересом изучал заклина­ние. Этот текст нельзя было отнести к древним пись­менам, так как написан он был не иероглифами, а очень даже современными буквами. Стефен Уэбер пытался переставить предложенные слова, поменять их местами, но от этого смысл не стал ясен. Тогда он отделил только начальные буквы и попробовал прочесть то, что получилось. А получилась бессмыс­лица.

-   А что, если каждое слово состоит из несколь­ких слов? - спросил Микеланджело.

-   Как это? - не понимающим голосом произ­нес Леонардо.

-   Воспользуемся принципом, который изобрел Микеланджело? - поинтересовался Рафаэль, пони­мая, что ни от чего отказываться нельзя.

  Стефен Уэбер поднял голову и вопросительно глянул на Микеланджело. Тот, не мешкая, стал пояснять:

-   Все началось с того, что я решил дать чере­пашкам новые имена.

-   Зачем? - не удержался Стефен Уэбер.

-   А так, от нечего делать. Я придумывал имена, которые отражали бы нашу сущность. Скажем, Рафа­эль очень сентиментальный и постоянно пребывает в состоянии печали, то, естественно, что лучшего имени для него, как только Сентичаль, и не придумаешь.

-   Постой-постой, - остановил Микеланджело ученый, - так вот почему ты сказал, что каждое слово может состоять из нескольких слов?

-   Точно!

-   Почему же я сразу об этом не догадался! - воскликнул Стефен Уэбер.

  Ученый воспрянул духом.

-   Рано радуетесь, - заметил Леонардо. - Мне кажется, что это глупая затея!

-   А мы попробуем, - не сдавался Стефен Уэбер. - Какое там первое слово?

  Черепашки снова склонились над книгой.

-   «Oгдa», - в один голос вслух произнесли они.

-   Как вы думаете, что бы это слово могло означать? - спросил ученый.

  Черепашки задумались. Не подыскав какого­-либо разумного толкования, они посмотрели в сто­рону Микеланджело.

-   Мне кажется, - начал Микеланджело, - что это слово состоит из двух слов: огонь и вода...

  Каждый кто сидел за столом, в том числе и Али, про себя произнесли «oгдa».

-   А что! - отозвался Рафаэль. - Получается!

-   От «огня» взять начальные буквы и прибавить к ним конечные от «Вода», то получится «Oгдa». Здо­рово!

-   Ну, а что дальше? - скептически поинтересо­вался Донателло.

-   Огнь и вода - это две стихии, - высказал­ся Стефен Уэбер. - Может, первое слово и есть «стихия»?

-   Нет, - запротестовал Микеланджело, - толь­ко не это. Скорее всего это слово «сила».

-   Что ж, - усмехнулся ученый, - это тоже хорошо. Тогда будем двигаться дальше?

  Надо сказать, что не прошло и получаса, как на столе лежал текст заклинания, который ученый за­писал на листе бумаги, получившийся в результате расшифровки.

-   Ну что? - подмигнув, бросил Стефен Уэбер. - Теперь прочтем, что вышло?

-   Конечно! - зашумели черепашки.

  Ученый торжественным голосом начал:

-   «Силы добра, живущие вечно, восстаньте, что­бы с силами зла вновь сразиться! Пусть Каменный город исчезнет, если вы наш голос узнали».

  С последним словом Микеланджело никак не со­глашался, поэтому, когда Стефен Уэбер дочитал до конца, он поправил:

-   Не узнали, а услышали.

-   А разве это так важно? - недоумевал Дона­телло.

-   Как ты не понимаешь! - встрепенулся Мике­ланджело. - Что в заклинании каждое слово важ­ное и поэтому я требую замены.

-   Ладно-ладно, - засуетился ученый, - благо, заклинание у нас есть, а остальное мы выясним. Вы даже не представляете, каким мощным оружием мы обладаем!

  Стефен Уэбер поднял листок бумаги с текстом заклинания и потряс им.

-   Это да, - вставил Донателло, - но хочу на­помнить, что время идет и потому...

-   Надо ехать! - перебил его ученый. - Сначала мы освободим Эйприл, а затем расправимся с этим Королем!

  Машина, в которой находился Мэйсен Стир­линг, ехала к отелю. Он не стал дожидаться того момента, когда черепашки покинут особняк, в этом не было необходимости. Мэйсен Стирлинг понял главное, что это не то место, куда надо явиться с Эйприл.

  Он попросил водителя, чтобы тот добавил ско­рость, боясь, что черепашки могут оказаться в гос­тинице раньше его, а этого он позволить им не мог, так как Мэйсен Стирлинг начал сомневаться в том, что черепашкам не стало известно о мес­тонахождении Эйприл.

  Добравшись до отеля, Мэйсен Стирлинг не от­пустил машину, сославшись на то, что она ему понадобиться через несколько минут.

-   Я хорошо заплачу... Вы останетесь довольны, ­- сказал он водителю.

  Он быстро побежал к своему номеру, постоянно натыкаясь на постояльцев отеля. Не извиняясь, он расталкивал их и несся дальше. Те бросали ему вслед:

-   Невежда!

  Только закрыв за собой дверь номера, Мэйсен Стирлинг остановился и отдышался.

  Мэри Дэнтон удивленно уставилась на него.

-   За тобой гнались? Тебе удалось узнать, где находится Каменный город?

-   Нет и еще раз нет, - бросил он ей.

-   Тогда в чем дело?

-   Собирай! - требовательно произнес Мэйсен Стирлинг.

-   Что собирать, вещи? - недоумевала она.

-   Не делай вид, будто не понимаешь, - разозлился он. - К черту вещи! Эйприл собирай!

  Мэри Дэнтон засуетилась. Она подошла к дива­ну, на котором лежала девушка и посмотрела, не пришла ли она в себя.

-   Куда мы едем? - спросила женщина. - К чему такая спешка?

  Но Мэйсен Стирлинг не намерен был ей ничего объяснять: не было сил, да и желания. Он сдержи­вал себя, чтобы не нагрубить Мэри Дэнтон, ведь пока он в ней нуждался.

-   Все потом, - только и выговорил он.

-   Потом так потом, - не стала ему возражать женщина, видя, в каком состоянии он сейчас находится.

  Она растолкала Эйприл. Та медленно открыла глаза.

-   Ты меня слышишь? - спросила Мэри Дэнтон у полусонной девушки.

  Та молчала. Тогда женщина дала ей пощечину, от которой Эйприл скривилась, точно собиралась заплакать.

-   Смотри ты! Ей не нравиться, как с ней обра­щаются! - возмутилась Мэри Дэнтон. - Вставай!

  И она рывком потянула девушку за руку. Мэй­сен Стирлинг подбежал к дивану.

-   Успокойся! Будь благоразумна! Ты к ней не­справедлива!

-   А мне плевать на справедливость! - закрича­ла женщина. - Оставь меня в покое! Я устала от нее, от тебя, - от всего!

  С Мэри Дэнтон случилась истерика.

-   М-м-м... Только не сейчас, - взмолился Мэйсен Стирлинг. - Нашла время!

  Он подхватил Эйприл и направился к двери.

-   Ты с нами - обратился он к ней с порога.

  Молча, опустив голову, Мэри Дэнтон поплелась за ним.

  Когда Мэйсен Стирлинг, Эйприл и Мэри Дэнтон уже сидели в машине, к отелю подъехали черепаш­ки и Стефен Уэбер.

-   Фу, - выдохнул Мэйсен Стирлинг. - Успели. А теперь, пожалуйста, - попросил он у водителя, ­давайте подыщем более удобное место для стоянки.

  Водитель подозрительно осмотрел своих пасса­жиров, понимая, что сам того не желая, оказался втянутым в какую-то грязную историю.


Глава 15. Разоблачение

  Черепашки-ниндзя и Стефен Уэбер поспешно вышли из машины.

  Каково же было их негодование, когда, ворвав­шись в номер, где они рассчитывали застать Эйприл, ее там не оказалось!

-   Где же они ее прячут? - все еще не веря в то, что девушки здесь нет, метаясь по комнате, причи­тал Леонардо.

  Донателло, оценив ситуацию, сделал глубокий вдох, развел руками, а потом выговорил:

-   Опоздали.

  По беспорядку, который оставили после себя Мэри Дэнтон и Мэйсен Стирлинг, собираясь в спеш­ке, не трудно было понять, что их опередили.

  Рафаэль подошел к дивану, на котором долгое время лежала в бессознательном состоянии Эйприл. Рядом с ним, на стуле, стоял стакан, на дне которого осталось немного травяного напитка. Рафаэль взял стакан и поднес его к носу, по­нюхал.

-   Странно, пахнет травами, - заметил он, а затем сделал маленький глоток. - Похоже, это давали ей пить.

  Осмотрев всю комнату, Донателло заключил:

-   Никаких признаков насилия: ни ножей тебе, ни оружия, ни даже веревок. Она что, добровольно здесь находилась?

  Рафаэль зевнул.

-   Не думаю, - сказал он, - и вот тому под­тверждение.

  Он показал всем присутствующим стакан.

-   В нем находился какой-то напиток, от которо­го очень хочется спать, - добавил он и снова зев­нул, - я могу себе представить, что, если выпить хотя бы полстакана такого зелья, то можно и вовсе не проснуться.

-   Ублюдки! - выругался Микеланджело. - ­Конечно же! Как я раньше об этом не догадался! Они поили ее какой-то гадостью и, возможно, она не контролирует теперь свои поступки.

-   Что же делать? - занервничал Леонардо. ­- Ведь должен же быть какой-то выход?

-   А что ты будешь делать?! - вспылил Дона­телло. - Мы жили с этими мерзавцами под одной крышей, в одном отеле и вычислить их не смогли!

  До этого момента Стефен Уэбер молчал, потому что не знал, что нужно говорить в такой ситуации. Все слова казались ему никчемными. Вдруг к нему в голову пришла интересная мысль и он поделился ею с черепашками.

  Если Мэйсен Стирлинг и Мэри Дэнтон знали, где мы находимся все это время, они, естественно, следили за нами. Почувствовав, что мы можем до них добраться, они скрылись. Но это не значит, что они нашли дорогу в Каменный город. Я почему-то уверен, что она им не известна... Следовательно, они где-то недалеко отсюда, ведь без нас им никогда не попасть к Королю. Они выжидают, когда за нами приедут.

  После минутной паузы, обдумав услышанное, Микеланджело сказал:

-   Похоже, на этот раз у меня такое же мнение. А это значит, что...

-   Что нам пора в свой номер, - перебил его Донателло, - возможно, нас уже ищут те люди из Каменного города.

  Черепашки только и успели спуститься к себе, как в дверь постучали.

-   На этот раз мы оказались в нужном месте, в нужный час, - заметил Леонардо, открывая дверь.

  Увидев на пороге знакомых ему людей, он мах­нул рукой черепашкам и Стефену Уэберу, добавив при этом:

-   Пошли!

  Всю дорогу черепашки волновались, высматри­вая, не едет ли за ними следом какая-нибудь маши­на, ведь вполне возможно, что там будет находиться кроме прочих и Эйприл. Но из-за клубов пыли, ко­торые выбивались из-под колес и стелились далеко за ними, увидеть что-нибудь было непросто.

-   Люди, которые приехали за ними, лишь однажды поинтересовались:

-   А где же невинная жертва?

  На что Стефен Уэбер спокойно ответил:

-   Она приедет сама, не волнуйтесь.

  Больше к этому вопросу никто не возвращался. Об Эйприл в машине почти не говорили, так как при посторонних обсуждать сваи проблемы черепаш­ки не привыкли.

  Леонардо все время смотрел в заднее стекла ма­шины, надеясь, что ему первому удастся обнаружить кого-нибудь на дороге.

  Оттого, что приходилась находиться в постоян­ном напряжении, у черепашек потихоньку стали сдавать нервы. Они бросали колкости в адрес друг друга.

  Стефен Уэбер был полностью поглощен своими мыслями. Точно предвидя свой конец, он стал под­водить итог прожитой жизни. Ему казалась, что он прожил ее не зря.

  В какое-то мгновение Леонардо удалось сквозь пыльную завесу рассмотреть что-то очень похожее на машину. Он даже слегка приподнялся с места, чтобы удостовериться, не показалось ли ему, но он не ошибся. Эта была машина, в которой ехали Мэри Дэнтон и Мэйсен Стирлинг, а также безропотная Эйприл.

-   Увидев каменную гору, Мэйсен Стирлинг дога­дался, что они у заветной цели, а потому он решил, обогнав машину, которая везла черепашек и учено­го, приехать первым.

-   Смотрите! - закричал Леонардо. - Что же он делает!

-   Кто? Что? - посыпались вопросы от черепашек.

-   Машина нас обгоняет! Это они! Эйприл!

  Люди, которые везли черепашек, явно занервни­чали, ведь они привезли за собой хвост, что не вхо­дило в их планы.

-   Кто в той машине? - спросил один из них, доставая оружие.

-   Что вы хотите? - испугался Стефен Уэбер, увидев пистолет, наставленный на него.

  Ему сказали:

-   Пригнитесь.

-   Зачем? Вы будете в них стрелять? - забеспокоился ученый.

-   Мы должны знать, что в той машине свои люди, только в этом случае все останется, как есть, - ска­зал мужчина железным голосом.

  Ученый не мог допустить, чтобы началась пальба, ведь могла бы пострадать Эйприл, поэтому он запротестовал, подставляя под дула пистолета свою грудь:

-   Не смейте этого делать! Там Эйприл! Понима­ете, невинная жертва! Она не должна погибнуть та­ким образом, ее ждет кое-что получше.

  После этих слов пистолет был спрятан. Но с ка­ким гневом посмотрел на Стефена Уэбера мужчина в белых одеждах! Тот даже содрогнулся. «Такой убьет и не задумается кого и за что,» - вдруг промелькнуло в голове ученого.

  Две машины остановились почти одновременно.

  Мэйсен Стирлинг первым ступил на землю, да­вая руку Эйприл, которая послушно вышла за ним. После нее показалась Мэри Дэнтон.

  Черепашки сразу же бросились к Эйприл.

-   Эйприл! Мы рады тебя видеть! - кричал Леонардо.

-   Наконец, ты нашлась! - радовался Мике­ланджело.

  Только у Рафаэля, глянувшего мельком на Эйприл, зародилась подозрение, что за нее саму придется еще побороться не только потому, что она нахо­дилась сейчас в руках злых и корыстных людей, но и потому, что она стала другой, незнакомой ни черепашкам, ни себе.

-   Эйприл! - с жалостью позвал Рафаэль.

  Но она даже не посмотрела в его сторону.

  Эйприл улыбалась, она выглядела довольной. В таком состоянии она только и могла, что улы­баться. Мэйсен Стирлинг крепко держал ее за руку, но, даже если бы он ее отпустил, она бы не дернулась, не побежала бы к черепашкам, потому что она не понимала вообще, что здесь проис­ходило.

  На вытянутую руку держала пистолет Мэри Дэн­тон и не подпускала черепашек подойти поближе к своей пленнице.

-   Еще один шаг, - резко произнесла она, - и я буду стрелять. И имейте ввиду, что у меня рука не дрогнет!

-   Похоже, она не шутит, - заметил Микелан­джело.

  Мэйсен Стирлинг вдруг обратился к мужчинам в белых одеждах:

-   Я требую, чтобы вы отвели меня и моих спут­ников к Королю Каменного города.

-   Потише! - отозвался один из них. - Кто ты здесь такой, чтобы требовать?

-   Я - Мэйсен Стирлинг. Король знает обо мне. Я обещал привезти невинную жертву - и вот, я исполнил свое обещание.

  Мужчины переглянулись. Они оказались в запутан­ном положении. Один из них указал на Стефена Уэбера.

-   А ты кто?

-   Я? - переспросил тот.

-   Ну да?!

-   Я - Стефен Уэбер.

-   Значит, когда вы в первый раз приезжали сюда, вы выдали себя не за того, кем были на самом деле?

-   Вы правы.

  Неожиданно открылся вход в Каменный город и оттуда выбежали воины, которые сразу же окружи­ли черепашек-ниндзя и ученого.

-   Сопротивляться не имеет смысла, - предуп­редил мужчина и приказал своим людям: - Ведите всех к Королю! Там разберемся.

-   Разберемся, - злорадно проговорил Мэйсен Стирлинг, вырываясь вперед.

-   Так кто же вы на самом деле? - спросил Ко­роль, глядя на прежних своих гостей.

-   Мы - черепашки-ниндзя, - ответил за всех Донателло.

-   А я - Стефен Уэбер, - сказал ученый.

  Король задумался.

-   Может, вы ответите, с какой целью вы прибы­ли сюда? - снова он задал им вопрос.

  Но никто не собирался ему ничего говорить. Тог­да Мэйсен Стирлинг выбежал на середину зала, поближе к трону, на котором величественно воссе­дал Король.

-   Этот человек, - он ткнул пальцем в Стефена Уэбера, - он назвался моим именем. Это я Мэйсен Стирлинг, но не он.

-   Та-ак, что же дальше? - не теряя самооблада­ния, произнес Король.

-   Вы должны их за обман жестоко наказать! ­- потребовал Мэйсен Стирлинг.

  Король хлопнул в ладоши. В зале воцарилась тишина. Затем он сделал знак рукой, после чего в двери показался горбун с кривыми щипцами.

-   Прежде, чем наказать одних, я должен прове­рить, могу ли я вам доверять... А то, боюсь, что скоро появится еще какой-нибудь самозванец.

  Легкий смешок пробежал по залу.

-   Что вы хотите этим сказать?! - петушился Мэйсен Стирлинг.

-   А только то, что мы подвергнем вас испы­танию.

-   Испытанию? - глаза у Мэйсена Стирлинга округлились от изумления. - Какому еще испытанию?

  В эту минуту он готов был все бросить и убежать отсюда, куда глаза глядят, но, похоже, было уже поздно, так как горбун вплотную приблизился к нему.

 - Приступай! - подал голос Король и застыл в ожидании.

-   Я требую, чтобы вы прекратили! - попытал­ся противостоять такому решению Короля Мэйсен Стирлинг.

  Но, увидев, что, если он не покорится, с ним обой­дутся куда круче, он махнул рукой.

-   Ай, делайте что хотите.

  Горбун попросил его вытянуть левую руку и от­ставить мизинец. Когда он щипцами отхватил пол­ногтя, Мэйсен Стирлинг взвыл от боли:

-   Что за дикость!.. Чем же сейчас остановить кровь?

  Пока он суетился около своей раны, горбун по­дошел к Мари Дэнтон. Женщина заметно побледнела:

-   Э... это... может, я у входа подожду?..

  Она попятилась назад, но натолкнулась на креп­кую грудь воина, после чего подверглась испыта­нию. Она ругалась и кричала, жаловалась на судь­бу и упрекала Мэйсена Стирлинга, но никто не слушал ее.

  Король вдруг встал с трона.

-   Мне жаль, - произнес он, - но вы не выдер­жали испытания.

-   Как это?! - возмутился Мэйсен Стирлинг.

-   Все здесь сумасшедшие! - кричала Мэри Дэнтон, пуская слезы.

-   Поэтому, я не могу вам доверять, - заключил Король.

-   Но ведь это мы привезли невинную жертву! Разве она уже вам не нужна? - пытался понять Короля Мэйсен Стирлинг.

  Мужчины в белых одеждах, которые видели всю сцену у входа в Каменный город, подтвердили ис­тинность слов его. Король задумался, решая, как поступить.

-   Который час? - вдруг обратился он с вопросом к двум худым старцам.

  Один из них ответил:

-   Десять часов ровно.

-   Пора начинать церемонию, - сказал Король.

  Сразу же в зале началась суета: люди забегали, замельтешили перед глазами, настилая коврики на пол, ставя подсвечники, принося необходимые атрибуты.

  Коврики эти предназначались для молитв. Они были небольшие, раскрашенные в яркие цвета.

  Прекрасно смотрелся плетеный зеленый рисунок, выполненный на красном фоне. Узор напоминал очищенное от листьев дерево.

-   Мне нравится, - шепотом заметил Рафаэль, показывая на коврик рукой.

  Между тем Стефен Уэбер ему кое-что пояснил:

-   Это необычный орнамент. Его называют Деревом Жизни.

  Затем ученый нахмурил брови и вытащил из кармана компас.

-   Для чего он вам? - тут же поинтересовался Микеланджело.

-   Дело в том, что дерево должно быть сориентировано по частям света и кроной направлено на запад. - Стефен Уэбер сделал несколько недо­уменный вид. - Но они лежат почему-то неправильно.

-   Не удивляйтесь, - произнес Донателло, - здесь все вверх ногами. - Поэтому компас, который показывает правильно на земле, здесь под землей, никуда не годен.

-   Может быть, - пожал плечами Стефен Уэбер.

  Мэйсену Стирлингу явно не нравилось, что Ко­роль не отдал никаких указаний, чтобы вывести черепашек и ученого из зала. Поэтому, восполь­зовавшись тем, что в зале на какое-то время уста­новилась неразбериха из-за приготовлений к церемонии, он обратился к Королю:

-   Ваше Высочество!

  Король недовольно глянул на него.

-   Чего тебе?

-   Неужели вы позволите этим... мгу, как это их назвать...

  Мэри Дэнтон подсказала:

-   Самозванцам.

-   ...вот-вот, самозванцам наблюдать за тем, как будет проходить церемония?

-   А что, пусть смотрят, как начнется мое время.

-   Неразумно оставлять их... - Мэйсен Стирлинг с особой неприязнью выделил «их» и кивнул в сторону черепашек и Стефена Уэбера, - среди нас.

-   А что ты предлагаешь? - как-то без должно­го уважения бросил Король. - За ними наблюдают мои воины. Разве этого мало?

-   Мало не мало, а...

  Мэйсен Стирлинг запнулся. Чудовищной показа­лась ему идея, которая посетила его, поэтому он не сразу решился произнести ее вслух.

-   Что такое! - занервничал Король. - Ты от­влекаешь меня! Ведь я должен следить за всем, что здесь происходит, чтобы церемония состоялась по всем правилам.

-   Посадите их в клетку и тогда... тогда воинам не придется за ними наблюдать, - на ходу нашелся Мэйсен Стирлинг.

-   Но что от этого изменится?

  О, если бы мог передать словами Мэйсен Стир­линг то чувство, которое раздирало его в глубине души! Увидеть своего коллегу, который был на самом деле умнее его и талантливее, в железной клетке, принесло бы ему моральное удовлетворение.

  Не прошло и десяти минут, как в зал шестеро крепких мужчин внесли железную клетку.

-   Я не лишаю вас возможности увидеть церемо­нию, - сказал Король черепашкам и Стефену Уэберу, - но, думаю, на время, вам лучше побыть за решеткой.

  Мэйсен Стирлинг злорадно усмехнулся и подбе­жал к клетке, чтобы открыть дверцу.

-   Прошу, - произнес он вежливым тоном.

-   Вот же мразь! - с отвращением выговорил Донателло.

-   Да еще какая! - подтвердил Микеланджело. ­- Были бы мы одни, без Эйприл, я бы ему показал...

  Микеланджело, проходя мимо Мэйсена Стирлинга, потряс кулаком у него перед носом.

-   М-м-м!

  Тот лишь ухмыльнулся.

  На самом деле черепашкам не хотелось ввязы­ваться в драку. Они, конечно, могли бы расправиться с воинами Короля, но тогда возникли бы трудности с Эйприл, ведь в таком состоянии она не могла бы самостоятельно передвигаться.

  Последним вошел в клетку Леонардо. За ним Мэйсен Стирлинг захлопнул дверь и закрыл ее на большой навесной замок, а ключ отнес Королю.

  Затем он вернулся снова к клетке, чтобы сказать пару слов Стефену Уэберу, который даже не смот­рел на него все это время.

-   Ну как! Теперь я могу сказать все, что я о вас думаю, - с насмешкой произнес Мэйсен Стирлинг.

  Стефен Уэбер отвернулся, не произнося ни слова в ответ.

-   Ах! Вы не хотите?! Отчего же? А может, послушаете все же, ведь интересно, что думает о вас ваш коллега.

-   Коллега? - не выдержал ученый. - Разве вы можете назвать себя человеком науки?

-   Я отдал науке лучшие годы.

-   Лучше бы вы эти годы провели где-нибудь в другом месте, скажем, среди наемных убийц, уве­рен, вы бы преуспели в этом деле.

-   Это не самое страшное, - возразил Мэйсен Стирлинг. - Есть люди, которые в жизни ничего не значат.

-   Но вы не Бог, чтобы вершить их судьбы. И не пытайтесь меня убедить, что вы когда-нибудь мечта­ли о карьере ученого. Вам этого было не дано изна­чально.

  Мэйсен Стирлинг сжал кулаки и зубы, так не­сносна была для него правда Стефена Уэбера.

-   Замолчите! Как я вас ненавижу!

-   А с чего это вам любить меня? Вы только и ждали, как бы занять мое место... Теперь-то ваше место здесь, с этим Королем? Надеетесь, что со вре­менем вы и его... того... в клетку?

-   Ненавижу, ненавижу, - только и бормотал про себя Мэйсен Стирлинг, закрыв ладонями уши, чтобы ничего не слышать.

-   Послушайте, хоть раз в жизни взгляните в глаза правде и не мучайтесь вы, - с чувством какой-то брезгливой жалости сказал Стефен Уэбер.

  Мэйсен Стирлинг достал из кармана пистолет.

-   Если вы не прекратите, я подстрелю вас прямо здесь и не стану дожидаться, когда Король даст на это свое указание.

-   Стреляйте, мне уже ничто не страшно. Толь­ко подумайте, как вы будете жить с таким грехом дальше. Не боитесь, что по ночам к вам будет при­ходить во сне мой дух и совестить вас до тех пор, пока вам не покажется, что смерть - единственное спасение.

  Рука Мэйсена Стирлинга крепко сжимала писто­лет, а палец никак не отваживался нажать на спус­ковой крючок.

-   Ну, что же вы медлите? - торопил с решени­ем ученый. - Или так сложно сделать это? Так дайте мне пистолет, я вам покажу.

-   Нет! - резко бросил Мэйсен Стирлинг и отошел в сторону, где находились Мэри Дэнтон и Эйприл.

  Король сделал знак - и к Эйприл подбежали двое мужчин.

-   Будем готовить к церемонии невинную жерт­ву, - объяснил Король, увидев непонимание в гла­зах Мэри Дэнтон.

  Эйприл взяли за руки и подвели к стулу, вокруг которого стояли высокие подсвечники. В каждом из них было по шесть свечей.

-   Дьявольщина какая-то, - тихо заметил Мике­ланджело.

  Эйприл усадили на стул и зажгли свечи.

  К этому времени в зале посветлело, а один мощ­ный прожектор был направлен на громадную ста­тую из черного камня, которая находилась позади трона. Пугающая фигура человека, сжимающая ок­ровавленно-красный кинжал имела религиозное зна­чение.

  Король встал с трона и подошел к массивному идолу, читая вслух молитву. В руке он держал нож Каина. В зале собралось много людей. Очевидно, все обитатели подземелья собрались здесь на тор­жественную церемонию.

  Король повернулся к собравшимся.

-   Сегодня великий день для всех нас, - громко сказал он. - Не пройдет и часа, как все мы сможем смело подняться наверх, на землю, чтобы навести там должный порядок.

  Король хлопнул в ладоши. Расталкивая присут­ствующих, сквозь толпу пробрался толстый мужчи­на с абсолютно лысой головой и бесцветными глаза­ми. Он стал перед Королем навытяжку. В руке он держал чемоданчик.

-   Ты готов к своей работе? - спросил у него Король.

-   Конечно, о великий Король, - ответил тот.

-   Мне необходим только золотой поднос.

-   Тогда без промедления приступай!

  Теперь настала очередь толстого хлопать в ладо­ши, что он, впрочем, и сделал.

  В зал вошел слуга. В руках у него был поднос, на котором лежал невзрачный белый камень, имевший форму яйца.

-   Теперь осталась лишь одна вещь, - произнес толстяк.

  В зале стало тихо-тихо, точно не было никого вокруг. Король кивнул ему на Эйприл.

-   Тебе нужна ее кровь? - поинтересовался он.

  Толстяк, не раздумывая, ответил:

-   Да.

  Он подошел к Эйприл и взял ее руку. Девушка сидела смирно и заранее была согласна со своей участью.

-   Это будет не больно, - мягким голосом сказал он Эйприл, распахивая свой чемоданчик.

  Но та на это предупреждение никак не отреаги­ровала. Она с благодарностью смотрела на Короля, точно он избавил ее от чего-то страшного и гнетущего ее душу.

  Черепашки, наблюдая за всеми движениями, которые делал толстяк, сильно волновались.

-   Только бы он сразу ее не убил, - произнес Микеланджело.

-   Нет, не должен, - успокоил его Донателло, - нож Каина в руках Короля, значит, убивать он будет сам.

-   Ах, жаль, что у нас нет ни одного пистолета, - вздохнул Леонардо, - я бы пустил пулю в лоб этому кровожадному Королю, и церемония на этом закончилась бы.

  Толстяк между тем вытащил из своего чемоданчика серебряную иглу. Он взял руку Эйприл, за­хватив ее у запястья. Быстрыми, выверенными дви­жениями он воткнул иглу Эйприл в большой палец.

  Рафаэль, чтобы не видеть ничего, закрыл глаза.

-   Ой! - произнес Леонардо, точно эту иглу вонзили ему в палец, а не девушке.

  Кстати, Эйприл не издала ни звука, только с сожалением глянула на толстяка

  Собравшиеся в зале следили за тем, как толстяк выдавливал капли крови из уколотого пальца. И кровь капала на белый камень, лежащий на подносе.

  Камень начал мерцать. Казалось, точно свет ис­ходит прямо изнутри его.

  В зале зашумели. Послышались даже удивлен­ные и вместе с тем радостные возгласы.

-   Блестяще! - воскликнул толстяк. Он поклонился Королю. - О, мой Король! Священный камень, который никогда не обманывает, говорит, что эта девушка невинна.

  Король одобрительно кивнул.

-   Стремительно приближается момент, когда часы пробьют полночь, - торжественно объявил он. - Я хочу, чтобы вы навсегда запомнили то, что увидите в этом зале и рассказывали об этом своим детям, а дети ваши своим и так из поколения в поколение.

-   Обещаем тебе, наш Король! - послышалось из толпы.

-   Подведите ко мне невинную жертву, - ско­мандовал, наконец, Король.


Глава 16. Непредвиденные обстоятельства

  Через минуту Эйприл смотрела в глаза Королю своим чистым взглядом. Перед таким взглядом терялся сам Король. «Она действительно невинна», - думал он.

  Король поднял нож Каина и наставил его острие прямо в сердце девушки.

  Донателло, несколько раньше присмотрел камень, который лежал на вытянутую руку от клетки. Теперь, воспользовавшись тем, что на него никто не обращал никакого внимания, так как все следили за тем, что происходило у трона, он в одно мгновение поднял камень, а затем, прицелясь, кинул его. Он летел над головами жителей Каменного города, а Донателло судорожно думал: «Только бы я не промахнулся».

  На этот раз ему повезло, так как, не успел Король надавить на рукоятку кинжала, как камень выбил его из рук. Нож со звоном упал на пол.

  В зале все так и ахнули.

  Неизвестно, что в этот момент пробудило Эйприл от бессознательного сна, но она быстро очнулась и, схватив нож, вонзила его в живот Королю.

  Все замерли от неожиданности.

  Ужасный крик боли, изданный Королем, эхом прокатился по храму. Обеими руками он сжимал рукоятку, пытаясь выдернуть нож, но сил для этого у него уже не было.

  Крик Короля длился всего одно мгновение. А затем он упал и сразу же умер. На глазах у всех его тело стал пожирать невидимый огонь. Его одежда сморщилась. Его плоть в течение считанных минут превратилась в маленькую горстку пепла.

  Только после этого безумный смех Короля стал витать над людьми, наводя на них ужас. Толпа бросилась вон из храма.

  Люди бежали кто куда, круша все на своем пути.

  Толстяк, который все это время держал поднос со священным камнем, быстро кинулся к горстке пепла, что-то произнося про себя. В такой неразберихе всем было не до него, поэтому он тихо вершил свое темное дело.

  Он читал и читал над прахом Короля священное заклинание до тех пор, пока не почувствовал, что дух его повелителя витает совсем рядом с ним.

  Толстяк поставил на пол поднос со священным камнем и поднял руки кверху, точно взывал к каким­-то тайным силам.

  Поскольку черепашки-ниндзя и Стефен Уэбер по-прежнему находились в клетке, они получили прекрасную возможность наблюдать еще одну церемонию - переселение духов из одной плоти в другую.

  Но не все из них стремились увидеть такое действо, так как в большей степени их все же волновала судьба Эйприл.

  Девушка заметила черепашек сразу же после того, как убила ножом Каина Короля. Она недоумевала, почему они находятся в клетке, да и вообще, ей было совсем непонятно, где они и зачем именно здесь.

  Без колебаний Эйприл бросилась к ним, чтобы выручить их из беды.

  Снующим то здесь, то там людям до нее не было дела, даже воины Короля в растерянности не задержали ее, а поспешно вышли из зала, не имея ни малейшего представления, кому им теперь под­чиняться.

  Только два человека, спрятавшись за колонну, внимательно следили и за ней и за всем, что происходило после трагической кончины Короля в зале.

-   Эйприл! - радовались черепашки.

-   Как мне помочь вам? - металась девушка возле клетки, в которой находились ее друзья.

-   Мы пробовали раздвинуть пошире железные прутья, - сообщил ей Микеланджело, - но у нас ничего не вышло: они слишком крепкие.

  Леонардо указал на замок на дверце.

-   Только открыв его, мы сможем выбраться отсюда, - заметил он.

-   А где ключ от него? - спросила Эйприл. - И вообще, как вы там оказались?

-   Мэйсен Стирлинг, - стал отвечать ей Леонардо, - позаботился о том, чтобы Король, бу­дучи еще живым и здоровым, посадил нас сюда в целях безопасности его Высочества, хотя… мне смешно, но невинная жертва оказалась для него очень даже опасной.

-   Почему? - недоумевала Эйприл. - Кто это ­невинная жертва?

  Черепашки переглянулись, понимая, что Эйприл в своей памяти не зафиксировала никаких событий, участницей которых она стала за по­следние два дня.

  Чтобы проверить, что же все-таки она помнит, Микеланджело осторожно поинтересовался:

-   Эйприл, а ты помнишь, как плыли на корабле и как...

-   ...сошли на берег Стамбула, - подхватила девушка с некоторым раздражением. - По-твоему, Микеланджело, я проспала все наше путешествие?

-   Нет, - стал отпираться тот. - Но ... твое со­стояние...

-   Я сейчас нахожусь в отличном состоянии, а потому, ответьте мне, где ключ от замка?

-   Он должен быть у Короля, - выпалил Леонардо.

-   У Короля? - переспросила Эйприл, обо­рачиваясь к трону.

-   У него, - подтвердил Стефен Уэбер, - но, в связи с тем, что от него осталось совсем немногое, то, боюсь, что ключ безнадежно утерян.

  Пока Эйприл беседовала с Микеланджело, Леонардо с ученым, двое черепашек, Рафаэль и Д6нателло, не отрывая глаз следили за тол­стяком.

  Вдруг зал снова наполнил жуткий и вызывающий смех Короля. Присутствующие насторожились.

-   Это не смех Короля, - опасаясь своей догадки, сказал Рафаэль.

-   А что же это такое? - уточнил Донателло.

-   Это злой дух.

  Толстяк читал заклинания.

-   А я уже было подумал, что с этим все кончено, ­- задумчиво произнес Стефен Уэбер.

-   Напрасно вы об этом подумали, - отозвался Микеланджело. - Силы зла победить непросто.

  Молниеносно Мэйсен Стирлинг подбежал к тол­стяку, догадавшись, что сейчас может произойти. Он схватил его и стал трясти.

-   Признавайся, как сделать, чтобы дух Короля вселился в меня?!

-   Я... Я не знаю...

-   Признавайся! - требовал Мэйсен Стирлинг.

-   Оставьте меня в покое, - взмолился толстяк.

-   В покое? Но для чего? Чтобы ты преспокойно вселил его в себя? Так? Ты этого хочешь?

-   Я должен...

-   Что? Что ты должен?

-   Открыть новую эру ради людей Каменного города, - наконец, признался толстяк.

-   Почему именно ты? - поинтересовался Мэйсен Стирлинг.

  Он больше не тряс его, но по-прежнему не выпускал из своих рук.

-   У меня нет времени, - ворчал тот.

-   Нет времени? Я хочу открыть новую эру. Понимаешь, я... я...

-   Я! - закричал Мэйсен Стирлинг.

  Толстяк закрыл глаза и что-то бубнил про себя. Мэйсен Стрилинг взбесился и ударил его прямо в лицо.

-   Если ты не скажешь мне, я убью тебя! Решайся!

  Толстяк, казалось, уступил требованиям этого жестокого и упрямого человека.

-   До полуночи осталось чуть меньше десяти минут, - сказал он дрожащим голосом.

-   И что с того?

-   Это значит, что еще столько времени у нас есть, чтобы решить две проблемы, - толстяк сделал паузу.

-   Какие? Говори же! - торопил его Мэйсен Стирлинг.

-   Во-первых, надо вселить дух Короля в одного из нас, - не задумываясь о последствиях, сказал он.

  Только выговорив до конца эту фразу, толстяк получил еще один удар от Мэйсена Стирлинга.

-   Ты получишь от меня еще и еще раз до тех пор, пока я, наконец, не выбью из тебя это желание обладать духом Короля. Он должен вселиться в меня и другого я просто не допущу!

-   Вы хотите, чтобы он вселился в вас ради себя самого, - дерзко произнес толстяк, прикрываясь рукой, чтобы смягчить удар, который, в том он даже не сомневался, последует после его замечания.

  У Мэйсена Стирлинга было большое желание проделать это, но он сдержал себя.

-   Именно, только для себя, - сказал он.

  Мэри Дэнтон подкралась к тому месту, куда упал нож Каина и спрятала его.

-   А во-вторых, - продолжал толстяк, - нужно будет снова окропить нож Каина кровью.

  Черепашки-ниндзя, не совсем все расслышали из того, что сказал толстяк Мэйсену Стирлингу, но, заметив, как он поискал кого-то глазами по залу, поняли, что он высматривает Эйприл.

-   Эйприл! - вдруг позвал девушку Донателло.- ­Тебе нельзя здесь больше оставаться. Беги!

-   Ты им нужна, - подтвердил Стефен Уэбер.

-   Нет, я без вас никуда не уйду, - настойчиво заявила Эйприл.

-   Не упрямься, ты сейчас находишься в большей опасности, чем мы, - стал уговаривать ее Рафаэль.

-   Я же сказала: мы уйдем только вместе.

  Она попыталась пробраться к трону, чтобы поискать ключ от клетки.

  Мэри Дэнтон, точно привидение, выросла у нее перед глазами.

-   Далеко собралась? - с улыбкой спросила она.

-   Да так, совсем близко, - ответила ей девушка.

  Женщина сделала попытку взять Эйприл за руку, но она не поддалась.

-   Не думайте, что я так легко сдамся, - сказала она при этом.

-   А это мы еще посмотрим, - с издевкой произнесла Мэри Дэнтон.

  Ее рука потянулась к карману, где лежал пистолет. Через секунду она направила его дуло на Эйприл.

-   А теперь, милая девушка, не валяй дурака, а подними-ка лучше руки вверх.

  Эйприл подчинилась, так как ничего другого пока не придумала.

  А у трона произошла тем временем самая настоящая схватка. Толстяк стал звать кого-нибудь на помощь и надо сказать один из воинов Короля тотчас вступился за него. Мэйсену Стирлингу пришлось несладко, так как воин быстро выбил из его руки пистолет и он оказался совершенно безоружным.

  Воин умело размахивал перед Мэйсеном Стирлингом мечом, тот пятился назад, а вскоре отступать было уже некуда: дальше находилась стена.

-   Мэри! Помоги мне! - закричал он.

  Женщина оглянулась.

  Толстяк упал на колени и поднял руки кверху, читая последнее заклинание, после чего дух Короля должен был вселиться в него.

  Воин приставил к горлу Мэйсена Стирлинга острие меча и лишь только намеревался заколоть его, как Мэри Дэнтон выстрелила в него из пистолета. Выстрел оказался точным, так как целилась она в затылок.

  Вскрикнув, воин разжал пальцы и выпустил меч из руки. Тот со звоном упал на пол. Вслед за ним рухнул и воин.

-   Так-то лучше, - переступая через мертвое тело воина, заметил Мэйсен Стирлинг.

  Помогая Мэйсену Стирлингу, Мэри Дэнтон не смогла уследить за Эйприл одновременно. Поэтому, лишь только женщина отвернулась от нее, она сразу же кинулась к трону, чтобы поискать там ключ от клетки.

  Совершенно случайно Эйприл натолкнулась на стоящего на коленях толстяка и сбила его с места.

-   Извините, - бросила она ему.

  Но именно в этот момент случилось самое страшное: злой дух Короля вселился в нее. Эйприл почувствовала, как что-то резкое, точно игла, проникло к ней вовнутрь, овладевая ее телом.

-   Ой, что это? - скривилась она.

  Толстяк испуганно посмотрел на нее, а затем закричал на весь зал:

-   Злой дух вселился в невинную жертву!

  Черепашки-ниндзя готовы были разнести на части свою клетку, но железные прутья были для них непреодолимой преградой.

-   Эйприл! Ищи ключ! - нервничал Мике­ланджело.

-   Не может быть, - в растерянности бормотал про себя Донателло.

-   Почему все именно так? - причитал Рафаэль. - ­Но ведь должен же быть какой-нибудь выход?!

  Мэйсен Стирлинг глянул на часы. До полуночи оставалась всего одна минута. Он кинулся к толстяку и, схватив его, учинил ему допрос:

-   Злой дух вселился в нее?

-   Да, так оно и случилось, - обреченно произнес тот.

-   Ты уверен? - все еще не мог поверить в это Мэйсен Стирлинг.

-   Этот дух лишь коснулся меня, но она меня толкнула, а потому он вселился в нее, - чуть не плача объяснил толстяк.

-   Ты можешь переселить его в меня?

-   Если только убить ее, но сейчас часы пробьют полночь, - пожал плечами толстяк, напуганный до смерти.

  Мэйсен Стирлинг оставил в покое толстяка и бросился к Эйприл.

  Она непонимающе смотрела на него.

-   Где нож Каина? - спросил он, торопливо оглядывая ее.

-   Не знаю, - ответила спокойным голосом девушка.

-   Он у меня! - отозвалась Мэри Дэнтон.

-   О, какое счастье, - чуть не подпрыгнул от радости Мэйсен Стирлинг. - Неси же его сюда поскорее! - попросил он.

-   Нет, - категорично заявила Мэри Дэнтон.

-   Мэри! Ты чего? Что случилось? Ты не хочешь иметь много денег? - прищурившись, задавал вопрос за вопросом Мэйсен Стирлинг.

-   Нет, не хочу.

-   Чего же ты тогда хочешь?

-   Выбраться поскорее из этого ада.

-   И только?

-   Да.

-   Но Мэри... Мы должны довести дело до конца! - недоумевал Мэйсен Стирлинг. - Дай мне этот нож! Ну же! Не капризничай и не упрямься!

  Свой требовательный тон Мэйсен Стирлинг плавно сменил на нежный и мягкий, что так всегда подкупает женщин в трудную для них минуту выбора.

  Мэри Дэнтон послушно направилась к Мэйсену Стирлингу. Но в этот момент городские часы стали отсчитывать двенадцать ударов.

-   Скорее, Мэри! - прикрикнул Мэйсен Стирлинг.

-   Бесполезно, - произнес толстяк, махнув ру­кой. - Король умер - да здравствует Король!

  Он повернулся в сторону Эйприл и поклонился ей. Та приняла его поклон как должное.

  Мэйсен Стирлинг готов был рвать на себе волосы от злости, переполнявшей его. Он набросился на Мэри Дэнтон, но та не обращала на него никакого внимания.

  Эйприл же величественно прошла мимо них и заняла место на троне.


Глава 17. Король умер – да здравствует Король!

  Весть о том, что в тронном зале появилась Королева, быстро облетела Каменный город.

  Люди выходили из своих укрытий, куда были вынуждены забиться во время неразберихи и всеобщей паники после того, как их Король умер, и направлялись на площадь, чтобы посмотреть, как выглядит их новая Королева.

  Толстяк все время теперь крутился подле нее, стараясь во всем ей угодить.

  По приказу Королевы Мэйсена Стирлинга и Мэри Дэнтон взяли под стражу. Но и черепашки-ниндзя оставались взаперти, так как ключ еще был не найден, а открыть замок без ключа, как известно, не так-то просто, хотя возможно.

  Эйприл отдала указание толстяку, чтобы тот из-под земли достал ей ключ, и тот, ползая на коленях, искал его возле трона. Он кряхтел и пыхтел, но делал свою работу исправно, ведь к новым условиям жизни нужно было как-то приспосабливаться.

  Между тем с Эйприл творилось нечто странное. Какое-то время она чувствовала в себе ту прекрасную Эйприл, ее стремления и желания. В этот момент она рвалась на помощь к своим друзьям. Но вдруг все проходило, словно сон или наваждение какое. Ее сердце черствело, неведомая ей сила останавливала ее и руководила ею. Такое состояние было более продолжительное и с каждым разом становилось все длиннее.

  Теперь в ней боролись две силы: силы добра и силы зла.

  Когда все же толстяк отыскал ключ от замка и отдал его Эйприл, она не сразу помчалась откры­вать его:

-   Эйприл снова какая-то не такая, - заметил Донателло.

-   Тебе же ясно сказал этот толстяк, что в нее вселился дух Короля, - объяснил ему Леонардо.

-   Злой дух Короля, - уточнил Рафаэль.

  Микеланджело вопросительно посмотрел на Стефена Уэбера:

-   Может... может пора произносить заклинание?

  Услышав про заклинание, черепашки пере­глянулись.

-   А что, - откликнулся Донателло, - может, на самом деле попробуем?

  Стефен Уэбер отрицательно покачал головой.

-   Нужно подождать, - скупо ответил он.

-   Чего ждать? - возмутился Леонардо.

-   Вы, наверное, хотите дождаться момента, когда Эйприл отдаст распоряжение своим воинам расправиться с нами? - поинтересовался шутливо Микеланджело.

-   Нет, не этого момента, - сказал ученый.

-   В таком случае, какого? - не отставал от него Микеланджело.

-   Когда Мэйсен Стирлинг будет набиваться к Королеве в верные слуги.

  Ответ Стефена Уэбера ошеломил черепашек.

-   Ну и ну! - отозвался Донателло.

-   А что, такое произойдет? - спросил Рафаэль.

-   Я в этом даже не сомневаюсь, - заявил ученый, - и, думаю, нам долго ждать не придется.

-   Мне кажется, - начал Леонардо, - нам сейчас нужно во что бы то ни стало выбраться из этой клетки. Ключ у Эйприл, поэтому надо убедить ее выпустить нас отсюда.

-   Да-а, - протянул Микеланджело, - хорошо бы оказаться на свободе.

-   Но как убедить ее? Ведь она в беде?! - недо­умевал Рафаэль.

  Пока черепашки совещались да раздумывали, Мэйсен Стирлинг понял, что его время безвозвратно ушло, а потому со своим поражением ему надо смириться, хотя при его характере и запросах сделать это было очень трудно.

  Она знал, что в Эйприл теперь параллельно су­ществуют два начала: доброе, которое было изначально ей присуще, и злое, недавно приобретенное. И поэтому ему крайне хотелось каким-то образом помочь развиться всему злому, что в нее вселилось, чтобы получить от этого для себя немалую пользу.

  Насильно взяв у Мэри Дэнтон нож Каина, Мэйсен Стирлинг обратился к Королеве:

-   Ваше Высочество! Я бы хотел вернуть то, что вам принадлежит по праву.

  Эйприл попросила воинов, чтобы те подвели Мэй­сена Стирлинга к ней поближе.

-   Что же вы хотели мне вернуть? - не скрывая неприязни к нему, - спросила Эйприл.

-   Вот этот нож Каина, ведь он ваш.

  Он протянул Эйприл священный нож. Она сначала отшатнулась, не решаясь брать его в руки.

  Тогда к ней приблизился толстяк и шепнул на ухо:

-   Берите, он уже ничего не сможет сделать.

  Эйприл послушалась совета и приняла нож. Надо сказать, что этот нож обладал каким-то странным действием: лишь только он попадал к кому-либо в руки, он буквально требовал от того человека, чтобы его пустили в дело, ведь изначально он был придуман как оружие.

  Несколько минут Эйприл в задумчивости рассмат­ривала его. Он начинал ей нравиться. Но снова в глубине души ее росло мощное противостояние всему, что было так или иначе связано с насилием, а значит и с этим ножом. Тогда ей хотелось бросить его на пол и избавиться от него.

-   Я бы просил вас, Королева, - как можно более мягко говорил Мэйсен Стирлинг, - чтобы вы восполь­зовались моими услугами, ведь я могу быть вам полезен.

-   Да-а? Чем же?

  Теперь Эйприл упивалась тем, что наблюдала, как изворачивался перед ней Мэйсен Стирлинг.

-   Я... я... - запнулся он, соображая, что бы такое ответить, чтобы произвести на нее впечатление, - я исполню любое ваше желание.

-   Так уж и любое? - усомнилась Эйприл.

-   Да-а, но... правда... если... - замялся Мэйсен Стирлинг, опустив глаза.

-   А говорите любое! Откуда тогда это «но», «если»? Условия буду ставить я, - отыгрывалась девушка.

-   Конечно, я несколько преувеличил... В моих силах...

-   В ваших ли силах, - перебила его Эйприл, не дав возможности закончить фразу, - вот этим ключом открыть замок?

  Эйприл показала ключ Мэйсену Стирлингу.

-   Ну... Какой замок? Где он находится? - за­нервничал он, узнав ключ.

-   Я же вижу по глазам, что вам знаком этот ключ. Или я ошибаюсь?

-   Мне?.. Ключ?..

  Отпираться было бесполезно и Мэйсен Стирлинг сказал:

-   Да, я знаю этот ключ и знаю, от какого он замка.

-   Ну, тогда как же вы ответите мне на мой вопрос: в ваших ли силах открыть этим ключом замок?

-   Думаю, что да.

  Мэйсену Стирлингу было неловко подходить снова к клетке, чтобы теперь уже выпустить черепашек и Стефена Уэбера из нее, но у него не было выбора.

  Через несколько минут черепашки и ученый оказались на свободе.

  После этого Эйприл поднялась с трона и обратилась к собравшимся в зале обитателям Каменного города с речью:

-   Убеждена, что никто из вас не надеялся увидеть меня на троне вместо вашего прежне­го Короля. Но так случилось, что новой эре насилия и жестокости не суждено было на­чаться.

-   Наш Король не так говорил об этой эре, ­- возразил кто-то из зала.

-   Ваш Король, естественно, говорил иначе. Я подозреваю, что он вам обещал в связи с этим.

-   Он обещал блага нашему народу, - выкрикивали то здесь, то там те, кто оказался посмелее.

-   Вашему народу? - переспросила Эйприл. - Но за счет кого вам достанутся воображаемые блага? За счет тех, кто живет на земле? Вы опоздали на два тысячелетия и напрасно ждали этого момента.

  Вдруг разум Эйприл помутился и она стала говорить совершенно противоположные вещи:

-   Мы еще сумеем завоевать себе мировое гос­подство. Наш народ заслужил того, чтобы с ним считались. Те земные люди не достойны уважения и жалости...

  Толпа зашумела. В коротких фразах, которые про­износила Эйприл, они узнавали слова их Короля.

-   Наш Король не покинул нас, - шептались они.

-   Он вселился в нее, чтобы управлять нами, - говорили они один одному, радуясь при этом.

  Черепашки наблюдали за поведением людей Ка­менного города. Они не были безропотной толпой, которая была бы готова служить любому королю, а потому признали Эйприл лишь тогда, когда она заговорила с ними словами их прежнего Короля.

  Толстяк встал чуть впереди Эйприл и поднял руки кверху, читая молитву. Тут же эту молитву подхватили люди, произнося ее громко вслух, но ни Эйприл, ни черепашки, ни Стефен Уэбер, ни даже Мэйсен Стирлинг и Мэри Дэнтон не поняли ни единого слова из нее, так как язык ее был знаком только этим людям.

  Все смотрели на статую уродливого мужчины с поднятой вверх рукой, и в руке той он сжимал нож -  ­нож с лезвием, сверкавшим в пламени свечей красноватым светом.

  От такого зрелища черепашкам становилось жут­ковато. Их удивило то, что Эйприл вдруг подняла руки кверху, подобно всем этим людям. Ее губы задвигались.

-   Неужели она читает вместе с ними эту молитву? - ­испуганно поинтересовался Донателло, глядя на нее в упор.

-   Я думаю, что она просто притворяется, - вы­сказался Рафаэль, - понимаешь, она подыгрывает им, ведь теперь она их Королева.

-   А мы чего здесь стоим? - начинал беситься Леонардо.

-   Ты что, тоже хочешь читать молитву, ­- подшутил над ним Микеланджело.

-   Пошел к черту, - сгрубил тот.

-   Не посылай, - сказал ему Микеланджело, ­- если мы сейчас у дьявольской силы, то чего тогда можно ожидать от черта?

-   Тоже мне разговор о чем завели, - одернул их Донателло.

-   Эйприл нужно спасать отсюда, - произнес Рафаэль, посмотрев при этом на Стефена Уэбера. ­- Эти люди не так безобидны, как кажутся с виду.

-   Так-так, - согласился Микеланджело, - как бы они ее еще куда не втянули.

  В следующее мгновение молитва закончилась, и все отчетливо услышали смех прежнего Короля. Его издавала Эйприл, черепашки с ужасом осознавали это.

  Но еще более ужасное произошло чуть позже. Лицо Эйприл становилось безобразным и уродливым, так что без отвращения на нее смотреть было невозможно.

  В какой-то момент оно было похоже на лицо пре­жнего Короля, потом оно менялось снова.

-   Наш Король! Наш Король! - шипели со всех сторон люди Каменного города.

  Черепашки видели эти удивительные превращения, которые происходили с лицом Эйприл и теперь уже настойчиво говорили Стефену Уэберу:

-   Пора читать заклинание! Мы же не можем до­пустить, чтобы она полностью превратилась в прежнего Короля душой и телом.

-   Это монстр, который пожирает все, ничего не оставляя после себя, - зло произнес Микеланджело.

  Стефен Уэбер, наконец, решился.

-   Эйприл! - позвал он ее.

  Хотя в зале было не так шумно, она не услышала. Тогда он позвал еще раз.

-   Эйприл! Мы спасем тебя!

  Смех Короля снова пролетел над залом.

-   «Силы добра, живущие вечно, восстаньте», - начал медленно читать заклинание Стефен Уэбер.

  Толпа сразу же замолчала, а толстяк заволновался у трона.

-    «...чтобы с силами зла вновь сразиться!..»

  Страшный, леденящий кровь вой невидимого чу­довища грянул громом.

-   Как в фильмах ужасов, - заметил Рафаэль, схватившись за стоящего рядом Микеланджело.

  Тот от неожиданности чуть не подскочил на месте.

-   Тьфу ты, - бросил он, - так можно и до смерти напугать.

-   «Пусть Каменный город исчезнет, если вы наш голос узнали», - закончил Стефен Уэбер.

  Но ничего больше не произошло. Черепашки пе­реглянулись.

-   Да не узнали, - поправил Микеланджело, ­- я же говорил, что силы добра должны наш голос услышать.

-   Хорошо-хорошо, - успокоил его ученый.

  Но ему не пришлось так скоро повторить с изме­нениями последнюю фразу, так как целый отряд воинов бросился к ним на расправу.

  Черепашкам, соскучившимся по рукопашным боям, было в удовольствие сражаться с крепкими воинами. Их удары были точны и сильны, поэтому вскоре большая половина вражеского отряда уже была разбросана в разные стороны.

-   Банзай! - кричали черепашки.

-   Смелее! - подбадривал их Стефен Уэбер.

  Из разных концов просторного зала раздавались слабые стоны и причитания, но черепашки-ниндзя не давали очнуться поверженным воинам, так как знали, что, как только они очнутся, сразу же возжелают мести.

-   Это не по правилам, - упрекнул Донателло Леонардо, когда заметил, как тот бьет ногой лежащего на полу воина.

-   Да плевать мне на правила! - злобно ответил он. - А они с нами обходятся по правилам?

  Когда появились в руках воинов мечи, черепашки слегка занервничали, ведь у них не было с собой оружия. Вскоре, разобравшись с несколькими воинами, они получили их мечи. Появилась первая кровь.

  Жители Каменного города теперь были крайне агрессивно настроены к пришельцам. Они помогали своим воинам, забрасывая черепашек всем, что ни попало им под руку.

  Один камень ударил Донателло прямо в голову и он сжал зубы от боли, а из раны стала сочиться кровь ­- край камня оказался заостренным.

-   Им нужны наши жизни, - закричал Мике­ланджело. - Они нас живыми отсюда не выпустят и не успокоятся, пока не увидят нас мертвыми.

  Стефен Уэбер еще раз посмотрел на обезображенное лицо Эйприл.

  Толстяк тем временем закричал воинам:

-   Захватите одного из них. Я уверен, что они невинны и их кровь нам пригодится.

-   Ка-ак? - глаза Мэйсена Стирлинга стали круглыми от удивления.

  Он подбежал к толстяку с кулаками.

-   Ты обманул меня!

-   Я честно делаю свое дело, вот и все. Эра жестокости и насилия начнется. Король вернулся к нам, - ­спокойно заявил он Мэйсену Стирлингу. - Еще немного, - он кивнул на Эйприл, - и она полностью превратится в прежнего Короля.

-   Но заветный час давно прошел. Часы пробили полночь уже давно.

-   Полночь просто обозначает начало нового сто­летия. Столетия, в котором верховным правителем является сила Каинова Ножа. Но Король не хотел упустить и минуты из этого столетия. Так что его сила до сих пор заключена в нем и ждет не дождется раскрепощения. И сейчас нож в надежных руках. Вот только дело стало за невинной жертвой.

  Мэйсен Стирлинг чуть было снова не ударил тол­стяка кулаком по голове, но, заметив, что тот подозвал к себе воинов, не стал этого делать.

-   Лживая свинья, - процедил он сквозь зубы.

-   Пришло время моего народа... Надо нам выходить на землю... А сейчас будем молиться Властителю Тьмы, чтобы он помог нам... Мы должны освободить силу Ножа Каина!

  Как ни старались воины захватить кого-нибудь из черепашек в плен, им этого сделать никак не удавалось, так как ниндзя были очень находчивыми и к тому же неуязвимыми, когда держались один одного.

  Не дожидаясь каких-то дальнейших событий, Стефен Уэбер все же произнес остаток фразы из заклинания, который, по мнению Микеланджело, нуждался в изменениях.

-   «Пусть Каменный город исчезнет, если вы наш голос услышали».

  Зал мгновенно наполнился зловещим рычаньем. Эйприл всю перекосило, ее стало трясти. Злой дух, очевидно, не намерен был покидать ее тело. На девушку без жалости невозможно было смотреть. Ее изворачивало всю, тело ее извивалось, лицо кривилось и морщилось, но, не смотря на все это, она держалась на ногах.

  Из ее головы, наконец, вышло едва видимое облачко, которое быстро поплыло над залом и вскоре вовсе исчезло из вида.

  Измученная, бледная и уставшая Эйприл рухнула на пол. К ней сразу же поспешил Стефен Уэбер.

  Раскаты грома пронеслись где-то совсем рядом. Они становились все сильнее и значительнее. Земля затряслась.

  Почувствовав что-то неладное, толстяк быстренько исчез куда-то, словно его в зале никогда не было, прихватив с собой свой чемоданчик и поднос со священным камнем на нем.

  Люди бросились к выходу с криками и визгом, точно приближался конец Света.

  Черепашки ликовали, так как воины разбежались в разные стороны, оставляя на полу своих раненых и убитых товарищей.

-   Пора выбираться отсюда, - сказал Микелан­джело.

-   Заклинание подействовало: силы зла оставили Эйприл в покое, а Каменному городу пришел конец, ­- радостно подытожил Рафаэль.

  Но радоваться было рано, так как долгая дорога из Каменного города еще ожидала их впереди.

  Взяв на руки Эйприл, которая пребывала в бес­сознательном состоянии, Донателло стал оглядываться, куда бы двинуться дальше.

-   Сюда! - крикнул Рафаэль, махнув рукой.

  Они шли по коридору, пока не наткнулись .на ка­менную стену. Туннель, ответвлявшийся от главного прохода, также вел к тупику.

-   Что за дьявольщина! - вырвалось у Микеланджело. - Не везет так не везет!

  Они увидели ступеньки, ведущие вниз, и сразу же спустились по ним и на этот раз пошли по другому проходу.

  От неожиданного толчка Донателло чуть не выронил Эйприл, но его поддержал Леонардо, который шел следом. Толчки, которые исходили из-­под земли, участились.

  На одном участке пути Микеланджело заметил какую-то липкую, вязкую массу под ногами. К тому же она была еще и горячей, от нее исходил пар.

-   Ух, не нравится мне все это! - произнес с каким-то страшным предчувствием Микеланджело.

-   Мне тоже не нравится, - подхватил Рафаэль, на ногах которого ровным слоем застыло что-то непонятное.

  От постоянных толчков на них стали сыпаться камни.

-   Если мы не будем двигаться быстрее, мы рискуем быть заживо погребенными в этом Каменном городе, - сказал Леонардо.

  В каменном здании они заметили отверстие.

-   Возможно, - предложил Микеланджело, по­казывая на дыру рукой, - она появилась здесь в результате землетрясения. Дыра достаточных размеров, чтобы сквозь нее можно было пролезть.

-   А если там снова тупик? - спросил Донателло.

-   Хорошо, я пролезу сквозь нее и посмотрю, что там дальше, - сказал Микеланджело.

-   Нет уж! - запротестовал Леонардо. - Пойдем все вместе, чего мы будет здесь дожидаться.

  И они по одному стали протискиваться в дыру. Правда, Эйприл черепашкам пришлось толкать в нее снаружи и тянуть изнутри.

-   Эй! - подал голос Микеланджело. - Есть хорошие новости! Впереди я вижу свет.

  Микеланджело вел всех за собой, бегом пробираясь по коридору в непроглядной темноте. Эта дорога просто обязана была куда-нибудь их да вывести. Микеланджело горячо надеялся, что она не закончится для них тупиком.

  Затем Микеланджело почувствовал на лице совсем легкое дуновение чистого воздуха и тут же громко закричал:

-   Я вижу впереди выход!

  Микеланджело подозревал, что Каменный город построен в соответствии с какой-то определенной схемой. На ходу он соображал, как соединены между собой коридоры и лестничные пролеты.

  Несколькими часами позже черепашки с ног до головы были покрыты пылью и потом. Но грязь и липкий пот были забыты в одно мгновенье, когда впереди они заметили свет.

  Микеланджело, щурясь от дневного света, от которого он отвык, находясь там, под землей, встал на цыпочки, потянулся до кромки отверстия в земле и, подтянувшись на руках, выбрался на поверхность.

-   Фу, наконец, добрались до земли, - выдохнул он.

  Потом он наклонился и помог также вылезти на землю всем, кто шел за ним.

  Черепашки обернулись вокруг, чтобы насладиться прекрасным и фантастическим земным видом. Восход окрасил небо на востоке в розовые тона.

  Страшной силы толчок сотряс землю.

-   Землетрясение, - догадался Леонардо. - Они все погибнут.

  Под землей все крушилось. До слуха черепашек долетали ужасные звуки подающих камней, скрежет металла, крики и мольбы о спасении.

  Оказавшись наверху, Эйприл стала приходить в себя. Открыв глаза, она едва слышно прошептала:

-   Где я? Что со мной?

  Донателло заботливо усадил ее рядом с собой, поправляя пышные волосы девушки:

-   Мы вместе, - с улыбкой сказал он, - не тревожься, а остальное потом.

  Черепашки отчетливо расслышали чьи-то очень знакомые голоса, которые были совсем рядом, правда, странно, они доносились откуда-то снизу.

  Словно поняв, в чем дело, Рафаэль глянул на отверстие, из которого они сами недавно выбрались и замер - на него в упор смотрел Мэйсен Стирлинг.

-   Ты чего застрял? - послышался снизу голос Мэри Дэнтон.

-   Похоже, и этой парочке удалось спастись, ­- спокойно произнес Леонардо, не поворачивая головы в их сторону.

  Мэйсен Стирлинг еще какое-то время смотрел на Рафаэля, точно спрашивал у него, можно ли ему подниматься дальше.

-   Смотрите, кто к нам пожаловал, - шутя, произнес Рафаэль, указывая на Мэйсена Стирлинга.

  Черепашки, Стефен Уэбер и Эйприл повернули головы в указанном направлении.

-   Не может быть! - воскликнул Микеланджело. ­- Глазам своим не верю!

-   Ну, что вы там застряли!? - поинтересовался Леонардо, повысив голос.

  Через минуту Мэйсен Стирлинг и Мэри Дэнтон были наверху. Первое, что пришло им в голову, было попросить у своих недавних врагов пощады. Ведь своими действиями они заслужили не один год лишения свободы.

-   Мы бы хотели, - начал, запинаясь, Мэйсен Стирлинг, - просить вас об одном одолжении...

-   Вы смеете у нас просить? - подскочил на месте от возмущения Леонардо.

-   О чем, о чем? Что-то я не расслышал? - с издевкой переспросил Микеланджело.

  Такой реакции Мэйсен Стирлинг, конечно, не ожидал, а потому ему пришлось как-то по-другому формулировать свою мысль.

-   Ну... я бы, то есть, мы... могли бы с вами...

-   Мы с вами?! - не удержался Рафаэль. - Мы с вами! Какая наглость! Так я правильно понял: мы с вами?

  Черепашки не давали Мэйсену Стирлингу дого­ворить. Каждая фраза их раздражала, поэтому поговорить с ними решила Мэри Дэнтон.

-   Видите ли, - начала она.

-   Что мы должны, по-вашему, видеть? - цепляясь за слова, вставил Донателло.

-   Мы можем договориться, - без смущения про­изнесла женщина.

-   О чем это? - недоумевал Стефен Уэбер. - В отличие от вас, мы честны и порядочны, а потому никаких общих дел у нас быть не может.

-   Но вы даже не дали мне сказать, а любой, как вы говорите, нечестный и непорядочный, я бы сказала проще, преступник, имеет право на последнее слово, - с упреком высказалась Мэри Дэнтон.

-   Учтите, что мы не в зале суда, - предупредил Донателло.

-   Тем лучше, - отозвалась женщина, ­надеюсь, до суда дел не дойдет.

-   Напрасно вы так думаете, - с ухмылкой за­метил Микеланджело. - Уж кто-кто, а я вас туда доставлю, можете не сомневаться.

  Мэри Дэнтон растерянно оглядела присутству­ющих.

-   Я заплачу, сколько скажете, столько и дам, ничего не пожалею, только отпустите с миром, ­взмолилась она.

-   Ай, как жалко, - скривился Микеланджело, ­- ой, сейчас слезу пущу.

-   Шутки здесь неуместны, - вступился Мэйсен Стирлинг. - Мы бы хотели распутать этот клубок сами, без чьего бы то ни было вмешательства.

-   Вы играли не по правилам с самого начала, ­- произнес Стефен Уэбер, - поэтому никаких сделок с вами мы заключать не будем.

  Немного успокоившись, Микеланджело сменил тон:

-   А сколько дадите денег, если не секрет?

-   Сколько захотите, - пожала плечами Мэри Дэнтон.

-   О! Да откуда же у вас возьмется их столько! ­- воскликнул Микеланджело, сдерживая смех.

-   А что, если запросить у вас, Мэри Дэнтон, ваш корабль, было бы неплохо? - подыгрывал Микеланджело Рафаэль.

  Черепашки засмеялись.

-   А что! «Хищник» отныне будет принадлежать нам, - победным голосом заявил Леонардо.

-   Только не это! - не удержалась женщина. - ­Я все же капитан!

-   А мы выберем своего капитана, - возразил ей Микеланджело. - Вон Леонардо отлично справ­ляется с управлением, так что на этот счет вы не беспокойтесь.

  Вдруг на горизонте показалась маленькая черная точка, которая стремительно стала увеличиваться в размерах, и вскоре уже можно было распознать в ней легковую машину, которая мчалась по пыльной дороге прямо к ним.

-   Кого это еще принесло? - недовольно бросила Мэри Дэнтон.

  Машина остановилась. Открылась дверца - и из нее вышел Али.

-   Мы вас ищем повсюду, - засуетился он, - а вы здесь, оказывается. Как вы тут очутились?

-   Из-под земли вылезли, точно покойники с того света, - пошутил Микеланджело.

-   А если честно?

  Стефен Уэбер подвел Али к отверстию в земле.

-   Вот так мы здесь и оказались.

  Али осмотрел отверстие, затем крикнул. Слабое эхо понеслось по туннелю, но сразу же растворилось.

-   Там Каменный город? - спросил он.

-   Не уверен, что от него что-либо осталось, - заметил ученый. - Каменный город действительно существовал, но случилось страшное землетрясение и, боюсь, он полностью разрушен.

-   Вы сожалеете о случившемся? - поинте­ресовался Али.

  Стефен Уэбер задумался.

-   Понимаете, - стал объяснять он после минутной паузы, - Каменный город населяли самые настоящие религиозные фанатики, но, исходя из чисто человеческих соображений, мне их жаль, они же люди.

-   Люди, - вздохнул Али, а затем добавил: ­- Ну, что, поедем в Стамбул?


Глава 18. Суд

  Часы на высокой башне судебной палаты в Стамбуле били полдень.

  Это были замечательные часы: они не только отбивали каждый час, как всякие другие башенные часы, но еще каждые четверть часа играли прелестные вальсы и польки, развлекая прохожих.

  В этот день вся площадь и прилегающие к ней улицы до такой степени были переполнены людьми, что всякое движение по ним прекратилось; но пригородные автобусы продолжали подвозить все новых и новых любопытствующих граждан, которые заполнили не только зал суда, но и все здание и даже небольшой двор его.

  Как можно уже догадаться, все эти люди пришли послушать интереснейший процесс над Мэйсеном Стирлингом и его сообщницей Мэри Дэнтон, жителями Америки.

  Представителям прессы было заявлено, чтобы каждый час заседания находил свое освещение на страницах газет и в телевизионных новостях. Поэтому людей с микрофонами в руках и фото­камерами было здесь предостаточно.

  Мэри Дэнтон все еще не могла поверить тому, что она оказалась в наручниках и вскоре предстанет перед судом. Она уже больше не посылала упреки и обвинения в адрес Мэйсена Стирлинга, так как не только думать о нем, но и видеть его не могла. Благо, что до того, как их привезли в здание суда, они находились в разных камерах.

  Всю ночь перед судом Мэйсен Стирлинг провел в раздумьях. Он нисколько не сожалел о случившемся, напротив, он теперь находился в приподнятом состоянии духа, ведь у него появился реальный шанс стать известным на весь мир. А какая это будет слава: та, что приходит вследствие какого-либо открытия, или же скандальная, ему уже было все равно.

  В то же время черепашкам-ниндзя, как участникам всех событий, пришлось тоже продумать, что они будут говорить по поводу этого дела.

  Стефен Уэбер за ночь заготовил себе несколько тезисов и записал их в блокнот, чтобы в случае не­обходимости воспользоваться ими в своем выступлении.

  Что же касается Эйприл, здесь все было значительно труднее. Во-первых, она не помнила многих событий, связанных с ней, а также не контролировала своих действий, находясь сначала под воздействием травяного напитка, а затем во власти злого духа, вселившегося в нее, а, следовательно, не могла отвечать за совершенное ею. Хотя, если разобраться, она не сделала ничего такого, в чем ее можно было бы обвинить.

  Ее несколько раз консультировал врач, так как она была не уверена, кем же она является в настоящий момент, и нет ли каких-либо факторов, влияющих на нее. По этому поводу была проведена медицинская экспертиза и результаты ее оказались неутешительными относительно ее психологическо­го состояния.

-   Бедная девушка, - в одной из бесед с чере­пашками-ниндзя, которая проходила накануне судебного разбирательства, произнес Стефен Уэбер.

-   Да-а, - протянул Микеланджело. - Ей, как никому из нас, пришлось так много пережить.

-   О таком ни в одной книге не прочтешь, - ­подхватил Леонардо, - человеческий ум не способен, мне кажется, додуматься до такого.

-   Вот только не надо о книгах, - сразу же перевел разговор на другую тему Микеланджело, - в книгах есть все, что только душе угодно. Если бы ты читал их, хотя бы в том объеме, в котором это делаю я, ты бы поменял свое мнение. Мне порой кажется, что некоторые мысли, которые закладывают в свои произведения авторы, со временем материализуются... Где-то, что-то подобное на нашу историю, я уже читал и слышал...

  Микеланджело задумался.

-   Это тебе все во сне приснилось, - подшутил над ним Леонардо.

-   В каком сне? - с возмущением переспросил тот. - Я вообще сны редко вижу, зато книг много читаю.

-   Нельзя же читать все подряд, - заметил Стефен Уэбер, - чтение должно быть выборочным и целенаправленным.

-   А он увлекается книгами авторов с больным воображением, - произнес с подколкой Леонардо. ­Оттого и его воображение того...

-   Что это значит, того? - не удержался Микеланджело. - Ты забыл, что благодаря тому самому воображению я помог расшифровать текст заклинания?

  Стефен Уэбер поспешил отвлечь черепашек, видя, как между ними назревает ссора.

-   У Микеланджело действительно с воображением все в полном порядке, - сказал он, - он даже заслуживает того, чтобы его похвалили, ведь все мы, по сути дела, обязаны ему.

  Леонардо опустил голову, стыдясь своих прежних нападок на Микеланджело.

-   А теперь поговорим о главном, - этим заме­чанием Стефен Уэбер обратил на себя внимание черепашек-ниндзя. Они направили на него вопросительные взгляды. Тот сразу же продолжил: - О том, что вы будете говорить на суде. Я сожалею, но должен сделать вам существенное замечание ­вы постоянно задеваете друг друга, и, случается, не всегда одинаково передаете одни и те же события.

-   Что же в этом удивительного?! - недоумевая, воскликнул Леонардо. - Мы же все разные, вот и мнения у нас тоже разные.

-   Мнения остаются мнениями, - выговорил ученый, - они и должны быть у каждого свои. Но я о другом... О фактах. В вашем изложении все вы должны будете говорить их одинаково, иначе судья подумает, что вы ему голову моро­чите... Забудьте на время о своих амбициях, а подумайте лучше о том, что мы должны быть теперь едины. От наших показаний многое будет зависеть, это, надеюсь, вам ясно?

  Черепашки следили за ходом мыслей Стефена Уэбера. Многое, что он сказал им сейчас, было правдой, ведь каждый из них, зачастую, просто выпендривался друг перед другом, тем самым якобы проявляя свою индивидуальность. Поэтому их разговоры иногда заканчивались ссорами, если, конечно, не находился кто-нибудь, кто был бы способен уступить.

  Другое дело, когда речь шла не о каких-либо сра­жениях словесных, а о самых настоящих. Тогда черепашки-ниндзя думали не только о себе, но и о своих друзьях, поддерживая один одного в трудную минуту.

  За несколько мгновений до открытия заседания старший секретарь суда с озабоченным видом взошел на возвышение, предназначенное для судей, чтобы убедиться, все ли в порядке, и по обыкновению стал распекать своего помощника за недосмотр.

  В тот момент, когда часы на здании суда пробили час, двери в зале заседания раскрылись, и помещение, предоставленное для публики, было взято приступом в ту же минуту, ведь процесс обещал быть интересным.

  Почти одновременно с этим судья занял предсе­дательское кресло.

  После обычных формальностей было сообщено о стоящем на сегодняшний день деле:

-   Дело о мировом перевороте и о захвате власти. Жители земной цивилизации против Мэйсена Стирлинга и его сообщницы Мэри Дэнтон.

  Двое обвиняемых тотчас же вошли и заняли свои места на скамье подсудимых; с ними вошел и их адвокат.

-   Итак, - начал председатель, - признаете ли вы, Мэйсен Стирлинг и Мэри Дэнтон, себя виновными или нет?

-   Нет, судья! - отозвались разом двое обвиняемых.

-   Так-так, ну, а теперь, - продолжил пред­седатель, обращаясь к адвокату обвинителей, - не будете ли вы добры изложить обстоятельства вашего дела?

  Поскольку обвинителем в этом процессе выступал Али, то сразу же после просьбы председателя с места поднялся его адвокат.

-   Как уже здесь упоминалось, - начал он, ­- сегодня мы рассматриваем необычное дело: дело о мировом перевороте и о захвате власти. Сейчас я немного расскажу вам о Каменном городе, о существовании которого до недавнего времени не упоминал. Этот город был не только городом в прямом смысле этого слова, а это еще к тому же было целое государство, во главе которого стоял Король.

-   Почему же его нет с нами на скамье подсудимых? - не удержался Мэйсен Стирлинг.

-   Прошу внимания и тишины, - пресек пред­седатель. - Вам, Мэйсен Стирлинг, еще дадут слово, - ­а затем он повернул голову к обвинителю. ­Продолжайте.

-   Так вот, этот Король в течение нескольких тысячелетий...

  В зале суда зашумели.

-   Нескольких тысячелетий? - послышалось из зала.

-   ...да, я повторяю, нескольких тысячелетий, находясь в полном здравии, насаждал людям своего государства идею о мировом господстве. Он говорил, что его народ занимает не то положение, которое должен был занимать. Он готовился к перевороту, призвав на помощь Мэйсена Стирлинга и Мэри Дэнтон, то есть, тех, кого мы сейчас видим на скамье подсудимых.

-   Мэйсен Стирлинг, откуда ты взялся? - кто-то выкрикнул из зала.

-   Об этом мы поговорим чуть позже, - заметил обвинитель. - Они стали пособниками Короля, пообещав привезти «невинную жертву». Поскольку, сами понимаете, добровольно быть невинной жертвой согласится далеко не каждый, эти люди насильно захватили Эйприл, телерепортера 6 Канала, с ней мы поговорим чуть позже. Опоив ее травяным напитком, они насильно держали ее в гостиничном номере, чтобы передать Королю Каменного города.

-   Но мы не собирались ее убивать! - крикнул Мэйсен Стирлинг.

-   Зато ее убил бы сам Король, чтобы окропить священный Каинов нож кровью и тем самым начать новую эру в истории человечества. Вот, собственно, и все.

  Обвинитель сел, а судья обратился к Мэйсену Стирлингу:

-   Согласны ли вы с таким обвинением?

-   Нет, не согласен, - ответил тот.

-   С чем конкретно вы не согласны? - уточнил председатель.

-   Король попросил меня привезти «невинную жертву», что я и сделал. Разве я знал, что ее хотят убить? - старался оправдаться подсудимый.

-   А разве сам термин «невинная жертва» не говорил вам о том, что человека должны были насильно лишить жизни?

-   Я об этом как-то не подумал, - Мэйсен Стирлинг потупил взгляд.

-   Знали ли вы о планах Короля? - последовал новый вопрос от председателя.

-   Точно, не-ет, - он покачал головой.

-   А что вам было обещано за «невинную жертву»?

-   Ну уж во всяком случае не деньги.

-   Тогда что?

-   М-м... - Мэйсен Стирлинг не знал, что ответить, ведь правду сказать он не мог.

-   Вы даете себе отчет в том, что, если бы план Короля удался, пострадало бы все человечество? ­приподнимаясь с места, спросил председатель. ­- Сколько бы жизней пострадало! Вы об этом подумали?

  Мэйсен Стирлинг пожал плечами.

-   Вы думали о своей жизни, а, интересно, какой вы себе ее представляли, если бы Король все же пришел к власти?

  Подсудимый молчал.

-   Вы молчите, хотя вам есть что сказать, - не сдавался председатель, - со временем вы рассчитывали стать Королем земной цивилизации? А?.. Что вы скажете суду по поводу ваших действий относительно Эйприл?

  Было видно, что председатель с трудом себя сдер­живает, находясь в состоянии крайнего возбуждения. По идее, он должен был относиться беспристрастно к обвиняемым, но в этом случае речь шла о страшной катастрофе, которая могла бы произойти, тогда бы и его жизнь оказалась в опасности.

-   Да, я признаю, что помимо ее воли я держал ее в гостиничном номере, но она же осталась жива и здорова, как можете вы сами убедиться.

  Мэйсен Стирлинг указал на девушку. Эйприл вместе со своими друзьями находилась в зале суда. Рядом с ней сидел Стефен Уэбер.

-   Ну, на счет того, что она здорова, ­- председатель запнулся, - медицинская экспертиза говорит обратное, а жива, слава Всевышнему, она только потому, что черепашки-ниндзя и ученый Стефен Уэбер помешали вам это сделать.

  Бледную Эйприл подвели к судье. Он с пониманием осмотрел девушку и, чтобы не расстроить ее, задал один единственный вопрос:

-   Как вы себя чувствуете?

-   Благодарю, теперь уже лучше. Этот человек убийца, я в этом даже не сомневаюсь, потому...

-   Кого же я убил? - набросился на нее с вопросом Мэйсен Стирлинг.

-   …он нанял пиратов, чтобы те убили чере­пашек...

-   Но их же не убили тоже! - нервничал подсу­димый.

-   По счастливой случайности, - заметила Эйприл, - потому что мне удалось освободиться самой из веревок, которыми меня связали и освободить моих друзей... Поверьте, Мэйсена Стирлинга нельзя назвать исполнителем убийств, он их планировал, что гораздо хуже.

  Девушка медленно пошла к выходу. Ей больше не хотелось слышать голос этого человека, который принес ей столько страданий не только моральных, но и физических.

  Посовещавшись, черепашки-ниндзя решили, что Рафаэль должен пойти и присмотреть за ней, чтобы в случае чего она не была одна и не чувствовала себя покинутой и одинокой.

  Но вернемся в зал суда, так как судебное разбира­тельство продолжалось.

  Присутствующие узнали со слов Стефена Уэбера, который взял слово у председателя, что черепашки-­ниндзя отправились в Турцию, чтобы предотвратить зло. Они плыли на одном корабле с подсудимым, где подверглись насилию со стороны наемных убийц.

-   Чуть раньше, еще до того, как мы сели на корабль, Мэйсен Стирлинг спланировал еще одно убийство гражданина вашей страны, который искал со мной встречи, - заявил он.

-   Чушь! - воскликнул Мэйсен Стирлинг. - У вас на то нет никаких доказательств.

-   Да, - согласился ученый, - доказательств у нас действительно нет, но Король сам лично рассказал нам об этом, сам того не подозревая, что вы­даст вас.

-   Убийца! Убийца! - вырвались злобные крики в адрес подсудимого из зала.

  Председатель попросил тишины, после чего об­ратился к адвокату подсудимого:

-   Вы намерены что-либо сообщить суду?

-   Да.

-   Тогда прошу.

  Адвокат обвел глазами людей, собравшихся в зале суда, затем посмотрел на Мэйсена Стирлинга, который с надеждой во взгляде уставился на него, после чего сделал небольшое вступление:

-   Вы знаете, как нелегко быть адвокатом, ведь его роль в судебном процессе велика, тем более, когда дело касается такого человека, как Мэйсен Стирлинг. Он не кажется мне убийцей, нет. Напротив, этого человека втянули во всю эту нелепую историю, думаю, посулив ему какую-то перспективу, которую он не имел в реальной жизни.

  Адвокат Мэйсена Стирлинга приехал на процесс из Америки. Он знал его еще раньше, а потому был намерен выставить напоказ все лучшие стороны подсудимого. Его маленькие глазки следили за реакцией зала: если вдруг после его слов поднимался легкий шумок, он продолжал свое выступление, если же он видел на лицах людей растущее возмущение, он сразу же перескакивал на другую тему. Он умело готовил зал и председателя к тому, чтобы доказать, что Мэйсен Стирлинг не вполне нормальный человек.

  Он попросил разрешения председателя задать не­сколько вопросов Стефену Уэберу. Тот кивнул в знак согласия.

-   Как давно вы знакомы с Мэйсеном Стир­лингом?

-   Точно не помню, но давно. Мы вместе работаем, правда, работаем по-разному и исследуем разные проблемы, - ответил ученый.

-   Как вы можете охарактеризовать подсудимого за тот период, который был до этого момента?

-   Вы имеете в виду до момента, когда мы оказались в зале суда? - уточнил Стефен Уэбер.

-   Нет, меня интересует все, что было до вашей поездки.

-   Что можно сказать, - задумался на минуту уче­ный, - он хотел сделать себе научную карьеру. Но у него ничего не получилось, потому что для этого...

-   Не надо потому что, - остановил его адвокат. - ­Что еще, кроме того, что в жизни ему не везло.

-   Да он особенно и не старался в жизни, так, плыл себе по течению, надеясь, что кто-то что-то сделает за него, - сказала Стефен Уэбер. - А вот уже на корабле...

-   Нам не надо про корабль, - снова прервал его адвокат.

-   Как это не надо? Ведь именно тогда-то я и узнал Мэйсена Стирлинга и понял, чем же дышит этот человек! - вскипел вдруг ученый.

  Не в интересах подсудимого были показания Сте­фена Уэбера относительно их пребывания на корабле. Поэтому адвокат изо всех сил старался направить разговор в другое русло.

-   Так вы говорите, - как бы невзначай, чтобы продолжить свою мысль, спросил адвокат, - что у Мэйсена Стирлинга не было людей, которые помогли бы ему удачно устроиться в жизни?

-   Что вы хотите этим сказать? Вы думаете, что в науке можно занять свое место только благодаря нужным людям со связями?! Так? Я вас правильно понял? - с возмущением перешел в наступление ученый.

-   Тише, тише, не надо все так эмоционально, - ­засуетился адвокат, вытирая платком маленький лоб, на котором выступили капли пота. - Вот и я говорю, что подсудимому приходилось всего добиваться в жизни самому...

-   Не-ет, - протянул Стефен Уэбер, - вы хотите разжалобить зал и председателя, показав эдакого невезучего ученого, которого никто не взял за руку и не посадил в удобное кресло!

-   В обществе, где человек человеку волк... - ­что-то пытался возразить ему адвокат, но не успел.

-   Достаточно по этому вопросу, - тре­бовательным голосом остановил его председатель. ­- Что еще вы можете сказать?

-   А то, что Мэйсен Стирлинг уже давно находится в состоянии глубокой душевной депрессии и нуждается в лечении, - закончил адвокат.

-   Но, ознакомившись с материалами, которые нам передали из психиатрической клиники, - стал быстро говорить председатель, - я пришел к такому мнению, что тот здоров и находится в нормальном состоянии.

-   Нет, он болен, - настаивал на своем адвокат.

-   Это уж как сказать! Для Мэйсена Стирлинга теперь было бы лучше, если бы его признали сумасшедшим, - сказал председатель.

-   Да какой же он сумасшедший! - вдруг вы­крикнула Мэри Дэнтон.

  Она все время, пока выясняли отношения с Мэйсеном Стирлингом, спокойно наблюдала за происходящим, стараясь не вмешиваться, если ее ни о чем не спрашивали. Но здесь ее терпению пришел конец, и она встала, чтобы во всем сознаться:

-   Хватит здесь комедию разыгрывать! Мэйсен Стирлинг во многом виноват.

-   В чем же? - спросил председатель.

  Подсудимый тихо попросил:

-   Мэри, не надо, прошу тебя, может, все как раз и обойдется, устроится само собой?

-   И не надейся, что тебе все сойдет с рук! ­- бросила она ему, а затем обратила свой взгляд на председателя. - Во-первых, он виновен в моей загубленной жизни...

-   Ну, это личные амбиции и они нас мало инте­ресуют, - вставил председатель.

-   По-вашему, если один человек сломал другому жизнь - это не стоит внимания?

-   О, видите ли, Мэри Дэнтон, - произнес с сожалением председатель, - отношения между мужчиной и женщиной столь запутаны, что распутать здесь, на этом заседании, мы будем не в силах. Так что лучше вы начните сразу с «во-вторых».

  Слова председателя показались ей неспра­ведливыми и даже обидными, но она собралась с мыслями, чтобы продолжить.

-   Во-вторых, я лично помогала ему на корабле, где он решил избавиться от черепашек, позволила пустить на палубу «Хищника» пиратов, которых он нанял для этой цели. В-третьих, позже, уже в Турции поила девушку травяным напитком, чтобы она стала послушной.

-   Что за травы вы использовали для этого напитка? - поинтересовался председатель. - Экспер­тизой не было установлено, что это за растения.

  Мэри Дэнтон замолчала.

-   Вы будете говорить?

-   На этот вопрос я вам не отвечу, - спокойно произнесла она. - Это останется со мной.

-   Как знаете, - закряхтел председатель. - Что же вы рассчитывали получить за девушку?

-   Мэйсен Стирлинг пообещал мне много денег.

-   И вы поверили? Откуда бы он их взял? Ведь казна Короля была пуста. И жили они только потому, что постоянно воровали да обманывали.

  Вдруг неожиданно в зал суда через боковую дверь вошел толстяк с чемоданчиком в руке. Да-да, тот самый толстяк, который хотел, чтобы злой дух Короля вселился в него.

  Мэри Дэнтон с изумлением смотрела, как этот человек подошел к председателю и шепнул ему что­-то на ухо. Тот кивнул головой.

-   Я знаю этого человека! - вырвалось у нее. - Он был там, в Каменном городе!

  Черепашки и Стефен Уэбер так и вскочили со своих мест. Они тоже узнали его.

-   А-а, - злобно протянул Мэйсен Стирлинг, - и этот толстяк тоже спасся.

  Председатель показал знаком Мэри Дэнтон, что она может сесть.

-   Кто этот человек? - выкрикнули разом чере­пашки. - Мы хотим знать!

  Через минуту председатель встал. Рядом у стола стоял толстяк.

-   А где нож Каина? - спросил председатель, переводя взгляд с черепашек на скамью подсудимых.

-   Вы сначала ответьте, кто этот человек, - на­стаивал Микеланджело.

  Председателю явно не понравилось, что к нему обращаются с таким тоном, да и к тому же еще и с условиями.

-   Вы забываете, где находитесь! Вопросы здесь задаю я.

  На мгновенье лицо председателя показалось че­репашкам очень знакомым.

-   Да это же Король, - догадался Микеланджело.

-   Что, в конце концов, здесь происходит? - недоумевал Леонардо.

  Опасаясь, что может произойти что-то непредви­денное, встал Али и сказал черепашкам:

-   Вы должны лишь сказать, где находится Каинов нож. Разве это вам не ясно?

-   Но председатель и есть Король из Каменного города, - заметил Микеланджело.

  Зал наполнился хохотом. Председатель позволил себе тоже улыбнуться, но тут же лицо его стало серьезным.

-   Неудачная шутка, - произнес он. - Вы обоз­нались.

-   Да нет же! - упирался Микеланджело.

-   Если вы по-прежнему будете заявлять, что я Король и упорствовать при этом, я буду вынужден позаботиться о том, чтобы вас удалили из зала суда, ­- предупредил председатель.

  Черепашки были вынуждены успокоиться. Им ни­чего другого не оставалось, как отдать Каинов нож, так как Мэйсен Стирлинг подтвердил, что они вынесли его из Каменного города.

  Толстяк открыл свой чемоданчик и бросил туда нож, а затем вышел через ту же дверь.

-   По-моему, - прошептал Микеланджело, - я видел в его чемоданчике священный камень.

-   Не стоит об этом думать, - отмахнулся Стефен Уэбер. - Тебе просто показалось.

  Заседание подходило к концу. Председатель уда­лился из зала суда на несколько минут, чтобы составить текст приговора.

-   Я ничего не понимаю, - заявил Леонардо.

-   Мне кажется, что кто-то просто водит нас за нос, - заметил Микеланджело.

-   Я не доверяю этому председателю, - подумав, высказался Донателло, - да и этому Али, впрочем, тоже не доверяю.

-   Интересно, а куда это толстяк унес нож Каина? ­- с нескрываемым любопытством произнес Микеланджело.

-   На этот вопрос ответа мы не найдем, - взгруст­нул Стефен Уэбер. - Эта поездка какая-то неудачная для меня, хотя, вроде бы, все хорошо закончилось... Но осталось так много белых пятен, а мне уже хочется поскорее вернуться домой. Надеюсь, свою миссию я на этом выполнил?

-   Вы что, так быстро сдаетесь? - поинтересовался Леонардо. - Ведь мы не довели дело до конца! Ну, сейчас, конечно, хорошо бы домой съездить, отдохнуть да и вообще проведать кого-нибудь... А потом рванем с нами снова сюда? Путешествие на этом не закончилось, оно продолжается!

  Стефен Уэбер рассмеялся.

-   Рвануть, конечно, можно, но у меня уже возраст не тот, - сказал он. - Моя совесть чиста, так как я выполнил то, что должен был. А остальное ­дело молодых!

-   А что, может заняться и мне изучением Турции? ­- в шутку спросил Микеланджело.

  Но в это время в зал суда снова вошел председатель, и все замолчали, чтобы услышать, что он сообщит.

-   Итак, приговор таков: учитывая, что Мэйсен Стирлинг не признал себя виновным, суд находит, что он виновен. Также суд признает виновной Мэри Дэнтон. Относительно меры наказания суд считает сослать Мэйсена Стирлинга и Мэри Дэнтон на необитаемый остров в Атлантическом океане на пожизненное поселение.

  В зале все так и ахнули.

-   Вот те на, - развел руками Донателло, - и это называется мера наказания.

-   Странно все это, странно, - задумчиво произнес Стефен Уэбер, покидая зал суда.


Глава 19. Возвращение домой

  В расстроенных чувствах черепашки-ниндзя вер­нулись в свой гостиничный номер, где их ждали Рафаэль и Эйприл. Как можно было того и ожидать, Рафаэль сразу же завалил всех вопросами, на что Микеланджело ответил:

-   Нет сил, об этом мне даже вспоминать не хочется.

-   Что так? - интересовался Рафаэль, глядя на каждого, но черепашки лишь отмахивались от его расспросов.

  Лишь только, когда у них о процессе спросила Эйприл, они нехотя ей обо всем рассказали. Рафаэль насупился и молча слушал их, сидя на диване.

-   Чужая душа - потемки, - подытожила Эйприл.

-   Что ты хочешь этим сказать? - спросил ее Микеланджело.

-   Чужие люди, чужая страна, нам их трудно понять, потому что они живут по своим законам, которые нам не известны.

  Стефен Уэбер внимательно посмотрел на нее.

-   Это правильная философия. Но я всю свою жизнь занимался изучением этой страны, ее обычаев, религий, в конце концов, ее законов, - заметил он. И вот сегодня я понял, что я ничего не знаю.

-   Вот-вот, - подхватил мысль ученого Мике­ланджело, - кто-то из мудрых сказал то же самое: «Я знаю, что я ничего не знаю». Оказывается, как это справедливо!

-   Поистине, процесс познания безграничен, - добавил ученый.

  Заказав в номер каждому по пицце, черепашки обсудили день, когда они собирались возвращаться домой.

-   Я думаю, что завтра, - высказался Рафаэль.

-   Мне подходит этот день, так как сегодняшний я намерен провести в библиотеке, чтобы ознакомиться с редчайшими книгами, - сказал Микеланджело.

  Чтобы хоть как-то развеяться, Стефен Уэбер вы­сказал свое желание пойти с ним и составить ему приятную компанию. Микеланджело это безумно понравилось.

-   Надеюсь, с вами там для меня не будет белых пятен.

-   Ну, а что касается меня, то я с нетерпением дожидаюсь того момента, когда снова окажусь дома, - ­призналась Эйприл. - Во всем этом путешествии больше всего белых пятен осталось у меня в голове. Боюсь, что я никогда не смогу их заполнить.

-   Ну что ты, Эйприл, - попытался ее успокоить Донателло. - Ты можешь поведать о нашем приключении на корабле под названием «Хищник» и о тех опасностях, которые нас подстерегали там на каждом шагу. Твои телезрители останутся довольны.

  В дверь постучали.

-   Входите! - разом крикнули черепашки.

  От неожиданности официант чуть не рухнул на пол с подносом, на котором красовались только что запеченные пиццы.

  Заталкивая в рот большие куски любимой еды, Донателло с важным видом уточнил:

-   Так, значит, едем завтра?

-   Мгу... - отозвался Микеланджело.

  Никто не стал ему возражать. Вот только когда все услышали следующий вопрос: «Поплывем на корабле?», тут же запротестовали.

-   Только не это! - буркнул Леонардо.

-   У меня аллергия на корабль, - заметил Микеланджело.

-   А я не вынесу долгого плавания, - взмолилась Эйприл.

  Донателло всех успокоил, сказав, что билеты он возьмет на самолет.

  На следующее утро черепашки-ниндзя проснулись рано, ведь нужно было собираться снова в дорогу, на этот раз они возвращались домой.

  Покрутив в руках свой новый фотоаппарат, До­нателло с сожалением произнес:

-   А ведь я так и не сделал ни одного снимка, хотя очень надеялся.

-   Ничего, - бросил Микеланджело, закрывая сумку, - можешь, если, конечно хочешь, заснять нас всех прямо здесь. Я не возражаю.

  Несколько минут Донателло настраивал себя, потом свой фотоаппарат. Леонардо даже распси­ховался, глядя, как черепашка возится.

-   Так мы никуда не улетим... Давай же поскорей настраивай свою технику!

-   Да что ее настраивать! - не удержался Микеланджело. - Это же новейшая модель. Там только на кнопку нажать - и все.

  Как раз в этот момент Донателло и нажал на нужную кнопку.

-   Вот и все, - радостно сказал он.

-   Как это все? - возмутился Микеланджело. - Я еще сосредоточиться не успел, а ты уже «все».

-   Вот так всегда, -  всплеснул руками Лео­нардо. - Я представляю, как мы будем выглядеть на этом снимке.

  За ними зашел Стефен Уэбер.

-   Вы готовы? Такси уже ждет.

-   Да-да, - засуетились черепашки, оглядываясь по сторонам, все ли они успели упаковать, ничего ли не забыли.

  Эйприл уже несколько минут ждала их на улице около отеля. Она смотрела на море. Был полный штиль. «Какое оно спокойное! - вдруг подумала девушка. - А у меня на душе так тревожно».

  Дорога в аэропорт заняла у них не более десяти минут. В машине работал радиоприемник. Передавали последние новости:

-   Вчера в городском зале суда состоялся процесс... - сухим голосом говорила диктор.

-   А можно чуть громче, - попросил Микеланджело.

  Водитель повернул ручку приемника на пол-оборота.

-    …Мэйсен Стирлинг и Мэри Дэнтон признаны виновными...

-   Ну, это мы знаем, - вырвалось у Леонардо.

-   Да тише ты, дай послушать! - одернул его Микеланджело.

-   Вы что, знаете преступников? - поин­тересовался водитель, услышав, как обмениваются мнениями черепашки по поводу вчерашнего заседания в суде.

-   Еще бы! - ответил ему Донателло.

-   ...Сегодня утром Мэйсен Стирлинг и Мэри Дэнтон были отправлены на корабле на остров в Атлантическом океане, - диктор запнулась, - ­простите, - затем поправилась, - на необитаемый остров Атлантическом океане, где и проведут остаток своей жизни. Отвечая на многочисленные вопросы корреспондентов, Мэйсен Стирлинг сказал, что у него появилась прекрасная возможность исследовать этот остров вдоль и поперек и тем самым внести свой посильный вклад в науку...»

-   Ну что ж, - усмехнулся Стефен Уэбер, ­- может хоть теперь он сделает что-либо, заслуживающее внимания.



  Самолет американской авиакомпании приземлился уже в Америке, когда Стефен Уэбер открыл глаза.

-   Фу ты, - вырвалось у него, - однако, долго же я проспал.

-   Зато полет не был таким утомительным, - ­заметила Эйприл.

-   Все же лучше, чем раскачиваться по волнам морей и океанов, - произнес Леонардо, отстегнув ремни.

-   Подумать только! - воскликнул Ми­келанджело на трапе, спускаясь с самолета. - Мы дома!

  Он вдохнул полной грудью.

-   Родной воздух! И нет ничего приятнее на свете!


  Переступив порог своего дома, черепашки заметили, каким сиротливым он выглядел без них.

-   А все же здорово возвращаться и не куда-­нибудь, а к себе домой, - с каким-то волнующим чувством произнес Рафаэль, оглядывая пустой дом.

  С их появлением все здесь преобразилось. Снова появились только что выложенные из сумок вещи, заработал телевизор, который, казалось, после вынужденного отдыха улучшил цвет и изображение, словно хотел угодить своим хозяевам. Да и вообще, жизнь пошла своим чередом.

  Разузнать новости к черепашкам вскоре пришел их учитель Сплинтер, который не стал дожидаться их у себя.

-   Как дела? - поинтересовался он с порога.

-   Учитель! - подскочил к нему Микеланджело. - Рады вас видеть!

  В течение получаса, а то и больше черепашки-­ниндзя делились своими новостями. Учитель их внимательно слушал, давая возможность каждому выговориться.

  Узнав о том, что новая эра никогда не наступит, во всяком случае, в ближайшие два тысячелетия этого не произойдет, учитель похвалил своих учеников, особенно Микеланджело, так как он пуще других то и дело похвалялся своими совершенными во время путешествия подвигами.

-   Я знал, что вы справитесь с этим заданием, - ­голос учителя был ровным, и черепашки насто­рожились.

-   Что-то не так? - спросил Рафаэль.

-   Вы чего-то не договариваете, учитель, - сказал с тревогой в голосе Микеланджело.

  После минутной паузы Сплинтер, наконец, стал говорить.

-   Я не смогу вам всего объяснить... Это... Мне бы хотелось, чтобы вы все увидели сами.

-   Что мы должны увидеть? - поинтересовался Донателло.

-   Пойдемте со мной.

-   Но куда? Мы только приехали, устали, почему нам надо куда-то идти снова, точно времени другого для этого у нас не будет, - завопил Леонардо.

-   Тогда сиди дома, - резко сказал ему Донателло.

  Итак, не успев приехать домой, черепашки-ниндзя поспешили к своему учителю. Правда, Леонардо всю дорогу возмущался по поводу их внезапного визита, но на него никто не обращал внимания.

  Усадив своих гостей за стол, Сплинтер подошел к книжной полке и достал книгу, в которой го­ворилось о будущем. Открыв ее на нужной странице, он сказал черепашкам:

-   Я хочу, чтобы вы прочли все, что здесь на­писано.

-   Да мы знаем, что в ней написано, ­- подхватился Донателло. - Точно такая же книга бы­ла у Али.

-   И все же, - настаивал на своем Сплинтер.

  Микеланджело пододвинул к себе поближе книгу и стал читать:

-   «Новая эра - эра зла, насилия, войн и жестокости ожидает земную цивилизацию. Силы зла, которые тысячелетия дремали под землей...» - ­Микеланджело остановился. - Но учитель, я наизусть выучил этот текст.

-   Читай же!

-   Ладно, - вздохнул Микеланджело. – «...выйдут наружу, чтобы править миром. У этих сил своя религия, свой король, знать о которых может только один человек, живущий…» - на этом месте Микеланджело вновь остановился и, пробежав глазами текст дальше, посмотрел на Сплинтера.

-   Что же ты не читаешь? - заволновались черепашки.

-   Читай, - повелительным тоном произнес учитель.

  Набрав в легкие побольше воздуха, Микеланджело продолжил:

-   «...живущий в Австралии...»

-   Где-где? - приподнимаясь с места, разом выпалили черепашки.

-   В Австралии, - повторил Микеланджело.

-   А что-нибудь еще там есть? - поинтересовался Рафаэль.

-   Да. «...Он творит чудеса своими руками и способен укротить злые силы».

-   Так значит... значит мы совершили наше путе­шествие не в ту сторону и справились не с тем злым духом, - недоуменно произнес Донателло.

-   На счет страны в книге ничего не говорится, - поправил его учитель, - а вот дух, действительно не тот.

  Такая новость застала черепашек врасплох. Некото­рое время они просто молчали, не зная, что и говорить.

-   А может и здорово, что снова у нас есть рабо­тенка! - вдруг воскликнул Микеланджело.

-   Да, что-то в последнее время нам не приходится скучать, - заметил Леонардо.

-   Вот только как на это все посмотрит Эйприл? - выговорил Рафаэль.



  После нескольких лечебных сеансов Эйприл начала себя чувствовать значительно лучше. У нее нормализовался сон, появился аппетит и интерес к жизни. Ее лечащий врач порадовался успехам девушки, говоря при этом:

-   Ну вот, теперь тебе, Эйприл, не нужно лишних нагрузок, постарайся избегать стрессовых ситуаций и не перенапрягайся на работе.

-   Тогда как же жить, если мне все это противо­показано?

-   Молча, как все живут. Почему тебе непременно нужно быть в центре всех событий? К чему эти опасные приключения? Неужели нельзя пожить спокойно хотя бы какое-то время?

-   А разве можно жить спокойно, когда жизнь повсюду просто кипит? - недоумевала девушка.

-   Ну вот, ты снова заводишься с полуслова, - ­улыбнулся врач. - Помни, что со здоровьем шутки плохи.

  Эйприл взаимно улыбнулась и, прихватив свою сумку, в которой уже лежал новый материал, открыла дверь кабинета.

-   Я постараюсь это не забывать, - на прощанье, подмигнув, сказала она.



  Черепашки нашли ее уже на 6 Канале. Она сидела за столом в своем кабинете и разбирала много­численные письма телезрителей.

-   Эйприл! У нас к тебе есть дело, - прямо с порога выпалил Донателло.

-   Разговор, - уточнил Рафаэль.

-   Так дело или только разговор? - переспросила с серьезным видом девушка.

-   А возможно, и то и другое вместе, - выговорил Микеланджело.

-   Так кто начнет? - спросила Эйприл, обводя черепашек любопытным взглядом.

-   Давай я, - вызвался Микеланджело.

-   А почему именно ты? - возразил Леонардо. - Я, может, тоже хочу.

-   Хотеть не вредно, вредно не хотеть, - шутливо заметил Микеланджело, а затем обратился к Эйприл: ­- Все дело в том, что в книге о будущем, которая, как ты знаешь, находится у Сплинтера, появились новые слова...

-   Ка-ак? Опять надо ехать в Турцию? Там снова что-то намечается? - подскочила от неожиданности девушка.

-   Ты пока успокойся, в Турцию ехать не надо.

-   Тогда куда?

-   И это пока неизвестно. Известен лишь текст, который предупреждает нас об опасности.

-   Вот так действительно новость! - Эйприл плюхнулась на стул.

  В кабинете стало тихо-тихо, лишь только звук работающего кондиционера нарушал эту божественную тишину, да еще, пожалуй, шум города врывался через открытое окно.

  Всем было очевидно, что дома они не задержатся. День-два от силы - и они снова отправятся куда­-нибудь искать новых приключений.

  Как же могла Эйприл отказать своим друзьям и не поехать с ними? Да будь хоть трижды больна, она все равно и тогда бы отправилась с ними даже на край света. Иначе она не могла да и, наверное, не хотела.

-   А чего мы ждем? Может пора укладывать вещи? ­- вдруг спросила девушка. - Я-то еще не успела разобрать свою сумку.

  Черепашки ликовали, ведь они снова были все вместе.

  Стук в дверь прервал их веселье. Эйприл вежливо пригласила войти. Дверь открыл молодой парень и, оглядывая присутствующих, поинтересовался:

-   Как мне найти Эйприл?

  Эйприл встала и подала ему руку.

-   Эйприл - это я.

-   У меня для вас есть дело, - запинаясь, выговорил парень.

-   Интересно какое?

  Парень покосился на черепашек. Заметив это, Эйприл улыбнулась и сказала:

-   Это мои друзья, а у меня от друзей секретов нет.

-   Тогда...



  Что было после, догадаться не так-то сложно. Че­репашки и ведущая 6 Канала узнали... А впрочем, о чем они узнали, это уже тема для отдельной книги. Возможно, когда-нибудь Микеланджело попробует себя на литературном поприще и поведает новую историю о невероятных путешествиях черепашек-­ниндзя.