КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 451164 томов
Объем библиотеки - 641 Гб.
Всего авторов - 212128
Пользователей - 99517

Впечатления

Stribog73 про Высотский: Как скоро я тебя узнал (Редакция Т.Иванникова) (Партитуры)

Еще раз обращаюсь к гитаристам КулЛиба. Если у Вас есть "Полное собрание сочинений" Сихры и Высотского, сделанные Украинцем, пожалуйста, выложите в библиотеку!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Неизвестен: Нотная привязка к грифу шестиструнной гитары (Партитуры)

Эта простая схема очень поможет начинающему гитаристу изучить гриф гитары и запомнить ноты, соответствующие ладам на грифе.
Не все любители гитары любят копаться в самоучителях и школах игры.
Поэтому я выложил эту схему отдельно.
Схема очень простая и понятная, поэтому в ней разберется даже начинающий.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
4evas про Комаров: Мои двенадцать увольнений (СИ) (Современные любовные романы)

с автором напутали. КАА, но Анастасия

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Поселягин: Корейский вариант (Альтернативная история)

начало неплохое, а потом непонятные повторы не о чем

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Бушков: …И ловили там зверей (Фэнтези: прочее)

Как ни странно — но очередной рассказ из данного сборника все-таки был написан в жанре фантастики (что меня изрядно удивило)). Ведь несмотря на «заявленную тему сборника» тут не каждое произведение ей полностью соответствует))

Но — перехожу собственно к самому рассказу: в начале описаны будни сотрудника некой спецслужбы, единого «межгалактического союза» объединившего все человечество в благородном порыве экспансии на другие миры... И хотя автор (видимо) очень не любит «совок», но будущее по нему (как правило) это (всегда) некая суперблагородная цивилизация «общечеловеков», которые победили все болезни века, объединились и сплотили все человечество в «едином трудовом порыве»)) Что-то вроде вселенной УАСС Головачева...

И вот в этом «приличном обществе», в качестве «пережитков прошлого» содержат некую группу людей, которые подобно своим (вымершим) пещерным сородичам, все еще обладают навыками воина, и способны решать всякие проблемы, которые (порой) возникают на «гладком как стол» пути (остального) человечества...

В общем, это своего рода некий «орден», который вроде бы еще себя не изжил и переодически требуется, когда высокоморальные методы решения отчего-то не срабатывают... И вот (некий) сотрудник (данной организации) призван решить проблему исчезновения людей и кораблей в «отдельно взятом месте» (что сразу напомнило мне сюжет романа Гуляковского «Затерянные среди звезд»).

Далее ГГ идет «тем же маршрутом» и «благополучно теряется», обнаруживая себя в неком «питомнике» построенном на принципах выживания (что-то навроде «Голодных игр» с незабвенной «Сойкой» в главной роли)). И разумеется — помимо решения чисто технических задач по выживанию, перед ГГ стоит более сложный (прям-таки философский) вопрос «А на фига?»))

Большую часть рассказа, ГГ честно пытается решить данный вопрос, (в стиле Романова «Выстрел в зеркало» и «Смерть особого назначения») пока... пока не наступает время «Ч», когда думать «уже поздно» и надо действовать... Вот наш ГГ и берет бластер (замаскированный под электродрель) и... начинает все крошить в стиле (более позднего) Рэмбо))

Однако (как это практически всегда) у автора (бывает) концовка... все расставляет (по своим местам) все «совсем не так», как оно изначально предполагалось...

P.S Хм... И ведь не первый раз автор оставляет таким образом «жирное многоточие»... Не первый... И собственно за счет этого и получает подобный эффект... Ведь не будь их — все было гораздо прозаичней и скучней)) А так — эта «фишка» в очередной раз сработала!

P.S.S И самое забавное — этот рассказ в оглавлении книги написан с ошибкой — правильнее конечно будет «ловили», а не то что там написано))

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
DXBCKT про Бушков: Стоять в огне (Научная Фантастика)

Очередная вещь данного сборника продолжает радовать, ибо после «Баек начала перестройки» каждый очередной рассказ открываешь с некой опаской))

И хотя данный рассказ, по прежнему не совсем дотягивает до фантастики, однако некий скрытый посыл (автора) с лихвой снимает все возможные претензии...

По сюжету нам представлена жизнь некой дамы, жизнь которой в принципе вроде бы как удалась: дом, семья, работа, дом... и прочие нехитрые радости быта... Но тут внезапно «на горизонте» появляется некий странный человек, который делает не менее странное предложение... Нет)) Не в «плоскости отношений»... а в плоскости «реальности»))

Данный человек предложил (героине) бросить все к чертовой матери, и... прожить настоящую жизнь, в том месте (и в то время), где ее таланты (и она сама, по мнению незнакомца) раскрылись бы в полной мере... Так, по уверению «незнакомца» она (ГГ) родилась не в свое время и не в том месте... он же — просто предлагает ей занять его...

И с одной стороны все это очень похоже на бред (в чем себя успешно пытается убедить героиня), но с другой стороны: откуда у этого незнакомца очень личная информация (о жизни героини), откуда эти странные сны? Далее весь этот «натюрморт» дополняют третьи лица — которым (оказывается) так же было сделано схожее предложение и которые так же испытывают очень схожие сомнения и желание во всем разобраться...

И конечно — всему этому можно дать вполне логичные объяснения (как некоему психологическому эксперименту, в котором людям даются некие вводные, а дальше уже они сами «накручивают» себя до нужной кондиции). Однако (думаю) что здесь ,идет речь совсем о другом...

Каждый из нас, вероятно представлял когда-нибудь себя «на чьем-то месте» (в той или иной ипостаси), однако при том, что мы всегда «свято» уверены «что мы бы сделали лучше» — мы готовы об этом просто мечтать (в перерывах между нудной и бесполезной по сути работой, которая «тупо съедает наше время», оставляя нам взамен лишь некие бумажки с числами). А что если завтра появится некий псих, который предложит Вам отправиться «в никуда»... не в другой город или другую страну... А (к примеру) в другую эпоху или иной мир... ? И как быть? Бросить все «так тяжко заработанное»? Уютный быт с «перфорированной туалетной бумагой» и прочие удобства... ?

И совсем не важно — была ли (там) реальная возможность переноса (тела, сознания и тп). Важно другое — а готов ли ты, бросить все и все бесповоротно изменить? Променять уютный и привычный мирок на неизвестность? А вот оказывается что не факт...

И самое забавное что ГГ вполне четко понимает что «лишь барахтается в этом грязном болоте» (повседневности). Дом и быт построены по принципу «как у всех», муж и дочь явно не являются людьми ради которых (она) готова «положить свою жизнь на алтарь»... перспективы? Не смешите «мои тапочки»)) Медленное старение и отсутствие всякого смысла... И тут такой шанс...

Финал рассказа? Как всегда... каждый выбирает сам...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Найтов: Над Канадой небо синее… (Альтернативная история)

Прочитав часть первую — я понял, что несколько поторопился с покупкой обеих частей данной СИ. А ведь на тот момент, этот вопрос (естественно) даже не стоял, т.к тогда я брал по возможности все книги данной серии — без разницы что по авторам, что по хронологии...

Но вот насобирав аж около 10 книг данного издательства, я с удивлением обнаружил что процент «неподходящей литературы» в нем просто зашкаливает... И хотя данное утверждение вполне оценочное и субъективное, больше всего данная «линейка» напомнила мне манеру издательства «В вихре времен», где так же любят «напрогрессорствовать» без оглядки на здравый смысл и реальную историю, но зато с большим задором и «масштабом дел».

Честно признаюсь — не купив я (тогда) обе части «на бумаге», я навряд ли бы стал вычитывать продолжение (части первой). Уж очень «здесь все» оказалось не «мое».... Очередной лихой попаданец (уничтожающий врагов пачками), технически подкованный «спецсназер», который назначает себя князем и собрав ополчение — идет «крошить супостата».

Данный принцип весьма знаком и понятен: очень часто тот или иной автор «устраивает» очередной «мирок под себя» (в главной роли)... другое дело, что «масштабы личности» иногда варьируются от серого кардинала, до ИМПЕРАТОРА (всего и вся). Ну а поскольку (еще в первой части) автор пошел именно по последнему пути — читать очередную «летопись свершений и побед» было как-то «не с руки»... Вот и провалялась часть вторая больше полугода, пока все же не наступила ее очередь:(

И не то, что бы я был сильно предвзят... просто считаю (опять оценочное суждение) что данный подход уже себя не оправдывает от слова «никак» и годится лишь для подростковой литературы. Но … вернемся к сюжету части второй))

Еще с самого начала удивляет некий (несомненно новый) прием автора писать книгу от разных лиц, где одно и тоже событие, может бесконечно долго «обсасываться» со всех сторон (например так, как это было сделано с описанием «отдыха на тропическом островке», где царь Святослав 1-й самолично жарил шашлыки и упорно всех просил называть его не «его императорским величеством», а просто по имени))

Далее, несколько настораживают «все эти томления» и бурные физиологические последствия у падчерицы (вследствие случайного прикосновения к «монаршей особе»). Я конечно все понимаю, но для чего уж так себя превозносить то? Другие женщины (с другими лит.персонажами), так же не отстают и практически открыто «наслаждаются процессом»)) И я конечно не сноб... но было как-то странно встретить все это, после прочтения энного количества книг автора)) Так например практически во всех своих СИ про авиацию, девушкам дается что-то около 0,5-1,5 % всего объема книги (и то число в сухом стиле, «ох какая красивая девушка, поцеловал, женился»)) а все остальное опять про «пламенный мотор»)) А тут... в общем — это наверное еще один необычный подход в стиле автора)) Но опять таки — расчитанный чисто на подростковую аудиторию...

По географии «движухи» (по прежнему большую половину книги) занимают «заграничные колонии», которые множатся как лист в копире... И количество проблем (которые так же умножаются) опять таки заставляет верить скорее в супергероев, а не в «стандартно-рядовых попаданцев» (пусть и с соответствующей инфраструктурой и снабжением). Но нет — количество попаданцев по прежнему двое (муж и жена), никакой «иновременной команды», как не было и нет... зато есть толпа вышколенных соратников, которые служат беззаветно, сами обучаются, сами вооружаются и сами... вычищают собственные ряды (от предателей и шпионов)... Да... если кого-то из них «для дела» надо выдать замуж — то это «завсегда пожалуйста»... а то что «партия в итоге» оказалась плохая... так это мы (вроде бы как) давно подозревали... Ну ничего — сошлем (ее мужа) на каторгу тогда)) А так — полная демократия и волеизъявление народа))

В оставшейся части книги была сделана попытка заняться «делами домашними» (на 1/6 части суши). Но поитогу лишь обозначив свой интерес (мол имейте ввиду... «я бдю», и вообще — как там проходит благоустройство «матушки-Руси»?) Да и то правда)) Не все же на островах-то отдыхать... все-таки «упросили» (же сволочи) еще в части первой корону принять... Вот и приходится: железнодорожные ветки тянуть, индустриализацио организовывать и заниматься прочими «общеполезными и государственными» делами)) Спасает только то, что народ в принципе все же «достался» предприимчивый... бывшие князья да боаяре вмиг заделались мануфактуршиками и вместо века «еще непросвещенной царской монархии», приходит некий НЭП с элементами социализма... И страна «цветет и пахнет» в русле очередной пятилетки)) В общем — «божья благодать» наверное снизошла)) «... и решения партии проводятся в жизнь строго с ее партийной линией»!)) Что говорите? Опять книга для подростков??? Да «не вжисть не поверю»)) «Сурьезно все... сурьезно»!!!))

В общем, в очередной раз убедившись что все в порядке (вместо бояр — суперответсвенные олигархи, по стране идет вал «коллективизации», электрофикации и прочий внедрямс «нанотехнологий»), и что (при этом!!!) секреты производства не разворованы (КГБ-то тоже бдит)) — главный царь всея … (всего) живо бросает «это нудное дело» и посылает очередную эспедицию на очередные осторова, за минералами, ресурсами и просто «показать им всем Кузькину мать»))

Ну а к финалу нам расскажут про будни НАСЛЕДНИКА, о его стажировке на кругосветке и … о решении некой интимной проблемы)) Но не буду дальше злобствовать, в общем то — совет да любовь))

Что хочется сказать напоследок? Собственно то, что теперь, я если еще когда-то и рискну брать книги серии «Военная фантастика», то только (и после) внимательного изучения автора и самого произведения... Второй раз «так попадать» я не хочу... И я уже не обращаю внимание, то то что все другие автора СИ про авиацию, как правило вместо истории попаданца, (у автора) всегда встречаешь некий производственно-альтернативный роман... Ладно! Бог с ним... Уже привыкли! Но вот то что изложено здесь... ни в какие рамки не лезет.

P.S И помнится когда-то «я ругал» глобально-нудную СИ «Десант попаданцев»... Но даже там (при казалось бы схожей ситуции) пусть и без «ништяков с родного мира», ТОЛПА попаданцев за 3-5 томов добилась гораздо более скромных успехов... И это при том что «реалистичность подвигов» (там) так же оставляла «желать лучшего»... В общем — как ни странно, но после прочтения данной СИ тов.Найтова, мне отчего-то захотелось еще раз перечитать именно «нудную СИ вихрастых авторов», дабы сгладить масштабы моральной травмы полученной при чтении комментируемой книги))

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Хроники Истиля. Книга вторая: Легенда (fb2)

- Хроники Истиля. Книга вторая: Легенда (а.с. Хроники Истиля-2) 912 Кб, 264с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Александр Вернер

Настройки текста:



Посвящается всем моим друзьям!

Спасибо, что терпите меня и не пытаетесь изменить.


Предисловие автора


Что бы случилось, если бы в наш мир, волею судьбы, перенеслись существа и расы из других миров? Что бы делали люди? Дали бы им приют или уничтожили, как инородные тела в отлаженно работающем организме? В мире под названием «Истиль» люди решили принять все пришедшие в их мир народы и жить с ними в мире, о чём в скором времени пожалели…

Истиль – это совершенно новый мир со знакомыми многим расами существ. Некоторые существа получили несколько другие имена, но вы их узнаете, я уверен. Хотя, должен признать, узнаете вы не всех. Две расы Истиля придуманы лично мной, и я очень надеюсь, что они вам понравятся. Я позволил себе изменить природу некоторых рас, их способности и привычное мировоззрение, с чем вам останется только смириться.

Сегодня среда, девятнадцатое августа, две тысячи двадцатого. Уже несколько дней у меня в доме нет света, а это такой прекрасный повод дать себе отсрочку и не начинать работу, как можно дольше! Но сегодня я решил хотя бы начать. И вот, в окружении всевозможных светильников и даже одной портативной гирлянды, я пишу эти строчки. Это начало.

Если честно, поначалу я хотел начать работу над другой книгой, ведь про Истиль я писал совсем недавно, но у меня уже есть две незаконченные серии, и я решил, что пока не буду начинать новую (спойлер, ага). Я ещё не знаю о чём будет идти речь во второй книге, правда, но я хочу закончить эту историю в одной книге, не разбивая её на две мелкие, так что это будет всё же дилогия. Кстати, книга получится довольно самостоятельной, так что неважно в какой последовательности вы будете их читать.

Ладно, не буду больше отвлекать ваше внимание, начали…


Пролог


Велик и обширен Истиль. По крайней мере в этом уверены все его обитатели, от изначальных хозяев этого чудного мира – людей, до всех пришлых из разных миров остальных народов. На севере Истиля царит холод и мрак, в котором обитают гномы, дворфы, оборотни, саархилы и архениты; на юге, бесконечными барханами, раскинулись обжигающие красные горные пустыни, которые собрали в себе драконид, свартов, орков, Ишгарцев и Наархов; срединный же мир, исконно считавшийся людьми самым добрым и дружелюбным, населяли эльфы, фарии, люди, ардениты и Эллы. И сейчас нам нужен именно срединный мир, где далеко-далеко на западе, в великом вечнозелёном лесу Нэнт, в маленькой деревушке для людей, на самой юго-восточной оконечности леса, брёл себе по краю полянки седовласый старец. Согбенный, опирающийся на клюку, морщинистый, он казался совсем древним, и лишь горящие синей решимостью глаза были ему словно чужие. Они совсем не походили на глаза старика.

Маркус медленно доковылял до деревянной скамьи, стоявшей в тени старого дуба, опираясь на трость аккуратно принял сидячее положение, тяжело выдохнул.

Хорошая скамья. Удобная. Её сделали специально для него, когда с края поляны убрали беседки. Он любил те беседки, с ними у него было связано много воспоминаний. Но теперь он единственный, кто отдыхает здесь, а потому беседки больше не нужны. Благо хоть скамью сделали.

Казалось бы, ещё только вчера он занимался на этой самой поляне, а местные эльфийки, арденитки и хуманки глазели на него, томно шушукаясь между собой. А сейчас что? Сейчас теже самые девицы проходят мимо, отводя взгляд в сторону, делая вид, что его, Маркуса, и не существует в мире.

Это началось тогда, три года назад, сразу после рождения Аниты. Странности, как они тогда это обозвали. Города для беженцев только-только достроили. Эльфы наконец смирились, что теперь им придётся жить бок о бок с людьми и арденитами. А бывший разведчик Маркус Ройвер планировал свой поход на север. Да. Тогда он думал уйти на север. Он хотел выждать год или два и попытаться найти выживших повстанцев, чтобы помочь им. Он хотел присоединиться к ним. Лишь бы не сидеть на месте в ожидании конца. Да. Именно так он тогда и думал. Именно этого тогда желал.

Вы услышали про «выживших повстанцев» и вероятно задались вопросом? Да. Так и есть. Тогда, три года тому назад, когда император и повстанцы подняли на севере восстание и захватили столицу дворфов – Мирду – они проиграли. Им удавалось удерживать город в течение нескольких месяцев, успешно разбивая мелкие отряды противника, пытающегося организовать осаду, но потом вернулись генералы и всё закончилось практически мгновенно. О судьбе императора и повстанческого движения Ройвер не знал. Генерал заявил о казне предателей и смутьянов, но самой казни никто не видел. Им и по сей день ничего не удалось узнать об их судьбе, а прошло уже более трёх лет. Более чем достаточно, чтобы понять всё самому.

Однако несмотря на всё это, тогда, три года назад, Маркус всё ещё верил и продолжал планировать свой поход. Он верил, что найдёт повстанцев и они устроят повторный переворот. Он верил, что они свергнут генералов и освободят не только срединные земли, но и север.

А в следующем году произошли сразу три вещи, заставившие бывшего разведчика пересмотреть свои планы.

Во-первых, дворфы начали проводить агитацию, заманивая людей и арденитов обратно в свои города. Они утверждали, что война окончена и они будут только «за», если люди вернутся обратно домой. Они избавили срединные земли от диктата бывших правителей и теперь все, кто вернётся, определённо будут жить лучше, чем раньше. Казалось бы, кто поведётся на обещания монстров, что всего какой-то год назад истребляли людей и арденит пачками? Но, как оказалось, многие. И люди и ардениты уходили из Нэнта целыми группами и больше о них никто ничего не слышал. Разведка тогда работала плохо, всё реже и реже юные разведчики возвращались обратно в лес, и в итоге король Кахаэль запретил эльфам ходить в разведку на восток. Один раз эльфы попытались преградить путь неразумным людям, что решили вернуться домой, и тогда дело чуть не дошло до самого настоящего сражения. После того случая Кахаэль запретил препятствовать желающим уйти.

«Пусть те, кто хочет уйти – уходят. Но знайте, впредь путь в Нэнт вам заказан» – сказал тогда правитель Нэнта.

В те времена Маркус ездил по деревням, пытаясь убедить людей и арденит, что все эти обещания – пустой звук. Враг просто пытается выманить их из убежища. Кто-то прислушивался к бывшему разведчику, кто-то игнорировал, но он не собирался сдаваться. Он обязан был спасти как можно больше людей и хвостатых. И поэтому он продолжал ездить от одной деревни беженцев к другой, убеждая, уговаривая, доказывая.

А потом случилось, во-вторых. Его жена, Аша, умерла. Она болела с самых родов, почти не вставала, проводя всё своё время с дочерью. Над ней трудились лучшие лекари зелёного леса, но… Фриландель и Халантис заранее предупредили Маркуса, что она вряд ли протянет долго. Но вместо того, чтобы проводить больше времени с женой и дочкой, Ройвер лишь усерднее взялся за контрагитацию, и совсем перестал бывать дома. Собственно, само известие он получил в дне езды от Нового листа, лишь чудом успев на похороны своей жены Аши.

Сказать, что бывший разведчик оказался подавлен – это ничего не сказать. Он был разбит, уничтожен, пуст. Но и это оказалось не всем, что ожидало его тогда, два года назад. После этого наступило, в-третьих.

Фриландель и Халантис заметили, что Маркус сильно сдал за год. Постарел, осунулся, стал быстрее уставать. Сначала они списывали это на последние события, но чем больше проходило времени, тем хуже становилось дело.

Пока друиды проводили свои эксперименты – Ройвер продолжал стареть. Правда, тогда он уже перестал ездить по деревням. Те, кто хотел вернуться домой – уже давно ушли из леса, а остальные не верили дворфам ни на грош, во многом благодаря именно Маркусу. Всё своё свободное время, а его у бывшего разведчика теперь было более чем достаточно, он проводил со своей дочерью Анитой.

Год назад друиды закончили с экспериментами и вынесли свой вердикт. Халантис сказал, что кристалл, тот самый, что находился внутри Ройвера с самой Закилии, как-то странно реагирует на присутствие Аниты, и чем ближе бывший разведчик находится к своей дочери, тем быстрее он стареет. Кристалл будто вытягивает из него жизненные силы, чтобы оградить себя от девочки. Тогда Фриландель предложил Маркусу переехать на другой конец леса, а Аниту отдать на попечение друидам, но Ройвер отказался. Чтобы вы понимали, Маркус уже выглядел, как шестидесятилетний старик и не видел смысла пытаться продлить свою жизнь.

– Лучше уж я проведу год жизни с дочкой, чем десять в полном одиночестве, среди незнакомых мне людей, – сказал тогда Ройвер.

Лишь об одном жалел бывший разведчик, что так и не сходит на север.

Послышался лёгкий скрип, выдернувший Маркуса из раздумий.

– Как ты? – спросил знакомый голос, устроившийся рядом с ним, на той же скамье.

Как он? Он выглядит на восемь десятков, а чувствует себя ещё хуже. Он умирает и чувствует это. Он постоянно уставший и иногда ему кажется, что даже дышать становится слишком уж трудно. Он хочет лишь одного – наконец отдохнуть. Конечно, он никогда всего этого не скажет.

– Нормально, – не удержавшись, вздохнул Ройвер.

– Как Анита? – продолжал Фриландель.

– Лучше, чем я, – осклабился бывший разведчик.

– Всё шутишь…

– А что мне ещё остаётся, – чуть тише обронил Маркус.

Наступило молчание.

Беловолосый эльф в богато расшитой зелёной мантии мялся, будто не решаясь что-то сказать. Догадался видимо. Чувствует.

– Фриландель?

– Да?

– Ты позаботишься об Аните?

– Конечно, – чуть кивнув, глухо уронил эльф. – Можешь не беспокоиться.

– Хорошо.

Снова Молчание.

– Пойду её проведаю, – тяжело поднимаясь, кинул Ройвер.

– Угум, – только и выдавил друид, не отрывая взгляда от земли.

Анита всегда была спокойным ребёнком. Её можно было оставить совсем одну, и она не плакала. Если подумать, она в принципе практически никогда не плакала, предпочитая вместо этого улыбку. Ходить она начала довольно рано, как истинный арденит, но не проказничала, всегда оставаясь там, где её оставили. Вот и сейчас, вернувшись, бывший разведчик застал дочь именно там, где и оставил, на полу её комнаты, в окружении игрушек, выструганных им же из того, что под руку попадётся.

Маркус сделал ещё один шаг, скривился, тяжело вдохнул, ещё раз, ещё, бесполезно. Сердце будто бы замедлило темп. В спине стрельнуло, пальцы заломило, но потом всё будто бы прошло. Боль резко исчезла, в голове прояснилось.

Ройвер бросил взгляд на улыбающуюся дочку, глядевшую прямо ему в глаза. Золотистые петухи на голове торчали во все стороны, а голубые, словно два маленьких озерца, глаза, искрясь, смотрели на того, кого любили больше всего на свете.

– Твоих рук дело, а? – ухмыльнулся он, садясь на пол, рядом с ней. – Ты уж это, не проказничай особо, хорошо? Эти эльфы могут быть очень вредными, но именно благодаря им ты жива. Не забывай о этом. Хорошо кушай и постарайся не встревать в неприятности. И хорошо учись, а то будешь, как твой папаша… и никогда не забывай, что мы с мамой тебя очень сильно любим. И мы всегда с тобой. В твоём… твоём… сердце…

Фриландель тяжело поднялся со скамьи, утёр рукавом лицо, вздохнул.

Небо быстро затягивало тяжёлыми свинцовыми тучами, кроны деревьев вокруг деревни начали раскачиваться всё сильнее и сильнее. Приближалась буря.

Эльф быстро преодолел разделяющее скамью и дом Ройверов расстояние, вошёл внутрь, остановился, бросил беглый взгляд на Маркуса, взял на руки Аниту и вышел наружу.

По земле ударили первые крупные капли. Сначала неуверенно, боязливо, будто нащупывая дорожку. Но постепенно наглея они били всё увереннее, заливая всё вокруг. Казалось, что сами небеса оплакивали смерть Маркуса Ройвера.

Лишь маленькое золотоволосое дитя не оплакивало смерть бывшего разведчика. Анита всё ещё с удивлением ощупывала свою грудь, куда несколько мгновений назад вошёл какой-то чёрный камень, вылетевший из резко замолчавшего отца.


Глава 1: Хин


Хин мягко приземлился на носки, накинул капюшон и медленно двинулся по улице, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, что было весьма нелегко, учитывая тот факт, что Хин был свартом, в простонародье – тёмным эльфом.

Ещё одним командиром меньше. Всё выполнено в лучших традициях. Впрочем, как и всегда. Когда они обнаружат тело – Хин уже будет на другом конце города.

Поворот, ещё поворот.

Сварт пользовался исключительно мелкими тёмными улочками, избегая широких улиц и мест большого скопления народа.

Он давно уже перестал резать простых солдат. В этом не было никакого смысла. Среднестатистическому солдату плевать на идеологию. Он не жаждет убивать или кого-то захватывать. Среднестатистический солдат просто старается не умереть с голоду и не дать умереть своей семье. Поэтому в северной армии так мало дезертиров. Дезертирство карается смертью без суда и следствия, по законам военного времени. После чего следует показательная казнь всей твоей семьи. В назидание остальным. Так что на такой смелый шаг идут лишь те, кому уже некого терять. Солдаты просто выполняют приказы. Они сами – рабы севера, и живут ничуть не лучше южан. Да и на место простого солдата всегда найдётся замена, а вот заменить командира не так-то и просто. Особенно, когда они мрут, как мухи.

Закрытые двери, закрытые ставни окон, пустые улицы. Айлангард сильно изменился за последние десять лет. Некогда могущественная столица людской империи ныне стала простой базой дворфов в срединных землях. После войны её тут же отстроили, а потом начали завлекать сбежавших к эльфам и в горы людей обратно в города. Мало кто повёлся на такую грубую уловку, но те, кто всё же осмелился вернуться к себе домой – пополнили бесконечные ряды рабов северной империи.

Но это ещё не самое страшное. В больших городах люди хотя бы имели право свободно передвигаться по городу. В окрестных же деревнях рабы сидели на привези и выходить имели право только по приказу надсмотрщика, причём обязательно в ошейнике, указывающем на принадлежность определённому месту и хозяину.

Хин обошёл кузнечную площадь, практически пустую сейчас, и двинулся дальше, в сторону восточной стороны внешней стены.

Местные рассказывали, что когда-то кузнечная площадь гремела от звона молотков и криков покупателей, но ныне кузнецы выполняют лишь редкие заказы замка. Мастерить что-либо вне заказа господ – строжайше запрещено. За это можно с лёгкостью распрощаться с головой. А этого мало кто хочет.

На самом деле сварт никогда не бывал в Айлангарде до войны. Но за последние пять лет услышал о столице столько всего, что ему уже начинало казаться, что он и сам всё это видел и переживал. Все эти праздники; запах свежеиспечённого хлеба, вместо запаха дерьма; дети, играющие на дорогах и площади, вместо неизменной пустоты и патрулей; смех и сплетни, вместо тишины. И чем чаще Хин приходил в столицу людей, тем больше понимал их и тем больше желал помочь.

Сварт завернул в южный район, местное обиталище самых бедных слоёв населения, и, забравшись поглубже в гетто, прислонился к стене какого-то ветхого домишка, решив перевести дух.

Насколько он помнил, сейчас он находился где-то в районе Куч и старого колодца. Дальше на юг стояли лишь пустые дома заброшенного района, где вот уже несколько лет никто не жил. Чтож, отличное место, чтобы затеряться и передохнуть.

Дворфы мобилизуют свою армию каждые пять лет. Пятнадцать лет назад они практически полностью уничтожили Фарий на западе и разгромили авангард Эллов на востоке. Десять лет назад поработили людей и арденит. Пять лет назад завоевали Эллов и в очередной раз напали на эльфов.

Хин задрал голову, уперев свой взор в серые свинцовые тучи, практически не покидающие небосвод в последние дни.

Эльфы. Они уже трижды отбрасывали силы северян от своих границ. Упёртый народец, сильный. Но на сколько ещё их хватит? Смогут ли они выстоять в этом году? Ведь, если дворфы не отойдут от традиции, именно в этом году стоит ждать новой атаки. И, скорее всего, северяне решат окончательно покорить срединные земли.

– Стой! Где твой пропуск? – послышалось со стороны.

– Пустите! Я вышел за хлебом, у меня… – мальчишеский голос.

– Ах ты… – глухой звук удара, затем, будто что-то тяжёлое плюхнулось наземь.

– Аааа, – пропищал мальчишка.

Сварт мог бы проигнорировать эту сцену. В конце концов, он никому ничего не должен и ничем не обязан. Если так подумать, он вообще не из срединных земель и занимается здесь своими делами. С чего его должны волновать люди? Он может держать себя в руках. Его не вывести какими-то издевательствами над детьми. Он и не такое видывал в жизни. Парню всего лишь прилетело пару раз. Будущий мужчина, справится. Да и сам виноват, что пропуск забыл. Знает же, что бывает.

Когда Хин закончил свою мысль, его нога уже отбросила первого стражника в стену ближайшего бревенчатого домика, а кулак правой руки смачно врезался в живот второго стража закона. Послышалось краткое: «буэ», и здоровенный детина, забитый в железо, рухнул к ногам эльфа.

– Ты в порядке? – бросил он мальчишке, светловолосому голубоглазому юнцу лет пятнадцати.

– Да, спа… сварт!? – выпучил глаза малец.

– Какие-то проблемы? – нахмурился Хин, встретив изумлённый взгляд паренька.

– Нет, простите, я просто, я, редко… – пытался изъясниться малой.

– Не будь расистом, парень, – рыкнул мальцу прямо в лицо эльф. – Не только вы, люди, не любите северян. Мы, южане, их тоже не жалуем, знаешь ли.

– Да, конечно, простите, я не хотел, я…

– Вам стоило бы убраться отсюдава, – буркнул чей-то старческий голос.

Сварт повернул голову вбок, вскинул бровь, окинул взглядом белобородого старца в сером, местами штопанном, балахоне. Тот опирался на какую-то клюку, стоя в тени одного из близлежащих полуразрушенных домиков, и взирал на странную парочку.

– С чего это? – нахмурился Хин.

Дедок кивнул в сторону конца улицы, и тёмный эльф быстро переместил свой взор туда, только ради того, чтобы увидеть удаляющихся стражников, которые ещё секунду назад валялись на земле, возле его ног.

– Быстро они, – скривился сварт.

– Скоро здесь будет не протолкнуться от стражи. И, скорее всего, в этот раз за дело возьмутся не местные стражники, – поведал старец.

– Тем лучше, – как-то странно ухмыльнулся Хин. – А ты чего ждёшь? Не слышал, что дед сказал? – обернулся эльф к пареньку.

Парень пару раз моргнул, покраснел и, выдавив: «спасибо!», удалился, быстро пропав между покосившимися домами.

– Мне кажется, тебе стоит покинуть город на какое-то время, Хин, – обратился к нему старец, когда паренёк окончательно скрылся в тенях. – Слишком много вопросов задают, и слишком много взглядов поглядывают на южные районы.

– А как же вы? – только и спросил сварт.

– Скоро у нас появятся свои защитники. Они смогут продержаться до её прихода, – многозначительно выдал дед.

Её? – с нажимом переспросил эльф. Он явно не понимал, о ком шла речь.

– Шестихвостой, – тише, почти шёпотом, сказал старик.

– Кажется я уже что-то слышал про какую-то шестихвостую, – задумался Хин. – Пару дней назад, на рынке, кто-то уже говорил про неё…

– Она… – начал было старец, но в тот же миг рядом с головой сварта пронеслось что-то тяжёлое, разбив в крошку стену позади него.

– Твою… – бросил он в никуда, шарясь глазом по округе. Вот они. Двое. Дворфы. Да ещё при параде.

Не говоря больше ни слова, чтобы не подставлять деда и не терять времени самому, эльф метнулся в ближайший переулок, очень удачно ведущий к южным воротам.

Он привык убегать. Даже от такого противника, как тяжеловооружённый дворф. Здесь главное не сбавлять темп и стараться не двигаться по траектории, которую можно предугадать. Больше неожиданных прыжков, больше поворотов, больше внезапности. Странные машины северян хорошо считают траектории и предугадывают ваши действия, но и их можно запутать, сбив с толка. Нужно лишь перестать планировать и начать действовать наугад.

Один из дворфов пролетел прямо у Хина над головой. С продолговатого оружия, похожего на копьё, слетело две молнии, угодившие в крыши домов, мимо которых бежал сварт. Ещё одно правило: когда за тобой гонятся по воздуху – выбирай улочки поуже.

Второй дворф материализовался впереди тёмного эльфа, на крыше одного из домов. В Хина полетели энергетические шары, но тот быстро сориентировался и пропал в одной из боковых улочек.

Какое-то время погони не было видно. Неужели потеряли его?

Сварт остановился; прислушался, переводя дух. Тихо. Но что-то…

Из ниоткуда вылетело что-то громоздкое, припечатав тёмного эльфа прямо к стене чьего-то дома. Скоба, так южане называют это «что-то». Скоба припечатывает вас к любой поверхности, не давая шанса освободиться, после чего ваша жизнь зависит только от настроения врага.

И как он мог попасться на такую простую уловку? Ведь дворфы уже давно украли у свартов технологию мимикрии. И Хин уже столько раз имел с этим дело. И почему именно сейчас проглядел? Прав был дед. Ему пора покинуть столицу. Пора отдохнуть. Вот только теперь об этом думать уже поздно…

Воздух перед свартом пришёл в движение и, вслед за скобой, на свет явились два дворфа в полной боевой имперской амуниции, с белыми треугольниками на груди. С виду, совершенно идентичные. Даже бороды у обоих коричневые. Один из них навёл энергетическую пушку прямо на лицо Хина.

– Кончай его, – бросил второй дворф, тот, что стоял позади первого.

– А разве мы не должны передать лазутчика на допрос, засвидетельствовать всё, доложить командованию? – неуверенно продекламировал первый, что держал пушку у носа сварта. Пушка чуть отъехала в сторону, дворф обернулся к товарищу.

– Ты совсем дурак? – грозно вонзился в первого дворфа взглядом второй. – У нас война на носу. И так понятно зачем этот сварт в городе ошивался. А судя по тому, как он летел в сторону южных ворот, то всё нужное он уже вызнал.

– Но может мы сможем узнать что-то о них… – потупился первый. Пушка ещё больше отошла в сторону и вниз.

– Да что он может сказать? Он простой лазутчик. Да и не думаю, что генерал Граин будет планировать нападение, не вызнав всю подноготную южан. Он ведь ещё никогда не проигрывал.

– Да, наверное, ты прав… – согласился первый.

– Так что кончай его и пошли. Я хочу успеть на ужин.

– Парни? – подал вдруг голос эльф.

– А?

– Что?

Пока двое дворфов спорили, у Хина была масса времени, чтобы всё приготовить и просчитать. Шанс один на миллион, как говорится, но именно он обычно и срабатывает.

Пнув ногой энергетическую пушку первого дворфа, второй ногой он зарядил ему же в бок. Дворф дёрнулся, прострелив своему соратнику ногу. Послышался отчаянный крик, наполненный ругательствами, истинной сути которых сварт не смог бы постичь, даже, если бы их слышал. Но к тому моменту тёмный эльф находился уже довольно далеко оттуда. Видите ли, ещё когда скобы, как оружие, появились на вооружении у дворфов, лазутчики южан начали таскать с собой камни телепортации. Камень Хина был настроен на ближайший к столице людей холм, стоявший в миле от южных ворот города. Но и это ещё не всё. Хин всегда считал, что уходить, не попрощавшись, не самая лучшая традиция, посему всегда оставлял после себя что-то на память. Сейчас, к примеру, этим «чем-то» стал небольшой сиреневый шарик. Шарик ударился о землю и по всей улице прошла сеть из молний, сопровождаемая ещё более громкими криками и пугающим до дрожи в коленках жужжанием.

Спустя несколько мгновений молнии, как и жужжание, как и крики дворфов, пропали, оставив после себя лишь лёгкую дымку и тот самый приятный запах озона, какой бывает после грозы.


Глава 2: Тайлер


Вдалеке прожужжал странный электрический гул, заставив Тайлера остановиться. Скривившись, он даже втянул голову в шею, настолько зловеще прозвучал гудящий раскат. По коже тут же пробежал рой мурашек. Голова паренька сама собой повернулась в сторону южный ворот, куда убежал странный сварт.

Сварт. Он много слышал о них, но слышать и увидеть своими глазами – это совершенно разные вещи. Эти красные, будто два кровавых рубина на свету, глаза; длинные белоснежные брови и того же цвета волосы, закрученные в сложных хитросплетениях косичек; а эта странная одежда, вся состоящая из ремней и замочков?

Эльф говорил что-то про то, что все они на одной стороне. Что южане тоже не жалуют северян. Это радовало. Что не только кучка людей хотела бы вернуть всё назад. Без помощи юга, людям и думать нечего пытаться свергнуть дворфов. Это даже звучало как-то глупо. Невозможно. Не могут люди противостоять этой силе. Просто не могут.

Тайлеру было шесть, когда северяне пришли в срединные земли. Его отец тогда вызвался добровольцем в армию генерала Фарлена и сгинул где-то на равнинах Гивдоша, как и все остальные, посмевшие бросить северу вызов. Мать погибла тогда же, при бомбардировке столицы саархилами и архенитами. Тайлер и сам тогда чуть не погиб. Его вытащили из развалин его бывшего дома соседи, которым повезло чуточку больше, их дом хотя бы остался цел. Но счастье длилось недолго. Они не успели эвакуироваться с генералом Диргеном и остались в Айлангарде. Когда юный Тайлер окончательно пришёл в себя, город уже был занят северянами.

А дальше годы рабства, формирование района для рабов и нищих, и оформление юного уборщика улиц Тайлера в данный район на постоянное место пребывания, без прав покинуть оное место.

У него даже фамильного имени не было. Так уж случилось, что он его не помнил, а единственный оставшийся в живых сосед знал его родителей лишь по именам. Позже, спустя несколько лет, ему предлагали выбрать себе одно из освободившихся фамильных имен (то есть, все обладатели этого имени погибли при захвате срединных земель), но он отказался.

– Лучше пусть у меня не будет фамильного имени совсем, чем я буду носить чужое имя, – сказал тогда Тайлер и спорить с этим никто не стал. Всем было всё равно.

На самом деле, даже при таких обстоятельствах, Тайлер считал, что ему крупно повезло. Он остался жив. И остался жив в столице людей, где с людьми обращались ещё более-менее сносно. Будь он во время атаки у бабушки в деревне, на самом краю королевства, жил бы сейчас в загоне, в лучшем случае.

Бабушка. Иногда он задавался вопросом, что же с ней случилось после всех тех ужасов, о которых рассказывают свидетели битв северян с армией срединных земель. Насколько ему было известно, сама деревня ещё стояла на краю земель Мо, в каких-то милях от границы с ныне пустыми болотами Фариев далеко на западе. Также ему было известно о всех тех зверствах, которые там творились. Смогла ли бабушка выжить при захвате деревни? Возможно. Смогла ли она протянуть там эти долгие десять лет? Вряд ли. Хотел ли Тайлер помочь ей? Да. Но мог ли? Нет. Скорее всего, он бы даже город не смог покинуть, не говоря уже о том, чтобы добраться так далеко на запад. Первый же патруль северян казнил бы его за передвижение по землям империи без разрешения. А даже доберись он до той пресловутой деревушки, в которой он гостил лишь однажды, что дальше? Даже, если бабушка жива, как её спасать? Куда идти? Что делать?

Но самое грустное заключалось совсем в другом. Не в рабстве; не в отсутствии фамильного имени; не в работе уборщиком улиц до конца своих дней; не в той ужасной дряни, которую здесь называют едой; и даже не в неспособности помочь бабушке, нет. Самое грустное заключалось в том, что Тайлер даже не мог вспомнить лица своих родителей и той самой бабушки. Когда он думал о них, перед ним возникали лишь силуэты, но точных деталей он уже не помнил. Он никому никогда этого не скажет, но больше всего на свете он боялся, что когда-нибудь забудет и их голоса.

Тайлер осторожно заглянул за угол.

Всегда проверяй, куда собираешься пойти. Если стражник поймает тебя на улице без пропуска – можно получить хорошую взбучку, а в худшем случае даже угодить на спецработы. А это несколько недель побоев и возни с такими вещами, что чистка отхожих ям покажется вам праздником. И всё это практически без еды и воды. В общем, не самая лучшая перспектива. Но и это не самое худшее. Сейчас Тайлер находился уже не в своём районе, он уже покинул квартал нищих и сейчас блуждал где-то в торговом районе, на северо-западе города. А покинуть свой район без разрешения… за это могли и забить до смерти. Зависело от настроения стражников, на которых нарвёшься. Но среди северян были и такие стражники, что лучше бы насмерть забивали, чем то, что они вытворяли с… в общем, не будем об этом.

Вы можете подумать, зачем же тогда Тайлер покинул свой район без пропуска, если за это можно лишиться головы? Всё просто. Во-первых, юный голубоглазый храбрец не боялся смерти в виду того, что слишком часто её видел. Он рисковал жизнью каждый день, просто существуя. А в таком случае сложно научиться бояться смерти. А во-вторых, в торговом районе жил сын пекаря, Рональд, с которым они дружили вот уже три года. А чтобы увидеть друга, можно нарушить хоть сто запретов. Так считал Тайлер.

Пройдя по пустому узкому переулку до условленного места, юный герой зашёл за груду больших деревянных коробок, стоявших веером в самом конце, в тупике, и наткнулся на улыбчивого рыжеволосого паренька, вдвое шире самого Тайлера. Разбросанные по всей макушке медные патлы мало напоминали причёску и наводили на мысль о том, что малой никак не был связан с таким предметом обихода, как расчёска. Большой мясистый нос был единственным, что разделяло толстые щёки паренька, под которыми много лет назад утонули прелестные скулы. Зелёные тусклые глаза излучали добро и радость, а пухлые губы широко растянулись в искренней улыбке. Одетый в зелёное и коричневое (основные цвета тех, кто жил в благополучных районах города и хотел это подчеркнуть), толстяк соскочил с одной из коробок, двинувшись в сторону Тайлера.

– Тайлер! – громким шёпотом поприветствовал друга рыжий.

– Привет, Рональд, – более сдержанно улыбнулся юный блондин, пожимая товарищу руку. – Как ты? Что нового?

– Да что там, – отмахнулся толстяк, выдерживая драматическую паузу. – Работы невпроворот. Ты же знаешь, как мой отец говорит.

– Будь я проклят, если наступит день, когда на рынке закончится мой хлеб, – спародировав отца Рональда, улыбаясь сказал Тайлер.

– Вот-вот, – кивнул, чуть расслабившись, Рональд, после чего опустился на одну из валявшихся коробок. Тайлер последовал его примеру, сев прямо напротив друга. – Ты сам-то как? Вид у тебя, если честно, не очень. – внимательно оглядев друга с ног до головы, добавил толстяк.

– Ну, – протянул Тайлер. – Только что меня спас от стражников тёмный эльф.

– Что? – подскочил рыжий. – Сварт? Так это правда? Он и взаправду убивает северян? Я думал это выдумки… опиши его!

Тайлер немного опешил, но тут же взял себя в руки и лихорадочно начал вспоминать, как выглядел его спаситель.

– Пффф, да обычный сварт. Серая кожа, красные глаза, брови белые, длинные такие. – Показал он руками – И одежда вся из ремней будто, чёрная. В плаще такой. Он будто из ниоткуда вылетел и бах! Стражники чуть ли не на соседнюю улицу улетели.

– Круто! – сиял толстяк.

– А потом подходит такой ещё и говорит, мол, мы все общее дело делаем, против северян боремся и ушёл.

– Офигеть! – ещё больше засиял Рональд. – Жаль я его не видел. Сварт! Настоящий!

– А ты откуда о нём слышал? Я думал о нём только у нас байки ходили, – решил спросить Тайлер.

– Да ты что! – вскрикнул рыжий, после чего захлопнул рот рукой. Парни помолчали несколько секунд, прислушиваясь, после чего дружно выдохнули, переглянулись, улыбнулись и продолжили уже тише. – О нём весь город говорит. Это же одна из двух любимых легенд недовольных.

– Недовольных? – не понял Тайлер.

– Ну ты тёмный, – удивился толстяк. – Во внешнем кольце часто начали появляться всякие надписи на стенах и рисунки. Их быстро убирают, но многие успевают их увидеть и рассказать другим.

– Рисунки? – ещё больше нахмурился Тайлер.

– Короче, – сделал серьёзный вид Рональд. – Говорят, что в городе появились недовольные властью севера. Они собираются где-то в подполье и воюют с захватчиками.

– А как воюют? – спросил Тайлер.

– Да откуда я знаю, как. Воюют и всё тут.

– А где это подполье?

– А вот этого никто не знает, – задрав подбородок, продекламировал рыжий. – Говорят, оно везде и нигде.

– И как его тогда искать? – нахмурился вконец запутавшийся Тайлер.

– Говорят, они сами находят тех, кто им нужен, – многозначительно поднял палец вверх Рональд.

Наступила тишина, которую сын пекаря решил заполнить едой. Ведь кто, как не он, знал, как редко его друг видит нормальную человеческую пищу.

– Будешь? – ненавязчиво протянул он Тайлеру кусок пирога.

– Да, спасибо, – поблагодарил Тайлер, принимая пирог.

Несколько минут они просидели молча, жуя пирог, хлеб и небольшую горсть орехов, которую толстяк специально раздобыл для друга, хорошо помня, как сильно Тайлер их любил. Он и пирог стащил мясной, прекрасно зная, что такие Тайлер мог отведать только у него.

– Ты говорил про две легенды, – вдруг вспомнил Тайлер.

– Что?

– Легенды, – повторил Тайлер. – Ты говорил, что легенда про сварта одна из двух любимых легенд недовольных.

– Ну, – кивнул рыжий.

– А вторая легенда какая?

– А, – улыбнулся Рональд, наконец поняв, чего от него хотят. – Про шестихвостую.

– Шестихвостую? – нахмурился Тайлер. – Что-то я уже о ней слышал…

– Ну ты даёшь, – хохотнул толстяк. – Мы с тобой точно в одном городе живём?

– Бе-бе-бе, – закатив глаза, передразнил друга блондин.

– В шестихвостую даже мой папаня верит, – признался Рональд.

– Да ладно? – не поверил Тайлер.

Отец Рональда слыл лучшим пекарем в городе и был известен своей прагматичностью и абсолютным отсутствием Веры во что-либо, будь то боги, духи, приведения, домовые или ещё что-либо, никем никогда не засвидетельствованное.

– Точно тебе говорю, – кивнул рыжий.

– А ты веришь?

– Не знаю, – пожал плечами толстяк. – Я как-то не особо об этом думал.

– А что за легенда то?

– Проще говоря, рассказывают, что далеко на западе, в землях эльфов, живёт шестихвостая арденитка, дитя арденита и человека. И вот когда она вырастет, то вернётся в свои родные земли и прогонит северян, – поведал ему Рональд.

– Шестихвостая арденитка? – удивился Тайлер. – Но таких ведь не бывает!

– Я читал, что когда-то давно среди арденитов был король, не помню, как его звали, то ли Вал, то ли Бал. У него было пять хвостов, и он был непобедимым воином. Никто не мог его убить. Если эта история про шестихвостую правда…

– Слабо верится, – скрестив руки на груди, принял отрицательную позу Тайлер.

Рональд прекрасно знал, что, когда друг принимает такую позу – спорить с ним или что-либо доказывать, уже бесполезно, поэтому не стал продолжать.

– На то она и легенда, – решил просто закрыть тему толстяк.


Глава 3: Новое убежище


Незнакомец поправил чёрный капюшон, замер, прислушался, оглянулся. Никого. Он тяжело выдохнул мощной грудью и нырнул в чёрную пропасть давно заброшенного старого дома.

Таких домов осталось порядочно после войны с севером. Многие люди покинули города, ещё больше людей погибло, так что нынче половина окраины Айлангарда состояла из таких вот пустых полуразрушенных строений. И это ещё что, Айлангард всё-таки столица и люди сюда тянутся, или по крайней мере тянулись. В других городах всё обстояло куда хуже.

Дом занимал довольно большую площадь и целиком состоял из жёлтого кирпича, довольно редкого материала, добываемого в южных горах. Ещё на подходе незнакомец приметил многочисленные статуи и вензеля, некогда украшавшие фасад дома. И даже то, что здание почти обвалилось, частично обгорело и давно заросло плющом не могло скрыть его былого величия. В этом особняке явно жил какой-то аристократ. Причём из высших.

Пройдя по тёмному коридору подвала несколько метров, незнакомец остановился, повернувшись влево. Он всматривался в чёрную стену мрака, но не мог различить в ней ничего, кроме абсолютной темноты. Достав из-под плаща белый кристалл, он осветил часть коридора перед собой.

– И вправду лестница, – хохотнул мужчина. – Если б не знал, что она тут есть… эх, ладно.

С этими словами незнакомец ступил на каменную лестницу и начал долгий спуск вниз, под особняк.

Казалось, что эти ступени строили великаны, слишком уж они были высокими, а ещё стёртыми, что указывало либо на их старость, либо на то, что ими слишком часто пользовались.

Мрак под особняком царил такой, что хоть глаз выткни. Даже света кристалла едва хватало, чтобы осветить стену и несколько следующих ступенек.

– Выбрал же место… – пробурчал здоровяк, которому приходилось чуть нагибаться, чтобы не задеть низкий потолок головой.

Когда последняя ступенька осталась где-то позади, незнакомец очутился в большом просторном помещении. Он сделал несколько неуверенных шагов вперёд, пытаясь выхватить кристаллом края этой пещеры или зала, но нечего было и думать о подобном. Помещение оказалось слишком огромным, уходя куда-то в темноту, казавшуюся в тот момент бесконечной.

Пробубнив что-то себе под нос, будто припоминая нечто очень важное, мужчина в плаще повернул налево и, сделав несколько уверенных шагов, уткнулся в глухую жёлтую стену.

– Теперь…

Он пошёл вдоль стены, стараясь не отрывать от шершавой кирпичной поверхности руку. Каменная крошка, в изобилии валяющаяся на земле, всё громче и громче шуршала под ногами, изрядно действуя на нервы.

Здоровяк не любил темноту. Этого никто не знал, он бы никогда не признался в этом, но это так. Он еле сдерживал себя, чтобы не задрожать от страха. Всё время казалось, что сзади кто-то…

Рука незнакомца провалилась в темноту, отчего здоровяк даже вскрикнул, но тут же взял себя в руки, заодно обернувшись, чтобы удостовериться, что сзади никого нет. На всякий случай.

– Это всего лишь коридор, – успокаивал он себя. – Мне в следующий. Всё хорошо Пит, всё просто отлично.

Дойдя до следующего поворота, здоровяк приник к стене и тяжело сглотнул, переводя дыхание. Нещадно хотелось пить. И почему он не додумался взять с собой флягу? Ведь это было так очевидно. Знал же, куда идёт.

Выдохнув в последний раз, и практически полностью успокоившись, Питер Рафф, по прозвищу молот, оттолкнулся от холодной, но такой надёжной, стены, и двинулся в темноту туннеля, практически тут же окончившимся очередной лестницей, в этот раз практически вертикальной.

Спустившись, Питер оказался в ещё одном огромном зале, в дальнем конце которого горел костёр.

Подойдя ближе, здоровяк осмотрел костёр и оставленные подле него вещи: походная сумка, кинжал, книга и фляга (и почему он свою забыл?).

Не успел он и рта раскрыть, как в его спину упёрлось что-то твёрдое.

– Никогда не теряй бдительность, – шепнул на ухо мягкий, уверенный голос.

– Ричард, может хватит валять дурака? – нахмурился Пит.

– Прости, – послышалось сзади и что-то твёрдое, упирающееся в спину, пропало.

К костру, в круг света, вышел высокий, совсем ещё молодой парень. Светлые, завязанные в хвост волосы мирно лежали на правом плече; зелёные глаза горели озорным огоньком; в правой руке крутилась красивая резная флейта, любимый инструмент лидера. Лидером он, конечно, был чисто формально, все важные вопросы ребята решали вместе, но всегда нужен кто-то, кого можно обозвать лидером и свалить на него всю скучную управленческую или организаторскую работу. Облачён он был в городское: зелёный кафтан, коричневые брюки, чёрный пояс, да сапоги.

– Всё играешь? – кивнул на флейту здоровяк.

– Здесь можно, – улыбнулся Ричард. – Ты присаживайся, хочешь пить?

Питер скинул чёрный капюшон, в свете костра блеснула яркая синева его необычных, слишком уж синих, глаз. Кудрявые золотые завитушки чуть колыхнулись и застыли. Если бы не габариты, Питер мог бы быть крайне милым и симпатичным молодым человеком. Но это, если бы он не был похож на огромный таран.

– Уже успел заметить, что я забыл флягу? – улыбнулся Рафф.

– Ты её вечно забываешь, – пожал плечами Рич.

– И то верно, – принимая флягу и делая два крупных глотка, ответил Пит.

– За тобой никто не следил? – буднично поинтересовался лидер.

– Обижаешь…

– Прости, но лучше перебдеть, чем… ну ты понимаешь.

– Ну тебя, – отмахнулся Питер.

– Ну и как тебе? – загораясь от любопытства, спросил лидер.

– Ты про этот замок с катакомбами? – осмотрелся здоровяк. – Ты где его откопал вообще? Если бы не твоя записка, я бы тебя ни за что на свете не отыскал бы.

– На то и расчёт, – ещё шире улыбнулся Ричард. – Этот особняк принадлежал королевской семье, – пояснил лидер. – Видел огромный зал после лестницы?

– Ну, – кивнул Пит.

– От него уходят шесть туннелей, и в конце каждого из них вот такая вот пещерка.

– И зачем королевской семье такой погреб? – хохотнул здоровяк.

– Ну…, – протянул лидер. – В одном из помещений держали шлюх, в другом вино, ещё в двух особо интересных заключённых, в самом дальнем справа была пыточная, особенная какая-то, подробностей не знаю.

– А шестая? – не упустив счёт, спросил Пит.

– А в шестой, точнее второй, такой у неё был номер, держали, как говорят, какую-то особенную еду, типо деликатеса.

– И мы находимся в ней? – догадался здоровяк.

– В точку, – улыбнулся Рич, тыкнув в Раффа пальцем.

– А почему ты выбрал именно её? – поинтересовался Пит.

– Там, – лидер указал рукой в другой угол, напротив костра, – находится проход. Он ведёт за стену. Я так думаю, бывшие короли и принцы использовали эту лазейку, чтобы инкогнито покидать столицу.

– Не хватало шлюх в гареме, ещё и деревенских девок портили? – скривился Питер.

– Не исключено, – пожал плечами Ричард.

– Странно как-то держать шлюх и пыточную в одном подземелье, ты не находишь? – после непродолжительного молчания, спросил вдруг здоровяк, после чего сделал ещё два больших глотка из уже почти опустевшей фляги.

– Здесь отличная звукоизоляция, – поглядел по сторонам лидер. – Можно хоть на голове ходить, а в соседней пещере никто и звука не услышит.

– Да ладно? – не поверил Пит.

– Хочешь проверить? – загорелся Рич.

– Не, спасибо, – отмахнулся здоровяк. – Значит, новый штаб?

– Ага, – просто кивнул лидер.

– И ты уверен, что это не ловушка? – сузил глаза Рафф.

– Об этом месте никто в городе не знает, будь уверен, – заверил здоровяка Рич.

– Тогда оповещу остальных, – начал подниматься Питер.

– Будь добр, – согласился Ричард.

Уже сделав два шага по направлению к лестнице, здоровяк вдруг замер, а после медленно обернулся.

– Рич, они ведь не обманут, северяне эти? – угрюмо спросил Рафф.

– Надеюсь, что нет, Пит, надеюсь, что нет…

– Значит, осталось четыре дня?

– Угум, – просто кивнул Рич.

Здоровяк накинул чёрный капюшон и растворился в темноте, оставив лидера одного подле костра в давно заброшенном, всеми забытом подвале.


Глава 4: Секретная миссия


Виртон аккуратно отодвинул кусок стены, стараясь не шуметь, и вошёл в просторную тёмную комнату. Чтобы найти её у него ушла ни одна неделя блужданий по самым тёмным уголкам давно забытых подземных коридоров. Эти генералы уже давно отыскали все ходовые потайные ходы и заделали их, понаставив ловушек, для особо ретивых. Найти ещё не обнаруженный, никому не известный, ход, да ещё так близко к цели… в общем, это многого стоило. По крайней мере, точно стоило потраченных недель.

Гном поправил неудобно сидящую чёрную шапку, после чего поставил кусок стены на место. Нельзя, чтобы ход обнаружили. Они и так лишились почти всех способов безопасного передвижения под столицей. Дошло до того, что повстанцам пришлось копать новые туннели, ещё глубже старых. Вот только с новыми ходами всё обстояло неважно. Проделать качественный незаметный, и в то же время аккуратный ход – это сродни искусству, это мастерство выдающегося уровня. Как это проделать в условиях абсолютной тишины и незаметности? Собственно, над этим вопросом они и бьются последние несколько лет.

Закончив со стеной, повстанец огляделся. Комната представляла собой чей-то кабинет со странными, будто бы саархильскими, машинами; большим письменным столом, из цельного дерева, на котором эти машины собственно и теснились; несколькими стульями с высокими спинками; огромным шкафом и маленькой тумбой. По стенам кабинета висели разнообразные карты, чертежи и портреты генералов северной империи.

Поняв, что здесь ему ловить нечего, Виртон снова поправил шапку и выглянув в пустой, оглушающий своей тишиной, коридор.

Свою песочную шапку ему пришлось оставить в бывшей мастерской чёрного Харена, ныне кабинете заместителя, сделав выбор в пользу однотонной одежды, более подходящей для выполнения данного задания. Всё-таки чёрный цвет менее заметен на чёрном полу и чёрно-серых стенах.

Виртон всегда хорошо видел в темноте, о чём знали все его знакомые, но никогда не использовал этот навык в подобных миссиях, пока ему впервые не предложили стать шпионом семь лет назад. Гном ухватился за неизведанное, стараясь быть полезным в те тяжёлые для повстанцев времена, и не успел опомниться, как стал лучшим в этом деле. Помогло и отличное знание многочисленных ходов Мирда, и отличное зрение, прекрасная выдержка, терпеливость, стрессоустойчивость, абсолютное спокойствие и гибкий ум гнома. И теперь он дошёл до своего апогея. Если его догадки и подслушанная недавно информация окажутся достоверными, и он найдёт им подтверждение… это перевернёт всё. Лишь бы…

Виртон дошёл до конца коридора, молнией проскользнув в просторный тёмный зал, усеянный, будто грибами после дождя, одинаковыми белыми столами с разной аппаратурой, предположительно саархильской или архенитской. Точно не гномьей. Десятки столов. Куча кристаллов, трубок, чёрных квадратов и прочего, в чём он никогда не был силён.

Гном сделал несколько шагов вглубь зала, стараясь ступать бесшумно и всегда находиться в тени, но тут внезапно остановился, выпрямившись во весь рост и стянув с себя чёрную, такую неудобную, шапку.

– Это ещё что за хрень… – вырвалось у Виртона.

Шпион во все глаза глядел на… он даже не знал, как это описать. Что это вообще такое? Кто это построил? И как? Да он за всю свою жизнь слов не подберёт, чтобы это описать. Его глаз даже не знал, на чём остановиться, так много деталей было у этого… сооружения. Но чем бы это ни было, он точно знал одно – оно опасно. О, да. Эта штука просто источала опасность. Она так и кричала: «Беги или умри!». Стоило лишь увидеть её, и ты понимал – хорошего от неё ждать точно нечего.

А теперь нужно бежать, бежать и доложить обо всём…

– А я думал, что мы заделали все ваши ходы… – скучающим тоном обронил кто-то позади.

Виртон начал резкий поворот, параллельно выхватывая что-то из-за пазухи, но так и застыл, обернувшись, с рукой под жилетом, глядя в чёрное дуло обрезанного ружья.

Краткая вспышка осветила генеральское обмундирование, а грохот выстрела ещё долго блуждал по огромному залу, играя панихиду по павшему гному…


Глава 5: Облава


Камень телепортации пришлось выбросить. Использованный, он уже утратил все свои силы и теперь Хину придётся раздобыть себе новый. Он давно предлагал сделать камни для телепортации через горы, чтобы не ходить вечно туда-сюда, тратя на это целые недели, но руководство было против. Они боялись, что изобретённые южанами камни попадут в руки северян и те начнут обладать ещё большими возможностями, имея большие ресурсы. Или повернут такие кристаллы против самих же эльфов, засылая к ним шпионов, через их же камни телепортации. Сам сварт не совсем понимал подобного страха, ведь все знают, что саархилы и архениты и так умеют телепортироваться, а дворфы умеют строить машины для телепортаций, так что эти камни им бы многого не дали. А вот лазутчикам юга сэкономили бы кучу времени. Но недавно один хороший знакомый поведал наконец Хину страшную тайну. Оказывается, камни работали только на небольшие расстояния, потому-то лазутчикам и приказывали ставить метки недалеко от мест, за которыми они присматривали. Вот такие дела.

Солнце зашло за железные горы, и Хин упал на один из горизонтальных, похожих на длинный стол, камней, ещё сохранивших дневное тепло. Ночь обещала быть довольно холодной, но ни пещер, ни каких-либо иных подходящих укрытий поблизости не оказалось. Разводить костёр сварт тоже не решился, памятуя о возможной погоне; незачем облегчать жизнь имперским ищейкам. Придётся мёрзнуть, как и вчера…

Сварт скинул с себя заплечный мешок, критически осматривая содержимое. В сумке ещё оставалось вяленое мясо, но на весь переход его точно не хватит. Завтра придётся начать охотиться, иначе через пару дней можно угодить в неприятную ситуацию. Хин не понаслышке знал, как редко попадается мясо в горах и как быстро можно иссохнуть от жажды и голода на южных отрогах горной пустыни Ао.

Наскоро перекусив, тёмный эльф отпил воды из фляги, побултыхал ею в воздухе, скривился. Воды тоже придётся поискать.

Тьма накрывала предгорье Ао, великой горной пустыни, как называли её на юге, и Хин начал подготовку к ночлежке. Темнело в горах быстро. Вот ещё светило солнце, заботливо пригревая спинку, а через пару минут вокруг царит тьма и только небо сохраняет последние отблески небесного светила, будто бы прощаясь.

С севера подул прохладный ветерок, заставив сварта поёжиться, ещё больше укутываясь в плащ.

«Война, значит» – поминая разговор двух дворфов, подумал тёмный эльф. Конечно, это было ожидаемо. С последней войны как раз минуло пять лет, но все ожидали, что дворфы решат добить эльфов, нежели пойдут на юг. Ведь они точно сказали, что генерал Граин вызнал всю подноготную южан. В идеале бы проверить эту информацию, вдруг это попытка вкинуть дезу, но с другой стороны, они вроде как не особо собирались отпускать его живым. Сложно… в любом случае, нужно предупредить юг. Нужно мобилизовать армии. Нужно готовиться. И нужно дать отпор. Раз эльфы смогли трижды отбить атаку северян, то и они смогут. Уж этим древопоклонникам они не уступят.

Хин прошептал заклинание и по телу растеклось умиротворяющее тепло.

Сварты сильные маги, как правило, но имеют пару больших минусов. Во-первых, большая часть свартов может колдовать только ночью. Многие могут колдовать и днём, но намного слабее. Ночь питает тёмных эльфов. Это всем известно. Во-вторых, заклинания свартов, особенно заклинания высшего уровня, крайне долго зачитываются. Именно поэтому сварты в основном полагаются на своих ассасинов и пехоту, а если те не справятся, то маги как раз успеют дочитать свои заклинания к моменту разгрома основных сил. Так они и сражаются.

Эльф повернулся на спину, разглядывая чёрное, усыпанное знакомыми созвездиями небо.

Шестихвостая. Второй раз он слышит о ней и второй раз ему не удаётся узнать ничего дельного. Кто она? Откуда? Почему все верят, что она спасёт мир? Нужно бы уделить этому внимание. Не хватало ещё, чтобы появился очередной тотем, за счёт которого северные бараки для рабов пополнятся новым материалом.

Хин в последний раз бросил беглый взгляд на юг, за кажущуюся бесконечной пустыню, усыпанную скалистыми камнями и курумником, и закрыл глаза, готовясь ко сну.

Ему предстоит ещё пять-семь дней пути по однообразной горной пустыне, плавно переходящей из серой пустыни в красную. Практически без воды, с минимумом еды, в жуткой жаре, а при подходе к землям орков ещё и под бродящие туда-сюда песчаные бури. О лучшем путешествии и помыслить нельзя…

Глаза сварта резко распахнулись, но тело даже не шелохнулось. Гости. Справа. Ещё довольно далеко, но… замешкались? Или…?

Тело среагировало быстрее мозга, действуя чисто инстинктивно. Когда камень, на котором дремал эльф, разлетелся в крошку, Хин уже был далеко от него, во все глаза выглядывая врага. Ноги сами несли его к цели, рука сама выхватила длинный серповидный кинжал, глаз прицелился, а лёгкое движение кисти закончило действо, оросив камни чем-то чёрным.

– Нас обнаружили! – закричал кто-то с северной стороны.

– Не дайте ему уйти! – прокричал кто-то басом ещё дальше от первого.

Дворфы. А он уже было подумал, что оторвался. Нагнали, значит, гады. И с чего это они так рьяно его… информация, чуть не хлопнул себя по лбу сварт. Точно же. Значит, те два дворфа не соврали. Северяне и вправду собираются на юг. А дворфы теперь думают, что Хин специально засланный лазутчик и теперь несёт крайне важные сведения к себе на родину. Так-то оно так, но… как же всё это сложно.

Где-то сверху загорелся яркий свет, сопровождаемый каким-то странным металлическим звуком. Очень знакомым звуком. Слишком знакомым звуком.

Тёмный эльф метнулся в сторону, прячась в тенях, стараясь уйти от потока света.

Проскрипел звук, похожий на «пиу», и на том месте, где только что стоял Хин, зашипел, растекаясь, расплавленный камень.

Только одни существа способны издавать такие противные звуки. Саархилы, будь они неладны. Эти твари намного опаснее дворфов. От этих так просто не уйти. Придётся сражаться.

Сварт уже прикидывал, как бы половчее зайти летающей твари с тыла, как в небе загорелась ещё одна пара огней. А затем ещё одна, будто окончательно решив добить эльфа, показав всю абсурдность попытки сопротивления.

А снизу в это время слышался громкий топот дворфов, кричащих друг другу, чтобы начинали готовить орудия, целиться, и чтобы ни в коем случае не дали сварту уйти.

Казалось, что это конец. Три саархила и целая толпа вооружённых до зубов дворфов. Ситуация безвыходная, но… главное завязать бой, а там всякое бывает. Может и повезёт. Ночь темна, тени длинны, а сварты…

Хин начал зачитывать заклинание, и, уклонившись от очередного выстрела крылатой бестии, растворился в ночи. Не прекращая зачитывать странные слова, выжженные на задворках памяти ещё в далёкие времена юности, тёмный эльф пролетел по первому ряду противника, вскользь полоснув двоих и мимоходом пнув третьего дворфа в колено.

Солдаты начали палить во все стороны подряд, пытаясь подстрелить лазутчика, но даже примерно не угадали с направлением, стреляя в сторону юга и запада куда, как им показалось, и ринулся сварт. Саархилы также направили свои прожекторы не туда, лишь ещё больше сбивая дворфов с толку.

В стане врага началась возня, сопровождаемая крепким командирским словцом; эльфа нигде не было видно.

Хин же бежал на восток, подальше от преследователей, нисколько не собираясь сражаться с превосходящими силами всерьёз. Ловко преодолевая преграды, бесшумно перепрыгивая с камня на камень, он всё дальше отдалялся от ищеек, уже уверовав с собственной победе, как вдруг…

По округе разлетелся тот самый мерзкий и неописуемый никакими словами саархильский гул и в лицо сварта неожиданно ударил луч прожектора, заставив разведчика остановиться, прикрыв глаза. Прямо перед ним, высоко в воздухе, парили два саархила. Под ними стояли несколько тяжеловооружённых дворфов с пушками наперевес.

– Вот ты и попался, – ухмыльнулся один из дворфов, нажимая на курок.

Выстрел застыл на кончике дула, превратившись в лёд, как и сам дворф, точнее, все впереди стоявшие тяжеловооруженные дворфы. Заклинание заморозки довольно долго зачитывается, но всегда срабатывает на ура. Вот только саархилам оно никакого вреда не нанесла. Слишком высоко в воздухе висят. Придётся действовать по старинке.

Тёмный эльф уже было приготовился к сражению с двумя саархилами, вспоминая подходящие под случай заклинания, как вдруг сзади снова послышался топот солдат, тех самых, которых он несколько минут назад оставил с носом. Прожекторы уже всех пяти крылатых ударили в сварта со всех сторон, не успел он и глазом моргнуть. Бестии висели вокруг него, готовясь к расстрелу и перекрывая Хину все пути к отходу.

А дальше случилось то, что можно было обозначить лишь как чудо.

Два саархила вдруг взорвались, горящими факелами рухнув на камни, а из темноты, с восточной стороны, полетели стрелы. Оставшиеся саархилы тут же полетели прочь, а дворфы переключили свой огонь с эльфа на новых незваных гостей.

Хин не знал, кому был обязан своим внезапным спасением, но решил ретироваться подобру-поздорову, пока был такой шанс.

Чтобы не попасть под перекрёстный огонь, эльф ринулся вверх, вглубь гор, на юг, но практически тут же получил тяжёлый удар кованным сапогом в грудь, мгновенно уложившим его наземь.

– Не торопись, сварт, – прогрохотала чья-то массивная клыкастая морда. – Тебя хочет видеть Шаграт.


Глава 6: Поиски


Тайлер надкусил яблоко, поёрзал, стараясь утроиться как можно удобнее, посмотрел вдоль улицы.

Пока стражи на горизонте не видно можно делать что хочешь. Даже, если ты не в своём районе. Никто и слова против не скажет. Этот мир так устроен, что все думают, будто ты априори не можешь делать то, что тебе запрещено. В этом городе все живут в страхе. Все боятся нарушить правила. А тех, кто эти правила нарушает – считают изгоями, повстанцами, возмутителями спокойствия. Но все эти законы не так уж и важны, пока вас не поймали, ведь так? Так считал Тайлер. И он искал тех, кто считал также. Он искал повстанцев, о которых так много слышал от своего друга Рональда. Искал уже три дня. Тщетно.

Огрызок яблока лениво упал на землю и голубоглазый мальчик, выглядевший куда моложе своих лет, хмыкнув, спрыгнул следом.

За последние дни он нашёл много недовольных людей и арденит. Они часто ворчали себе под нос; часто шушукались между собой, пока рядом не было никого из посторонних; часто беспричинно злились, глядя на проходящих мимо дворфов. Но кто из них реально мог быть повстанцем Тайлер не знал. Задавать вопросы бессмысленно, следить за каждым – займёт слишком много времени, да и результатов это может не дать. Что же делать? Оставалось наблюдать и надеяться. Надеяться и ждать. Сейчас ему мог помочь только счастливый случай.

Впереди показалась стража, и юный шпион тут же шмыгнул в боковую улочку, спрятавшись за какими-то вонючими ящиками.

Если так подумать, то все в Айлангарде ненавидят северян. От мала до велика. И даже те, кто работает во внутреннем кольце, и даже местная стража из людей частенько нет-нет, да помянет северян крепким словцом. И Тайлеру, чтобы осознать это, понадобилось всего-то и ничего, три дня наблюдений. Неужели сами дворфы этого не видят? Не настолько же они тупы. Но тогда отчего они ничего не делают? Никак не пытаются исправить ситуацию? Но, с другой стороны, раз люди и ардениты, все, до последнего, ненавидят северян, почему не устроят бунт и не отберут столицу?

Стража прошла мимо, и Тайлер осторожно, не привлекая к себе лишнего внимания, вышел обратно на улицу.

Всё просто. Люди и ардениты боялись, что эту войну им не выиграть. Они не верили в свою победу. Слишком живы были воспоминания прошлой войны, слишком силён страх. С другой стороны, северяне знали это, а потому им было без разницы, что говорят у них за спиной. Но были же повстанцы, а значит, существовали те, кто верил в то, что победа не миф, но реальность. Да, возможно, это был самообман, но Тайлер уже решил для себя, что лучше он будет верить в невозможную победу, чем смирится с жизнью раба чужого народа.

Тайлер решил обойти рынок, где всегда дислоцировалось слишком много стражи, пройдя по заброшенным улочкам, ведущим к старому храму содружества. Несколько лет назад храм разгромили и теперь он представлял собой лишь пару стен и полуразрушенную лестницу. Тайлер часто играл в нём, будучи помоложе, но никогда не бывал там, когда храм был ещё цел. Ему всегда было интересно, каким он был. Говорят, что храму было больше ста лет. В такое даже поверить сложно. Сто лет. Столько даже самый везучий человек не проживёт. Уму непостижимо.

Он решил не заходить на территорию храма, а сразу направился в сторону стального района, соседствующего с его родным районом для бедных.

Мечты мечтами, а у него между тем оставались свои обязанности, которые никто кроме него не выполнит. Как говорил дед Лирань: «пыль сама себя не выметит».

И всё-таки было жаль. Он так сильно хотел вступить к повстанцам, так рьяно желал биться за правое дело, но даже не знал с чего начать. Как их найти? Куда идти? Что искать? Рональд сказал, что они сами находят нужных людей, но как стать нужным? Что ему делать?

Слух задел странный звук, заставив мальца остановиться.

На другой стороне улицы стояла высокая белокурая девушка, в белом, с синим фартуком, платье. Красивая. Не из бедных. Скорее всего с района рынка, она вполне сошла бы за соседку Рональда. Девушка звонко смеялась, принимая что-то от мужчины: низкого, полноватого торговца, с длинными чёрными усами, одетого в потрёпанную зелёную куртку. Тот заикался, стеснялся и, видно было, чувствовал себя весьма неловко.

Город под властью врага, а она смеётся, будто бы всё в порядке. От одной этой мысли пальцы Тайлера невольно сжались в кулаки. Дура. Что бы она понимала. Девчонка. Да ещё столько радости на лице. Аж заливается от смеха. А в это время другие умирают с голода. Бесит!

В этот момент девушка будто почувствовала на себе чужой взгляд и обернулась, встретившись с Тайлером глазами. Лицо незнакомки стало совершенно непроницаемым, но увидев, кто перед ней, на губах красавицы тут же снова заиграла улыбка.

Тайлер невольно поёжился.

– Ты что-то хотел? – спросила она вдруг.

Торговец в зелёной куртке выглянул из-за девушки, пытаясь разглядеть парня. Молча хмурясь, будто не решаясь встревать в разговор незнакомки, толстяк явно был раздражён тем, что их милую беседу прервали.

Тайлер много чего хотел. Например, узнать местоположение базы повстанцев. Но не станешь же о таком спрашивать всех и каждого. Да и что об этом может знать какая-то девчонка с торгового района?

Он решил не отвечать. Просто развернулся и зашагал дальше, в сторону района для бедных. Своего района.

Впереди ещё много дел. Нужно было найти их. Некогда отвлекаться на всяких там… красавиц.


Глава 7: Ячейка


Темнота давила.

Никогда ещё Ричард не видел настолько тёмных ночей. Эти северяне знают, в какие дни назначать встречи. Если бы они не исследовали эту тропу днём, ни за что не нашли бы дорогу сюда так поздно. Тут и факелы никакие не помогут, слишком сильно петляет тропа. Если эту прерывистую земляную ниточку, практически утонувшую в бурьяне, можно назвать тропой.

Пит нервно озирался по сторонам. Его вечная, располагающая к себе, улыбка испарилась, едва они достигли указанного места. Он всё время всматривался в темноту, что-то бубнил, ходил кругами, чем изрядно нервировал Ричарда. Нервировал, потому что лидер и сам чувствовал тоже самое. Несгибаемый Ричард Стивенсон сейчас боялся. Боялся, как никогда. Потому что эта встреча могла стать для них последней. Она могла стать концом ещё даже толком ни начавшегося движения сопротивления. Но надежда… сами знаете, какая она бывает.

– И долго нам ещё их ждать? – прошипел здоровяк, бросив на Ричарда нервный беглый взгляд.

– Мы будем ждать их столько, сколько потребуется, – прошелестел голос из темноты, и чья-то тень в чёрных одеждах шагнула ближе.

Глен Хорн. Все считают его вторым заместителем Ричарда, но никто не знает почему. Глен входит в тот самый разряд людей, которых обычно не видишь и не слышишь, но сразу замечаешь их отсутствие. Рич не любил это признавать, но в их движении очень многое висело на Хорне. Он первым узнавал о новых слухах и сплетнях. Он легко чуял ложь и всегда доводил начатое лидером или Раффом до конца. Если подумать, не будь с ними Глена, всё это движение так и осталось бы просто разговором в подпольном баре на окраине Айлангарда. Были у Глена и другие особенности. Полезные, если сегодняшний день окажется удачным. Во-первых, Хорна боялись. Не только за внешний вид, приводящий многих новичков в ужас (всё лицо и руки Глена были покрыты шрамами, отчего он и получил свою кличку: «Шрам»), но и за прошлые дела. Дело в том, что Шрам раньше был карателем на службе короля Ламира. Недолго, конечно, но был. И многие этого ещё не забыли. Во-вторых, Глен умел убивать и пытать. Ричард не хотел об этом думать, но, если они собираются вести партизанскую войну, то эти навыки им очень сильно пригодятся. В общем, как ни крути, а Глен Хорн, по прозвищу Шрам, вероятно, был самым ценным кадром молодого лидера сопротивления.

– Или пока не замёрзнем насмерть, – буркнул Пит, даже не глянув в сторону тени.

– Надо было одеваться теплее, – будто бы улыбаясь, шепнул Глен.

– Хватит, кажется… – начал, было, Стивенсон.

– Да, – кивнул Хорн. – Идут.

Несколько секунд ничего не происходило, но затем из темноты вынырнули три низкорослые фигуры, закутанные в чёрное. Глубокие капюшоны и широкие плащи скрывали как внешность, так и пол незнакомцев, но судя по габаритам пришельцев, один из них был гномом, а двое других дворфами.

– Лес горит, – буркнул дворф, стоявший в центре.

– На его месте скоро вырастет новый, – ответил Ричард, сделав шаг вперёд.

Такие простенькие фразы, а сколько сил потрачено, чтобы ими обменяться. Вы даже представить себе не можете, через что пришлось пройти троим друзьям, чтобы выйти на этих северян. Не так-то просто в нынешние времена, когда всюду рыскают каратели империи, установить контакт с величайшей в мире подпольной организацией.

Услышав ответ, дворф удовлетворённо кивнул, двое его спутников будто даже расслабились. Видно не только Рич с друзьями сегодня на взводе. Для этих дворфов и гнома эта встреча была ещё более опасна, нежели для людей. Лидера молодого сопротивления просто убьют на месте, в случае чего, как назойливую муху, но членов неуловимого повстанческого движения севера так просто не отпустят. Им не дадут умереть просто так. Слишком сильно они умудрились насолить генералам, чтобы те отнеслись к ним снисходительно. Их будут пытать, поддерживая в них жизнь, пока повстанцы не превратятся в безмозглые, ничего непонимающие, овощи. И только после этого им позволят умереть. В лучшем случае. И даже несмотря на все риски, они здесь, прямо перед Ричардом. Надежда всего мира.

– Мы рады, что вы пришли, – позволил себе сказать Рич.

– А мы рады, что вы не подставные и всё ещё живы, – осклабился дворф.

– Простите? – не понял лидер.

– Нас часто пытаются поймать на живца, – вступил в разговор второй дворф, стоявший слева. – Вас проверяли, прежде чем дать ответ.

– Значит, мы теперь… – многозначительно кивнул Ричард.

– Да, парень, поздравляю, – пробурчал первый дворф. – Простите, фанфар не будет. Вы теперь семнадцатая ячейка. Продовольствие и всё необходимое вам доставят в условленное место. А дальше сами. И старайтесь не попасться, очень вас прошу. Скоро наши пришлют вам весточку, скажут, что куда и как. Если что, тем же путём отправляйте вести нам. Желаю удачи.

– Вы сказали семнадцат…

– Это просто номер. Количество ячеек вам знать не обязательно, – уже оборачиваясь, чтобы уйти, бросил через плечо дворф.

– Простите… – обронил Рич.

Лидер сопротивления чувствовал себя, как нашкодивший щенок. Он не знал, как вести себя с этими тремя. Они настоящие повстанцы, рискующие жизнью каждую секунду. Они проделали такой путь с севера в самую пасть врага и ради чего? Ради каких-то молокососов. Ричард должен быть им безмерно благодарен только за это, но с другой стороны, отчего такая холодность? Почему бы не дать пару советов или напутствия какого? Руку пожать, в конце-то концов. В общем, Рич ожидал чего-то большего.

– Вот и всё, – выдохнул Питер, когда закутанное в чёрное трио скрылось в тенях.

– Наоборот, – улыбнулся Рич. Это лишь начало. Теперь всё будет серьёзно. Больше никаких мелких поджогов, подслушиваний или нелепых попыток отравить какого-нибудь стражника. Теперь всё будет по-взрослому. Теперь они настоящие повстанцы.


Глава 8: План Б


Толстые, словно свиные сосиски, пальцы сорвали со светло-зелёной грозди очередную виноградинку, отправив её по известному маршруту. Свободная рука нашарила рядом бокал, медленно приблизила его к толстым красным губам. Глоток, второй, выдох.

От стены оторвалась тонкая тень. Гость уже какое-то время находился в кабинете «Толстого», но так ничего и не сказал. Толстый знал, что он в кабинете не один. Тонкий знал, что Толстый знает.

– Слышал, облава прошла не совсем успешно, – наконец прервал затянувшееся молчание Толстый.

– А! – прокричал из дальнего угла кабинета здоровенный попугай. – Успешно!

Тонкий недолюбливал эту пернатую разноцветную тварь, которую его… компаньон приобрёл не так давно. Она была слишком громкой и вечно встревала в разговор. Казалось бы, сиди ты в своей золочённой клетке и помалкивай, так нет же…

– «Не совсем успешно» – это мягко сказано, – поморщился Тонкий.

– А что собственно случилось? – наконец обратил внимание на своего собеседника Толстый.

Несмотря на то, что по сути они были равны, и всего добились сообща, звания наместника Айлангарда и графа речных земель Айлант удостоился именно Толстый, более известный в народе, как медный граф. Тонкий же получил звание главного советника и графа земель Арго. И хотя оба графа понимали, что разница сугубо формальна, Толстый то и дело перетягивал на себя одеяло, строя из себя главного. Он всегда пытался играть главную роль, сколько Тонкий его помнил, но только сейчас это начало раздражать графа Арго.

– Отряд, посланный перехватить повстанцев с севера и уничтожить местное сопротивление, был обнаружен и полностью уничтожен, – отрапортовал Тонкий.

– Кем? – подскочил от неожиданной вести наместник. – Повстанцами?

– Похоже на то, – пожал плечами советник. – Свидетелей не осталось, так что сложно сказать. Выясняем.

– Ни одного выжившего? – удивился Толстый.

– Ни одного! – прокричал попугай и граф Арго впервые согласился с птицей.

– Именно так, – кивнул он.

Пухлые желтоватые пальцы сорвали ещё несколько ягод винограда. Жадный рот поглотил их вместе с остатками вина.

– Это плохо, – наконец обронил медный граф. – Эта ошибка может выйти нам боком. – Толстяк огляделся вокруг, в поисках еды и, ничего не найдя, горько выдохнул, снова посмотрев на собеседника. – Ты согласен, что теперь повстанцы закрепятся в срединных землях?

– Это уже не первая ячейка, которую мы проморгали, Широ, – скривился Тонкий. – Думаю, они уже закрепились в наших землях. И с этим нужно что-то делать.

Толстый долго думал, прежде чем ответить своему компаньону. Затем ухмыльнулся чему-то и выдал:

– Знаешь, Сиен, в организованной группе тоже есть свои плюсы.

Секунда, и рот Тонкого расплылся в зловещей ухмылке.

– Можно прихлопнуть всех недовольных разом, – понял граф Арго.

– Именно, – с важным видом кивнул Широ. – Если не сработал план «А», сработает план «Б».

– Ты имеешь в виду…

– Да, – довольно заулыбался Толстый. – Будем действовать хитростью.


Глава 9: Подпольная империя


Император почесал начинающую седеть бороду, опрокинул кружку эля, глубоко вздохнул и, накинув чёрный плащ без опознавательных знаков, вышел в коридор.

Он не хотел этого признавать, но последние годы сильно состарили его. Не только внешне; внутри Гумбер ощущал себя вековым старцем, уже повидавшим жизнь. Каждый день повстанца был наполнен борьбой, испытаниями и лишениями. Они никогда не отдыхали и это касалось не только рядовых солдат, но и лидеров движения. При такой жизни каждый год шёл за десять, а прошедшее десятилетие стало попросту отдельной жизнью. Бывали времена, когда бывшему императору казалось, что та размеренная жизнь, которой он когда-то жил, ему просто-напросто приснилась.

Если бы сейчас кто-нибудь из его старых знакомых советников или аристократов встретил его на улице – его бы не узнали. Гумбер сильно схуднул, на лице добавилось порядочно морщин, а орлиный, полный гордости, нос дворфа окончательно утонул в кучерявых зарослях разросшейся бороды. Да и роскошные наряды императора севера сменились на обычные чёрные шмотки, какие носит каждый повстанец Мирда. Но он ни о чём не жалел. Более того, он гордился тем, что делал. Он работал на благо империи, как всегда и хотел.

Каждый его шаг гулким эхом разносился по тёмному подземному коридору.

Совет. Когда-то это слово навевало на него скуку и отвращение, но те времена остались в далёком прошлом. Ныне же он с радостью ходит на собрания… хотя, может и не с такой уж и радостью, но без отвращения точно. Во всяком случае, теперь он точно знал, что эти совещания не бутафория и принятые ими решения могут реально что-то изменить.

Многое изменилось за последние десять лет. Многое.

Избранный десять лет назад, в качестве нового главаря повстанцев, Чёрный Харен попросил Африка и Гумбера помогать ему с новой и непосильной для него одного ношей. Естественно, бывший император и друг-гном не смогли отказать Харену, тут же дав своё согласие. Постепенно, из помощников, они превратились в полноправных управленцев. Так появилась Триада, которая ныне правит сопротивлением по всему миру. Правда, последние пару лет заправлять всем приходится самому Гумберу. Африк всё реже приходит на совещания, предаваясь только ему известным делам, а Харен и шагу ступить не может, не посовещавшись перед этим с императором. Такие дела. Нет, не подумайте, он ни в чём их не винил. Он прекрасно понимал, что ребята, не привыкшие к политике, рвутся к сражениям, к тому, к чему привыкли, к тому, что ближе. На самом деле, где-то в глубине своей грустной души, Гумбер знал, что так оно и будет, что он в итоге станет главой сопротивления. А может оно и к лучшему, ведь кому, как не ему, знать, что делать и как бороться с угрозой, называвшей себя генералами.

Гумбер открыл одну из многочисленных неприметных дверей и, пройдя по очередному длинному тёмному коридору, усеянному какими-то полуржавыми трубами, над которыми, нанизанные на подобие подсвечников, горели кристаллы, вышел к небольшой площадке, посредине которой стоял массивный деревянный стол с девятью стульями вокруг. Это и был так называемый «зал совета».

Император занял центральное кресло, поприветствовав всех собравшихся. Пустовало лишь кресло Африка, все остальные уже были в сборе, так что можно было начинать.

– Харен, начинай, – негромко предложил Гумбер здоровенному чернобородому дворфу. Тот кивнул, прочистил горло и начал читать с заранее заготовленного листа:

– Нам удалось открыть ещё две ячейки в срединных землях в этом месяце, – гулко обронил здоровяк. – Сейчас они получили свои первые задания, а наши агенты следят за их исполнением, а также за возможными вражескими агентами. Командир разведки – Бракен, – Харен кивнул в сторону маленького тёмненького гнома в капюшоне, – говорит, что пока всё идёт по плану.

– У нас есть некоторые подозрения, но всё схвачено, – поддакнул гном, сцепляя пальцы рук между собой.

Император кивнул разведчику, давая понять, что оставляет это на него. Бракен был хорошим другом Африка и Виртона, и после Виртона слыл лучшим из разведчиков. Также гном хорошо показал себя, как стратег и тактик, что не осталось незамеченным со стороны Гумбера в далёкие времена перестройки повстанческого движения и сыграло немалую роль в назначении гнома на должность главы разведки.

– Гимел, Руж, у вас есть что сказать? – решил разбавить монотонность Харена император.

Гимел и Руж раньше были в банде Африка, чем-то вроде телохранителей, но, как оказалось, они хорошо обращались с иноземным оборудованием, а также умели вести переговоры, если вы понимаете о чём я. Ныне же оба дворфа занимали посты в совете, Гимел, как главный конструктор, а Руж, как специалист по переговорам. Правда, на деле, они всегда всё делали вместе. Впрочем, Гумбер был не против. Главное –результат.

Сейчас от двух, некогда, амбалов-вышибал мало что осталось. Оба дворфа слегка располнели, оба стали больше работать головой, нежели кулаками. Рыжебородый Руж, недавно начавший лысеть, отчего его лоб стал казаться и вовсе бесконечным, пару лет назад начал обучать молодых «искусству переговоров», всё больше превращаясь в этакого «наставника-учителя» и постепенно уходя в тень. А его друг Гимел пять лет назад умудрился жениться и сейчас воспитывал маленькую дочь. За коричневобородым голубоглазым дворфом-красавцем всегда толпами бегали девушки, так что никто особо не удивился его решению наконец остепениться, но теперь Гимел всё больше времени проводил в мастерских, и всё меньше в поле. Может это и хорошо, но такими темпами скоро они придут к тому, что совет заполнят старики, давно запамятовшие, что такое настоящий бой.

– На севере всё хорошо, – довольно пробасил Руж. – Нам удалось перетянуть на нашу сторону ещё несколько гномов Силдонии и основать ещё один схрон в горах. Имперцы пока ничего не нашли.

– А ещё мы модернизировали кристальную пушку, какими сейчас оснащают солдат, – похвастался Гимел.

– Отличная новость, – улыбнулся император. – Харен?

– Я бы хотел добавить…

В этот момент дверь в зал совета распахнулась, громко ударившись о стену.

На пороге стоял запыхавшийся Африк.

Серая борода гнома спутана в колтунах; грязный походный плащ больше походил на рваную половую тряпку; на перепачканном, не пойми чем, лице застыло зверское выражение.

– Африк, что слу… – начал было Гумбер.

– Виртона убили, – выплюнул серобородый гном.

Император закрыл глаза. Это он дал задание Виртону, прекрасно понимая, насколько оно может быть опасно. Но он не чувствовал себя виноватым в смерти товарища. Гумбер был императором и прекрасно знал, что без жертв никогда не обойтись. Особенно в борьбе с таким врагом, как генерал Граин. Но другие могли считать иначе. Особенно друзья Виртона.

Гумбер открыл глаза, поймав на себе разъярённый взгляд Африка. Гном винил в смерти императора, тут к бабке не ходи. Гумбер стрельнул в сторону Харена – чернобородый дворф смотрел в стол. Харен не из тех, кто будет винить императора. Он понимает. Понимает и именно поэтому всегда советуется с Гумбером. Так он старается разделить груз ответственности с кем-то ещё. И император его за это не винил.

– Ты знаешь подробности? – как можно спокойнее спросил Гумбер.

– Знаю, что он точно проник туда, и что был за это казнён на месте, – начиная успокаиваться, сказал Африк.

Все взоры устремились к Гумберу.

– Виртон кое о чём попросил меня, когда уходил на разведку, – тихо обронил император.

– О чём же? – сузил глаза Африк.

– Чтобы никто не шёл по его стопам. Раз не справился он…

– Это и ежу понятно, – отмахнулся серобородый. – Нечего и думать. Раз старина Виртон погиб, значит охрана там наивысшего уровня. Но что-то же нужно делать? А? Он не просто так переживал на счёт этого хранилища. И вы тоже не зря переживаете, – он обвёл всех присутствующих долгим тяжёлым взглядом. – Они прячут там что-то мощное. Что-то важное. И крайне опасное.

– Согласен, – согласился с гномом Гумбер. – Мы обязаны узнать, что затевают генералы, но как? Пройти в хранилище мы не можем. Рваться туда с боем – глупость. Подкуп? Не сработает. Какие ещё варианты?

– Окольным путём, – подал голос седобородый гном, сидящий на самом краю стола. Это был казначей Рифли, присоединившийся к сопротивлению семь лет назад. Рифли всегда видел скрытое другим и выдавал такие идеи, до которых остальные члены совета никогда бы и не додумались. В общем и целом, во многом именно благодаря этому славному старичку финансы повстанцев, как и провизия, и поныне пребывали в здравии.

– В смысле? – не понял император.

– Если имперцы что-то строят прямо во дворце, значит есть и те, кто строит. Они не могут делать это без рабочей силы и без материалов. Они могут скрывать проект сколько угодно, но все следы замести невозможно. Всегда можно узнать, какие материалы завозились в столицу, какие рабочие приезжали недавно, а если получится кого-то из них допросить…

– Что именно ты предлагаешь? – решил уточнить Гумбер, хотя общий план уже начинал вырисовываться у него в голове.

– Я предлагаю связаться с теми, без кого не обходится ни один крупный проект на севере, – уверенно заявил Рифли.

– Главный инженер Силдонии и королева солнечного города? Чтож, в этом есть логика… если Граин готовит нечто масштабное, он вполне мог заручиться их помощью. С Гией я поговорю сам, осталось выбрать, кто…

– Я пойду, – бросил Африк. – Даже обсуждать нечего.

– Уверен, что не нужна помощь? – кинул ему Бракен.

– Прости, но с этим заданием я лучше справлюсь в одиночку. Правда.

Советники переглянулись между собой, затем последовала череда кивков.

– Решено, – встал с кресла Гумбер. – Африк едет в Силдонию. – Император встретился с серобородым гномом взглядом и уже тише произнёс: – А теперь я бы хотел обсудить с тобой кое-какие детали…


Глава 10: Шаграт разрушитель


Горная пустыня Шардош. Красно-оранжевая бесконечность из песка, камней, ящериц, скорпионов и сильного ветра, сдобренного соусом из невыносимой жары и практически полного отсутствия какой-либо влаги. Не самая приветливая и благоприятная местность, но именно она выпала на долю орков сто лет назад, сделав их ещё закалённее и беспощаднее.

Днём песок нагревался до таких температур, что по нему невозможно было ступать, не имея при себе специальной обуви. Любая пролитая на него жидкость мгновенно испарялась, а зачерпнув рукой горсть песка можно было получить ожог. Все живые организмы, населяющие Шардош, прятались по норам и немногочисленным пещерам, выползая наружу лишь ночью, когда становилось достаточно прохладно для охоты или передвижений. Но при беглом взгляде на небо казалось, что красный диск беспощадного светила никогда не уйдёт за горизонт, так медленно он плыл по пустому безоблачному синему небу.

От горной пустыни Ао Шардош отличался лишь меньшим количеством скал и большим количеством орков на квадратный километр, ведь именно здесь, в глубине непроходимой – по мнению большинства других народов – горной пустыни, располагались основные города орков.

Особенно впечатляющей данная местность выглядит, когда ваши руки прикованы к ошейнику здоровенного чёрного варга, в любой момент способного откусить вам голову, если вы решите вдруг замешкать или каким-либо иным образом вывести из себя боевого орочьего скакуна.

Помимо варга, компанию сварту составляли почти два десятка закованных в броню орков. Высоких, здоровенных, клыкастых и злых орков. Эти угрюмые ребята, с изображением белого кулака на груди, явно были из штурмового развед-отряда, посланного, как догадывался Хин, специально за ним. Но откуда они знали где он и что вообще отправился на юг? Сколько тёмный эльф ни пытался, диалога выстроить не получалось. Его либо игнорировали, либо велели заткнуть пасть. Всё, что смог вызнать Хин, так это то, что его хочет видеть сам Шаграт разрушитель. А это вряд ли означало что-то хорошее. Эльф хорошо знал Шаграта. И ещё ни одна их встреча не заканчивалась ничем хорошим.

Но несмотря на то, что с виду Хин выглядел пленником и с ним не хотели даже разговаривать, обращались с ним достойно. Его не шпыняли, всегда давали воды и еды, причём более чем достаточно, всегда оставляли место у костра и хорошее место для ночлега. Если бы не кандалы, он бы чувствовал себя больше гостем, нежели пленником. Это наводило на мысли о том, что сам Шаграт запретил штурмовикам говорить с разведчиком, но при этом приказал обращаться с ним достойно. Вот только зачем это всё? Вопрос.

Песчаная дымка далеко впереди начала редеть и взору эльфа предстал огромный чёрный шпиль, упирающийся в самое небо. Главная башня королевского замка. Лучший ориентир для тех, кто ищет Оркханк – столицу орочьего племени.

Хин слышал историю, что Оркханк был построен на месте южного аванпоста людей, некогда исследовавших Шардош, ещё до прихода орков в Истиль. Орки взяли тот аванпост без боя и захватили людей в рабство (Люди в те времена не знали войны и содержали при себе лишь минимум стражников и охотников, для защиты от разных тварей, поэтому решили сдаться без боя, увидев, что перед ними разумные существа). Тогдашний король посчитал, что глупо убивать рабов, которые умеют так хорошо строить. Именно тогда-то и началась долгая и кровавая история распрей людей и орков. Говорят, что потомки тех рабов всё ещё служат оркам, правда, живут они в намного большем достатке, нежели их северные собратья по несчастью. Им даже выдают вольные время от времени. Вот только желающих вернуться в срединные земли, практически никогда не было. Что делать людям там, в зелёных землях, если они родились и всю жизнь прожили в красных?

Оркханк выложили из прочного чёрного камня, добытого на перевалах Ашанти ещё в те далёкие времена, когда перевал принадлежал оркам. Весь, от городских стен и замка короля, до самого последнего домика рядового крестьянина, город-крепость был сделан из чёрного камня. Камень этот был настолько крепок, что выдержал бы удар пушечного ядра. По всему периметру города возвышались чёрные сторожевые башенки, настолько высокие, что вряд ли найдётся такая лестница, что сможет достать до их бойниц. Чёрный город невозможно взять приступом. Так говорят. Но те, кто видел на что способен север, те, кто видел в бою архенит и саархилов, те, кто знал, что дворфы не пользуются никакими лестницами, так не считали.

Процессия медленно подъехала к огромным чёрным вратам города, по бокам от которых, прямо на стенах, покоились длинные зелёные стяги, с белым кулаком по центру, общим гербом всех орков.

Кто-то из отряда прогудел в рог и огромные чёрные ворота начали медленно натужно отворяться. Скрежет и грохот пронеслись над группой разведки, приветствуя возвратившихся домой орков.

Оркханк. Чёрный город. Мощённые чёрным камнем улицы; гордые, словно только что отстроенные чистые домики; бело-зелёные стяги, украшающие стены и крыши; шум живого, свободного города; и над всем этим гигантский дворец короля, стоящий прямо по центру Оркханка.

Угрюмые кузнецы, торговцы, дворники, женщины и даже дети, неприветливо взирали на прикованного к чёрному варгу сварта. Тёмные эльфы никогда не были друзьями оркам и лишь Ишгарцев зелёное племя ненавидело больше остроухих порождений ночи. Кандалы же ещё больше усугубляли ситуацию, напоминая о том, что он враг. Лишь гордость и выучка не позволяла горожанам оскорбить пленника словом или брошенным камнем. Но даже в простом взгляде Хин мог различить всенарастающее презрение, ненависть, осуждение. «За что?» – хотелось выкрикнуть эльфу. «Что я вам сделал?». Но это было бесполезно. Эти чувства копились в них десятилетиями и просто так их оттуда не выкорчевать. Также и с остальными народами. Вряд ли какой сварт будет рад видеть драконида, и мало какой арденит не сожмёт кулаки при виде вайрака. Все эти народы разделяют сто лет крови, войн и ненависти. И всё это на руку северной империи, играющей на этой ненависти свою победоносную песнь.

Процессия внезапно остановилась и Хин обнаружил, что они уже подошли к подножию лестницы Ур, ведущей во дворец королей. Когда-то давно ему рассказывали, что у орков есть один обычай: если, поднявшись на лестницу Ур, король испытывает усталость и потребность в отдыхе, то он обязан отказаться от престола в пользу своего старшего сына или младшего брата. До сего дня юный сварт не имел возможности спросить об этом у реально сведущих в этом деле орков, но сегодня…

Внезапно раздавшийся щелчок смешал все мысли сварта в кучу. Второй щелчок окончательно выбил его из колеи.

Один из орков-разведчиков убрал кандалы Хина в свою походную сумку, после чего взял варга за ошейник и повёл прочь. Не успел эльф понять, что происходит, как рядом с ним осталось всего два орка, как и ожидалось, самых больших и злющих.

Сварт неуверенно потёр освободившиеся от оков руки, прикидывая свои шансы на побег. Прямо перед ним в высь уходила бесконечная чёрная лестница королей.

– Мне… – начал было он.

– Двигай вперёд, – буркнул один из провожатых, и эльф решил с ним не спорить.

Чем выше поднимался Хин, тем больше дивился древнему обычаю королей орочьего народа. Что ж за монстром надо быть, чтобы не устать при подъёме на Ур? Он ещё даже до середины лестницы не дошёл, а ноги уже налились свинцом, дыхания стало тяжёлым и частым, на спине проступил пот. И это у него, у тренированного сварта-разведчика. Зато, сразу становилось понятным, почему так мало орков ходили к королю с просьбой. По закону свободного города, король орков обязан принимать любого, пришедшего с вопросом или просьбой. Вот только, по тому же закону, для начала, просящий должен дойти до главного зала, на вершине лестницы. А на такой подъём не каждый решится.

Осилив последнюю ступеньку, Хин прислонился к ближайшей колонне, чтобы перевести дух. Ноги гудели, лёгкие жгло, страшно хотелось пить.

Обернувшись, сварт увидел два недовольных взгляда провожатых. Казалось, клыкастые даже близко не запыхались и сейчас испытывали к эльфу что-то вроде надменного отвращения, какое вы обычно испытываете к червю, которого лень даже давить. Но ему было всё равно. У каждого народа были свои традиции и особенности и в отличие от этих двоих, разведчик прекрасно это понимал.

– У вас есть что попить? – бросил он, ничуть не смущаясь взглядов стражей.

У одного из орков, как показалось Хину, дёрнулся глаз от такой дерзости, но бурдюк с водой он всё же достал и отдал эльфу. Сварт сделал несколько больших глотков, протяжно выдохнул и, улыбнувшись конвоирам, изрёк:

– Пойдём дальше?

Немногословные вояки жестом указали Хину куда идти.

Внутри дворца чёрный цвет камня сменился белым и зелёным. Нет, здесь всё также было сделано из чёрного камня, но частично обшито тканью и стягами, придавая окружающему пространству более… помпезный вид? Если такое конечно можно выдать в адрес орков.

– Малыш Хинамон! – прогремело откуда-то со стороны и на спину сварта обрушился молот, или что-то очень его напоминающее.

Потратив последние силы, чтобы принять вертикальное положение, глаз Хина зацепился за огромного орка-великана, никак не меньше трёх метров в высоту. Сварт знал только одного говорящего монстра таких размеров – короля орков Шаграта разрушителя, прозванного так за потрясающее умение уничтожать всё, что хоть как-то смело ему помешать.

Чёрные волосы здоровенного орка были завязаны в косы и ниспадали по чёрно-зелёным доспехам, судя по всему, не боевым. Зелёные глаза горели вечным, предвкушающим нечто лишь ему ведомое, огнём. Огромный, практически плоский, нос занимал чуть ли не половину лица великана, но при этом не выглядел чуждо или неуместно. Высокий, исполосованный морщинками, лоб указывал на добродушность короля, так любившего знатно повеселиться и от души посмеяться. Длинные, без единой серьги, уши орка указывали на отсутствие детей (У орков есть традиция, вдевать в левое ухо по кольцу на каждого родившегося ребёнка). Внушительные, без единой вмятины или царапины, клыки, олицетворяли силу и непобедимость Шаграта. А зелёная, вся в роговых отростках, кожа указывала на принадлежность к древнему роду Ханка, роду королей.

– Шаграт! – как можно приветливее, хриплым голосом отозвался сварт. – Давно не виделись…

«И не очень хорошо расстались» – закончил про себя Хин. В последний раз эльф пересекался с великаном красных земель почти с год тому назад. Дело тогда чуть было не дошло до драки. Сварт сумел-таки сбежать от разъярённого повелителя орков, оставив все конечности при себе, но с тех пор близ Оркханка не появлялся. На всякий случай.

– И то правда, давненько, – улыбаясь во все клыки, ответствовал король. – Присаживайся, не стой, как на похоронах. Ты сегодня гость.

А вот это уже интересно… Шаграт назвал Хина гостем при своих подданных, тем самым наделив эльфа неприкосновенностью на всё время его пребывания в столице орочьего царства. Теперь даже сам король орков не сможет нанести разведчику какой-либо вред, не запятнав при этом своей репутации. Но для чего разрушитель гор и черепов захотел видеть тёмного эльфа, если не затем, чтобы воздать по старым заслугам?

Сварт осторожно присел на грубо выструганную деревянную скамью подле небольшого столика, на котором стоял лишь одинокий кувшин, да два серебряных кубка. Король орков грузно упал на такую же скамью, напротив, быстро разлил по кубкам какой-то мутно-красной жидкости, отпил, давая понять, что оно не отравлено, после чего подмигнул разведчику, ехидно ухмыляясь. Хин решил, что не стоит обижать великана не успев начать разговор и также отпил из кубка, в знак уважения. Вино! Удивительно! И с каких это пор Шаграт предпочёл вино старому доброму орочьему шнапсу?

Беглый взгляд эльфа подтвердил то, что уже засёк слух. Стража вышла вон. Вся. На продуваемой, обнесённой со всех сторон чёрными резными колоннами, площадке они остались лишь вдвоём.

– Не бойся, – заметив беспокойство Хина, пророкотал Шаграт. – Я хочу лишь поговорить. И, возможно, кое-что предложить. Но об этом после. Расскажи-ка лучше, как там поживают твои людишки?

– Если ты хотел поговорить, мог бы обойтись без кандалов, – огрызнулся сварт.

– Вынужденная мера, – ехидно улыбнулся великан, отпивая ещё вина. – Ты бы не принял моё приглашения, разве не так?

– Так, – кивнул, подтверждая догадку орка, эльф.

– Тогда о чём тут говорить? Главное, что ты здесь. Или мои ребята обошлись с тобой грубо? Только скажи, Хинамон, и я казню их своими же руками.

Сварт видел, что Шаграт не шутил. Он и вправду казнил бы любого, кто посмел бы обойтись с ценным пленником грубо. К счастью для конвоиров, тёмный эльф обладал честью.

– Они были добры ко мне, признаю, – молвил Хин.

– Вот и славно, – откинулся назад орк, прислонившись к одной из колонн, предусмотрительно стоявшей сразу позади его скамьи. – Тогда, раз мы закончили с твоим нытьём, расскажи уже наконец, как там поживает Айлангард?

Сварт решил проигнорировать оскорбление, дабы не повторять ситуацию годичной давности.

– Плохо, – честно признался он. – Дворфы делают вид, что дают людям всё больше и больше послаблений, на самом же деле сдавливая их в кулаке всё сильнее и сильнее. Многие люди уже верят в то, что при власти северян стало жить лучше, чем при власти короля Ламира. И сколько бы я ни пытался пробудить их…

– Всё тщетно, – закончил за него Шаграт. – Тоже самое докладывают мне и мои разведчики.

– Ни разу не видел орков близ Айлангарда, – нахмурился Хин.

– И не увидишь, – осклабился король орков.

– Твои разведчики научились становиться невидимыми? – показушно удивился сварт. – Не научишь? Мне бы пригодилось.

– Ахахахаха! – расхохотался великан. – К сожалению, нет, не научились мои разведчики становиться невидимыми. А если серьёзно, в моей разведке служат не только орки.

– Так слухи правдивы? О беглом генерале людей? – навострил острые ушки эльф.

– Дирген не беглый, – скривился Шаграт. – Не нужно так его называть. Он эвакуировал людей и арденит, когда дворфы напали на срединные земли десять лет назад. Спас много жизней. Потом он вёл партизанскую войну против севера. Мне многого стоило достучаться до него. Старый вояка до последнего отказывался принимать мою помощь.

– Но сейчас служит тебе, – вставил разведчик.

– Не совсем, – покачал лохматой головой орк. – Он служит людям. Этот старый солдат достоин восхищения. Если когда-нибудь познакомишься с ним, сам всё поймёшь.

Хин буркнул что-то неопределённое, решив отпить из кубка.

– Ты слышал про шестихвостую, – решив как-то сменить тему, вспомнил вдруг эльф.

– Слышал что-то, – задумался великан. – Её почитают, как божество. Так говорил Дирген. Говорят, она спасёт срединные земли или что-то в этом роде.

– Ты в это не веришь? – решил уточнить сварт.

– Как говорят, она ещё ребёнок, – пожал плечами гигант. – Вряд ли ребёнок сможет освободить срединные земли от северян.

Наступило затишье. Оба собеседника одновременно отпили из кубков, переглянулись.

– Так зачем ты хотел меня видеть? – спросил наконец эльф.

– Скажи, Хинамон, – в миг став серьёзным, пророкотал Шаграт. – Смогут ли сварты победить дворфов?

– Нет, – тут же выпалил Хин.

– А орки? – продолжил великан.

– Не думаю, – признался сварт.

– Ишгарцы? – не сдавался король орков.

– Ни один из южных народов не сможет победить северян, ты же знаешь это и сам, зачем спрашиваешь? – недоумевал разведчик.

– А все вместе? – бросил в лоб Шаграт.

– Что вместе? – не понял Хин. Серебряный кубок застал в сантиметрах от его губ, взгляд тут же переключился на орка.

– Что, если все народы юга объединятся и ударят по северу? – уточнил гигант.

– Это шутка? – задрал бровь тёмный эльф, медленно отставляя кубок на стол.

– Отнюдь, – скрестил огромные ручищи на необъятной груди орк.

– Ты хочешь объединить юг? Серьёзно? – не верил в услышанное сварт.

– Хочу, – кивнул Шаграт. – И объединю. Ты ведь уже в курсе, что следующий их удар придётся по нам? – как ни в чём не бывало, спросил великан.

– Слышал, – признался Хин. – Но как ты собираешься это провернуть? И зачем тебе я? – решил в лоб спросить разведчик. Он уже успел понять, что орк приготовил ему какую-то особую роль в своей затее.

– С Ишгарцами и Наархитами я переговорю по своим каналам…

– С Ишгарцами у вас же непрекращающаяся война, – вставил эльф. – Как ты…

– Ничто не объединяет врагов лучше, чем более свирепый враг, – улыбнулся король орков. – Это я возьму на себя. Тебе же нужно будет поднять Хуорн, Хинамон.

Хин отвёл глаза в сторону, понизил голос.

– Может ты забыл, король Шаграт, но я…

– Я помню, кто ты такой, – выпрямляясь бросил гигант. – А помнишь ли ты?

Задетый тёмный эльф впился всепрожигающим ненавистью взглядом в спокойное зелёное море короля орков… и проиграл. Да. Он и вправду уже успел позабыть, кто он есть на самом деле. Сколько он уже не был у себя на родине? Последние пару лет Хин пробирался в Хуорн лишь украдкой, практически никого не оповещая о себе. Он терпеть не мог все эти жалостливые взгляды, будто говорящие тебе: «ну ты же понимаешь, ну что ты». Он всё понимал, прекрасно понимал, и оттого становилось ещё невыносимее.

– Ну так что? – не ослабляя хватку, вопросил Шаграт, когда молчание эльфа затянулось.

– А что с драконидами? – спросил сварт, и великан как-то грустно улыбнулся.

– Они уже потеряны, – просто ответил король. – Мои разведчики видели, как делегация Эллов и дворфов уходила к драконидам пару месяцев назад, а затем возвратилась обратно в земли Эллов.

– Но это ещё ничего не значит, – попытался поспорить сварт, глубоко в душе прекрасно всё понимая. Если бы дракониды дали северянам отказ – некому было бы возвращаться.

– Как скажешь, – только и улыбнулся Шаграт. – Но что-то мне подсказывает, что ты только рад будешь, если дракониды к нам не примкнут.

Хинамон не ответил. Слишком сильны были воспоминания. Слишком ненавистны мысли об объединении с драконами.

Эльф взял кувшин, налил себе до краёв и, залпом опустошив кубок, с вызовом посмотрел в глаза Шаграту.

– Отлично, – осклабился орк. – Теперь обсудим детали…


Глава 11: Неприятные неприятности


Прошло уже две недели с того дня, как он видел тёмного эльфа и начал поиски мистических повстанцев, о которых все что-то слышали, но абсолютно никто не видел воочию. Две недели блужданий, подслушиваний, подсматриваний. Две недели бесплодных поисков и всевозрастающего отчаяния.

И в тот самый миг, когда Тайлер решил послать всё к вершинам самых дальних гор, он услышал заветное слово: «повстанцы».

Юный уборщик района для бедных, которого снова занесло в торговый район, к самому рынку (ведь где, как не здесь, искать информацию), резко навострил уши, стараясь понять, откуда велась беседа.

Поток людей так и норовил унести юного бойца за справедливость с собой, но вот он снова услышал тот самый голос и, спрятавшись между двух палаток, оказался прямо возле говоривших. Их разделяло лишь тонкое полотно стенки торговой палатки, но казалось, что Тайлер остался незамеченным.

Сделав невинный вид и всматриваясь вдаль, будто в ожидании кого-то, Тайлер начал прислушиваться.

–…да я тебе говорю, зачем мне врать, – громким шёпотом сказал первый.

– Детей? Повстанцы? Что-то как-то не вяжется, Карл. Сам подумай, зачем им дети? Они же не с детьми воюют, – ответил второй, с хрипотцой в голосе.

– Говорят, они их натаскивать собираются, на убийства, чтобы самим руки не пачкать, – сказал Карл.

– И ты думаешь, это правда? – неуверенно ответил хриплый.

– Ну, так дети же пропадают. Да и самих этих повстанцев никто не видел никогда. Всё сходится.

– Странно как-то это всё. Мне казалось, что повстанцы хорошие должны быть, нас защищать, с севером воевать… – раздумывал хриплый.

– Да ты сам подумай, кто эти повстанцы такие? Неудачники разные. Не способны ни на что, вот и пытаются власть дестабилизировать. А нам, простым жителям, какая оттого польза? Один вред, – гнул своё первый.

– Но дети…

– Я ещё слышал, что некоторых детей на север отправляют, в тамошние бордели. Мол, там есть извращенцы всякие, падкие на экзотику, – не успокаивался Карл.

– Да быть не может, – чуть не подскочил хриплый. – Гадость какая…

– А ты говоришь, повстанцы-повстанцы. Вот они, твои повстанцы.

Хриплый не ответил, видно задумавшись.

«Бред какой-то» – подумал Тайлер. О чём они вообще говорят? Да кто в такое поверит-то? Чтобы повстанцы крали детей и отправляли их в бордели на север? Да это сами дворфы и воруют, это же ясно, как солнце в безоблачный день.

Решив больше не слушать эти сказки, и окончательно разочаровавшись, Тайлер уже собирался уходить, как до его уха долетело:

– Я не удивлюсь, если эти убийцы и бездельники сами насилуют наших детей, прежде чем отправить их в бордели. Воюют с севером? Защищают народ? Ха! Это сопротивление всего лишь очередная шайка воров, прикрывающаяся политикой.

– Хватит! – услышал Тайлер свой собственный голос.

Не выдержав этого бреда, юный борец за справедливость вынырнул из своего укрытия, представ перед беседующими мужчинами за тридцать. Оба ардениты. Один: полноватый рыжий торговец с наглым видом, в мешковатой зелёной мантии, видимо и есть тот самый Карл. Второй: худощавый, заросший щетиной, мужчина в сером кафтане, видимо слуга из внутреннего кольца или мелкий ростовщик.

– А ты ещё кто такой? – недовольно прищурился торговец.

– Вы разве не понимаете, какой бред несёте? – сжав кулаки, набросился на него Тайлер.

– А откуда тебе знать, мальчик, что это бред? – скрестив руки на груди, ещё более надменно бросил Карл.

– Да кто в такое поверит?! – выкрикнул парень, размахивая руками. – Чтоб повстанцы детей воровали? Да ещё и на север их отправляли? Это же ложь!

– А ты, значится, хорошо знаком с повстанцами? – осведомился толстяк, ехидно ухмыляясь.

– Я? – опешил Тайлер. – Нет, я…

– А не повстанец ли ты часом? А? – начал подниматься на ноги Карл и паренёк тут же сделал шаг назад.

– Я…

– Держите его! – ткнув в него пальцем, закричал торговец. – Он из сопротивления!

Рынок мигом затих. Тайлер ощутил на себе взгляд десятков глаз, а затем до него донёсся и топот кованных сапог. Слишком знакомый, чтобы спутать его с чем-либо. Стража.

Увернувшись от волосатой руки хриплого собеседника Карла, Тайлер проскользнул прямо перед первым из подбегающих стражников, метнувшись под одну из торговых палаток.

Рынок снова взорвался криками. Кто-то кричал про нападение сопротивления, кто-то про убийство, кто-то про детей. Если бы Тайлер не знал, что произошло на самом деле, подумал бы, что на город напали или начался пожар. И он нисколько не удивится, если завтра услышит от Рональда, что на рынок нападали повстанцы и даже были потери. Так и рождаются слухи. Вот только для того, чтобы завтра встретится с рыжим, нужно сегодня сбежать от стражи.

Тайлер вылетел из-под палатки, с другой стороны, попав в соседний, практически пустой, ряд. Здесь стражи ещё не было, а все взгляды горожан устремлялись к основному месту действия, полностью игнорируя молодого бунтаря.

Нужно было срочно куда-то спрятаться. Убежать вряд ли получится. Только если на север города, к внешней стене, но оттуда он будет добираться до дома целую вечность. Проще было спрятаться где-то здесь, и подождать пока всё не уляжется, а потом, старыми добрыми улочками…

Будто услышав его молитвы, прямо перед ним выросла гружённая тканями повозка с высокими бортами. Идеально!

Не став тратить время на долгие размышления, Тайлер быстро, и практически бесшумно, запрыгнул в повозку, закопавшись в тканях.

Сердце колотилось, как сумасшедшее.

Успел ли его кто-нибудь заметить или манёвр сработал? Оставалось лишь ждать и слушать, в любую минуту ожидая, что закованный в броню стражник одёрнет полотно ткани и выволочет Тайлера из повозки. Но минуты шли, и парень постепенно успокаивался, понимая, что всё обошлось.

Шумели вокруг довольно долго. Тайлер даже успел прикорнуть немного, пока сдвинувшаяся с места телега не привела его в чувство.

«Прекрасно. Спрятался в повозке. Молодец. И куда, интересно, теперь я уеду?».

Главное, чтобы не за пределы города. Иначе его убьёт первый же попавшийся на пути патруль. Они даже разбираться не станут кто он и откуда. Человек? Вне города или деревни? Смерть. Всё просто. Таков закон.

Повозка остановилась. Кто-то будто бы запрыгнул на неё и тут же спрыгнул обратно. Прокаркали несколько неразборчивых слов где-то спереди и послышалось заветное: «проезжай!»

Ну вот и всё. Похоже и вправду город покинули. Теперь вся надежда была только на то, что торговец направляется в другой город для торговли и там Тайлеру удастся смешаться с толпой в бедном районе. Конечно, придётся привыкнуть к жизни в новом городе, заново искать себе друзей и всё такое, но что поделать? Таков удел людей.

Через несколько минут повозка снова остановилась. Насколько знал Тайлер, так близко к городу никаких деревень не стояло. Да и ехали они еле-еле, казалось даже, что медленнее пешехода. Может случилось чего?

Будто в подтверждении догадки юного борца за свободу, телега качнулась, дав понять Тайлеру, что сам торговец куда-то отошёл.

Наступила тишина. Это был его шанс.

Парень скинул с себя полотна тонкого льна, которыми прикрывался, и огляделся. Повозка стояла под каким-то навесом, а снаружи был… город? Так они никуда не уехали? Неужто стража просто так проверяла? Может Тайлера искали?

Юный герой спрыгнул наземь и осторожно, по стеночке, покинул загон, от греха подальше.

Только оказавшись снаружи, глядя на мощённую жёлтую улицу, на высокие жёлтые стены, на людей и стражу, Тайлер наконец понял, где очутился.

Осознание неизбежности стремительно наплывало на него, отчего дыхание уборщика улиц участилось, а коленки непроизвольно начали дрожать в такт зубам.

Теперь ему точно конец.

Уж лучше бы он оказался снаружи. Там хоть есть где прятаться и куда убегать.

Во внутреннем кольце убегать было некуда.

Это территория только для северян и их приближённых.

Внутреннее кольцо запрещено посещать людям.

Это карается смертью.


Глава 12: Собрание


Вид заполненного убежища семнадцатой ячейки, столь внезапно появившейся в Айлангарде, приводил Ричарда в восторг. Ещё каких-то две недели назад это был самый обычный полуразрушенный подвал заброшенного особняка, а сам Рич был не более чем мечтателем, но теперь… чистый убранный пол, добротная мебель, большой стол для совещаний, карты и гобелены на стенах. Это помещение и вправду выглядело, как самое настоящее убежище повстанческой ячейки.

Конечно, главная заслуга принадлежала Питу и Глену. Без этих двоих Ричард не смог бы сделать ровным счётом ничего.

Пит смог найти всех ребят и собрать их вместе. Именно он, в большинстве случаев, занимался тренировкой новобранцев, как и их поиском. Да и расчистка укрытия от камней, грязи и мусора, ровно, как и украшение стен, и поиск мебели, всё это его заслуга. Стивенсон понятия не имел, где здоровяк всё это нашёл и как смог незаметно протащить в убежище, но он это сделал, в очередной раз удивив друга и товарища, доказав, что на него можно положиться.

Глен же… Глен – их связь с севером. Если бы не он, всё это так и осталось бы обычной мечтой сына картографа.

– Как же их много… – обронил лидер, подходя к Раффу и Хорну, которые уже успели затеять новый спор.

– Нас, – поправил Пит.

– Точно, нас, – улыбнулся Стивенсон. – Глен, ты уже рассказал Питу?

– Да, – хором ответили оба заместителя, тут же нахмурившись и бросив в сторону друг друга косые взгляды, чем вызвали у лидера улыбку. Его всегда умиляли их мелкие перебранки.

– Отлично, тогда осталось донести до остальных.

– По городу расползаются слухи, что мы воруем детей, – скривился Шрам. – Говорят, мол, мы их по борделям продаём.

– А я слышал, что сами насилуем, – нахмурился Молот.

– Слышал, – отмахнулся Ричард. – Пит, можно тебя попросить донести до остальных, чтобы игнорировали слухи? Чем меньше мы будем их подпитывать, тем скорее они сойдут на нет.

– Хорошо, сделаю, – кивнул Рафф.

– Можно выйти на тех, кто распространяет слухи и… – начал было Глен.

– Не нужно, – остановил его Стивенсон. – Пусть развлекаются.

– Как скажешь, – просто пожал плечами Хорн.

– Слышно ещё что-нибудь? – спросил лидер.

– Только, если ты не слышал всех историй про Шестихвостую, – осклабился Шрам из-под надвинутого на самый нос капюшона.

– Нет уж, спасибо, – хохотнув, отмахнулся Рич. – Хватит уже мне этих сказок. Про сварта ничего не слышно? Давно уже не объявлялся.

– Есть сведения, что он покинул Айлангард. Похоже, ушёл на юг, – поведал Глен.

– Решил устроить себе отпуск, – улыбнулся Стивенсон, сверкнув горящими зелёными глазами. – Чтож, это наш шанс. Все в сборе?

– Сегодня все, кроме двух новеньких, – пояснил Питер. – Я решил, что им не обязательно присутствовать ближайшие пару дней. На всякий случай.

– Хорошо, – одобрил его решение лидер.

В этот момент в укрытие вошла Анна… белокурая, голубоглазая, статная, она словно бы сошла с архенитских полотен серебряной эры. Даже белое платье простолюдинки смотрелось на ней изящно, волнуя взор, смешивая мысли, заплетая язык. Она была из тех самых девушек, при взгляде на которых у вас терялась нить повествования или мысли, и вы просто созерцали прекрасное, пока оно не скрывалось за каким-нибудь углом дома. Она была из тех девушек, про которых обычно говорили, мол, забудь о ней, не твоего уровня звезда. Она приходила во снах многим жителям Айлангарда, но не отвечала никому взаимностью. Она будто ждала кого-то особенного, единственного и этим кем-то был явно не ты.

Рич и Пит скрестили взгляды. Анна нравилась им обоим. Оба знали это. Оба откладывали разговор об этом на потом. Оба бездействовали.

– Сегодня без синего передника… – будто в никуда бросил Хорн, отлепляясь от стены.

Шрам прекрасно знал о чувствах двух молодых друзей, как и о том, кто на самом деле нравился Анне. Всё это его немного забавляло. Ведь он уже был далеко не так молод, как его товарищи по оружию, и в женщинах ценил совсем другие качества, нежели внешняя красота.

– Начнём, пожалуй, – прочистив горло, наконец выдал Стивенсон, ступая за Гленом. Рафф двинулся следом, закрывая процессию.

Лидер встал на продолговатый ящик, который они решили использовать вместо подиума, окинул долгим взглядом собравшихся. Пит и Глен встали по бокам от него, словно свет и тьма его собственной души. Здоровенный золотокудрый Рафф и тонкий, внушающий всем страх, Хорн.

– Рад видеть вас в добром здравии, друзья, – начал Ричард. – Приятно осознавать, что всего за две недели нас стало почти вдвое больше и теперь у нас есть своё собственное убежище. Мы только в самом начале долгого и сложного пути по освобождению нашей родины, но у нас уже есть поддержка в лице северного сопротивления. Я уверен, что скоро мы найдём поддержку и среди местных гильдий и простого народа, и тогда революция станет лишь вопросом времени. – Послышались аплодисменты и Стивенсон решил отпить воды, вовремя предложенной Питом, пока была такая возможность. – Но мы ничего не добьёмся, если просто будем сидеть здесь взаперти. Нам нужно действовать, но не так, как раньше, а слаженно, преследуя чёткие планы. – В зале повисла гробовая тишина. – Два дня назад нам пришло первое письмо от главного штаба повстанцев. В нескольких километрах к северу от Айлангарда расположился гарнизон вайраков, готовящихся выступить на юг. Дворфы снова затеяли войну, и наша задача ослабить их, как можно сильнее, чтобы дать южанам шанс отбить нападение. Завтра в полночь мы проникнем в их стан и отравим все запасы еды. Так мы сможем дестабилизировать армию неприятеля. Яд подействует уже в пути и у них не будет времени на новую переброску сил или грамотную рокировку. Другие ячейки займутся остальными гарнизонами.

– А зачем нам помогать южанам? – спросил кто-то из толпы.

– Если северяне смогут захватить юг – мы будем окружены, – просто ответил лидер. – Сейчас у нас нет своей армии и мы можем надеяться только на чужую. Если юг отобьёт атаку северян, разбив их главные силы – никто не сможет помешать нам устроить революцию, кроме местной стражи. Понимаешь?

– Да, – кивнул парень из толпы. – Теперь, да. Простите.

– Всё хорошо, – улыбнулся ему Рич. – Если вам не понятно – спрашивайте. Я всегда готов ответить на любые вопросы. Мы все делаем общее дело и каждый из нас хочет лишь одного: видеть срединные земли свободными. И я обещаю вам – мы достигнем этой цели.

Громоподобный рёв аплодисментов разорвал зал, наполняя Стивенсона уверенностью, опьяняя, делая счастливым.

Лидер бросил томный взгляд на Анну, встретив стену тающего льда её голубых глаз, и она улыбнулась ему.


И лишь двое увидели её краткую, совсем мимолётную улыбку.

Ричард. И его друг Пит.


Глава 13: Ая и Гиа


Многие считают, что архенит невозможно победить, ибо как можно победить народ, живущий на парящем высоко в небесах боевом острове? Данное высказывание могли бы оспорить саархилы, но, к счастью для архенит, те никогда не конфликтовали с крылатыми повелителями Зари.

Конечно, боевой остров-замок, способный защитить сам себя – это бесспорное преимущество, но во всём есть не только свои плюсы, но и свои минусы. Боевой остров никогда не парил на одном месте, постоянно перемещаясь между ледяными пиками Схотлоуда, что затрудняло его обнаружение. И это относилось не только к врагам, но и к самим архенитам, которым каждый раз приходилось облетать весь Схотлоуд, чтобы найти свой собственный дом.

Вот и сейчас одинокий и уставший белокрылый силуэт, после долгих блужданий среди плотного густого тумана, внезапно накрывшего пики трёх вершин, наконец-то отыскал родной дом.

Ая спикировала в район колон сада вечности, сложив огромные белые крылья за спиной.

– Небесный остров забрался слишком далеко на север, – тут же начала жаловаться белокурая красавица. – Я уже думала, что никогда его не найду.

– Позже скорректирую курс, – бросила черноволосая архенитка, не поворачивая головы.

Гиа сидела к ней спиной на одной из многочисленных мраморных скамей сада вечности, не отрывая взора от белого магического круга, повисшего перед ней в воздухе. Чёрная бархатная мантия, едва цеплявшаяся за плечи девушки, только подчёркивала изящные формы воительницы, а серебряная корона, в форме крыльев, мирно покоилась на пышной причёске, в очередной раз напоминая, кто здесь королева.

– Завтра собрание совета? Я ничего не напутала? – спросила Ая, скидывая с себя серебряный лёгкий доспех. Полностью обнажившись, девушка протянула руку вправо и вытащила, прямо из воздуха, тонкую прозрачную белую рясу, тут же надев её на себя. – Фух, как же я соскучилась по шёлку, ты не представляешь, Гиа.

– Да, не представляю, – так же отстранённо бросила брюнетка.

Белокрылая скрестила руки на груди, ожидая ответа на свой вопрос. Гиа, поняв, что с делами придётся повременить, одним движением руки закрыла белый светящийся круг, повернувшись к собеседнице.

– Генерал Граин отменил совещание, – серьёзно отчеканила чернокрылая. – Он отправляется на юг. Где твоя корона?

Ая закатила белые, слегка светящиеся холодным светом, глаза, щёлкнула пальцами, и на её голове появилась белая корона из зубов вайраков.

Черноглазая Гиа сощурила глаза, но никак не стала комментировать произошедшее.

Когда-то давно Ая и Гиа не могли и минуты присутствовать в компании друг друга, тут же начиная спорить, ругаться и метать друг в друга заклинания. Но после смерти королевы Эхаи они остались последними высшими на Заре и им, волей-неволей, пришлось начать работать сообща. Именно тогда Гиа, как ближайшая приближённая Эхаи, главнокомандующая армией архенит и член совета империи, приняла на себя бразды правления Зари, а Ая, как последняя оставшаяся высшая – не считая Гии – приняла на себя обязанности протектора региона вайраков, заняв место Гии в совете. Конечно, белокурую разведчицу, привыкшую к бескрайним небесам и постоянным путешествиям, не особо обрадовало новое назначение, но не бросать же Гию одну? Эхая отдала свою жизнь во благо будущего мира и Ая сделает всё возможное, чтобы эта жертва не стала напрасной.

– Так зачем ты меня позвала, если не ради совещания? – На губах белокрылой архенитки тут же заиграла предвкушающая нечто интересное ухмылка.

– Мне нужно знать, что происходит в мире, – скрестив руки под грудью, выдала королева.

– Всё по-старому, – пожала плечами Ая. – В срединных землях появляются новые ячейки сопротивления. Там, как и на севере, копится недовольство среди мирного населения. Юг тоже пришёл в движение. Мне кажется, они догадались о планах Граина.

– Значит, эффект внезапности потерян? – вскинула бровь чернокрылая.

– А так ли это важно, когда речь идёт об объединённой армии севера? – улыбнулась белокрылая.

– Посмотрим, – устало выдохнула Гиа. – Генерал недавно спрашивал про инцидент под Айлангардом. Некто уничтожил группу зачистки. Практически в один миг.

– И что? – задрала бровь белоглазая архенитка, тут же принимая защитную позу.

– Ая! – вспылила брюнетка, вскакивая со скамьи. – Он подозревает архенит в помощи повстанцам! Ты вообще понимаешь, что творишь?

– Прости, – не стала оправдываться Ая. – Я просто не могла позволить им умереть, так ничего и не сделав. Они показались мне… важными, что ли.

Черноглазая королева разжала кулаки, упав на скамью и прикрыв лицо ладонью.

– Сейчас у него нет никаких доказательств, – обронила она. – Но он теперь не верит нам.

– Он никому не верит, – пожала плечами белокрылая. – Должность у него такая. Не бери в голову, Гиа, всё образумится. Не в первый раз он нас подозревает.

– И то правда, – как-то по-девичьи хихикнула Гиа.

– Расскажи лучше, как наши? Что нового? Недавно ведь снова какой-то турнир был? – решила сменить тему Ая.

– У нас всё спокойно, – уверила подругу черноглазая королева. – Последние подсчёты показали, что нас снова больше шести сотен.

– Значит? – разгорелась Ая.

– Да, – улыбнувшись, кивнула ей Гиа. – Мы впервые после слияния пошли на прибыль.

– Хорошая новость, – заулыбалась белоглазая. – А как Арея? Справляется?

– Иногда она перегибает и действует мне на нервы, но в общем справляется.

– Мы ведь тоже будем участвовать, да? – после минутного затишья, понизив голос, спросила Ая.

– Угум, – не смотря на подругу, кивнула Гиа.

– И кто поведёт войска?

– Я долго над этим думала, – теребя полы чёрной мантии, роняла королева.

– И? – не дождалась ответа Ая.

– Арея.

– Уверена?

– Как бы я ни хотела на передовую, но… как бы это сказать…

– Не хочешь сражаться в чужой войне? – подкинула идею подруга.

– Именно, – согласилась Гиа. – Да и по статусу уже не положено, как-то.

– Тебя прям не узнать, – сострила белокрылая.

– Власть испортила, – улыбнулась черноглазая архенитка.

– А почему не меня? – в лоб спросила Ая.

– Потому что тебе нужно слетать в Нэнт. Кое кого проведать. Сделаешь?

– С удовольствием! – широко улыбнулась Ая.


Глава 14: Ли


Каменные горы Силдонии. Опасная и неприветливая ледяная пустыня, вольготно расположившаяся далеко на севере Истиля. Каменные горы не имеют такие высокие отвесные пики, как Закилия или Столгрим, больше напоминая пустошь Схотлоуда или Жинту, разве что более каменистую. А ещё в Силдонии снег лежит не круглый год, как в большинстве мест на севере, и летом здесь вполне себе можно жить на поверхности. Точнее, можно бы было жить, если бы не проблемы с водой и огромное множество опасных хищников, населяющих эту территорию. Именно поэтому гномы Силдонии и жили под землёй, а если быть точнее, внутри горы. В своих бесконечных сетях туннелей они давно научились выращивать себе еду, а их необычные искусные механизмы добывали им столько воды из недр земли, сколько душе было угодно. К тому же, при таком положении дел, не приходилось беспокоиться на счёт холода и опасных хищников. Конечно, в глубинных тоннелях Силдонии тоже хватало своих тварей, но с ними гномы давно уже научились справляться.

Несмотря на, казалось бы, близкое родство дворфы не разделяли любовь гномов к подземельям, предпочитая строить города на поверхности. Так, на самой границе земель дворфов и гномов, на территории Силдонии, среди невысоких каменных гор, зародился небольшой город Сулурд, являвший собой перевалочный пункт между царством гномов и Мирдой. Кроме того, Сулурд считался основным поставщиком пушнины по эту сторону от столицы империи (на западной стороне империи основным поставщиком пушнины считались вайраки).

Закутанные в телогрейки стражники патрулировали окрестности города. Здесь, в Сулурде, это обычное дело. Заблудившийся горный медведь или снежный барс – обычное явление, не говоря уже о волках и прочих мелких животных, то и дело проскальзывающих в город. Здесь не понаслышке знали, как опасно может быть на улице после захода солнца. В основном горожане ходили группами или при оружии, но даже с таким раскладом стражи в Сулурде было больше, чем в любом другом городе, не считая столицы. Вам может показаться, что это перебор и всё не так уж и плохо, но стоило стражам немножко прозевать и вот, снова кто-то лежит в переулке с перекушенным горлом. Таковы были реалии охотничьего городка, потерявшегося где-то далеко на севере. И все к этому привыкли.

Хорошая погода, в пограничном дворфском городке, явление редкое и даже пугающее, будто затишье перед бурей, а потому, закутавшийся с головы до ног, гном не привлекал к себе особого внимания. Эка невидаль, гном в Сулурде. Гномов здесь, если уж говорить начистоту, почти треть населения. И они же являются основными работниками и обслуживающим персоналом. Так что бояться Африку было совершенно нечего. О повстанцах в Сулурде конечно что-то слышали, но особого значения никогда этому не придавали. Мало ли кто там в столице бунтует и кому там что не нравится. Такие захолустья, как столица пушнины, подобные вопросы не волновали.

Покрытые одинаковой ледяной коркой дома немного дезориентировали, мешая найти нужный дом, а спрашивать у местных Африк опасался. Мало ли на кого можно нарваться. Да и Ли подставлять не хотелось. Проблем потом не оберётся.

– Да где же этот чёртов дом, – тихо выругался гном, в очередной раз возвращаясь на главную улицу. Ещё немного и стражу может заинтересовать странное поведение Африка, бесцельно блуждающего по городу уже который час.

И с чего его дёрнуло вызваться на это задание? Да, Виртон был его другом и всё такое, но сейчас, когда он уже успел остыть – во всех смыслах этого слова – затея не казалось ему такой уж замечательной. Вполне можно бы было уступить дорогу… а кому? Кто, кроме него, точно справится с этим заданием? Ведь без ключевых знакомств в подобных делах не обойтись. У Африка есть Ли, а кто есть у того же Бракена? Хотя, откуда бы Африку знать, что юный Бракен бы не справился? Сколько они уже нормально с ним не общались? Парень-то вырос, да ещё как! А Африк всё воспринимает его тем мальчишкой, каким он был десять лет назад. Гордыня. Возомнил себя незаменимым. А незаменимых нет. Умер Виртон – на его место встанет Бракен. И как знать, может разведка от этого только выиграет. А умрёт Африк… никто даже не заметит. Что от него толку, если он даже в совете появляться перестал?

Серобородый гном тяжело вздохнул и, обернувшись, наткнулся на какого-то прохожего, как и он, закутанного с головы до ног.

– Прошу прощения, – тут же извинился Африк, делая шаг назад. Проблемы в Сулурде ему ни к чему.

– У мамы своей прощения попросишь, за то, что на свет такого дебила родила, – прошипели ему в ухо. – Живо за мной.

Африк насупился, обидевшись, но последовал за прохожим. Сомнений не было. Он этот мерзкий голос узнает где угодно. Ли.

От нужного ему дома их, как оказалось, отделяло всего полквартала.

Взобравшись по обледенелой, слегка раскачивающейся, деревянной лесенке, они вошли в каменный домик, абсолютно идентичный любому другому домику в Сулурде.

– Ты что, совсем идиот? – спросила Ли, скидывая с себя тулуп, едва они вошли. – Расхаживать по улице, как турист в небесном городе. Жить надоело?

Ли всегда была остра на язык и крайне быстро закипала. Она даже как-то выдала фразу, что-то вроде: «Вспыльчивость – моё второе имя». Разведчик знал это, как и то, что она всегда так же быстро остывала, но всё равно чувствовал себя оскорблённым. Вот всегда так. Он считает, что не будет злиться и обижаться, но начинает хмуриться едва гномиха раскрывает свой беспощадный рот. Он всегда, перед встречей с ней, думает, что вот в этот раз они точно встретятся как равные, но едва они встречаются, она тут же показывает ему своё превосходство. Вот только в этот раз Африку совсем не хотелось вступать с ней в перепалку, выясняя никому не интересные истины. Он пришёл к ней с просьбой, как к другу, и вести себя решил соответственно.

– Я забыл, где ты живёшь, – ещё больше насупился Африк, стараясь не смотреть Ли в глаза.

Гномиха сделала шаг вперёд, остановилась, протяжно выдохнула и, закрыв лицо ладонью, обронила:

– Раздевайся и проходи. Сейчас соображу что-нибудь выпить. Есть хочешь?

– Если честно, не отказался бы, – признался Африк, медленно стягивая с себя телогрейку и разматывая шарф.

Домик Ли остался примерно в том же состоянии, в каком его запомнил Африк. Последний раз он был у Ли год назад, или даже больше, но основная комната, служившая девушке залом, приёмной, столовой и рабочим кабинетом одновременно, осталась прежней. Возможно, книг стало больше в книжном шкафу, и, кажется, диван слегка передвинули вглубь комнаты, а так всё было по-прежнему. Хотя, та лампа казалась Африку не знакомой…

– Чай, – выплюнула, вошедшая в комнату Ли. – У меня была хорошая настойка на шишках, но похоже я её вчера добила.

– На безрыбье и рак рыба, – пожал плечами Африк, поворачиваясь к старой знакомой.

Ли.

Тёмно-зелёные глаза оттягивали на себя всё внимание, как два больших озера посреди огненного конопатого моря. Большой, вздёрнутый кверху, нос был частым предметом насмешек среди её недругов, но Африк никогда не позволял себе опускаться до подобных подначек (Может именно поэтому он и перешёл, в какой-то момент, в категорию её друзей). Высокий лоб заканчивался огромным курчавым огненным лесом, похожим на одну большую мочалку. А волевой подбородок и острые скулы делали лицо девушки грозным и мужественным, вполне сочетаясь с её характером.

Растянутая серая кофта; широкие обшарпанные коричневые штаны; да пушистые тапки из меха медведя – вот и весь наряд северной бабы.

Она была моложе Африка, но ненамного. Полевой повстанец, отличный боец и техник, бывший элитный разведчик и диверсант, некогда утиравший серобородому гному нос, ныне она действовала самостоятельно, игнорируя призывы центрального штаба о помощи. Насколько ему было известно, последний год она особо ничем не занималась, но, как успел отметить гном, всё ещё пребывала в отличной форме. Разве что рыжая копна на голове гномихи стала ширше, да глаза тускнее. Но это ничего. Это нормально. Все они к этому приходят.

– Кстати о рыбе, – ставя кружку с чаем на стол, проговорила Ли. – У меня есть несколько линдов с контрабанды. Без костей почти. Пожарить?

– Если тебе не сложно, – замялся седобородый.

Он всегда терялся в моменты, когда кто-то старался о нём позаботиться, ибо привык всё всегда делать самостоятельно. Особенно удручал его тот факт, что заботилась о нём сейчас не кто-то, а Ли. Это выглядело примерно также, как если бы о вас вдруг начал заботиться голодный полярный медведь.

– Рассказывай, – донеслось из кухни.

Африк сделал несколько шагов в сторону коридора-прихожей, разделяющей комнаты, и уставился на Ли, хозяйничающую на кухне. Гремели сковородки, затем послышалось шипение масла. Он никогда раньше не видел, как Ли готовит. Не приводилось как-то. Одно дело жарить кабана на вертеле в лесу, но на кухне… как обычная женщина…

Видите ли, Африк никогда не воспринимал Ли, как женщину. Товарища – да, отличного техника – да, превосходного бойца – да, женщину? Ну уж нет! Только не Ли.

– Язык проглотил? – полуобернувшись, бросила ему гномиха. – Не просто же так ты сюда приполз из Жинты. Говори уже. А заодно редьки нарежь, она у меня вон там, в углублении, да-да, молодец.

– Виртона убили, – не зная с чего начать, выпалил гном.

Ли на секунду замерла, но тут же пришла в себя, продолжив возиться с рыбой.

– Как? – только и спросила она.

– На задании, – тихо обронил Африк, доставая редьку. – Пытался проникнуть в закрытую часть дворца. Генералы строят там что-то странное. Его ждали в общем.

– Мне жаль, – искренне сказала Ли. Она не особо близко знала Виртона, встречалась с ним раза два, не больше, но она знала, как близок Виртон был Африку. – И теперь ты хочешь… – Она дала возможность Африку закончить.

– Отомстить было бы хорошо, – грустно улыбнулся гном. – Но я к тебе не за тем. Я хочу закончить его миссию и узнать, что скрывают генералы в закрытой части дворца. Совет считает, что эта штука, чем бы она ни была, крайне опасна.

– Но как ты хочешь попасть туда? – спросила Ли. – Если даже Виртон не смог. Да и я…

– Ты не поняла, – оборвал её Африк и пересказал всё, о чём они говорили на последнем совете. Когда он закончил, последняя рыбина уютно устроилась на деревянном подносе, а гном как раз дочистил редьку, бросив её на другой поднос, с солью.

– Значит, – уточнила Ли, пока они переносили готовые блюда в комнату и устраивались за столом, – ты хочешь попасть в царство гномов и узнать там, кто строил и что строил?

– Примерно так, – кивнул Африк. – И без твоей помощи у меня ничегошеньки не выйдет, – признался гном, пробуя на вкус первую из рыбок. – Ммм, вкусно.

– На здоровье, – махнула рукой Ли. – Надо же, если ты признаёшься в своей беспомощности, значит, дело и впрямь стоит того.

– Я не… – насупился гном.

– Да-да, я поняла, – оборвала его гномиха, закатывая глаза.

– Ну так?

Ли задумалась, закинула в рот кусочек редьки, пожевала, подумала…

– Я в деле, – наконец кивнула она, тут же услышав глубокий вздох облегчения с другой стороны стола.

– Есть идеи, с чего начать? – спросил Африк.

– Конечно, – ухмыльнулась Ли. – Мы пойдём к главному инженеру – Дори. Главный инженер всегда в курсе того, что творится у него в мастерских. А ещё он у меня в долгу. – Гномиха ухмыльнулась настолько коварно, что седобородому гному стало даже жаль бедного Дори, с которым он даже не был знаком.

– А попасть туда проблем не будет? Помню…

– С этим никаких проблем, – ещё шире улыбнулась Ли, откидываясь на спинку стула. – Я знаю короткую дорогу.

Отчего-то на душе Африка стало неспокойно, но он всё же кивнул и принялся за еду.

Разговоры можно и потом поговорить, а рыбка потом остынет.


Глава 15: Недоразумение


Хин решил выбрать местом для привала открытую скальную площадку, прикрытую с одной стороны горой и многочисленными кустами можжевельника, дизельмы и стелющегося кипариса, а с двух других обрываясь в пустоту. Четвёртой стороной служила проходящая мимо площадки тропа, усыпанная цветами камнеломки. Конечно, это не самое лучшее место: сильно продувается и не защитит в случае дождя или нападения, зато с этого каменного балкона открывался фантастический вид на красную пустыню и более низкие – относительно лунных гор – железные горы.

Там, внизу, уже вовсю царила ночь, превращая пустыню в один большой тёмный провал, а железные горы окрашивая из красно-оранжевого в бордово-чёрный. И только на вершине лунных гор ещё сохранились последние отблески дня, золотыми искрами блистая на белых и серебряных камнях.

Сварт развёл костёр у самой скалы, между двумя крупными кустами можжевельника, вполне неплохо справляющимися с ветром, и приготовил себе ужин. Король орков хорошо снабдил его провизией в дорогу, так что экономить ему не приходилось. Вяленое мясо, овощи, сухари, орехи. И где только Шаграт всё это находит у себя в пустыне?

Последние лучики солнца ушли за горизонт, мгновенно погрузив белые лунные горы во мрак.

Похолодало.

Эльф подкинул в костёр собранного по округе хвороста, поглубже закутываясь в походный плащ.

Он практически на самой вершине. Завтра к вечеру достигнет границы. Кажется, эти земли принадлежат сейчас барону Шимхани, насколько он помнит. Мерзкий тип. Хорошо, что Хину не обязательно заглядывать к нему на огонёк. Всё-таки юный сварт уже давно отказался от всех привилегий, так что вполне может действовать, как рядовой разведчик. А там, ещё немного и Хуорн… великий лес тёмных эльфов. А там…

Костёр стрельнул и Хин, поёжившись, подкинул ещё дров.

Шаграт послал его в Хуорн, чтобы поднять эльфов на войну, но всё это просто только на словах. Он считает, что Хин обладает властью и влиянием, но ошибается. Хин теперь обычный разведчик, не более. Да, он согласился помочь орку, но единственное, на что он может уповать – это благоразумие короля Вамхарона, нынешнего правителя Хуорна. Если, конечно, тёмный правитель согласится принять последнего истинного наследника престола, бывшего принца Хинамона. Да, как вы могли уже догадаться, на самом деле Хин «чёрная молния» никто иной, как наследник чёрного престола, но его притязания никто не станет поддерживать, даже, если он попытается их предъявить. А такой глупости он точно делать не станет.

Дело в том, что пятнадцать лет назад, когда сам Хин был ещё мальчишкой, его отец проиграл войну с драконидами, потеряв тем самым уважение и поддержку дворян. Говорят, кампания была проиграна из-за самоуверенности и недальновидности его отца, короля Атхина. Отсюда и ненависть юного сварта к чешуйчатой расе потомков драконов. Его отец списал всё на слабость солдат и приказал тренировать их ещё усерднее, готовя новый план завоевания востока. После такого заявления дворяне пришли к выводу, что правителя пора менять, и устроили покушение. Хинамона тогда пощадили, как самого младшего из принцев, ещё не ставшего рыцарем, а значит, бывшего простым ребёнком. Но хоть его и не стали казнить, привилегий он всё же лишился. Брать бывшего принца на попечение никто не хотел, и дворяне решили сплавить его в армию, где юный Хин быстро вошёл в состав разведки, чем очень обрадовал дворян, ведь так он мог умереть быстрее, а если и нет, то по крайней мере находился далеко от королевства, не мозоля глаза.

Оглядываясь на всё вышесказанное, сварт не мог взять в толк, отчего Шаграт считает его равным себе и способным поднять Хуорн на войну. Ведь, насколько было известно самому Хинамону, репутация у него в королевстве, скромно говоря, не из лучших.

Костёр постепенно догорал, и эльф бросил в него остатки дров, устраиваясь поудобнее.

До рассвета оставалось совсем ничего; нужно было успеть вздремнуть.

***

Западной границей земель свартов, находящейся на самой вершине лунных гор, именовался длинный кряж, протянувшийся далеко с севера на юг и лишь в одном месте имеющий лазейку, прозванную лунными вратами. Через эти врата могла бы пройти колонна всадников, по десять наездников в ряд, но только в месте самих врат, больше похожих на серебряную стену. Подход к вратам был узок и больше походил на тропу, которая тянулась под большим уклоном от самого подножья, лишь в нескольких местах выходя на обрывы и небольшие плато. Думаю, можно и не говорить, что врата очень хорошо охранялись. Всё же история взаимодействия тёмных эльфов с орками пустыни больше напоминала череду передышек между войнами, чем на дипломатию.

Очередной поворот и сварт вышел к ровной пустынной площадке возле лунных врат. В глаза тут же бросились красные стяги с чёрным деревом по центру – герб Хуорна и всех тёмных эльфов – в очередной раз напоминая разведчику, как давно он отсутствовал дома.

Колба, как в шутку называли эту площадку-поляну, раскинувшуюся от тропы до врат, разведчики, походила на выжженное поле. Здесь и раньше ничего, окромя камнеломки, не росло, а сейчас даже её видно не было. Видно новому хранителю врат растения были не в радость. Вот только зачем избавляться от назойливых сорняков настолько кардинально?

Эльф перевёл взгляд на стену. На душе отчего-то заскребли кошки.

Серебряная стена имела С-образную форму плотины и была выстроена из плотно подогнанных друг к другу камней. Камни прилегали друг к другу настолько плотно, что даже самый тонкий кинжал некуда было воткнуть. Издалека стена казалась литой и Хин знал, что она также была зачарована лучшими мастерами Хуорна. Эту стену невозможно было сокрушить, что не раз доказывали орки со своими набегами. Она являла собой вершину строительного и магического искусства тёмных эльфов.

По всему периметру стены висели чёрно-красные стяги Хуорна; многие из них развевались и над стеной, гордо возвышаясь над многочисленными бойницами из которых – как было известно сварту – на него смотрели многочисленные красные глаза его собратьев.

Чем ближе Хин подходил к великим лунным вратам, тем больше ощущал гнетущее чувство беспокойства. Будто всё его естество призывало эльфа развернуться и пойти обратно; а ещё лучше – побежать. Слишком уж тихо здесь было, вот что ему не нравилось. А может он просто слишком давно не бывал дома?

– Стой! Кто?! – послышалось откуда-то со стороны врат.

– Свои, – крикнул сварт.

Будто бы они и сами этого не видят. И к чему все эти церемонии? Совсем делать нечего на пограничье?

– Кто?! – повторил вопрос страж врат, и эльф заметил множество луков, направленных в него со всех сторон из бойниц на стене.

А вот это уже интересно.

– Хин чёрная молния, разведка, третья бригада, – представился он официально.

Луки не опустились. Наверху началось какое-то оживление.

– Хинамон? Подчинённый Минкамы? – бросил уже другой голос, более важный и глубокий, видно местный командир.

– Он самый, – крикнул Хин. – У меня важные сведения для короля. Может уже пропустите? – решил докинуть он напоследок.

Сверху снова началось какое-то оживление, но потом серебряные врата наконец дрогнули и начали отворяться.

– Ну наконец-то, – раздражённо бросил сварт. – Я уж было подумал, что вы меня до самой зимы… – голос эльфа оборвался на середине предложения. За отворившимися вратами на него смотрели около дюжины луков, и это не считая тех, что были на вратах и по откосам скал.

Разведчик немного развёл руки в стороны, подальше от оружия, на всякий случай, озираясь по сторонам, пытаясь понять, что происходит.

– А что… – решил уже было озвучить он свой вопрос.

– Хинамон, сын Атхина, – провозгласил тот же голос, что спрашивал, он ли подчинённый Минкамы. – Ты подозреваешься в измене Хуорну и будешь препровождён для дальнейшего разъяснения в поместье барона Шимхани.

Вот так-так. Недоразумение или тёмная игра, в которую он попал случайно? В любом случае, бежать уже было поздно, а сражаться со своими он не станет. Шимхани. Что же задумал этот подонок?

– Как вам будет угодно, – подняв руки, спокойно ответил Хин. – Могу ли я попросить об одолжении?

– Нет, не можешь, – нахмурился командир, ударив тёмного эльфа в висок чем-то очень тяжёлым.

Мир вокруг резко расфокусировался и завертелся, опрокидывая разведчика в тёмные глубины сладкого небытия.

***

Кто-то бил сварта по щекам, выкрикивая его имя.

Мысли постепенно собирались в одну кучу; голова нещадно раскалывалась.

Он открыл глаза, обнаружив себя лежащим на чьём-то хорошем, мягком и довольно дорогом коричневом ковре. Приятные ощущения портила лишь непрекращающаяся лавина шлепков.

– Хватит, – прикрикнул чей-то властный, надменный голос. – Он приходит в себя. – Поток ударов тут же иссяк.

Этот голос был из тех, от которых не стоило ожидать чего-то хорошего. Беспощадный голос. Голос, ищущий выгоды. Голос, обладатель которого, скорее всего, очень не любит, когда что-то идёт не по плану. И которому вряд ли понравится грязный разведчик, только что испачкавший его драгоценный ковёр.

Эльфа подхватили под руки и оторвали от пола, поставив на ноги. Мир вокруг покачнулся и начал принимать знакомые очертания.

– Держите его, – приказал голос. – Форух…

– Да, господин, сейчас, – послышалось со стороны и в нос Хину ударил резкий едкий запах.

Всё тело разведчика передёрнуло, желудок взбунтовался, на секунду эльфу даже почудилось, что его вывернет наизнанку, но обошлось. Спустя ещё пару секунд он сделал глубокий вдох и осмотрелся.

Дорогая, искусно отделанная, резная мебель под цвет ковра; посуда из чёрного золота и чёрного фарфора, в огромном количестве гнездившаяся на полках сервантов; стены, закрытые гобеленами с изображениями триумфов эльфийской армии на военном поприще; разного рода канделябры, светильники, сундуки, карты и множество других предметов, о предназначении которых ему оставалось лишь догадываться. При этом кабинет, в котором Хин находился, не был слишком уж просторным, скорее он выглядел просто захламлённым дорогой мебелью и дорогими безделушками, будто хозяин сего кабинета страдал от мании накопительства.

– Ну что, очухался? – обратился к нему голос.

Сварт перевёл взгляд узких красных глаз на полного тёмного эльфа, закутанного в коричнево-бордовую мантию. Заплывшее лицо с непропорционально большим носом вызывало отвращение; толстые светлые губы изогнуты в мерзкой ухмылке; множество подбородков плавно переходили в необъятную шею; белые волосы толстяка были зализаны назад и обстрижены, не доставая даже до плеч – мода, которую Хин не признавал; в левой руке бокал вина. Всем своим видом тёмный эльф излучал властность и недосягаемость, но одного лишь запаха этого борова хватало, чтобы понять, кто перед вами стоял.

– Шимхани… – выплюнул разведчик.

– Я тоже рад с вами наконец познакомиться, Хинамон, – ухмыльнулся барон. – В перебежчики заделался, значит, а? – бросил толстяк с презрением. – Так ты решил отплатить Хуорну за жизнь?

– Я не понимаю, что здесь происходит, – начал сварт. – Я не перебежчик. У меня есть информация…

– Молчать! – выкрикнул Шимхани и кулак одного из стражей оставил заметный след в боку Хинамона. – Видишь это? – Разведчик уставился на белый конверт с красным оттиском… бык? Королевская печать? – Это письмо от короля Вамхарона, с приказом во что бы то ни стало задержать тебя и не отпускать до дальнейших разъяснений. Ты подозреваешься в измене и тебе запрещено говорить до приезда королевского дознавателя. Всё ясно?

– Это недоразумение, – выкашлял Хин, всё ещё превозмогая боль в боку.

– Возможно и так, – улыбнулся ему барон. – Однако кто я такой, чтобы перечить королю? Бросьте его в темницу, – кинул он страже. – Если будет шуметь – вденьте ему кляп и перестаньте кормить и поить. Всё ясно?

– Так точно! – выкрикнули стражники.

– А тебе? – обратился толстяк непосредственно к разведчику.

– Я не буду шуметь, – пообещал Хин.

– Вот и славненько, – снова улыбнулся Шимхани, отхлебнув вина.

Когда Хинамона выводили из кабинета, барон напевал какую-то весёлую песенку. Что-то подсказывало сварту, что этому жирному борову очень нравилась роль тюремщика.

Тюрьма в поместье Шимхани находилась в подвале и уходила на три этажа вниз. Как вы, думаю, догадались, Хинамона поместили в самую глубь, как можно дальше от лестницы, в самый тёмный уголок, будто в надежде навсегда позабыть о его существовании.

На третьем подземном этаже не было факелов или магических кристаллов, в отличие от двух других. Здесь царила абсолютная совершенная тьма и даже воздух был пронизан какой-то несвойственной воздуху сыростью, холодом, безмолвием. Словно вас хоронят в самых глубинах чего-то, но без гроба и земли.

Когда решётка со скрипом затворилась, а стражники покинули этаж, погрузив всё крыло в беспросветную пустоту, Хин вспомнил одну удивительную вещь, отчего-то совершенно его не удивившую. Дело в том, что у нынешнего короля Вамхарона не было никакого королевского дознавателя. Согласно последнему указу: бароны, графы и герцоги сами вольны вершить закон на своей земле, по своему разумению. А это значило, что Шимхани мог держать сварта в тюрьме до скончания веков, если сочтёт нужным. Вот только вопрос: а зачем ему это всё?

Эльф откинулся назад, упёршись головой в стену камеры, и громко, витиевато, выругался.

Где-то рядом что-то зашуршало. Ощущения были такими, будто в соседней камере просыпался какой-то крупный зверь. По крайней мере разведчик очень надеялся на то, что оно находилось именно в соседней камере.

Нечто прекратило двигаться, будто затаившись.

Эльф нервно сглотнул, пытаясь высмотреть в темноте хоть что-то.

Обычно сварты очень хорошо видели в темноте, они, всё-таки, ночные жители. Но в этой темнице царила чересчур уж беспросветная тьма и его глаза ещё не успели перестроиться.

Нечто снова пришло в движение, двинулось на Хина, упёрлось в разделяющую их решётку и…

– Хинамон? – послышался из-за решётки до боли знакомый голос…


Глава 16: Раб


Что чувствует человек, попав в стан врага? Правильно. Страх. Особенно, если вы в одиночестве и никаких надежд на помощь извне у вас нет. Впору поверить в сказки про шестихвостую спасительницу. А ещё было бы неплохо снова встретиться с тем тёмным эльфом. Но нет. Тайлер знал, что в этот раз ему придётся выпутываться самому. Иначе какой из него повстанец?

Но проще сказать, чем сделать. Внутреннее кольцо Айлангарда охранялось лучше любой сокровищницы, двойным кольцом стражи: одно состояло из местной стражи, то бишь людей и арденит; второе же состояло из дворфов и вайраков, имеющих специальную экипировку и способных отбить нападение небольшой армии. И как прикажете сбегать?

Побродив немного по округе, стараясь не попадаться никому на глаза, юный герой в итоге пришёл к выводу, что проще всего будет вернуться во внешнее кольцо тем же путём, каким он сюда и попал. Вот только вернувшись назад, под тот самый навес, где он оставил повозку, Тайлер обнаружил лишь пустоту. Хозяин тканей уже отбыл, забрав с собой и все надежды юного героя на спасение.

Парень уже было решил притаиться под навесом до ночи, чтобы попытаться улизнуть в тенях, но череда невезений решила, видимо, довершить начатое до самого конца.

Едва Тайлер расслабился, как из-за угла ближайшего здания вышел страж-вайрак, тут же уставившийся на пацана. Сначала взгляд стражника был не слишком-то и заинтересованным, мало ли на улицах детей, но затем, видимо, тот понял, что перед ним человек и…

Пытаться убежать от вайрака – дело бесполезное, прятаться – совсем бессмысленное. Всё, что мог сделать Тайлер – испытать удачу.

Пока здоровенный, закованный в чёрный доспех, стражник, собирался с мыслями, Тайлер уже летел прочь, сверкая пятками, заодно выглядывая узкие проулки, в которых можно бы было оторваться от преследователя.

Сзади прорычали: «Стой!», отчего ноги юного нарушителя стали перебирать ещё резвее.

Когда вы бежите от разъярённого зверя, выглядывая, куда бы от него слинять, следить ещё и за дорогой становится довольно сложно. Я бы даже сказал невозможно. Видимо, именно эта неспособность Тайлера делать несколько дел одновременно и привела его к столкновению с одной юной и, как показалось Тайлеру, крайне очаровательной особой.

Вовремя заметив девушку, юноша попытался затормозить, но было уже слишком поздно. Столкновения избежать не удалось и Тайлер рухнул наземь, похоронив под собой незнакомку.

Быстро вскочив на ноги, юноша, извиняясь, заикаясь, краснея, как помидор, начал помогать девушке подняться. Та же находилась в абсолютной прострации, будто до конца так и не осознав, что только что произошло.

В этот же момент, из-за угла выпрыгнул стражник вайрак. Выпрыгнул, чтобы пасть на колени, упёршись лбом в уличную брусчатку.

Тайлер хотел было подивиться поведению стража, но в этот момент произошло ещё кое-что. Его тело, то самое, к которому он так привык, и которое совсем недавно пытался спасти, начало отрываться от земли и как-то неестественно выворачиваться. Захрустели суставы. На миг Тайлер увидел перекошенное узкое лицо какого-то богатея в чёрно-сером камзоле, его завязанные в хвост чёрные волосы и такого же цвета ушки, выдающие в нём арденита. А потом…

– Стой! – выкрикнул девичий голос и всё остановилось.

Я сказал девичий, но, чтобы вы понимали, это был не совсем тот девичий голосок, который вы могли бы себе представить. В нём соединились надменность и мягкость, каприз и радость, сталь и мёд, он был одновременно безэмоциональным и в то же время наполненным мириадами разных эмоций. Никогда раньше Тайлер не слышал ничего подобного, а потому тут же обернулся в сторону той, кою недавно так не по-джентельменски опрокинул на землю.

Сначала ему показалось, что он встретил её. Ту самую шестихвостую, о которой все говорят. Но затем способность считать вернулась к нему, и он осознал, что хвостов у девушки не шесть, но четыре. Серо-стальные, такого, не грубо серого, но изысканно-серого цвета, будто мокрая брусчатка, с чёрными, точно покрытыми лаком, кисточками. Серые, с чёрными кисточками, ушки едва выглядывали из роскошной копны тёмных, слегка волнистых волос. Большие голубые глаза смотрели на Тайлера с вызовом и интересом. Плотно сжатые пухлые губки олицетворяли негодование. Тайлер бегло пробежал взглядом по серо-бело-чёрному платью дворянки, заметив следы пыли, и устыдился. Теперь его точно казнят.

– Госпожа? – вопросительно обронил высокий арденит.

– Я. Сказала. Стой, – процедила она сквозь зубы и высокий дворянин, видно её телохранитель или слуга, аккуратно поставил Тайлера на место.

Тайлер, будучи не совсем дураком, тут же рухнул на колени.

– Прошу меня простить, госпожа, – выпалил он. – Я виноват и прошу пощады.

В этот момент страж-вайрак поднял было голову, но под взглядом девушки тут же опустил её обратно.

– Ты… человек? – спросила она, делая шаг в сторону, будто собираясь обойти его вокруг.

– Да, госпожа, – ответил Тайлер, не поднимая головы.

– Никогда раньше не видела людей… – обронила девушка, будто разговаривая сама с собой.

– Но за стеной… – начал было Тайлер, подняв голову.

– В пол! – крикнул телохранитель-слуга, ударив парня каблуком сапога в спину. Тайлер распростёрся на земле, пытаясь не закричать от боли.

– Гирт! – будто плетью ударила дворянка. – Ещё раз его тронешь, и я велю тебя казнить.

– Но госпожа, – опешил слуга. – Он же человек.

– И что? – задрала нос девушка.

– Людям нельзя во внутреннее кольцо. Это карается смертной казнью. И этого… молодого человека следует…

– Казнить? – закончила за него госпожа.

– Именно так, – безапелляционно кивнул Гирт.

– А подскажи-ка на милость, кто издал этот закон? – каким-то странным задумчивым тоном, будто пытаясь что-то вспомнить, спросила у него арденитка.

– Ваш отец… – как-то тихо выронил слуга.

– Ммм, – покивала дворянка. – А скажи-ка мне, милый Гирт, у отца есть рабы люди?

– Я…

– И лучше бы тебе не врать, Гирт. Я узнаю правду, ты же знаешь. А ещё ты знаешь, как сильно я не люблю врунов, – наступала на него юная арденитка.

– Да, госпожа… – повесил голову телохранитель.

– Что, да?

– У вашего отца есть рабы люди, – еле слышно обронил слуга-телохранитель.

– Тогда скажи мне, милый Гирт, почему Я не могу иметь рабов людей?

– Нигде не сказано, что вы не можете… – начал было оправдываться арденит.

– Вот именно, Гирт. И запомни-ка это как можно лучше.

– Да, госпожа, – опустился на одно колено слуга.

Немного пришедший в себя Тайлер заметил, что в зоне видимости от них не осталось ни одного живого существа, окромя стражника-вайрака, так и продолжавшего стоять на коленях. Неужто эта девчонка такая важная шишка в Айлангарде?

– Эй, человек? – обратилась она к нему.

– Да, госпожа? – решив не поднимать в этот раз голову, спросил у брусчатки Тайлер.

– Ты хочешь жить?

– Да, госпожа.

– Тогда ты теперь мой раб. Тебя это устраивает? – с вызовом спросила арденитка.

– Как вам будет угодно, госпожа… - глотая свою гордость, выдавил из себя Тайлер.

Быть живым рабом девчонки-аристократки лучше, чем мёртвым героем. Да и в отличие от мёртвого, живой всегда может сбежать.


Глава 17: Тайные делишки


Первые лучи, только-только просыпающегося солнца, едва успели разогнать утренние сумерки, а он уже вышагивал по мостовой, крепко сжимая длинными, спрятанными в чёрные кожаные перчатки, пальцами тубус с документами.

Полы его тёмного, уже довольно сильно поношенного, плаща колыхались из стороны в сторону в такт его шагам.

Несмотря на уверенную поступь, шагал он абсолютно беззвучно, как кошка.

Он не оглядывался по сторонам, не сомневался, не замедлял шага. Если бы за ним следили – он бы это почувствовал.

Поворот, и он оказался в тёмной, ещё не освещённой утренним солнцем, улочке.

Его уже поджидали.

– Вы, как всегда, вовремя, – улыбнулся некто, выйдя из тени.

– Здесь всё, – протягивая тубус, прохрипел он.

– Хорошо, – кивнул незнакомец. – Передать что-то ещё?

– Пусть исполнит, что обещал, – выплюнул он, посмотрев гонцу прямо в глаза.

Минутное замешательство нарушило небесное светило, лениво перевалив за край дома. Луч света пробежался по исполосованному тонкими шрамами лицу, заставив его натянуть капюшон поглубже.

Прежде чем гонец нашёлся с ответом – Шрам уже покинул улочку.


Глава 18: Толстый и Тонкий


Сиен прошёл мимо охраны, бесшумно войдя в личные покои Широ. Стражники сделали вид, что ничего не видели.

Ещё на подступах к спальне, серый арденит уловил знакомые ароматы, сразу накидав примерную картину происходящего. Пахло виноградом, вечным спутником медного графа; абрикосами и айвой, ещё одним сладким лакомством, кой часто мелькал в трапезах наместника. Присутствовали и более резкие мускусные запахи; пахло девочками. Не женщинами, как вы могли подумать, именно девочками. Широ предпочитал помоложе, если можно так выразиться. И по запаху Сиен мог предположить… да. Четыре особи. Две арденитки и два человека. Всем от восьми до двенадцати лет.

Граф Арго вошёл в спальню Широ без стука, практически не потревожив воздуха, мгновенно слившись с тенью ближайшего шкафа. Но медный граф, как и всегда, сразу же его обнаружил.

– Сиен! – улыбнулся Толстый, поворачиваясь к двери. – Что привело тебя в такую рань? Что-то случилось?

Рыжий граф был обнажён и даже не собирался прикрываться. Юные барышни облепили его со всех сторон, занятые своими делами. Одна тёмненькая арденитка, стоявшая на коленях, на самом краю кровати, кормила хозяина виноградом; чёрный, с серой кисточкой, хвостик медленно раскачивался из стороны в сторону, прикрывая ещё не округлившуюся попку; в её левой руке покоилось большое белое блюдо, а тонкие, слегка волнистые, волосы едва прикрывали маленькую топорщащуюся грудь; с отсутствующим взглядом она брала из блюда очередную виноградинку, облизывала тонким красным язычком, и только после этого клала плод в рот графа. Другая арденитка, светленькая, сидела позади Широ – граф полусидел-полулежал, частично облокотившись на девушку – и массажировала его плечи; жёлтенькие ушки едва виднелись из кучерявой копны, на устах застыла добрая улыбка, глаза оставались совершенно пусты; временами девушка гладила графа по волосам, шее. Два человеческих детёныша целовали и облизывали мастера ниже пупка, повернувшись к Сиену задом. Ни одна из рабынь даже не обратила внимания на приход гостя. Выдрессированные.

– Твоя «деза» не прошла, – недовольно бросил Тонкий, скрестив руки на груди. – План «Б» провалился.

– Значит, мы придумаем что-нибудь другое, – расслабленно улыбнулся наместник Айлангарда. – Не переживай, Сиен. Может тебе стоит… – рыжий кивнул на двух девушек снизу.

– Нет, спасибо, – учтиво отказался серый граф. – И что попробуем в этот раз?

– А какие есть предложения у тебя? Ты ведь уже что-то обдумал? – больше утвердительно спросил Толстый. Всё же он хорошо знал Сиена.

– Я предпочитаю старые добрые… – начал было Сиен.

– Подкуп и убийство? – улыбнулся Широ, не дав ему закончить.

Граф Арго кивнул.

– Это твои любимые методы, – откинулся назад рыжий граф.

– По крайне мере они всегда работали, – пожал плечами Тонкий.

– До последнего момента, – ухмыльнулся Толстый.

– Тогда вмешался кто-то третий, – нахмурился советник.

– Не установили кто? – не надеясь на успех, спросил наместник.

– Нет, – покачал головой Сиен.

– Жаль… Значит, подкуп или убийство… а может попробовать и то, и то? – принимая виноградинку за виноградинкой, размышлял медный граф.

– Одновременно? И как ты себе это представляешь? – нахмурился серый граф.

– В сопротивлении же ни один лидер, – чуть качнул голову вбок Широ. – Одного подкупить, второго убить…

– Лидер! – прокричал всеми забытый попугай из-под накрытой одеялом клетки, заставив всех в комнате мгновенно замереть.

– Вот гад, – первым расхохотался наместник. – Когда-нибудь я его утоплю.

– Коши хороший, – уже тише прозвучало из угла.

– Разве он не прелесть? – умилился Широ и, тут же переменившись в лице, сменил тему. – Что там с Шестихвостой?

Сиен вздрогнул, сглотнул, отвёл взгляд, будто нашкодивший ребёнок.

– Нам не удаётся узнать ничего достоверного. Только слухи. И попасть в Нэнт не представляется возможным.

– Ты помнишь ещё, чей она потомок? – От серого графа не укрылось, что рабыни навострили ушки, особенно арденитки.

– Помню, – угрюмо уронил Тонкий.

– И ты, конечно же, не забыл, что я говорил по поводу её мамаши, десять лет назад? – надменно бросил Толстый.

– Я помню, что ты говорил, – скривился Сиен.

– Ты представляешь, к чему может привести твой промах?

«Твой». А ведь это не только его промах. Широ тоже тогда ничего не стал делать. Ещё и подначивал, мол, время есть, успеется, всё нужно сделать красиво. Тонкий изначально предлагал просто перерезать ей глотку и делов, но нет же, медному графу нужно было перестраховаться. А когда дело запахло жаренным, он спихнул всё на Сиена. Тупица. И зачем он тогда наобещал с три короба, что с лёгкостью расправится с девкой и её новым хахалем? Хотел показать себя всемогущим, перехватить утраченную инициативу в их тандеме… перехватил. Теперь ему приходится исполнять роль советника и стоять перед этим жирным боровом по стойке смирно.

Необходимость отвечать отпала сама собой, когда в покои Широ постучали.

Серый граф повернул голову в сторону двери, втянул воздух…

– Гонец, – вполголоса бросил он рыжему.

– Пусть входит, – кивнул медный граф, жестом отгоняя от себя девочек и набрасывая на нижнюю часть тела одеяло.

– Входи, – бросил Сиен.

В комнату, быстрым бодрым шагом, прошёл гонец в серо-чёрном мундире. Совсем ещё молодой арденит чуть зарделся при виде молодых рабынь, но быстро взял себя в руки и, подрагивающим голосом, отчеканил:

– Вам письмо!

Граф Арго взял в руки тонкий чёрный тубус, раскрыл, достал побитый жизнью листок, начал читать.

– Местная ячейка нацелилась на гарнизон вайраков, – наконец пробормотал Сиен.

– Ожидаемо, – пожал плечами Толстый. – Значит, у вас уже есть человек в сопротивлении?

– Я знал, то вы согласитесь на подкуп, – в свою очередь пожал плечами Тонкий.

Он сделал два шага вперёд, протягивая сложенный пополам белый лист.

– Значит, решение пришло к нам в руки само собой, – взяв из рук Сиена письмо, пробежался по нему глазами медный граф.

– Хорошая возможность избавиться если не от всех повстанцев, так от основных точно, – согласился серый граф.

– На том и порешили, – улыбнулся Широ, откидывая письмо в сторону.


Глава 19: В тюрьме


Хин вглядывался в темноту, не веря своим ушам. Чернота постепенно отступала – глаза привыкали к отсутствию света – и перед ним вырисовывался знакомый лик.

– Хамим! – громким шёпотом возвестил разведчик, узнав старого друга.

– Во имя Хуорна, – прошипел Хамим, – какого хрена ты здесь делаешь?

– Видимо, составляю тебе компанию, – решил отшутиться эльф, вызвав лёгкий смешок с той стороны решётки.

Хамим был лучшим другом и напарником Хинамона с самого начала его карьеры в разведке. Они вместе начинали в пятом отряде Гисса, но потом разошлись. Хин перешёл в третий отряд Минкамы, чтобы иметь возможность ходить в срединные земли, а Хамим ушёл в четвёртый отряд, чтобы следить за орками. Каждый из них преследовал свои цели в жизни, но дружбе это никак не помешало. Как только выпадала такая возможность – друзья встречались, выпивали, рассказывали друг другу о своих проблемах и пережитых приключениях. Хамим не имел особых амбиций, ведь в отличие от Хина, он поступил в разведку, как рыцарь. То есть, у него просто не было выбора. За него его сделали его родители. Усиливал их дружбу ещё и такой факт: когда-то давно отец Хамима был верным подданным короля Атхина, отца Хинамона. Говорят, они тоже дружили, посему никто не удивился тому факту, что их сыновья также нашли общий язык. В общем, если у Хина и был кто-то, кого бы он мог назвать своим лучшим другом, так это Хамим. Правда даже с ним сварт не виделся уже много месяцев. Слишком много месяцев.

– Значит, и тебя они сцапали… – обронил рыцарь.

– И меня? – не понял Хин.

– Ты не знаешь? – после небольшой задержки, поинтересовался Хамим.

– Чего не знаю?

– Ты так долго пропадал, – куда-то вверх выдал рыцарь. – Я уж было подумал… так ты и вправду всё это время бродил по срединным землям?

– Ну, да, – неуверенно выдавил Хин. Ему почему-то стало как-то неуютно. Он не любил быть единственным, кто чего-то не знает. Особенно, если это касалось его жизни.

– Хин… – горько выдохнул Хамим. – Пока тебя не было, вся разведка разделилась на две части… здесь такое творилось. Многих из наших убили.

– Убили? Как? – опешил разведчик.

– Хочешь услышать способы?

– Ты меня понял, – серьёзно выплюнул Хин.

– Тише-тише, – примирительно начал рыцарь. – Иначе стража придёт. Как-как. Обычно. Герцога Мифмарилла знаешь?

– Конечно, – скривился сварт. – Серебряный герцог Звездопада. Эта падаль был одним из тех, кто подставил моего отца. Мне так Минкама сказал. Кстати, Минкама…

– Убит, – буднично ответил Хамим. – Хороший был мужик.

Наступило долгое молчание. Хин пытался уложить всё услышанное у себя в голове. Значит, пока он пытался спасти людей на севере, здесь, у него дома, лилась кровь его друзей… а ведь он мог им помочь. Спасти их. Биться бок о бок с друзьями и товарищами, вместо того, чтобы строить из себя героя в чужой стране. И кто он после этого, как не предатель?

– Так из-за чего всё это? – спросил наконец разведчик.

– Мифмарилл готовил переворот, – просто ответил рыцарь. – И Шимхани перешёл на его сторону. Потому-то нас и задержали. – Хамим обвёл рукой обе их камеры. – Странно, что не казнили. Особенно тебя.

– Чего это? – насупился Хин.

– Я, как рыцарь и разведчик высшего ранга, могу знать что-то важное. Это и сохраняет мне жизнь. Пока что. А вот ты…

– Что я?

– Сварты всё чаще вспоминают правление твоего отца, – начал Хамим издалека. – Неспроста на сторону Мифмарилла переходит так много эльфов. Вамхароном недовольны. Его считают слабым правителем. А лунный герцог обещает вернуть силу Хуорна и утраченные пятнадцать лет назад земли на границе с драконами. Главная же проблема во всём его плане это – ты.

– Я? – опешил разведчик.

– Ты истинный наследник престола и сын Атхина. Мифмарилл может сколько угодно обещать вернуть как было при твоём отце, но пока ты жив… народ скорее прислушается к наследнику, чем к захватчику. Даже своему захватчику, – объяснил рыцарь.

– К Вамхарону же прислушались, – буркнул Хин, поминая старое.

– Ты не понимаешь, Хин, – тяжело вздохнул его друг за решёткой. – Мнение народа мечется, как флюгер на ветру. Тогда твой отец проиграл войну. Вамхарона же выбрал совет. Именно его, единственного из герцогов, кто не участвовал в убийстве твоего отца и братьев. Понимаешь? Народ может много чего натворить, но у них есть советь. Они помнят, что Мифмарилл убийца. Но сейчас выбирают из двух зол. Однако, если появится третья сила…

– Я не стану в этом участвовать, – отрезал разведчик. – Я – не мой отец. Я не наследник, не король, не принц. Я – Хин чёрная молния, разведчик. Всё.

– Значит, ты позволишь Мифмариллу устроить переворот? – в лоб спросил рыцарь.

– Я этого не говорил, – покачал головой Хинамон.

– Тогда, что ты предлагаешь?

– Я предлагаю рассказать обо всём Вамхарону и помочь ему удержать трон. Хамим, – разведчик максимально близко приблизился к разделяющей камеры решётке. – Я только что с разведки. Дворфы идут. И это куда серьёзнее мелких стычек эльфийских аристократов.

– Это шутка? – обронил рыцарь. – Когда? Сколько? Ты говорил Шимхани?

– Он и слушать не стал, – раздосадовано отмахнулся Хин. – Он мне не верит. Они идут к нам всей армадой. Основной удар готовится по оркам, как я понял, но если юг не объединится…

– Тогда они захватят пустыню, а там наше покорение станет вопросом времени, – закончил за него Хамим. – Я не тешу себя иллюзиями. Наша армия сейчас переживает не лучшие времена. Если падут орки, то мы и подавно не устоим перед мощью севера. Сколько у нас времени?

– В лучшем случае – пять-шесть недель. В худшем – недели три.

– Нам хана, – обхватил голову руками рыцарь. – Нам ни за что не успеть. Добраться до Вамхарона, убедить его в реальности угрозы, имея при себе только твоё слово. Затем убедить или убить Мифмарилла и успеть объединиться с орками… Это нереально. А что остальные силы? – с надеждой спросил Хамим.

– Я виделся с Шагратом, он ведёт переговоры с Ишгарцами и Наархитами. Дракониды пока отмалчиваются. Есть сведения, что они ведут переговоры с севером о добровольном присоединении, – рассказал, что знал, разведчик.

– Вот твари… знаешь, что?

– Что? – спросил Хинамон.

– Нужно валить отсюда.

Следующие несколько часов друзья планировали побег, но затем произошло кое-что, убившее весь их, так скрупулёзно продуманный, план.

– Кто-то идёт, – услышал разведчик.

– Скорее всего, обед, – отмахнулся рыцарь. – Помолчим пока.

Подошедший к камерам стражник не имел при себе ведра с едой. Зачем же он тогда пришёл? За Хином? Решили-таки, что не стоит держать столь опасного свидетеля в тюрьме?

Стражник постоял у решётки несколько секунд, а затем бросил:

– Ужина сегодня не будет.

На пол, прямо возле решётки, упала связка ключей, нанизанных на толстое чёрное кольцо.

– Южная тропа свободна, – на грани шёпота произнёс страж и удалился, оставив друзей в шоке переглядываться между собой.

– И что это было? – кивая в сторону ушедшего стража, спросил Хин.

– Я же тебе объяснял про третью силу, – улыбнулся Хамим. – Пока ты жив, Хинамон, флюгер будет указывать в твою сторону.


Глава 20: Асирэ


Много ли людей заходило в главный замок Айлангарда за последние десять лет? Не много. Да и те пребывали в замок будучи в оковах, и больше его никогда не покидали. Знал ли об этом Тайлер, только-только отошедший ото сна, среди подушек и мягких одеял? Нет, не знал. Но его подсознание догадывалось о чём-то подобном. Догадывалось и ёрзало, то и дело напоминая юному герою о том, что лучше всего не задерживаться в подобном месте и при любой, даже самой маломальской возможности, попробовать бежать.

Новоиспечённый раб юной госпожи протёр глаза, окинув взглядом просторное светлое помещение. Огромная резная кровать из красного дерева, украшенная белым балдахином и светло-голубым постельным бельём, расположенная прямо напротив его лежанки из подушек и одеял, принадлежала госпоже. Рядом с кроватью примостились прикроватная тумбочка и низкий маленький столик. Чуть дальше, справа от Тайлера, ближе к двери, возвышался огромных размеров шкаф, в котором могли поселиться сразу пара семей из бедного квартала, никак не меньше. И что только может хранить в таком огромном шкафу такая маленькая госпожа? Слева же от Тайлера и кровати, ближе к окну, стояло трюмо (кажется его называли именно так, ну, знаете, то самое место, где женщины наводят красоту, как они это называют). Возле самого окна стоял стул с высокой спинкой. Как уже успел узнать Тайлер, юная Асирэ (а именно так звали госпожу) очень любила сидеть у окна, наблюдая за облаками и горизонтом. Окно выходило прямиком на запад, что позволяло лицезреть закаты (в чём сам Тайлер успел убедиться накануне). С этой стороны комнаты, где теперь находилось место обитания юного раба, стоял лишь простой дубовый сундук, спрятавшийся в самом углу, слева от Тайлера, и длинный письменный стол, стоявший справа. Вся мебель была выполнена в одном стиле, имея на себе изображения каких-то животных.

Тайлер хотел бы сказать, что с ним обращались плохо, что он недоволен и зол, и хотел бы поскорее сбежать, но это было не так. Всё оказалось с точностью да наоборот. Госпожа обращалась с ним хорошо. Его никто и пальцем не тронул с того самого момента, как он согласился быть рабом Асирэ. Все остальные служанки госпожи – сплошь арденитки – обходились с ним вежливо и учтиво. Кормили хорошо (он таких яств, да ещё в таком количестве, никогда в жизни не видывал), дали новую одежду (соответствующую городской моде. Теперь он выглядел ничуть не хуже детей из торгового квартала), даже помыли (а вот этого он точно никогда не забудет. Ради того, чтобы оказаться в руках тех милых служанок ещё раз, он готов был отдать всё на свете). И спал он на мягких подушках и одеялах. Ему в жизни так хорошо не было, как в последние сутки. И за это он ненавидел себя ещё больше. Дело было даже не в том, что он согласился стать рабом по собственной воле, нет. Он согласился, потому что понимал, что иначе его просто-напросто убьют. Это был стратегический шаг. Но ему нравилось быть рабом. Рабом! А ведь он собирался сражаться против этого самого рабства. А теперь он сидит и думает себе, а может всё не так уж и плохо? Может не все рабы живут, как в бедном квартале? Может и не стоит устраивать никакой революции? Ведь, если многие рабы живут вот так и повстанцы их этого лишат… а кто сказал, что после восстания они заживут лучше? Ладно Тайлер, в бедном квартале хуже уже просто некуда, но здесь? Во внутреннем кольце? Такие мысли не покидали его с самого вчерашнего вечера и за это ему хотелось выброситься в окно. Казалось, будто его подкупили всеми этими удобствами. Будто он предатель. И сколько бы его ни мыли – он всё равно казался себе грязным.

Окно. Большое, всегда открытое окно, из которого открывается такой хороший вид на запад. Резная белая рама; тончайшее стекло, подобных которому Тайлер никогда в жизни не видывал; серебряные крепежи и, конечно же, просторный подоконник, на котором уютно расположились неизвестные юному рабу цветы и малюсенькие, цветущие зеленью, кустики.

Окно казалось неплохим вариантом для побега, если учесть, что дверь юная госпожа всегда запирала, когда покидала комнату. Но так казалось ровно до того момента, пока вы не выглядывали в это самое окно. Ровная стена, без малейшего выступа, и каменная брусчатка в конце пути. Да ещё и стража ходит под окнами чуть ли не без продыху. Нет, покинуть эту комнату через окно, оставшись при этом в живых, что было неотъемлемой частью плана, Тайлеру казалось просто невозможным.

Замок в двери неожиданно щёлкнул и в комнату вошла Асирэ. Она на мгновение задержала взгляд на Тайлере, оценивая его синим льдом своих больших красивых глаз, после чего дала знак служанкам не входить в комнату. Со стороны коридора послышалось какое-то шуршание и дверь закрылась. Четырёххвостая брюнетка медленно прошествовала к своей постели, присев на самый краешек.

Сегодня на ней было бело-серебряное платье, без излишеств; ленты в волосах, под цвет платью, не дающие чёрному водопаду госпожи разлететься во все стороны; серебристые туфли и уходящие вверх белоснежные гетры.

Тайлер нервно сглотнул. Если честно, он никогда бы не согласился стать чьим-то рабом, но эта девушка совершенно не похожа на тех господ, каких он себе обычно представлял. Она была другой. При одном только взгляде на неё вся его храбрость, наглость и напыщенность улетучивалась без следа. Она была другой и поэтому он допускал мысль о рабстве. Она была другой и за это он её ненавидел. Её и себя. Ведь если есть такие господа, то…

– Ты завтракал? – прервала Асирэ поток его мыслей.

– Что? Нет, госпожа, ещё нет. Я позже, с вашего позволения… – И с чего он так перед ней стелется? Тайлер, проснись же, ты же мужчина!

– Как хочешь, – пожала она плечами. – В любом случае, не нужно стесняться. Захочешь есть – позови одну из служанок.

Легче сказать, чем сделать. Дверь-то всегда заперта.

– Да, госпожа, – вместо этого ответил Тайлер.

– Тебя всё устраивает? Подушки, одеяла? – зачем-то спросила она, глядя в сторону окна.

– Подушек более чем достаточно, моя госпожа, – спокойно ответил юноша.

– Но при этом что-то не так, да? – вдруг посмотрела прямо ему в глаза Асирэ. Тайлер не выдержал ледяного взгляда арденитки, отвёл глаза, сжал челюсти. – Это может показаться странным, но ты мой первый раб. Скажи, что не так?

– Всё хорошо, госпожа… просто…

– Да? – чуть наклонилась вперёд девушка.

– Мне не хватает свободы, – решил признаться Тайлер.

– Свободы? – нахмурилась Асирэ. – Но ты ведь из внешнего кольца… и к тому же человек…

Тайлер ухмыльнулся.

– Я понимаю, как это звучит, но на самом деле не всё так плохо. Мы ограничены одним кварталом, но никто особо за этим не следит, так что по городу вполне себе можно передвигаться, если не попадаться страже. – поведал он ей.

– А если стража всё-таки… – она многозначительно посмотрела на Тайлера.

– Могут избить, – пожал он плечами. – Могут послать на тяжёлые работы. Могут и убить, если захотят.

– Какой ужас, – вмиг погрустнела госпожа. – Я, конечно, всегда знала, что с рабами внешнего кольца обращаются не лучшим образом, но такое… зверство какое-то.

Юноша взглянул на девушку с любопытством.

– Вы никогда не бывали во внешнем кольце? – спросил Тайлер и тут же прикусил язык. Задавать прямые вопросы своему господину без спросу – очень плохой тон. Асирэ немного нахмурилась от такой бестактности, но на вопрос ответила.

– Мне запрещено покидать внутреннее кольцо. Упреждая возможный вопрос, скажу, что это ради моей безопасности.

– Госпожа Асире, можно вопрос? – решил рискнуть он, пытаясь исправиться.

– Задавай, – после недолгого раздумья, согласилась девушка.

– Я знаю, что люди и ардениты проиграли войну и все, кто не сбежал, попали в рабство. Я знаю многих арденит во внешнем кольце…

– И ты хочешь знать, почему не северянка указывает северянам в столице людей? – улыбнулась она, догадавшись, что его интересовало.

– Да, если можно.

– Я не люблю об этом говорить… – начала было она, повернув голову в сторону окна. – Но так и быть. Мой отец – граф Арго, может слышал про серого графа?

– Я не силён в политике, – признался Тайлер.

– Он второй человек в срединных землях, после наместника Широ. Все законы последних лет придумал он. Все нововведения. Все благоустройства. Во время войны он отказался сражаться на стороне арденит и перешёл на сторону севера, как и граф Широ. За это им пожаловали титулы и отдали столицу людей в управление. Здесь им никто не указ, а значит, и мне тоже. Широ и папа подчиняются только генералам, а они в этих краях не частые гости, – объяснила арденитка.

– Значит, ваш отец… – нахмурился Тайлер.

– Поосторожнее с выбором слов, – зыркнула девушка и Тайлер невольно вздрогнул. – Он всё ещё мой отец.

– Простите, – опустил голову Тайлер и Асирэ глубоко вздохнула.

– Если ты думаешь, что мне всё это нравится или я поддерживаю своего отца, то ты ошибаешься, – глухо уронила она. – Но с другой стороны, если бы не он – я была бы давно мертва.

– Простите? – не понял сказанного Тайлер.

Госпожа посмотрела на юношу, будто раздумывая над чем-то, что-то пробормотала сама себе и начала:

– Ты не знаешь, так? – спросила она, понизив тон.

Тайлер было открыл рот, закрыл, состроил глупую беспомощную мину.

– Про хвосты, – решила уточнить Асирэ, бросив недобрый взгляд на дверь.

– Боюсь, что нет, – признался Тайлер.

– Сила арденит в хвостах, – пояснила девушка. – Чем их больше, тем выше сила арденит. Именно поэтому, после войны, всех арденит у которых обнаружили более двух хвостов – уничтожили.

– А почему именно более двух? – забыв про этикет, задал прямой вопрос Тайлер.

– Один и два хвоста практически ничего не дают своему обладателю, кроме стандартного набора любого арденита. Третий же хвост открывает в тебе скрытые способности. А это довольно опасно. По крайней мере так посчитали дворфы, – рассказала арденитка.

– А что даёт четвёртый хвост? – глядя на серые глянцевые хвостики с чёрными кисточками, спросил юноша.

– В моём случае – ничего, – строго глядя на Тайлера, сказала девушка, но по её лёгкой нахальной улыбке он всё понял. – Но обычно четыре хвоста открывают сильные магические способности. Жаль мне не повезло.

Так вот значит в чём дело.

– А вы слышали про Шестихвостую? – внезапно вспомнил Тайлер.

– Как бы ни старался отец, слухи о ней до меня уже дошли, – слегка улыбнулась Асирэ.

– И что вы думаете об этом? Какая сила может быть у шести хвостов?

– Фантастическая, – шепнула она, улыбаясь.

Они замолчали, глядя друг другу прямо в глаза. Тайлер внезапно почувствовал, будто всё внутри него падает в какую-то пропасть. Ему захотелось спрятаться, сбежать. Почему-то стало очень стыдно. Асирэ будто читала всё это по его глазам, а потом девушка закусила нижнюю губу и смущённо отвернулась.

– Ты странный, – наконец обронила она, попутно теребя подол своего платья.

– Прости?

Он не сразу заметил, что перешёл на «ты», это получилось само собой. Но почему-то, в тот момент, он не испугался и не почувствовал себя виноватым. Будто всё шло так, как и должно было идти. Позже, когда он будет вспоминать этот момент, его будет мучать только один вопрос: почему педантичная во всём Асирэ даже не обратила на этот переход внимания?

– Я впервые встречаю человека, но… ты необычный, – не глядя на него, ответила девушка.

– Спасибо? – неуверенно выпалил Тайлер, заставив девушку рассмеяться.

– А ещё очень забавный.

Асирэ искренне улыбалась, глядя за горизонт, а потом внезапно развернулась и вышла из комнаты вон.

И в этот раз Тайлер не услышал знакомого щелчка.


Глава 21: Свидание


Стальной район. Некогда величайшее место в Айлангарде, способное потягаться по уровню жизни с торговым районом, сейчас же больше напоминало окраину района для бедных. Ремесленники кузнечной и резной улиц давно уже не работали себе в карман, всё больше прогибаясь под северянами. Однако здесь жители имели хоть какой-то достаток, позволявший им не помереть с голоду, что всё же ставило их выше соседей с юга.

И вот там, на западной окраине стального района, не так уж и далеко от ныне разрушенного храма содружеств, некогда являющего собой зарок вечной дружбы между людьми и эльфами, в самом конце угольной улицы, стоял покосившийся старенький дом, с напрочь занавешенными окнами.

Этом дом, как и его единственную жительницу, знали не только на угольной улице, и даже не только в стальном районе. Анну Стоун, первую красавицу района, знали во всём Айлангарде за её добрый нрав и несравненную красоту. Многие даже гадали, как это она сумела избежать участи попадания в гарем наместника Широ, но видимо даже у северян и их прихвостней есть такое чувство, как уважение. Дело в том, что отец Анны, Джаред Стоун, был главным оружейником Айлангарда в довоенное время и изготовил множество великолепных клинков, в том числе и Лунный клинок короля Ламира. Из уважения к её отцу – в память о нём – многие жители района помогали девушке чем могли, не давая Анне провалиться в бездну нищеты.

В дальнем углу комнаты, облокотившись на стену, стоял кое-как починенный шкаф. Старый Гоф, плотник с соседней улицы, обещался на днях зайти к Анне, чтобы привести его в порядок. Рядом, ближе к окну, затянутому чёрной тканью, расположились два добротных дубовых сундука, обитых железными пластинами. Над сундуками висела совсем новая полка, работа молодого Уинстона, с токарной улицы. Уинстон давно уже ухлёстывал за золотоволосой красавицей и всегда старался ей угодить во всём, если это было в его силах. Чем она и не преминула воспользоваться. Несмотря на то, что полку повесили какую-то неделю или две назад, она уже прогибалась под весом разных горшков с цветами и какими-то склянками. Дальше, у самого окна, стоял сквозной шкаф с несколькими полками, на которых сушились разные травы, коренья и ягоды. А рядом с этим шкафом, почти у самой двери, в окружение нескольких свечей, стояла Анна, колдуя над собой при помощи старого доброго зеркала, угля, духов и прочих женских штучек, какие она только смогла отыскать в этом захолустье. На другой стороне, за дверью, напротив шкафа и сундуков, была пустая стена с крючьями, на которых висели инструменты её отца. Под крючьями стоял стол с тисками и ещё какими-то приспособлениями, в которых сама Анна не особо-то и разбиралась. Она не стала продавать инструменты папы даже когда было совсем худо. Она любила своего отца, как никого на свете. И не хотела, чтобы память о нём совсем канула в лету. Может когда-нибудь она и решится на это – всё же инструменты, которыми работал сам Джаред Стоун – бесценны – но это будет точно не сегодня.

За спиной девушки, в чёрном дверном проёме без двери, скрывалась кухня – второе и последнее помещение в доме. Анна не очень-то и любила готовить, стараясь обходиться тем, с чем мороки меньше всего, так что кухню посещала не часто, практически только ночью. Видите ли, кровати в доме не было, так что девушка, как и большинство жителей города, спала на печи.

Анна в очередной раз критично пробежалась по своему отражению в зеркале, стряхнула несуществующие пылинки с почти нового голубого платья, всё же распустила в третий раз собранные волосы, тяжело выдохнула и, надев свою обычную доброжелательную маску, вышла на улицу.

После тёмной зашторенной комнаты, которую освещают лишь несколько свечек, дневной свет на несколько секунд ослепил девушку, заставив её тут же остановиться. Ей многого стоило не кривить лицо и не щурить глаза. Её лицо всегда должно оставаться приветливо и идеально.

Когда зрение восстановилось, Анна оглядела улицу, тут же приметив его. Она боялась, что ей придётся ждать – чего она очень сильно не любила – но всё обошлось. Ричард уже поджидал её возле дома. Собственно, как она и планировала. Не зря же она флиртует с ним уже который день. Сегодня ночью большая часть сопротивления идёт на дело и лучшего момента для свидания просто не найти. Ведь, возможно, он больше никогда её не увидит.

Зелёный, видавший виды, кафтан; коричневые брюки; чёрный пояс, да сапоги ему под стать. Не видно было только флейты, ещё одного вечного спутника лидера.

«Мог бы и принарядиться, ради свидания» – подумала тогда девушка. Она-то приводила себя в порядок с самого утра.

– Привет, – бросил ей Стивенсон с таким видом, будто оказался здесь совершенно случайно. Конечно-конечно.

– Здравствуй, Ричард, – поприветствовала она его. – Какими судьбами?

– Да так, – протянул, улыбнувшись, лидер. – Мимо проходил…

Мог бы придумать что-нибудь пооригинальнее.

– Тогда, до встречи, – подразнила она его, картинно разворачиваясь в противоположную сторону.

– Подожди! – заволновался Ричард.

Попался.

– Да-да? – невинно спросила девушка.

– Может это… – он отвернулся, почесал затылок, покраснел. Анна собрала всю волю в кулак, чтобы ничем себя не выдать. Ей одновременно захотелось закатить глаза и глубоко вздохнуть. День ведь не бесконечный.

– Я слушаю, – как можно нежнее проговорила девушка, стараясь направить его в нужное русло.

– Прогуляемся? – ещё более неуверенно обронил Стивенсон и, увидев, что Анна смотрит прямо ему в глаза, опустил взгляд, сильно побагровев.

– Да, конечно, – буднично согласилась Анна. Ведь именно это она и задумывала.

– Правда? – тут же засветился от счастья лидер. – То есть, хорошо, я рад, да…

Девушка не стала ничего говорить, а просто улыбнулась и, взяв его под руку, потащила в сторону северо-востока, к северной окраине стального района.

Парочка прошла вдоль стального района, вышла к рынку, обогнула его, направилась к речке.

Ричард то подолгу молчал, то наоборот болтал без остановки что-то сбивчиво рассказывая и нервно хохоча. Он сильно волновался и Анне даже стало его немного жалко. И куда девалась вся та напыщенность, бахвальство, храбрость? Он казался таким строгим и уверенным там, в убежище, но стоило им остаться наедине, как тут же превратился в дрожащего щеночка. Скука смертная. Но ничего не поделаешь. Она уже давно всё решила. Конечно, вариант с Питером был бы попроще, но это не то. Анна предпочитала играть по-крупному. Либо лидер – либо никто.

Стивенсон замолчал, глядя за реку, в сторону замка.

– Когда-нибудь он снова будет принадлежать людям, – сказал он.

– Надеюсь, что так, – согласилась девушка.

– Сегодня ночью… я просто подумал, что могу не вернуться. Ведь знаешь, на войне всякое бывает.

Неплохая попытка.

– Да, понимаю, – согласилась она.

– И поэтому я и решил, что… в общем к тебе прийти и…

– Да?

– Я просто хотел…

Ну, а теперь будь хорошим мальчиком…

Лидер обернулся, чуть было не столкнувшись с Анной лбами. Девушка виновато опустила взгляд, но при этом придвинулась ближе, стараясь встать так, чтобы Ричарду некуда было отступать.

– Прости… – шепнул Стивенсон. Анна подняла голову, улыбнулась.

«Собираешься ты меня целовать или нет?» – кричала она внутри себя. День уже почти сошёл на нет, а дома было ещё куча работы.

И тут это случилось. Ричард коснулся её щеки кончиками пальцев и нежно поцеловал Анну в губы.

Поцелуй был краток, чем полностью устраивал девушку.

После невинного рассматривания носков сапог, она попросила лидера проводить её до дома.

– Надеюсь, мы прогуляемся ещё как-нибудь? – спросил он у самого её дома.

«Вот ты и попался» – ликовала Анна.

– Конечно, – как можно нежнее улыбнулась девушка, позволяя юноше утонуть в ледяной синеве её глаз.

А в это время, на другой стороне улицы, никем не замеченный, остался здоровенный голубоглазый блондин с волосами завитушками.


Глава 22: Вагончик


Сильный холодный ветер сбивал дыхание, швыряя целые горсти снега в лицо гнома. Порывы временами били с такой силой, что даже бывалому серобородому разведчику приходилось напрячься, чтобы остаться в вертикальном положении.

Они вышли из Сулурда два дня назад, на лыжах, хорошо затарившись припасами в дорогу, и добрались до заброшенного карьера только чудом. Погода ухудшалась от часа к часу, а видимость близ заброшенного карьера стала практически нулевой. В какой-то момент Африк даже было решил, что они не найдут никакого тайного пути в Силдонию и так и сгинут в снегах на его окраине, но удача повернулась к ним нужным местом и в одно чудное мгновение туман на минуту рассеялся, представив их взорам огромных размеров кратер со множеством мостиков, тросов, рельс, брошенных вагонеток и прочими радостями гномского царства.

– Гихир, – обронила Ли, встав на краю карьера, осматриваясь.

– Она ведь не так давно заброшена? – спросил разведчик, помнивший Гихир ещё рабочим.

– Окончательно гномы ушли отсюда шесть лет тому, – бросила девушка. – Но некоторые участки они покинули ещё двадцать лет назад. Им потребовалось время, чтобы перекинуть часть техники в новые шахты и закрыть местные. Это всегда долгий процесс.

Где-то внутри карьера проскрежетал металлический звук, усиленный эхом. Парочка гномов непроизвольно присели, хватаясь за оружие, но Ли тут же расслабилась и гном последовал её примеру.

– Ветер, – объяснила она кратко. – Пошли.

Рыжая следопытка вела его в какое-то конкретное место и Африк решил заглянуть вперёд, пытаясь предугадать, куда она его ведёт. Вдалеке, на западной стороне карьера, висело несколько мостиков, но все они казались порушенными. Неужели Ли возомнила себя канатоходцем? Или она собирается карабкаться по скалам?

Но сколько бы разведчик ни размышлял – угадать ему так и не удалось.

Девушка внезапно остановилась у высокой металлической рамы, покрытой тонким слоем льда и слегка накренившейся от постоянного сильного ветра. Шедший за ней Африк чуть не врезался ей в спину, вовремя затормозив.

Гном внимательно осмотрел раму, приметив две скрещенные кирки, нарисованные на её вершине – герб Силдонии, но всё ещё не понимал, почему они остановились именно здесь. Но когда Ли начала отряхивать от снега то, что стояло под рамой, разведчик понял весь ужас происходящего и рванулся вперёд.

– Подожди! – пытаясь перекричать ветер, крикнул Африк. – Ты сейчас серьёзно? – На лице гнома проступил лёгкий оттенок ужаса и крайняя степень отрицания.

– А что не так? – задрала одну бровку Ли. – Хорошая штука, ещё на ходу.

Гномиха повернулась обратно, внимательно осматривая крытую металлическую тележку-вагончик. Ну, да, немного побитая жизнью, может местами чуть проржавела. Конечно, не самый лучший вид транспорта, но выбирать не приходится. Да и рельсы, насколько она знала, были ещё исправны.

– Это самый быстрый способ попасть в подземелья Силдонии, – наконец сказала девушка.

– Короткая дорога, я помню, – ухмыльнулся Африк. – Только хотелось бы добраться до подгорья живым.

– Слушай, – нахмурившись и уперев руки в бока, начала Ли. – Если тебе что-то не нравится, можешь топать через горы один, хоть сейчас. Будешь тут мне ещё недовольство своё высказывать.

– Ах ты… – аж покраснел гном.

– Назовёшь меня женщиной – будешь искать свой кинжал в крайне неожиданном месте, – пригрозила пальцем гномиха, после чего молча залезла в вагончик, принявшись подготавливать его к поездке.

Серобородый разведчик не стал пререкаться с подругой. Он знал, что она старается ради него, просто он боялся, в чём, конечно же, никогда бы не признался.

Краем глаза он наблюдал за рыжей бестией. Благодаря тому, что вагончик был крытым, в нём скопилось не так уж и много снега, с которым Ли справилась чуть ли ни мгновенно. Девушка подёргала несколько рычажков, после чего скинула свою сумку и, покопавшись в ней, выудила неприметную белую склянку с какой-то жидкостью. Она добротно залила жидкостью коробку управления, тяговый рычаг и тормоза на колёсах, не оставив в склянке и капли, после чего снова подёргала рычаги, удовлетворённо кивнув самой себе.

– И долго ты будешь там стоять? – крикнула она Африку, когда всё было готово.

Гном молча залез в тележку, насупившись так, что губой едва не достал до носа.

– Ненавижу тебя, – буркнул он.

– И я тебя, – улыбнулась Ли, дёрнув за какой-то рычаг.

Тележка вздрогнула. От девушки не укрылось, как Африк тут же съёжился, зрительно уменьшившись в размере.

– Мне нужно, чтобы ты качал рычаг, – указала она ему на поручень, напоминающий по своему виду насос, – чтобы я не отвлекалась на это.

– Хорошо, – ответствовал гном, обрадовавшийся хоть какому-то занятию.

Вагончик медленно начал разбег, но большую скорость не набирал, мешало большое обилие снега на рельсах впереди и сильный вертикальный уклон.

– Не так уж и быстро, – удивился Африк. – В моих воспоминаниях всё было…

– Так ты на тележках, наверное, с самого детства не катался? – ухмыльнулась Ли. – Детям всё кажется не таким, как взрослым.

– Наверное, ты права, – сразу расслабился гном. – И чего я боялся, как дурак.

– Да всё в порядке, – отмахнулась гномиха. – Я как-то недавно решила съездить на серебряный источник, что чуть западнее Жинты, у подгорья. В детстве папаня часто возил меня и сестру туда. Тогда источник казался мне огромным океаном, а местные понтоны самым настоящим причалом. А когда я туда приехала… в общем, источник оказался самой обычной лужей, понтоны – обычными грубо сколоченными досками, и даже мои любимые качели, что в детстве казались мне чем-то волшебным и фантастическим, на деле оказались двумя канатами и полусгнившей доской. Это всё, что нужно знать о детстве.

Африк промолчал. Ли впервые рассказала ему что-то из своего прошлого, что уже говорило о её доверии к гному. Для неё подобное поведение было совершенно несвойственным. Сестра. Он даже не знал, что у Ли есть сестра. Или была. Лучше бы не касаться этой темы. Не хотел он бередить старые раны и лесть девушке в душу. Это ведь не его дело.

Постепенно уклон сошёл на нет и качать насос стало куда проще, сохраняя прежнюю скорость. Разведчик уже было хотел спросить Ли, долго ли им предстоит ехать, как вдруг:

– А вот и мост… – вполголоса пробубнила гномиха.

– Мост? – спросил Африк, не отрываясь от тягового рычага.

– Угум, – только и обронила девушка.

В этот момент Африк выглянул из-за своего поручня-насоса и увидел… лучше бы он этого не видел. Кровь моментально покинула всю верхнюю часть его небольшого тела, сконцентрировавшись в области пяток, а пальцы так сильно сжали тяговый рычаг, что, казалось, срослись с ним.

Мостом оказалось довольно жалкое на вид сооружение из канатов и досок, на котором, к тому же, располагались обледеневшие рельсы. Мало того, мост, скорее, был не просто мостом, а несколькими мостами, соединёнными между собой подвесными системами из тех же тросов, канатов, досок и не пойми, чем ещё.

Пока мозг Африка пытался вобрать в себя весь ужас происходящего и накидать его шансы на выживание в предстоящей поездке, а также проанализировать и понять, как вообще всё это висящее над пропастью сооружение может висеть и не падать, вагончик, медленно, но верно, приближался к краю…

– Нет, нет, НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! – услышала позади себя Ли, и тележка бросилась по рельсам вниз, набирая скорость и лавируя от моста к мосту. Девушка далеко не в первый раз пользовалась этой дорогой и прекрасно –точнее сказать, удовлетворительно – помнила о том, куда следует сворачивать и когда, посему скорость решила особо не снижать. К чему бы?

Но в этот раз всё оказалось не так просто, как обычно. Впереди, на давно знакомой дороге, девушку поджидал неприятный сюрприз – часть моста обвалилась, оставив вместо себя лишь пустоту.

– Ли! – заверещал Африк, опасаясь самого худшего, и гномиха, дёрнув один из рычагов, в последний момент свернула на другой мост, разминувшись с болтающимися в воздухе рваными тросами и канатами.

Впереди, вместо знакомого большого гранитного зала, который местные называли подстанцией, замаячил огромный серый камень, полностью закрывающий собой конец пути.

«Удачно сменила мост» – обругала себя гномиха, но вслух:

– Держись крепче, – крикнула девушка и дёрнула за самый большой, красный, рычаг.


Вагончик, с оглушающим скрипучим воплем, затормозил, по инерции – во многом благодаря льду – продолжая двигаться в сторону камня. Из-под колёс полетели искры, Ли громко выругалась, Африк закричал, а потом… удар.


Глава 23: Побег


Ключ в замке тяжело провернулся, послышался громкий щелчок и дверь камеры, с протяжным скрипом, подобным стону умирающего рууха, медленно отворилась.

– Поспешим, – выходя из камеры, улыбаясь возвестил Хамим.

– Тшшш, – приложил палец к губам Хин.

– Да брось, – отмахнулся друг. – Если стражники не услышали скрип этих петель, то нас и подавно не услышат.

– И как ты собрался выбираться отсюда? – посматривая в сторону единственного выхода, спросил разведчик. – До южной дороги путь не близкий. И вряд ли вся стража окажется такой же добродушной.

– Как? Самым коротким путём, конечно, – не терял силы духа Хамим.

– А что делать со стражей? – остановил уже поворачивающегося товарища Хинамон. – Убить?

– Не стоит, – покачал головой рыцарь. – Один убитый стражник и весь замок поднимется на наши поиски. И тогда нам точно не уйти. Лучше пробраться незамеченными. Не забыл ещё камуфляжные заклинания?

– Нет, не забыл, – ответил разведчик.

– Тогда пошли…

– А наши вещи? – снова остановил друга Хин, услышав в ответ протяжный вздох.

– Они, скорее всего, на складе или на посту охраны, точно не знаю, – почесал он голову. – У тебя там что-то важное?

– Кинжалы, припасы, инструменты, – перечислил разведчик.

– Ты готов рисковать жизнью, чтобы их найти? – серьёзно спросил Хамим.

– В смысле? – нахмурился сварт.

– У нас не так много времени, Хинамон. Тратить его на поиски твоих кинжалов – не совсем разумная мысль. К тому же, мы можем поднять лишний шум, если начнём вламываться в каждый попавшийся на пути склад, и тогда точно не выберемся отсюда, – объяснил рыцарь.

– Ты прав, – опустив взгляд, согласился с другом разведчик.

– Пошли, – позвал его Хамим. – Оружие найдём по пути.

По коридору третьего подземного этажа прошли быстро и тихо. То и дело Хин заглядывал в другие камеры, но так никого и не заметил, будто бы на всём этаже находились только они с Хамимом. Странно всё это, но спрашивать об этом рыцаря уже не было времени. Впереди начинала маячить арка лестницы, ведущей на верхние этажи.

Как ни странно, стражи у лестницы не оказалось. Видно желающих прозябать в тёмном сыром подвале, ради двух заключённых, не было. Что сталось очень на руку двум пытающимся сбежать свартам.

«Слишком уж всё просто» – закралась в голову предательская мысль. Либо Хинамон переоценил Шимхани после такой ловкой поимки, либо их впереди ждёт жестокий урок. Чтож…

У самой арки, ведущей к лестнице на второй этаж, Хамим знаком попросил друга остановиться.

«Глаза» – вспомнил Хин. У рыцаря всегда были очень чувствительные к свету глаза. Одно время он даже носил специальные очки, защищавшие его от солнечного света, возможно даже, что они сейчас валяются на каком-нибудь складе особняка, неподалёку от кинжалов Хинамона.

Дальше, на лестнице, света было ещё больше, и исходил он со стороны второго этажа, где базировалась стража и сидели основные заключённые – если таковые были – которых можно было не морить голодом и не держать в сыром тёмном холодном подвале.

Пока рыцарь смотрел в сторону льющегося с лестницы тусклого света, в ожидании, пока его глаза к нему привыкнут, Хинамон невольно остановил на нём взгляд. Свет позволил разведчику наконец получше рассмотреть друга, с которым он так давно не виделся. «Схуднул» – первым делом подумал Хин. Но даже так Хамим оставался на уровень крупнее и сильнее разведчика. Дранная роба смотрелась совершенно не к месту и в глубине души разведчик обрадовался, что остался при своём походном костюме. Хинамон привык видеть друга только в чистой и дорогой одежде, но тут было даже что-то другое. При взгляде на Хамима вы сразу понимали, что это не раб, не смерд, не заключённый. Его осанка, фигура, манера себя держать даже в таких тяжёлых условиях, всё это будто кричало о том, что он дворянин.

Хамим убрал пальцы с глаз, щурясь посмотрел в сторону лестницы и кивнул Хину. Можно было двигаться дальше.

Едва они ступили на первую ступеньку, как сверху послышались голоса:

– Эй, верни карту на место, не думай, что я не видел, – сказал первый голос, с хрипотцой.

– Да ладно тебе, это всего лишь игра, – сказал более лояльный, мягкий голос.

– Игра, которую я выиграл, – сказал первый.

– С чего это? – опешил второй.

– Потому что ты хренов жулик, будешь знать, – отрезал хриплый.

– Ладно-ладно, – сдался второй. – Ещё партийку?

– Погоди, мне отлить надо, – сказал первый и послышался скрип отодвигаемого стула.

Беглецы к этому времени уже дошли до промежуточной площадки между третьим и вторым этажом и Хамим дал знак активировать камуфляжное заклинание. Благо, Хинамон успел его заранее подготовить. Всё же по скорости заклинаний он был не так хорош, как рыцарь. Тот генерировал через себя потоки манны столь быстро, что вы бы даже вздохнуть не успели, а рыцарь уже закончил бы читать заклинание. Правда был в этом и свой минус. Хамим не мог генерировать энергию большими объёмами, поэтому доступ к по-настоящему сильным заклинаниям ему был навсегда закрыт. Такие дела.

Послышались шаги. Стражник, тот самый, с хрипотцой, спускался вниз, прямо на промежуточную площадку, где стояли беглецы. Со своей позиции Хинамон видел его довольно плохо, а сам пост охраны не видел совсем, но шаг за шагом и вот стражник предстал перед разведчиком во всей совей красе: толстоватый, осунувшийся, с загнутым кривым носом и какими-то блеклыми оборванными бровями. Чёрное одеяние стражника было всё уляпано чем-то жёлтым и белым. В общем и целом – позор на лице нации тёмных эльфов, а не стражник.

Стражник встал прямо перед Хамимом, начал развязывать штаны, но вдруг остановился, вглядываясь в стену, будто что-то заметив. Хин выжидал. Рыцарь просил никого не убивать, но если их сейчас обнаружат…

Стражник нахмурился и будто собирался уже что-то сказать, как…

– Эй, Кеттер, ты же не собираешься ссать прямо здесь? – крикнул второй страж с поста.

– А какое тебе дело до того, где я ссу? – осклабился хриплый, поворачивая голову.

– А такое, что мне потом это всё нюхать, – ответил лояльный мягкий голосок. – Иди в сортир.

– Ещё чего, – набычился первый. – Но так и быть, спущусь на третий. Пожалею твой девичий носик.

Расхохотавшись собственному остроумию, Кеттер начал спускаться вниз, в сторону тёмного коридора, откуда только что пришли наши герои.

Хамим дал знак следовать за ним, к посту.

В два прыжка рыцарь оказался позади второго стражника и, повесив свою руку у того над головой, шепнул заклинание.

Стражник тут же осунулся, будто задремал, уставился в стол долгим тяжёлым взглядом и затих.

Хинамон знал это заклинание. Его так и называли в школе разведки: «дрёма». Вот только, чтобы прочитать такое заклинание, разведчику бы понадобилось с минуту подготовки, а то и больше, а Хамим среагировал в считанные секунды.

– Второй ничего не заподозрит? – шепнул на ухо другу Хин.

– Не, я так уже делал. Этот, – он кивнул на лояльного стражника, – будет сам думать, что он задремал. Гарантирую.

– Тогда пошли дальше, – шепнул разведчик, но тут его взгляд зацепился за кинжал, а затем и за ключи на большом золотом кольце, на поясе стражника.

– А вот это они уже заметят, – проследив за взглядом друга, отметил рыцарь.

Мысленно попрощавшись с кинжалом и своими вещами, Хин повернулся в сторону лестницы, и они двинулись на первый подземный этаж тюрьмы Шимхани.

Первый этаж баронской темницы мало чем отличался от второго. Люди тихо сидели по камерам, по стенам трещали и шипели факелы, в углах плели свои паутины пауки.

На посту находился лишь один стражник, задремавший за столом со скрещенными на груди руками. Хамим медленно подплыл к нему, усилив сон заклинанием, на всякий случай, и они двинулись дальше, к выходу из подземелья.

К удивлению двух тёмных эльфов, дверь в темницу оказалась незапертой.

Друзья боязливо вышли в коридор северного крыла, оглядываясь по сторонам, в любой момент ожидая подвоха – не могло же им так повезти – но ничего не происходило. Видно кто-то и вправду просто забыл закрыть дверь. А может это специально сделал тот самый стражник, что обронил у их камеры ключи? Как знать, как знать.

Едва они сделали несколько шагов в сторону юга, по коридору, как слева от них резко раскрылась дверь и Хамима боднули чем-то в живот.

Хин машинально дёрнулся рукой к поясу, но рука схватилась за пустоту, заставив сильнее сжать челюсть от досады. Однако увидев наконец кто перед ними, разведчик немного успокоился, даже слегка улыбнувшись.

В дверях неизвестной им комнаты стояла служанка в белом переднике на чёрное платье. В тонких обсидиановых руках девушка держала плетённую корзину, доверху набитую бельём. Белые длинные волосы, заплетённые в толстые косы, свисали по бокам, на груди. Красные тусклые глаза, метались от одного незнакомого ей сварта к другому, медленно осознавая происходящее. Эльфийка открыла было рот, набирая в грудь воздух, но Хамим сработал молниеносно, вовремя подскочив к девушке, зажимая одной рукой её рот, второй уже колдуя заклинание забвения, в простонародье: «дрёма».

В этот же момент, из-за угла коридора показался стражник.

У Хинамона не было времени на раздумья. Он просто толкнул парочку в комнату, прыгнув за ними следом, и резко захлопнул дверь.

***

Стражник заметил краем глаза какое-то движение и поднял голову ровно в тот момент, когда впереди громко хлопнула дверь.

В особняке барона Шимхани никто не смеет хлопать дверьми.

Несколько секунд стражник гадал; ему хотелось проучить невежу, но одновременно с этим он боялся нарваться на кого-нибудь из старших. Если он помешает командиру или одному из друзей барона, а ещё хуже застукает их с какой-нибудь молодкой… ищи его потом по канавам.

Сварт медленно подкрался к той самой двери – он был уверен, что хлопнула именно она – и прислушался, приложив к ней правое ухо.

Тишина.

Досчитав до трёх, стражник резко распахнул дверь, прыгнув вперёд.

Когда он приземлился в центре комнаты – кинжалы уже лежали в его ладонях.

Набитая соломой деревянная кровать, старый сундук без крышки, а в углу гора нестиранных шмоток. Похоже здесь жили низшие слуги, что работали в конюшнях и на улице. Но что тогда могло…

По каменному полу потянуло ветерком и страж заметил приоткрытое маленькое окошко под самым потолком.

– Сквозняк, – прыснул от досады и облегчения стражник. – Дерьмо.

Эльф вышел из комнаты, пряча кинжалы за поясом.

Пора было будить Лима; пришёл его черёд дежурить на первом этаже.

***

Едва стражник закрыл за собой дверь, два тёмных эльфа скинули с себя камуфляж, устало переглянувшись.

Служанка, усыплённая заклинанием, лежала в объятиях Хамима, мерно посапывая.

«Может уже отпустишь бедняжку» – жестами сказал Хин, указывая на девушку.

Рыцарь смущённо потупился, осторожно уложив её в ворохе грязного белья. Не самое лучшее место для ночлега, особенно для девушки, но всё же лучше, чем холодный каменный пол. Он хотел было попросить друга помочь уложить её в постель, но пока он размышлял над уместностью сего действа, разведчик уже спел дойти до двери, выглянуть в коридор и позвать Хамима, показывая, что всё чисто. Решив, что он и так сделал для девушки всё возможное, рыцарь укрыл её какой-то простынёй и вышел из комнаты, вслед за другом.

Следовало отдать Хамиму должное – особняк барона Шимхани он знал, будто свой собственный. Они лавировали по лабиринтам коридоров, минуя десятки совершенно неотличимых друг от друга дверей, выбирая лишь нужные, чтобы пройти потайные комнаты насквозь и выйти через них в другие коридоры. Большинство помещений были пустые или имели минимум мебели, но были и по-настоящему захламлённые комнаты, на подобии кабинета самого Шимхани, где от переизбытка вещей шагу негде было ступить. Хин конечно подозревал, что его друг хорошо ориентируется во всех крупных особняках и замках земель тёмных эльфов, но это всё равно впечатляло. Как всегда говаривал сам рыцарь: «никогда не угадаешь, что может пригодиться в жизни».

Дважды они чуть не нарвались на прислугу, один раз едва разминулись с каким-то солдатом в доспехах, но больше эксцессов не происходило, и они медленно, но верно, приближались к центральной части особняка. А у самого выхода на главный двор, Хин вдруг остановился.

– Ты чего? – опешил вдруг Хамим.

– Он там, – кивнул вдоль коридора разведчик.

– Кто? – посмотрев вдоль коридора, спросил рыцарь.

– Шимхани, – бросил Хинамон так, будто плиту в колодец уронил.

– Не стоит, – положил ему на плечо руку Хамим.

– Он ведь не отстанет.

– Мы потом не выберемся из этого особняка, понимаешь? – пытался втолковать ему рыцарь. – Мы ещё отомстим, обещаю. Только выберемся отсюда.

Хинамон не двигался с места. Внутри него закипала злоба.

Третья сила? Решили сделать из него марионетку? Так может ему следует поотрывать им за это головы? Сначала Шимхани, а затем и этому герцогу Мифмариллу? Возможно, он за это и поплатится, но может хоть так ему удастся удержать страну от кровопролитной революции на самом пороге войны.

– Хин, кто-то идёт, – шептал ему Хамим. – Хин, идём скорее. – Но Хин стоял и смотрел в конец коридора. Стоял, понимая, что никого он сейчас убивать не станет. Он не такой. Придётся всё рассказать королю и рассчитывать лишь на его благоразумие, как он и планировал изначально. Трус.

Служанка завернула из-за угла, пройдя по тому самому месту, где ещё секунду назад сидел Хинамон. Но она не заметила ничего подозрительного, ведь Хинамона там уже не было.

Друзья бежали через центральный внутренний двор, надеясь лишь на то, что их никто не заметит. Странный план, но другого у них не было. Благо на дворе стояла глухая ночь и даже прекрасно видевшим в темноте свартам требовалось бы поднапрячься, чтобы заметить что-то подозрительное дальше собственного носа. Так они думали.

– Стой, кто идёт? – крикнул кто-то со стены. – Эй!

– Закрой глаза, – негромко сказал Хамим и, вытянув руку в сторону голоса, прошептал Слово.

Беззвучно взорвалась вспышка ярчайшего света, после чего послышался крик стражника со стены.

Хин хорошо знал сильные стороны своего друга. Вспышка – главное оружие рыцаря и причина его плохого зрения. Вспышка ослепляет врагов, причём ослепляет надолго. Иногда даже навсегда. Хорошее заклинание, но вы уже могли догадаться, к каким последствиям приводит её частое использование.

– Этот крик весь особняк слышал, – поморщился разведчик. – И это я молчу про вспышку.

– Теперь уже ничего не поделаешь, – устало улыбнулся Хамим. – Можешь что-нибудь сделать с этими воротами?

Рыцарь уже начинал выдыхаться. Видно долгое пребывание за решёткой не пошло на пользу его выносливости. А значит, придётся всё брать в свои руки.

Хин посмотрел вперёд.

Длинную серую каменную стену разрывали крепкие деревянные ворота, запертые сейчас на все засовы и замки. Калитка с этой стороны была не заперта, что указывала на наличие стражи с другой стороны ворот. Насколько он понимал, это были восточные ворота, откуда начиналась необходимая им южная тропа.

– Сейчас, – бросил разведчик и, метнувшись вперёд, в несколько прыжков перемахнул через врата. Приземляясь, он умудрился мастерски вырубить двоих стражников, стороживших подход к тропе с той стороны ворот. Совсем ещё зелёные новобранцы. Это хорошо. Таких сильно наказывать не станут.

Хинамон быстро отодвинул засов и открыл калитку ворот, как раз вовремя, чтобы впустить в неё уже подбегающего Хамима. Затем, также быстро, разведчик закрыл засов обратно. Пусть теперь ищут их по всему двору. Вряд ли кто заметил, как они преодолели ворота.

Но оказалось, что кто-то всё же заметил. Трое стражников при доспехах, с оружием наперевес, неслись прямо к ним. Толи они помогали сторожить врата и подход к тропе, толи были на обходе, теперь это было не важно. Они были и сейчас бежали на двух беглецов с вполне определёнными намерениями – вот что важно.

Недолго думая, Хин выхватил у одного из лежавших на земле свартов короткий меч, готовясь дать отпор.

Один из стражников вскинул лёгкий арбалет, выстрелив в разведчика. Хин с лёгкостью отбил быстро летящий болт, прыгнув вперёд, чтобы заслониться от стрелка его же товарищами. Манёвр сработал. Горе стрелок пытался ещё какое-то время прицелиться, но понял всю тщетность своих попыток и, бросив арбалет наземь, достал длинный кинжал.

К этому времени бывалый разведчик уже успел парировать первый удар одного из нападавших, попутно ранив в руку второго, сделавшего неаккуратный выпад вперёд.

Стражники отступили было назад, но вдруг снова ринулись вперёд, одновременно атакуя эльфа со всех сторон.

Хинамон с лёгкостью отбивал все выпады двух неопытных солдат, прекрасно осознавая, что он мог бы убить их в любую секунду. Мог, но не хотел.

Накопив достаточно манны, он разжал левый кулак, ударив по парочке чёрным разрядом.

Солдаты рухнули наземь, так и не выпустив оружия из рук.

Поминая, что врагов было трое, разведчик начал был осматриваться, но тут же увидел третьего стража, лежавшего в нескольких метрах от места сражения. Над ним, угрюмо осматривая округу, нависал Хамим.

– Бежим, – махнул рукой в сторону тропы Хин, не понимая, почему его друг медлит.

– На своих двоих далеко не убежим, они сейчас погоню пустят, – покачал головой рыцарь.

– Ну и что ты предлагаешь? – уже начинал волноваться Хин. Ведь свобода была так близко, а друг чего-то медлил.

– Пойдём, – кивнул куда-то в сторону Хамим и разведчику ничего больше не оставалось, как последовать за товарищем.

Они сошли с тропы и пробежали вдоль стены пару десятков метров, упёршись в большой крытый загон, окрашенный в чёрный и красный цвет. Влево от загона уходила небольшая тропинка, соединяющаяся с южной тропой, вправо же шла настоящая полноценная дорога, уходя к южным вратам особняка и лунному тракту. На больших воротах красовалась эмблема Хуорна – чёрное дерево на красном фоне.

– Что? Загон Мекантеров? Ты с ума сошёл? – опешил разведчик, завидев, куда привёл его рыцарь.

– У тебя есть предложения получше? Уж извини, что здесь нет лошадей, – скорчил гримасу Хамим.

Дело в том, что лошади не пользовались в Хуорне популярностью. Сварты считали лошадей скакунами для смердов, которые не могут совладать с Мекантерами. Мекантеры же, в свою очередь, были боевыми скакунами тёмных эльфов и, по совместительству, относились к семейству пантер, а если быть точнее мрак-пантер, более злобной и рослой родне обычных пантер.

– Да я на них со школы не ездил, – шипел Хинамон.

– Есть идеи получше? Нам не убежать без Мекантеров.

Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами, после чего разведчик сдался.

– Моя смерть будет на твоей совести, – угрюмо обронил Хинамон.

– Договорились, – улыбнулся, открывая загон, Хамим.

Стоило дверям загона открыться, как Мекантеры тут же воззрились на пришельцев, оскалив белые, размером с ладонь, клыки. По тёмному помещению пробежала волна густого рычания, заставив разведчика невольно поёжиться. Тварей было порядка десятка, каждая в своём вольере, что несказанно обрадовало боязливого эльфа.

– Привет, – неуверенно бросил Хин ближайшему зверю с почти белыми глазами и иссиня-чёрной шерстью. Зверь в ответ рыкнул и резко бросился вперёд. Зубы Мекантеры сошлись в дюйме от носа разведчика, заставив того шлёпнуться на землю. Если бы не цепь, удерживающая этого огромного монстра в вольере, история Хинамона уже подошла бы к концу.

– У тебя тут всё в порядке? – спросил Хамим, выводя из стойла одну из пантер. Та послушно следовала за рыцарем, будто служила ему уже многие годы. Серо-синяя шерсть мекантера переливалась, будто металл, а глаза горели тёмной сиренью. Пантера опустила взгляд на Хинамона, рассматривая разведчика, будто какую-то диковинку.

– Красивая, – обронил он вдруг.

– Забирай, – улыбнулся рыцарь. – Ты ей тоже приглянулся, я смотрю. А я подыщу себе другую…

– Ты всегда умел с ними обращаться, – не сводя глаз с пантеры, бросил Хин другу.

– Как и любой другой дворянин, – пожал плечами Хамим, констатируя факт. В Хуорне детей сызмальства учили езде на мекантерах.

Со стороны улицы послышались голоса и разведчик, чисто на автомате, закрыл двери загона, заперев их на засов.

Голоса приближались, но разобрать их Хин не мог, пока они не подошли совсем близко.

– Они где-то здесь, – сказал гнусавый голос. – Я видел, как они перепрыгнули ворота.

– Прямо так взяли и перепрыгнули? – недоверчиво спросил более властный голос.

– Ну не прямо так, а как убийцы из ордена. Так вжух-вжух…

– Я понял, хватит, – оборвал его властный.

– Но они могли уже убежать по восточной тропе, – предположил третий голос.

– Или по южной, – предположил четвёртый.

– Ага, пешком, – с издёвкой бросил гнусавый.

– И ты думаешь, они придут к загону? – поинтересовался властный.

– Я думаю, они уже здесь, – понизил голос гнусавый и все сразу затихли.

Хинамон, ожидая чего угодно, решил отойти от ворот подальше.

Ворота содрогнулись раз, второй, будто кто-то дёргал их с той стороны, после чего последовал крик:

– А ну выходите оттуда, а то мы вас сожжём нахрен!

Хамим уже сидел в седле нового Мекантера, чёрного, как сама ночь, и здорового, будто буйвол, так что разведчику оставалось лишь последовать примеру друга и неуверенно спросить:

– А что теперь?

– А теперь твой выход, – улыбнулся рыцарь.

– Считаю до трёх! – послышалось с улицы.

– В смысле? – не понял Хинамон.

– Ну, ты у нас всегда был по части разрушительных заклинаний, – пожал плечами Хамим.

– Раз! – крикнул голос с улицы.

Хин глубоко вздохнул, пропуская через себя огромный поток манны.

– Два!

Выставил вперёд левую руку.

– Три!

И ударил в дверь разрядом чёрной молнии.

Маленькие деревянные ворота загона разлетелись в щепки, а эффектно вылетевшие в клубах чёрного дыма беглецы разметали стражников в разные стороны, всё дальше и дальше удаляясь по южной тропе прочь из особняка барона Шимхани.

– Ахахахаха! – хохотал во весь голос Хамим.

Но счастье длилось недолго. Как и предсказывал рыцарь, погоня не заставила себя ждать.

– Погоня! – крикнул Хин Хамиму.

– Сколько их? – не отрываясь от тропы, спросил рыцарь.

– Вижу шестерых! – доверяя зверю следовать за своим собратом, рискнул обернуться разведчик.

– Попробуем оторваться!

Хинамон нахмурился. Пытаться оторваться от солдат на их территории, казалось ему не лучшей идеей, но на другую требовалось время, и он начал подготовку.

Мимо него пролетела стрела.

– Осторожнее! – прокричал впереди рыцарь.

Хамим всё дальше отрывался от Хина, а преследователи наоборот нагоняли разведчика, начиная наступать на пятки. В довершении всего, мимо пролетели ещё две стрелы. Такими темпами они скоро превратят его в решето или же попадут в зверя и тогда разведчика просто разметает по каменистой дороге. Хорошо ещё, что никто из них не применял магию. Вероятно, не могут сконцентрироваться во время езды или не владеют разрушительной магией. Что было весьма кстати.

Понимая, что времени больше попросту нет, Хин закрыл глаза и вобрал в себя всё энергию, что только смог достать. Благо, что сейчас стояла глубокая ночь, днём бы у него точно ничего не вышло.

Энергия гор, звёзд, леса и воздуха пролетала сквозь него набирая обороты. Он настолько сильно увлёкся, что перед глазами всё поплыло, а сердце начало сбиваться с ритма, не выдерживая напора манны. И в тот самый момент, когда его собственная голова готова была разлететься на части, как переспелый арбуз, он отпустил всю накопившуюся в нём манну.

Всё вокруг погрузилось в густую вязкую черноту. Не просто темноту, где отсутствует свет, а черноту, осязаемую черноту, что пожирает само время.

А дальше всё произошло в доли секунды. С небес упал поток чёрных молний, ударивших в скалу, вдоль которой струилась южная тропа, ведущая к подножию лунной горы со стороны Хуорна. Молнии разметали скалу в щебень, уничтожив тропу позади Хинамона и тех, кто по ней следовал. Завершили феерию камнепад и оглушающий раскат грома, будто пытающиеся перекричать друг друга.

Когда всё закончилось, и чернота отступила, разведчик тяжело выдохнул и улыбнулся. Он до последнего не был уверен, что у него получится. Да, разрушительные заклинания всегда были его козырем, но в последнее время он всё реже и реже прибегал к ним, стараясь пользоваться более тонкими заклинаниями. А всё потому, что все эти молнии так изматывают…

В голове внезапно зазвенело, уши заложило, а перед глазами всё неистово завертелось. Он почувствовал, что заваливается вбок на полном ходу, но поделать с этим ничего не мог.

– Опа, – вовремя подставил ему плечо Хамим, не давая свалиться с седла. – Ну ты даёшь Хин… – послышалось откуда-то издалека, а дальше – блаженная темнота.

***

Разведчик пришёл в себя лёжа у костра, мерно потрескивающего в самом центре каменной площадки, усыпанной валунами и кривыми ветвистыми деревьями.

Судя по встающему вдалеке солнцу, он находился на восточном склоне лунных гор. Прямо перед ним простирались бесконечные леса великого Хуорна – дома тёмных эльфов.

– Завтракать будешь? – появился в поле зрения Хамим. – Я тут поймал кое-кого.

Когда рыцарь так говорил, это означало, что лучше Хинамону не знать, кого именно поймал его друг.

– Буду, – буркнул разведчик, принимая сидячее положение. В голове ещё шумело, но это уже были дальние отголоски, от которых, как ему было известно, скоро не останется и следа.

Поданный Хамимом пережаренный кусок не подавал надежд, но всё же голод взял вверх над здравым смыслом, и уставший эльф решил рискнуть.

– Не боишься? – обвёл взглядом место стоянки Хин, попробовав мяса. Судя по всему, какой-то опоссум или что-то вроде того. Не самое плохое блюдо. Он, бывало, ел гадость и похуже.

– Ты уничтожил тропу, – улыбнулся Хамим. – А через горы они до нас ни в жизнь не доберутся. Можно и дух перевести.

– У тебя ведь уже есть план? – напрямую спросил разведчик, хорошо зная друга.

– Ты уверен, что не хочешь стать третьим в игре? – спросил Хамим, прекрасно зная ответ на собственный вопрос.

– Уверен, – безапелляционно отрезал Хин.

– Тогда пойдём в Хуорн обходными тропами, – спокойно сказал рыцарь. – Я знаю парочку таких. За нами, скорее всего, отправят погоню, но не думаю, что у нас возникнут проблемы замести следы.

– А как думаешь войти в город? – дожёвывая мясо, спросил разведчик.

– Через торговцев, – уверенно заявил Хамим. – У меня есть парочка должников там, не волнуйся.

– А потом?

– А потом идём к королю и выкладываем всё, как есть, – пожал плечами рыцарь.

– Вот так просто? – вскинул бровь Хинамон.

– Ну, не совсем просто, – замялся Хамим, – но это мы ещё продумаем по пути. Видишь ли, в окружении короля нас точно будут поджидать.

Разведчик окинул долгим взглядом подножье, лес, горизонт, солнце…

– Значит, около двух дней, – наконец заключил он.

– Если повезёт, – кивнул Хамим.

– Хорошо, – завершив трапезу, одобрил план Хинамон. Если это можно было назвать планом.

Внезапно налетевший ветер поднял с земли несколько засохших листиков, унося их в сторону самого великого из лесов.

Всё же он возвращается домой.


Глава 24: Интересный разговор


По полу пробежал очередной сквозняк, заставив Тайлера поёжиться.

Насколько ему было известно, комната Асирэ находилась в тупике третьего этажа, а окна комнаты выходили на запад, значит… коридор вёл его прямиком на север. И где-то там определённо должна быть лестница. Ведь не может же в замке совсем не быть лестниц? Да, конечно, ему ещё не попалась ни одна лестница, но такого ведь не бывает, чтобы их совсем не было? Как тогда люди (а в данном случае ардениты и северяне) перемещаются между этажами?

Тайлер тяжело сглотнул и огляделся.

В замке было довольно прохладно, особенно за пределами комнаты госпожи, но юный герой уже успел вспотеть. Конечно, с одной стороны, бояться было нечего, в коридоре никого не было, вокруг стояла глухая тишина и, как говорится, ничего не предвещало беды, но, с другой стороны, это-то его и пугало.

Стены бесконечного третьего этажа украшали всевозможные светильники (вычурные, выглядящие довольно дорого, но дающие крайне мало света), картины (с всевозможными ликами придворных, батальными сценами и сценами охоты) и разноцветные тряпки, видимо, указывающие на разного рода дома и тому подобное, в чём Тайлер совершенно не разбирался.

Сначала он двигался крайне медленно и осторожно, прислушиваясь к каждому шороху, ловя всякое дуновение ветра, но чем дальше Тайлер отходил от комнаты Асирэ, тем скорее начинал передвигать ножками, в предвкушении свободы.

А дальше случилось то, отчего сердце юного героя чуть не встало раз и навсегда: он услышал голос. Сначала ему показалось, что кто-то идёт и нужно скорее прятаться; а прятаться было негде, только если возвращаться обратно в комнату госпожи, которая находилась чуть ли не на другом конце света; но потом до Тайлера дошло, что голос не приближается, а спокойно льётся из приоткрытого кабинета, стоявшего чуть дальше по коридору.

Тайлер попытался сделать шаг, но дрожащие коленки подкосились, чуть не уронив его на пол. Он попытался собраться с мыслями, дрожащей рукой вытер со лба несколько бисеринок пота, попытался вдохнуть и сделал более удачную попытку.

Он не слышал, о чём говорят голоса, все окружающие звуки тонули в громоподобном шуме, издаваемым его собственным сердцем, но по мере его приближения к приоткрытой двери неизвестного кабинета, голоса становились всё громче и разборчивее.

Ему не обязательно было подслушивать чужой разговор. Даже наоборот, это было крайне опасно и неразумно. Но ему в любом случае нужно было в ту сторону. И ему в любом случае нужна была передышка, чтобы прийти в себя. А если всё равно отдыхать, то почему бы и не здесь?

Тайлер прислонился спиной к холодной стене, возле самой двери неизвестного кабинета, и прислушался.

– Конечно, как и договаривались, – сказал чей-то неприятный властный голос, который Тайлер обозвал про себя «Спаржа», которую юноша терпеть не мог.

– Мне главное, чтобы не пострадала… – начал было второй, одновременно сильный и заискивающий голос, который Тайлер обозначил про себя, как «Мул».

– Я вас услышал, – оборвал Мула Спаржа. – Говорите, сегодня ночью?

– Да, они хотят пробраться в лагерь вайраков и отравить их еду, чтобы отряд слёг в горах, где им никто не поможет, – объяснил Мул.

– Хороший план, – протянул Спаржа. – А они молодцы. Сами придумали?

– Нет, – ответил Мул. – Северяне прислали указания…

– Повстанцы с севера, – утвердительно уточнил Спаржа.

– Да, – ответил Мул.

Тайлер прямо так и представил себе, как этот Мул стоит перед каким-то важным чинушем с шапочкой в руках, которую постоянно теребит, как он кивает или мотает головой, после каждого вопроса.

– Ты пойдёшь с ними? – спросил Спаржа.

– Конечно, – признал Мул. – Будет крайне подозрительно, если я не пойду.

– Тогда будь готов, – посоветовал Спаржа. – Не хотелось бы, чтобы мои парни случайно задели тебя.

– И…

– Я помню, – нажал Спаржа. – Сигналом будет небольшая красная вспышка со стороны лагеря. Как увидишь её – действуй.

– Я понял, – оживился Мул. – А…

– А теперь у меня ещё кое-что для тебя есть. Присядь, – предложил Спаржа.

– Но…

– Но? – каким-то стальным, совсем другим голосом переспросил Спаржа.

– Да, господин, – поникшим голосом согласился Мул.

Заскрипели стулья, и Тайлер понял, что это его шанс. Шанс увидеть предателя и заодно пройти через это препятствие в виде приоткрытой двери.

Юноша скользнул вперёд, стрельнув зорким голубым глазом в дверной проём.

К сожалению, единственное, что он увидел, помимо тёмно-красного ковра, тёмного деревянного стола и тёмной спинки стула – это левую руку предателя, на которой красовался тонкий белёсый шрам.


Глава 25: Силдония


Открыв глаза, Ли села, стараясь сфокусировать зрение.

Камень оказался не камнем, а покрытым пылью сугробом, но столкновение всё равно прошло отнюдь не мягко. Вагончик перевернулся, напрочь вылетев с путей, и теперь, если им вздумается идти обратно тем же путём, придётся попотеть.

– И это ты называешь короткой дорогой?! – закричал Африк, давая понять, что с ним всё в порядке. – Да мы чуть не сдохли!

– Не сдохли же, – пожала плечами девушка. – Не суетись. Зато мы в Силдонии.

– Это да, – немного поостыл гном, осматривая пустую подстанцию.

Большинство перронов были запечатаны, часть путей обвалено на подъезде к залу. На пустой светло-серой стене подстанции красовались лишь два огромных нарисованных герба: белый треугольник дворфов и перекрещенные кирки гномов. Но сколько бы серобородый разведчик ни искал входа в подземелье – он его не видел.

– И куда дальше? – наконец спросил гном.

Ли улыбнулась.

– Тебе понравится.

Приняв вертикальное положение и отряхнувшись, гномиха приказала Африку собрать их манатки, а сама направилась к самому центру огромной серой платформы.

– Ты моя сладкая, – обрадовалась девушка, глядя на что-то в полу.

– Что это? Лаз? – спросил подошедший к ней гном. Он уже успел найти их рюкзаки, удачно пережившие аварию.

– Это, – вальяжно протянула Ли, опускаясь на колени, – наш путь в подгорье.

Она спокойно выдернула слегка примёрзшую решётку от пола, поблагодарив в сердцах забывчивость рабочих, которые так и не заварили единственный путь к технической зоне подстанции по эту сторону от входа.

– Похоже на наши пути под Мирдой, – ухмыльнулся разведчик.

– Есть такое, – согласилась Ли, и они быстро спустились в ход, закрыв за собой выход решёткой.

Сколько бы Африк ни ворчал на свою спутницу, он при этом прекрасно осознавал тот простой факт, что без неё он бы в Силдонию ни за что не проник. Сейчас царство гномов охранялось намного бдительнее, чем в старые добрые времена, когда он ещё хаживал в эту обитель пыли, камней и неприветливых рож своего собрата. А Ли, как оказалось, имела на руках разные документы и пропуска, знала многих стражей, старших рудокопов, инженеров, ремонтников и разные потайные ходы. И каждый раз, когда бывалому гному-разведчику оставалось лишь чесать голову, глядя на тупик, Ли внезапно ухмылялась и открывала какой-нибудь люк или потайную дверь, снова и снова выручая их из всяких неловких ситуаций. Такие дела.

Шли дни, и они всё ближе и ближе приближались к столице подгорного царства, славной Силдонии, родине любознательных гномов. И несмотря на то, что всё шло максимально гладко, Африк загривком чувствовал неприятности. За годы, проведённые на передовой сопротивления, вы либо вырабатывали непревзойдённую интуицию, либо быстро погибали. И его интуиция кричала об опасности с того самого момента, как они вошли в царство без солнца.

– Нахлынули воспоминания? – глядя на то, как Африк разглядывает окрестности столицы, спросила гномиха.

Они уже много часов ехали на специальном паровом поезде, соединяющим столицу с окрестностями Силдонии, и практически не разговаривали.

– Да здесь ничего не изменилось, – пожал плечами гном. – Грязь, пыль, все эти постные рожи. Камни, вагончики, рельсы, пар, пар, ещё пар.

– Ну, в прошлом году построили новую шахту, а три года назад появился новый уровень. Маленький ещё, правда, – рассказала девушка, будто решив этим выгородить столицу.

– Силдония никогда не была мне домом, – вдруг сказал Африк. – Поэтому я всегда чувствую себя немного неуютно, приезжая сюда.

– По тебе видно, – ухмыльнулась Ли. – Чтобы гном так не любил тележки и рельсы, ха!

Африк улыбнулся.

– Надо поспать, – бросил он, прервав затянувшееся молчание.

– Мы приедем через пару часов, – прикинула Ли. – Поспи, если хочешь. К инженеру я предлагаю пойти утром, так что…

– А сейчас вечер или ночь? – машинально посмотрел вверх разведчик, увидев там лишь скалистый свод.

– Так плохо ориентируешься во времени? – решила поддеть друга гномиха.

– Ага, – слишком устав, чтобы спорить, просто признался гном.

– Поздний вечер, – серьёзно ответила девушка. – Приедем уже к ночи. Не думаю, что будить Дори среди ночи – хорошая идея.

– Да, ты права, – согласился Африк и вырубился, едва коснувшись головой рюкзака.

Ли глубоко вздохнула, улыбнулась и уставилась в окно.

Клубы пара, закрывающие половину города; крики и ругань рабочих; звонкие перестукивания молотков и кирок. Работа в столице гномов не прекращалась даже ночью. Чтож, тем проще им будет проскочить к её тайнику.

***

Африк плохо помнил, как они попали в одно из местных общежитий, но был рад возможности привести себя в порядок и перекусить. Конечно, комнатушка выглядела довольно просто: встроенный в стену шкаф; грубая кровать, представляющая собой широкую деревянную скамью на каменном возвышении; обычный кедровый стол, стул, да тумба, слегка перекошенная на один бок; но от неё веяло домом, теплом, безопасностью, а это многого стоило для тех, кто жил в вечных странствиях.

– Не знал, что у тебя здесь даже комната своя имеется, – закончив с утренними ритуалами и позавтракав, решил зачать разговор гном.

– Не моя, – покачала головой Ли, впихивая в себя бутерброд. – Подруги.

– А она не против?

Девушка на мгновение замерла, взгляд её на миг остекленел, но затем челюсти продолжили перемалывать хлеб с сыром.

– Нет, – ответила Ли и Африк обматерил себя всеми известными ему бранными словами за то, что снова полез к ней в душу. Ну кто его за язык тянул, а?

– Что дальше? – решил он сменить тему, как можно быстрее.

– Пойдём к Дори, – пожала плечами девушка.

– Вот так просто? – задрал брови гном.

– У меня есть пропуск, – спокойно ответила гномиха.

– А…

– А тебе он не понадобится, – остановила его жестом Ли. – Я уже всё узнала, пока ты дрых. Сегодня в охране мои знакомые, Дори меня знает, всё будет в порядке. Главное не попадаться имперской страже, но они не знают нас в лицо и не ждут гостей, так что…

– Проблем быть не должно, – закончил за неё Африк, и она кивнула, соглашаясь.

Старый разведчик бывал в столице, но только на окраинах и на нижних ярусах, где обитают работяги и нищие. Столбы пыли, клубы пара, адская жара, голод, грязь – вот краткий перечень того, что он мог припомнить о тех временах. Верхние ярусы отдела проектирования, мастерских для высших инженеров и светогонов (инженеров, создающих световые пушки для дворфов), были чем-то совершенно иным. Свежий воздух (насколько в подземелье вообще может быть возможен свежий воздух), чистота, белые халаты, пухлые сосредоточенные лица. Африк подозревал, что здесь вообще не слышали ни о каком голоде. Он бы не удивился, если бы узнал, что никто из жителей верхнего яруса никогда в жизни даже не бывал внизу, в так называемом пылевом квартале. Иначе, возможно, они бы по-другому взглянули на жизнь. А может он просто слишком хорошего мнения о своём брате. Всё может быть.

Поднимаясь всё выше и выше они дважды, практически не останавливаясь, преодолели посты охраны. Оба раза их даже не досматривали. Девушка знала всех поимённо, интересовалась: «как там поживает твоя молодая жёнушка, а, Гред?» или «а Мика уже пошёл в школу?», охранники же, в свою очередь, спрашивали: как у неё дела, не вышла ли она замуж и всё в таком духе. На Африка никто даже не взглянул, что его полностью устраивало.

А самым прекрасным было то, что за всё время их подъёма, они и в глаза не видели имперских.

– Пришли, – бросила Ли, остановившись у неприметной дверцы без охраны.

– Здесь? – удивился гном. Всё же они шли к главному инженеру Силдонии, и он ожидал явно большего. Много охраны и, как минимум, кабинет размером с целый этаж.

– Дори минималист и терпеть не может роскошь, – улыбнулась Ли. – Он тебе понравится.

Тук-тук.

– Да-да? – послышалось из-за двери, и они вошли.

Небольшая бело-серая комнатка без окон напоминала кабинет рядового служащего, занимающегося работой с документами. Длинный белый стол, без излишеств; обычный деревянный стул с высокой спинкой; два серо-белых шкафа по бокам, заставленные книгами, журналами и прочей макулатурой; ещё один серый стол поменьше у самого входа, слева от них, на котором лежали какие-то мелкие детальки с прикреплёнными к ним ярлыками, испещрёнными рунами. Правда, вместо документов, на столе Дори громоздились чертежи, чертежи, карандаши, ещё чертежи и… чертежи.

– Ли! Рад тебя видеть, – поднимаясь из-за стола, воскликнул белобородый дородный гном, с блестящей макушкой. Одет он был в тот же белый наряд, что Африк приметил у многих обитателей верхнего яруса.

– Здравствуй, Дори, – скромно улыбнулась девушка, проходя дальше в помещение.

– Акли предупредил, что ты придёшь, – сложил руки вместе гном, – так что я отменил все встречи на сегодня. Не часто ты меня навещаешь.

– И ты прекрасно знаешь почему, – закусила губу Ли.

– Конечно-конечно, – указывая на маленькую скамейку у стены, которую Африк до того и не заметил, сказал Дори. – Вы присаживайтесь. Представишь меня?

– Да, прости, это Африк, Африк, это Дори.

Два гнома пожали друг другу руки.

– Рад знакомству, – просиял старик. – Друзья Ли – мои друзья.

– Спасибо, – ответствовал гном. – Рад с вами познакомиться.

– Так что же вас привело? – перешёл сразу к делу инженер. – Я так понимаю, времени у вас не так много?

– Как обычно, – улыбнулась ему Ли.

– Ну так?

Африк посмотрел на Ли, девушка кивнула:

– Ты можешь говорить с ним свободно. Он свой.

– Хорошо, – кивнул Африк. – Недавно наш друг погиб, пытаясь узнать, что генералы хранят в закрытой части дворца императора. Меня отправили сюда, в Силдонию, чтобы отсюда узнать, что прячут генералы. Это, если кратко.

– Хм, – нахмурился старик. – Если честно, я понятия не имею, о чём вы говорите.

– Но я думала, что ничто в Силдонии не проходит без твоего ведома, – удивилась гномиха.

– Не совсем, – скривился Дори, устало оперевшись о стол. – Несколько месяцев назад в наших закрытых мастерских, в бездне, начали твориться какие-то странные дела. Пришла имперская стража, всё оцепили, моих лучших работяг и инженеров взяли под стражу и заставили работать над каким-то контрактом. Меня даже в курс дела не ввели. Дали лишь отписку от генерала Граина, мол, не препятствовать, если потребуется – выполнять все просьбы. Насколько мне известно, контракт они выполнили почти два месяца назад, а то, что они сделали – уже увезли из Силдонии. Но работяг и инженеров продолжают держать под стражей. На мой вопрос «почему» пришла ещё одна отписка, мол, будет второй контракт, их держат под присмотром во избежание утечки информации, всё под грифом «совершенно секретно», всех отпустят после второго контракта и достойно поощрят.

– Ножом в спину, – фыркнула Ли. – Знаем мы их благодарность.

– Я вот тоже за них переживаю, но сделать ничего не могу, – пожаловался инженер. – Если я попробую что-нибудь сделать…

– Я понимаю, – успокоила его девушка, положив руку старику на предплечье.

– А где их держат? – спросил Африк, которого не устраивала скудность полученной информации.

– В бездне, – неопределённо махнул рукой Дори. – Это секретный ярус, сразу за городом, вниз по штольне.

– Но там же ничего… ладно, понял-принял, – раздражённо помассировал переносицу гном.

– Я знаю, где эта штольня, – повернувшись к разведчику, сказала Ли. – И где, примерно, находятся закрытые мастерские тоже знаю.

– Я могу дать вам карту, – предложил инженер.

– Нет, – покачал головой Африк. – Если нас поймают, они сразу поймут, откуда у нас карта. Мы запомним.

Следующие два часа они обсуждали лазейки, через которые можно было пробраться в закрытые мастерские тайного яруса, изучали карты и пили чай.

– Только не забывайте, что кроме всего этого, там ещё и имперская стража, – напомнил Дори, убирая карты обратно на полки.

– Забудешь про них, – пробурчал Африк.

– Весёлое намечается путешествие, – ухмыльнулась девушка, подмигнув серобородому гному.

– Вы только берегите себя, – как-то грустно обронил старик.

– Всё будет хорошо, Дори, – обняла его Ли, и они окончательно распрощались.


Глава 26: Подстава


– Будешь? Остынет же, – жуя нечто отдалённо напоминающее мясную сосиску, завёрнутую в тесто, бодро спросил Хамим.

– Пожалуй, воздержусь, – брезгливо осматривая неизвестное, ответствовал Хин.

Как и обещал рыцарь, в столицу они проникли без каких-либо проблем и происшествий. Да, за ними, конечно же, послали погоню, но герои оставили ищеек в лесу, блуждать кругами, спокойно ретировавшись на юго-восточную сторону Хуорна, где располагалось поселение дубильщиков, в котором и жил должник Хамима, некий торговец по имени Аким. Аким больше напоминал дворфа, нежели сварта: его брюхо могло бы поконкурировать с мамоном пекаря из Айлангарда, а его говору и странному недоверчивому прищуру позавидовал бы самый алчный дворф, да и эльфов ростом ниже Акима Хинамону видеть ещё не случалось. Но, как бы сварт не выглядел, слово своё он сдержал и спустя каких-то несколько часов друзья уже находились в столице, одетые в бело-красные одежды местной торговой гильдии.

– Ну и зря, – пожал плечами рыцарь, откусывая от странной сосиски очередной кусок.

– Слушай, а ты уверен, что всё получится? – задал бессмысленный вопрос разведчик.

– Неа, – спокойно ответил Хамим. – Но, если у тебя есть план получше, я готов его выслушать.

Плана получше у Хинамона, конечно же, не было.

Хамим предложил поймать парочку слуг из приближённых короля Вамхарона и, переодевшись ими, пройти в королевский шатёр. Да, вы не ослышались. Нынешний король Хуорна предпочитал чёрному дворцу пурпурный шатёр, поставленный в центре столицы, на небольшом холме, вокруг которого простирался прекрасный парк, созданный руками лучших друидов и садоводов великого леса. Конечно, с одной стороны, в шатёр было проще попасть, нежели в замок. С другой же стороны, в шатре негде было прятаться. Да и слуг на обслуживание шатра требовалось не так много, так что двух незнакомых новеньких обнаружат практически моментально. Дилемма.

Внезапно Хинамон услышал что-то знакомое и прислушался к двум местным, живо обсуждающим нечто интересное.

– И ты в это веришь? – спросил один. – Говорю тебе, не существует её.

– Это они хотят, чтобы ты так думал, – чуть понизив голос, ответил второй. – Она существует.

– И кто тебе такое сказал? – протянул первый.

– Да все об этом говорят, а слухи не рождаются на ровном месте, – многозначительно поведал второй.

– Ага-да, – ухмыльнулся первый. – Я вот слышал, что на лугах, в срединных землях, лошади с рогами обитают. И рог этот не просто рог, а волшебный. Махнёт им лошадь и любая дева тут же девственницей станет.

– Хватит врать, – насупился второй.

– Не веришь? Дак её ж многие видели…

– Не хочешь верить – не верь, – отрезал второй. – Да вот только существует она и всё тут.

– Да даже если и так, что с того? Нам-то с этого какой прок, с твоей…

– Хин? – прервал подслушивание Хамим, заставив разведчика невольно содрогнуться. – Идём.

– Ты…

– Только что двое слуг отправились на рынок за продуктами. Это наш шанс.

– Да, идём, – недовольно скривившись и оглядываясь на болтающих местных, ответил разведчик.

Хамим взял с одного из прилавков, мимо которых они проходили, яблоко.

– Будешь? – предложил он другу.

– Может хватит есть? – нахмурился Хинамон.

– Да ладно тебе, – отмахнулся рыцарь, откусывая сочный кусок. – Вкушнятина, тошно не буишь?

– Нет, – стараясь не гаркать, ответствовал разведчик.

– Как хош, – пожал плечами Хамим.

Ходить за слугами пришлось довольно долго. Народу на рынке хватало с излишком, а вот с укромными местами обстояло негусто. Но случай всё же улыбнулся парочке героев, и они им воспользовались. Едва двое слуг императора отошли к дальним скамейкам, расположенным прямо среди живописных курчавых кустов, дабы отдохнуть перед возвращением в шатёр – Хинамон и Хамим тут же выросли за их спинами, будто чудища из самых страшных кошмаров. Слуги даже понять ничего не успели; магия Хамима вырубила их молниеносно.

– И долго они пробудут в отрубе? – поинтересовался разведчик.

– Времени нам хватит с лихвой, – загадочно улыбнулся в ответ рыцарь.

Раздев слуг и напялив на себя их шмотки, парочка свартов вышла из кустов, таща на себе все купленные бедолагами овощи и фрукты. В шатре ждали слуг с рынка и отсутствие провизии тут же вызвало бы вопросы. А так, оставалось лишь полагаться на то, что на их лица не будут обращать особого внимания. Кто вообще обращает внимание на слуг?

– У меня очень плохое предчувствие, – признался Хин, уже на подходе к шатру.

Пурпурный шатёр возвышался над всей округой, занимая чуть ли не весь центральный холм. Такую громаду и шатром-то обозвать язык не поворачивался. Настоящий дворец, только из брезента и прутьев.

На входе, с суровыми хмурыми лицами, стояли два тяжеловооружённых стражника с эмблемами личной гвардии короля на груди (белая голова быка на чёрном поле их одеяния). Руки бойцов покоились на эфесах длинных мечей, а красные глаза блуждали по округе.

– Всё будет нормально, – попытался успокоить его друг, но едва взглянув на стражей и сам немного усомнился в удачности своей затеи.

К удивлению друзей, стража шатра не обратила на них никакого внимания. Они спокойно прошли на кухню и, скинув все купленные их предшественниками продукты, спокойно ретировались куда глаза глядят.

– Как-то это слишком просто, – начал волноваться разведчик.

– А ты чего ждал? Всё идёт, как по маслу, – прошептал рыцарь, расплываясь в счастливой улыбке.

– И где…

– Там, – указал Хамим, оборвав Хина. – Я бывал здесь один раз.

Они прошли по коридору и основному залу, смиренно склонив головы и сомкнув руки на уровне живота, как делали все местные слуги. Прошли через два поста охраны – стражники даже взгляда беглого на них не бросили – и вышли к дальней части шатра, где и почивал обычно король Вамхарон. Всё здесь было занавешено пурпурными и фиолетовыми занавесками, и выглядело… как-то странно. Чего-то здесь явно не доставало. И как-то совсем уж просто они сюда попали.

– Хамим, а где охрана? – спросил Хин, поняв наконец, что было не так.

– Вон там, – указал куда-то в сторону пальцем рыцарь.

Разведчик обернулся лишь для того, чтобы увидеть распростёршихся на полу двух стражников, под которыми уже успела собраться целая лужа крови.

– Кажется нас подставили, – буркнул Хамим.

– Уходим, – бросил Хин и, резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, уткнулся в ощерившиеся прямо перед его лицом копья.

Занавески по бокам от героев опали на пол и оттуда на них уставились несколько взведённых арбалетов.

Тут в спину Хинамона, прямо между лопаток, упёрлось что-то острое и он машинально поднял руки вверх. Кем бы ни был владелец меча, но опытный разведчик даже не почувствовал его присутствия.

– Вот вы и попались, – прозвучал из-за спины лоснящийся голос неизвестного.


Глава 27: Шаг за шагом


Шрам. Тонкий, слегка закруглённый, белёсый шрам. Не самая лучшая зацепка, но, если ему удастся найти повстанцев, отыскать среди них предателя будет уже не так сложно. Главное – успеть их предупредить. Иначе это его знание и гроша ломанного стоить не будет.

Предатель говорил, что они будут атаковать лагерь вайраков, на севере от города. Тайлер не знал, где именно находится этот самый лагерь, но имел примерное представление о равнинах и полях к северу от столицы. Если они встали неподалёку, то, скорее всего, их лагерь находится сразу за ярморочным полем, у Кичи. Бегом можно за час добраться. Вот только…

Вот только оставалось сбежать из замка, как-то выбраться из внутреннего кольца, а затем ещё покинуть город. Всего-то делов.

Впереди замаячила лестница, ведущая вниз, на второй и первый этажи. Серые, грубо вытесанные ступени заходили в спиральный вираж, не давая даже шанца на какой-либо обзор.

Сглотнув и тяжело выдохнув, Тайлер ступил на первую ступеньку.

Снизу послышался звук шагов, чьи-то каблуки вальяжно отбивали размеренный ритм, ковыляя в сторону Тайлера, то есть, наверх, ступенька за ступенькой.

Мальчик попятился назад и тут же услышал, что где-то позади него открывается одна из многочисленных дверей этого бесконечного коридора.

– А ты что здесь забыл? – послышалось со стороны лестницы.

– Простите, мне приказали убрать комнату номер тридцать три.

– В это время? Тебя что, не учили распорядку?

– Простите…

– Убирайся с глаз моих…

Послышались быстрые удаляющиеся шажочки; чей-то басовитый бубнёж, звучащий всё дальше и дальше; затем скрипнула дверь и всё стихло.

Тайлер осторожно высунулся из большой полой вазы, стоящей с левой стороны от лестницы. Он понятия не имел, что она здесь делала, но сегодня она спасла ему жизнь.

Выбравшись из вазы, юноша ещё раз оглядел коридор, внимательно прислуживаясь к любым шорохам, и быстрыми бесшумными шажками начал спуск вниз.

Прикинуться слугой. Это могло бы сработать, имей он хотя бы один хвост или что-то на него похожее. Или ушки. Без этих стандартных для любого арденита атрибутов его разоблачат в мгновение ока. Ведь всем в Айлангарде известно, что людям вход во внутреннее кольцо закрыт.

До самого первого этажа Тайлер не встретил ни души.

Длинные деревянные скамейки у стен; несколько добротных изящных стульев со спинками; многочисленные горшки с цветами самых разных форм и расцветок; пара небольших круглых столов; парочка картин на стенах, с изображением каких-то батальных сцен; голова кабана и оленя под самым потолком; какие-то нитки с шариками, развешанные то тут, то там.

Первый этаж также оказался совершенно пуст. Лишь в отдалении, за перегородками и дверьми, слышалась возня слуг, поваров и кладовщиков.

До входной двери оставалось рукой подать.

Шаг, второй, третий…

Внезапно из-за угла кто-то выскочил, налетев прямо на Тайлера.

Юноша, перепугавшись, вскрикнул, сев на пол.

– Чтоб тебя, – выругался юноша, унимая дрожь в коленках.

– Мяу, – ответила ему толстая чёрная кошка и скрылась под столом.

Испугавшись, что мог привлечь своим вскриком внимание, а также, не желая больше тратить время зря, Тайлер одним рывком покинул помещение, выскочив за дверь.

Клонящийся к закату день встретил юношу прохладным ветерком и свежим чистым воздухом.

Ему удалось! Он смог выбраться из замка. Теперь оставалось придумать, как выбраться из внутреннего кольца. Конечно, у него была кое-какая идейка… ему даже думать об этом было противно, но, вряд ли он сможет придумать нечто лучшее в столь сжатые сроки. Придётся рисковать.

И в этот самый момент, максимально праздничный и неподходящий, ему на плечо упала чья-то тяжёлая рука.


Глава 28: Полная боевая готовность


Ричард оглядел собравшихся в убежище.

Сегодня пришли далеко не все. Только мужчины. И только те, кому Стивенсон мог доверять. Все в новой чёрной форме, подаренной им северянами. Все хмурые и неразговорчивые.

На плечо упала тяжёлая лапа Пита.

– Всё в порядке? – спросил здоровяк.

– Да, просто немного волнуюсь, – признался лидер, мимолётно улыбнувшись.

– Возьми себя в руки, Рич, – сказал Рафф, кивая в сторону переминавшихся с ноги на ногу повстанцев. – Они равняются на тебя. Если уж ты будешь волноваться, то они и подавно.

– Да, ты прав, – кивнул Стивенсон. – И где только Глена носит? Нам уже пора выдвигаться.

– Понятия не имею, – нахмурился Молот. – Надеюсь, с ним ничего не случилось.

– Да уж… эй, народ! – крикнул он остальным. – Все готовы? Давайте ещё раз всё повторим…

***

Питер скривился, в очередной раз поведя плечами. Новая форма оказалось слегка тесновата, но лидер категорически запретил идти на задание в гражданском.

Лидер. И как так вышло, что именно Ричард стал лидером? Почему именно его все признали? Особенно этот Глен. Бывший специальный агент. Бывший ли? Не готовит ли он им какую-нибудь пакость? И не поэтому ли он запаздывает?

Рафф бросил беглый взгляд на Стивенсона.

Чёрное ему абсолютно не шло. Это факт. Но то, как он заряжает остальных… ведь вот, ещё какую-то минуту назад все были на взводе, дрожали и казалось, что никто никуда идти уже и не хочет, как вдруг бац и все уже улыбаются, гордо задрав подбородки, готовые ринуться в бой прямо сейчас. И как только ему удаётся проворачивать такое? Этого Пит никогда не понимал. У него Стивенсон вызывал лишь лёгкое раздражение. Но, лидер есть лидер, и деваться уже некуда. Теперь оставалось лишь идти вперёд.


***

– Ну наконец-то, – обронил кто-то и Ричард тут же повернулся в сторону выхода.

В убежище вошёл Глен Хорн, уже одетый в чёрную штурмовую форму.

– Ну и где тебя носит? – больше для проформы наехал на него Стивенсон. Лидер был многим обязан Шраму и прекрасно понимал, что раз тот задержался, значит причина на то была.

– Нужно было доделать кое-какие дела, – глядя прямо в глаза Ричарду, ответил Глен.

– И какие же это дела тебя задержали прямо перед нашим выходом на задание? – встрял в разговор Пит, скрестив огромные лапища на своей необъятной груди.

– Тебя это не касается, – даже не посмотрев в сторону Молота, бросил Хорн.

– Ах не касается, – тихо обронил Рафф, но так, что в помещении даже будто потемнело.

– Ребят, Пит, хватит, – встал между замами Стивенсон. – Если Глен говорит, что у него были дела…

– Вот только что у него за дела вечно, о которых он даже нам не рассказывает? – не остывал здоровяк. – Не хочешь с нами поделиться, Хорн?

– Только не с любителем подглядывать за другими, – ехидно ухмыльнулся Шрам.

Молот напрягся; его лицо молниеносно потемнело, а на руках набухли огромные толстые вены. Ричард никогда не видел своего друга таким. И сейчас он абсолютно не знал, что делать. Казалось, что драки уже было не избежать, но тут в убежище вошла Анна. Девушке даже делать ничего не пришлось. Она прошло вошла и, облокотившись о входную дверь, деловито прочистила горло: «кхм-кхм». Питер моментально успокоился, отведя глаза в сторону. Глену тоже будто бы стало не по себе: бывалый солдат как-то потупился, засунул руки в карманы, отошёл в сторону. Ричард облегчённо выдохнул, благодарно улыбнувшись своей спасительнице. Анна недвусмысленно подмигнула лидеру.

– Ну и что вы здесь устроили? – бросила она вдогонку. – Пит, неужели ты и вправду подозреваешь Хорна в предательстве?

– Нет, что ты, конечно нет, – залепетал он, боясь даже взглянуть в сторону Анны.

– А ты, Глен? Взрослый мужик и так себя ведёшь, – покачала она головой, брезгливо скривившись.

Хорн нахмурился, отвёл взгляд.

– Парни просто нервничают перед заданием, – решил разрядить атмосферу Стивенсон. – Мы все немного на взводе.

– Вы уже должны были выступить, – бросила она. – А вместо этого устраиваете тут междусобойчики.

– Анна…

– Что Анна? – теперь она набросилась на Рича. – Я пришла вас проводить. А вы…

– А мы как раз собирались выступать, да, Пит? – бросил Глен.

– Да, конечно, Хорн, – ответил Рафф, будто и не собирался убить своего товарища какую-то минуту назад.

– Да, точно, ага, – загалдели все остальные.

– На выход! – скомандовал Ричард и отряд устремился прочь из убежища.

– Я буду ждать тебя, – шепнула ему на ухо Анна, когда Стивенсон проходил мимо неё, и эти слова ещё долго отражались эхом в его голове.


Глава 29: Штольня


– А мы не могли поехать на подъёмнике каком? – пытался отдышаться Африк, сжимая и разжимая ноющие пальцы.

– Чтобы сразу оповестить всех и не мучиться? – ухмыльнулась Ли.

Нужно было отдать ей должное. Несмотря на все эти бесконечные карабканья по тросам, лестницам и стенам, девушка даже не вспотела.

– Староват я для всего этого, – буркнул он.

– Так и дал бы дорогу молодым, – поддела его девушка.

– Ага, щас, – тут же посерьёзнел гном.

– Ладно, давай дальше…

Штольня казалась чем-то бесконечным, бездонным, вечным. Они спускались метр за метром, но не видели даже намёка на конец пути.

– Мы так полжизни будем спускаться, – упал на пятую точку Африк, когда они достигли достаточно ровной площадки, чтобы можно было в очередной раз передохнуть.

– Уже устал? – упёрла руки в бока гномиха.

– Отстань, – отмахнулся гном. – Эти мастерские там точно есть? Я слышал, что эта штольня уходит в самые недра земли и те, кто туда спускался…

– Больше не возвращались обратно, – передразнила его Ли. – А я слышала, что в пылевом квартале не знают, что такое вода, а черви считаются деликатесом.

– Ну, с водой, конечно, перебор, а…

– Ну тебя, – не сдержалась девушка и рассмеялась.

– Слышишь? – встрепенулся вдруг Африк.

– Опять твой желудок? – подколола его Ли.

– Нет, я серьёзно, – приложив ухо к полу, сказал разведчик. – Что это за…

– Вентиляция, – упав рядом с гномом, через пару секунд ответила девушка. – Совсем скоро мы пройдём через главную воздушную магистраль подземелья. Её называют – узел.

– Впервые слышу, – нахмурился седобородый гном.

– В подгорье очень много секретных объектов, – пожала она плечами. – Даже я многого не знаю.

Посидев немного в молчании, слушая гул воздушных потоков и думая о своём, парочка решила продолжать путь. До закрытых мастерских было ещё далеко.

Метр за метром они спускались всё глубже и глубже в штольню, постепенно приближаясь к узлу. Воздушные потоки ревели всё громче, заставляя друзей временами переходить на крик, чтобы расслышать друг друга. Здесь площадки стали уже и их стало больше. Появились разнообразные мостики, переходы и ограждения. Труб и вентиляций стало намного больше и, в отличие от верхних уровней штольни, здесь в них присутствовали разные вентильки да рычажки. Пейзаж из грубого тёмного и необжитого стал более плавным, чистым. Всё это указывало на то, что на магистрали часто работали гномы. Сейчас же, к счастью для разведчиков, узел был абсолютно пуст.

– Рабочая зона? – кивнув вниз, на сложное переплетение переходов и мостиков, спросил Африк.

– Да, – прокричала в ответ Ли. – Но сейчас, насколько я знаю, сюда приходят только в случаях поломки. Нам бояться нечего.

Серобородый гном удовлетворённо кивнул и продолжил спускаться дальше.

На узле решили не задерживаться. Гул от главной магистрали, расположенной чуть ниже, сводил с ума, а окружающая обстановка давила, будто вот-вот из-за угла выйдет колонна стражей по их душу или ещё чего в этом духе. Как всегда и бывает, будучи разведчиком привыкаешь к тёмным, грязным и заброшенным местам, предпочитая им всё остальное.

Главную магистраль пришлось миновать с забитыми ватой ушами. Свистящий рёв воздуха здесь был настолько силён, что рвал барабанные перепонки в клочья. И это всё с учётом того, что воздух шёл через огромную трубу! Африк даже представлять себе не хотел, что бы с ним стало, попади он в такой поток. Вся штольня вибрировала от этого бешенного потока и даже несколько минут спустя, когда они остановились отдохнуть на широкой площадке под главной магистралью, он всё ещё ощущал в руках дрожь.

– Всё нормально? – глядя на побелевшего гнома, спросила девушка.

– Угум, – пытаясь унять дрожь в руках, ответствовал разведчик.

– Узел – страшное место, – сказала она, глядя вверх. – Когда здесь происходят аварии, гномы буквально жизнью рискуют, чтобы привести всё в порядок.

– А что будет, если узел когда-нибудь взорвётся? – спросил Африк.

– Как минимум не будет больше штольни, закрытых мастерских и всего того, с чем она соединена, – серьёзно ответила Ли. – Это будет катастрофа.

Наступило молчание. Каждый из них задумался о своём, но на самом деле оба представляли одно и тоже. Как одна авария могла бы стереть всю Силдонию с карт севера.

Немного отдохнув, Африк предложил продолжить спуск.

– Не смогу нормально отдохнуть, пока слышу этот рёв, – объяснился он.

– Понимаю, – закивала Ли, полностью поддерживая друга.

Но едва гул воздушной магистрали узла начал стихать где-то вверху, чуть ниже послышались новые гудяще-дребезжащие звуки.

– Только не говори мне, что там ещё одна магистраль, – с ужасом взглянул на гномиху разведчик.

– Нет, – улыбнулась она. – Обычные вентиляционные шахты.

Она спрыгнула на один из широких выступов, раскиданных по всей штольне, и указала куда-то вниз.

– Видишь?

Серобородый гном подошёл к ней, уставившись в указанном направлении. Там, всего в нескольких десятках метрах ниже по штольне, в стенах шахты зияли огромные чёрные квадратные дыры.

– И это обычные вентиляционные шахты? – еле выговорил гном. – Да там целые пещеры!

– И парочку таких нам придётся преодолеть, – обронила она, ухмыляясь.

– И как же мы это сделаем? – упёр руки в бока Африк.

– Эти шахты сбрасывают излишек воздуха с магистралей, регулируют давление и поставляют в штольню кислород, – пояснила Ли. – Они не работают постоянно. Мы просто проскочим, когда они будут выключены и всё. – Она развела руки в стороны, показывая этим, что всё пройдёт просто и гладко.

– Не нравится мне это всё, – пробурчал разведчик, но всё же продолжил спуск.

Внутри вентиляционных шахт находились самые обычные воздушные винты – хоть и огромных размеров – так что ревели они не так громко, как узел; больше дребезжали.

Африк и Ли дождались, когда лопасти в очередной раз остановятся, и начали быстро спускаться, чтобы успеть проскочить.

Серобородый разведчик шёл сразу за девушкой, стараясь ступать туда же, куда и она, не теряя темпа. Ему не нравились все эти шахты и лопасти, и он откровенно боялся, что его засосёт внутрь одной из таких шахт.

Внезапно в шахте под ним, последней из тех, которые им нужно было успеть преодолеть, что-то проскрежетало и огромный железный винт начал медленно набирать обороты.

– Поспешим! – крикнула ему Ли. – Мы успеем проскочить, пока он раскручивается.

Сердце Африка гулко забилось, в ушах наросла вата, а на спине проступил холодный пот.

Ему стало страшно.

Он не боялся схватки с диким зверем, не боялся попасть под обстрел саархил, не боялся идти в огонь и вводу. Но он всегда недолюбливал подземелья, а в особенности такие вот шахты с винтами, лопастями и скрежетом.

Колени серобородого гнома задрожали, он оступился и, ободрав рукав и руку, повис на одной из многочисленных торчащих из стены железяк.

По руке, куда-то внутрь рукава, пробежала тёплая струйка крови.

– !!! – выругался разведчик, на старо-гномском.

– Что случилось? Африк! – закричала снизу Ли. – Спускайся быстрее!

Винт начинал набирать обороты, размахивая лопастями всё быстрее и быстрее. Гном уже начинал чувствовать поток воздуха, медленно затягивающий его в тёмную шахту.

Приняв устойчивое положение и окончательно разорвав рукав, Африк хотел уже было продолжить спуск, но что-то дёрнуло его обратно наверх, и он только сейчас заметил, что, падая – когда оступился – зацепился ремнём за какую-то тонкую трубу.

– Африк! Скорее! – кричала снизу рыжая гномиха, но он и так знал, что нужно спешить.

– Не мешай! – бросил он ей, дрожащими руками пытаясь отстегнуть ремень.

Винт разошёлся ни на шутку; гул в шахте нарастал, а старый гном висел на трубе, не в силах освободиться.

Он уже хотел было взять кинжал и разрезать ремень, несмотря на все последующие за этим неудобства, но тут труба, на которой он висел, издала долгий протяжный стон и начала гнуться в сторону шахты, под тяжестью его веса.

Винт уже успел раскрутиться и теперь засасывал гнома внутрь.

Держась за трубу, Африк бросил быстрый взгляд назад.

Огромный двойной винт в конце шахты бешено вращался, обещая страшную, но очень быструю смерть.

Труба, что ещё мгновение назад мешала, стала спасительной соломинкой, не дающей сорваться в тёмную бездну боковой шахты.

Ли что-то кричала внизу, но разведчик её уже не слышал.

Труба накренилась ещё немного и сорвалась с удерживающего её колена, полетев в темноту шахты.

Воздух подхватил гнома и затянул внутрь.

Африк полетел вслед за трубой.


Глава 30: Король


– Вот вы и попались, – прозвучал из-за спины лоснящийся голос неизвестного.

– Мы не убийцы, Вамхарон, – бросил Хамим, глядя Хинамону за спину.

– Неужели это сам Хамим ослепительный (так называли Хамима в насмешку из-за его магии вспышек), рыцарь, разведчик и наследник юго-восточного удела, – вальяжно протянул король. – И что же вы делаете здесь, граф, да ещё и в компании… этого юноши?

– Мы пришли предупредить тебя, – рыцарь перевёл взгляд на трупы на полу.

– С такими мелочами я могу справиться и сам, – надменно бросил король. – Стража…

– Северяне идут, – бросил Хин, не оборачиваясь. Он не видел лица Вамхарона, но его стражники начали переглядываться, явно начиная волноваться.

– Северяне постоянно куда-то идут, – неопределённо ответил король. – Так что…

– Я могу сказать, кто их подослал, – вставил Хамим. – Только выслушай нас, Вамхарон, во имя моей сестры. Прошу тебя.

Наступило долгое молчание, после чего разведчик почувствовал, как острие клинка убралось с его спины. Сварт еле удержался от того, чтобы не вздохнуть с облегчением.

– Гим, Рихон, сторожите вход, остальных отпустите, – приказал Вамхарон, и стражники тут же пропали из шатра. Лишь две спины остались видны у самого выхода.

Хинамон обернулся, тут же встретив тёмно-красный взгляд короля. Статный, высокий, подтянутый, с волевым подбородком и точёными скулами. Вамхарон будто бы был рождён, чтобы править. Разведчик ожидал увидеть в глазах короля ненависть, но не увидел ничего. Вамхарон не воспринимал Хинамона, как угрозу или соперника. Для него разведчик был не более чем мальчишкой.

– Даю вам пять минут, – махнул он рукой. – Не желаю находиться в обществе этих трупов дольше необходимого, – он кивнул на пол.

– Герцог Мифмарилл, – тут же выпалил Хамим. – Он планирует переворот. Он держал нас у барона Шимхани, но нам удалось сбежать.

– Кто ещё с ним в сговоре? – буднично спросил Вамхарон, будто разговор шёл о выборе сорта чая на вечер.

– Не знаю, – покачал головой рыцарь. – Они тщательно это скрывают. Но я полагаю, что вся их компашка.

– Это логично, – чуть склонил голову на бок король.

– Так ты нам веришь? – сузил глаза Хамим.

– Почему нет? – вздёрнул бровку Вамхарон. – Я давно слежу за этим выскочкой. Он всегда был жаден до власти, так что я ожидал чего-то подобного. Это всё, что у вас есть сказать?

Король всем своим видом выказывал нетерпение. Им удалось удовлетворить его любопытство, или, точнее, подтвердить догадку, но не более.

– Есть ещё кое-что, – выступил вперёд Хин.

Вамхарон даже не шелохнулся.

– Северяне и вправду идут, – закончил он.

– И что с того?

– Я только со срединных земель, – начал объяснять разведчик. – Они идут порабощать юг. Я встречался с королём орков, Шагратом, он имеет сведения, что дракониды уже перешли на сторону севера. Если Шардош падёт…

– Мы окажемся в тисках у врага, и наша гибель станет вопросом времени, – спокойно закончил за него Вамхарон. – И я так понимаю, именно Шаграт послал тебя ко мне, с неким предложением, так?

– Да…

– А схватил он тебя при переходе через горы… – спокойно продолжал Вамхарон.

– Да, но…

– Боится проиграть? Хм. Значит, всё настолько плохо… – король задумался, нахмурив лоб, почёсывая подбородок пальцами правой руки. – А другие разведчики не докладывали об этом. Дело рук Мифмарилла?

– Я не знаю, – признался Хин.

– Неужто он на сторону северян перешёл? Плохо… нам только междоусобиц на пороге войны и не хватало. Шаграт просит нас помочь отбить нападение северян, так?

– Да, – кивнул эльф.

– Хорошо, – согласился Вамхарон.

– Что? – хором переспросили Хамим и Хинамон, явно не веря в свою удачу.

– Я сказал, что Хуорн поможет оркам отбить нападение северян, – спокойно ответил король. – Я прекрасно понимаю, что будет, если орки падут под натиском севера. И надеюсь, что Ишгарцы и Наархи тоже это понимают. К тому же, если информация про драконидов правдива, нам может понадобиться помощь орков в будущем. Ха, странные всё-таки времена наступили, – улыбнулся Вамхарон. – Чтобы сварт помогал орку…

Наступила тишина. И что-то было настолько неправильное в ней, гнетущее, тяжёлое, что Хинамон поёжился, бросив беглый взгляд на выход. Он открыл уже было рот, чтобы спросить: «а куда делась стража», но тут увидел, как что-то блеснуло в проходе, а мгновение спустя это что-то молниеносно пролетело мимо него, с такой скоростью, что обожгло ему ухо.

Хинамон обернулся назад.

Вамхарон хватался за разорванное горло, открывая и закрывая рот, будто рыба на суше. Вот он падает на колени, корчит гримасы, булькает и падает в лужу собственной крови.

Спустя миг его уже трясёт за плечо Хамим.

Друг кричит что-то, зовёт за собой, но разведчик всё смотрит на тело короля, не отрывая глаз.

Неужели это конец?

Неужели всё было зря?


Глава 31: Старая добрая Ай


Сердце упало куда-то в район пяток, дыхание остановилось, в коленках что-то дрогнуло.

– Малец, – окликнул его зычный бас. – Не подскажешь, где тут склад?

– А? – не веря своим ушам, обернулся Тайлер.

Перед ним стоял самый обычный тучный бакалейщик в сине-зелёных одеждах, вполне свойственных его профессии. Видно мужчина принял его за местного слугу, несмотря на то, что он всего лишь человек, чтож…

– Склад, – повторил арденит, чуть нагнувшись в его сторону.

– Да, конечно, – улыбнулся Тайлер. – Вон по той лестнице вниз до упора, – указал он пальцем.

– Ой, спасибо, – тут же ощерился в широкой улыбке толстяк, схоронив руки на своём брюхе. – Держи, – кинул он напоследок парню яблоко. Тайлер, недолго думая, откусил кусок, протянув благодарное «ммм», к вящему удовлетворению бакалейщика.

Когда торговец скрылся в тёмном провале подвала, Тайлер развернулся и дал дёру, пока его не приметил кто-либо ещё.

– Ну и вонь, – скривился Тайлер, глядя на тёмную поверхность воды в реке.

Река Ай была самой знаменитой рекой во всём Айлангарде, да и во всех речных землях Айлант. Ведь именно она дала название городу и этим самым землям. А ещё она питала город питьевой водой на входе в него, а жители питали речку на выходе из города, если вы понимаете о чём я. Местные дети называли Ай не иначе как речка-говнотечка, но взрослым это название не нравилось. Они предпочитали звать реку «Великий Ай» или «Старый добрый Ай», будто бы по-дружески. Тайлер, который всегда старался опережать время и поступать, как взрослый, тоже начал именовать реку по-взрослому.

Насколько он знал, река – единственный способ покинуть внутреннее кольцо, минуя ворота. К тому же, реку никто не сторожил. Войти в кольцо против течения было невозможно, а кому вздумается покидать кольцо через канализацию?

– Ну что, старый добрый Ай, – шепнул Тайлер. – Не подведи.

И с этими словами он бросился в воду.


Глава 32: Шрам


Безлунное ночное небо чернело огромным океаном мрака над головой, лишь немного даря свет бесчисленной когортой звёзд. Где-то над верхушками чёрных деревьев шумел густой глубокий ветер. Мириады насекомых стрекотали и жужжали наперебой, помогая убийце подойти ближе, оставаясь незамеченным.

Удар, и тело падает замертво, сразу теряясь в черноте высокой травы.

Глен Хорн подал Ричарду знак.

– Последнего дозорного сняли, – шепнул он Питеру, тот молча кивнул.

– Пора и нам за дело браться, – шепнул Рафф.

– Не торопись, – остудил его Стивенсон. – Дай Хорну занять позицию.

Здоровяк повёл плечами, но спорить с лидером не стал.

– Вперёд, – скомандовал Стивенсон спустя пару минут, но практически сразу дал команду «стоп», удивлённо уставившись в сторону чёрной стены деревьев.

Откуда-то из подлеска Шрам вёл к ним мелкого светловолосого паренька. Тот не сопротивлялся, спокойно вышагивая впереди Хорна.

«И когда он успел» – подумал даже лидер, в который раз удивляясь способностям Глена.

– Это ещё что? – шёпотом спросил Ричард, кивая на паренька.

– Думал шпион какой или ещё один дозорный, – хмурясь сказал Хорн, – но… в общем, слушай сам.

Стивенсон перевёл взгляд на парня.

Светлые спутанные волосы пацана были похожи на его собственные, только короче; голубые глаза сияли наивностью и отдавали детством, но почему-то Рич был уверен, что этот мальчуган взрослее, чем кажется на первый взгляд; серо-зелёная одежда, по последней моде, казалась новой – так мог выглядеть сын какого-нибудь удачливого торговца – но в то же время будто потускнела. Приглядевшись получше Стивенсон наконец понял, что было не так с одёжкой. Она была насквозь мокрая.

– Я – Тайлер, – представился паренёк, трясущимися губами.

– Ты по делу давай, – бросил ему один из ребят.

– Лагерь вайраков – это ловушка, – выпалил Тайлер. – Там засада.

– Откуда знаешь? – спросил лидер, давая знак одному из своих, отводить отряд назад.

– Подслушал, – решил сократить повествование парень, прекрасно понимая, что если он скажет «где», то ему попросту не поверят. – Вам нужно уходить отсюда.

– Может деза? – засомневался Пит, поглядывая в сторону лагеря. – Дали бы они нам спокойно резать своих дозорных, коли бы засада была?

– Согласен, – кивнул Шрам. – Я бы рискнул.

– Но он сказал… – начал было Тайлер.

– Кто он? – бросил ему Молот. – И в какой таверне ты наслушался этих бредней? И как нас нашёл? И что это за запах…

– Арденит, он сказал ему, что в лагере засада, и чтобы он действовал, когда со стороны лагеря загорится красный свет, – сбивчиво затараторил Тайлер.

– Кому ему, – спросил лидер, пытаясь выяснить хоть что-то.

– Предателю со шрамом, – выпалил Тайлер и Стивенсон тут же перевёл взгляд на Хорна.

– Глен, ты ничего не хочешь объяснить? – схватившись за кинжал, спросил лидер.

– Что? – не понимая, что происходит, переводил взгляд с одного на другого Шрам.

– Я так и знал, – бросил Рафф, вырастая на глазах. – Долбаный предатель.

– Нет, я… – выставил руки перед собой Глен.

А дальше произошло сразу несколько вещей.

Во-первых, Питер Рафф, он же Молот, после слов «долбанный предатель» утёр нос левой рукой, готовясь к рукопашной.

Во-вторых, Тайлер увидел тот самый тонкий белёсый шрам на тыльной стороне ладони Питера Раффа.

В-третьих, со стороны лагеря, ярким облаком, вспыхнуло и задымилось что-то красное.

А затем Тайлер услышал крик Глена: «Ричард!», и ощутил состояние полёта.


Глава 33: Инки


Поток воздуха подхватил Африка и понёс его прямо на бешено вращающийся металлический винт.

Гном отчаянно барахтался в воздухе, пытаясь как-то изменить маршрут полёта, но всё было тщетно.

Весь его мыслительный процесс сейчас поглощали железные лопасти, молниеносно разрезающие воздух всё ближе и ближе к нему.

Внезапно по шахте пронёсся дикий скрежет и винт резко остановился. Где-то за винтом, в беспросветной темноте, прозвучало гулкое утробное гудение.

Разведчик пролетел ещё несколько метров по инерции и рухнул на каменный пол шахты, в каких-то паре метрах от огромных лопастей.

Моментально вскочив на ноги, перепуганный гном, бешено вращая глазами, пытался прийти в себя и осознать, что сейчас произошло.

Взгляд упал на железную трубу, застрявшую между двух лопастей.

Лопасти дрожали, скрежеща, но труба ещё выдерживала натиск, однако постепенно соскальзывая набок.

Ещё не пришедший в себя после шока Африк смотрел на железную трубу, как она медленно соскальзывала с винта, как упала куда-то за ужасающую конструкцию, как винт начал снова, не спеша, набирать обороты.

– Африк! – прокричала Ли, заглянувшая в этот момент в шахту, где-то далеко-далеко, будто на самом краю мира.

Гном наконец-то пришёл в себя, ринувшись к выходу из шахты, но чем дальше он бежал, тем сложнее ему давалась перестановка собственных ног. Так, где-то посреди шахты, он остановился, вцепившись пальцами в практически голый плоский камень, ломая ногти, сдирая кожу, пытаясь удержаться на одном месте.

– Спрячься в какую-нибудь нишу! – кричала гномиха. – Я выключу его!

Серобородый разведчик не понимал о чём говорит его подруга. Ниша? Какая ещё ниша? Здесь нет никаких ниш!

И именно в этот момент он увидел в стене провал, чёрным зевом смотрящий в его сторону.

Так вот о чём говорила Ли…

Из последних сил Африк бросился в нишу, в последний момент чуть не соскользнув и не улетев в объятия железных лопастей.

Выставив руки перед собой, серобородый разведчик надеялся уцепиться за стену в конце ниши, но схватился лишь за пустоту и полетел в темноту.

Он катился по какой-то каменной насыпи, набивая шишки и ссадины, а последние пару метров просто пролетел вертикально, свалившись на мягкую сырую землю, окончательно выбив из себя дух.

Прокашлявшись, потирая ушибленные места, уже немолодой гном поднялся на ноги, озираясь в кромешной темноте.

Где-то впереди послышался странный шорох.

Тяжело сглотнув, Африк нашарил левой рукой в боковом кармане походной сумки кристалл, тут же выставив его перед собой. В правой руке он уже крепко сжимал кинжал.

Тусклый свет кристалла высветил двух маленьких существ, отдалённо напоминающих гномов. Лысые, бледные, голые уродцы без глаз, скалили свои, усеянные острыми зубами, пасти в сторону разведчика, готовясь к атакующему броску.

Инки.

В Силдонии существует легенда, которую рассказывают всем гномам с самого раннего детства. Легенда про племя Инков, существ, обитающих настолько глубоко под землёй, что даже гномы туда не суются. Иногда Инки выходят из своих подземелий в верхние туннели гномов и воруют непослушных детей, утаскивая их в самую глубь земли, где юные непослушные гномы больше никогда не увидят света.

Вырастая, гномы перестают верить в Инков, считая их обычной детской сказкой, но страшная правда сейчас предстала перед Африком во всей своей красе. Инки были далеко не сказкой. Они ещё как существовали и сейчас находились прямо перед ним.

Первая тварь бросилась к разведчику, выставив перед собой длинные тонкие когтистые ручонки, но сделала это слишком прямолинейно. Гном легко ушёл от лобовой атаки, сильно резанув тварь по правой руке. Инк взвыл, отскакивая в сторону, и в это же мгновение второй монстр, схватив разведчика за ногу, погрузил в неё свои острые длинные зубки.

Африк закричал и, всадив кинжал в голову твари по самую рукоять, попытался стряхнуть её с ноги.

Второй Инк, уже забыв про рану в руке, напрыгнул на серобородого гнома, повалив его наземь.

Началась борьба.

Дважды тонюсенькие зубки Инка оказывались в каком-то дюйме от лица разведчика, но тому удавалось вовремя отпихнуть проворную тварь, а однажды даже заехать ей прямо по носу.

Два противника долго катались по мягкой земле, но физически более сильный гном всё же сумел перехватить инициативу и скрутить руку монстра, после чего двумя точными ударами лишить его жизни.

Тяжело дыша, Африк облокотился о стенку грота – если, конечно, это был именно грот – глянув вверх.

Пора было выбираться отсюда.

Он попытался нащупать трещины или хоть какой-то способ забраться на двухметровую вертикальную стену, но всё было тщетно. В довершение всего, укушенное Инком место сильно саднило, не давая гному нормально опираться на ногу.

Сзади послышался сильный шорох. Будто стая крыс пробежала сейчас мимо.

Уже понимая, что это значит, Африк обернулся, увидев в свете кристалла целую орду Инков, постепенно отрезающих ему все пути к отступлению.

Мелкие бледные твари не видели его, но чуяли, пуская слюни себе под ноги.

– Твою мать… – устало обронил гном.

Твари быстро наступали и одолеть их не было никакой возможности, имея при себе один лишь кинжал.

Серобородый разведчик закричал, выставив перед собой своё единственное оружие, и в это мгновение в толпе Инков начали раздаваться взрывы. Твари закричали, многие из них стали спасаться бегством. Прямо над Африком загорелась ярчайшая звезда и остальная часть подземных монстров, шипя, тоже начала отступать, выходя за границы световой линии.

– Африк! – закричала сверху гномиха.

– Ли! – радостно прокричал в ответ гном. – Я не могу выбраться!

– Один момент!

Через минуту сверху упала верёвка и разведчик тут же вцепился в неё, будто боясь, что она вот-вот исчезнет.

Он медленно полз вверх, слыша под собой шорох и шипение, которые ещё долго будут преследовать его во снах. Инки. Настоящие Инки. Живые. Да кому расскажи – не поверят.

Руки девушки схватили гнома за куртку, вытаскивая в вентиляционную шахту.

Тяжело дыша, оба разведчика рухнули на твёрдый холодный камень.

Ли истерично рассмеялась.

– Ты чего это? – недоумевал Африк, однако смех Ли был настолько заразителен, что и он сам начал посмеиваться.

– Я думала, что потеряла тебя… – призналась девушка и смех тут же стих.

– Ты от меня так просто не избавишься, – попытался отшутиться гном.

– Да, – просто кивнула она и они пришли к общему выводу, что пора бы и покинуть эту шахту, пока ещё чего не случилось.

Чуть позже, когда они спустились ещё на несколько десятков метров, Ли обработала раны гнома, уложив его отдыхать на одном из тех широких выступов.

– А ты куда собралась? – еле ворочая языком, пробубнил разведчик, видя, как девушка собирается в дорогу.

– Нужно включить тот винт, который я отрубила, – пояснила она. – Не хватало ещё, чтобы сюда с проверкой нагрянула орда инженеров.

Она улыбнулась, глянув на товарища, но тот уже посапывал, забывшись во сне.

– Поспи… – шепнула она ему и скрылась в темноте.


Глава 34: Отец и дочь


– Не спится? – заглянул в комнату Сиен.

Стоящая у окна Асирэ не ответила. Лишь один из её хвостов приветливо махнул, давая понять, что можно было войти.

– Скажи, отец, – начала девушка, когда за арденитом закрылась дверь, – мы когда-нибудь покинем этот город?

– А ты хотела бы уехать? – тут же встрепенулся советник. – Если тебя что-то не устраивает в…

Асирэ подняла руку, не отрывая взгляда от горизонта, и Сиен замолк.

– Меня всё устраивает, отец, просто… я хотела бы увидеть мир, – полушёпотом закончила арденитка.

– Мир? – не понял граф. – Но в мире нет ничего, кроме зла и ненависти, грязи и смертей. Что…

Девушка обернулась, бросив на отца недовольный взгляд. Он мгновенно стих, не в силах даже сглотнуть.

– Ты не прав, отец, – несмотря на явную раздражённость, мягко ответствовала Асирэ. Она была послушной дочерью и никогда не грубила отцу, также, как и он никогда не грубил ей. – В мире много прекрасного. Например, закаты. Я каждый день наблюдая их из своего окна. Ты когда-нибудь любовался закатами, отец?

– Да, Асирэ, – чуть расслабившись, выдохнул Сиен. – Когда-то давно.

– Разве они ужасны? – Одна её бровка резко взметнулась вверх.

– Нет, что ты…

– А разве леса, горы, реки, ветер над полем… разве они ужасны? – с нажимом, совершенно ей не свойственным тоном, спросила арденитка.

Граф не нашёлся с ответом.

– Поэтому я и хочу посмотреть мир, отец, – заключила она, снова отворачиваясь к окну.

– Я что-нибудь придумаю, – пообещал Сиен. Но он обещал слишком часто. И часто забывал о своих обещаниях.

– Также, как и в прошлый раз? – ляпнула девушка, больше от злости.

– В прошлый… – Понимание слишком поздно просветило его лицо.

– Когда ты пообещал, что я смогу посмотреть город, – подсказала арденитка, снова оборачиваясь к отцу.

– Асирэ, – начал граф. – Ты же знаешь, в городе опасно, там не любят знать.

– Опасно для меня… или для них?

Асирэ решила поставить все точки над «и», раз уж они начали такой разговор.

– Асирэ… – опустив глаза, протянул советник. Ей было жалко отца, но она хотела довести этот разговор до конца.

– Отвечай, – строго бросила девушка.

– Я бы не хотел, чтобы тебя спровоцировали или обидели, – дипломатично ответствовал Сиен.

– Я устала жить во дворце, без возможности его покинуть. И даже не смей говорить мне сейчас про внутреннее кольцо, – пригрозила она и граф тут же прикрыл рот. – Я понимаю, что многим тебе обязана, я знаю, что случилось со всеми, кто имел больше хвостов, чем нужно. Но пойми и ты меня. Я чувствую себя заложницей в тюрьме.

– Асирэ… – Сиен сделал шаг вперёд. – Мне жаль, что тебе приходится жить в таких условиях. Но сейчас это необходимо. Я… я не хочу потерять и тебя. Я…

– Я понимаю, – устало выдохнула девушка, присаживаясь на край кровати. Конечно она всё прекрасно понимала. С одной стороны, она всё понимала. Но с другой, наоборот, она не понимала, почему не может элементарно сходить на рынок во внешнем кольце или завести друзей среди людей. Людей… – Отец…

– Да, доченька?

– На днях я приказала доставить мне во дворец слугу-человека, – не говоря всего, частично призналась девушка, решив посмотреть на реакцию отца.

– Что? – возмутился было Сиен, но тут же поостыл. – Прости, я хотел сказать, зачем? Они же опасны…

– Для меня? – ухмыльнулась Асирэ. – Ты прекрасно знаешь, что будь моя воля… – она многозначительно промолчала, позволив отцу самому додумывать.

– Но… человек? – будто говоря о чём-то мелком и незначительном, скривился советник.

– Да, – твёрдо сказала девушка. – И знаешь, что?

Молодая графиня задрала подбородок и посмотрела прямо в глаза отцу.

– Что? – как-то даже испугано спросил Сиен.

– Он оказался самым обычным мальчишкой, – спокойно поведала девушка. – В нём не было и капли той ненависти к нам, о которой ты постоянно твердишь. Он практически не видел различий между нашими народами.

– Асирэ… – устало выдохнул арденит.

– Даже не пытайся заводить старую песню, я ей больше не верю, отец, прости, – остановила его порыв арденитка.

– Я согласен, – сдался граф. – Я немного преувеличивал. Просто, понимаешь… слишком часто предавали меня люди, чтобы я им доверял.

– И ты решил, что они все одинаковые? Потому что некоторые из них плохие? – спросила графиня без обиняков.

– Я не встречал среди них хороших, скажем так, – пожал он плечами.

– Как скажешь, – пожала плечами и Асирэ. – Он многое мне рассказал, – спустя несколько секунд, полушёпотом добавила она.

– И что же он тебе рассказал? – чуть набычился Сиен, отчего девушка невольно улыбнулась.

– Например, что рабы во внешнем кольце живут очень плохо. Неужели им и правда там так плохо, отец? – решила подразнить папу графиня.

– Во внешнем кольце каждый получает по заслугам, – надулся граф. – Если он бездарь, то и помрёт в бедности. Вот и всё.

– А ещё он рассказал мне про шестихвостую…

Сиен замолк, тут же помрачнев, словно туча.

– Ты думал, что я никогда о ней не услышу? – спросила Асирэ прямо.

– Я не хочу говорить о ней, – буркнул граф, отворачиваясь.

– А я хочу, чтобы именно ты рассказал мне всё, как есть, отец, – настаивала она. – Я устала узнавать обо всём из слухов. Скажи… пап, она и правда существует?

Сиен молчал долго, собираясь с мыслями. Он очень сильно любил свою дочь, и не хотел ей врать. Но и рассказывать о шестихвостой тоже не хотел.

– Существует, – сдался он наконец.

– Расскажи, – просто попросила Асирэ, чуть наклонившись в сторону отца.

– Она потомок одного из королевских родов, – начал он. – Все считали, что этот род уже давно вымер, но потом мы с дядей Широ нашли её следы, последнего представителя, Ашу, мать шестихвостой.

– И? – не выдержала молчания графиня.

– Ты должна понять меня, Асирэ, – посмотрел прямо в глаза дочери Сиен. – Нам грозила война. Не просто война, а полное уничтожение. Нам нужен был козырь. И мы решили использовать Ашу.

– И у вас получилось, – показывая вокруг себя, предположила девушка.

– Нет, – усмехнулся граф. – Мы провалились. Аша осталась жива, да ещё и к эльфам попала. Я думал, нас с Широ казнят вместе со всеми, но… им требовался кто-то, способный управлять, знающий местные законы и обычаи. И нас оставили в живых.

– А эта шестихвостая, она просто живёт у эльфов? – вопросительно наклонила голову молодая графиня.

– Конечно, – улыбнулся Сиен. – Ей всего девять или десять. Она ещё ребёнок. Но северяне её боятся.

– Из-за силы шести хвостов? – догадалась Асирэ.

– Да, – кивнул граф. – Никто не знает, на что она может быть способна.

– Но, разве она не попытается спасти нас от гнёта северян? Это же хорошо, нет? – пыталась понять девушка.

– Не совсем, – скривился Сиен. – Понимаешь, Асирэ, я и дядя Широ, мы… для всех остальных мы предатели и захватчики. Если шестихвостой и эльфам Нэнта удастся победить север и освободить срединные земли, все мы, включая тебя, будем примерять себе пеньковые галстуки. И это в лучшем случае.

– Пап…

– Да?

– А как ты думаешь, я бы смогла с ней справиться? – прямо в лоб спросила графиня.

– У тебя крайне необычная сила, Асирэ, – почесал затылок граф. – Собственно, это одна из причин, почему тебя не стали убивать. Когда пришла весть о шестихвостой, они тоже задумались, сможешь ли ты убить её. И честно говоря… никто не знает.

– Меня хотели убить из-за моей силы, меня оставили в живых из-за моей силы, – изображая весы, ухмыльнулась девушка.

– Такой у нас мир, – пожал плечами Сиен.

– Я бы хотела его переделать, – спокойно заявила Асирэ, глядя отцу в глаза.

– Правда? – видя, что она не шутит, спросил граф.

– Разве не может существовать мира без войн? – снова вздёрнула бровку девушка.

– Генерал Граин тоже хочет мир без войн, – хмыкнул Сиен. – Но для начала мир нужно захватить.

– Чтобы управлять всем миром, его не обязательно захватывать, – спокойно сказала графиня.

– Что ты имеешь в виду? – не понял граф.

– Шестихвостая. О ней уже всем известно. Она символ борьбы против северян. А ведь она ещё ребёнок. Она никого не захватывала. Но если она выйдет из Нэнта и скомандует: «в бой!», все, кто против северян – послушают её. Разве не так?

– Не думаю, что все, – размышлял Сиен. – Но я понял твою мысль. Но в любом случае, чтобы править, нужно иметь силу, о которой будет известно. А если ты её не применишь, кто узнает о ней?

– А если она скомандует не воевать и Граин скомандует то же самое? – не сдавалась арденитка.

– Асирэ… – вздохнул граф. – Мир может объединиться только в какой-то идее, которую обычно кто-то несёт. Граин несёт свою идею, и, если он победит, наступит мир. Может не такой идеальный, о каком мечтают многие, но мир. А если он проиграет, все снова разбредутся по разным лагерям и начнут грызню за территорию и ресурсы.

– А если победит шестихвостая? – подкинула последний вариант девушка.

– Не думаю, что её вариант мира продержится долго, – улыбнулся Сиен. – Если она не будет применять силу – её никто не будет слушать. А если будет…

– Она станет ничем не лучше того же Граина, – наконец поняла графиня.

Сиен развёл руки в стороны и улыбнулся.

– Думаю, тебе давно пора спать. Как и мне.

– Спокойной ночи, папочка, – попрощалась с ним Асирэ.

– Спокойной ночи, – попрощался граф и вышел из комнаты дочери.

– Кажется, я начинаю понимать, как устроен этот мир, – обронила юная графиня, удобно устроившись в своей мягкой постели.

Но последней её мыслью перед сном всё же стала мысль о том самом мальчишке-человеке, которого она отпустила.

– Как ты там, Тайлер? – прошептала она сквозь сон и окончательно провалилась в темноту.


Глава 35: Хамифа


Едва они выбежали из шатра, как в глаза ударил яркий солнечный свет, заставив их остановиться. Хин уже успел забыть, что снаружи стоял день; пурпурный шатёр заполняли лишь тени и полумрак.

– Стоять! – услышал разведчик окрик откуда-то спереди, пытаясь разглядеть перед собой хоть что-то, сквозь прикрывающие глаза пальцы.

– Я – Хамим, граф синих скал, нам нужна помощь… – пытался выйти на переговоры рыцарь, полностью закрыв глаза рукой. Вот кому сейчас было не сладко, так это Хамиму, с его-то сверхчувствительными глазами.

– Они убили короля! – послышался громкий крик за спиной Хинамона и в это же мгновение голос перед ними скомандовал: «огонь!».

– Нет! – тут же крикнул Хамим и плечо разведчика обожгло сильной болью.

Недолго думая, Хинамон прыгнул в сторону, прочь с помоста, упав в растущие рядом густые зелёные кусты. Он обернулся, ища взглядом Хамима и увидел его, стоявшего там же, на помосте, перед входом в шатёр. Рыцарь искал его взглядом, что-то шевеля губами, а из его груди торчало четыре арбалетных болта. Договорив своё беззвучное послание, Хамим покачнулся и рухнул навзничь.

– Не дать ему уйти! – услышал откуда-то сбоку Хинамон, тут же повернув голову в сторону говорившего. Зрение эльфа потихоньку привыкало к солнцу, и он уже видел того, кто отдал приказ убить его товарища, друга… брата. – Убейте его! – показывая пальцем в сторону кустов, где прятался сварт, кричал командир охраны.

Несмотря на то, что сейчас стоял день – не самое удачное время для свартов в плане колдовства, – Хин чёрная молния всё же решил рискнуть. Слишком уж сильно переполняла его ненависть ко всему происходящему. К Мифмариллу и Шимхани, из-за которых они с Хамимом попали в такую ситуацию. К глупому королю, допустившему всё это. И больше всего к тупому начальнику стражи, который приказал убить его лучшего друга!

И вот их он должен спасать? Этих тупых трусов, не способных защитить собственного короля? Их он должен спасти от гнёта севера? Им он должен помочь? Ими он должен править, по разумению Шаграта? Да он бы с превеликим удовольствием отдал бы весь Хуорн, если бы так смог вернуть к жизни Хамима.

По рукам эльфа пробежали первые тонкие молнии. Глаза разведчика ярко вспыхнули; небо, на секунду, потемнело, и всё вокруг разорвалось в чёрной вспышке хаоса и гудящих электрических разрядов.

Все летящие в него болты и стрелы, равно как и те, кто их пускал, разлетелись в разные стороны.

У Хинамона не было времени проверять, насколько хорошо заклинание справилось со своей задачей. Едва закончив его, он бросился бежать. Прочь, туда, куда глаза глядят. Просто подальше отсюда. Чтобы не убили и его. Чтобы и он сам никого не убил.

Он бежал долго, через кусты и заграждения, виляя и постоянно меняя направление, преодолевая все преграды в лоб, остановившись лишь у тихого изумрудного пруда, на другом конце парка.

Только сейчас он заметил идущую из плеча кровь.

Только сейчас обратил внимание на солёный привкус слёз на губах.

Наскоро умывшись и промыв рану, разведчик прижёг её магией и перемотал куском рукава. Пока сойдёт и так.

Эльф прилёг возле большого валуна – оказывается, рядом с прудом находился небольшой сад камней. Самое смешное, что создателем этого сада, в идейном смысле, конечно же, был его отец – и, накрыв себя камуфляжным заклинанием, быстро уснул.

Слишком многое ему довелось пережить в столь короткий срок. Слишком сильно его это утомило, как в физическом, так и моральном плане.

Поисковая группа проходила мимо сада камней дважды, но оба раза без гончих и поисковой аппаратуры. Если бы дело было ночью – его бы обнаружили на раз-два при помощи поисковых заклинаний. Благо днём далеко не каждый сварт способен использовать магию.

Когда Хинамон пришёл в сознание – уже успел наступить вечер. Поисковые рейды давно закончились; стража пришла к выводу, что убийца уже скрылся из столицы.

Вечерняя прохлада заставила эльфа поёжиться и, быстро собравшись, Хинамон ретировался из сада камней.

Он не знал, куда несут его ноги, пока не вышел к величественному богато-украшенному особняку, обнесённому витиеватым забором в три метра высотой. Очень знакомому особняку.

– Хамифа, – едва прошептали губы и на глаза чуть не навернулись слёзы.

Сколько уже он не видел её? Он не считал дни. Но сердце услужливо подсказало: «уже десять месяцев».

Хамифа. А ведь когда-то давно они хотели пожениться… Пока об этом не узнал её отец, барон Фитах. Не самый важный аристократ, больше торговец-винодел, но для такого, как Хин, даже это было непреодолимой преградой. Когда они встречались в последний раз – её отец запретил им видеться и пообещал выдать её за другого раньше, чем Хинамон вернётся со своей следующей разведки. Хинамон очень долго был в разведке. И возможно, далеко не лучшая идея ворошить сейчас прошлое и отнимать время у, возможно, уже давно замужней чужой женщины.

Додумав последнюю мысль, взобравшийся на балкон второго этажа разведчик огляделся.

Весь дом накрыла абсолютная тишина, но в одном из окон, слева от него, горел свет. Точно, это её спальня. Он бы сразу и полез туда, если бы не физическая память, что понесла его на балкон, место, где они обычно встречались.

Он аккуратно, балансируя на карнизах и витиеватых выступах, служащих на фасаде в качестве украшений – в чём был абсолютно уверен барон Фитах, – добрался до заветного окна и, в очередной раз обозвав себя идиотом и отругав за плохую идею, всё же постучал.

Секунду ничего не происходило. Потом он услышал лёгкий «бум», будто на пол упала тяжёлая книга. Затем последовал топот женских ножек и окно раскрылось с такой скоростью и силой, что чуть не снесло сварта-романтика прочь.

– Хин! – позвала в ночь миловидная невысокая девушка с длиннющими белыми волосами, достигающими самых пяток баронессы.

– И это я, – грустно заметил разведчик, пытаясь не сорваться вниз. – Можно?

Хамифа отступила в сторону, дав сварту влезть внутрь.

– Ты всё ещё мисс Хамифа или тебя можно поздравить? – пытался улыбнуться Хин, попутно отряхиваясь, а точнее, пытаясь отряхнуться. Думаю, вы примерно представляете, в каком виде он предстал перед юной баронессой после приключений последнего дня.

– Дурак, – бросила девушка, кинувшись ему на шею. – Дурак-дурак-дурак!

Он обнял её, крепко прижав к себе.

– Прости… меня не было очень долго.

– Дурак… – уже тише, шмыгая носом, обронила Хамифа.

***

– Значит, тебе нужно укрытие? – выслушав рассказ Хинамона, попутно разливая по чашкам зелёный чай, уточнила баронесса.

Они уже больше часа сидели в её комнате, и эльф успел вкратце обрисовать события последних недель. Хамифа так и не обзавелась стульями или пуфами в спальню, так что сидеть пришлось прямо на её кровати, что, как ни странно, абсолютно не вызывало никаких неловкостей.

– Да, – выдохнул, соглашаясь, разведчик. – Прости, что…

– Хватит извиняться, Хинамон, – властным тоном прозвенела Хамифа. – Ты не виноват в том, что тебя подставили. Тебе повезло, папа сейчас уехал по делам, забрав с собой почти всех слуг. Я отпустила Би, наказав ей убираться в дальнем крыле, так что нам никто не помешает. Но всё же, будь осторожен. Если кто-то из слуг тебя увидит…

– Я буду тих и незаметен, – пообещал эльф, выдавив из себя улыбку.

– Смотри мне, – пригрозила девушка пальцем.

Пока баронесса заканчивала чайную церемонию, пододвигала к кровати небольшой чайный столик и пока они наслаждались мягким ароматом зелёного чая – эльф молча разглядывал комнату Хамифы. Казалось, что в ней ничего не поменялось, лишь огромный тёмно-красный ковёр на полу стал ещё тускнее, чем раньше.

– Хин… – через какое-то время, начала Хамифа, прервав затянувшееся молчание.

– Да?

– А ты… ты ещё хочешь на мне жениться? – спросила девушка, опустив взгляд в пол.

– Конечно хочу, – отвёл глаза в сторону сварт. – Но твой отец…

– Пообещай мне, – выпалила она. – Пообещай, что, если всё закончится хорошо, ты заберёшь меня и мы поженимся.

– Заберу? – не понял Хин.

– Если мы уедем из Хуорна, отец не сможет помешать нам пожениться, – невинно заметила Хамифа, посмотрев ему прямо в глаза.

– Но… ты даже не была… там, – он указал рукой куда-то на юго-запад. – Где мы будем жить? В пустыне орков?

– Неважно, – задрала подбородок баронесса. – Неважно где. Главное – вместе.

– Хамифа… – грустно протянул Хинамон. Он-то прекрасно понимал, что говорить громкие слова будучи никогда не покидая особняк отца и реально жить в жаркой голой пустыне, где каждый день приходиться бороться за выживание – не одно и тоже.

– Если не хочешь, тогда уходи прямо сейчас, – заявила девушка, скрестив руки на груди. Насколько знал её Хинамон, а знал он её, как облупленную, в такой позе спорить с ней было бесполезно. Да он и не хотел с ней спорить. Ведь в этом не было смысла.

– Хочу, конечно… – выдохнул эльф.

– Тогда обещай, – продолжала давить баронесса.

– Обещаю, – сдался разведчик.

– Что ты обещаешь? – сузила глаза Хамифа.

– Что заберу тебя отсюда и мы уедем в Оркханк, если мне удастся выжить. Я ещё не знаю, что мне делать. Я не хочу подставлять Шаграта. Нужно попытаться его хотя бы предупредить.

– Я уверена, что ты что-нибудь да придумаешь, – ни капли не сомневаясь в своём возлюбленном, улыбнулась баронесса.


Глава 36: Засада


В голове витала пустота.

Со стороны лагеря вайраков шёл какой-то шум, крики, вой, а в небе, над лагерем, висело зловещее красное облако.

Кто-то тряс Тайлера за плечо.

Он попытался сфокусировать взгляд на светловолосом зеленоглазом парне, чуть старше него самого. Точно, это же он задавал Тайлеру вопросы. Кажется, это и был лидер повстанцев. Тот, кого он так долго искал. Такой молодой, а уже лидер… Тайлер перевёл взгляд на плечо блондина, чернеющее от свежей крови.

Ричард заметил взгляд юнца и улыбнулся.

– Пит себя переоценил, всего лишь царапина. Ты как, идти сможешь?

Тайлер кивнул, хоть и не был до конца уверен в том, что сможет хотя бы стоять.

– Нужно спешить, – рявкнул Шрам, резко отрывая парня от земли и ставя его на ноги. – Беги парень, если жизнь дорога.

И они побежали.

Тайлер понятия не имел, куда они его вели. Крики позади них становились лишь громче, а перед ними возвышались высокие ветвистые деревья, закрывающие весь обзор.

Он перебирал ногами на автомате, практически не соображая, что делает, и когда лидер с Гленом резко остановились, Тайлер чуть не впечатался в стену.

– Лезь, – скомандовал Хорн, указывая на дырку в земле.

И он полез.

Его не волновала грязь, минимум пространства и вонь. Не так давно он вообще плыл по канализации. После такого его мало что могло удивить. Да и лаз оказался довольно коротким, едва ли несколько метров.

Когда Тайлер вылез на другой стороне, он не сразу понял, где очутился. Вокруг лежали тела людей и дворфов, над которыми, озираясь по сторонам, пытались отдышаться несколько выживших повстанцев. Окружающий ландшафт также был ему не знаком. Где бы они не находились, Тайлер был здесь впервые.

Позади него выросли две фигуры. Одна из них резко втянула воздух, сквозь сжатые зубы.

– Что здесь произошло? – прошипел Шрам.

Чтобы вы понимали, именно Шрам приготовил этот тайный лаз, чтобы после задания группа могла, в случае чего, войти в город через заброшенные северные кварталы, а не тащить хвост в убежище. Об этом лазе кроме него знали лишь двое…

– Засада, – отделяясь от стены, поведал один из выживших. – Нам повезло. Они не ожидали нашего появления так скоро. Мы практически столкнулись у входа. Сработал эффект неожиданности, иначе нас бы всех положили, как щенят.

– Твари, – процедил Стивенсон, сжимая кулаки до крови.

– За нами погоня, – сказал всем Глен. – Умеет кто пользоваться? – он поднял с земли одну из световых пушек дворфов.

– Я, – хором откликнулись двое, также взяв себе по пушке.

– Хорошо, нужно спешить, – указал на одну из улиц Хорн. – Пойдём по кольцевой, в обход. А как оторвёмся…

В стену дома, прямо рядом с Гленом, ударил снаряд. Хорн тут же ответил выстрелом в ответ, послышался вскрик. После этого прилетело ещё несколько снарядов, но ни один не достиг цели. Повстанцы вполне удачно отстреливались, но отступали медленно, будто не совсем ещё определившись принять им бой или нет.

С южной стороны кольцевой улицы, противоположной от той, куда собрались идти повстанцы, шли тяжеловооруженные дворфы с пушками наперевес. Тайлер собственными глазами видел, как упал один северянин, затем второй. Но где пал один дворф, тут же появлялись двое и всё новые и новые бойцы появлялись с юга, будто им мёдом здесь было намазано.

– Вайраки! – крикнул кто-то и из той самой щели под стеной, через которую они недавно пробрались обратно в город, полезли оборотни. Много оборотней.

– Огонь! – повернулся в сторону стены Шрам и выпустил залп, свалив одного из вайраков. Следом ещё двое оборотней пали от залпов пушек. Остальные вайраки, не желая идти в лобовую, попрятались в проулках или попрыгали на крыши.

Мимо Тайлера пролетел очередной снаряд, щёку обдало чем-то горячим.

Он медленно повернул голову.

Рядом с ним, глядя в небо стеклянным голубым взором, лежал молодой брюнет с разорванной грудью.

– Отступаем по кольцу! – кричал Ричард, выпуская снаряд за снарядом в сторону отряда дворфов.

Они отступали, но северяне, сколько бы их ни падало от метких выстрелов Шрама, наступали всё яростнее.

Они отступали, но повстанцы падали, один за другим.

– Засада! – крикнул кто-то и Тайлер обернулся в сторону улицы, куда они отступали, чтобы увидеть шеренгу дворфов с арбалетами, уже готовыми к спуску.

– Залп! – скомандовал кто-то в ряду дворфов и повстанцев окатило градом стрел. Все, кто успел, отскочили в стороны, заняв проулки, тупички и переулки, ответвляющиеся от основной улицы. А кто не успел… их тела Тайлер наблюдал на брусчатке кольцевой улицы.

– Прорываемся! – крикнул Шрам после серии удачных залпов, и Тайлер было дёрнулся вперёд, но тут же получил чем-то тяжёлым по затылку и его дёрнули обратно в подворотню.

А потом всё затянуло туманом.


Глава 37: Я должен сделать это сам


– Они отступили, – бросил один из повстанцев, выглядывая из укрытия, когда всё закончилось.

Ещё минуту назад вокруг разрывались снаряды, снося углы, образуя в брусчатке воронки, унося с собой жизни, и вдруг наступила абсолютная глухая тишина, будто ничего и не произошло. Только усеянная мёртвыми телами улица могла послужить доказательством того, что перестрелка им не приснилась.

Ричард обвёл всех выживших тяжёлым взглядом. Пятеро. Всего пятеро выживших из всего отряда. Пятеро. Что он скажет остальным? Как будет смотреть им в глаза?

– Точнее, нас отпустили, – буркнул Шрам себе под нос.

– Но почему? – спросил лидер, едва не сорвавшись на крик.

Хорн задумался. Оглядел всех.

– А где пацан? – спросил он наконец.

– Мальчишку схватили, – вставил один из повстанцев, потирая ободранный бок. – Я видел, как его утаскивали по переулку.

– Того самого, эээ, – пытался припомнить Стивенсон.

– Тайлера, – подсказал Глен.

– Точно, – кивнул лидер. – Но зачем он северянам?

– Затем, что у них нет цели истреблять нас по одиночке, – догадался Хорн. – Им нужен был один из нас, чтобы вызнать местоположение убежища.

– Но Тайлер не один из нас, – удивился Ричард.

– Но они же этого не знают, – ухмыльнулся Шрам. – В любом случае, нам несказанно повезло. Он им ничего не сможет рассказать.

– Подожди, – выставил руку вперёд Стивенсон. – Пит нас предал, так?

Остальные трое повстанцев, которые ещё об этом не знали, удивлённо переводили взгляд с одного командира на другого. Все знали Питера Раффа. И все знали, насколько он добрый и дружелюбный малый. Его все любили, и чтобы даже допустить мысль о его предательстве? Неееееет. Такого просто не может быть.

– Именно так, – скривился Глен.

– Но раз так, то что ему мешало выдать местоположение убежища? – вскинул бровь Рич.

– Анна, – тут же выпалил Хорн.

– Анна? – не понял лидер.

– Именно, – кивнул Шрам. – Ты же прекрасно знаешь, что он любит её. Видимо он боялся, что они могут убить и её, при атаке на убежище, вот и сливал информацию лишь о наших планах. Я думаю, что было именно так. Может ему сделали какое-то предложение, от которого он не смог отказаться. Сам знаешь, как они работают в таких случаях. Но он не пришёл с этой проблемой к нам, а значит, для меня, он обычный предатель.

– Согласен, – кивнул один из повстанцев.

Ричард промолчал. Он понимал мнение других, но хотел бы выслушать и Питера, даже после всего того, что он сделал. Ему казалось, что не всё так просто, что он упускает нечто очень важное. Они ведь с Питом знакомы так давно, почему он не пришёл с этим к нему? К лучшему другу? Возможно, он слишком хорошего мнения о людях, но Стивенсон верил, что всё не так просто, как казалось. И поэтому ему просто необходимо было услышать всю историю от первого лица.

– Глен, я хочу, чтобы ты отвёл ребят в убежище и рассказал нашим обо всём. О провале миссии и о Питере, – попросил лидер.

– А ты? – сузил глаза Хорн.

– Я должен спасти мальчишку и найти Питера, – заявил Ричард.

– С Питером понятно, а мальчишка тебе зачем?

– Если бы не он, мы бы все полегли возле лагеря вайраков, – прямо сказал Стивенсон. – Он рисковал собой ради нас, и я хочу отдать должок.

– Тогда лучше я этим займусь, – предложил Шрам. – Ты можешь не сдюжить Раффа, уж прости за правду, да и спасение заложника не твоя сильная сторона.

– Я понимаю, – согласился лидер, горько улыбаясь. – Но я должен сделать это сам. Пойми, Глен. И тем более я не могу рисковать тобой.

– Чего? – набычился Хорн.

– Ты единственный, кто имеет связи с севером и югом, – признался Ричард. – Ты лично знаком с генералом Диргеном и в случае чего сможешь вывести наших в южные горы. Ты знаешь потайные тропы, которые никто не знает. Если ты погибнешь… всему нашему движению придёт конец. И не смей даже заикаться, что это не так, – пригрозил пальцем Стивенсон.

– И всё равно я считаю, что у меня больше шансов на успешное завершение миссии, – буркнул Шрам, уже не так уверено.

– Я знаю, что больше, – улыбнулся ему лидер. – И поэтому я приказываю тебе выжить любой ценой, во что бы то ни стало добраться до убежища, без хвостов, предупредить всех о Питере и найти новое убежище в кратчайшие сроки. Особенно, если я не вернусь. Никто не справится с этой задачей лучше тебя.

– Как прикажешь, – тихо обронил Глен, протягивая лидеру странный кинжал с чёрным лезвием. – Силдонский, – пояснил он. – Прошивает любую броню.

– Глен…

– Чтоб вернул, – тут же добавил Хорн.

И что-то такое прозвучало в тоне Шрама, что заставило Стивенсона принять подарок.

– Выше нос, – улыбнулся Ричард после затяжного молчания и, хлопнув Шрама по плечу, скрылся в тенях кольцевой улицы.


Глава 38: Тайный ярус


Он не знал сколько они спускались. Такого понятия, как «время» в штольне не существовало. За это время они успели поспать, трижды поесть и восемь раз отдохнуть.

После перехода через узел их путешествие резко превратилось в сплошное монотонное преодоление одной площадки за другой в абсолютно неменяющемся пейзаже.

Самое страшное было то, что неважно, смотришь ты вверх или вниз. Казалось, что штольня не имеет ни начала ни конца, так как всё, что было дальше пары сотни метров – тонуло в густом сером тумане.

Африку уже начинало казаться, что они никогда не найдут эти закрытые мастерские.

А ещё ему всё больше и больше становилось интересно, как глубоко уходит эта штольня? Что находится в самом низу? И наконец, для чего её строили?

– Если верить картам, нам туда, – указала девушка в неприметный боковой туннель, вырвав разведчика из царства раздумий.

– Если б я не знал, никогда бы не подумал… – осматривая самый обычный туннель, так похожий на вентиляцию, сказал гном.

– Ну так, – хмыкнула Ли. – Этот ярус потому и считается тайным и не существующим. Его не так-то легко найти.

– И как ты его нашла? – с интересом взглянул на девушку Африк.

– Посчитала площадки, – широко улыбнулась рыжая гномиха.

Глаза серобородого разведчика широко раскрылись, чуть не выпав из глазниц.

– Ты бесподобна, – только и смог выдавить из себя гном, чем умудрился рассмешить довольную его реакцией Ли.

Дальше дорога пошла бодрее. Туннель был горизонтальным и ровным, а гуляющий в нём сквозняк разгонял вечную духоту подземелья. А ещё он был не таким уж и длинным, за что Африк был ему безмерно благодарен.

– Вот и пришли… – протянула девушка, резко остановившись. Мгновением позже серобородый встал рядом с ней.

– Ого, – вырвалось у него от восхищения и неожиданности.

Туннель окончился на небольшом балкончике, от которого отходила вертикальная длинная лесенка, ведущая вниз. А внизу… внизу раскинулся секретный ярус и закрытые мастерские. Множество самых разных по форме габаритных строений, разбросанных на огромном каменном плато. Настоящий город, затерянный в самых глубинах подземелья Силдонии.

– Тихо как-то, – поёжился гном, когда волна восторга наконец отпустила его. – Даже непривычно.

– Это от того, что здесь сейчас нет работ. Дори же сказал, что они ждут следующий контракт, – пояснила Ли.

После краткого совещания и отсутствия выбора действия, оба гнома решили спуститься вниз.

– Настоящий лабиринт, – шепнул Африк. – Куда идти-то?

Ли задумалась, мысленно сверяясь с картой, которую изучала у Дори дольше всего.

– Туда, если не ошибаюсь, – указала она между двумя неприметными строениями. Хотя, если подумать, все строения на этом ярусе выглядели неприметно. Здесь всё выглядело неприметно. Безлико. Мертво. Тихо. Ни единого знака, герба или указателя. Ни единого живого существа. Будто бы база была давно заброшена.

Поплутав между разными зданиями и палатками, доверху загруженными какими-то ящиками и мешками, наши герои наконец вышли к длинному продолговатому зданию, без каких-либо отличительных знаков.

– Стража, – шепнул гном, рассматривая нескольких дворфов, вооружённых с ног до головы. – Как минимум четверо с этой стороны.

– А внутри горит свет, видишь? – кивнула в сторону окон Ли.

– Рабочие точно здесь, – уверенно заявил разведчик. – Больше нигде нет стражи. Но как нам туда попасть? Сражаться не вариант, слишком много неизвестных.

– Дори это предусмотрел, – улыбнулась девушка. – Помнишь, он показывал мне, как попасть в цех доводки?

– Так это он и есть? Но как он узнал? – удивился серобородый.

– Понятия не имею, – светилась от счастья Ли. – Видимо, предугадал.

– И? – многозначительно протянул Африк.

– Нужно обойти здание сбоку, там должен быть люк…

Серый, неприметный, без единого знака, люк нашли быстро. А вот ползли на четвереньках по узкому проходу довольно долго. Вокруг них, в мини-туннеле, всюду висели какие-то трубки, но это точно была не канализация. Что несказанно обрадовало старого гнома.

– Тихо ты, – зашипела на гнома девушка, услышав позади себя глухой удар.

– Что это за… – потирая ушибленную голову, смотрел на что-то механическое Африк.

– Да заткнись ты, – снова зашипела Ли.

Наступила тишина. А в этой тишине… шаги.

Гномы переглянулись, кивнули друг другу.

Небольшое наблюдение из-под механических махин показало, что стражей внутри здания лишь двое. А места для манёвров таким личностям, как Африк и Ли – хоть отбавляй.

Разойдясь в разные стороны, бесшумные гномы-разведчики настигли свои цели практически одновременно. У расслабившихся в тихом дозоре дворфов не было и шанса.

Африк посмотрел на Ли, та указала пальцем в сторону светового пятна: единственного освещённого в ангаре места. Если в цехе и были гномы-инженеры, то они были там.

Не сговариваясь, не издав и звука, два гнома одновременно скользнули в тени, встретившись у самой границы освещённого пространства.

На небольшой площадке, окружённой со всех сторон разными механическими машинами и столами с инструментами, восседали около двадцати понурых гномов. Половина из них была одета в белые халаты, вторая же половина в чёрно-синие комбинезоны с эмблемой Деура, глаза познания, довольно могущественного в Силдонии учёного сообщества. Гномы сидели молча, пребывая каждый в своём мире. Видимо стража запрещала им общаться между собой вне работы.

Переглянувшись, разведчики одновременно пожали плечами и вышли в круг света.

Работяги не сильно удивились, завидев двух незнакомых гномов.

– Мы так и знали, что повстанцы попытаются расстроить планы генералов, – пожал плечами один из инженеров. – Это логично.

– Ну, раз всё логично и понятно, – потёр руки Африк. – Может расскажите нам, что вы здесь делали для имперцев?

– Мы делали линзы и громовые батареи круговой тяги, – тут же ответил один из инженеров, бросив взгляд в сторону запертых ворот, находившихся довольно далеко от светового круга.

– Отлично, – кивнул Африк. – А что это?

Ли закрыла лицо рукой, но промолчала; один из инженеров глубоко вздохнул.

– Я имел в виду световые линзы, какие светогоны делают для световых пушек дворфов, – пояснил один из инженеров.

– Только очень больших размеров, – вставил другой.

– Будто они делают пушку, размером с гору, – согласился первый.

– А что там с тягой? – поинтересовался Африк.

– Громовые батареи круговой тяги используются для подпитки городов. Вы знаете про электричество? – спросил инженер.

– Да, конечно, – кивнул Африк. – Оно нужно, чтобы все эти саархильские и архенитские штучки работали.

– Верно, – кивнул инженер. – Так вот, мы создали батарею такой мощности, что она может питать весь север несколько лет.

– Охрипнуть мне на месте, – обронил гном. – Но для чего им такая батарея?

Инженеры пожали плечами.

– Мы изготавливали лишь детали, – будто оправдываясь, обронил один из инженеров.

– Но то, что они собирают нечто очень большое и опасное – это факт, – тут же добавил второй.

– Значит, это что-то вроде пушки? – уточнил Африк.

– Если задуматься, – вставил один из инженеров, ещё не встревавший в разговор, – окромя линз мы больше ничего не делали из того, что может быть частью пушки. Громовая батарея – хороший генератор, но… для пушек обычно используют саархильские кристаллы.

– Да и зачем империи огромная пушка в единственном экземпляре, когда есть архениты со своей разрушительной магией солнца? – вставил другой инженер, обращаясь больше к своим, чем отвечая разведчикам.

– Значит, у вас нет идей? – спросил Африк, так и не получивший дельного ответа.

– Мы много над этим думали, – вставил старик, что опроверг теорию пушки. – И мы не знаем наверняка.

– А кто может знать? Не из Мирды. И не из старшего состава имперцев, – решил уточнить гном.

– Кто-то собирает эту… штуку, – задумался один из молодых инженеров, почёсывая подбородок.

– Саархил, – уверено заявил старик.

– Что? – не понял Африк.

– Что бы это ни было, чтобы связать такого рода генератор и наши линзы – нужна технология Закилии. Громовые батареи нужно поддерживать в стабильном состоянии и у саархилов есть специальные машины, способные это делать. Я уверен, что в Закилии вы найдёте ответы на все свои вопросы. Мы здесь делаем детали, не более. А вот они…

В этот момент часть стены, прямо на границе светового круга, отъехала в сторону и на свет вышел подтянутый здоровенный дворф, одетый в военную форму.

– Полковник Мош, к вашим услугам, – театрально поклонился он и за его спиной тут же вырос лес из пушек и арбалетов. – Советую вам не двигаться, во избежание несчастных случаев.


Глава 39: Несправедливость


Следующие два дня прошли в ожидании, но ожидании приятном. По большей части. Пока служанки Хамифы ходили в город и узнавали о последних слухах, сама баронесса развлекала Хина. Им было о чём поговорить, что вспомнить, о чём помечтать. Они знали друг друга очень хорошо, поэтому постоянная близость не мешала и не стесняла их. Они знали, как отдыхать, не мешая друг другу.

– А баронесса Милла недавно забеременела, и это в её-то годы! – вспоминала очередную историю эльфийка, и разведчик слушал, дивясь тому, как мог он так долго бродить где-то там, на севере, пока здесь его ждала такая прелесть, как Хамифа.

А к концу второго дня, после долгого общения с вернувшимися из города служанками, расстроенная Хамифа вошла в спальню и тогда Хин понял, что приятное времяпрепровождение подошло к концу.

– Они обвиняют в смерти короля тебя! – громким шёпотом оповестила о своём присутствии девушка. – Что это ещё за бред?

– Я же тебе рассказывал, что нас с Хамимом подставили, – отведя глаза, проговорил разведчик.

– Но это же ложь, – в миг погрустнела Хамифа и Хинамон тут же поднялся с кровати, чтобы обнять и утешить девушку.

– Ну чего ты, ну это же как обычно, сама понимаешь, – причитал он.

Баронесса была далеко не маленькой девочкой и прекрасно понимала, как делаются дела в высшем обществе. Он это знал. Она знала, что он знает. Он оценил её участие. Она – его.

– Говорят, в Хуорн отправился сам герцог Мифмарилл, – обронила Хамифа, не отрываясь от плеча сварта.

– Вот как, – напрягся разведчик.

– Говорят, чтобы лично проследить за тем, чтобы убийца короля получил по заслугам, – добавила она.

Девушка чуть отстранилась от Хинамона, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Это значит, что герцог едет тебя ловить? – спросила она, округлив глаза.

Все знали, на что способен лунный герцог. А кто не знал – догадывались. Его боялись, и не зря. Его считали вторым после короля по положению, но по влиянию он превосходил Вамхарона, крепко удерживая в кулаке большую часть мелкой знати королевства. Мифмарилл был достаточно влиятелен, чтобы убить короля и свалить всё на бывшего принца. И никто ведь даже не усомнится в приговоре. Ведь кто ещё может желать смерти нового короля, как ни сын старого?

– Нет, что ты, – соврал разведчик. – Он едет искать убийцу. А я не убийца. Чего же мне бояться?

Юная баронесса прищурилась, не спуская глаз с Хинамона, но промолчала.

– Остальные герцоги тоже прибыли в Хуорн, – добавила она. – Многие боятся, что намечается что-то серьёзное.

– Борьба за власть, – будто бы говоря что-то очень очевидное, спокойно ляпнул эльф. – Мифмарилл будет вести расследование и перетягивать одеяло на себя.

– И что ты будешь делать? – не сводя с него глаз, спросила Хамифа.

И правда, а что он будет делать? За два дня, что он провёл в особняке серого барона, он не придумал ни одного годного к исполнению плана. Он должен был уговорить короля Вамхарона поддержать Шаграта и выступить против севера. И он, собственно, выполнил свою задачу. Вот только короля Вамхарона убили. И что ему теперь делать? Пытаться уговорить совет? Дождаться выборов нового короля и уговаривать его? (Ведь насколько знал Хинамон у Вамхарона не осталось наследников). Или бросить всё и возвращаться к Шаграту, с вестью, что помощи ждать неоткуда? Но один король орков не справится со всей мощью севера. Хинамон понимал это, потому и не спешил возвращаться. (И совсем не из-за Хамифы). Но как убедить этих старых остолопов в необходимости объединения с орками? Тем более, когда они считают его, Хинамона, убийцей?

– Понятия не имею, – наконец признался разведчик.

И много он мог ещё размышлять над тем, что делать, а чего нет, тем более находясь подле такой красавицы, как баронесса Хамифа, но во всех историях всегда случается нечто, что подталкивает героев к их поспешным решениям. И в этот раз случилось…

– Баронесса! – ворвалась в комнату одна из служанок.

Хамифа поспешно отступила от Хинамона, свирепее на глазах.

– Да как ты… – начала было баронесса.

– Ваш батюшка, барон Фитах возвратился… – обронила служанка, не спуская глаз с разведчика. – Не один.

– Беги, – быстро бросила девушка Хинамону. – Не один? – спустя мгновение нахмурилась баронесса, будто до неё только сейчас дошло значение второй части фразы.

– С бароном Шимхани, – добавила служанка и уже сделала шаг в сторону коридора, как Хамифа, с выдающейся скоростью, схватила женщину, втягивая её в комнату.

– Ну уж нет, ты останешься со мной. Хин, беги скорее! – бросила баронесса сварту, который метался по комнате, пытаясь собрать все свои пожитки, а точнее, нормально одеться в новый походный костюм, который Хамифа для него достала.

– Да бегу я… – пробурчал он и, подмигнув Хамифе, бросился к окну.

– Дорогая! – послышалось в коридоре. – А чего это ты не бежишь встречать своего дорогого отца?

Голос барона плыл, будто тот был навеселе, что не особо удивляло, зная о его любви к красным напиткам.

– Я не одета, отец! – крикнула баронесса, наблюдая за выходящим в окно Хинамоном.

– Барон Фи… – попыталась подать голос служанка и Хамифа тут же залепила ей рот ладонью.

Дверь в спальню тут же резко открылась и на пороге показались её отец и толстый Шимхани, самый отвратный тип из всех, кого приходилось знавать баронессе. Бароны переводили взгляд с закрывающей рот служанке Хамифе на раскрытое окно и обратно, а потом одновременно Фитах свистнул в свисток у себя на шее, а Шимхани развернулся и крикнул куда-то вниз:

– Сибил!

***

Хинамон бежал на север, в противоположную сторону от той дороги, которой пришёл к особняку. Он знал, что там лес, а за лесом начинаются горы. Особняк серого барона находился практически на самом севере столицы и это был лучший путь прочь. В горах его ни за что не нагонят, это его стихия. Вот только чего разведчик совсем не ожидал, так это настолько скорой погони.

Он услышал их ещё до того, как успел добежать до леса. Гончие. Специально обученные пантеры, убежать от которых практически невозможно. Конечно, были разные магические уловки и против этого зверя, но Хин их не знал. А прятать свой запах он толком никогда и не умел. Так уж вышло. Так что ему ничего больше не оставалось, как просто бежать. Ведь насколько бы быстрыми ни были пантеры, позади них бегут самые обычные сварты, так что шанс всё ещё был. Тем более дело шло к вечеру, а это время магии…

Они нагнали его у самой кромки леса. Две пантеры пролетели мимо, едва не вонзив свои клыки в руки и ноги сварта.

Вспышка молнии и две тлеющие тушки рухнули, даже не пискнув.

Но всё оказалось намного сложнее. Гончих было далеко не две. А преследовавшие их сварты не шли пешком, как изначально думал Хинамон. Они ехали верхом. А это уже было очень плохо. Ведь сам эльф уже порядком выдохся и не был готов к бою.

Эльф резко остановился, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Он решил встретить преследователей лицом к лицу. Прятаться смысла не было – гончие с лёгкостью его найдут. Да и у наездников вполне могут оказаться сквозные очки (специальные очки, способные видеть сквозь иллюзорные преграды, включая камуфляжные заклинания). Бежать? Наездники с лёгкостью нагонят его и схватят. Оставался единственный шанс – драться. И победить.

Хинамон приготовился, пропуская всё больше и больше энергии через себя, готовясь нанести самый мощный из всех своих ударов, едва появится хоть один из этих наездников. Но те внезапно как в воду канули.

Эльф прислушался, но не услышал ничего. Совсем ничего. Ни шороха листвы, ни воя ветра, ни рыка гончих, ни мягкого шага мрак-пантер.

Он понял, что происходит – слишком поздно.

Только он решил направить часть переработанной энергии на защиту, как понял, что уже не может и шевельнуться. Вся набранная им энергия внезапно испарилась, будто её и не было, а потом пелена спала, и он увидел нескольких наездников на мекантерах, окружавших его со всех сторон.

Кто бы ни словил разведчика в эту ловушку, он был отличным псиоником.

Хин опустил взгляд вниз.

Всё его тело было обмотано магическими цепями.

– Ну вот ты и попался, – ухмыльнулся один из наездников.

А потом кто-то ударил его по голове и всё исчезло.


Глава 40: Предатель


Когда Ричард добрался до южной окраины города, практически разрушенной в последние годы, откуда ушли даже крысы и остались лишь те, кому больше некуда было идти, уже начало светать.

Первые лучи солнца пробежались по верхушкам обгорелых досок, почерневших дымоходов, покосившихся крыш давно заброшенных домов.

Давно он тут не был. Давно не гулял по этому кладбищу воспоминаний, давно ушедшей юности. Давно не навещал родные, когда-то, кварталы, ныне больше похожие на поля сражений. Давно.

После войны население Айлангарда резко сократилось и людей начали насильно перетаскивать ближе к центру. Их заставляли кучковаться, как овец, чтобы легче было надзирать. И они кучковались. Родные кварталы превращались сначала в гетто, а затем и в кладбища. Сейчас же северные и южные кварталы Айлангарда запрещены к посещению без специального допуска. Такие дела.

Он обходил одну груду мусора за другой, вспоминая, что когда-то эти горы были ещё чьими-то домами, целенаправленно двигаясь в определённом направлении, пока ни вышел к небольшой площадке, заставленной по кругу полусгнившими деревянными коробками. Площадку с трёх сторон ограждали дома, или точнее то, что от них осталось, а в дальней части площадки, опёршись руками о колени, сидел в ожидании Питер Рафф, по кличке Молот.

– Нашёл-таки, – буркнул Пит.

Стивенсон медленно огляделся, витая где-то в облаках, улыбнулся, перевёл взгляд на Раффа.

– Здесь всё и началось, – грустно обронил Ричард.

– Иначе бы я сюда не пришёл, – пожал плечами Молот.

– Да, ты прав, – опустив глаза лидер.

– Ты пришёл один. Почему? – в лоб спросил здоровяк.

– Я хотел поговорить, – пояснил Рич.

– Поговорить? – вскинул брови Пит. – И о чём же?

– Я не верю, что ты нас предал. Расскажи, как всё было. Я выслушаю всю историю, сколь длинной бы она ни была. И помогу, чем смогу, – твёрдо заявил лидер.

– Ты так хочешь услышать, что меня на самом деле пытали и заставляли, или купили, наобещав горы всего? – расхохотался Рафф. – Да вот только не было такого, Рич. Нет. Всё было намного проще. Я сам пришёл к имперцам.

– Что? – не поверил в услышанное Стивенсон.

– Что слышал, – нахмурился Молот. – То, что вы делаете… да, это было весело, когда мы начинали здесь, – он обвёл округу руками, – но потом, когда появился Глен, когда с нами связались повстанцы и этот генерал Дирген. Это стало слишком опасно, Рич. Слишком опасно. Тебе плевать на жизни остальных. Сколько ребят должно погибнуть, пока ты наиграешься в войнушку? Я сам пошёл к имперцам. – Он ткнул большим пальцем прямо в свою необъятную грудь. – Пошёл, чтобы выкупить жизни тех, кто был в убежище. Я знал, что с тобой пойдут только самые боевые. Что если вы проиграете, а ты умрёшь там, в этом долбанном лагере, остальные просто разойдутся и забудут про всю эту ерунду, про всё это сопротивление. Вот почему я вас предал и сделал бы это ещё раз.

Ричард молчал. Он не знал, что ответить на всю эту тираду. Пит просто хотел спасти друзей. Вот и всё. Как можно судить того, кто просто хотел спасти друзей? А друзей ли? В голове тут же пронесся образ Анны, зацепив какие-то струнки, которые до того никто никогда не цеплял. Стивенсон испытал ревность и ляпнул то, чего, возможно, не стоило говорить в данных обстоятельствах.

– А всех ли ты хотел спасти, – обронил вдруг лидер. – Или только одного?

Лицо Раффа побагровело и приобрело такое выражение, какого Рич не видел у друга ни разу, со дня их знакомства.

– Да, ты прав, – медленно проговорил Молот. – В первую очередь я думал об Анне. Ты это хотел услышать, ублюдок?

– Пит…

– Тебе плевать на неё. Её убьют, а ты и не заметишь, – продолжал набирать обороты здоровяк. – Я просто хотел защитить её.

– Пит, послушай…

– Зря ты пришёл один, – бросил Рафф, медленно поднимаясь.

Сейчас он казался даже выше обычного. Здоровенный, злой, опасный. Мышцы Пита так сильно раздулись, что затрещала одежда. Никогда Ричард не видел своего друга таким. Он конечно всегда знал, что Пит большой и сильный, но, чтобы настолько…

В руке Молота блеснул кинжал.

Бороться с Питером в ближнем бою было сродни самоубийству, да и убивать друга ему не хотелось, поэтому Рич решил действовать в обход.

Он выхватил чёрный Силдонский кинжал, данный ему Шрамом и, сделав ложный выпад, метнул его в ногу Раффа. Молот взвыл, выронив свой кинжал на землю – манёвр Ричарда сработал.

Стивенсон подбежал к другу и ударом ноги поверг его наземь, навалившись сверху. Удар, второй, третий. Рич пытался вырубить Пита, но тут здоровяк перехватил руку лидера и, вывернув её во внешнюю сторону, нанёс другой рукой два сильных точечных удара в район левого бока противника. Задыхаясь от боли, Стивенсон свалился с Раффа.

На мгновение бой прекратился. Каждый из бойцов старался скорее прийти в себя, а Молот, к тому же, пытался нащупать один из кинжалов, валяющихся где-то здесь, совсем рядом (чёрный кинжал лидера к тому времени уже каким-то волшебным образом покинул ногу Пита). И в тот самый момент, когда Рафф наткнулся на свой кинжал и, схватив его, повернулся в сторону Ричарда для продолжения боя, тот швырнул другу в лицо горсть песка.

– Аааааа! – закричал Молот, размахивая кинжалом из стороны в сторону.

Не теряя самообладания, Стивенсон сделал Питу подсечку и едва тот коснулся земли – выбил у него из руки нож.

– Хватит! – прокричал лидер. – Я не хочу с тобой драться.

Рич нашёл свой кинжал, поднял его, повернулся к другу и…

Камень ударил его прямо в лоб. Всё вокруг разлетелось на осколки, а потом всё его тело содрогнулось от сильного удара.

В голове звенело. Стивенсон пытался сфокусировать взгляд, но видел лишь силуэт здоровенного мужчины, возвышающегося над ним.

Носком сапога Рафф отбросил чёрный кинжал в сторону, а после сел прямо на лидера, размахнулся, пытаясь нанести удар кинжалом, и получил свободной рукой Рича прямо по ране в ноге. Тело здоровяка дёрнулось, заставив его громко выругаться и обронить кинжал. В отместку здоровяк ударил по порезу на плече Стивенсона, тому самому, что оставил возле лагеря вайраков. Лидер закричал и ударил Пита в бок, в ответ получив со лба в нос.

Перед глазами плыло, но Ричард заставил себя сфокусироваться и приказал телу не терять сознания. Рафф сейчас водил рукой по земле, пытаясь найти свой кинжал, а Стивенсон смотрел на второй кинжал здоровяка, про который тот видимо совсем позабыл в горячке боя. Запасной кинжал Молота покоился на ноге, чуть выше колена, так близко, что достаточно было лишь руку протянуть…

Питер, наконец нащупав свой нож, обернулся к лидеру и…

Ричард нанёс удар в бок, с правой руки. Рафф клокотнул, но не более. Он занёс свой кинжал над Стивенсоном и нанёс удар. Ричард перехватил правую руку Молота свободной левой и нанёс ещё один удар в бок друга. Тот глухо выдохнул, непонимающе уставился куда-то вперёд, захрипел. Хватка его стала ослабевать, но острие кинжала всё равно медленно приближалось к лицу лидера. И тогда Рич закричал. Он закричал, перехватывая руку Пита обеими руками и сваливая его набок. Адреналин ли, или полуобморочное состояние Раффа, но Стивенсону удалось задуманное. Он выхватил нож из рук поверженного Молота и попытался вскочить на ноги. Попытка эта не увенчалась успехом, и он тут же рухнул на колени, зажав рот рукой и еле удержав в себе завтрак.

Всё тело болело. Особенно лицо. Он перевёл взгляд на Пита, но тот больше не шевелился.

– Пит? – позвал Ричард, но друг не отзывался. – Пит?! – чуть громче позвал он, ползя в сторону Раффа. Тишина.

Молот лежал на боку, не подавая никаких признаков жизни.

– Пит ты чего? – скрипучим голосом позвал Стивенсон, переворачивая друга на спину. – Пит?

Рафф смотрел в небо стеклянными глазами. Грудь его оставалась неподвижна, пульс не прощупывался.

Питер Рафф, по кличке Молот, заместитель лидера повстанческой ячейки номер семнадцать, лучший друг и просто хороший человек, был мёртв.


Глава 41: И снова рельсы


Африк стоял и глядел на толпу вооружённых дворфов, раскрыв рот. Он уже успел проститься со всеми своими товарищами и извиниться перед ними за провал миссии, как вдруг кто-то выключил свет.

Вокруг тут же загрохотали снаряды, засвистели стрелы, послышались чьи-то крики и вопли.

Совершенно не задумываясь о том, что делает, разведчик молниеносно переместился за ближайшую механическую махину помассивнее, которая, насколько он помнил, находилась от него по правую руку. Рядом с ним, долей секунды позже, появилась Ли.

– Не стрелять! – прогремел голос командира дворфов, того самого, что так эффектно появился. – Они нужны мне живыми!

Гном не понял, кого именно Мош имел в виду, их с Ли или учёных, но решил не уточнять.

Вакханалия вокруг не утихала, но видимости от этого не прибавлялось и тут ему на плечо упала чья-то лёгкая рука.

– Идёмте со мной, – шепнул на ухо знакомый голос и Африку ничего больше н оставалось, как последовать за неизвестным.

Поворот, ещё поворот, несколько шагов по прямой в полной темноте, остановка, лёгкий скрип и часть стены отъезжает в сторону, выпуская героев на свет.

Спасителем парочки разведчиков оказался тот самый старый инженер, что рассказал им про теорию о Закилии.

– Спасибо… – начал было Африк, и в этот же момент сбоку, из-за угла здания, вышел дворф при полном вооружении. Боец уже начал набирать в грудь воздух и поворачивать голову, чтобы позвать своих, как вдруг дёрнулся и ничком рухнул на пол с кинжалов в горле.

– Горло их слабое место, – пояснила Ли, встречая изумлённый взгляд Африка и инженера. – Вы не знали?

– Поспешим, – предложил старик и двинулся куда-то между строениями. Парочка последовала за ним.

– Почему вы нам помогаете? – решился на вопрос Африк. – Вас же могут убить за это.

– Я своё пожил, – пожал плечами инженер. – И я помню времена, когда Силдония была свободной. Если вы сможете их вернуть, я буду рад за своих внуков.

– Мы сделаем всё возможное, – пообещала Ли.

– Вот, – старик указал на что-то длинное, странное, металлическое и очень большое.

– Это… состав? – удивилась девушка.

– Он самый, – тыкая по каким-то кнопкам на панели и дёргая за рычажки, ответил инженер. – Мы используем его для обмена деталями и прочими мелочами с Закилией. Путь следует строго на запад, но на вашем месте я бы покинул состав сразу после того, как он покинет Силдонию.

– Почему? – задал резонный вопрос разведчик.

– Если вы въедете на нём в Закилию – можете сразу считать себя трупами.

– Ясно, – тут же кивнул Африк. – Покинем раньше.

Двери состава открылись, и старик быстро загнал парочку внутрь.

– Прощайте и удачи вам, – улыбнулся старик, нажимая какую-то красную кнопку.

Двери состава закрылись, и он дёрнулся, медленно набирая скорость.

И в этот момент на перрон выскочили дворфы.

Они не стреляли в состав, прекрасно зная, что он бронирован и обычными пушками его даже не поцарапать. Вместо этого тяжеловооружённые бойцы окружили старика-инженера, наставив пушки на него.

Один из дворфов подбежал к панели управления, но вышедший на перрон командир Мош остановил штурмовика жестом. Он спокойно вошёл в круг к инженеру и, сказав тому что-то, чего серобородый гном никак не мог расслышать, наставил на него МСП (мини световую пушку).

Африк сжал кулаки, крикнул что-то, Ли положила руку ему на плечо.

Командир дворфов посмотрел в окно состава, встретившись с разъярённым взглядом Африка и, улыбнувшись ему, застрелил старика.


Глава 42: Длинная ночь


Длинная ночь. Многие из вас, возможно, употребляли это слово, но на самом ли деле та ночь длилась так долго? Знаете ли вы, насколько на самом деле может быть длинна ночь? Когда каждая секунда кажется вечностью, когда само понятие времени замирает и ощущение того, что она никогда не закончится, витает вокруг вас, не отпуская из своих холодных тисков. Именно таковой была та ночь, о которой я собираюсь вам рассказать.

Сначала его били. Долго и аккуратно, чтобы он ни в коем случае не потерял сознание. В таких делах это особенно важно. Какое же развлечение, когда жертва теряет сознание на середине процесса? Нет, так не годится. Только самый плохой изувер допустит такое.

Потом его пристегнули цепями к стене и начали пытать. Я не стану описывать всё то, что они проделывали с телом бедного сварта, но скажу так, не каждый такое вытерпит и не приведи хранитель Хуорна подобному случиться с кем-то из вас. Как по мне, даже самый плохой преступник не заслуживает подобных пыток.

Им ничего не было нужно от Хина, они просто желали доставить ему как можно больше боли. И получалось у них, скажем правду, очень даже неплохо.

Сначала он держался. Но долго ли может выносить бренное тело, когда над тобой корпят самые настоящие искусники пыточных дел? Потом он кричал. А потом уже просто скулил, моля, чтобы это всё наконец-то прекратилось.

– Смотрите, чтобы он умом не тронулся, – послышался рядом чей-то знакомый приказной тон. – Мне ещё нужно с ним поговорить.

Ему давали отдохнуть, а затем, когда он снова начинал чувствовать боль – продолжали. Затем снова останавливались и снова продолжали. Раз за разом. По кругу. Монотонно. Кропотливо. Бесконечно.

Разведчику казалось, что прошла уже целая вечность, но за окном всё также стояла глухая чёрная ночь. Нескончаемая проклятая ночь.

Кто-то окатил его холодной водой.

Тело эльфа содрогнулось от боли и холода, зубы начали отстукивать друг об друга, дыхание сбилось.

– Ты слышишь меня? – спросил у него кто-то и Хинамон узнал в пришельце Фитаха, отца Хамифы.

Эльф кивнул.

– Помнишь, что я тебе говорил, когда ты приходил в последний раз?

Эльф кивнул.

– Я не сдержал своего обещания, каюсь. Но я не совершу такой ошибки дважды, – с улыбкой пообещал аристократ. – Знаешь, зачем к нам приехал барон Шимхани?

Эльф отрицательно покачал головой.

– Для заключения брачного контракта, – приблизившись практически вплотную к его лицу, громким шёпотом поведал разведчику серый барон.

Эльф непонимающе уставился на Фитаха.

– Да-да, именно так, мой дорогой Хинамон, именно так, – кивал, улыбаясь, старый сварт. – Пока ты тут развлекался, местный диарий поженил их и, если ты прислушаешься, станешь свидетелем кое-чего очень занимательного.

– Ты, тварь, – выплюнул разведчик дрожащим голосом.

Один из изуверов двинулся было вперёд, заставив тело эльфа непроизвольно содрогнуться.

– Нет, не надо, – доброжелательно улыбаясь, остановил мастера Фитах. – Он должен быть в сознании, это важно. Давайте оставим его.

И они вышли. Все. Оставив его в камере совершенно одного.

Сначала сварт подсознательно обрадовался, ведь пытки закончились, и он мог наконец отдохнуть, но потом он услышал скрип двери, где-то совсем рядом, и стук в стену, прямо за его спиной.

– Не смей спать, Хинамон! – глухо прозвучало из-за стены.

– Нет, – услышал он голос Хамифы, еле-еле слышный.

– Нет, – обронил эльф, – нет…

Следующие слова разведчик не разобрал, но последовавший после них шлепок услышал отчётливо. Девушка вскрикнула и заплакала.

Хинамон так сильно сжал челюсти, что заскрипели зубы.

А затем за стеной заскрипела кровать.

Горло сварта будто сжалось и пересохло. По чёрным щекам потекли горячие слёзы.

– Нет… – причитал он, слушая нарастающий скрип старой кровати, неразборчивое бормотания Шимхани и скачкообразное рыдание Хамифы.

Он не знал, сколько это продолжалось. Пара минут? Час? Ему казалось, что прошла целая вечность. Прошла, оставив после себя лишь болезненную пустоту там, где ещё недавно было сердце.

Рыдания и вопли со временем стихли, за стеной наступила тишина.

Он сидел и смотрел на трещинку в полу, пытаясь ни о чём больше не думать. Пытаясь не думать о Хамифе, о Шимхани, о том... о том что...

А когда взошло солнце, Хинамон сломался и зарыдал.


Глава 43: Несгибаемый


Тайлер медленно открыл глаза, пытаясь собрать дрожащую картинку в нечто целое.

Длинная массивная деревянная скамейка в углу; рядом со скамейкой грубо сколоченный столик, забитый до отказа разными приспособами, больше напоминающими столярные инструменты; чёрные цепи, тут и там свисающие с потолка; жёлтый кирпич пола, залитый чем-то тёмным.

Комната была пуста.

Ушли.

Он попытался пошевелиться, но тело тут же взорвалось невыносимой болью, заставив юношу до крови закусить губу. Только не кричать, не стонать, не издавать никаких звуков. Если они узнают, что он пришёл в сознание…

Тайлер не знал, где он. Его доставили сюда с мешком на голове, а потом долго били и пытали, даже не задавая ему никаких вопросов. Потом сняли мешок и продолжили бить и пытать. А уже потом начались вопросы:

– Ты повстанец?

– Где убежище?

– Сколько вас?

– Вы работаете на Диргена или северян?

– Как тебя зовут?

– Где прячутся остальные?

– Кто вас снабжает?

– Что вам известно про шестихвостую?

– Сколько вас?

– Где убежище?

Вопросы сыпались один за другим, а между ними, видно, чтобы убить время, в него втыкали что-нибудь острое или раскалённое. В редких случаях били кулаками.

Но Тайлер молчал. И дело даже было не в том, что он мнил себя героем или обладал какой-то супервыдержкой, нет. Он и вправду ничего не знал. Если бы он знал, где убежище – давно бы сам присоединился к повстанцам. Но эти психи всё равно не поверят ему, если он скажет им правду, потому он просто решил молчать. Точнее, кричать. Громко кричать. И временами отключаться.

– Это невозможно, – буркнул кто-то, открывая дверь. – Господин Руфус, он будто и не человек вовсе. Несгибаемый какой-то. Ничто его не берёт.

– Несгибаемый, говоришь? – процедил какой-то важный дворф, похожий на военного-чиновника. – Ну, если он не сгибается, тогда остаётся только одно… сломать.

– Не понял? – нахмурился изувер.

– Кончайте его, – ехидно улыбнувшись, махнул рукой дворф.


Глава 44: Отдать долг


Для начала Ричард решил направиться к реке. Нужно было привести себя в подобие порядка, чтобы привлекать меньше внимания.

Пита он оставил в заброшенном квартале. Убийство для тех мест не новость, а времени на приличные похороны у него попросту не было. Конечно, он пообещал себе вернуться потом и сделать всё, как полагается, даже если другие будут против, но это потом. Сейчас у него были дела поважнее.

Тайлер. Кажется, так Глен обозвал паренька. Храбрый парень. Не побоялся выйти за город и предупредить их об опасности. Своим поступком он спас пять жизней, обнаружил предателя и позволил повстанцам уничтожить целый отряд дворфов и вайраков. Конечно, это не совсем то, на что они надеялись, но всё же лучше, чем смерть. Парень спас им жизнь и Стивенсон спасёт жизнь парня в ответ. Он отдаст долг. Он так решил.

Обогнув бедные кварталы, лидер повстанцев вышел к стальному району и по самой его кромке дошёл до старой доброй реки Ай. Приняв его за бедняка, честные работяги даже не глядели в его сторону. К счастью, у реки не было ни души, и он спокойно мог заняться собой. Кое-как отмывшись от своей и чужой крови, он умыл лицо и отправился дальше.

Вспоминая место, где схватили Тайлера, лидер прикинул все известные ему пыточные и оборудованные камерами посты северян. Вряд ли его потащили в замок, в этом просто не было смысла, а если даже и так, то про парня можно было уже забыть. В замок Ричарду и при всём желании не пробраться. Но оставим это на потом. Сейчас нужно было размышлять более оптимистично, посему лидер повстанцев представил карту города и…

– Да там же совсем рядом есть, – пробурчал он, вытирая лицо рукавом куртки, и засеменил на север, стараясь держаться переулков потемнее, несмотря на светящее в зените солнце.

Поворот, ещё, а теперь вперёд до упора.

Стоп.

Ричард осмотрел вход в пыточную комнату. В таких местах редко ставили охрану, – кому в голову может прийти без разрешения самолично сунуться в камеру пыток? – но, если Тайлера держали именно здесь… в общем, лучше всего перестраховаться.

Чтобы вы понимали, пыточные комнаты располагались по всему Айлангарду и официально именовались, как комнаты досмотра. Всего их было где-то около двадцати и в основном их использовали для отдыха имперские стражи. Грубо говоря, чтобы не патрулировать улицы двадцать четыре на семь, имперцы частенько забредали в комнаты досмотра, чтобы перекинуться в карты, перекусить и даже поспать. Начальство знало о нецелевом использовании комнат, но смотрело на всё сквозь пальцы. Все понимали, что круглосуточно работать никто не станет. Но было у комнат и ещё одно применение. Частенько, забавы ради, имперцы хватали кого-то подозрительного (обычно подозрительным считался любой, кто бросал лишний взгляд на стражей) и издевались над ним в этих комнатах. Собственно, так они и получили своё второе название.

Стивенсон подобрался поближе.

Осмотрелся.

Тишина.

Толкнул дверь – заперто.

– Чёрт, – прошипел он и тут же вспомнил про чёрный кинжал.

«Прошивает любую броню» – вспомнил он слова Шрама.

– Будет громко…

Четыре удара, пинок ноги и Ричард влетел в пыточную комнату, держа по кинжалу в каждой руке.

Он озирался по сторонам, вглядываясь между теней и пытаясь сообразить, что происходит.

Пыточная комната была пуста.


Глава 45: Генерал Граин


– До Айлангарда осталось меньше дня пути, генерал, вы уверены… – суетился один из командиров.

– Мы не будем заезжать в Айлангард, – не терпящим пререканий тоном бросил Граин. – Разбивайте лагерь здесь.

– Да, повелитель, – поклонился командир и вышел прочь.

Повелитель. Долго же они приучались к новому слову, все эти годы называя его генералом, по старой памяти. Нет, он никогда никого не поправлял. Он хотел, чтобы они пришли к этому сами, и они пришли. Для этого понадобилось время, но ожидание всегда было его сильной стороной. Он всегда всё делал медленно, но методично. И вуаля, половина Истиля уже у него в руках. А то и больше.

Срединные земли, Айлант. Он был здесь дважды и в последний раз задержался почти на целый год, чуть не потеряв столицу севера. Конечно, жалкие повстанцы не смогли её удержать, но надо признать, бывший император сумел навести шороху на севере. Генералам ещё долго приходилось гасить маленькие очаги восстаний по всей империи. Но это было даже забавно. Нет, он не сердился на Гумбера за его попытку, даже наоборот. Он всегда считал императора послушной пешкой, а тут такое! Жаль из него не вышло достойного соперника. Хотя, если учесть рост сети сопротивления в последние годы, то может всё ещё впереди? Кто знает.

Пока Граину было не до этих мелочей. Впереди предстоит воистину сложная задачка: захват юга. Вот уж кто не станет бежать с поля боя или просить пощады. Дракониды не в счёт. Своим решением они одновременно обрадовали и огорчили генерала. С одной стороны, ему было бы приятнее биться против всех пяти государств, с другой стороны, он был рад, что ему не придётся сражаться с теми, об кого разбиваются стальные клинки.

Граин откинулся в своём походном кресле, бросая косые взгляды на едва початую бутыль вина.

Ещё немного и всё будет кончено. Когда он захватит юг, останутся лишь эльфы, окружённые со всех сторон. И никакая шестихвостая им тогда уже не поможет.

Жажда пересилила лень и Граин встал-таки, чтобы налить себе красного.

Мир. Когда его план будет исполнен, во всём мире наступит Мир.

Он пригубил вина, довольно выдохнул, присел обратно в кресло.

Эти глупцы считают, что мира можно добиться добром, просто перестать воевать и всё. Ха! Да если бы Граин распустил сейчас северные государства, и все снова стали бы самостоятельными, как раньше… что бы тогда началось, мама дорогая. Архениты схлестнулись бы с вайраками. Саархилы бы полезли на гномов и эльфов. Каждый стремился бы к увеличению своей территории и значимости. О каком мире вы говорите? Мир создаёт сила и сила сейчас – генерал Граин. И если он проиграет не наступит мира, как думают эти невежественные повстанцы, наступит хаос и новые войны. И чтобы этого не допустить – он захватит юг, а затем и эльфов. И вот тогда уже наступит мир. Только так. Иначе этого добиться попросту невозможно.

Итак, дракониды перешли на сторону империи, но в войне участвовать не будут. Наархи отмалчиваются, что вносит резонанс в планы Граина. Остаётся надеяться, что, хотя бы герцог Мифмарилл сделает то, что обещал.

Генерал поставил пустой бокал на стол и улыбнулся в предвкушении.


Глава 46: Долг


Он увидел, как тело старика упало на перрон и состав тут же скрылся в чёрном туннеле, унося их всё дальше и дальше от скрытого яруса и полковника Моша.

Бранные выкрики гнома, сопровождаемые угрозами и тончайшими подробностями, остановило лишь то, что состав всё продолжал и продолжал набирать скорость, отчего у разведчика начало перехватывать дыхание. Спустя несколько секунд стоять в проходе было уже попросту невозможно и Африк, последовав примеру Ли, сел в одно из кресел, расположенных вдоль маленьких окошек по левой стороне вагона. Но и это ненадолго-то и помогло. Состав продолжал набирать скорость. Становилось трудно дышать, сердце будто бы сжалось, а пальцы побелели, всё крепче сжимая железные поручни. Голова уже прилипла к подголовнику, грудь осела, не давая сделать и вдоха, а состав продолжал набирать скорость. Африк хотел было что-то сказать Ли, но не смог разжать челюсть. Стало страшно. Ещё немного и его голова просто-напросто лопнет, как переспелый арбуз. Но, как всегда и бывает, в самый последний критичный момент, когда Африк уже было подумал, что всё, вот и подошёл очередной конец его истории, состав вылетел из тёмного туннеля Силдонии и сбросил скорость.

Разведчик тяжело выдохнул, едва удержав в себе завтрак, и посмотрел в окно.

Бесконечная белая пустыня, местами разрывающаяся чернотой горных хребтов и пик, уходила далеко-далеко вдаль и казалось, что ничего больше в мире не существует, кроме неё. Солнечный свет, отражаясь от огромных сугробов снежной долины, ослеплял и заливал собой всё вокруг, включая вагон состава, в котором ехали наши герои.

Это был прекрасный снежный мир, ещё не испорченный имперцами и их жадностью. Мир без забот. Мир без дворфов, гномов и прочих «разумных существ». Разумных ли? О, это предмет спора для величайших умов современности, но Африк к ним не относился. Он видел мир без «разумных» существ, прекрасный и совершенный. И видел мир с «разумными» существами, грязный и жестокий. И всё становилось очевидным. По крайней мере для него.

– Ты в порядке? – услышал он тяжёлый голос Ли. Видно эта поездка не только ему тяжело далась.

– Кажется, да, – прохрипел он, тут же попытавшись прочистить горло.

– Помнишь, что сказал старик?

– Да, нужно покинуть состав, – кивнул Африк. – Но как?

– Думаю, по старинке, – просто ответила девушка, вставая с места.

Она неспешно подошла к механизму дверей, положив на него раскрытую ладонь. Будучи хорошим техником, Ли быстро разбиралась в хитросплетениях любых механизмов, потому не прошло и минуты, как она что-то нажала, где-то дёрнула и дверь отварилась, заполнив медленно плывущий по рельсам вагон утренним морозом и завывающим ветерком.

– Ты с ума сошла? – бросил гном. – Да мы ноги себе переломаем, и это, если вообще выживем! А нет, так окочуримся быстрее, чем до Закилии доползём. Это тебе не предгорье Силдонии, здесь на порядок холоднее.

– Если боишься, можешь оставаться здесь, – показала язык Ли и выпрыгнула из вагона.

– Это я-то боюсь? – набычился Африк, выпрыгивая следом.

Бесконечные горы снега смягчили падение бесстрашных гномов, отделавшихся лёгким испугом. Когда они наконец вытряхнули весь снег из карманов и из-за шиворота, состав уже давно скрылся за горизонтом, погрузив округу в полное безмолвие. Так, ворча друг на друга и оглядываясь по сторонам, два разведчика двинулись прочь от железнодорожных путей.

Адреналин, быстрая ходьба и двусторонние перепалки помогли ещё долго поддерживать тепло, но отсутствие зимней одежды всё же дало о себе знать ещё до середины дня. Становилось очень холодно. Пальцы и нос грозили обморожением, а о конце пути и говорить было нечего. Горы Закилии лежали ещё слишком далеко, а погода только ухудшалась, обещая суровый вечер и ещё более суровую ночь.

– До Нууна два дня пути, или около того, – бросил Африк, пытаясь согреть руки.

– А зачем нам в Нуун? – поинтересовалась Ли.

– Это ближайший город саархилов, – пожал плечами гном. – Оттуда уже будем думать, как дальше.

– Ты всё же решил пробраться в Закилию? – спросила она. – Хочешь и там всё разузнать? Тебе не хватит того, что ты уже узнал?

– Мне не сказали чего-то нового, – дёрнул он плечом. – Это всё мелочи. Мне нужна вся картина целиком. И я узнаю, что задумали генералы, чего бы мне это ни стоило. Это мой долг, – сурово закончил серобородый.

– И ты думаешь, тебя так просто пустят в Нуун? – ухмыльнулась Ли, бросив на гордого гнома ехидный взгляд.

– У меня есть пропуск, – как-то неуверенно обронил разведчик.

– Думаю, он тебе не понадобится, – махнула рукой девушка. – Когда мы доползём до туда, нас уже будут ждать.

– И то верно, – размышлял Африк, потирая руки. – Но что тогда делать?

– Скоро узнаем, – загадочно улыбнулась Ли.

– В смысле? – не понял её гном.

– Увидишь, – озорно сверкнула она глазами.

И он увидел. И получаса не прошло, как на горизонте появилась странная машина, всё быстрее и быстрее приближающаяся к разведчикам.

– Это ещё что? – нахмурился почти окоченевший гном. Он уже перестал чувствовать свои руки и лицо, однако продолжал растирать их, действуя чисто из вредности. Глаза и борода его давно заиндевели и в скором времени, как казалось самому разведчику, он ничем не будет отличаться от многочисленных сугробов, мимо которых они брели.

– Шренсер, – пояснила девушка. – Поисковая машина. Я так и думала, что они бросят её за нами в погоню.

– И что нам делать? – встревожился Африк. – Какие у нас шансы с ножами против машины?

– Ты главное будь наготове, – каким-то странным голоском сказала ему Ли и он кивнул. Раз у неё был план, ему оставалось лишь довериться ему. До сего момента Ли его ещё не подводила.

Поисковая машина нагнала их довольно быстро, следуя, видимо, прямо по их следам. С виду она напоминала коробку на лыжах и каких-то лентах, украшенную световыми пушками, нацеленными прямо на двух замерших гномов.

– Мы сдаёмся, – крикнула Ли, поднимая руки. – Пожалуйста, мы замёрзли.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом в башенке над коробкой открылся люк и из него высунулась рыжая голова какого-то гнома в тёмных очках.

– Ещё бы вы не замёрзли! – расхохотался он. – Мы уж думали только трупы ваши и найдём. Сейчас мы вас свяжем и в…

Едва заметным движением Ли метнула кинжал в Шренсер и тот, недовольно прогудев, потух.

– Чего? – нахмурился рыжий, опустив взгляд куда-то вниз, внутрь машины.

Недолго думая, воспользовавшись моментом, Африк, в три прыжка, несмотря на лютый мороз и окоченевшие конечности, запрыгнул на башенку поисковой машины, приставив свой кинжал к горлу гнома.

– Вылезай, – шепнул он ему в ухо, так, чтобы внутри машины этого не было слышно.

Тут же рядом оказалась девушка, попутно отобрав у рыжего мини световую пушку, похожую на мини-арбалеты, так полюбившиеся гномам.

– Что там происходит? – крикнул кто-то из машины. – У меня ничего не запускается, Флин?

Ли пригрозила рыжему МСП (мини световая пушка), кивнув в сторону башенки, и показав знаком наверх.

– Вылезай, – бросил рыжий в башню. – Тут поломка.

Девушка кивнула, улыбнувшись.

Спустя пару мгновений из башенки показалась шапка, а далее и ещё один гном. Гном увидел вооружённую Ли и уже было хотел убраться обратно внутрь Шренсера, но Африк схватил его за шиворот и выволок наружу.

– Не так быстро, дружок, – прокомментировал он.

– Там ещё кто-то есть? – приставив МСП к виску второго гнома, спросила Ли. Гном едва заметно кивнул. – Вылезай, – крикнула она внутрь. Тишина. – Тогда я бросаю гранату…

– Не надо гранату, – послышался изнутри чей-то испуганный голосок. – Я сейчас. – И спустя пару секунд наружу выскочил ещё один гном, даже моложе двух предыдущих.

– Что за детский сад, – скривился Африк.

Троица юных солдатиков разглядывала носки своих сапог.

– Знаете, где база? – спросила девушка.

Гномы кивнули, не отрывая глаз от сапог.

– Тогда пошли прочь.

Троица нерешительно переглянулась, сделала парочку неуверенных шагов и побежала прочь.

На секунду Ли было задумалась, успеют ли эти юнцы добраться до базы к ночи, но почти сразу же выкинула жалостливые мысли из головы. Это не её дело. Их жизни в их руках.

– Что ты сделала с машиной? – спросил Африк, – когда три имперских бойца скрылись в снежной дали.

– Перебила питание, – пояснила девушка. – Там всё просто, я в два счёта починю. Ты пока погрейся внутри. И глянь, у них должны быть там тулупы…

Тулупы и вправду нашлись. И даже впору оказались. И варежки нашлись и очки тёмные и шарфы. И ещё много чего полезного нашлось, включая провизию. И машину рыжая гномиха починила очень быстро. Всё вышло как нельзя хорошо.

– И куда ты ведёшь? – спросил гном, когда день уже полностью перешёл в вечер.

– Подальше, – буркнула Ли. – Ночью буря будет.

– Согласен, – выглядывая в маленькое окошко, и осматривая небо, уронил Африк.

Девушка внезапно остановила машину и замерла, будто что-то обдумывая.

– Что случилось? – решил всё же поинтересоваться гном спустя пару минут.

– Бери лыжи и пошли, – внезапно отрезала гномиха. – Эта машина оставляет слишком большой след. Нас быстро найдут.

– Ты уверена? – нахмурился серобородый разведчик, огорошенный внезапной переменой цели.

Вместо ответа Ли взяла свою пару лыж и начала выбираться наружу. Африк громко выдохнул и последовал её примеру.

Снаружи стало ещё холоднее. Лицо мгновенно стянуло, превратив в подобие резиновой маски. С неба, маленькими воздушными ваточками, медленно опускались снежинки. Где-то вдали грохотала приближающаяся буря. А прямо перед ними начиналось подножие гор Закилии, ведущее на воющее плато и самый восточный город саархилов – Нуун.

Африк уже ничего не спрашивал, он просто посмотрел на Ли.

– Нам нужно найти пещеру на ночь и всё обдумать, – бросила ему девушка.

– Пещеру? – буднично ответствовал гном. – Здесь-то? И где же…

Но видя улыбку гномихи, Африк оборвал себя на полуслове.

– Ну, пещера, так пещера, – пожал он наконец плечами. – Веди.


Глава 47: Суд


За ним пришли днём.

Никто ничего не говорил, но он понял, что его ведут либо на казнь, либо на показательный суд (аристократы Хуорна обожали показательные суды). Уж больно торжественным выглядел момент. Все эти нарядные стражники, синхронно выполняющие все движения, эта гнетущая тишина, это полное отсутствие зрителей. Даже Фитах и Шимхани не пришли попрощаться, но это, скорее всего, было связано с тем, что они спешили занять свои места на будущем спектакле.

За серым особняком ждала повозка с железной клеткой, в каких обычно перевозят опасных животных. Ну конечно, подумал Хинамон, куда же без неё. Жаль кандалы сняли, картина будет не полной.

На светло-синем небе полностью отсутствовал даже намёк на облака. Погода стояла просто прекрасная. Лёгкий тёплый ветерок, щебетание птиц в деревьях, скрип колеса повозки.

Везли недалеко, не в парк, как полагал сам разведчик, а к дворцовой площади, что стояла чуть юго-восточнее особняка Фитаха. В целом хорошее место, просторное, как раз для казни или суда.

Самое странное, Хинамон абсолютно ничего не чувствовал. Из него будто что-то вырезали, что-то очень важное, и теперь на том месте зияла пустота, выкачивая из него остатки эмоций. Ему было плевать, что с ним будет, казнят его или будут дальше пытать. И не то, чтобы он хотел умереть, нет, ему просто было плевать, понимаете? Будто он больше не сосуществовал с этим миром в одной плоскости. Будто он был теперь где-то вовне, за пределами всего сущего.

Повозка встала, не доезжая до площади, что предвещало пешую прогулку. Они любят подобные трюки. Оттянуть момент. Пешая прогулка будущего смертника добавляет изюминку в представление.

Что ни говори, а сделали всё красиво. Блестящую от чистоты площадь обрамляли умело сколоченные трибуны, так хорошо вписывающиеся в пейзаж, будто находились здесь с самого основания города. И, как вы и сами думаю понимаете, яблоку негде было упасть.

Стоило сварту сойти с повозки, как кандалы надели вновь. А он-то уж запереживал, что будет выглядеть недостаточно покорённым и сломленным в глазах зрителей.

К большому удивлению сварта, никто не кричал, не укал и вообще не проронил ни слова. Он не спеша дошёл до установленного в центре дворцовой площади постамента в абсолютной тишине. Сопровождающие его конвоиры натянули цепь с кандалов и пристегнули её к трибуне, после чего спешно удалились. Но стоило ему взобраться на деревянный пьедестал, как…

– Хинамон чёрная молния, – громко представил его выходящий в свет дворцовой площади герцог Мифмарилл, прерывая затянувшуюся тишину.

Высокий, статный, гордый. Настоящий герцог, достойный того, чтобы занять трон Хуорна. В расшитом серебром белом камзоле, с серебряной тростью в правой руке, с блестящей диадемой на белых волосах.

Удивился ли разведчик, увидев знаменитого правителя Звездопада? Нисколько. Он ожидал чего-то подобного и знал, что окончательный вердикт ему вынесет именно этот предатель.

– Ты обвиняешься в сговоре с орками, в частности с самим королём Шагратом; ты обвиняешься в сговоре с северянами; ты обвиняешься в убийстве своих собратьев и, самое главное, ты обвиняешься в убийстве короля Вамхарона.

Хинамон молчал.

– Тебе есть что сказать в своё оправдание, Хинамон? – театрально вопросил лунный герцог, опираясь обеими руками на трость и задирая голову.

Разведчик продолжал молчать. Нет смысла говорить что-то на купленном суде. Мифмарилл любой его выпад обернёт против него же самого, а веселить публику не входило в планы Хинамона. Хотят казнить? Пускай. Но развлекать этих увальней он не намерен.

– Беря во внимание особое положение, я, как представитель совета, выношу тебе сме… – внезапно голос герцога оборвался, затем послышался чей-то крик и трибуны разорвало в фонтане криков, воплей и неразберихи.

Вот Хинамон видит падающее тело герцога Звездопада, а в другой момент аристократов, убивающих друг друга прямо на трибуне.

– Что здесь происходит… – прошептал в никуда Хин.

В этот момент к нему подбежал какой-то малой с охапкой ключей наперевес и принялся лихорадочно подбирать нужный, чтобы отпереть кандалы разведчика.

– Что здесь происходит, парень? – спросил его Хин, когда тот освободил наконец эльфа от тяжёлых цепей.

– Революция, господин, – улыбнулся паренёк, взирая на сварта светящимися от счастья глазами.

И тут в голову эльфа забралась одна нехорошая мысль.

– Ты случайно не видел, где сидел барон Шимхани? Это очень важно, – схватив юношу за руку, спросил разведчик.

– Кажется, там, я не уверен, – указал парень в самое начало трибун, туда, откуда заходил на площадь эльф.

– Спасибо, – бросил он и побежал.

Сражение вокруг уже затихало, одна неизвестная Хинамону сторона уверено побеждала вторую, но его это пока не волновало, с этим он разберётся после. Сейчас важно другое. Шимхани. И Хамифа. Взял ли он её с собой или оставил в особняке? И где был Фитах?

Последний вопрос разрешился сам собой в ближайшие секунды. Голова Фитаха лежала прямо на выходе с площади, недалеко от той самой повозки с клетью, на которой он, собственно, сюда приехал.

Было ли эльфу жаль отца своей возлюбленной? Нисколько. Хин испытал лишь облегчение от того, что больше им с Хамифой никто не сможет помешать быть вместе. Никто, кроме…

Он поймал за плечо первого попавшегося аристократа, крикнув тому в ухо.

– Ты видел куда сбежал Шимхани?

– Толстый Шимхани? – переспросил худощавый мужчина и тут же указал рукой в сторону западной тропы, ведущей к серому особняку. – На мекантере ускакал. Не волнуйся, далеко теперь не убежит, – мужчина как-то озорно улыбнулся и, развернувшись, пропал в гуще затихающего сражения.

Внимательно посмотрев в глаза одному из здоровенных мекантеров, что были впряжены в повозку, Хинамон поджал губы и решился.

До серого особняка долетели махом.

Едва спрыгнув с пантеры, разведчик почувствовал острую опасность и пригнулся, спрятавшись за каменной аркой у парадного входа в дом. Секунду спустя сквозь арку пролетела чёрная стрела.

– Чёрт, – услышал сварт чьё-то ругательство и, поставив перед собой защитный экран, на бешенных скоростях перерабатывая энергию – не забываем, что всё действо происходит днём, не лучшее время для магии свартов, – бросился к входным дверям.

Выбивать дверь не пришлось, она была не заперта, но открыв её, Хин тут же получил два снаряда в щит.

– Слабовато, для потомственного аристократа, – попытался вынудить Шимхани на продолжение разведчик, но барон оказался умнее. Толстяк вытащил из ниоткуда кинжал и приставил его к шее Хамифы, бывшей у него в заложниках.

– Ну-ну, Шимхани, – выставил перед собой пустые ладони Хинамон. – Давай всё решим один на один, а?

– Молчи, предатель! – прошипел барон, сильнее надавливая на шею девушки.

– Я сдаюсь, – спокойно произнёс разведчик, стараясь не делать резких движений. – Вот, встаю на колени…

– Госпожа… – прозвучало откуда-то сбоку, а потом последовал визг, довольно быстро оборвавшийся очередной тёмной стрелой Шимхани.

Если это не шанс, то…

Хинамон ударил молнией в руку барона… точнее попытался это сделать, встретив сопротивление барьера.

– Думал, ты самый умный? – ухмыльнулся Шимхани. – Сейчас я тебе покажу потомственного аристократа.

Толстяк несколько раз взмахнул кинжалом и весь первый этаж серого особняка запылал в чёрном пламени.

– Безумец, – бросил Хинамон, услышав лишь раскатистый смех в ответ.

Мимо головы пролетела очередная стрела, заставив разведчика вновь выставить барьер. Нет, так дело не пойдёт. Он слишком измотан, чтобы биться против Шимхани на равных. Ему нужен был план и срочно.

И не найдя ничего более оригинального, Хинамон просто бросился вперёд, прикрываясь клубами дыма.

Пытающийся взобраться на второй этаж, с заложницей в руках, Шимхани заметил его уже на самом подходе. Барон выпустил две стрелы подряд и пошатнулся. Видно истратил слишком много сил при выбросе такого количества пламени, а может надышался дыма. Всё может быть. В любом случае, для действующего на последних атомах адреналина Хинамона это был последний шанс на победу. И он его использовал.

Сварт прыгнул на перила и в два прыжка оказался над самой головой Шимхани. Пытающийся понять, что происходит, барон слишком поздно поймал разведчика в поле зрения. Он взмахнул было кинжалом, но Хин резким движением выхватил его и воткнул барону прямо в правый глаз.

Падающий в подступающее пламя Шимхани так и не понял, что собственно случилось.

Подхватив Хамифу, разведчик бросился к балкону, единственному месту, откуда можно было беспрепятственно сбежать из особняка. Ну или почти беспрепятственно.

– Хамифа, Хамифа, – причитал эльф, укладывая девушку на софу, на самом краю балкона, подальше от пожара, где эльфийка проводила столько времени в чтении и отдыхе. Рука случайно коснулась чего-то мокрого и тёплого и в этот момент девушка открыла глаза.

– Хин? – слабо позвала она.

– Я здесь, милая, здесь, – причитал он, целуя её руку. По скулам эльфа градом лились обжигающие слёзы.

– Хин… теперь ты заберёшь меня? – спросила она.

– Да, конечно, дорогая, заберу, заберу…

– И мы поженимся? – улыбнулась она.

– Конечно поженимся, конечно, – кивал сварт, стараясь не сорваться.

– Наконец-то… я так… рада…

– Нет, Хамифа? – звал Хин, до последнего отказываясь смотреть на измаранные ладони и расплывающееся на боку девушки тёмное пятно.

– Нет, нет, нет, – качал баронессу на руках сварт. – Пожалуйста, не надо…

– Нет… прошу… НЕЕЕЕЕЕЕТ!


Глава 48: Дворецкий


– Кончайте его.

Изувер обернулся к Тайлеру, пожал плечами и…

И в этот момент дверь в пыточную комнату отворяется и внутрь входит высокий черноухий арденит в чёрно-сером камзоле.

Тайлер сразу же узнал дворецкого Асирэ. Нанесённые им синяки ещё напоминали о себе. Гирт. Так его звали. Но зачем он здесь?

Главный дворф удивлённо оглядел новоприбывшего, немного задержавшись на трёх хвостах, но быстро пришёл в себя:

– Сюда без пропуска…

Арденит молча достал какой-то документ, сунув его под нос начальнику. Дворф пробежался по бумажке глазами, сглотнул и…

– А, эм, чем я могу? – проблеял он.

– Этого повстанца требует к себе высшее руководство, – задрав подбородок, отрапортовал Гирт. Но не так, как делают это рядовые перед командиром, нет, он говорил так, будто царь снизошедший до черни. Весь его вид показывал, как ему неприятно находиться в этом помещении и как сильно он хотел бы его покинуть.

– Высшее… – нахмурился дворф.

– Господин Сиен, если угодно, – снизошёл дворецкий. – У этого… элемента есть нужная графу информация.

– Он нам ни слова не сказал, – сплюнул на пол изувер. – Крепкий орешек.

– Нам скажет, – ехидно улыбнулся арденит, заставив дворфов отвести глаза.

– Ну, тогда… – начал бубнить дворф.

– Я его забираю, – заключил дворецкий. – Немедленно.

– Да, конечно, – не стал спорить начальник. – Как скажите.

Изувер быстро отстегнул парня от стены и Тайлер рухнул на пол.

Скривившись в брезгливости, Гирт легко закинул юношу на плечо и, под изумлённые взгляды двух дворфов, вышел вон.

Они остановились лишь у реки, не слишком далеко от внутреннего кольца. Уже вечерело и местных на улице практически не было. Внимательно осмотрев прибрежную часть улицы, дворецкий тяжело выдохнул и сбросил Тайлера наземь.

– Попей, – бросил он ему, кивая в сторону реки. – Я знаю, что ты давно не пил.

И он оказался прав.

Не задумываясь, в какой части города он находится, Тайлер добротно приложился к реке, оторвавшись лишь тогда, когда к горлу подступила тошнота.

– Госпожа очень переживала за тебя, – обронил дворецкий.

– И я очень ей за это благодарен, – ответил юноша, принимая вертикальное положение. – И тебе.

Ни один мускул на лице Гирта не дрогнул. Взгляд арденита оставался совершенно непроницаемым.

– Она бы расстроилась, узнав, что ты погиб так бесславно, – как-то странно, будто размышляя, сказал дворецкий.

– И я бы не хотел её расстраивать, – улыбнулся Тайлер.

– Тогда может ты просто покинешь город? Так будет лучше для всех, – посоветовал высокий арденит.

– К сожалению, я не могу, – опустил взгляд парень. – Теперь не могу.

– Жаль… – как-то глухо бросил дворецкий, подходя ближе.

– Да ладно… – начал было Тайлер и тут его что-то сильно ударило в живот. Тело отказало, совершенно перестав подчиняться, в глазах поплыло. Его вывернуло на рукав Гирта, а секунду спустя он услышал: «Я просто выполняю приказ… по-своему», и всё вокруг погрузилось во мрак.


Глава 49: У берега


К вечеру Ричард обошёл ещё три пыточных комнаты, с каждым разом всё ближе и ближе подступая к мысли, что юного Тайлера увели в замок.

В городе не усилили стражу, несмотря на ночные происшествия, а все изуверские комнаты для досмотра пустовали. Складывалось ощущение, будто имперцы просто взяли и покинули город, но, конечно же, это было не так. Скорее всего, часть стражи забрали на войну, а оставшимися усилили внутреннее кольцо. Это казалось логичным лидеру повстанческого движения Айлангарда. И это сыграет с ним злую шутку, если ему придётся лезть за стену.

Стивенсон резко остановился, задрав голову к небу.

Сейчас он направлялся к следующей пыточной, в глубине души прекрасно понимая, что в этом нет никакого смысла. Он попросту тратил своё время. И время юного Тайлера тоже. Кто знает, каким пыткам подвергался молодой герой прямо сейчас? И всё это по вине Ричарда, который не сумел уберечь паренька.

Лидер семнадцатой ячейки огляделся и уверено повернул в сторону, прочь с «дымной» улицы.

Несколько минут плутаний по узкому лабиринту нависавших друг над другом покосившихся домиков смоляного квартала, и он вышел к старой доброй реке Ай.

Чисто интуитивно Ричард примостился в тени ближайшего дома так, чтобы видеть всю прибрежную часть далеко на юг, но при этом не быть обнаруженным самому.

Вон она, громада внутренней стены, за которую ему нужно было попасть. Вот только как это сделать, когда многометровая гладкая стена охранялась и сверху, и снизу, а сам лидер сопротивления не имел при себе ничего даже отдалённо напоминающего скалолазное снаряжение? Это, конечно, вопрос.

Прикидывая в голове самые разные безумные варианты с проникновением в стан врага и спасением храброго паренька, лидер не сразу заметил их. Странную парочку на берегу, дальше против течения. Высокий арденит в форме дворецкого и светловолосый паренёк.

Осознание того, что перед ним Тайлер, медленно проникало в его мозг.

В тот момент он не раздумывал над тем, как парень оказался у реки, да ещё в компании арденита-дворецкого. Это было не важно. Тайлер был в безопасности, вот что было важным в тот момент. Он нашёл его! Но, как оказалось, слишком поздно.

Он застал момент удара, наблюдая, как юный паренёк падает в реку, течение которой подхватывает его и уносит прочь. Он видел арденита, спокойно уходящего прочь, даже не взглянув в сторону убитого мальца.

В тот момент всё естество Стивенсона кричало: «Убей его!», «Уничтожь!», «Отомсти!». Но, во-первых, что-то подсказывало Ричарду, что этого противника ему не одолеть, а во-вторых – он не мог просто взять и бросить Тайлера вот так. Его, как минимум, следовало достойно похоронить. Он этого заслужил.

Внутренняя борьба длилась недолго и когда хвостатый дворецкий пропал в тенях ближайшего к месту происшествия переулка – Ричард бросился к реке.

Течение несло тело прямо в руки лидера, так что особых навыков по перехвату тел в реках ему не понадобилось.

Тяжело крякнув, Стивенсон покрепче ухватился за мокрую куртку Тайлера и вытащил тело на берег, оглядываясь в поисках чего-нибудь подходящего, чем можно было выкопать яму. Не кинжалом же, в конце-то концов.

– Место, конечно, совсем не подходящее, – пробурчал он, так и не найдя ничего приемлемого в виде лопаты или совка.

Окинув парня взглядом, лидер прикинул, сможет ли он утащить его к стене, где могилку никто не потревожит. Так было бы правильнее. Да и так меньше вероятности, что Тайлера кто-то обнаружит, пока Ричард ищет лопату.

И тут он заметил кое-что интересное. Точнее не заметил. Он не видел ран. И крови.

– Да ладно… – бросил лидер, поспешно падая подле юнца. – Как же там…

Он никогда не был силён в этом, но сейчас попробовал надавить на грудь утопленника, потом ещё раз, и ещё. Безрезультатно.

– Ну нет… – посмотрев на губы парня, обронил он. – Да к чертям всё!

Стивенсон сжал нос Тайлера, пальцами свободной руки открыл ему рот, приложил свои губы к его губам и что было сил дунул. Затем ещё. И ещё. Снова надавил на грудь. И второй раз, и третий, и четвёртый, пятый, шестой… он давил всё сильнее и сильнее, костеря парня на чём свет стоит.

– Да оживай ты уже наконец! – сквозь слёзы, со всей силы ударил парня в грудь лидер и тот, извергнув из себя целую пинту воды, закашлялся.


Глава 50: Нуун


Нуун-сааш-кегиль, преддверье в бездонную яму, если переводить это название дословно. Город-крепость, практически полностью находившийся внутри горы. Со стороны, когда вы только подъезжали к нему, он напоминал небольшой лагерь или деревушку, ютившуюся на небольшом открытом с трёх сторон плато, над которой гордо развевался чёрный, напоминающий кристалл, ромб на белом поле, незатейливый герб саархил. Но затем вы замечали их… огромные чёрные врата, вырубленные прямо в скале, на самом краю деревни.

Чтобы пройти во внутренние помещения Нууна нужно было иметь при себе особый имперский пропуск или родиться саархилом, поэтому все приблудшие в бездонную саму были вынуждены ютиться в деревне у врат, на радость местным торговцам и владельцам харчевен.

– Вот и пригодился твой пропуск, – ухмыльнулась Ли, входя во внутренние помещения города-замка.

– Ага, – встав столбом, едва они вышли на широкий балкон, обронил гном. – Ты только посмотри на это…

– Красиво, – согласилась гномиха, встав рядом с ним.

Под ними, во всей своей красе, раскинулся огромный грот, заполненный всевозможными строениями, мостиками и инженерными приспособами.

Насколько знал Африк, Нуун был самым маленьким из городов саархил, но созданный из металла, стекла и кристаллов он выглядел, как самый настоящий сказочный город, вызывающий лишь восхищение и уважение. Стекло и кристаллы переливались самыми разными цветами, создавая атмосферу непринуждённости и иллюзию свободы и невесомости. Кристально-стеклянный город не выглядел хрупко, нет, он выглядел фантастически. Именно так. И только об этом вы мыслили, находясь в нём.

– Всё ещё не могу поверить, что мы в Нууне, – обронил Африк, наконец придя в себя и осознав, что всё ещё сжимает пропуск в руке.

– И в качестве кого! – веселилась девушка.

– Да уж, – хмыкнул разведчик. – Прикинуться охотниками за беглецами. Такое только ты могла придумать.

Чтобы вы понимали, что собственно происходит, расскажу, как есть. Вчера, прямо перед бурей, Ли и Африк бросили Шренсер прямо у подножия Закилии, на лыжах отправившись прямиком на север. Для разведчика из Мирды это оказалось сюрпризом, но там у рыжей гномихи оказался схрон, то бишь пещера с разными интересными вещами, провизией и, что самое важное, с тёплыми спальными местами.

– Ничего себе, – только и смог выдавить из себя Африк, спустившись в потайную часть пещеры.

Пока парочка отогревалась и перекусывала, девушка похвасталась разведчику изюминкой своей коллекции.

– Похоже на бронекостюм дворфов, только меньше. Что это? – осматривая нечто новое, спросил гном.

– Электроброня охотников за беглецами, – горделиво возвестила Ли. – Гномская.

– Где ты её откопала? – удивился разведчик.

– Старая история, – отмахнулась девушка. – У меня их два.

– То есть… – начал медленно понимать Африк, попутно округляя глаза до размера десертной тарелки.

– Классная идея, а? – расцвела гномиха.

Пока они переодевались в электроброню охотников за беглецами, Ли призналась, что таких схронов у неё на севере около десятка.

– Никогда не знаешь, что может случиться, – пожала она плечами.

– Это круто, – завистливо и одновременно восхищённо глядел на неё Африк. – Правда.

– Спасибо, – чуть смутилась девушка. – Я как раз собиралась передать в штаб о своих пещерах. Пусть ребята пользуются на здоровье. Сама-то я всё реже в них заглядываю, сам понимаешь.

– Хорошая идея, – согласился гном. – Правда, тогда это уже перестанет быть твоей фишкой…

– Знаешь, – начала она. – Если честно, я бы хотела завязать со всем этим. Знаешь, хочется уже отдохнуть. Я не говорю про семью, ты не подумай, эта тема для меня всегда была сложной, но… я устала, Африк. Правда устала. И я надеюсь, что это моё последнее задание. Ты уж прости, если что.

– Я понимаю, – поддержал её гном. – Сам часто об этом думал. И, на всякий случай, обещаю в будущем больше не беспокоить, – он улыбнулся, и она ответила ему тем же.

– Ловлю тебя на слове, старый чёрт. Но это не значит, что про меня нужно тут же забыть, смекаешь?

– Да, – кивнул он. – Я не забуду.

– Вот и хорошо, – закончила она разговор, готовясь ко сну.

В Нуун отправились ещё до первых лучей солнца. Путь был неблизкий, даже со знанием коротких дорог и наличием электролыж. Конечно ни о каких двух днях и речи ни шло; в город они прибыли ещё до вечера.

Несмотря на все опасения Африка, как и предполагала Ли, их приняли за очередных охотников. Как оказалось, к этому времени в город таких прибыло почти с десяток. Девушка лишь назвала два несуществующих номера лицензий на охоту, сообщила о беглецах из Силдонии и намекнула, что они мол всё равно притащатся в Нуун, чего за ними по сугробам бегать, и их тут же впустили в город, как говорится, погреться.

– Знаешь, я уже бывал в Нууне, – признался гном.

– Да? – ведя разведчика по бесконечным коридорам, обронила Ли.

Девушка торопилась. Имея на руках пропуск, они могли свободно перемещаться по городу, но чем дольше они в нём находились, тем больше подвергались вниманию со стороны местной стражи. Как правило, охотники никогда особо не задерживались во внутренних помещениях Нууна.

– И всё равно не могу не восхититься его красотой. Все эти кристаллы, стекло, камень. Все эти формы. Даже не знаю, как описать, – как-то растерянно вещал Африк.

– Да, красиво, – задумчиво вставила девушка, явно что-то высматривая по сторонам.

– Я даже не помню, что за задание у меня тогда было, – улыбнулся воспоминаниям разведчик. – А город помню во всех деталях.

– Это ты молодец, – безэмоционально вставила гномиха, перетянув наконец внимание гнома на себя.

– Что это? – упёршись взглядом в странный чёрный кристалл прямоугольной формы, спросил Африк.

– Сервер, – прошептала Ли. – Один из.

– И? – многозначительно протянул гном.

– Через него я смогу узнать нужную нам информацию, – объяснила девушка, выдвигая странную подставку из-под кристалла, испещрённую кнопками, тумблерами, кристаллами и символами, значения которых разведчику были не известны.

– Так просто? – поднял брови Африк.

– Ну, как сказать, – ухмыльнулась она. – Этими штуками умеют пользоваться лишь инженеры саархилов. Да и язык этих уродов никто кроме них не понимает.

– Кроме них и тебя, да? – догадался гном.

– Да, Африк, да. Саархилы моя слабость. Я изучала этот народ всю свою жизнь, так я пришла к науке и технике. А теперь, выиграй мне как можно больше времени. Скоро они засекут, что кто-то занимается непристойными делами прямо у них под носом и захотят узнать кто это.

– Выиграть любыми способами? – уточнил разведчик.

– Ага, – весело подмигнула ему девушка.

– Славно, – улыбнулся Африк и вышел из тупичка в коридор.

Несколько минут стояла абсолютная гнетущая тишина: их никто не беспокоил, не звучало никакой тревоги, только Ли негромко тыкала по кнопкам и крутила щёлкающие тумблеры, изредка хмыкая. А потом с дальнего конца коридора, выходящего в общий зал, откуда пришли и наши герои, вышли двое стражников в серебряных доспехах. Хотя, знаете, вышли, не совсем тот термин, который стоит применять к саархилам. Всё-таки эти странные создания не ходят по земле, но парят над ней. Так вот, стражники подплыли к улыбающемуся гному, в электроброне охотника за беглецами, уставившись на него своими чёрными миндалевидными глазками.

– Дай пройти, – услышал он у себя в голове телепатическую команду одного из саархил.

– Куда? – решил сыграть дурака Африк.

– Туда, – указал рукой страж, тут же попав в ловушку.

Едва чувство того, что на него смотрят, пропало, гном сделал два метких выстрела из МСП и быстро принялся прятать тела в тупичок.

Данный манёвр стал возможен лишь благодаря двум вещам. Во-первых, полному отсутствию у саархилов таких понятий, как сарказм, ирония, юмор и тому подобному. И во-вторых, наличию у стражей всего по два кристалла за спиной. Если бы стражи оказались реально сильными, разведчик побоялся бы подпускать их к себе настолько близко.

– Есть! – услышал у себя за спиной Африк и в этот момент сработала сигнализация. – Ой, – тут же поправилась Ли.

– Нужно бежать! – крикнул ей гном. – Идут!

В дальнем конце коридора уже нарисовалась группа стражей. Три кристалла, четыре. Эти уже были не так слабы, как первые.

– Ли! – крикнул Африк подруге, предвкушая неприятности.

– Ещё немножко, – причитала девушка, копаясь в сервере.

– Нет времени, – дёрнул её за руку разведчик и они побежали в другой конец коридора, проще говоря, куда глаза глядят.

Саархилы-стражи начали стрелять.

– Твою мать, – выругался Африк, когда один из лучей подпалил его броню. – Жжёт.

– Сюда, – не обращая внимания на его нытьё, бросила гномиха, дёргая разведчика за рукав.

Ли вела его куда-то вниз, по лестнице, а точнее по спиральному спуску, лишь частично напоминающему лестницу.

Прокатившись часть пути кубарем, они всё же достигли нижнего этажа, нарвавшись на ещё один отряд.

– Стой! – прозвучало в голове, а затем:

– Глаза! – Ли.

Впереди что-то ярко вспыхнуло и вот прикрывающего глаза разведчика уже тянуло в один из пролётов, под аккомпанементы светового обстрела.

Честно признать, если бы не Ли, Африк бы и минуты не протянул в том хаосе безобразия, что разверзся после того, как сработала сигнализация. Гном совершено не понимал, что творится и куда она его ведёт.

– Ли, куда…

– Где-то здесь должен быть состав, – буркнула она, и спустя мгновение они выбежали на странную, залитую бело-синим светом площадку с большим стеклянным цилиндром посередине. По всему периметру площадки гудели трубы и то, что Ли называла проводами; у стен располагались чёрные прямоугольные кристаллы с тумблерами кнопками и всем прочим арсеналом непонятных Африку приспособлений; а на потолке мерно гудели пропеллеры.

– Вот дерьмо, – выругалась девушка, закусив губу.

– Да что…

– Полезай внутрь, быстрее, – рявкнула Ли, подбегая к одному из кристаллов и что-то беспорядочно нажимая. Гному ничего больше не оставалось, как послушаться гномиху.

Через несколько секунд она уже вбегала в закрывающиеся двери стеклянного цилиндра, начиная тут же вбивать какие-то символы в мини кристалле внутри цилиндра.

– Да как же там… два, пять, нет, блииииин! – злилась девушка.

На площадку вылетели стражи и…

– Да пошло оно всё! – крикнула Ли и ударила по самой большой кнопке под кристаллом.


Глава 51: Хинамон кровавый


За спиной эльфа пылал особняк барона Фитаха. Пламя уже разлетелось по всему периметру здания, не давая шанса уцелеть ни единому элементу поместья.

Вокруг бегали какие-то сварты, видимо подчинённые Фитаха и Шимхани, а может и городские. Кто знает? Они не трогали Хинамона, и он не обращал на них внимания.

Халифу он оставил там же, на балконе. Обычно сварты сжигают лишь воинов, павших в бою, но разведчику стоило лишь представить, как её прекрасное лицо будет медленно гнить под землёй, как выбор явился сам собой. Пусть будет так. По крайней мере с этим особняком связана вся её жизнь. Вся их жизнь.

Он не знал куда идёт. Ноги просто несли его куда-то, и через какое-то время он оказался на дворцовой площади, где должна была решиться его судьба. Оказалось, что его ожидали.

– Слава новому королю! – кричал кто-то.

– Слава Хинамону! – подхватывал другой.

Перепачканный в крови своей возлюбленной, Хинамон непонимающе переводил взгляд с одной аплодирующей ему фигуры на другую.

Ещё большую сюрреалистичность картине придавал такой штрих, как валяющиеся тут и там тела свартов-аристократов и обугленная, полуразрушенная трибуна.

Именно благодаря этому мигу в будущем к нему пристанет прозвище «кровавый». Конечно, в лицо его так называть никто не будет, только за глаза. Особенно осторожны будут те, кто знал, чья кровь была на нём в тот день. Глупцы же да простаки спишут всё на старую сказку, мол, бился в первых рядах, освобождая страну от гнёта и так далее, и тому подобное.

Спас положение, внезапно появившийся герцог Шихар, правитель восточных перевалов, о котором разведчик знал только то, что он являлся давним другом бывшего короля Атхина и отца Хамима. Другом, который не встал на защиту в самый нужный момент.

– Ты верно в замешательстве, мой друг, – сразу начал герцог, кладя руки на плечи юноши. – Пойдём…

И под аплодисменты, крики «браво» и «слава королю», они удалились во дворец Хуорна, чёрным клыком возвышающимся над залитой кровью площадью.

– Я понял, что произошёл переворот, – сказал Хинамон, едва ворота закрылись за их спинами. Они двинулись через огромный золотой чертог королей, выстроенный из жёлтого кирпича и обрамлённый старыми доспехами, головами драконов, мечами, цепами и прочим хламом, направившись прямо к лестницам на второй этаж.

– Это, если вкратце, – согласился Шихар, чуть склонив голову. – Вамхарон догадывался, что планируется нечто подобное и мы были наготове. Правда, уберечь короля не смогли… Мифмарилл…

– Оказался хитрее, но тем не менее он мёртв, – решил побыстрее закончить всё это эльф.

– Да, – кивнул герцог. – Совет единогласно признал ваше право на престол, после смерти Вамхарона. Если честно, Мифмарилла очень не любили среди знати. Даже те, кто ему служил.

– Однако погибли за него многие, – поминая трибуны, сказал Хин.

– Там были все его сторонники…

– Не все, – скривился сварт.

Они уже преодолели лестницы, выйдя в длинный серый коридор, каждая дверь в котором была точной копией предыдущей.

– Прошу прощения? – слегка нахмурился старик.

– Шимхани бежал в серый особняк, – поведал тёмный эльф.

– И судя по тому, что вы шли оттуда… – медленно проговорил Шихар.

– Именно так, – кивнул Хинамон.

– Хорошо, – сложил руки вместе герцог. – Это ваши временные покои, – он кивнул в сторону очередной двери без каких-либо опознавательных знаков. – Приведите себя в порядок, а я пока соберу совет.

– Отличная мысль, – не стал спорить эльф. – У меня как раз есть новости.

***

Хинамон даже не стал переодеваться. Всё, что он сделал – это смыл кровь и собрал свои мысли в некое подобие порядка. Поэтому сначала он думал, что будет разительно выделяться на фоне графов и герцогов, входящих в совет.

Но он прогадал.

Как оказалось, все графы и герцоги, входящие в совет, участвовали в перевороте, а потому сейчас выглядели ничуть не лучше своего короля.

– А я смотрю, король стоит своего совета, – решил пошутить новоизбранный правитель, прощупывая почву. И к его удивлению, большая часть аристократ рассмеялось, а один из них залился таким заразительным хохотом, что через несколько секунд все валялись под столом, к вящему изумлению слуг, из последних сил старающихся удержать в руках кубки с вином.

Когда смех стих, Хинамон уже успел занять своё место во главе круглого стола, за которым восседал цвет высшего общества Хуорна. За спиной сварта висел герб во всю стену, чёрное дерево на красном фоне. По всему периметру просторного зала, у стен, стояли слуги. С высокого потолка, привязанные к металлическим тросикам, висели зачарованные кристаллы, хорошо освещая стол и собравшихся за ним аристократов. На самом столе, кроме кубков с вином и мелкой нарезки из мяса, больше ничего не было.

– Предлагаю выпить! – встал очень высокий и широкоплечий сварт в возрасте. – За короля!

– За короля! – хором громыхнули все остальные, включая самого Хина, и все без исключения осушили свои кубки.

– Можно ваше имя? – спросил молодой король, пока слуги наполняли опустевшие кубки.

– Граф Куфрах, – представился высокий эльф. – Я правитель южной части западного кряжа.

Южная часть западного кряжа, являющего собой границу земель свартов, ещё носила название земель рууха. Именно там, среди самых неприступных и острых скал лунных гор, жили величавые птицы грома, вошедшие в многие легенды, воспеваемые певцами в самых страшных балладах. Многие даже сравнивают этих вестников бури с драконами, но больше всего юного короля поражало другое. Его поражало, что там кто-то жил. Конечно, в самой южной части кряж постепенно переходил в пустыню ветров, где начинали встречаться мелкие поселения орков, но вряд ли эта часть земель рууха была более безопасна нежели горная, ведь помимо орков там, на границе пустыни ветров, обитало и многое множество других тварей, неизмеримо свирепее зелёных гигантов Оркханка. Они шли со стороны серой пустоши юга, местности, которую не решились обживать даже лютые бесстрашные орки. Местности, где беспрерывно задували свирепые бури, а температура воздуха превосходила все мыслимые пределы.

– А я думал, что там кроме бесконечных скал больше ничего и нет, – признался Хинамон.

– Так и есть, – улыбнулся Куфрах.

– Как же вы там выживаете? – задал резонный вопрос король.

– Занимаемся торговлей с орками, – ещё шире улыбнулся граф.

– С орками? – задрал брови Хин.

– Ага, – хохотнул Куфрах. – Мы им сталь, они нам, что мы попросим.

Несколько аристократ в совете рассмеялось и только тогда до бывшего разведчика дошло, что имеет в виду скальный граф, говоря о стали.

– Надеюсь, сейчас торговля поугасла? – с надеждой вопросил Хинамон.

– Да, мой король, – кивнул Куфрах.

– Хорошо, – сложил руки вместе Хин. – А теперь предлагаю перейти к делу.

Все в совете молча воззрились на своего нового повелителя. Конечно, они были рады, что избавились от Мифмарилла, да и знакомство с новым королём вышло довольно удачным, но это лишь начало и всё сейчас зависело от первого приказа. Однако выбор у Хинамона был не велик.

– К нам идёт война, – сразу в лоб начал новоизбранный король.

– Кого именно вы имеете в виду? – решил уточнить Шихар. Врагов у тёмных эльфов хватало с избытком.

– Северян, – ответил Хин, обводя всех тяжёлым взглядом.

– Давно пора, – бросил Куфрах, осушая кубок.

– Вы узнали об этом, пока были в срединных землях? – уточнил очень старый, но совершенно несгибаемый герцог Зитар, правитель заповедной части Хуорна (то бишь почти всего юга великого леса) и один из четырёх главных аристократов Хуорна, до смерти Мифмарилла и Вамхарона. Теперь один из трёх, считая Шихара и самого Хинамона. Бывший разведчик хорошо его помнил по старым временам. Он был одним из тех, кто участвовал в покушении на его отца и выносил приговор самому Хинамону в те далёкие дни. Довольно неприятный тип.

– Я узнал это от короля Шаграта, – признался король. – А он узнал это от генерала Диргена.

– Но можно ли им верить? – развёл руки в стороны Зитар.

– Я верю, – скрестил руки на груди Хинамон.

– Значит ли это, что нам придётся сражаться бок о бок с орками? – нахмурился Куфрах. Графа явно не прельщала мысль вступать в союз с теми, кого он привык убивать.

Почти все до единого дворяне терпеть не могли орков также сильно, как и драконид. Это была кровавая история длиною в столетие; история войн, стычек и мести. И как вы прикажете убедить их сражаться с зелёным народом в одной упряжи? Но дороги назад уже нет. Здесь либо всё, либо ничего. Пан или пропал.

– И не только с ними, – громко сказал король, вступая на опасную тропу. – Ишгарцы и Наархи, скорее всего, тоже будут участвовать в войне.

– Вы сейчас серьёзно? – скривился какой-то молодой барон в дальней части стола.

– Это уже ни в какие ворота… – донеслось до Хина оттуда же.

– Неужели силы северян настолько велики? – вмешался Шихар, чуть повысив голос. Старый чёрт играл на стороне Хинамона, зная, когда лучше встрять в разговор.

– Вы даже не представляете насколько, – подыграл бывший разведчик. – Даже объединившись, мы можем проиграть.

– Они будут наступать по всем направлениям? – спросил Зитар, водрузив свой тонкий подбородок на сцепленных вместе руках.

– Они пройдут по горной пустыне Ао и ударят по Оркханку. После захвата горной пустыни Шардош они ударят по нам. Насколько мне известно, сейчас империя ведёт переговоры с драконидами, уговаривая тех без войны встать под их знамёна, – поведал всё что знал Хин.

– Я так понимаю, мы не рассматриваем вариант вступления в империю? – спросил Зитар, но видя взгляды других аристократ, тут же добавил: – Я просто уточнил.

– Значит, проиграют орки – проиграем и мы? Если утрировать? – спросил Шихар.

– Именно так, – кивнул король.

– Тогда тут и думать нечего. Раз другого варианта нет, – поставил точку Куфрах, и все закивали, соглашаясь.

– Тогда предлагаю связаться с Шагратом, – хлопнул в ладоши Хин. – Кто-нибудь…

– Сейчас, – оборвал его Шихар. – Зитар, подсобишь?

– Конечно, – с неохотой обронил старый эльф.

Несколько пасов, мощный всплеск энергии, и перед всем советом, над столом, возник чёрный круг, в котором начали появляться какие-то картинки, цвета, а затем возникло серо-зелёное клыкастое лицо короля орков.

– Шаграт, – поздоровался с орком сварт.

– Хинамон! – обрадовался орк. – Я так понимаю, ты всё-таки стал тем, кем должен был стать?

– Да, – просто ответил Хин, решив не вдаваться в подробности. Иначе ему уже начинало казаться, что все кроме него знали, что он станет королём.

– Ты вовремя, – бросил Шаграт. – Силы дворфов уже вошли в железные горы. И их очень много. Ишгарцы с нами, а вот Наархи приглашение на вечеринку проигнорировали. Боятся, твари, – осклабился было орк, но тут же сузил глаза. – У вас всё в порядке?

– Да, мы придём, – сказал бывший разведчик.

– Три королевства юга против всей мощи империи, – медленно протянул Шаграт, после чего наступила гробовая тишина. – Об этом сражении сложат легенды и песни, – мечтательно обронил зелёный великан, спустя несколько секунд. – У меня к тебе ещё одна просьба, Хинамон.

– Какая? – вскинул бровь эльф.

– Свяжись с драконидами. У меня не получилось их убедить, может получиться у тебя. Ты в любимчиках у удачи, вдруг получится? – попросил Шаграт.

– Я подумаю, – кивнул новоиспечённый король свартов.

– Хорошо, – кивнул орк. – Тогда до скорой встречи.

Переговорный мост пропал, Шихар и Зитар устало выдохнули. Такие заклинания требуют большого количества энергии. Очень большого, если быть честным. Обычно мост поддерживают сразу несколько обученных магов, но чтобы вдвоём, да ещё после такого дня? Молодому королю оставалось лишь порадоваться, что у него в подчинении были такие сильные советники.

– Драконидов обсудим завтра, – предложил Хинамон. – А сейчас я предлагаю напиться.

– Да! – хором поддержали его графы и герцоги.

– Вот это я понимаю король, – улыбнулся Куфрах и вырвал кубок из рук стоящего рядом слуги.

Глава 52: Беседа


Мерно журчала практически почерневшая Ай; отражающиеся в её обсидиановой поверхности мириады звёзд колыхались, будто волнуемые бризом; в кустах за спиной слышался стрёкот кузнечиков, а где-то вдалеке ругань взрослой женщины, так мать кричит на ребёнка или жена на нерадивого мужа.

Похолодало.

– Ну и денёк, – истерично хохотнул Ричард, пытаясь зачать разговор.

Тайлер просто посмотрел на него отсутствующим взглядом, будто спрашивая: «ты это мне говоришь?».

– Ну, да, – опустил глаза Стивенсон.

Они снова уставились на реку.

Лидер теребил в руках свою флейту, до того момента валявшуюся в вещмешке. У него проснулось острое желание поиграть, но момент казался не совсем подходящим.

– Я вас две недели искал, – сказал вдруг Тайлер.

– Вступить хотел? – догадался Ричард.

– Ага, – просто кивнул парень.

– Считай, что принят, – хлопнул он его по спине. – Если не передумал.

– Не передумал, – покачал головой Тайлер.

Снова замолчали.

Казалось, им столько всего нужно было и можно было обсудить, но всё это сейчас казалось каким-то незначительным что ли. Какая теперь разница, что было?

– Может к нам пойдём? В убежище? – предложил Стивенсон. – Познакомишься со всеми. Если, конечно, Глен всех не эвакуировал ещё… тогда даже я не знаю, куда нам идти.

– Если что, можешь у меня переночевать, – предложил вдруг Тайлер.

– У тебя – это где? – поинтересовался Рич.

– В квартале для бедных, конечно, – будто говоря нечто крайне очевидное, ответил парень.

– А где там? – стало вдруг интересно лидеру.

– Почти у заброшек. Знаешь, где кучи? Хотя откуда…

– Где старый Самир живёт? У старого колодца? – тут же вставил Стивенсон.

– Откуда знаешь? – удивился Тайлер, посмотрев на Ричарда.

– А ты думал, откуда мы все? – горько ухмыльнулся лидер повстанцев. –Большинство наших с заброшенного квартала и квартала для бедных. Возможно, многих из них ты даже знаешь в лицо.

– Я думал об этом, когда искал вас, – кивнул вдруг Тайлер. – Мне казалось, что я каждый день мог натыкаться на повстанцев, но не знать, что это повстанцы.

– Трудно угадать, чем занимается человек, по одному его виду, – философски изрёк Ричард, доставая флейту.

Он больше не мог сдерживать себя. Ему срочно нужно было высвободить всё то, что накопилось в нём за последние пару дней.

Он начал играть без предупреждения, и музыка захватила всё побережье, обращая в слушателей даже комаров. Стыдливо затихли кузнечики, вдалеке больше не кричала женщина, даже река будто стала вести себя потише. А Тайлер… Тайлер внимательно слушал эмоциональный порыв своего нового наставника и ему… нравилось. Он будто узнавал в этой звенящей музыке самого себя. Не того себя, каким бы он хотел быть, а того себя, который живёт внутри каждого из нас и растёт с каждым днём, становясь чем-то большим. И если ему не мешать, если ему помочь, если не мечтать, а делать, в один прекрасный день вы можете стать собой. Настоящим собой. Без комплексов, без чужих советов и навязанных мнений, без ярлыков, без всего того, что засунули в вас другие. Собой.

В домах постепенно гасли огни; стражники на посту начинали мерно посапывать, опёршись на копья; улицы стали безлюдны и время в столице будто бы замерло.

И только флейта продолжала играть, оплакивая, обещая, успокаивая.


Глава 53: Хозяин снежных долин


Только что перед ним, за толстым стеклом, висели в воздухе стражи саархилов и вуаля, он уже в центре снежной бури, посреди хрен пойми чего.

Ноги подкосились, в голове зашумело. Кажется, его рвало, а может это просто была галлюцинация. Всё вокруг разлетелось на калейдоскоп осколков, а когда собралось обратно воедино, он понял, что идёт, облокотившись о плечо Ли.

– Где мы? – прокричал он куда-то в район уха девушки.

– Не знаю, – послышалось откуда-то издалека. – Нужно найти укрытие.

Африк попытался оглядеться, но не увидел ничего, кроме снега и камней. Ветер свистел с оглушительной силой, прошибая до костей. Именно в таких ситуациях обычно приходит понимание, что стоит тебе остановиться и ты умрёшь. И это была не шутка. Разведчик не чувствовал ни рук, ни ног, ни лица. Он и говорил-то с Ли не шевеля губами. Он просто шёл, потому что надо было идти. Потому что иначе нельзя. Потому что не идти – означало смерть. А умирать ему ещё было рано.

А затем опытный разведчик начал подмечать детали. Камни. Для многих это может прозвучать странно, но камни везде разные. И зная это, всегда можно определить своё местоположение, хотя бы до определённого района.

Несмотря на жуткий ветер и холод они были ещё живы, а значит, мороз здесь не такой уж и сильный, просто им так кажется. Многие камни оголены, снега не настолько много, чтобы они проваливались в него по пояс. И горы эти монолитные, без россыпей курумников. Серые камни, чёрные камни, снова серые. И эти жилы…

– Это Силдония, – прокричал он Ли.

– Думаешь? – ответила она.

– Уверен, – попытался кивнуть Африк. – Северная сторона Силдонии. Нам нужно на юго-восток.

– Ещё бы знать где он… – пробурчала девушка и кажется выругалась, но так тихо, что ветер унёс её последние слова прочь.

Серобородый разведчик резко остановился, медленно повернув голову влево. Либо у него начались галлюцинации, либо этот сугроб только что…

– Беги! – прокричал он гномихе, резко развернувшись и, поскользнувшись, рухнул в снег.

В этот же момент сугроб начал подниматься и из-под осыпавшегося снега показалась недовольная клыкастая морда ледяного медведя.

Понимая, что убежать от лютого зверя не удастся, Африк, желая защитить Ли, выхватил МСП и, забыв про сильный мороз, сковавший пальцы, начал палить во всё ещё стоявшего на месте опасного хищника.

Он попал лишь дважды, – лишь слегка опалив шкуру зверя, – когда пришедший в себя хозяин снежных долин, махнув огромной лапой, сбил его с ног. Пушка вылетела из рук, дыхание сбилось, во рту появился лёгкий солоноватый привкус. Бывалый разведчик попытался было подняться на ноги, нащупывая правой рукой свой кинжал, но ледяной медведь не собирался ждать. Он набросился на гнома, вцепившись зубами в левое плечо Африка.

Монстр мотал тело бедного гнома из стороны в сторону, доставляя разведчику невыносимую боль. Африк попытался ткнуть медведя кинжалом, но тот вылетел у него из рук после второй же попытки. Теперь гном оставался безоружным, в зубах матёрой твари, без каких-либо шансов на победу.

Спасла его Ли. Девушка не стала никуда убегать, а пыталась найти удобную позицию для атаки, и когда огромный зверь, опустив голову, начал истязать серобородого гнома, несколько раз выстрелила медведю в шею и висок.

Разведчица была уверена, что убьёт зверя, но чуда не произошло. Белоснежная шкура ледяного медведя окрасилась в красный, залив половину его жуткой морды, но тварь всё ещё оставалась на ногах, скалив пасть уже в направлении девушки, напрочь забыв про переставшее брыкаться тело гнома.

Зверь бросился на Ли и она, выстрелив ещё два раза – оба мимо цели – прыгнула вбок, едва избежав столкновения с массивным монстром.

Их спас случай. Оба гнома, размышляя об этом после, согласились, что нашли бы там смерть, если бы не случайное стечение обстоятельств.

Вот лежавшая в снегу уставшая девушка видит, как ледяной медведь, развернувшись к ней мордой, начинает набирать обороты, и вдруг «бац» и зверь пропадает, будто бы его и не было здесь вовсе.

Медленно поднявшись на ноги, Ли сделала несколько неуверенных шагов, дойдя наконец до того самого места, где пропала тварь. Усмехнувшись, она развернулась и пошла к валявшемуся в снегу телу Африка, надеясь лишь на то, что храбрый гном ещё был жив.

– Африк! – позвала его гномиха, радостно улыбнувшись, когда гном шевельнулся. – Ты как? Идти сможешь?

Она внимательно осматривала его, но кроме разорванной на плече электроброни больше повреждений не нашла.

– Плечо не чувствую, – пожаловался Африк.

– Царапина, – отмахнулась девушка, лишь отчасти приукрасив правду. Ранение было не сильным, основной удар приняла на себя броня, но без должного ухода и такая рана могла стать опасной. – Пошли…

Ли помогла гному подняться на ноги и, подняв с земли кинжал и пушку, повела его прочь от места схватки.

– Что это? – нахмурился Африк, когда они проходили мимо чёрной дыры в земле, том самом месте, где пропал медведь.

– Скорее всего – это одна из заброшенных штолен. На севере Силдонии полно таких, – пояснила девушка. – Если мы конечно именно там.

Уставший серобородый разведчик лишь кивнул и побрёл дальше, на юго-восток.

Им повезло. Совсем скоро они наткнулись на спуск, чем защитили себя от ветра, а спустя ещё полчаса обнаружили неглубокую пещеру, где смогли переждать свирепствующую снаружи бурю. К тому же в походном рюкзаке Ли нашлась провизия, аптечка и газовая горелка.

– Так что случилось? Как мы оказались посреди ледяной пустыни? Это и есть те самые телепорты? – решил не ждать особого момента Африк, тут же пустившись в расспросы, едва Ли начала перевязывать его плечо.

– А ты раньше никогда их не видел? – удивилась девушка.

Разведчик покачал головой.

– Да, это те самые телепорты. Я пользовалась ими пару раз и знаю несколько нужных координат. Я пыталась телепортировать нас в одно место недалеко от Мирды, но переволновалась и…

– В любом случае, ты спасла нам жизнь, – решил приободрить её Африк.

– Если бы не электроброня, – обронила она, – мы бы уже скопытились.

В подтверждении своих слов она легонько постучала по раскуроченной у плеча броне гнома, сейчас лежавшей у её ног.

– Скорее всего, – поддержал её гном, хотя не был в этом уверен. Ему казалось, что их спасла их же сила воли. Но пусть каждый верит в то, во что он хочет верить. Ведь негоже навязывать другим свою точку зрения, правда? – Спать будем по очереди?

– Мы не будем спать, – серьёзно заявила Ли, заканчивая перевязку и любуясь полученным результатом.

– Почему? – нахмурился Африк, тоже осматривая плечо. – Мы почти дома, чего бояться?

– Им известны координаты, по которым мы телепортировались. Они знают, где мы.

– Твою мать… – выругался гном.

– Конечно, им потребуется время, чтобы прислать сюда отряд или оповестить местных, да и буря скроет наши следы, но лучше оставаться начеку и поторопиться.

– Тогда ужинаем и вперёд? Или завтракаем? – Он выглянул наружу, пытаясь по затянутому тёмному небу определить, наступило утро или ещё нет.

– Да, – кивнула Ли. – А заодно я расскажу тебе, что успела узнать из сервера. Тебе понравится.


Глава 54: Мобилизация


Облачённый в чёрный с белым доспех Хинамон взирал на своё войско с вершины утёса. В руках его мирно покоился шлем его отца, а на бедре висел фамильный меч, Арак, который эльф всегда считал безвозвратно утерянным. Как оказалось, после смерти Атхина, герцог Шихар взял меч на хранение, естественно никому об этом не сказав.

Перед походом, новоиспечённый король побывал на пепелище серой усадьбы барона Фитаха, наказав устроить на том месте мемориал в честь погибших в перевороте. Большинство восприняли это, как дань уважения проигравшей стороне, на радость эльфа не став копать глубже.

Сварт много думал об этом, но так и не понял, как Шаграт смог всё предугадать. Посылая Хинамона в Хуорн, орк был уверен, что тот сможет поднять армию в бой и вот результат, его армия, прямо сейчас, длинными шеренгами шла под утёсом, направляясь на запад. А сам бывший разведчик был теперь королём свартов.

Правда в переговорах с драконидами надежд короля орков эльф не оправдал. Назвать те переговоры провальными – значит ничего не сказать. Дракониды не только отказались от участия в сопротивлении, но и пообещали эльфам возмездие за всё старое. С другой стороны, членов совета, казалось, такой поворот дел даже устраивал. Одно дело сражаться бок о бок с орками и Ишгарцами и совсем другое рядом с проклятыми драконидами.

Ещё одной препоной, едва не ставшей причиной драки в совете, стала будущая тактика. Старый Зитар предлагал опоздать, подождав, пока союзники увязнут в битве, а затем ударить по важным ключевым точкам. Куфрах же наоборот призывал выступать в первых рядах, дабы показать, на что на самом деле способны сварты. Шихар, как и большая часть совета, к счастью, поддержал предложение Хинамона разделить армию и ударить тремя волнами с трёх сторон в разное время. За обсуждением нюансов они потеряли ещё два дня.

– Мой повелитель, – выступил вперёд, стоявший позади него герцог Шихар, ставший кем-то вроде старшего советника молодого короля. – Армия мобилизована. Началась переброска войск через лунные горы. Пора бы и нам выступать.

– Да, пора, – натягивая шлем на голову, согласился Хинамон, после чего принял повод боевого мекантера и, взлетев в седло хорошо обученного зверя, повёл его в горы. Спустя несколько секунд рядом с ним появился и Шихар.

А внизу, под утёсом, тысячи облачённых в чёрные доспехи свартов, гордо подняв знамёна, шагали по подножью лунных гор на последнюю, для большинства из них, войну.


Глава 55: Номер семнадцать


Ричард вышел в круг света, встав на небольшое возвышение. Множество глаз тут же уставились на него в ожидании.

Он успел переодеться из штурмовой формы обратно в зелёный кафтан, коричневые брюки, чёрные сапоги и того же цвета кожаные пояс, поэтому сейчас выглядел довольно сносно. Вот только глаза его больше не горели озорным огоньком, а между глаз появились хмурые прогалинки, каких никто и никогда прежде у лидера не замечал. Всё в нём говорило о серьёзности и переменах. И все внимательно ждали о чём он будет говорить.

Стивенсон обвёл убежище долгим взглядом, всматриваясь в грустные лица повстанцев; их стало значительно меньше после провала. Но ничего. Они вернут своё. Обязательно вернут.

– Сегодня мы проиграли, – начал он, сжав кулаки. – Мы потеряли наших соратников, а армия северян ушла на юг. Мы подвели всё сопротивление и мне придётся с этим жить. Но стоя перед вами, сейчас, здесь, я хочу сказать, нет, пообещать: больше такого не повторится. Больше мы не провалим ни одного задания. Никогда. Это станет нашим девизом и нашей целью.

– Да, – выкрикнул кто-то в толпе.

– Мы станем лучшей повстанческой ячейкой, это я вам обещаю, – поднял кулак Ричард и толпа одобрительно загудела.

– Да, – выкрикнули ещё несколько человек.

– И ещё кое-что, – заявил лидер. Чуть обернувшись назад он громко шепнул что-то кому-то в темноту и вперёд вышли двое. Одного из них все хорошо знали, им был Глен Хорн по кличке Шрам, заместитель Стивенсона, а второго, мелкого белобрысого парнишку лет четырнадцати на вид, не знал никто. – Я хочу представить вам своего нового заместителя, Тайлера.

Толпа зааплодировала, впрочем, без особых оваций, что можно было понять – парня ведь видели впервые, все, кроме троих выживших в бойне и белокурой голубоглазой красавицы, стоявшей в самом углу убежища, в тени.

Анна, сузив глаза и недовольно задрав носик, разглядывала нового заместителя лидера с явной раздражительностью. Когда она узнала от Глена, что Пит предатель, то уже было решила, что станет вторым замом и тут здрасти приехали, на горизонте появляется какой-то невоспитанный малолетка и рушит все её планы. Ничего, она ему устроит весёлую жизнь.

Одетый в новое тряпьё, из запасов самого Ричарда, Тайлер гордо улыбался, отвечая на поздравления своих новых друзей. Он впервые испытывал то самое чувство, которое так долго искал, чувство нужности. Наконец-то он чувствовал себя нужным, чувствовал, что он на своём месте. И он был рад этому.

А в это время, в нескольких десятках километрах на юг, в пустынные горы Ао входило невиданных размеров войско северной империи, нескончаемыми чёрными и серыми шеренгами, уходящее далеко за горизонт.


Глава 56: На ковёр


Сиен внимательно посмотрел на себя в зеркало, пригладил тонкие усики, выдохнул и вышел в коридор.

Его вызвали на ковёр. Вы спросите, кто же может вызвать на ковёр второго арденита во всех срединных землях? Ответ прост. Один из тех, кто его этим арденитом и сделал.

Весть о том, что в столицу заехал генерал архенитской армии, Клаин, достигла Тонкого рано утром. Сказать, что темноволосый арденит удивился – это ничего не сказать, ведь армия севера ушла в горы два дня назад и столица не ждала гостей так скоро. Но генерал Клаин может позволить себе некоторые вольности, благодаря своим подчинённым, а точнее, их необыкновенным способностям.

Широ уже был в зале, когда Сиен вошёл. Толстый наместник Айлангарда не привык стоять подолгу и сейчас ощущал себя неуютно. Усиливал эффект и тот факт, что прямо перед ним, за высокой монолитной трибуной, стоял высокий и довольно худой для дворфа, генерал Клаин. Чёрная бородка дворфа, заплетённая в одну единственную толстую косу, мирно покоилась на чёрном мундире; тонкий с горбинкой нос, словно прибрежная скала в море, торчал на лице, давая хоть какие-то ориентиры; запавших глубоких глаз генерала практически не было видно, зато лоб Клаина казался бесконечной, испещрённой морщинами, долиной. И ладно, если бы дворф был один или при обычных стражниках, так ведь нет, по бокам от генерала стояли два высоких темноволосых архенита, в полном боевом облачении.

– Опаздываешь, – бросил вошедшему ардениту Клаин.

– Прошу простить, – чуть поклонился Сиен, вставая рядом с Широ на красный ковёр, кем-то услужливо подстеленный, видимо, для напоминания, зачем их сюда собственно вызвали.

– Как вы объясните свой провал? – начал дворф. – Вам, кажется, дали довольно ясное задание, – развёл руки в стороны генерал. – Избавиться от повстанческих ячеек в срединных землях и не допустить их разрастания. Но несмотря на все ваши заверения, количество ячеек растёт с каждым месяцем.

– Прошу простить, – встрял Широ, – но нам удалось уничтожить ячейку в Лурте и практически полностью истребить местных повстанцев.

– Одна ячейка за месяц, – скучающим тоном обронил дворф. – А сколько открылось за это время новых?

Наместник, потупившись, не ответил.

– Ладно, – отмахнулся Клаин. – Всё же вам удалось предотвратить отравление наших солдат, и, как я понял, у вас появились свои агенты в тылу врага, – больше утвердительно, чем вопросительно сказал генерал.

– Так точно, – выпрямился Широ.

– Это хорошо, – улыбнулся дворф. – Армия благополучно выступила и скоро мы захватим юг, после чего сможем кинуть все силы на искоренение этих противных повстанцев.

– А… – вырвалось у Толстого.

– Вы остаётесь на своих местах, – сложил руки вместе генерал. – Задача та же. Подробности мы обсудим после военной кампании. Свободны.

Выходя из зала, Тонкий думал об Асирэ. Об их разговоре и её способностях. Не пора ли его дочке повидать мир? Узнать людей поближе? Заняться полезным делом? Он правда любил её. Любил так, как никого никогда не любил. Он оберегал её, холил и лелеял, не давал в обиду. Но она уже давно взрослая. А себя Сиен любил больше.


Глава 57: Затишье перед бурей


Ядрёный запах навоза и отхожих ям; запах дыма и жаренной еды; смех и солдатская брань; и уходящие вдаль шатры, шатры, шатры. Примерно так он бы описал представший перед ним военный лагерь объединённых сил орков и Ишгарцев.

– Надеюсь мы встанем отдельно от… них? – с плохо скрываемым отвращением, спросил один из графов, ехавший рядом с Хинамоном.

– Сейчас узнаем, – завидя впереди громадного серо-зелёного орка, ответствовал король.

– Хинамон! – прогудела громада короля Шаграта, подходя ближе и смыкая едва сползшего с мекантера сварта в железные объятия.

– Шаграт, – улыбнулся бывший разведчик.

– Как доехали? – поинтересовался великан, оглядывая эльфийскую знать позади Хина.

– Хорошо, спасибо, – кивнул в благодарности тёмный эльф.

– Поздравляю с коронацией, – хлопнул орк по плечу Хинамона и тот улыбнулся, едва сдерживаясь, чтобы не погладить место удара.

– Спасибо, – снова поблагодарил сварт. – Как у вас тут?

– Всё хорошо, – отмахнулся правитель Оркханка. – Готовимся потихоньку. Потом расскажу. Позволь представить вас друг другу…

Шаграт отошёл в сторону, открывая взору здоровенного Ишгарца. Говоря здоровенного, я нисколько не преувеличиваю, а, возможно, даже наоборот. Демон был ничуть не ниже орка, если не выше, а в ширине плеч уступал лишь на дюйм-полтора. Тёмно-красная кожа, полное отсутствие волос, рубиновые глаза и длинные бычьи рога предавали Ишгарцу крайне устрашающий вид. Одетый в кожаную броню, чёрного и красного цветов, великан стоял, скрестив руки на груди, с головы до ног оценивающе осматривая сварта.

– Ашган, повелитель огненной пустыни Эйхаль, король Ишгара, – орк повернулся к демону, указывая на эльфа, – Хинамон, повелитель лунных гор и леса Хуорн, король свартов.

Красный великан и беловолосый сварт пожали друг другу руки, не прерывая зрительного контакта.

– Маловат, для короля, – бросил Ашган, чуть наклонившись к Хину.

По руке эльфа, под гудящие аккорды, пробежали миниатюрные чёрные молнии. Демон одёрнул руку, скривив лицо сжимал и разжимал пальцы, не отрывая взгляда от сварта.

– Рад знакомству, – улыбнулся Хинамон.

Ишгарец ухмыльнулся, кивнул, повернулся к орку.

– Он мне нравится, – бросил повелитель Эйхаля.

– Хинамон не из тех надменных аристократов, с которыми мы обычно имеем дело, – пояснил демону Шаграт. – Он был разведчиком и повидал мир. И будет хорошим королём, я уверен.

– Поживём-увидим, – задрал голову Ашган, глядя на эльфа сверху вниз.

– Ну так? – решил перейти к делу Хин, глядя уже на орка.

– Мы ждём Диргена, он ушёл на разведку, – понизив тон, поведал ему зелёный великан. – Потом будем обсуждать детали.

– Но примерный ход событий вы же уже обсудили? – нахмурился сварт.

– Конечно, не волнуйся, – уверил его Шаграт. – Вы будете защищать восточную створку красных врат, если ты не против.

Красные врата – это граница горной пустыни Ао (ничейной территории) и горной пустыни Шардош (территории орков). А называются они так, потому что в этом месте горная россыпь разделена высокими красными скалами, образуя нечто вроде огромных каменных врат, от которых далеко на запад и восток уходят горы. Расстояние между скалами не превышает ста метров, что крайне удобно при оборонительных боях, ведь напасть с флангов северяне не смогут, если, конечно, не найдут способ перепрыгнуть через горы.

– Меня это устраивает, – кивнул Хин, немного поразмыслив.

– Ишгарцы будут у западной створки, а мы по центру, – пояснил король орков. – Дальше всё планируйте сами, но старайтесь друг другу не мешать.

– Интересное будет сражение, – почесал подбородок эльф.

– И кровавое, – нахмурился король демонов.

– Предлагаю пока напиться, – хлопнул в ладоши Шаграт, слегка улыбаясь.

Протестовать никто не стал.

– Повелитель… – попытался окликнуть Хинамона Шихар. – А как же…

– Встаньте недалеко от восточной створки красных врат, – приказал бывший разведчик. – Можете перекрыть дорогу в лунные горы. Пусть командиры пока продумывают тактику и вылазки. Я выслушаю вас чуть позже.

– Я думал мы будем просто обороняться, – как бы невзначай обронил герцог.

– Так нас раздавят, – покачал головой эльф. – Продумайте грамотные вылазки и диверсии, ловушки и засады. Выполняй.

– Есть, – без особого энтузиазма, ответил Шихар и отчалил.

– Ха-ха-ха-ха, – смеялся орк. – Этот сварт явно получил не то, чего хотел.

– Его проблемы, – пожал плечами Хин. – Сейчас главное выиграть эту битву. А дальше будет дальше.

– Пойдёмте, – указал Шаграт в сторону огромного зелёного шатра с белым кулаком, нарисованным у самого входа. – Не будем терять время.

Дирген прибыл лишь на следующий день и, судя по внешнему виду, сразу направился в шатёр Шаграта, который солдаты уже успели прозвать шатром королей.

– Прошу простить за мой внешний вид, – отряхиваясь, – что казалось абсолютно бесполезным, – вошёл в шатёр генерал.

Довольно старый по человеческим меркам, седой, с короткой белой бородкой, этот человек, однако, не казался слабым. Гордая осанка, стальной серый взгляд, квадратная челюсть и скулы, о которые можно было дробить камни. Генерал Дирген внушал уважение с первых минут разговора и Хинамону практически моментально захотелось подружиться с этой легендой, о которой он так много слышал ещё там, в срединных землях.

– В этом шатре собрались воины, а не женщины, – бросил ему орк. – Так что бросай оправдываться и садись. – Большой зелёный палец указал на свободное кресло у стола, напротив себя. Человек, не пророня больше ни слова, спокойно прошёл к столу и, с вздохом облегчения, упал в пустое кресло. Сидевший справа от орка и слева от Диргена эльф пригубил вина, не сводя своих красных глаз с генерала. Сидевший напротив сварта король демонов даже не взглянул на человека. Скрестив руки на груди, красный великан пялился куда-то в потолок, будто пребывая в своих мыслях.

– Вина? Эля? – предложил Шаграт.

– Эля, немного, – немного подумал и чуть не отказавшись, всё же согласился Дирген.

– А я думал ты откажешься, как обычно, – усмехнулся великан, наливая генералу в кружку пенный напиток.

– Возможно, это мой последний день, – пожал плечами человек.

– Так что там? – пророкотал Ашган, оторвавшись от созерцания потолка, видно уставший от обмена любезностей.

– Как мы и думали, их очень много, – грустно улыбнулся генерал и тут его взгляд упал на сварта. – Ты ведь тот самый Хин чёрная молния? Вездесущий каратель Айлангарда?

– Был им, до недавнего времени, – кивнул эльф, ничуть не смутившись.

– Я много слышал о тебе. Даже думал, что ты миф, – признался Дирген, отпивая эля.

– Я о вас тоже много слышал, – ответствовал Хинамон.

– Об этом позже, – прервал их орк. – К делу, Дирген.

– Очень много дворфов, – начал рассказывать человек. – Больше десяти тысяч точно. Очень много машин и оружия. Несколько тысяч гномов. Около тысячи саархил и столько же вайраков. Эллы и дракониды с ними в союзе, но в войне участвовать не будут. Людям и арденитам они не доверяют, так что их не будет, что нам на руку.

– Значит, всего около семнадцати тысяч? – прикидывал Шаграт.

– Примерно, – кивнул генерал.

– А у нас около восемнадцати, – правитель Оркханка бросил взгляд на эльфа и демона, те кивнули. – Значит, примерно поровну…

– В поход вышли все пять генералов? – спросил сварт.

– Насколько мне известно, да, – кивнул генерал. – Единственное, ничего не слышно про архенит, что меня сильно беспокоит.

– Архениты – основная боевая мощь севера, – кивнул эльф. – Скорее всего, они появятся ближе к середине боя, чтобы уничтожить тыл, а, возможно, и ближайшие города. Они так делали в… – Хин осёкся, вспомнив, кому он это говорит.

– Да, ты прав, – невозмутимо согласился Дирген. – Они это проделали с нами. И я не знаю, как остановить их. У меня была надежда на драконид, но теперь…

– У меня есть идея, – ехидно прищурился сварт. – Только бы получилось.

– Хорошая? – спросил Шаграт.

– Если получится, то да, – прикидывал Хинамон.

– Когда они будут здесь? – поинтересовался Ашган у Диргена.

– Примерно в полдень, – прикинул генерал.

– В полдень, – согласился эльф. – Это лучшее время для них. Архениты в полдень наиболее сильны, а сварты наоборот.

– Но у тебя есть план? – решил уточнить орк.

– Есть, – уверенно кивнул Хин.

– Тогда поговорим о деталях… – поставил пустую кружку на стол Дирген, и все повернулись к нему.

***

Три короля и Дирген стояли на небольшом возвышении, так называемом последнем карнизе, сразу за красными вратами, глядя в горизонт пустыни Ао. За ними, высоко задрав стяги, стояли знаменоносцы.

Место казалось идеальным для обороны: вся пустыня, как на ладони; армия стоит на возвышении, ограждённая с двух сторон высокими скалами; даже ветер и тот дул им в спину. Но все прекрасно понимали, что в битве с северянами эти преимущества могут сыграть злую шутку. Никогда не стоит недооценивать империю. Все, кто делал это до этого дня – сейчас состояли в рабстве или покоились в могиле.

– Нервничаешь? – решил поддеть Шаграта Хинамон.

– Большая часть войска – орки, чего мне нервничать? – вернул колкость великан.

– Так тихо, – обронил сварт, осматриваясь.

– Затишье перед бурей, – скривился Дирген. – Солнце уже в зените, они вот-вот появятся.

И будто бы по заказу, на горизонте возникли они.

Чёрные когорты с белыми треугольниками на стягах медленно, но неотступно, приближались к красным вратам, растянувшись в широкую линию.

– Ну что, покажем этим северянам, чего стоит юг?! – взревел Шаграт и поднял огромный зазубренный краш над головой, давая команду к началу боя.


Глава 58: Сирк


К середине дня погода наладилась: ушёл ветер, тучи истончились и пошли дырами, выглянуло тёплое солнышко.

К тому моменту они уже дошагали до заброшенных шахт Сирка на северо-восточном склоне Силдонии.

Бесконечно глубокий котлован с множеством пещер, шахт и нескончаемой системой туннелей-лабиринтов, соединённых друг с другом подвесными мостами и рельсами. А точнее тем, что от них осталось.

Сирк забросили больше двадцати лет назад по причине его нерентабельности. Когда-то давно здесь добывали железо и уголь, пока гномы не нашли более богатые месторождения. Последние годы жизни Сирк существовал за счёт двух шахт, где добывали серебро, но двадцать лет назад, когда открыли седьмую шахту на дальнем севере, Сирк решили закрыть за ненадобностью. Серебра у гномов теперь было хоть отбавляй.

– Пройдём Сирк и считай уже в Жинте, – улыбнулась Ли.

– Да, – кивнул Африк. – Всего-то пару дней по отвесным ещё пройти, а там полями до охотничьих уделов северо-запада.

– Но отвесные – это территорию повстанцев, – пыталась она подбодрить разведчика, не совсем понимая причину его ворчания.

– Не совсем, – скривился гном.

– И всё же, охотники вряд ли будут преследовать нас там, – продолжала спорить гномиха.

– Ну, возможно, – решил всё же согласиться разведчик.

Если подумать – Ли права. Отвесные считались опасной территорией, потому что там часто засиживали силы сопротивления. Вполне возможно, что им удастся даже встретить там кого-то из своих. Но с другой стороны, если повстанческих сил там не окажется, а охотники пойдут за ними туда, то два гнома попадут в ловушку, из которой не смогут выбраться.

Африк попытался отвлечься от неприятных мыслей созерцанием окрестностей, но чем дальше они углублялись во внешнее кольцо Сирка, обходя брошенные полусгнившие тележки и обрушенные железные дороги, тем больше на него давила местная гнетущая атмосфера, ещё больше усиливая и без того разыгравшуюся тревожность.

– Не нравится мне здесь, – поёжился гном.

– А кому может понравиться в Сирке? – ухмыльнулась гномиха. – Отвратное место. Одна бы я сюда ни в жизнь не сунулась.

– Боишься? – решил поддеть её разведчик.

– Зайди в любую из этих шахт на полчаса, потом поговорим, – предложила Ли, вмиг став серьёзной.

Африк глянул в чёрную непроглядную бездну ближайшей пещеры, поёжился и решил не отвечать.

– Слышишь? – спросила вдруг девушка, резко обернувшись.

– Тебе меня не напугать детскими…

– Я серьёзно, – остановилась гномиха, подняв вверх указательный палец. – Гудение како… – они переглянулись и бросились в ближайшую шахту.

Их было пятеро. Все в серебряной броне, с пушками наперевес. У каждого за спиной по три-четыре кристалла, что указывало на неплохую боевую мощь. Они молниеносно рассредоточились над котлованом, начав поиск беглецов.

– Я же говорила, – буркнула она. – Расслабилась только потому, что мы почти у цели, – ударила Ли себя полбу.

– И как нам с ними сражаться? – поинтересовался Африк, осторожно выглядывая из пещеры.

– Никак, – ухмыльнулась она. – Нам их не одолеть.

– Но электроброня же…

– Да, она обладает некоторыми особенностями, имеет оружие и может выдержать пару ударов, но… Африк, не против пяти саархилов, – серьёзно посмотрела на него Ли.

– И что ты предлагаешь? – развёл руки в стороны разведчик.

– Что это за пещера, – осматриваясь, спросила девушка.

Пол пещеры, в огромном количестве, усеивали камни самых разных размеров, но больше ничего интересного гномам углядеть не удалось.

– В смысле? – не понял гном, оторвавшись от уходящей вглубь пещеры черноты.

– Над ней был рисунок? – показала пальцем вверх гномиха.

– Крест, кажется, – припомнил разведчик.

– Плохо… – закусила губу Ли.

– Может объяснишь? – Африк был сам терпение.

– В Сирке есть пещеры трёх типов, – начала рассказывать девушка. – Крест обозначает, что туннель оканчивается тупиком. Круг, что он кольцевой. А есть ещё две вертикальные линии, – она показала руками, – которые обозначают, что туннель сквозной и ведёт в какое-то определённое место за котлованом. Обычно они подписаны, но это сейчас не важно.

– И мы сейчас в тупике, – понял гном.

– И нам нужен сквозной, – добавила Ли. – Так мы сможем выйти к отвесным. Саархилы вряд ли последуют за нами в пещеры.

– И где находится сквозная пещера? – задал очевидный вопрос Африк.

– А вот мы сейчас выйдем и найдём её, – попыталась улыбнуться гномиха, но Африк видел насколько она перепугана.

– Опасное дельце, – прикидывал шансы разведчик.

– Предпочитаешь оставаться здесь и ждать, пока стражи нас найдут? – предложила девушка.

Недолго поиграв в гляделки, парочка одновременно перевела взгляд наружу и, глубоко выдохнув, покинула туннель.

Им повезло. Все пятеро стражей сейчас смотрели в другую сторону, сканируя местность. Не заостряя на ищейках внимания, гномы побежали вдоль внешнего кольца Сирка, внимательно разглядывая таблички над пещерами.

«Крест, круг, крест, крест, твою…» – чуть не упал, споткнувшись об останки какой-то тележки, Африк.

– Вон, – указала вперёд Ли и их тут же накрыл огонь саархил.

– Ли! – крикнул разведчик в клубы дыма и пыли, отпрыгнув в сторону.

– Беги, придурок! – кричала девушка. – Я прикрою! Быстро!

Гном сделал было несколько шагов по направлению пещеры, на которую до того указала гномиха, но остановился. В этот же момент его осыпало мелкой крошкой, вражеский снаряд попал чуть выше его головы.

Не мог он просто взять и бросить её одну против пятерых стражей Закилии. Не мог! Он осматривал свою броню, пытаясь понять, как включить боевой режим, но ничего не выходило.

– Ли, как…

Что-то пнуло его по ноге и тут он увидел гномиху в искрящейся молниями электроброне, отстреливающуюся от саархил.

– Беги, чтоб тебя! – кричала она. – Я не смогу сдерживать их вечно!

В плечо девушки попал снаряд, часть брони разлетелась, на землю брызнула кровь. Но девушка казалось этого даже не заметила. Она остервенело осыпала врагов сериями по несколько выстрелов, параллельно возводя вокруг себя электрическую клетку из непредсказуемо метающихся молний, не давая саархилам подлететь близко.

Электрические разряды на электроброне Ли набирали обороты, превращая её в подобие новогодней гирлянды, гудящей, как открытый электрогенератор.

– Беги! – ещё раз крикнула она и развернулась, отвечая летучим тварям залпом, какому бы позавидовал целый артиллерийский взвод.

И он побежал.

Дважды ему в спину больно врезалось что-то, но что именно – он не знал. И не хотел знать. Он бежал не оборачиваясь, прикладывая все свои силы к тому, чтобы не оступиться и не упасть.

Он бежал к туннелю, под усиливающиеся трескучие гудящие звуки электроброни Ли, под её боевой крик, под удары снарядов о землю. Он бежал изо всех сил и когда вбежал наконец глубоко в туннель, резко остановился, оборачиваясь к едва видневшемуся окну света.

Африк ждал Ли.

В ушах всё ещё стояло сильное гудение и трескучие электрические переливы.

Глаза метались от одного пылевого облака к другому, пытаясь найти подругу, но вместо Ли на горизонте появился саархил. Покорёженный раненый страж выпустил в пещеру несколько снарядов и слабые деревянные перекрытия затрещали, обрушиваясь наземь.

Гному ничего больше не оставалось, как броситься вглубь туннеля. А что ещё он мог сделать? Погибнуть под завалом и предать праху все старания Ли? Не убегать и встать рядом с подругой плечом к плечу, и умереть геройской смертью? Но что тогда стало бы с информацией? Кто бы донёс до совета о замысле генералов? Кто, если не он?

Кажется, он рыдал. Возможно, разговаривал сам с собой. Возможно, разговаривал с Ли. Но он шёл вперёд, не останавливаясь ни на секунду, и наконец вышел к отвесным, встретившись там с отрядом Малика, которых хорошо знал.

Африк много раз будет вспоминать этот эпизод своей жизни. Много раз продумывать, что бы он мог сделать по-другому. У каждого из нас есть такие моменты в жизни, когда мы думаем, вот вернуться бы в тот миг, я бы всё сделал иначе. Но Африк не знал, что бы он мог сделать иначе. И он ещё долго будет помнить эти электрические разряды у себя за спиной. Это гудение и боевой клич. Очень долго. До конца жизни.


Глава 59: Единственный выход


Ая появилась прямо посреди сада и, поправив белый балахон, направилась к беседке у самого края, где виднелась чёрная копна волос.

– Ты долго, – вместо приветствия бросила Гиа.

– Война на пороге, куча дел, – пожала плечами белокрылая архенитка.

– Война… отличная возможность, чтобы узнать о новом оружии дворфов или ударить генералам в спину, – внимательно глядя на Аю, прикидывала чернокрылая.

– Что за новое оружие? – наклонила чуть в бок голову белокрылая.

– Помнишь месяц назад, или около того, – сморщилась Гиа, – Граин попросил нас сделать заклинание о переносе волн в пространстве?

– Хорошее заклинание, – кивнула Ая, припоминая. – Если грамотно его использовать, можно убить кого угодно и где угодно, прикладывая минимум усилий.

– На днях я разговаривала с Гумбером, – чуть снизила тон чернокрылая.

Белокрылая архенитка вздёрнула бровь в удивлении.

– Как он поживает?

– Отлично, – нахмурилась Гиа. – Повстанцы считают, что генералы строят какую-то особую машину, оружие, которому не будет равных.

– Звучит довольно опасно, – приложила палец к губам Ая.

– Не паясничай, – сузила глаза чернокрылая.

– Я серьёзно, – мило улыбнулась Ая. – И ты хочешь узнать, что это за машина?

– Хочу, – уверенно заявила Гиа.

– А может пусть этим займутся повстанцы? – раздумывала белокрылая.

– В смысле? – снова сузила глаза королева.

– Архенитов легко узнать, – пожала плечами Ая. – А если нас заподозрят в неверности – нам конец.

– Но мы можем ударить имперцам в спину сейчас, – сжала кулаки черноволосая воительница, сверкая взглядом, предвкушающим битву. – У генералов серьёзный противник. Против них объединились сразу три королевства и выставили достойную армию. Это ли не шанс?

– А ты можешь с уверенностью сказать, что мы победим и уничтожим всех генералов до последнего? И что после этого вайраки не перебьют нас следующей же ночью? – спросила Ая.

Гиа задумалась, отвела взгляд. Нет, в этом воительница уверена не была. Зная генералов, у них точно был какой-то козырь в рукаве, и этим козырем были отнюдь не архениты.

– Граин уже давно нам не доверяет, – продолжила белокрылая. – Я думаю, у него уже есть план, на случай, если мы его предадим.

– Да, ты права, – поникла королева архенит. – И что ты предлагаешь делать?

– Ответить на призыв и постараться нанести южанам минимум повреждений. Тянуть время и так далее. Юг не победит в этой войне, но чем больше урона они нанесут северянам, тем проще будет нам. Главное, постарайся меньше защищать вайраков, – предложила белокрылая.

– В этом можешь не сомневаться, – криво ухмыльнулась Гиа. – Ладно, послушаю тебя. Я не готова ещё рисковать всем. Ещё не готова.

Ая молча улыбнулась, кивнув.

– Тогда я пошла…

– Смотрю ты снова в походном, – как бы невзначай обронила чернокрылая, ехидно улыбаясь. – Всё ещё думаешь, что это единственный выход?

– Я это знаю, – не оборачиваясь, ответила Ая, исчезая в белых брызгах портала.


Глава 60: Великая битва


Боевой клич орков ещё не успел затихнуть, а на красных скалах уже началось какое-то шевеление.

– Всё то время, что мы вас ждали, не прошло зря, – ухмыльнулся Шаграт.

И Хинамон видел, что так оно и было. Десятки метательных орудий развернулись на вершинах, обращая всю свою ненависть в сторону севера.

Орк выжидал, будто что-то подсчитывая и, когда имперцы подошли достаточно близко, махнул рукой. Послышался чей-то громкий крик, прозвучал громкий щелчок и на врага посыпался самый настоящий дождь из камней.

– Мерхун, пошёл! – бросил через плечо Шаграт и мимо четырёх главнокомандующих пронеслась зелёная орда, верхом на огромных чёрных варгах. Мечи, молоты, палицы, булавы, арбалеты, топоры – каждый из всадников-орков был вооружён чем-то своим. Но орочья мощь всегда измерялась в силе и напоре, а не во владении оружием, так что чаще всего было совсем не важно, с каким орудием вышел против вас зелёный великан. Орки и без оружия, голыми руками, могли сразить большую часть своих врагов. Единственное же, что объединяло несколько сотен наездников, так это чёрная шипованная кожаная броня.

Всадники ударили в лоб. И сделали это так стремительно, что армия противника, только отошедшая от каменного дождя, даже не успела перегруппироваться.

Орки выглядели потрясающе. Они рубили дворфов налево и направо, меняя одного своего на трёх, а то и четырёх противников, не встречая особого сопротивления, врезаясь всё глубже и глубже в стан врага.

Прозвучал крик, щелчок, и на задние ряды врага обрушился ещё один каменный дождь.

– Пока всё идёт отлично, – обрадовался перевозбуждённый удачной атакой Шаграт.

– Мы только начали, – одёрнул его Дирген. – Не расслабляйся. Смотри…

С левого фланга, огибая отступающих дворфов, будто серо-белый ручей, быстро приближалась армия оборотней.

– Гарма, пошёл! – крикнул орк и мимо них, стройными шеренгами, выступила тяжёлая пехота.

– Я думал, мы укрепимся здесь, – напомнил Шаграту генерал.

– Нет, – отрезал орк.

Спорить никто не стал.

Часть всадников на варгах отделилась от основного отряда, чтобы перехватить вайраков, но поток северян был настолько стремителен, что их просто поглотили, оставив тщетные потуги орочьей кавалерии без внимания.

Пришла очередь орков отступать под крики и улюлюканья оборотней и дворфов.

Крик, щелчок и на забывших про осторожность имперцев обрушился очередной град камней, заставив их немного отойти назад и перестать слепо преследовать отступавших южан. Возможно, только это и спасло остатки отряда всадников от полного разгрома.

Стройные шеренги орков-великанов разомкнулись, пропуская друзей, и смокнулись вновь, чтобы встретить приближающегося врага грудью и копьями.

Дворфы и оборотни, воодушевившись небольшой удачей, радостно накинулись на стены щитов, копий и крашей, и… поломали себе зубы. Конечно, армии Оркханка далеко до северян в строевой подготовке и марше, но пытаться пробить брешь среди воинов такой комплекции… дело нелёгкое, мягко говоря.

Северян снова начали теснить; шаг за шагом, удар за ударом. Туда, где на их товарищей продолжал сыпаться град камней.

Дворфы и вайраки падали, рассечённые надвое, лишившись рук или головы, лишившись оружия или жизни, а орки продолжали свой смертоносный марш поверх поверженных тел.

Наблюдая за этой картиной Хинамон в очередной раз поблагодарил судьбу за то, что они с орками бьются на одной стороне.

Откуда-то с задних рядов армии врага послышался оглушительный рёв дворфского горна, а через секунду над полем боя, нарастая, повисло жужжание.

– Саархилы, – хором проронили Дирген и Хинамон, и в этот же момент летучие монстры появились над полем боя.

Орки, заслонившись щитами, начали отступать. Сила силой, но даже тяжёлой пехоте Орханка не справиться с противником, до которого невозможно дотянуться копьём или топором.

Саархилы же, в принципе не знавшие, что значит страх, ибо эмоции всегда были для них не более чем занятной дилеммой, которую они никогда не понимали, уже наводили шороху в рядах южан.

Свист, щелчок и очередной град камней полетел в сторону врага, но… ответный удар кристальных воинов превратил все снаряды в пыль, отняв у орков последнюю надежду.

Орков начали теснить по всем фронтам. Вайраки начали бить по флангам, дворфы достали свои знаменитые пушки, а кристальные твари обрушивали на армию юга магию молний, ветра и холода.

– Ашган! – прорычал Шаграт, но Ишгарец уже давно поднял руку, давая своему войску беззвучную команду.

Демоны ударили быстро, чего сложно было ожидать от внешне неповоротливых красных великанов. Мало того, они ударили сильно. Отряд вайраков, что попытался перехватить Ишгарцев и замедлить их продвижение в тыл северян, чтобы дать своим шанс перегруппироваться, был растерзан в считанные секунды. А затем удар пришёлся и по дворфам, строй которых моментально дрогнул. Демоны рубили пехоту, давя северян грубой силой, попутно отбивая магию саархил своими странными красными щитами.

– Хорошие щиты, – заметил Дирген.

– Они из Кархилла, – сказал король демонов. – Этот металл добывают у нас за скорпионьим хребтом. Он способен поглощать магию, в определённых количествах. Но он недолговечен.

– Жаль, – обронил Шаграт, уже начавший прикидывать сколько всего они могли бы создать с таким металлом.

Орки, гордость которых не позволяла им отдать все лавры Ишгарцам, снова вступили в бой, помогая демонам по возможности. Однако саархилы, смекнувшие, что красным великанам их магия, что слону дробинка, тут же переключились обратно на тяжёлую пехоту Оркханка, неся смерть храбрым зелёным воинам, бесстрашно атакующим крепкие ряды дворфской пехоты, под яростным обстрелом летающих бестий.

И тут над полем пронёсся свист.

В бой вступили сварты.

Эльфийские лучники-маги, до того прятавшиеся за завесой, скинули её и, появившись прямо на окраине поля боя по правому флангу, начали жёсткий отстрел саархил, нанося не знавшие промаха удары по слабым местам противника.

В этот же момент возобновила свои выпады и орочья артиллерия.

Саархилы дважды пытались атаковать эльфийскую орду, состоящую из лучших лучников и магов Хуорна, и дважды отступали, неся колоссальные потери. Хинамон доверил эту сотню одному молодому барону и теперь видел, что не прогадал с выбором. Юнец полностью оправдал возложенные на него ожидания.

Небесная армия севера начала быстро редеть, не в силах состязаться с искусными свартами; дворфы отступали, под натиском красных и зелёных великанов юга; но все четыре полководца смирно сидели в сёдлах, внимательно всматриваясь горизонт. Они прекрасно знали, что имперцы пустили в ход далеко не все свои козыри. И сейчас ожидали главный из них.

И дождались.

Над полем боя, высоко в небе, куда не достанет даже стрела сварта, начали открываться жёлтые и белые порталы. Чернокрылые, белокрылые и серокрылые архениты в бронзовых и серебряных доспехах десятками вылетали из них, образуя круг, высоко-высоко над скалами.

Большая часть воинов не видела всего этого светопреставления, но были и те, кто прекратил бой, восторженно взирая в небеса.

Круг архенит кружился вокруг своей оси, будто наблюдая за битвой муравьёв, протекающей где-то далеко внизу. Они кружили, а четыре полководца ждали. Они кружили, а командиры выкрикивали приказы, ни о чём не подозревая. Они кружили, а воины севера и юга падали замертво от полученных ран.

А затем они ударили.

Несколько вспышек и тяжёлая пехота из орков и демонов разлетелась в разные стороны, оставив после себя лишь мимолётные воспоминания. Один массивный удар и вместо сотни лучших лучников-магов Хуорна, осталось едва ли пара десятков перепуганных раненых свартов.

В этот же момент сверху, с красных врат, на тройку королей и генерала посыпался град камней. И лишь благодаря предусмотревшим такой поворот событий главнокомандующим, сейчас камни испарились в воздухе, под действием хорошо отлаженного заклинания.

Хинамон, прикрыв глаза, посмотрел вверх, лишь для того, чтобы убедиться – метательные орудия на скалах были полностью уничтожены.

– Ты говорил, у тебя есть план, – прокричал Шаграт и в этот же момент за их спинами взорвался шатёр королей.

Ничего не ответив огромному орку, сварт выпустил вверх шар тьмы и дважды свистнул. Откуда-то сзади ему ответили другим свистом и прямо из ниоткуда, в чёрном кругу, испещрённом какими-то магическими символами, появились семь свартов в чёрных мантиях, с красными оторочками. Это были не просто маги, а семёрка сильнейших магов Хуорна, включая герцогов Шихара и Зитара, которые изнутри руководили всем процессом.

– Что за… – начал было орк.

– Тихо, – прервал его эльф.

Архениты били по шатрам, скалам, провизии, отрядам, но совершенно не обращали внимания на эльфийских магов, нараспев читающих какое-то зловещее заклятие.

Шаграт поёжился, ему явно было не по душе то, что происходило, чем бы это ни было.

А потом чёрный круг стал красным и всё вокруг погрузилось во тьму.

– Хинамон? – озираясь по сторонам, стараясь держать себя в руках, пропищал Шаграт.

– И день обратится в ночь, – ухмыльнулся сварт, поворачиваясь к остальным. – Запрещённая магия Хуорна. Позволяет обратить день в ночь, но лишь на несколько минут. Требует грандиозных затрат энергии и не может использоваться чаще, чем раз в год.

Орк перевёл взгляд своих больших зелёных глаз в небо, уткнувшись в огромную красную луну.

– Нескольких минут нам хватит, – заметил он и прокричал приказ к наступлению.

В этот раз в бой двинулись все силы, какие ещё остались в запасе, включая четырёх главнокомандующих, уже обнаживших своё оружие.

Красные стяги с чёрным деревом, зелёные стяги с белым кулаком и чёрные стяги с красной демонической печатью бок о бок двинулись вперёд, сотрясая землю, обращая топот в раскаты грома, неумолимо надвигаясь на впавших в панику имперцев. Даже небольшой отряд разведчиков Диргена, держа в руках синие стяги с белой птицей, двинулся вперёд, вслед за своим командиром, мстить за некогда порабощённую родину.

Лишившись своего единственного источника магии и жизни – солнца, архениты массово телепортировались, покидая поле боя. Но чтобы телепортироваться – нужно обладать определённым запасом энергии и выносливостью, что было далеко не у всех крылатых бестий. Многие небесные воины падали на скалы, разбиваясь насмерть, а выживших быстро добивали вовремя подоспевшие стрелы, мечи или топоры.

Видя, что главный козырь империи бежит с поля боя, еле унося ноги, – а я хочу заметить, что лишь лесные эльфы и вайраки, в своё время, смогли хоть что-то противопоставить небесным жителям, – северяне начали отступать. И в этот момент демоны нанесли им массированный удар с левого фланга всем, что у них ещё оставалось.

Строй дворфов и вайраков рассыпался и сражение стенка на стенку превратилось в кучу малу. Многие имперцы, бросая оружие, пытались второпях покинуть поле боя, но получали стрелы в спину. Те же, что пытались противостоять неистовому натиску Ишгарцев – умирали в бою, размениваясь с демонами чуть ли ни десять к одному.

А где-то в тылу северян, одного здоровенного, испещрённого шрамами вайрака, обкалывали какими-то препаратами. Оборотень пускал пену, глаза монстра наливались кровью, а мышцы раздувались прямо на глаза, превращая и без того огромного вайрака в самого настоящего великана. Несколько мгновений и огромная туша, похожая на разъярённого полумедведя-полуросомаху, исчезла в отзвуках битвы.

Монстр, едва ли минуту назад бывший обычным вайраком, летел по полю боя, раскидывая орков и демонов в стороны, попутно отрывая воинам конечности и ломая кости.

– Он мой, – прорычал Ашган, завидев грозного противника, и, бросив огромного красного варана в галоп, устремился к новому врагу.

А в самом центре сражения, там, куда уже подоспели Шаграт, Дирген и Хинамон, гномы выпускали вперёд свои новые творения: одетых в механический экзоскелет гномов и дворфов, с огромными пушками-дезинтеграторами наперевес.

– Это дезинтеграторы! – крикнул генерал людей. – Не думал, что они закончены.

– А понятнее? – прорычал орк.

– Превращают в пыль всё, во что попадут, – проще всего объяснил Дирген.

– Значит, нужно всего лишь не попасть под выстрел, – улыбнулся сварт и пропал, исчезнув где-то в направлении правого фланга.

– Всё самому, – сплюнул наземь Шаграт и оторопел, увидев прямо перед собой огромного воина в доспехах, подобных которым здесь не было ни у кого, даже у тех супербойцов в экзоскелетах. Чёрные зеркальные пластины были подогнаны так, что не оставляли даже маломальского зазора; от полусферного шлема отходили многочисленные трубки к рукам, спине и ногам воина; в районе живота рыцаря сверкали синим и зелёным странные цилиндрические штуковины, будто бы заполненные какой-то жидкостью; а на груди чудо бойца красовался белый треугольник, светившийся изнутри.

– Генерал, – пробормотал Дирген и орку больше не нужно было никаких объяснений, он уже летел к своей цели, с огромным крашем наперевес.

Слетев с красного варана, по пути сметя нескольких северян, Ашган бросился прямо на громадного оборотня, метя своим молотом ему прямо в грудь. Однако вайрак оказался не так прост. Монстр заметил несущегося к нему нового противника и, перехватив молот огромной лапищей, сломал его надвое, отделив головку от рукояти.

Ни капли не устрашившись, Ашган лишь расхохотался. Ведь что может быть лучше, чем достойный противник?

Демону не важно, каким орудием биться. И если оружие так легко ломается об эту тварь, значит в ход пойдут кулаки.

Ишгарец напрягся, высвобождая магию душ, и, покрывшись белым сиянием своей скрытой силы, бросился в бой.

Отряд экзоскелетов с дезинтеграторами ещё даже не успел войти в бой, а сварты уже ударили им по флангу. Верхом на мекантерах, паля по трубкам и батареям, – как им казалось, самым слабым местам в экипировке северян, –эльфы сеяли смерть в рядах врага, но, быстро опомнившись, экзоскелеты всё же начали пальбу, усеяв поле боя зелёными лучами, обращающими всё и всех в пыль.

Хинамон дрался, как никогда. Взмах за взмахом, он пробивал себе дорогу всё ближе и ближе к центру управления, где кучка гномов тыкали в какие-то кнопки и крутили тумблеры. Сварт понятия не имел, как работает вся эта ерунда, но прекрасно понимал, что её нужно обязательно уничтожить. И чем скорее, тем лучше.

Но сколько бы не сносил голов тёмный эльф, имперцев не становилось меньше, а вот бившихся рядом с ним свартов явно поубавилось.

Но не взирая на страх смерти, не оглядываясь на кучи погибших собратьев, Хинамон кровавый шёл к своей цели, изворачиваясь, нанося удары исподтишка, разя противников и пробиваясь вперёд.

И вот, в тот самый момент, когда до гномов с их хитрыми приспособлениями оставалось рукой подать, на отряд тёмных эльфов налетели саархилы.

Краш орка упал на генерала, врезавшись в, появившийся из ниоткуда, широкий чёрный щит, тут же заискрившийся белыми всполохами. По Шаграту прошёл заряд тока, но тот лишь усмехнулся и, развернувшись вкруговую, попытался нанести дворфу удар в шею. Генерал парировал выпад короля также легко, как и предыдущий, выпустив в орка два кольца, молниеносно сцепившихся на запястьях зелёного великана. Кольца оттягивали руки Шаграта назад, но дворф видимо недооценил того, с кем столкнулся. Вены на руках орка набухли и кольца, лопнув, отлетели в стороны.

Удар, второй, третий. Генерал в чёрных доспехах легко отражал всё, что мог предложить Шаграт, однако от великана не укрылось кое-что, чего дворф в пылу боя видимо не замечал. На чёрном щите появлялось всё больше и больше сколов и трещин. И вот, после очередного удара, в который Шаграт вложил все свои силы, щит генерала разлетелся надвое.

В плечо орка вошло копьё, с буром на конце, которое также появилось будто бы из пустоты. Постоянно пытаясь атаковать, Шаграт совсем позабыл о собственной осторожности. Вырвав странное копьё, и согнув его так, чтобы дворф уже не смог его использовать, великан сделал было шаг, но мгновенно припал на одно колено, а затем и вовсе рухнул наземь.

– Гравитационная ловушка, – поведал ему генерал дворфов. – Использует ваш собственный вес, чтобы вас убить. Отличное изобретение. Рад был с вами познакомиться, король Шаграт.

Пролетев с десяток метров, Ашган рухнул на кучку дерущихся воинов, попутно отразив чей-то выпад и отправив голову нападавшего восвояси.

Это был уже третий его полёт, а он так и не нашёл слабых мест этого огромного чудовища. К тому же, оборотень уже снова наступал, раскидывая друзей и врагов в разные стороны.

Изготовившись к очередному броску, Ишгарец упёрся ногами в камни и, прошептав заклинание, выпалил струю огня прямо в глаза вайрака, после чего бросился монстру в ноги. Подняв тварь, он бросил её головой о здоровенный серый валун, но тут же отлетел от сильнейшего пинка. Опять.

– Нет, так больше не может продолжаться, – рассвирепел король демонов, в очередной раз вскакивая на ноги.

Белое поле вокруг него покраснело, рога Ишгарца объяло пламенем и над полем боя пронёсся небывалой мощи рык, заставивший ближайших сражавшихся в испуге обернуться, что дало южанам, привыкшим к подобным боевым кличам, кратковременное преимущество.

Ашган одним прыжком подлетел к бежавшему в его сторону вайраку и всадил горящие рога ему в живот. Оборотень завопил от боли, колотя демона по спине огромными ручищами, но Ашган будто бы не обращал на разрушительные удары никакого внимания, бормоча под нос заклинания.

Красная вспышка разнесла живот оборотня до самого позвоночника. Сложившись пополам, монстр скулил, пытаясь собрать разбросанные по округе кишки и органы в кучу, да так и затих.

Ашган сделал несколько неуверенных шагов куда-то в сторону и рухнул лицом вниз. Подоспевшие на помощь орки и демоны унесли главнокомандующего красной орды с поля боя.

И в это же мгновение красная луна на небе потухла, вернув миру солнце.

Шаграту повезло. В одно мгновение тьма, только что довлевшая над полем боя, пропала и ослепительный дневной свет ударил генералу по глазам. Дворф, явно не ожидавший чего-то подобного, оторопело отступил, прикрывая глаза рукой, и в этот момент король орков почувствовал небывалую лёгкость. Сила, что давила на него – пропала, что могло означать лишь одно – гравитационное поле больше не работало.

Метнувшись вперёд, зелёный великан наградил северянина несчётным количеством ударов, оторвав одну из трубок на доспехе и явно ранив генерала в бедро, пробив пластину. Но этого оказалось недостаточно. Дворф вовремя пришёл в себя, парировав очередной яростный выпад орка, и, использовав инерцию движения самого великана, впечатал Шаграта головой в валун.

Яростно взвыв, великан одним ударом кулака обратил несчастный камень в пыль, но этого мгновения генералу хватило с лихвой. Лазер вспыхнул белым и, корчась от невыносимой боли, Шаграт упал на колени, обхватив руками живот.

Запахло палённым.

Прихрамывая, северянин подошёл к королю орков, занося над ним светящуюся белым светом секиру. Очередное оружие, появившееся в руках дворфа будто бы из воздуха.

– Вот и всё, – ухмыляясь, обронил генерал.

Хинамон улыбнулся, глядя на обрушившегося на него врага. У них был только один шанс, и он хотел использовать его на все сто процентов. Видите ли, красная луна – не простое заклинание. Обратить день в ночь – только половина. Сама луна копит в себе силы, которые призывающий её маг может использовать в любое время и по любому назначению. Поэтому сварт знал, что в любой момент он может нанести массивный удар, от которого невозможно будет спрятаться и который нельзя будет отразить. Но это будет только один удар. И ему было необходимо собрать всех в одной точке. И вот сейчас, когда орды саархил били по эльфам и оркам, защищая базу гномов, со всеми их хитрыми приспособлениями, Хин наконец решился и выпустил энергию луны. Красная луна вновь появилась на небе, на секунду снова затмив солнце, а в следующее мгновение база гномов с большей частью саархил обратилась в пыль, будто бы её и не было.

Большая часть свартов – а все они питали энергию луны – упала наземь, тяжело дыша. Хинамон сам едва не припал на колени, удержавшись на ногах лишь благодаря рядом стоявшему орку.

– Повелитель! – напрягшись прорычал орк и эльф тут же повернулся по направлению его взгляда, чтобы увидеть генерала северян, заносящего над Шагратом светящийся топор.

Вобрав все свои остатки магии, черпая из окружающего его мира всё, что только можно, используя способности своего тела на самом пределе, Хинамон ринулся в атаку, превратившись в чёрное пятно.

Молния попала в руку дворфа в самый последний момент, выбив из неё топор. Генерал обернулся было к сварту, чтобы нанести ответный удар, но снова недооценив орка, получил кованым сапогом в колено, потеряв равновесие. Хинамону этого более чем хватило, чтобы, перелетев через северянина, нанести ему сразу два смертельных удара в места сочленения доспеха у самой шеи.

Ещё не сообразив, что он уже мёртв, дворф развернулся в одну сторону, затем в другую, видимо в поисках эльфа, а после рухнул навзничь, окончательно провалившись в объятия смерти.

– Мы победили? – спросил Шаграт у присевшего рядом с ним тёмного эльфа.

Сварт осмотрел поле боя.

Остатки его армии уже успели добить саархил, а демоны и орки сейчас занимались доламыванием оставшихся имперских машин и добиванием ещё живых вайраков и дворфов.

– Победили, – кивнул ему Хин, чувствуя небывалую прежде усталость. Если бы на них сейчас напали, эльф бы и руки поднять не смог.

– Генерал был лишь один, – сказал великан и зашёлся кашлем.

Вокруг них начали собираться орки и демоны. С другой стороны от Шаграта вдруг появился Дирген, раненный в руку, но делавший вид, что это всего лишь царапина.

– Да, – согласился эльф. – Лишь один.

– Это была разведка боем, Хин, – схватил сварта за руку великан. – В следующий раз они придут со всеми силами, и ты должен быть готов.

– Шаграт, мы вместе… – начал было эльф.

– Посмотри на мою рану, – оборвал его орк. – Посмотри. – Сварт посмотрел на живот великана, скривился, отвёл взгляд. – Ты должен довести начатое мной до конца. Объедини юг. Вы должны выступить единым фронтом – иначе вам конец. Ищите союзников, они вам понадобятся. Пять лет, эльф…

– Мой повелитель, – рухнул на колени, рядом с Шагратом, огромный орк в тяжёлой броне с белым кулаком на груди.

– Гарма… – еле дыша, выдавил из себя орк. – Гарма, помоги этому бестолковому эльфу…

– Как прикажите, – ударил себя в грудь один из генералов Оркханка.

– Я завещаю Оркханк тебе, по праву сильнейшего…

– Это честь, – начал было Гарма, но…

– Заткнись, – выплюнул Шаграт и снова зашёлся кашлем, дыша всё тяжелее и чаще. – Помоги ему объединить юг. И уничтожьте север. Обещайте…

– Обещаем, – хором сказали Гарма и Хинамон.

А когда эхо их клятвы утихло, король орков по имени Шаграт разрушитель отошёл в мир иной.

Они победили. Они смогли одолеть северян, разбив их на поле брани. Но какой ценой? Почти половина армии юга погибла в этом сражении. Множество отличных магов и командиров сложили свои головы под красными вратами. И всё ради чего? Чтобы победить одного генерала? Нет, Хинамон не мог назвать такой обмен равноценным. И он поклялся себе, что в следующий раз они встретят всю пятёрку генералов, как полагается. И победят.


Глава 61: Письмо


– Ты изменился, – как-то странно обронил Рональд, рассматривая пришедшего к обычному месту встречи за ящиками Тайлера.

Юный заместитель лидера повстанческой ячейки номер семнадцать весело улыбнулся. Да, он изменился. И не только внешне, – сейчас Тайлер был одет, как большинство горожан из благополучных районов, в зелёное и коричневое, – но и внутренне. В прошлую их встречу с другом, Тайлер был обычным уборщиком в гетто района для бедных, который искал любого упоминания о бойцах сопротивления. Сейчас же он сам был боевой единицей этого самого сопротивления. И какой единицей! Тайлер не знал, почему Ричард назначил его своим новым заместителем, но поклялся, что полностью оправдает возложенные на него надежды.

– Думаешь? – озорно ответил юный повстанец.

– Тайлер! – обиженно насупился толстяк. – Рассказывай давай!

Юноша задумчиво улыбнулся, пристраиваясь на краю одного из деревянных ящиков.

– Многое случилось за последние несколько недель, Рональд, – тихо обронил Тайлер, не зная, как лучше начать свой рассказ.

– Это я уже заметил, – окинув друга долгим взглядом, проворчал рыжий.

Тайлер невольно хохотнул.

– Я ведь могу тебе доверять? – сузив глаза, пристально посмотрел на Рональда повстанец.

– Спрашиваешь! – облизнув губы и наклоняясь вперёд в предвкушении, бросил сын пекаря.

– Я теперь в сопротивлении, – не сводя глаз с друга, в лоб выдал Тайлер.

– Чего? – не сразу осмыслил услышанное рыжий.

– То самое, – улыбнулся повстанец.

– Шутишь, – побелев то ли от страха, то ли от удивления, обронил Рональд.

– Ни капли, – помотал головой Тайлер. – Я нашёл их. Нашёл.

Он улыбнулся и к его величайшему облегчению, глаза Рональда заблестели от переполняемых его чувств.

– Ты должен рассказать мне всё! – тут же выпалил сын пекаря и Тайлер, ничего не скрывая, рассказал.

Когда они закончили, уже давно наступил обед.

– Поразительно, – ошалело обронил Рональд, едва Тайлер закончил. – И что теперь?

– Теперь… – протянул повстанец. – Я хочу, чтобы ты тоже вступил в сопротивление.

– Я? – не веря своим ушам переспросил Рональд.

– Ты, – уверенно кивнул Тайлер.

– Но какой от меня прок? – показывая на себя – напомню, что Рональд был, как минимум вдвое шире Тайлера – дивился сын пекаря.

– Ты добрый, – пожал плечами повстанец. – Ты справедливый. Чуткий. Порядочный. Ты лучший человек из всех, кого я знаю. И я доверяю тебе, как никому.

– Тайлер, – чуть было не расплакался рыжий от услышанного.

– Ну так что? – надавил на него Тайлер.

– Хорошо, – выпалил Рональд и они пожали друг другу руки.

***

Гордо вышагивая, молодой паренёк завернул к Кучам, войдя тем самым в границы района для бедных.

– Не думал снова увидеть тебя здесь, – вышел из-под деревянного навеса покосившейся веранды белобородый старик в штопанном сером балахоне. Дед опирался на длинную деревянную клюку, взирая на мальчишку с радостью, добротой и уважением.

– Дед Самир, – улыбнувшись, кивнул ему Тайлер. – Давно не виделись.

– С месяц как, – припомнил старик. – Тебя искали.

– И? – чуть напрягся повстанец.

– Я сказал, что не видел тебя много недель, и что, скорее всего, тебя уже доедают крысы, где-нибудь на отшибе Айлангарда, – широко оскалился Самир.

– Спасибо, – поёжившись, поблагодарил дедушку Тайлер. – Может теперь от меня отстанут.

Самир, продолжая улыбаться, осматривал мальчишку. Парень сильно изменился за этот месяц. Мало того, что он будто бы повзрослел лет на пять, так ещё и выглядеть стал, как господин какой: зелёный кафтан, коричневые добротные сапоги, того же цвета штаны.

– Дедушка Самир… – начал Тайлер.

– Да, оно у меня, – спокойно кивнул старик.

– Я бы хотел…

– Будь осторожнее, – протягивая пареньку запечатанное письмо, просто сказал дед.

– Хорошо, – принимая письмо, ответствовал Тайлер.

Старый Самир ушёл обратно под навес, оставив молодого повстанца наедине с самим собой.

Тайлер осмотрел письмо, поднёс его к лицу, жадно вдохнул… её запах, да, точно она, вне всяких сомнений.

Он быстро вскрыл конверт, раскрыл желтоватый лист бумаги и начал жадно поглощать всё написанное.

Прочитал.

Посмотрел вперёд, на гору какого-то мусора, пытаясь осмыслить прочитанное.

Перечитал ещё раз.

Улыбнулся.

– Дед Самир, – обернулся к навесу Тайлер. – А у тебя случайно не найдётся бумаги и чернил?


Глава 62: Совещание


С того дня прошла неделя. Именно столько времени ему понадобилось, чтобы добраться с отвесных до подземного города. Совещание хотели устроить сразу же, по его прибытию, но узнав некоторые подробности путешествия, император и Харен решили дать ему день.

Лучше бы они его не давали.

Он пил. Много. Очень много.

Он сломал шкаф и стул. Разбил лампу и кружку.

А потом собрался и пошёл на совещание.

Однообразные двери, коридоры, трубы, гул, решётки, лампы, кристаллы и вот он вышел в нужный зал. Приглушённый свет едва освещал массивный овальный стол посреди зала. Половина членов совета скрывалась в тени, но Африк ощущал их пронзительные колкие взгляды. Атмосфера стояла гнетущая, мёртвая, но оно и немудрено. Его расследование могло изменить всё, и все это понимали.

Все были уже в сборе и ждали только его. Император и Харен облачились в чёрное, как и большинство членов совета. Маленькая деталь, но Африк был им за это благодарен.

Он не стал занимать своё кресло, справа от императора, сев напротив, в начале стола. Он посчитал, что так будет лучше. Ведь сейчас он выступает в качестве докладчика и обычного разведчика. Да и вряд ли он теперь когда-либо ещё сядет в то кресло. Хватит с него. Хватит.

Разведчик посмотрел на Гумбера, тот кивнул и Африк начал:

– В Силдонии мне довелось пообщаться с инженерами, которые непосредственно занимались теми самыми заказами генералов, которые нас так обеспокоили, – уклончиво начал серобородый гном. Члены совета тут же заёрзали, устраиваясь поудобнее. – Они поведали, что занимались изготовлением линз, какие используют для световых пушек, только очень огромного размера. Они сказали, что делать пушки такого размера абсолютно бессмысленно, поэтому, скорее всего, они нужны для чего-то другого, им неизвестного. Также они рассказали, что изготавливали громовые батареи обратной тяги…

– Простите, – потянул руку один из самых молодых гномов в совете, Ульрик кажется. – Это те самые, благодаря которым работают все эти световые штуки в городах? Генераторы?

– Да, – кивнул разведчик. – Вот только они изготовили громовую батарею такой мощности, что она могла бы питать весь Мирд на протяжении нескольких лет.

В зале зароптали.

– Тишина, – призвал всех император и шум мгновенно затих. – Пожалуйста, продолжай, – обратился он к Африку.

– Но это ещё не всё, – продолжил гном. – Дальше нам посоветовали отправиться в Закилию, сказав, что саархилы тоже занимались изготовлением некоторых деталей для этого проекта, и мы отправились туда.

Африк замолчал, но никто не проронил ни слова. Все ждали. Он тяжело выдохнул, сделал два глотка из своей фляжки и через несколько секунд продолжил:

– В Закилии нам удалось взломать сервер и раздобыть очень интересную информацию. Там были чертежи и описания, но нам не удалось всё расшифровать. Могу точно сказать только три вещи. Первая: саархилы разработали какой-то суперсервер или как там это у них называется, пульт управления или что-то вроде него. Я мало что в этом понимаю, но… Ли сказала, что ничего подобного в жизни не видела, а она знает толк в саархильских машинах. Второе: Закилия переправила в Мирд какие-то чёрные кристаллы. Никто из опрошенных мной инженеров никогда не видел подобных. И третье: чем бы ни была эта машина, которую строят генералы, но ничего хорошего от неё точно ждать не придётся. Это оружие, в этом мнения всех моих знакомых учёных-инженеров сошлись. Но что за оружие не понимает никто. Я бы советовал совету приложить все усилия к её уничтожению, – закончил доклад гном.

– Легко сказать, – буркнул кто-то из совета.

– Спасибо, Африк, – не обращая внимания на выскочку, обратился к разведчику император. – Со своей стороны мне удалось поговорить с Гией, нынешней королевой архенит. По её словам, около месяца тому назад они разработали специальное солнечное заклинание перемещения волновой энергии в пространстве.

– Что-то вроде телепорта? – нахмурился белобородый дворф, какой-то новенький, но одновременно до боли знакомый.

– Не совсем, но точно объяснить принцип работы этого заклинания будет весьма непросто, – почесал бороду Гумбер.

– У Гии есть предположения, зачем оно генералам? – поинтересовался Бракен.

– Нет, – покачал головой император. – Но она обещала узнать всё возможное. А Дори, ты говоришь, не в курсе дел?

– По крайней мере, он так говорит, – ответил седобородый Африк, пожав плечами.

– Машина, работающая одновременно от громовой батареи, кристаллов и магии… – раздумывал Гумбер. – И это мы ещё не знаем многих деталей. Дворфы не в ладах с магией, им придётся использовать кого-то. Это факт. У этой машины точно будет свой обслуживающий персонал. Слишком опасно держать подобную машину без присмотра.

– Я займусь этим, – кивнул Бракен.

– Да, – согласился император. – Только осторожнее. Думаю, у нас есть ещё время, так что торопиться не стоит. Они взяли самое лучшее от каждой расы и построили нечто уникальное. Сами. И я уверен, что они это сделали не просто так.

– И ещё кое-что, – напомнил о себе Африк, пока разговоры не ушли ещё дальше в политику.

– Слушаю, – скрестил пальцы между собой Гумбер, кивая в сторону разведчика.

– Я… в общем, я ухожу, – бросил он, смотря прямо в глаза императору.

Наступило долгое непрерываемое молчание. Казалось, что собравшиеся гномы и дворфы даже дышать перестали. Большинство членов совета, включая Бракена и Харена, даже не смотрели на него, уставившись куда-то в стол.

– Ты уверен? – спросил Гумбер.

– Да, я всё решил, – уверенно кивнул Африк.

– Хорошо. Сдашь всё Бракену. Ступайте, – Гумбер кивнул главе разведки, отпуская его с совещания.

Серобородый гном вышел из зала с гордо поднятой головой, ни на секунду не усомнившись в правильности принятого решения.


Глава 63: Генералы


В генеральском шатре повисла абсолютная тишина. Она была настолько глухой, что начинала звенеть и шуметь, будто прося, чтобы сидящие за столом четыре дворфа издали хоть какой-нибудь звук.

Все дворфы были одеты в одну и ту же чёрную униформу с белыми треугольниками на груди и шевронами генералов на плечах. Но равны они не были. Трое из них сейчас смотрели на четвёртого, ожидая его реакции. И каждый из них, включая этого четвёртого, понимал, что как тот решит, так оно и будет.

Граин крутил в руках слегка помятый жёлтый лист бумаги. Донесение с передовой о полном разгроме северного войска. Он не сердился, нет. Он знал, что так будет, именно поэтому отправил туда самого ненужного и никчёмного из генералов, в то время как сам, со всеми остальными, отправился на восток, к Эллам и драконидам. Ему нужны были сведения о силе противника, и он их получил. Теперь Граин знает, чего ожидать от южан, а вот они, в свою очередь, совершенно не понимают с чем им предстоит столкнуться в будущем. Ведь они не увидели и десятой части мощи северной империи. Скоро всё это станет неважным, но пока нужно играть роль и продолжать войны. Ведь именно этого все от них и ждут.

– Что вы об этом думаете? – решил спросить он у остальных, бросая документ на стол, прямо перед собой.

– Мы собрали достаточно сведений, – вступил Ротр, главнокомандующий армией саархил. – В следующий раз объединённая армия Эллов и драконид нанесёт удар по тёмным эльфам, а Наархи по Ишгарцам. Орки останутся в одиночестве, и мы с лёгкостью уничтожим их.

– А Наархи уже на нашей стороне? – подал голос Фриг, главнокомандующий второй армией гномов, вечно опаздывающий и пребывающий где-то в своих мыслях.

– Будут на нашей, – уверено заявил Граин, и все кивнули, будто это уже стало неоспоримым фактом.

– Мы можем использовать людей и арденит, – начал было Клаин, но осёкся под взглядом верховного генерала.

– Продолжай, – скрепя сердцем, позволил ему Граин.

– Широ обещал подготовить достойный отряд-другой, – продолжил Клаин, главнокомандующий восточной армией архенит. – Мы можем использовать их в предстоящей войне, как пушечное мясо. Если они предадут нас – заодно и уничтожим, а нет – их уничтожат южане.

– В любом случае мы в выигрыше, – улыбнулся Ротр, кивая в знак поддержки.

– Я обдумаю эту идею, – пообещал Граин, хотя в глубине души не очень хотел использовать людей и арденит на поле боя. Эти два народа слишком опасны и в то же время никчёмны. Воевать они толком не умеют, а вот портить планы наоборот. Да ещё эти слухи про шестихвостую спасительницу… лучше не рисковать. Но идея уничтожить их, используя в качестве пушечного мяса, ему определённо нравилась. – Что-то ещё?

– Что мы делаем с эльфами? – в лоб спросил Ротр.

– Пока ничего, – чуть подумав, ответил верховный генерал дворфов, кончиками пальцев барабаня по столу. – Продолжайте давить их северную границу, продолжайте поджёг лесов. Будем отвлекать их внимание мелочами.

– Думаешь использовать тот план? – тихо спросил Ротр.

– Об этом потом, – отрезал Граин и главнокомандующий саархил не стал спорить. Из всех генералов Ротр, пожалуй, был единственным, кого генерал центральной армии дворфов мог бы назвать чем-то похожим на друга, поэтому тот мог без опаски спорить с Граином и даже давать ему советы. Но благоразумный дворф старался не делать этого на виду, сохраняя репутацию верховного генерала.

– А что с моей просьбой? – спросил вдруг Фриг. – Нам пора бы начать уже осваивать земли Фариев, и я готов…

– Осваивать болота? – нахмурился Клаин.

– Там много полезных ископаемых, – поднял палец вверх Фриг. – Тем более город у самого носа лесных эльфов будет действовать им на нервы и может сыграть нам на руку.

– Хорошо, – кивнул Граин. – Я выделю бюджет на исследовательский город. Под твою полную ответственность.

– Конечно-конечно, – уже потирал руки Фриг.

– А ещё нам бы не помещало выбрать нового генерала, – будто невзначай напомнил Ротр.

– Я уже выбрал, – улыбнулся Граин и все три пары глаз одновременно повернулись к нему.

– Почему же его тогда нет с нами? – задал интересующий всех вопрос Ротр.

– Он ещё не введён в курс дела, – отмахнулся генерал. – Но я вам его сейчас представлю.

Граин дважды сильно хлопнул в ладоши и в шатёр вошёл здоровенный чёрный вайрак в чёрном же мундире, с белым треугольником на груди.

– Я решил немного отойти от традиций, – наблюдая замешательство на лицах остальных генералов, сказал Граин. – Это Угмунд, по прозвищу ночной ужас. Бывший начальник ударного отряда вайраков, прямой подчинённый нашей замечательной Аи. Ныне, мной, назначен генералом восточной армии вайраков.

– Я так понимаю, скоро у вайраков будет больше привилегий? – ухмыльнулся Ротр.

– Ты прав, – кивнул ему Граин. – Но об этом потом. Также хочу сообщить, что я планирую ввести шестую и седьмую должность генералов для земель Эллов и драконид. И здесь я уже жду ваших предложений и рекомендаций, желательно в письменном виде.

Генералы начали шушукаться между собой, то и дело поглядывая на чёрного оборотня, мирно стоявшего в углу шатра со скрещенными на груди руками.

«Веселье только начинается» – подумал Граин и улыбнулся сам себе.


Глава 64: Похороны


Весь следующий день ушёл на воздание почестей погибшим и возведение братских могил в горной пустыне Ао.

Демоны, сварты и орки трудились без отдыха, бок и бок, выстраивая внушительные курганы для своих и стаскивая в горящие кучи чужих.

Хинамон практически ни с кем не разговаривал, пребывая в своих мыслях. Дирген, едва всё закончилось, куда-то пропал и вновь появился лишь недавно, перед самой церемонией. Ашган пришёл в себя лишь вчера вечером, очень огорчившись, узнав о смерти орка. Он стал одним из тех немногих, с кем сварт перекинулся парочкой слов в присутствии генералов Шаграта. Король демонов согласился на союз трёх королевств и не стал оспаривать главенство Хинамона.

– Шаграт разглядел в тебе что-то, парень, – сказал он тогда. – И я доверюсь его чутью. Смотри не разочаруй меня.

Чуть позже пришло письмо из мёртвых земель, под печатью красной башни Аркаса. Наархи извинились за долгий ответ, сожалели, что не приняли участие в битве и честно признались, что хотели принять сторону победителя. Воодушевлённые победой союза над севером они поклялись союзу в верности и решили примкнуть к нему. Долго ругаясь и отказываясь отвечать, Хинамон всё же ответил на письмо, приняв предложение расчётливых Наархов.

Эльф ещё никому об этом не говорил, но он собирался попробовать ещё раз предложить драконидам союз. А ещё он собирался написать лесным эльфам Нэнта. Хинамон решил, что он выполнит клятву, которую дал Шаграту, а потому ему требовались все возможные союзники, каких он только мог приобрести.

Хинамон вышел из своего нового шатра, тут же оказавшись у центральной площади, как её уже успели окрестить солдаты.

Прямо за его спиной высился герб Хуорна, а прямо перед ним сновали орки и сварты, заканчивая все приготовления.

Вечерело.

Эльф сделал несколько неторопливых шагов вперёд, подставляя лицо под лёгкий прохладный ветерок, такой редкий в этих краях.

Все уже были на месте: невозмутимый Ашган, спокойный Дирген, генералы Шаграта и его собственные советники, включая сильно раненного в сражении графа Куфраха, который во главе основного отряда свартов пробивал правые заслонки дворфов под обстрелом саархил и чёрных дворфов с дезинтеграторами.

Эльф спокойно встал рядом с остальными, оглядывая огромное деревянное сооружение перед собой. Погребальный костёр сложили воистину королевский. Таких высоких башен не было даже в самом Оркханке. Оставалось только гадать, где орки умудрились достать столько древесины в пустыне.

Дальше началась долгая прощальная церемония. Каждый сказал несколько слов о великом короле Оркханка. Кто-то пригрозил северу отмщением. Затем восславляли славу воинам, погибшим в битве, и снова говорили о Шаграте. Эльф тоже говорил, рассказывая каким Шаграт был могучим и сильным воином, и что никогда больше не родится орка настолько мудрого и великого, как Шаграт.

Когда все сказали, что имели, стало уже совсем темно. Тогда-то погребальный костёр и подожгли.

Много времени потребовалось пламени, чтобы взобраться на вершину огромной деревянной башни. Ещё больше, чтобы спалить и обрушить её.

Хинамон достоял до самого конца.

Уже начинало светать, когда башня рухнула внутрь себя самой и окончательно погребла орка в своих углях.

И только тогда сварт развернулся и медленно побрёл в собственный шатёр.

Завтра ему предстояло отправиться домой, на ещё одну церемонию. Церемонию коронации.


Глава 65: Шестихвостая


Глен тенью перелетел через ограждение, мягко приземлившись на крыше.

Осторожно и медленно принимая вертикальное положение, он не спускал глаз с высокой фигуры в белом балахоне.

– Снова распускаешь свои сказки о шестихвостой спасительнице? – тихо спросил он у фигуры, прекрасно зная, что от неё не укроется ни звука.

– Это не сказки, – оборачиваясь к повстанцу и откидывая капюшон, уверенно ответила Ая.

Шрам немного смутился, но старался не опускать глаз. Пусть архенитка и выдаёт себя за союзника людей, пусть тешит местных глупцов сказками, но она всё ещё остаётся северянкой, врагом. Прекрасным, как сам солнечный луч, но врагом.

– Давно не виделись, Глен, – спокойно поздоровалась девушка и по её губам пробежала тень улыбки.

– Не так уж и давно, – улыбнулся Шрам, расслабившись. – Есть новости?

– Смотря, что именно тебя интересует, – чуть наклонила голову набок Ая.

Крылатая жительница небесного города играла с оторочкой на балахоне, будто заигрывая с Хорном.

– Даже не знаю… – почесал он затылок, краем глаза продолжая удерживать её в поле зрения.

– Генералы избрали замену Сахиру. Только сегодня узнала, – скривилась архенитка.

– Судя по твоему лицу, это что-то…

– Он вайрак, – вскинула она подбородок. – Жестокий и очень сильный. Мой бывший подчинённый. И Граин его выбрал не просто так.

– Решил приблизить к себе оборотней? Значит, не доверяет вам, – предположил Глен.

– Тоже так думаю, – согласилась крылатая, внимательно разглядывая повстанца.

– Ещё что-то важное? – спросил Хорн, пытаясь не замечать изучающего взгляда архенитки и не смотреть в чарующе-манящий вырез под частично распахнутым балахоном...

– Северяне готовят какое-то новое оружие, но нам о нём практически ничего не известно, – как-то даже томно ответила Ая.

– Сильное оружие-то? – сглотнул Глен.

– Очень, – с придыханием обронила архенитка.

– А что про твою любимицу? От неё будет толк? – поинтересовался Шрам, стараясь сменить тему.

– О, – протянула девушка, игриво улыбаясь. – Будет. Ещё какой.


Эпилог


Беловолосый эльф в зелёной мантии устало опустился на скамью, ни на миг не отрывая своих тёмно-зелёных, будто ночной лес, глаз от маленькой девочки лет десяти. Он знал, что этой бестии хватит доли секунды, чтобы оказаться вне зоны его видимости, поэтому Фриланделю приходилось постоянно оставаться начеку. И куда подевалась та безропотная тихоня, какой она была ещё несколько лет тому назад? Нет, она не доставляла больших проблем, просто с каждым годом будто бы всё больше и больше просыпалась. И это настораживало его всё больше и больше.

– Не устал? – услышал он голос взявшегося будто бы из ниоткуда высшего друида.

– Всё в порядке, Халантис, – напряжённо ответил эльф, не сводя глаз с арденитки, играющей с каким-то мячиком, который она кидала, и сама же ловила. Я уточню, кидала на другой край поляны и ловила.

– Баэль посторожит её ночью, – обронил высший друид. – А я посижу с ней завтра. – Он похлопал Фриланделя по плечу, в знак поддержки.

– Я не устал, – нахмурился эльф.

– Он был другом не только тебе, Фриландель. Нам всем нравилась его компания. Но дело в другом…

– В чём же? – чуть напрягся беловолосый эльф, когда девочка на секунду пропала с поляны, но потом сразу же появилась, присев у чего-то интересного.

– Жук… – подсказал Халантис, видя, что более юный эльф не может определить, что так заинтересовало девочку.

– А…

– Кахаэль хотел тебя видеть, – договорил высший друид.

– Тогда ладно, – согласился Фриландель.

– Как она? Всё хорошо?

– Вроде да, – неуверенно ответил эльф. – Она редко играет с другими детьми. И редко говорит мне о своих проблемах и переживаниях.

– Это можно понять, – ухмыльнулся Халантис. – Но кажется я знаю одного ребёнка, который сможет её заинтересовать. И, если получится, немного остепенить.

Молодой, по меркам высшего друида, конечно, эльф впервые отвёл взгляд от девочки, обернувшись к учителю.

– Кто это?

Но Халантис не ответил.

Друид приставил руки рупором у рта и прокричал:

– Анита!

Девочка оказалось возле друидов ещё до того, как он убрал руки и эхо его голоса стихло.

– Что-то случилось, дядя Халантис? – невинно спросила голубоглазая малышка, с завязанными на эльфийский манер косичками.

Светло-зелёное платье, местами испачканное грязью, уже совсем износились, и старый эльф сделал для себя пометку, что пора бы нормально приодеть ребёнка, по её возрасту и статусу. С годами Анита всё больше и больше начинала походить на Ашу чертами лица, но, когда злилась взгляд её напоминал взгляд Маркуса, когда он в последний раз пришёл в лес, униженный и побеждённый. Взгляд Халантиса невольно задел шесть золотистых хвостов, мерно покачивающихся позади девчонки, в очередной раз будоража воспоминания из его разговора с Кахаэлем. Спасение или смерть несёт это дитя? Сие остаётся неизвестным.

– Завтра я хочу кое с кем тебя познакомить, – улыбнулся друид. – Но прежде покажи мне, чему ещё ты научилась за эти дни…


Послесловие автора


Вот и всё, последняя точка поставлена, книга закончена. Но не история. Да, в предисловии я говорил, что это будет дилогия, но вы же знаете, как оно бывает. Эта книга написала сама себя и решила всё иначе. Сменилось и название (изначально книга имела название «Сварт»). В итоге вышло даже не продолжение «Последней надежды», а предыстория «Шестихвостой». Когда же выйдет завершающая часть трилогии? Если я не погрязну в других интересных проектах и смогу выделить нужное количество времени – то в течение следующего года. Но ничего не буду обещать, сами знаете, всякое бывает.

Сегодня двадцать шестое ноября двадцатого года и, если честно, я не думал, что успею закончить «Легенду» до конца года. Слишком тяжкими были последние месяцы, слишком мало мотивации и желания оставалось во мне. Но, как часто бывает, в один прекрасный момент вы просто берёте себя в руки, собираете по кусочкам и вуаля – читайте на здоровье.

Чем я займусь дальше? Ну… я уже собираю по кусочкам все нужные данные по хранителям, так что в первой половине двадцать первого года ожидайте выхода третьей части о мире Эа. (Если не случится чего-нибудь непредвиденного, конечно же).

Я бы хотел поблагодарить всех своих читателей за поддержку, хорошие отзывы и комментарии, даже за плохие. Вы все даёте мне стимул работать дальше и не опускать руки. Спасибо Вам.

До встречи в будущих книгах!

Александр Вернер.


В оформлении обложки использован рисунок с