КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 457746 томов
Объем библиотеки - 658 Гб.
Всего авторов - 214711
Пользователей - 100462

Впечатления

Stribog73 про Народное творчество: Анекдоты про Путина. 2-е издание (Анекдоты)

Я восхищаюсь Путиным - человек смог за 15 лет украсть в 50 раз больше, чем вся семья Трампов заработала за 3 поколения!
Дональд Трамп

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
pva2408 про Народное творчество: Анекдоты про Путина (Анекдоты)

Вообще то, это вроде про ЕБНа был, попадался он мне ещё в 90-х

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Vsevishniy про Народное творчество: Анекдоты про Путина (Анекдоты)

Говорит Путин Медведеву:
- Что ты, Димон, совсем ботаником стоп, твиттеры всякие ай-поды... Пойдем нормально в бар, напьемся, девочек снимем потом потрахаемся хорошенько...
Медведев:
- Что прям при девках?

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
ANSI про Жуковски: Эта необычная Польша (Биографии и Мемуары)

а нефиг выходить замуж за иносранцев! знают же, что у них всё не так, но всё равно лезут ((

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Stribog73 про Народное творчество: Анекдоты про Путина (Анекдоты)

2-е издание готово!

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Александерр про Корсуньский: Блуждающий мир. Трилогия (СИ) (Космическая фантастика)

Накручино конечно дай бог, в общем мне понравилось! И самое главное не не какой жеванасти и размазанности.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Обреченные души и сангрия (fb2)

- Обреченные души и сангрия [ЛП] (а.с. Кодекс гильдии: Очарованные-8) 1.12 Мб, 223с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Аннетт Мари

Настройки текста:



Аннетт Мари Обреченные души и сангрия

(Кодекс гильдии: Очарованные — 8) 

Перевод: Kuromiya Ren 

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Я еще не видела «Ворону и молот» такой наполненной.

Пятьдесят один член гильдии сидел за столиками паба, некоторые были на стульях у стойки бара, и все лица были повернуты к восточной стене. У некоторых в глазах мелькал страх — у не боевых мификов. В других глазах была искра ожидания — у бойцов, любящих адреналин. Некоторые вели себя осторожно — мудрые, старшие члены, которые знали, что это не было нормально.

Это было не просто собрание. Это была не просто работа.

Как и все в гильдии, я смотрела на Дариуса, который стоял лицом к мужчинам и женщинам, для которых он создал дом.

— Спасибо, что так быстро пришли, — его серьезные слова разносились по комнате. — Нам нужно обсудить срочное тело, которое повлияет на всех членов гильдии.

Я уперлась локтями в колени и искала хоть нотку его обычного тихого изумления. Я не смогла это найти.

— Многие из вас знают о случае восьмилетней давности, известном как «уничтожение Энрайта», в Орегоне обнаружили одиннадцать демонических магов, и их стерли «Ключи Соломона». Демонические маги Энрайта были частью большой организации, названной Двором Красной королевы. Лучше не сказать, это культ — культ, поклоняющийся демону. Чуть больше недели назад расследование провели несколько наших членов гильдии, и они узнали больше, — он окинул взглядом комнату. — Двор Красной королевы пережил истребление Энрайта и был активен последние восемь лет. И культ теперь в Ванкувере.

Гудящий шепот возник в комнате, но утих, когда Дариус продолжил:

— Эта группа очень опасна. Они не только умело скрываются на виду, но их члены включают призывателей и контракторов, которые не придерживаются ограничений МП. И, как было показано в Орегоне, они знают, как создавать демонических магов. Если культ в Ванкувере, значит, тут могут быть и демонические маги.

Я ожидала еще волну шепота, но никто даже не кашлянул. Я понимала, почему.

Демонические маги были самым пугающим типом мификов. Человек, одержимый демоном, с доступом к магии демона, который легко мог впасть в буйство — да, это был настоящий кошмар.

Непривязанный демон был самой опасной и разрушительной магией по силе среди чудищ, и его тело было почти не убиваемым, но демонических магов боялись больше, потому что их опасность была скрыта за человеческим лицом. Можно было годами пробыть рядом с демоническим магом, и пока он не использует силу демона, никто о его сущности не узнает.

Я посмотрела на мифика, сидящего на стуле рядом со мной. Эзра смотрел на Дариуса с обычным бесстрастным лицом.

— После недели тщательного расследования, — продолжил глава, — мы опознали восемь подозреваемых членов культа. Хотя мы еще не отыскали их базу, мы подозреваем, что их куда больше, и неизвестную долю могут составлять демонические маги. Завтра утром я передам наше расследование МП, и их агенты пойдут по следу. Множество гильдий вовлекут — включая, полагаю, не местных охотников на демонов, как «Ключи Соломона». Но Ванкувер — не отдаленное место, как Энрайт, где жертвы сражения были ограничены членами культа и мификами из гильдии.

Я сжала кулаки. Члены культа… куда входили и родители Эзры. Оказалось, «Ключи Соломона» не убивали невинные семьи в Энрайте, но их настроенные решительно против демонов члены и те, которые неожиданно поддерживали демонов, вызывали у меня отторжение.

— «Ворона и молот» звала Ванкувер домом больше пятидесяти лет, — Дариус пронзал взглядом каждого члена гильдии по очереди, пока говорил. — И мы не позволим ни культу демона, ни гильдии не из города, ищущей наград и славы, уничтожить дом. Защита нашего города потребует каждого из вас, психики вы, алхимики, ученые, ученики или боевые мифики, которые выйдут на поле боя. Чтобы одолеть демонов и демонических магов, нужно оружие. Нужны артефакты. Нужны зелья. Нужно проанализировать прошлые действия культа, их возможные источники, продумать стратегии, как убивать демонов. Все тут могут помочь временем, энергией, идеями и уникальными талантами.

Он открыл папку.

— Мы приготовили команды, каждую поведет наш офицер. Мы не будем заставлять вас вступать в бой, если вы не хотите, но мы ждем, что вы поддержите согильдийцев, как сможете, пока мы справляемся с самой опасной миссией за десятки лет. Наша первая команда во главе с первым офицером Жираром соберет арсенал оружия, артефактов и алхимий, чтобы использовать против культа. Наша вторая команда во главе с Табитой соберет и проанализирует данные, техники боя и дела, связанные с демонами и демоническими магами. Наша третья команда во главе с Феликсом справятся с немагической частью и коммуникацией. И четвертая команда, — уголок рта Дариуса приподнялся, — будет во главе с новым четвертым офицером, Аароном Синклером.

Тишина звенела в комнате миг удивления, а потом радостные вопли и аплодисменты взорвались с силой, все повернулись к рыжеволосому пиромагу, сидящему с другой стороны от меня. Он улыбнулся и помахал, и я рассмеялась от необычного смущения на его лице.

— Аарон, — крикнул Дариус поверх шума, — займется тренировкой, и эта часть будет связана со стратегиями и оружием, предоставленными другими командами.

Радостно хлопая, я посмотрела мимо Аарона на место рядом с ним, желая знать, что думал об этом темноволосый спокойный электромаг. От вида его пустого стула меня словно ударили по животу. Аарона повысили, а Кай, стараниями Макико, не мог даже поздравить его тут.

— Моя роль, — сказал Дариус, — следить за работой офицеров и связываться с другими гильдиями Ванкувера. Завтра я посещу «Глаз Одина», «Рыцарей Пандоры», «Великий гримуар» и «Морских дьяволов» и поговорю с их главами. Вместе мы защитим наш город. Но времени мало.

Дариус подытожил следующие шаги и прочел список членов каждой команды. Я попала в команду Феликса. Эзра — и почти все боевые мифики, почти половина гильдии — попали в команду Аарона.

Я надеялась, что Дариус дал Феликсу знать, что я не смогу помочь. Защита Ванкувера от Двора Красной королевы была высоко в моем списке дел, но на первом месте было спасение Эзры от контракта с Этерраном. Потом мы сможем помочь гильдии одолеть культ и его лидеров — Зантэ и Ксевера. Менталиста, который заманил семью Эзры в культ, и призывателя, сделавшего его демоническим магом, чтобы его поджарили на огне.

Собрание закончилось, и в комнате загудели разговоры. Я повернулась к Аарону.

— Эм, повышение? — я стукнула его по плечу. — Почему ты мне не сказал?

— Это произошло вчера, — он ухмыльнулся. — Но я все равно скрыл бы это, чтобы увидеть твое лицо, когда Дариус объявит это.

— Поздравляю, — Эзра склонился из-за меня. — Я знал, что это рано или поздно случится, — он стал задумчивым. — Кай должен мне пятьдесят баксов.

— За что? — с подозрением спросил Аарон.

— Я поспорил, что ты станешь офицером до того, как тебе исполнится тридцать.

— Тридцать?

— Но Кай понял, что тебе потребуется от пяти до десяти лет, чтобы начать думать перед тем, как все поджигаешь.

Аарон фыркнул, Эзра улыбнулся в ответ, и все во мне закружилось.

Можно было подумать, что за восемь месяцев улыбок Эзры я должна была привыкнуть, но этого еще не произошло. Эзра, которого я узнала за эти восемь месяцев, менялся… развивался или пробуждался?

Словно ощутив мои мысли, он посмотрел на меня разноцветными глазами. Мой желудок снова занялся акробатикой.

— Аарон!

Летиция подошла с половиной команды Аарона.

— Так ты теперь офицер? — высокая гидромаг окинула его тяжелым взглядом — наверное, помнила, сколько случаев заканчивались промокшим Аароном — и хрустнула костяшками. — Какой план тренировок?

— Первый шаг — создать команды с правильным балансом сил и слабостей для боя с контракторами и демоническими магами, — ответил Аарон. — Мы сосредоточимся на защите, а потом отточим самые эффективные способы убить их, не потратив при этом слишком много сил и магии.

— А нельзя просто сжигать демонов потоком огня? — пробормотала Сеарра, светловолосая ученица-волшебница, которую я недолюбливала.

Эндрю испепеляюще посмотрел на девушку.

— Нам нужно нанести как можно больше урона, и огонь — хороший вариант. Можно попросить алхимиков сделать нам огненные бомбы.

— И крутые дымовые бомбы, — добавила Гвен, добавив привычно вульгарность. — Ослепить подонков, чтобы демоны не смогли порвать нас как свиней.

— Но нам нужно видеть, что мы делаем, — возразил Даррен. — Ослеплять их лучше. Нам нужны самые простые способы, чтобы навредить.

Аарон поднял руку, прося тишины, и все тут же послушались. Но он не успел заговорить, другой голос зазвучал за группой:

— Те тактики… скорее всего, не сработают.

Собравшиеся мифики в смятении огляделись, искали источник альтового голоса, а потом они расступились, и стало видно девушку, такую хрупкую, что она была невидимой.

Робин Пейдж моргнула, как сова, когда все посмотрели на нее.

— Что ты знаешь? — спросил Даррен, подавив едкий тон так, чтобы его не могли в этом обвинить… все, кроме меня.

Я недовольно открыла рот…

— Я — контрактор, — Робин поправила очки на носу. — Но, уверена, твой опыт тоже важен, Даррен.

Я подавила смех, волшебник стиснул зубы.

Робин повернулась к Аарону.

— Огонь может обжигать демонов с законным контрактом, но хотя бы один демон культа связан так свободно, что он может управлять своей магией. Огонь может сделать его сильнее.

— Сильнее? — растерянно повторил Аарон.

— Демоны могут превращать жар в магию. Чтобы обжечь их, нужно подавать жар быстрее, чем демон может его поглотить, — она задумчиво постучала по подбородку. — Алистейр так может, но я не уверена насчет обычного огня.

Я уставилась на нее. Все глядели на нее или озирались в поисках вулканомага, которого она назвала.

— Холод может убить только сильно раненого демона, — Робин убрала волосы за ухо. — Ослепление тоже плохо сработает. Их кровь густая, быстро засохнет на ране. Даже глубокие раны перестают кровоточить через пару минут.

— Как нам их убить? — рявкнул Даррен.

— Хм, — Робин задумалась на миг. — Слюна вампира?

Некоторые из нас растерянно переглянулись.

— Если вколоть демонам большую дозу слюны вампира, — добавила она, — они падают.

Аарон потер шею сзади.

— Насколько большую дозу?

— Эм… Около… пары столовых ложек?

Камерон провел ладонью по волосам с раздражением.

— Где нам взять так много слюны вампира?

— Мы одного вампира с трудом находили в последнее время, — Даррен покачал головой. — Их стало меньше после вспышки в декабре.

— Мы поищем слюну вампира, — сказал Аарон, — но, как всегда с демонами, проще убрать контракторов, и это будет нашей целью. Спасибо за подсказки, Робин.

Она улыбнулась, и, пока Аарон спрашивал, у кого был опыт сражения с контракторами, я подвинулась в группе к Робин.

— Мы можем поговорить? — шепнула я.

От ее кивка я обвила ее руку своей и повела ее от боевых мификов. Все в пабе разбились на группы, начали готовиться к одной из самых опасных операций гильдии.

Я скользила по ним взглядом, пока шла мимо алхимиков, серебристо-сиреневые волосы Син были среди них, которые присоединились к Рамзи, Линдону и Велдону, которые хорошо разбирались в артефактах. Другие знакомые лица были в комнате, и мою грудь сдавило. Было ли слишком опасно направлять эту гильдию изгоев против Двора Красной королевы?

— Тори?

Я поняла, что просто стояла, обвив руку Робин. Я сосредоточилась, отвела ее в тихий угол в полумраке и отпустила ее руку.

— Есть новости?

Ей не пришлось спрашивать, о чем я говорила.

— Еще нет. Мы работаем над этим.

Прошла неделя с тех пор, как мы отдали ей гримуар культа, чтобы она нашла способ спасти Эзру. Как долго читался том сложных заклинаний, написанных на мертвом языке?

Ладно, может, мои ожидания были не справедливыми.

— Это не просто, — шепотом добавила она. — Я знаю, что терпения не хватает, Тори, но, насколько я понимаю, еще никто не убирал демона из мага.

— Я понимаю это, — я огляделась, проверяя, что никто не слышал. — Просто у Эзры осталось мало времени.

Хоть он казался уравновешенным, его работа с Этерраном меня тревожила. Мы поставили все на гримуар культа, и если Робин не найдет ответы вовремя, все старания будут напрасными. Другим вариантом был демонический амулет, но после того, как демонический маг под его влиянием жутким образом умер, мы не хотим экспериментировать с его загадочными силами.

— Мы нашли ритуал демонического мага в гримуаре, — Робин теребила край свитера. — Это сложный набор заклинаний. Мы думали, что тело носителя действовало как инфернус, но, судя по ритуалам, оно скорее призывающий круг. Как только демон в круге, он может выйти, только если круг уничтожить или перенести демона, пока он в инфернусе.

— И… что? Эзре нужно проглотить инфернус?

Ее глаза стали шире от предложения.

— Эм, нет. Инфернусу нужно проникнуть в сущность Эзры, не только тело.

— Его душу, — пробормотала я. — Тот бывший призыватель, с которым мы говорили, отмечал, что некоторые верят, что демон внутри души человека.

Она кивнула.

— В том и проблема. Но должен быть способ… Я буду искать, и Заилас тоже поможет.

Я хотела задать еще тысячу вопросов — например, как ее демон помогал, и почему ее контракт с ним был нелегальным — но для этого разговора время было не подходящее.

Она поправила цепочку на шее, инфернус был скрыт под ее свитером.

— Я не знаю, как это будет выглядеть, но спасение Эзры точно будет ритуалом. Нам нужно уединенное место, где мы сможем установить круг Демоники. Ты сможешь найти для нас такое?

Я выпрямила спину.

— Да. Это я могу.

— Если там уже есть круг, это сэкономило бы нам время.

— Предоставь это мне.

Она быстро попрощалась и убежала искать Амалию, оставив меня одну в полутьме угла паба, мои мысли кипели. Я не могла помочь с гримуаром, но теперь у меня была работа: найти место для ритуала, который разделит демона и мага, и еще лучше будет, если там будет уже готовый круг Демоники.

Если бы только я знала, где начинать искать. 

ГЛАВА ВТОРАЯ

Я решительно ударила кулаком по ладони, развернулась, решив присоединиться к Эзре и Аарону у бара… и в кого-то врезалась. Я отпрянула и схватилась за спинку стула. Жертва столкновения лишь немного покачнулась.

Я посмотрела на нее.

— Эй, Сабрина. Откуда ты?

— Оттуда? — она кивнула на группу Феликса, слабо улыбаясь.

Мой радар гадалок посылал дрожь по спине. Светлые волосы Сабрины были стянуты в неровный хвост, и ее макияж состоял из подводки, туши и, может, блеска для губ — обычно она выглядела готовой к фотосессии, так что что-то было не так. Если добавить ее бледную кожу и то, как она с тревогой хмурилась, даже когда улыбалась, это тут же вызвало у меня тревогу.

Когда она в последний раз была на взводе так, она пробралась в гильдию во время запрета выходить из-за непривязанного демона, чтобы предсказать мою судьбу. Она не только предсказала, что Эзра, Аарон и Кай покинут меня — и, может, умрут — но и предсказала, что я изменю их судьбы одним решением.

— Как ты? — начала она, ее попытка общаться была испорчена тем, как она пристально смотрела на мое лицо. — Ты говорила с Эзрой?

Ее вопрос звучал невинно, но я избегала этой темы любой ценой — то есть, темы чувств. В последний раз у нас был серьезный разговор, и она предупредила меня, признаться Эзре, пока не поздно.

— Да, — с неохотой призналась я. — Я сказала ему, что люблю его. Эм… точнее, написала.

— Ты написала ему?

— Что за возмущенный тон? Он не возражал. И мы поговорили по телефону.

— Так вы теперь пара?

— Эм… нет. Это… сложно. Это… кхм… — я утихла, что-то в выражении ее лица вызвало новую дрожь на моей спине. — Сабрина, ты что-то знаешь?

Ее лицо побледнело сильнее обычного.

— Нет! То есть, я… карты… не говорят точно, но… порой я что-то вижу, — неуверенно закончила она.

Что она видела? Я не хотела спрашивать, ведь могла так дать ей ответы, которых у нее не было.

— Я думала… может… — она сцепила ладони, — погадать тебе?

Она только что дала мне способ отказаться. Я не могла дать ей угадать тайны Эзры.

— Эм, может, в другой раз, Сабрина.

— О, — она расстроилась. — Я понимаю. Я… вернусь к своей команде.

Вина била по моему животу, когда она отвернулась, и я чуть не отвлеклась на свои тревоги, чуть не пропустила то, как она подняла ладонь к лицу. Я поспешила за ней, поймала ее за запястье и повернула к себе.

Слеза, которую она не успела вытереть, скатилась по ее щеке.

— Блин, Сабрина, — я пристально разглядывала ее лицо. — Что такое?

— Ничего, — я не сдвинулась, ждала ответа, и она переминалась. — Это просто карты… Я знаю, что тебе не нравится гадание, и я старалась игнорировать это, но у меня появились сны, и я просто… но все хорошо! Тебе не нужно это гадание.

Она выдавила улыбку, ее храброе лицо испортили дрожащие губы.

Блин.

Я привыкла считать, что мифики управляли магией — маги с их стихиями, волшебники с их старательно созданными заклинаниями, алхимики с их зельями — но я видела достаточно, чтобы понимать, что не вся магия была такой. Загадочная сила, которая давала Сабрине магию, существовала не в ней, и она была просто проводником.

Я обвила рукой ее узкие плечи, увела ее в дальний угол бара и усадила на стул.

— У твоих карт еще послание для меня? — я опустилась на стул рядом с ней. — Это не твоя вина, но мне не нравится, что это всегда плохая новость.

— Это все равно сбудется, — отметила она. — Карты могут помочь подготовиться. Для того они и есть — принести понимание, чтобы, когда наступят испытания, ты была к ним готова.

Она была права. Карты не были причиной бед. Они были ранним предупреждением, и было бы глупо игнорировать то, что могло мне помочь — и всем — выжить в грядущем.

— Ладно, — я взяла себя в руки. — Сделаем это.

Она посмотрела на меня, слезы блестели на ресницах. А потом она полезла в свою сумочку. Вытащив колоду, Сабрина развернула черный шелк на ней. Золотой узор на картах сверкал, пока она быстро тасовала их. Через минуту она собрала колоду ровной стопкой, протянула ее мне.

Я стала тасовать. Карты скользили в ладонях, их края давили на кончики моих пальцев. Ощущение карт отвлекло меня от всего. Паб потускнел вокруг меня. Шумные разговоры стали далеким гулом. Мои глаза закрылись, но я не помнила, как сделала это.

— Что у тебя в сердце, Тори? — шепот Сабрины донесся до моих ушей, смешиваясь с шорохом карт, который поглотил мое внимание. — Сосредоточься на этом. Пусть это наполнит тебя.

Что было в моем сердце? Ответ был простым: Эзра. Разум заполнили мысли о нем, о культе, который изменил его жизнь, о его прошлом и неясном будущем, об Этерране и их слившихся духах, о том, как спасти его, пока не стало поздно.

Теплые нежные ладони накрыли мои, колода была между моих пальцев. Сабрина направила карты на стол.

— Раздели колоду.

Я с закрытыми глазами сделала это.

— Тяни карты. Столько, сколько хочешь.

Я вытащила первую карту, и она пропала из-под моих пальцев. Я вытащила еще и еще. Еще две. Когда я коснулась колоды снова, я не ощутила желания тянуть еще карты.

— Открой глаза, Тори.

Я открыла их, и свет с шумом паба ударили по мне, как пощечина. Я быстро заморгала, растерявшись, словно пришла в себя из транса. Странно. Я еще так себя не ощущала во время гадания.

Сабрина опустила пять карт на столе между нами в форме плюса.

— Это расклад креста отношений. Твое сердце кем-то поглощено… твоими отношениями с ним.

Я не могла с этим спорить. Мы обе знали, что я была одержима Эзрой.

Когда я не возразила, она кивнула.

— Тогда начнем. Первая карта представляет тебя, Тори.

Она подняла карту с правой стороны расклада, но перевернула ее, и карта выпала из ее пальцев. Карта упала на угол, покрутилась и легла лицевой стороной вверх, перпендикулярно к остальному раскладу.

На рисунке была нагая женщина с венком цветов на волосах, сжимающая челюсти льва. Внизу было одно слово: «Сила».

— Боком, — отметила Сабрина.

— Ага. Потому что ты ее уронила.

— Нет случайностей при гадании, — она смотрела на женщину с пастью льва. — Карта лицом вверх, она означает смелость, сострадание и уверенность в себе, но перевернутая — означает слабость и сомнения в себе. Думаю, карта боком означает, что две твои стороны воюют друг с другом, Тори.

Я тут же вспомнила свой боевой пояс, запертый в шкафчике. В нем больше не было магии.

— Теперь мы посмотрим на того, кто поглощает твое будущее, — она повернула карту на другой стороне креста, и стало видно знакомого рогатого беса, сжимающего обнаженных мужчину и женщину в цепях. — Дьявол.

Мило. Дьявол появлялся в гадании перед нападением «Ключей Соломона» на прошлый Хэллоуин, когда мы улетели из города, а Эзра чуть не погиб.

— Снова, — прорычала я. — Почему колода повторяет мне одно и то же?

— Это не одно и то же. Смотри, — она покрутила пальцем над картой. — В этот раз карта перевернута. И их не сковывают, они вырываются. Карта наоборот — это свобода и восстановление контроля.

Я взглянула на демонического мага в другой части комнаты.

— Ладно, что дальше?

— Основа отношений, — она повернула карту сверху креста. Там было колесо, окруженное ангелом, орлом, быком и львом. — Колесо Фортуны.

— И что это значит?

Она смотрела на карту, взгляд был далеким.

— Судьба… шанс… где разница? Силы, неподконтрольные человеку, постоянно крутящееся колесо изменений.

— А?

Ее взгляд стал сосредоточенным.

— Это судьба, шанс и перемены. Это свело вас. Вы толкаете друг друга к переменам.

Я обвила себя руками, подавляя дрожь.

— Следующая карта… твое настоящее, — она повернула карту, открывая Любовников — обнаженные мужчина и женщина страстно переплелись.

— Ого, — мои щеки вспыхнули. — Твои карты торопят события. Я не…

— Это не прямое, Тори, — перебила Сабрина, ее глаза изумленно мерцали, и тревога в них смягчилась. — Любовники представляют баланс, а еще выбор.

— Какой?

— Зависит от связи, но это может означать и выбор между противоположными силами.

Да уж.

Ее ладонь замерла над последней картой в основании креста, но она не коснулась ее.

— Это исход, да? — угадала я. — Мое будущее.

Мне отчасти хотелось встать из-за стола и убежать из комнаты, пока она не перевернула карту. Но я знала, что так нельзя.

Я не знала, решила ли отправиться с парнями, когда они покинули город на прошлый Хэллоуин, из-за гадания Сабрины, но если бы меня не было на заброшенном складе той ночью, Берк и «Ключи Соломона» убили бы Эзру, а то и Аарона с Каем.

Я не могла рисковать, мне нужно было увидеть эту карту. Я взяла себя в руки и ждала.

Она взглянула на меня, глубоко вдохнула и перевернула карту. Там была не Смерть и не горящая Башня из моего первого гадания. Такую я еще не видела, на картинке было дерево в форме креста, и мужчина свисал с него, привязанный за лодыжку. Его голову озаряло сияние, и он выглядел зловеще спокойно, хотя его и ждала гибель.

— Повешенный.

Моя надежда, что это были не плохие новости, пропала от ее тихого голоса.

— Что это означает? Скажи прямо, Сабрина.

— Это означает… жертву.

Страх накатил на меня.

— Мы говорим о том, что нужно, например, не пить алкоголь месяц… или другой жертве?

Она отвела от меня взгляд.

— Даже не знаю.

— Но ты можешь озвучить догадку, как прорицатель?

— Я бы не хотела отходить от направления карт, ведь моя симпатия может влиять на…

— Сабрина, — я ждала, пока она не посмотрела на меня. — Знаю, я не очень-то хотела услышать о своем будущем, но теперь я слушаю. Ты знаешь, что что-то происходит, кроме всего этого, — я махнула на паб.

Она сглотнула.

Я склонилась.

— Это жизнь или смерть, Сабрина.

Прикусив губу, она посмотрела на расклад, ее лоб сморщился от тревоги. А потом она выпрямилась на стуле.

— Хорошо.

Она опустила ладони на стол по бокам от карт, сжала пальцы, сделав будто чаши. Она замерла, медленно дыша, и я во второй раз отвлеклась от паба.

Вокруг стало тихо. Невозможную тишину нарушало только биение моего сердца и тихое дыхание Сабрины. Она протяжно выдохнула. Ее веки опустились, глаза закатились.

Атмосфера стала тяжелой. Все волоски на моем теле встали дыбом, покалывание пробежали по коже, бремя давило на меня. Мое восприятие паба, стены с панелями, и даже стул, на котором я сидела, стал далеким.

Сабрина не двигалась, ее спина была прямой, сухожилия проступили на тонких запястьях.

Я тревожно посмотрела с нее на карты, взгляд упал на Дьявола. Чернильные линии картинки расплылись. Губы существа будто двигались в оскале. Цепи в его руках тихо гремели, и мужчина с женщиной, которых он держал в плену, извивались.

Колесо Фортуны, похожее на компас, стало медленно крутиться. Любовники ласкали друг друга. Женщина с карты Силы раскрыла пасть льва шире, а потом замерла. Пасть захлопнулась.

Повешенный медленно крутился на веревке, пока его ладони, спрятанные за спиной, не стало видно. Листья сыпались с веток дерева, пока он крутился, но когда его лицо стало снова видно, его глаза были закрытыми.

И он уже выглядел не спокойно, а мертво.

Мое дыхание вырвалось из горла, паника собралась в груди, давление росло. Картинки словно расширились. Дьявол склонялся из своей картой к веткам дерева Повешенного, раскинувшимся на столе. Женщина с ладонью в пасти льва посмотрела на меня, и ее лицо стало моим лицом.

Кто-то прошел в тихий пузырь нашего гадания.

Паб вернулся, и я отклонилась на стуле, чуть не упала. Комната дико кружилась, а потом замерла.

— Глубоко дыши, Сабрина. Медленно. Так лучше.

Тяжело дыша, я моргнула, чтобы прояснить зрение. Прибыл… Дариус?

Он стоял рядом со стулом Сабрины, одна ладонь прижималась к ее макушке, пока он медленно отодвигал ее руки от карт. Ее грудь вздымалась от вдохов, она зажмурилась, скривилась, словно от боли.

Когда ее дыхание замедлилось, Дариус отодвинул ее стул.

— Давай найдем тихую комнату?

Она с дрожью кивнула.

Он оглянулся, серые глаза были серьезными.

— Тори, можешь убрать ее карты? Можешь оставить их в кабинете Клары.

— Х-хорошо, — я смотрела, как он уводил ее, но через несколько их шагов я вскочила со стула. — Стойте!

Они замерли. Я затормозила и схватила Сабрину за руку.

— То будущее, которое ты видела, Сабрина, я могу изменить его как в прошлый раз? Мой выбор может все изменить?

Сжимая для равновесия руку Дариуса, она снова закрыла глаза.

— Нет, — прошептала она. — Колесо крутится. Теперь это его выбор, и ты не можешь это изменить.

— Но… — моя паника усилилась. — Сабрина, это не может…

— Вытяни последнюю карту, Тори. Ты увидишь.

Дариус повел ее прочь. Я стояла там, ладонь дрожали, пока я смотрела, как они пересекли комнату и пошли к лестнице. Паб кипел активностью, команды готовились к бою с Двором Красной королевы, мрачно бодрые в их решимости защитить свой город.

Я поспешила к столику. Пять парт в раскладе вернулись в нормальное состояние, карты теперь были просто кусочками картона с чернилами. Я протянула ладонь к двум стопкам колоды.

Палец замер над следующей картой. Я решилась и забрала ее, бросила на стол. Знакомая картинка была на лицевой стороне, и снизу было подписано:

«Смерть». 

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

— Уверена, что не хочешь подождать, пока…

— Все хорошо, Аарон. Мы будем в порядке, — я забрала ключи из его руки. — Хватит переживать.

Стоя у открытой водительской дверцы своего джипа, пиромаг нахмурился, глядя на меня и Эзру, а потом вздохнул.

— Ладно. Но будьте осторожны.

— Я всегда осторожен, — сказал Эзра серьезным тоном, который не давал понять, шутил он или нет.

Аарон нахмурился сильнее. Он смотрел на нас, щурясь, а потом развернулся и прошел к входной двери гильдии к другим офицерам, его ждало собрание ранним утром.

Мы с Эзрой собирались завершить поручение, данное мне Робин.

Двадцать минут спустя я остановила джип на парковке кладбища Капилано-Вью. Когда мы пришли две недели назад в поисках логова культа, это был город-призрак, без шуток. Но сегодня дюжина машин ждала водителей.

Я припарковалась на дальнем краю и вышла. Начало февраля, ветер жалил мои щеки, и я проверила, что куртка скрывала мой боевой пояс. Хоть я вернула пистолет Джастина на прошлой неделе, оружие у меня было.

На поясе не только были алхимические бомбы и новый пейнтбольный пистолет, одолженный у Линдона, а еще я вернула артефакт — в пятницу вечером после собрания Лим принесла мой медный кастет, чары усиления были встроены в металл. Велдон был не таким надежным, как Лим, и он еще не нашел замену чар падения для меня.

Эзра, к сожалению, был без оружия, хотя, учитывая его двойную магию, он и не нуждался в нем.

Я обвила его руку, мы шагали по одной из множества троп, которые вели по полянкам с плоскими надгробиями. Пара средних лет прошла мимо нас, их лица искажало горе. Вдали у другого надгробия собралась семья. Старик сидел один на скамье с букетом белых ромашек, его морщинистое лицо хранило тысячу воспоминаний, пока он смотрел на деревья вдали.

Я скользнула ладонью по руке Эзры и переплела пальцы с его. Я не теряла любимого от смерти. В мире не было для меня важных могил, но Эзра в шестнадцать потерял всех, кого знал.

— Что случилось с их телами? — вопрос вырвался изо рта раньше, чем я подумала.

Эзра состроил гримасу.

— С чьими телами?

— Твоих… родителей. Ты знаешь?

— Неопознанные тела похоронены на земле МП. Я не знаю, где… в Орегоне, наверное.

— Когда это кончится, ты хотел бы узнать, где они?

Он задумался, пока мы шли по тропе, направляясь к лесу на северном краю кладбища.

— Может, однажды.

Я сжала его пальцы. Против моей воли карта Смерти вспыхнула перед глазами, а за ней Повешенный с пустым лицом, мирным в смерти. Жертва.

«Теперь это его выбор».

— Эзра… — слова подвели меня.

— Что такое?

Мы остановились у края леса. Другие гости кладбища были фигурами вдали, и шорох веток от холодного ветра был единственным звуком.

Я открыла рот, глядя в его глаза, но не могла снова говорить. Я не знала, что сказать. Как я могла потребовать, чтобы он не жертвовал? Это было как попросить его не дышать. Если его друзья были в опасности, он сделает все, чтобы их защитить.

Он провел большим пальцем по уголку моего рта, словно хотел приподнять его.

— Что такое, Тори?

— Я… я просто… — я вдохнула. — Это ничего. Но у меня есть вопрос.

— Какой?

Я пошла по тропе, искала взглядом место, где мы прорубили путь в кустах.

— Ты знал о том, что Робин рассказала о демонах, получающих силу от жара?

— Я знал, что все становится холодным, когда я использую силу Этеррана, но я не знал, почему, — он покачал головой. — Если бы я понял, что демоны могут превращать огонь в магию, я давно упомянул бы это.

— Хорошо тебя Этерран снабжает.

— Он никогда не отдавал знания свободно.

Это было серьёзно. Этерран вел себя ужасно.

Эзра приподнял бровь.

— А теперь скажи мне, что не так, Тори.

Блин. Я должна была знать, что не смогу долго увиливать от его вопросов.

К счастью, мы нашли тропу, по которой шли две недели назад, и я пошла сквозь ветки. Хруст шагов и ломающихся веток сообщили, что Эзра был за мной, наверное, не понимал, что на меня нашло.

После наших признаний в любви в сообщениях и потрясающего поцелуя на парковке кладбища мы с Эзрой не могли даже остаться наедине и поговорить. С новым делом с Робин и помощью Дариусу в подготовке — и борьбе — к Двору мы были слишком заняты.

И, как я и сказала Сабрине, все было… сложно.

Я вырвалась из деревьев, попала на поляну, ощущая напряжение в мышцах. Воспоминания о нашем паническом побеге ударили по мне — Аарон едва мог идти, Кай сильно хромал, Эзра сиял демонической магией.

Памятника уже не было. Куски статуи ангела лежали среди сломанных колонн, и обветренный кубок лежал на боку рядом с отбитой ладонью, словно ангел тянулась за ним.

В отличие от момента, когда мы уходили, лестница, ведущая под землю, не была полностью завалена. Кто-то отрыл вход — но мы знали, что ожидать. Дариус пренебрег этим важным местом. Утром после того, как мы обнаружили его — и едва сохранили жизни — Дариус, Жирар и Алистейр проверили развалины внутри, но Зантэ и Ксевер убрали все важное, кроме круга призыва. Хотя они не могли забрать все и унести.

Глава гильдии оставил слежку на кладбище, и членов культа тут не было. Культ бросил свое логово.

Потому мы с Эзрой и были тут.

Я вытащила фонарик из-за пояса.

— Идем?

— Веди.

Я стала спускаться по лестнице, стараясь не спотыкаться об обломки.

— Не будет ли забавно, если мы используем круг призыва культа, чтобы убрать из тебя демона? Вот так ирония.

— Мы с Наживером могли его повредить, — Эзра упомянул свой бой с сильным демоном Ксевера. — Если он выжил, то…

Он замолк внизу. Я озарила просторный зал фонариком.

— …это почти слишком просто, — сухо закончил он.

Я стиснула зубы.

— Блин.

Мои шаги отдавались громким эхом, я прошла к кругу, который я надеялась одолжить — но нет. Идеальный круг призыва стал кусочками камня.

Дариус говорил, что круг был целым, значит, его уничтожили после его визита в подземелье. Но наша гильдия следила за местом. Как Двор мог пробраться сюда незаметно?

Деревянный алтарь тоже разбили, и каменная кафедра, где я нашла гримуар культа, была жестоко разгромлена. Странная уборка. Ксевер заставил своего раненого демона работать, когда мы убежали? Мне почти стало жаль демона.

Почти.

— Думаешь, они уже покинули Ванкувер? — спросила я, пнув кусочек камня. Тут не осталось следов культа.

— Они могли перебраться в Высший двор, но вряд ли Ксевер уже готов уйти. Он над чем-то работает.

— Ты помогал с этим Робин, да?

Эзра кивнул.

— Он очень хочет получить…

Бзз-бзз-бззз.

Громкая вибрация моего телефона заполнила зал, и я полезла быстро в карман, поражаясь тому, как тут оставалась связь. Я вытащила телефон, нахмурилась от вида незнакомого номера на экране, а потом подняла его к уху.

— Алло?

— Тори? — спросил низкий голос.

— Кто это?

— Блейк.

Я моргнула.

— Блейк? Террамаг из «Ключей Соломона»?

— Ты знаешь много Блейков?

Я обрадовалась. Я не слышала о террамаге с нашего побега з штаба Ключей, где он остался в крови на полу.

— Я рада, что ты жив.

Низкий невеселый смешок.

— Я сказал, что не умру, хотя оставаться в живых сложнее, чем я ожидал.

— О чем ты?

— Потому я и позвонил. Мы нашли четверых членов «Ключей», испорченных культом, но мы поймали не всех.

Я ощутила вспышку адреналина.

— Есть еще?

— По крайней мере, один. Когда ты ушла, меня чуть не убили три раза, пока я выбирался из Солт-Лейк-Сити. Я теперь в укрытии, но слишком поздно.

— Слишком поздно?

— Кто-то пустил слух в гильдии, что я страдаю психическим расстройством с истребления Энрайта, и после проживания в одиночку там восемь лет, я сошел с ума. Я временно отстранен из гильдии, и меня ищут по заданию — ради моей безопасности, как они говорят.

Эзра разглядывал мое лицо, наверное, читая ужас на моих чертах.

— Блин, Блейк. Если они тебя поймают…

— …я буду мертв раньше, чем кто-то поймет, что это подстава. Знаю. Не переживай, я хорошо скрыт.

— Из твоей гильдии никто не может помочь?

Он вздохнул.

— Я думал, что знал, кому могу доверять, но теперь я уже не уверен. Я описал все и отправил главе, но вряд ли оно до него дошло.

Плохо дело. Битва с Двором была как попытка удержать воду ладонями. Схватить не удавалось, вода утекала.

— Я могу поговорить со своим главой гильдии, — сказала она. — Уверена, он может…

— Слишком опасно, — перебил Блейк. — У «Ключей» нет следов «убийц», которые убили Рамеля и офицеров. Ты не можешь дать им повод подозревать твою гильдию.

Я сглотнула.

— Я позвонил предупредить тебя и твоих товарищей. Будьте осторожны. Держитесь подальше от «Ключей» и ото всех из культа.

— Эм, все не так просто. Оказалось, тот крутой двор… как ты его звал, Эзра?

— Высший Двор, — подсказал он.

— Да. Высший двор в Ванкувере. Я сейчас в их логове, которое мы нашли две недели назад. Блейк молчал мгновение.

— Почему ты в их логове?

— В бывшем логове. Они бросили его после того, как мы ворвались. Наша гильдия две недели следила за этим местом, но членов культа не было видно.

Террамаг хмыкнул.

— Культ пытается убить меня, потому что я знаю о них. Они попытаются убить и тебя — и ты делаешь это простым для них.

— Никого тут нет, Блейк.

— Ты забыла о менталисте? — прорычал он. — Даже ходить открыто опасно.

Кривясь, я взглянула на Эзру.

— Мы все равно сейчас уйдем. То, ради чего мы пришли, разбито.

— Хорошо. И, когда выйдете, отправляйтесь в свою гильдию.

Я помахала Эзре идти за мной, пошла по залу.

— Ты ужасно властный.

— Поблагодаришь, когда не умрешь. Я просто объяснил, что культ пытается убить меня, помнишь?

— Да-да, — я пошла вверх по лестнице, телефон был в одной руке, фонарик — в другой. — И ты останешься в укрытии, да? Ты можешь просто сидеть там, пока моя гильдия не разберется с культом.

— Твоя гильдия?

— Ну, не только моя, — сероватый свет солнца озарил лестницу, и я выключила фонарик и поспешила к сиянию. — Мы получим помощь и от других гильдий.

— Думаешь, этого хватит?

— Наш глава гильдии — гений, — моя голова появилась среди развалин, я поднималась на последние ступеньки. — Если кто и может такое сделать, он…

— Тори!

В паре шагов за мной Эзра схватил меня за ноги. При этом что-то упало мимо моего лица, и веревка обвила мои руки у плеч.

Кто-то за мной вытащил меня из дыры, вырывая мои ноги из хватки Эзры. Я полетела на развалины, куски камня впились в спину сквозь кожаную куртку, и сияющая сталь появилась в дюйме от моего носа.

Незнакомец надо мной приставил длинный меч к моему горлу. 

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Мое сердце колотилось у холодного края меча. Давление веревки впивалось в мои локти, прижимая руки к моим бокам, и другой конец был в свободной руке мечника. Крупный мужчина со светлыми волосами стоял у моего плеча и был незнакомцем.

Блин, Блейк был прав. Телефона в моей руке уже не было, и я не знала, не прервался ли звонок.

Эзра был на середине лестницы, застыл, глядя то на клинок у моего горла, то на врага.

— Вот мы и встретились, Энеас.

Не двигаясь, я пыталась увидеть говорящего. Второй мужчина, высокий и тощий, стоял у развалин, скрестив руки на узкой груди. Он не был в алом плаще злодея из Двора, но он был в капюшоне куртки, тени скрывали почти все лицо.

— Но ты уже не под этим именем, да? — добавил мужчина.

— Кто ты? — голос Эзры был зловеще спокойным, но иней покрыл землю вокруг него.

— Магна Дуцисса попросила нас поговорить с тобой.

— Боится сама показаться мне?

Мужчина улыбнулся.

— Она — занятая женщина.

— Уверен в этом.

— Мы очень рады, что ты выжил, Энеас, — сказал член культа, звуча ехидно, а не радостно. — Если бы мы знали, что ты сбежал из Энрайта, протянули бы руку помощи много лет назад.

— Конечно.

Тонкие губы мужчины дрогнули, он попытался соответствовать сухому тону Эзры:

— Мы хотим протянуть руку помощи благословенному дитю Богини.

— Спасибо. Я принимаю.

Тишина повисла над поляной, и, несмотря на меч у сонной артерии, я чуть не рассмеялась от осязаемого смятения члена культа.

— Т-ты согласен вернуться к образу жизни Двора? — спросил осторожно главный член культа.

— Конечно. Стоило позвать меня раньше, — Эзра поднялся по последним нескольким ступенькам, двигаясь медленно, а потом повернулся ко мне и светловолосому мечнику. — Тори тоже пойдет. Она хотела испытать Свет Богини с тех пор, как я рассказал ей о нем.

О, да. И меня запишите.

Эзра протянул ко мне руку, словно показывал на потрясающую Тори Доусон и ее пылающее желание стать членом культа. Его выражение лица было спокойным, но я знала его хорошо и видела, что он чуть стиснул зубы.

Он сжал кулак, и порыв ветра ударил по мечнику. Он и его клинок отлетели, и я откатилась в другую сторону. Я вскочила на ноги и перепрыгнула через лестницу. Эзра поймал меня в прыжке и убрал за себя.

Через миг худой член культа, крупный мечник и третий мифик встали полукругом в пятнадцати футах от нас.

— Это будет последним предупреждением, — холодно сказал худой член культа. — Вернись ко двору, или нам придется тебя заткнуть.

Алый свет появился на пальцах Эзры и поднялся к запястьям.

— Тогда вперед. Заткни меня.

— Может, ты не будешь рад результатам своих действий. Мы…

Эзра поднял руку, растопырил пальцы. Алый свет пылал в левом глазу, магия окутала его ладонь, стала шестиугольным заклинанием. Член культа оскалился, убрал капюшон, и стало видно длинное лицо с плоскими скулами, и его глаза сияли красным.

Мужчина был демоническим магом.

И я стояла не в том месте. Я не хотела быть так близко к дуэли демонических магов. Я безумно двигала руками, пытаясь ослабить веревку, мешающую крови поступать ниже локтей.

Демонический маг из культа оскалился.

— Ты — дарование, Энеас. Дитя Богини в истинном единении с его сервусом. Ты мог стать первым истинным апостолом Богини в памяти живущих. Ты так это отбросишь?

Чары Эзры вспыхнули ярче, и когда он заговорил, акцент появился в его голосе:

— Спроси у своего сервуса, что он думает о твоей отвратительной сказке, — прорычал он. — Thāit ad hh’ainun, hrātir.

Сияние в глазах мага из культа стало ярче, мужчина скрипнул зубами.

Мечник бросился к Эзре.

Эзра повернулся с невероятной скоростью и выпустил заклинание — копья алого света. Но мечник уже изменил направление и отскочил, атака не попала по нему.

Я отпрянула.

— Хоши!

Она вырвалась из мешочка на поясе, серебряное сияние озарило меня.

— Убери с меня веревку! — быстро сказала ей я, все еще пятясь, пока три члена культа обступили Эзру, но не приближались, чтобы не попасть под его атаки. Но это не будет длиться долго.

Она юркнула за меня, и я ощутила, как за веревки резко потянули, руки прижались к бокам.

Демонический маг из культа оскалился Эзре, а потом поднял руку. Новое заклинание окружило ладонь Эзры в ответ. Демонический маг повернулся к Эзре, а потом бросился в сторону, когда Эзра направил в него залп алой силы. Атака пролетела мимо члена культа и попала по земле, вызвав облако пыли.

Веревка вокруг моих рук пропала.

Эзра повернулся и бросился на демонического мага из культа. Третий мужчина напал, мечник поднял оружие, и я напала.

— Вперед, Хоши!

Она устремилась впереди меня, пронеслась мимо лица мечника, заставляя его затормозить. Я надела медный кастет на пальцы, мужчина повернулся ко мне, его меч направился к моей груди.

Я напала на его ноги, он отшатнулся с удивлением от моего неожиданного хода. Я вытянула кулак и крикнула:

— Ori amplifico!

Мои костяшки попали по его колену с жутким хрустом. Его нога отлетела от удара, и он накренился и рухнул на меня.

Воздух вылетел из моих легких, он придавил меня к траве. Я направила локоть к мягкому участку его тела, а потом оттолкнула, сбрасывая его с себя. Он повернулся на бок, сжимая ногу, лицо было белым, а глаза выпучились.

В паре футов от него Хоши сжимала рукоять его меча, кончик лезвия волочился по земле, пока она летела назад.

Я вскочила, алая сила взорвалась и снова сбила меня с ног. Волна алой магии отлетела от Эзры, отбрасывая его врагов. Два члена культа рухнули.

— Ori celare caligine! — выдавил третий.

Коричневый дым вылетел из него. Он пронесся над поляной, покрыл в десять раз больше площади, чем могли мои дымовые бомбы. Все расплывалось перед глазами, я неуверенно привстала на корточках.

— Хоши!

Ее сияющее тело появилось, она махнула хвостом. Сильный порыв ветра ударил по мне, но туман едва пошевелился.

Шаги громко стучали, и я напряглась. Появились две тени, одна — с сияющими глазами. Члены культа. Волшебник схватил своего пострадавшего друга, а демонический маг повернулся ко мне.

Я не двигалась, понимая с болью, что он мог убить меня раньше, чем я вытащу свой пейнтбольный пистолет. Хоши приблизилась, ее страх плясал в моем разуме.

Демонический маг оскалился, а потом пропал в тумане. Его два помощника поспешили за ним, один поддерживал другого.

Я вскочила на ноги и вытащила свой пистолет, но они уже пропали. Блин.

— Эзра? — крикнула я.

Он выбежал из тумана, левый глаз сиял.

— Где они?

Я указала в сторону, где они пропали.

— Там.

Он помедлил и покачал головой.

— Это заклинание мешает моей магии воздуха. Я не ощущаю их движения.

— Тогда мы найдем им старым способом, — заявила я, шагая вперед.

Я сделала два шага, и он схватил меня за руку и оттащил.

— Нет… нам придется отпустить их.

— Что? Почему?

— Потому что я думаю, что они хотят, чтобы мы следовали за ними, — он нахмурился сильнее. — Или… может, нет, но они чего-то хотят. Они даже не пытались меня убить. Демонический маг не использовал магию.

Я убрала пистолет в кобуру, в желудке появился холод.

— Тогда зачем устраивать засаду?

— Я не знаю, но не хочу попасть в еще одну ловушку.

Двор хорошо умел оставлять ловушки. И хоть наша гильдия следила за этим местом на случай, если появится культ, похоже, культ шпионил за нами. И, хоть мне не нравилось отступать, мне пришлось согласиться с решением Эзры. Гнаться за ними было глупо, особенно, когда это были только я и Эзра против демонического мага.

Но чего хотел культ, и добились ли они этого? 

ГЛАВА ПЯТАЯ

Горячая вода текла по моему лицу и на плечи. Отклонив голову, я вдыхала пар, пытаясь успокоиться, хотя грудь будто сдавило.

Была ли точка, когда страх и тревога перегружали организм так, что их переставал чувствовать? Такое могло произойти? Онемение было бы лучше, чем это постоянное ощущение обреченности.

Закрыв глаза от брызг, я вслепую потянулась и сделала воду горячее, она уже угрожала обжечь мою кожу. Жар бил по мне, отвлекал от бури эмоций.

Вчерашнее нападение на кладбище было не самым страшным, что я видела или в чем участвовала, попав в этот тайный мир мификов и магии. Но атака подтвердила наши подозрения, что в Ванкувере был хотя бы один демонический маг.

Когда Эзра был единственным демоническим магом, которого я знала, его пугающая сила была нашим особым оружием. Теперь разрушительная магия демонов стала и оружием наших врагов. А если мы сможем убрать демона из Эзры? Он лишится самой большой силы в мире, разрушающей все, и станет обычным аэромагом. А культ все равно будет пытаться его убить. Он знал слишком много их тайн.

Мой телефон звякнул сообщением со стойки бара. Я не слушала его, грелась паром, будто лобстер, надеясь, что жар успокоит мои нервы.

Он издал еще пару звуков сообщений, но я так и не ответила тому, кто хотел моего внимания, и телефон зазвонил. Ругаясь, я сдвинула клеенку шторы, впуская холодный воздух в пар душа. Я сжала телефон, нажала на кнопку ответа влажным пальцем, а потом включила громкую связь.

— Надеюсь, это что-то хорошее! — рявкнула я невезучему звонящему.

— Я чему-то помешал? — ответил Эзра, шум воды приглушал его мягкий голос.

Мое раздражение пропало.

— Просто в душе.

— О. Хм…

Я ждала, позволяя ему думать обо мне в душе, сколько ему хотелось.

— Земля вызывает Эзру, — с сарказмом сказал Аарон. — Ты звонил Тори, чтобы она поскорее прибыла сюда, помнишь?

Не только мой телефон был на громкой связи.

— Зачем мне прибывать?

— Робин в пути, — тон Эзры не давал понять, сбили ли его с толку мои слова о душе. — Тебе тоже нужно прийти. Кай будет тут в любую минуту.

Я тут же встрепенулась.

— Робин приезжает? Почему?

Эзра ответил через миг, но тот миг, казалось, тянулся вечно, планета замерла, перестав крутиться, пока я ждала слова, на которые не смела надеяться так рано. Слова, которые я боялась, что не услышу.

— Она все поняла.

* * *

Я открыла дверь дома Аарона, вбежала внутрь и чуть не врезалась в спину Робин.

Она удивленно пискнула и повернулась, в ее руках были свитки коричневой бумаги, на плече висел серый рюкзак. Амалия была впереди нее, почти закончила снимать кожаные сапоги.

Ох, я надеялась, что опережу их. Я спешила, но была мокрой и голой, когда Эзра позвонил, так что это меня задержало.

— Привет, Тори, — сказала Робин со странным придыханием. — Как ты?

Я приподняла брови.

— Если ты нашла способ спасти Эзру, то я ощущаю себя фантастично.

Эзра и Аарон ждали нас в гостиной, между ними стоял Кай, выглядел спокойно и опасно в темных джинсах и узком черном свитере. Он тихо улыбнулся мне, когда я поспешила обнять его.

Приветствия были короткими, мы перешли к столу, где Робин выложила свой груз.

— Хорошо, — сказала она, голос был выше обычного от нервов. — Мы с Амалией проверили каждую часть ритуала демонического мага. Как и с обычным контрактом с демоном, его никак не разорвешь. Как только дух демона и душа человека связаны, это не отменить.

Я стояла за Эзрой и тихо ждала. Если бы Робин хотела сказать только это, она не прибыла бы сюда.

— И мы стали искать способы обойти контракт, а не разрушить его. Все-таки проблема в том, что Этерран заперт в теле Эзры. Контракт между ними — вторичное.

Амалия уперла руку в бок.

— С начала до конца контракт с демоном требует три шага: призвать демона, договориться о контракте и привязать демона к инфернусу.

Робин вытащила гримуар культа из рюкзака и открыла его на отмеченной странице.

— В ритуале демонического мага — четыре шага. Призыв такой же — демона вызывают в круг. А потом переговоры.

— Это немного отличается, — сухо отметила Амалия. — Насколько я читала, демонических магов почти невозможно создать, потому что в девяноста девяти процентах случаев демоны отказываются.

Я убрала прядь влажных волос за ухо и скривилась.

— Да, что демон вообще получает за такое?

— Ложь, — ответил с рычанием Эзра. — Это они предложили.

Робин нахмурилась.

— Но ты можешь улавливать ложь. Все демоны могут.

Аарон и Кай напряглись, левый глаз Эзры горел алым.

— Ложь выдали за правду, — ненависть пропитала тихое рычание Этеррана. — Второй мужчина объяснил контракт. Он не врал, но каждое слово было ложным. Я ничего не знал о людях и их поведении. Я не подумал заставить призывателя говорить те же слова.

— Постой, — я смотрела в его алый глаз. — Ты знаешь, когда тебе врут?

— Не в этом теле.

— Ох.

Робин посмотрела на нас, а потом кашлянула.

— Контракт для демонического мага прямой. Простыми словами, демон соглашается быть привязанным к душе человека. Мы не знаем точно, что под этим подразумевается, но, видимо, эта связь дает достаточно власти хозяину тела, чтобы демон не захватил сразу его разум.

Мы с вопросом посмотрели на Эзру/Этеррана, но он не говорил.

— Третья фаза, — продолжила Робин, — это ритуал, который превращает тело в эквивалент круга призыва. А последний этап…

— …демона призывают в носителя, — тихо закончил Эзра.

Тени были в его глазах, и я тайно просунула ладонь в его ладонь. Его пальцы крепко сжали мои.

— И это ключ, — сказала Робин. — Так мы разберемся с этим.

Я глупо моргнула.

— Как?

— Мы вызовем Этеррана из Эзры.

Тишина.

Кай шагнул ближе к столу.

— Я давно изучал основы Демоники, но, судя по тому, что я помню, призыватели могут вызвать демона определенного типа, но не конкретного демона.

— Это из мира демонов, — ответила Робин. — Но создание демонического мага требует призыв уже призванного демона во второй раз, чтобы поместить его в человека. Мы так и сделаем.

— Есть сложности, — добавила Амалия. — Самая большая — кровь.

Я прищурилась от зловещих слов.

— Кровь?

— Второй призыв требует крови Этеррана, — Эзра хмуро посмотрел на девушек. — У него больше нет тела. Моя кровь — не кровь демона.

— Твоя кровь не сработает, — согласилась Робин. — Но, думаю, мы можем изменить заклинание для призыва Этеррана, используя кровь из того же Дома. Вы знаете о Домах демонов?

— Да, — ответил Аарон. — Разные типы демонов зовутся Домами, и их девять или десять.

— Двенадцать, — исправила она и подняла рюкзак на стол. — Но, да, Дом — это как род, и кровь любого из Дома Этеррана будет почти такой же.

Дюжина домов демонов, и ее демон был королем в одном из них? Такое говорил Эзра, когда мы передали амулет демона.

Я прижала ладони к столу.

— Ты хочешь, чтобы мы добыли кровь другого демона? Как это сделать? Мы даже не знаем, из какого «дома» Этерран!

— Дират, Второй дом, — спокойно сказала Робин. — Тот же, что и у Наживера.

Наживер? Жуткий крылатый демон Ксевера, против которого Эзра едва выстоял с помощью магии демона и воздуха?

С довольной улыбкой, словно она принесла нам свежеиспеченное печенье, Робин вытащила металлический ящик и открыла его. Внутри было пять флаконов темной жидкости в подставке из пенопласта.

— Это кровь Наживера.

Я посмотрела на сосуды, потом на Робин и обратно.

— Где… и как… ты получила его кровь?

— Кхм… если честно, я ее украла, — она пожала плечами. — Клод, точнее, Ксевер продавал ее вампирам в обмен на их слюну.

— Потому что слюна вампира влияет на демона, — негромко сказала я. — Потому в гримуаре культа иллюстрации вампиров?

— Одна из причин, — Робин отодвинула ящик и стала разворачивать один из свертков. — Мы с Амалией составили ритуал, который должен сработать. Мы не уверены… но это лучшее, что можно сделать, без экспериментов.

Аарон помог ей расправить лист бумаги в три фута площадью. Там был в подробностях нарисован круг призыва, внешнее кольцо украшали руны и плавные линии. Внутри было еще два круга, их края пересекались.

Эзра склонился над рисунком, левый глаз снова сиял алым. Он указал на один из внутренних кругов.

— Это… что это?

— Заилас добавил эту часть, — ответила Робин. — Он сказал, это для…

Красный свет вспыхнул на ее груди. Капля силы упала на пол, вытянулась вверх и стала плотнее. Ее демон появился, его глаза сияли, как магма, и смесь ткани, кожи и легкой брони покрывала его мускулистое подтянутое тело.

— Это привяжет кровь к ее ближайшему брату, — белые зубы, острые и хищные, сверкнули, когда демон усмехнулся. — Ты не знаешь этот виш, Dīnen et Dh’irath?

Эзра — Этерран — оскалился.

— Я ни разу не видел это раньше. Это настоящий виш, Dīnen et Vh’alyir?

— Думаешь, если ты не знаешь магию, она не настоящая? — его хвост дернулся. — Умно. Ты долго проживешь, если так думать.

— Я знаю больше виш, чем видели многие Динен, — тихо прорычал Этерран.

Заилас опасно ухмыльнулся.

— Потому что ты сломлен и нуждаешься в силах, на?

Он вытянул правую руку и провел линию кончиком пальца по внутренней стороне предплечья. Я не знала, что это был за жест.

— Ты слишком поздно научился исцеляться, Дират, — насмешливо сказал он.

— Ты научился драться как трус, Валъир, — оскалился Этерран.

Зовите меня безумной, но мне показалось, что Этерран и Заилас недолюбливали друг друга.

Эзра моргнул пару раз, и красное сияние пропало из его левого глаза. Я ждала, что Заилас вернется в свой инфернус, но он прошел за Амалию, с интересом озирался в комнате.

Робин стала объяснять ритуал призыва и изменения, которые внесли она и Амалия, но я больше следила за демоном в комнате, чем за ее словами. Судя по тому, как Аарон и Кай следили за движениями существа, хоть и не смотрели на него прямо, они были тоже отвлечены. Только Эзра слушал внимательно.

Заилас закончил проверять столовую и ушел на кухню. Он пропал за углом.

Робин остановила объяснение, оглянулась и крикнула:

— Ничего не разбей, Заилас!

— Mailēshta, — донесся недовольный ответ.

Аарон хмуро посмотрел на нее.

— Эм, можешь позвать его туда, где мы его видим?

— Он будет в порядке. Как я и говорила, если часть ритуала с привязыванием сработает как надо, то…

Я заставила себя сосредоточиться, пока Робин описывала подробно ритуал. Как только она перестала говорить, Аарон пошел на кухню, бормоча, что ему нужно что-то проверить, и это, видимо, означало, что он хотел проверить демона, бродящего по дому без присмотра.

Кай с опаской пошел за ним, и Эзра направился за ним, изумленный, а не встревоженный. Я тяжело опустилась на стул, Амалия свернула бумаги.

Не переживая из-за отсутствия демона, Робин села рядом со мной.

— Повезло найти место?

— Пока нет, — я опустила голову на спинку стула, глядя на потолок. — Но я что-нибудь найду.

— Нам понадобится большой круг. Куда больше, чем обычный, ведь в него должны уместиться два круга.

Я прищурилась, представляя развалины храма из Энрайта. Мы могли вернуться туда, но это было опасно.

— Я что-нибудь найду, — повторила я увереннее, чем себя чувствовала. — Как долго будет идти подготовка к ритуалу, когда мы найдем место?

— Пара дней, а потом Аркана будет заряжаться три дня.

Значит, неделю, если я поспешу и найду место за два дня. Неделя, и мы сможем спасти Эзру. Неделя, и этот кошмар, в котором он жил почти десять лет, закончится. У него будет будущее, на которое он и не надеялся.

«Я хочу, чтобы ты была частью моего будущего», — мое сердце забилось быстрее, когда я услышала эти его слова в трубке, хоть нас разделяли сотни миль.

— Робин, — я повернулась к ней. — Уверена, что это сработает?

Она посмотрела на гримуар на столе, открытый на части демонического мага.

— Если мы сможем связать кровь Второго дома с Этерраном, думаю, это сработает. Вопрос в том… выживут ли Эзра и Этерран в процессе.

Это меня не успокоило.

— Не хочу показаться бесчувственной, — вмешалась Амалия, — но они все равно умрут. Лучше попробовать, да?

Я выпрямилась на стуле и холодно посмотрела на блондинку-волшебницу.

— Я не говорила, что не хочу попробовать. И это не мой выбор. Это решать Эзре и Этеррану.

— А потом, когда они разделятся, если все сработает? — спросила Амалия. — Будет отлично, если мы выпустим Этеррана, и он в ответ убьет всех нас.

— Но ты не переживаешь, что Заилас убьет тебя.

Она приподняла брови.

— Я переживаю из-за этого каждый день.

Я помедлила от этого.

Робин деловито собирала бумаги.

— Нам не нужно переживать за Этеррана. Мы призовем его в круг, и он будет заперт там, пока мы не освободим его.

— Поймать в круг — не намного лучше, чем оставить его в Эзре, — но Эзре было бы лучше. — Не думаю, что он согласится на обычный контракт с инфернусом.

— Мы разберемся с этим, когда доберемся до этого, — спокойно сказала Робин, убирая гримуар в рюкзак. — Может, будут варианты, которые ты не учла.

— Какие?

Она загадочно пожала плечами.

— Мы…

Приглушенный крик раздался под нашими ногами. Я в тревоге посмотрела на пол.

— Где парни?

— Где Заилас? — вскрикнула Робин.

Еще один мужской голос воскликнул что-то в подвале, и я побежала по комнате. Робин и Амалия следовали за мной. Я быстро спустилась по лестнице и ворвалась в зал для тренировок.

Аарон, Кай и Эзра стояли среди тренажеров, и демон Робин был с ними. Я обрадовалась — никто не сражался, не истекал кровью и не умер — но это ощущение быстро сменилось смятением.

Почему-то они стояли вокруг штанги с дисками, которых было не меньше четырехсот пудов с каждой стороны.

— Нет, — заявил Аарон. — Это невозможно.

— Но он только что поднял шестьсот пудов как пушинку, — ответил Кай, глядя то на демона, то на штангу.

— Он ниже тебя, — Аарон скрестил руки. — Это физически невозможно.

Эзра покачал головой.

— Ты не знаешь, что может демон.

Хвост Заиласа покачивался, а потом он склонился и сжал перекладину. Твердые мышцы на его руках и плечах напряглись. Он приподнял штангу. Она прогнулась от веса по бокам, когда демон поднял ее к груди.

— Твою мать, — пробормотал Аарон, отодвигаясь от демона, словно сомневаясь, хотел ли он стоять так близко.

Демон выдохнул и сморщил нос.

— И в чем смысл? Зачем поднимать тяжести?

— Люди так делают себя сильнее, — сухо объяснил Эзра.

— Это делает hh’ainun сильнее?

— Ты можешь поднять ее над головой? — Аарон спросил так, словно надеялся, что ответ был нет.

Демон уперся ногами, потом поднял штангу над головой. Это не выглядело просто. Но он и не напрягался слишком сильно. Мой взгляд скользнул по его рукам, а потом по выделенным мышцам живота.

Я взглянула на Робин. Она стояла рядом со мной, глядела на демона, раскрыв рот. Ее щеки были розовыми.

Заилас вернул штангу на пол. Я ткнула Робин локтем и шепнула:

— Что я тебе говорила? Идеальные мышцы пресса.

Она хмуро посмотрела на меня, щеки покраснели еще сильнее.

— Скажи это ему в лицо, ведь теперь он может ответить.

Я моргнула и взглянула на Заиласа, алые глаза глядели на меня. Демон оскалился, стоя в другой части комнаты. Эм, может, не стоило комментировать его тело. Когда я сделала это в прошлый раз, не подумав, он был как мраморная статуя, но статуи не злились, когда на них пялились.

— Ладно, — Аарон подошел к подставке с грузами и схватил еще большой диск. — Узнаем твой предел, демон.

— Зачем? — Заилас поправил ремешок брони на груди. — Это глупо.

— Ты сможешь доказать, насколько ты сильнее, чем человек, — сказал ему Эзра.

— Я уже знаю, что hh’ainun слабые.

Робин кашлянула.

— Нам, кхм, лучше идти.

— Еще одну, — попросил Аарон, передавая диск Каю, чтобы тот прикрепил его с другой стороны штанги. — Все мужчины любят показать свою силу. Тот, кто поднимет больше, побеждает.

— Тц, — фыркнул демон. — Тут нет победы. Это просто сила. Hh’ainun тупые.

Робин снова кашлянула.

Аарон и Кай прикрепили к штанге все, что смогли, и отошли. Заилас посмотрел на нее, и я задумалась, показалась ли мне неуверенность на его лице.

Он схватил перекладину, расставил ноги и поднял. Груз медленно поднялся над полом. В этот раз демону было сложно. Охнув, он поднял штангу к груди, скалясь.

Он держал ее миг, а потом одна из гаек на краю, удерживающая груз на месте, не выдержала. Перекладина изогнулась, и диск съехал и упал на пол.

Заилас накренился в сторону, три мага бросились вперед — Аарон и Кай схватили края штанги, чтобы еще больше грузов не упало, а Эзра схватил центр, чтобы убрать часть веса. Они вчетвером опустили штангу на пол.

Кай считал вес, чтобы увидеть, как много демон поднял, а я с тревогой посмотрела на Робин. Она обеспокоенно смотрела на демона, но, когда я посмотрела на Амалию, я увидела, что серые глаза были напряженными от той же реакции, что и у меня. С тихим страхом добычи в присутствии главного хищника. 

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Я уперла руки в бока.

— Когда я спросила о скрытом месте, я не это имела в виду.

Джастин рядом со мной поправил фуражку, чтобы посмотреть на двухэтажное здание на другой стороне улицы, кирпичный фасад с двумя изогнутыми окнами обладал очарованием старого мира. Табличка над деревянной дверью гласила: «Музей полиции», а ниже висела временная табличка: «Закрыто на ремонт».

— Кто будет ожидать активность мификов в музее полиции? — спросил он. — Никто. И ремонт начнется не скоро. Нужно заменить всю крышу, а у них проблемы с деньгами на это.

— Но… — я посмотрела на его синюю форму, потом махнула на дорогу между нами и музеем, машины постоянно двигались по ней в одну сторону. — Ты можешь войти. Как мы проберемся, чтобы не заметила вся улица?

— Задняя дверь. Идем, я покажу.

Он отвел меня к ближайшему перекрестку, мы дождались, пока светофор поменяет цвет на переходе, как законопослушные граждане. Перейдя улицу, мы попали в узкий переулок, обрамленный урнами. После трех зданий был музей, и сзади он был почти неузнаваемым. Красивые красно-коричневые кирпичи были покрыты серой краской, скрывающей граффити.

Большое прямоугольное отверстие сзади здания служило как гараж с навесом, и вместо двери, вход туда был перекрыт сеткой ограды. Внутри в полумраке было видно только еще одну урну.

— Ты взяла вещи? — шепнул он, окинув переулок взглядом, убеждаясь, что мы одни.

— Ага, — я порылась в сумочке. — Но болторез не влез в сумочку, так что я взяла его магический эквивалент.

Вытащив нечто, похожее на брелок с адресом для собаки, я сунула это как ключ в замок на воротах и шепнула:

— Ori clausum aperio.

Бледно-розовый свет замерцал на артефакте, и замок открылся. Я сняла его, а потом вытащила потертую замену из сумочки. Оставив ее висеть на ограде, я открыла врата и прошла. Джастин следовал за мной.

Музей был удивительно тесным лабиринтом коридоров и кабинетов, которые превратили в залы для выставок, но это нас не интересовало. В подвале можно было разместить огромный круг призыва тайно.

Нижний этаж был с большой открытой бетонной комнатой с несколькими колоннами, и все запасы музея были на полках у дальней стены. Окна, которые заложили кирпичами десятки лет назад — район был не лучшим — означали, что подвал был уединенным. Если тут смести пыль с пола, места хватит даже на два круга призыва.

Искра радости присоединилась к волнению в моем желудке. Вот. Это было место, где мы спасем Эзру.

— Это сработает? — спросил Джастин, глядя на меня в свете фонарика своего телефона.

— Думаю, да. Если мы нарядимся как строители или что-то в этом роде, никто и не подумает, видели ли нас, — я усмехнулась. — Спасибо, Джастин.

— Не за что. Но если вас поймают, меня не упоминай.

— И не собиралась. Но ты точно в порядке? Ты не должен рисковать работой.

— Что такое моя работа по сравнению с чьей-то жизнью?

— Ты даже не знаешь Эзру.

Он сжал мое плечо.

— Но ты знаешь.

Я с дрожью улыбнулась, и мы поспешили отвернуться друг от друга. Как обычно, дети Доусон плохо выражали теплые эмоции.

Мы осматривались еще несколько минут, а потом пошли вверх по лестнице. Джастин выглянул в гараж, проверяя, чтобы свидетелей не было, а я огляделась среди экспонатов. Музей полиции. Вряд ли было место, которое было менее вероятным для незаконного призыва демона.

Я закрыла ворота своим замком, а потом мы с Джастином вышли из переулка и присоединились к толпе, которая заполнила улицу во время обеденного перерыва. Стараясь не выглядеть нервно рядом с копом в форме, я сопроводила его к кофейне в паре улиц оттуда, где мы взяли на вынос две большие куриные шаурмы. Я заняла его обеденный перерыв, так что не могла отправить его на работу голодным.

Развернув еду, мы шли и ели при этом, направляясь к его машине, которую он оставил в пяти улицах от музея. Пешеходы спешили по тротуару по бокам, подняв плечи от холодного ветра, и машины постоянным потоком неслись мимо. Мы остановились на перекрестке.

Джастин проглотил кусок шаурмы.

— Тори, я все думал…

Я оторвала еще кусок, склонилась ближе, чтобы слышать его. Вокруг нас было шесть человек, все ждали, пока изменится свет.

— Мм?

— После того, как ты поможешь Эзре и разберешься с тем культом… — он переминался. — Может… я смогу зайти к тебе на работу вечером и выпить?

— Да? А ты хочешь?

Он кивнул.

— И, кхм, если Аарон будет с нами, будет круто.

Мой потрясенный взгляд сменился сияющей улыбкой. Я знала, что Аарон мог очаровать моего брата с легкостью.

— Конечно! — я обвила его рукой и сжала, кетчуп вытекал из шаурмы в другой руке. — Не могу дождаться твоей встречи со всеми!

Небольшая группа вокруг нас стала двигаться, и я поняла, что свет изменился. Улыбаясь, я сошла с тротуара. Люди шагали мимо нас, пока мы шли к его машине.

— Мне же можно прийти в твою гильдию? — спросил неуверенно Джастин. — Это не нарушение правил, да?

— Правила-шмавила, — я обошла решительно шагающего бизнесмена. — Ты — мой брат!

— Это был не ответ, Тори.

— Да, ну…

Ладонь появилась из-за меня и накрыла мой рот.

Я потеряла равновесие, адреналин пылал в венах, и я откинула голову. Мой череп попал по чему-то твердому, и боль вспыхнула от столкновения. Я бросила еду, взмахнула локтем и попала по мягкому торсу, вызвав у противника кряхтение. А потом я повернулась, сжав кулак, подняв руку.

И взгляд упал на лицо врага — блондина из культа, чье колено я разбила на кладбище два дня назад. Он усмехнулся, скаля зубы, и я заметила это за миг до предмета в его руке.

Сияющая сталь.

Направленная на меня. На мою грудь. На мое сердце.

И я неслась к нему, разогнавшись, не успевала остановиться. Времени не было вовсе. Секунды, чтобы изменить траекторию, не существовало.

Клинок вонзился в мою грудь.

Я ощутила это. Чувствовала, как острые края рассекали мою кожу, мышцы, органы. Ощущала давление и боль, где до этого ничего не ощущала, те части тела не должен был задеть чужеродный предмет.

Моя рука осталась в воздухе, я не успела ударить. Я застыла и смотрела на его ладонь, сжимающую рукоять ножа.

Его пальцы напряглись, и он вытащил нож. Клинок покинул мою кожаную куртку, покрытый сияющей красной кровью. Капли падали со стали медленно, словно парили над тротуаром.

Он отодвинул руку с кинжалом, и время стало нормальным, когда он замахнулся во второй раз.

Бам!

Звук ударил по моим ушам, и член культа рухнул с шоком на лице, дыра с кровью была в его лбу.

Люди кричали. Визжали.

— Тори!

Люди бежали. Убегали.

— Вызовите скорую!

Земля была твердой под моей спиной. Я лежала? Когда я легла?

— Приподнимите ее ноги! Давите на рану. Скорее! Тори, оставайся со мной.

Все расплывалось перед глазами. Лицо надо мной то было видно, то нет, оно было белым, как призрак, ореховые глаза, как мои, сияли слезами.

— Где проклятая скорая?

Ладони касались меня, давили на мою грудь. Звук стал громче. Сирены. Выли, рыдали. Я не понимала до этого, каким печальным был этот звук.

— Тори, останься со мной.

— Тори.

— Тори! 

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Бип… бип… бип.

Противный звук.

Бип… бип… бип.

Это был не будильник. Не телефон. Что еще так пищало? И почему никто это не выключил? Это так бесило. Я пыталась спать. Так устала.

Бип… бип… бип.

Просто… заткнись!

— Расслабься, Тори, — спокойный женский голос прозвучал с шорохом шагов по плитке, они приблизились. — Я рядом.

Я с трудом приоткрыла глаза. Свет ударил по моим глазам, и они были такими сухими, что ощущались как наждачная бумага. Все было размытым, и я не сразу смогла различить женщину неподалеку.

Ей было под пятьдесят, светлые волосы были собраны в простой, но изящный пучок. Она нажала на монитор, где были разноцветные цифры и линии, и писк утих.

— У тебя опять упало давление, — отметила она, повернувшись ко мне. — Как ты себя чувствуешь?

Я медленно моргнула. Лицо ощущалось странно, и когда я попыталась сморщить нос, это вызвало странные ощущения. Что-то прилипло к моему лицу?

Женщина поймала мою ладонь, когда я потянулась к носу.

— Прошу, не вытаскивай носовую канюлю.

— Что? — прохрипела я.

— Трубку с кислородом в твоем носу, — она отодвинула мою руку и взяла пластиковый стаканчик воды с гибкой трубочкой в нем. Она прижала трубочку к моим губам, и я жадно втянула пару глотков прохладной жидкости.

Она отставила стаканчик и опустилась на край моей кровати.

— Ты помнишь, что случилось?

В голове не было картинок, но жуткий шум наполнил уши — крики, сирены, Джастин звал меня по имени снова и снова. Дрожа, я отогнала воспоминание и сосредоточилась на знакомом лице передо мной. Элизабетта, лучший целитель «Вороны и молота».

Я моргнула, глаза все еще были сухими.

— Меня пронзили ножом?

— Да. Тебе перечислить вкратце, или ты из тех пациентов, которые хотят слышать все кровавые детали?

— Кровавые детали. Как иначе мне хвалиться этим?

— Такая же, как твои друзья, — она покачала головой. — Тебе вонзили нож в левую сторону груди. Рана вызвала пневмоторакс — легкое пострадало. Клинок задел твое сердце, и это привело к состоянию, зовущемуся тампонадой сердца, когда кровь наполняет мешочек вокруг сердца, давит на твои мышцы сердца. Это вызвало остановку сердца.

Мое пострадавшее сердце неприятно сжалось.

— К счастью, медики вовремя прибыли и смогли спасти тебя, исполнив пункцию перикарда — они ввели иглу в твою грудь, чтобы откачать кровь…

— Я передумала. Я не хочу кровавые детали.

Элизабетта слабо улыбнулась, но это быстро пропало.

— Это было близко, Тори. Твои друзья спят в зале ожидания и даже не знают, как близко они были к тому, чтобы потерять тебя.

Зал ожидания? Я огляделась и поняла, что была не в одной из измененных комнат в доме Элизабетты. Это была настоящая палата больницы — бежевые стены с панелями и приборами, рукомойником и шкафчиком, жуткое мягкое кресло в углу. Трубки тянулись от капельницы с двумя мешочками, пропадали под моим одеялом в районе моего левого запястья.

— Я буду в порядке? — спросила я.

— В полном, но через пару дней. Мы уже убрали трубку из твоей груди и исцелили раны. Твой рентген хорошо выглядит, но вред сердцу — серьезное дело, даже когда помогает исцеление Арканой, — она встала. — Давай тебя осмотрим.

Я поддалась, не было сил делать что-то, кроме ответов на ее вопросы, пока она ощупывала меня. Когда она закончила, она передала мне стаканчик с водой еще раз.

— Все хорошо, — она убрала стаканчик на стол рядом со мной. — Я скажу твоим друзьям, что ты проснулась.

— Я могу с ними увидеться?

— Да… если сможешь продержаться и не уснешь так долго.

— Конечно, смогу.

С понимающей улыбкой она пошла к двери. Она закрылась, и я смотрела на дверь, решительно игнорируя ужасную усталость, давящую на меня. Я хотела увидеть их. Парней. Моих магов и моего брата. Они были тут. Я знала это. Они ждали меня, как мы всегда ждали, когда кто-то из нас был ранен.

Они были тут, и я дождусь их, не усну.

Я повторяла это себе, но комната угасала, и я провалилась в утомленный сон.

* * *

Я провела две ночи в больнице, но как только меня отсоединили от капельницы, Элизабетта забрала меня в свой дом. Она устроила меня в комнате для исцеления — там было намного уютнее, чем в больнице, но кровать была такой же. Она разрешила только короткие визиты друзей. Может, это было умно, ведь мне было сложно не спать.

Но я увидела Аарона и Кая, которые суетились надо мной и старались не показывать, как перепугались из-за того, что я чуть не умерла. Джастин все это видел своими глазами, но тоже плохо держался.

И Эзра. Он мало говорил, но сжимал мою ладонь, и его пальцы были ледяными, пока он подавлял эмоции.

Усталость от исцеления была сильной, и время стало размытым. Когда я проснулась в бледном свете солнца, проникающего сквозь шторы на большом окне, я не могла вспомнить, какой был день. В горле пересохло, и оно болело. Я повернула голову в поисках стаканчика воды, который всегда был рядом.

Эзра сидел на стуле у моей кровати, прислонив голову к стене, лицо расслабилось во сне.

Забыв о воде, я смотрела на него. Просто смотрела. Впитывала вид. Успокаивалась этим. Щетина на его челюсти стала сильнее, уже почти стала бородой, и его футболка с длинными рукавами была мятой.

Через минуту я вытащила руку из-под одеяла. Мои пальцы задели его рукав. Он вздрогнул, поднял резко голову, и глаза открылись. Он тут же посмотрел на меня.

— Эй, — прохрипела я. — Воды?

Он сел прямо, схватил стаканчик со стола и передал мне. Я осушила его, вздохнула с облегчением и отдала ему стаканчик. Он отставил стаканчик и повернулся ко мне, с тревогой рассматривал мое лицо.

— Мне теперь можно принимать посетителей дольше пяти минут? — спросила я. — Какой сейчас день?

— Пятница.

Я сморщила нос.

— Очень смешно.

Он приподнял брови.

— Я серьезен. Честно. Пятница.

— Но на меня напали во вторник.

Он кивнул.

— Ты спала. Исцеление всегда берет многое у человека.

— Но… больше трех дней?

— Тебя ранили в грудь, — он убрал кудрявую прядь с моего лица. — Я думал, что мы тебя потеряем.

— Пф. Одна рана не может меня убить.

Он улыбнулся, но невесело.

— Тот кинжал был немаленьким, по словам Джастина.

— Где он?

— Работает. Как и Аарон и Кай, но они вернутся ночью, чтобы проверить тебя.

Было сложно, но я села.

— Есть новости?

Он разглядывал меня миг с серьезным видом.

— Аарон сообщил, что Син переписывалась с твоим братом.

Я моргнула.

— А?

— Мы не знаем, когда они обменялись номерами. Может, пересеклись, навещая тебя.

Я закатила глаза.

— Я про настоящие новости, а не сплетни.

Он сверкнул улыбкой, а потом стал задумчивым.

— В гильдии идут приготовления. Все, кто может помочь, создают артефакты, собирают оружие и снаряжение, и Аарон работал серьезно с боевыми мификами.

— Что насчет Дариуса? Другие гильдии решили, что делать с Двором?

— МагиПол начали расследование, но другие боевые гильдии пока ничего не делали. Храм на кладбище разрушен, и у нас нет серьезных улик. Дариус пытается найти Высший двор, чтобы мы могли чем-нибудь подкрепить свои заявления.

— Так не все ему верят?

— Они думают, что он спешит с выводами или насчет существования культа, или о том, насколько все плохо. Никто не хочет верить, что в городе есть демонические маги, — он покачал головой. — Он делает все, что может. Как только с моей маленькой проблемой будет покончено, ему не придется так осторожничать.

Его маленькая проблема. Он сказал это так беспечно, словно говорил о походе к дантисту.

— Подвал музея подходит, — добавил он. — Мы обсудили, безопасно ли его использовать, если на тебя напали. Джастин думает, что член культа выследил его машину, а не шел за вами двоими к музею. Мы не нашли следов культа в районе, и Робин с Амалией ночью работали над кругом для ритуала.

Страх и надежда смешались, и меня мутило. Карта Смерти появилась перед глазами, но сменилась Повешенным, свисающим на лодыжке с безжизненным спокойствием на лице.

Эмоции не успели успокоиться, я отбросила одеяла в сторону.

— Хорошо. Я приму душ.

— Тебе нужно отдыхать.

— Прошли дни, Эзра, — я свесила ноги с кровати, прижалась голыми ступнями к холодной плитке пола. Кроме небольшого дискомфорта в торсе, я ощущала только скованность и усталость. — Мне нужно помыться.

Он фыркнул.

— Тогда выжди минутку, я наберу тебе ванну. Ты не можешь упасть и разбить череп в ванне.

Он пропал в смежной ванне, и звук воды появился за открытой дверью. Он вернулся через минуту, успел подбежать, пока я шагала по комнате.

— Я в порядке, — заявила я, отмахнувшись. — Просто немного дрожат колени.

Он обвил руками мою талию, и я позволила себе прильнуть к его твердому теплу. Он провел меня в ванную, убедился, что я стояла на ногах, а потом вышел и закрыл дверь. Я использовала туалет, помыла руки, а потом проковыляла к ванне, чтобы проверить температуру. Я не могла уже ждать, пока ванна наберется полностью, так что сняла сорочку из больницы и забралась.

Погрузившись в горячую воду, я прислонилась к скошенной спинке ванны. Чудесно. Восхитительно. Лучшее чувство.

Я была так близко к тому, чтобы не испытать это снова.

Мои пальцы скользнули к грудной клетке, и я нашла уязвимое место, где кинжал пронзил мою кожу и органы. Я немного пощупала, потрясенная чудом исцеления Арканы — так и не скажешь, что в моей груди была дыра. Я вспомнила ощущение клинка, тут же сосредоточилась на наливании шампуня на ладонь и втирании его в волосы.

Я медленно мылась шампунем и мылом, но с каждым движением ощущала, как росла усталость в теле. Меня уже исцеляли раньше, и я быстро взбодрилась, но меня в те разы так ужасно не ранили. Но парни страдали от разных ран, и я понимала, почему они порой днями или неделю были под опекой целителя, а потом возвращались к обычным делам.

Я выбралась из воды, ступила на мягкий коврик, неуклюже обмоталась полотенцем и попробовала решить, дойдут ли мои слабые ноги до кровати.

— Эзра? — робко позвала я.

Он тут же оказался у двери.

— Мне позвать Элизабетту?

— Нет, нет, — я выдавила смешок. — Я просто ничтожно устала.

— Ничтожно?

— Да, ведь я даже по комнате не могу пройти…

Он обвил рукой мою талию и притянул меня ближе. Он прижал ладонь к моей щеке и поднял мое лицо.

— Тори, все хорошо.

Я моргнула в смятении.

— На тебя напали. Ты была ранена. Чуть не умерла. Не притворяйся, что это не случилось.

— Я не…

Он склонился, наши лица стали ближе.

— Тебе не нужно сейчас быть сильной.

Мой рот открылся и закрылся, буря эмоции, которую я подавляла с пробуждения, настойчиво пошевелилась.

— Н-нет. Я не…

— Ты помнишь, что сказала, когда я скрывал бессонницу? Ты сказала: «Не пытайся быть сильным в одиночку».

Дыхание застряло в моем горле, глаза жгло.

Он прижал меня к груди, тепло его рук вокруг меня говорило за него: «Я тут».

Мягкая, но непоколебимая решимость в его глазах говорила: «Я буду сильным».

Уверенное биение сердца под моей ладонью, лежащей на его груди, шептало: «Я защищу тебя».

Мои губы дрожали. Слезы полились по моим щекам.

Он сжал меня крепче, запустил пальцы в мои мокрые волосы. Я сжала его футболку, эмоции росли во мне — страх, слабость и уязвимость. Так много уязвимости. Я ненавидела это чувство. Ненавидела ощущать себя жертвой. Ощущать себя беззащитной.

Тот мифик напал из ниоткуда. Я была счастлива. Смеялась. Радовалась, что Джастин хотел посетить мою гильдию.

И я чуть не умерла. Культ хотел мне смерти, и они почти преуспели. Они будут пытаться, пока не достигнут цели, и я не буду даже знать, когда будет следующее нападение.

Я уткнулась лицом в грудь Эзры, дрожа от всхлипов. Я чуть не умерла. Чуть не умерла. Конец был так близко. И пустота. Я стала бы только воспоминанием в сердцах тех, кто остался бы.

Я подняла голову. Эзра смотрел на меня, моя ладонь скользнула по его груди к шее, пальцы сжали его волосы.

Я не успела опустить его голову, он сам начал поцелуй.

Я прижалась своим ртом к его рту, целовала его с таким же пылом. Все мои страх и беспомощность убежали, огонь загорелся в моей крови. Мои руки обвили его шею, я запустила пальцы в его волосы. Его руки прижимали меня к нему, с пылом, но нежно.

Я отклонила голову, открыла рот для него, и его язык нашел мой. Я забыла об усталости, прижалась к нему. Тонкое полотенце отделяло меня от него, мягкий хлопок двигался по моей голой коже, сползая. Его дыхание резко вырвалось, и он схватил полотенце сзади, мышцы его рук напряглись, пока он придерживал полотенце.

— Тори, — прохрипел он. — Тебе нужно быть в кровати.

— Только если ты со мной.

Он подавил стон. Я прильнула к нему, холодный воздух задевал кожу там, где край полотенца упал, обнажив мой бок.

Он поймал край полотенца, укутал меня им и поднял меня с пола. Он вышел из ванной в спальню. От вида медицинских приборов в углу мой пыл немного угас.

Он опустил меня на кровать, а потом накрыл одеялами и моим полотенцем. Он вернулся в ванную и вернулся с еще одним полотенцем, укутал в его мои мокрые волосы.

— Вытрись, — сказал он мне. — И поспи.

Я подвинула полотенце, чтобы видеть его.

— Я не устала.

— Ты выглядела так, что могла упасть, миг назад.

— Теперь я лежу, так что все хорошо.

Он подавил смешок.

Я убрала полотенце с головы и протянула к нему руки. Он склонился, и наши рты снова встретились. Нежно и глубоко. Огонь питала не только похоть.

Жар медленно раскрывался во мне. Мои пальцы сжали его запястье. Не прерывая поцелуй, я направила его ладонь вниз. Его теплые пальцы скользнули по моей шее, стирали капли холодной воды с моей кожи, а потом по плечу и ключице.

Я направила его ладонь еще ниже. Под одеяло. Чтобы он сдвинул полотенце.

Он прижался ртом к моему сильнее, воздух вылетел из его носа. Я выгнулась к его ладони, и другая его рука тоже скользнула под одеяло. Двигалась по моей голой коже, обводя мои изгибы. Кровать прогнулась, когда Эзра уперся коленом в матрац.

Я сжимала его волосы, прижимала его рот к своему, не давала ему отодвинуться ни на миг. Я позволю рукам блуждать позже. Сейчас я хотела, чтобы он трогал меня. Я хотела, чтобы его руки изучали мое тело и ласкали. Жар рос во мне. Комната закружилась, и я резко вдохнула.

Эм… комната кружилась на самом деле.

Он отодвинулся, посмотрел на меня и негромко выругался.

— Я знал, что тебе лучше спать.

Я поймала его запястье, когда он стал убирать ладони.

— Нет. Я в порядке. Просто нужно подышать.

— Хорошая попытка, — он высвободил руки и натянул одеяло до моего подбородка. — Стоило знать, что ты попытаешься меня соблазнить.

— Что, прости?

— Заманила меня в свою больничную кровать, — он покачал головой, выглядя серьезно. — Просто подумай, как я себя чувствовал бы, когда ты потеряла бы сознание во время поцелуя.

— Если честно, Эзра… — я приподняла бровь, — я заманивала тебя не только для поцелуя.

— Хитрюга, — отозвался он.

Я рассмеялась, он сверкнул улыбкой, и ее появление лишило меня дыхания. Его улыбка уже была сексуальной, но от румянца на щеках и того, как его взгляд все еще скользил по моей груди, укрытой одеялом, словно он не мог остановиться, она была еще горячее.

Я была готова затащить его в кровать силой.

Я выдохнула, напоминая себе, что был шанс, что я потеряю сознание, а я не хотела упустить момент, когда раздену аэромага и затащу в кровать. Я просто потерплю еще немного.

Робин и Амалия уже стали готовиться к ритуалу, который или спасет его, или уничтожить. Ждать мне осталось не так долго. 

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Робин убрала челку с лица.

— Готово.

Подвал музея изменился. Пол вымыли, трещины и кривые части выровняли. Робин и Амалия нарисовали круг серебряной краской алхимиков, и сотни пересекающихся линий и рун кружили голову. Два больших круга были внутри внешнего кольца в двадцать пять футов диаметром. Один круг был для Эзры, в другой призовут Этеррана.

Я не помогла. Элизабетта отпустила меня только вчера, через неделю после того, как мы с Джастином проверяли это место.

— Готовы? — повторила я, глядя на них, но не осмеливаясь верить. — Мы можем начать ритуал сейчас?

— Технически, да, — ответила Робин, — но не думаю, что стоит делать это днем.

— Нужно дождаться ночи, — согласился Аарон и скрестил руки. — Хотя бы полуночи. И я хочу, чтобы Кай на всякий случай был тут.

«На всякий случай» могло означать что угодно, но я боялась, что знала, о каком худшем сценарии он думал — том, где Эзра не выживет.

Мой желудок сжался.

Раздался пронзительный звонок, и Аарон полез в карман. Он вытащил телефон и поднес его к лицу.

— Алло? О, привет, Жирар, — он слушал миг. — Ладно, я понял, что ледяные артефакты будет сложно найти… Нет, команды, которые я послал, не нашли вампиров. Обычные места гнезд пустые. А ледяные бомбы? Катерина смогла сделать такую?

Все еще говоря, он прошел к дальнему концу комнаты. Я смотрела ему вслед, стараясь не переживать из-за приготовлений гильдии. До того, как мы столкнемся с культом, нам нужно было спасти Эзру — или убить его, пытаясь.

Желудок снова сжался, и я прижала ладонь к животу. Я еще никогда так не нервничала, и эта настойчивая паника вызывала тошноту. Я хотела, чтобы ритуал призыва закончился, так сильно, как и хотела заморозить время навеки.

— Как ты?

Я моргнула, комнату стало видно. Робин стояла рядом со мной, с тревогой смотрела на мое лицо.

— Твои раны… хорошо зажили? Хочешь, Заилас их проверит?

Это привлекло мое внимание.

— Заилас?

— Он хорош в исцелении. Пожалуй, я смогу убедить его подлатать тебя, если нужно.

— Кхм. Спасибо за заботу, но я просто устала, — я покачала головой, не представляя, как опасный демон вызывается исцелить меня. Я бы лучше доверила свое здоровье Этеррану. — Как ты? По словам ребят, ты была тут каждую ночь.

Она сжала ладони.

— Это меньшее, что я могу сделать. Даже без амулета я бы помогла Эзре. Он спас Заиласу жизнь.

— Да?

— Да, — ее глаза затуманились. — Я чуть не потеряла его.

Тень боли на ее лице заинтриговала меня.

— Твой демон для тебя много значит, да? Какие у вас отношения?

Она отпрянула, словно я ударила ее по лицу.

— Ч-что? Наши отношения?

— У вас… контракт? Ты им можешь повелевать?

Она сглотнула пару раз, лицо было ярко-красным.

— У нас контракт, но я не повелеваю им. Мы работаем вместе.

«Работаем вместе». Несмотря на мой уговор с Этерраном ради общей цели, идея потрясала меня.

— Как так получилось?

— Мы… спасли друг друга, — она коснулась легонько инфернуса на шее, а потом с вопросом склонила голову. — Ты переживаешь?

— Из-за чего?

— Что я не повелеваю Заиласом?

Я пожала плечами.

— Не буду притворяться, что он не пугает меня, но Этерран тоже меня пугает, а твой не так плох… для демона.

— Ты звучишь как Амалия. Она так описывает Заиласа, — Робин огляделась и пошла по комнате. — Кстати о Заиласе. Мне нужно его найти. Он снова бродит.

Я пошла за ней к лестнице, оставив Аарона с телефоном.

— Я и не поняла, что его нет.

Она открыла пожарную дверь и пошла по бетонным ступенькам.

— Ему не нравится часами сидеть в инфернусе.

— А как ощущается в инфернусе?

— Не знаю точно, но, похоже, там скучно, — она открыла дверь первого этажа. — Ты готова этой ночью?

Мы шли по пыльным коридорам маленького музея. Я почти отмахнулась от ее вопроса. Но страх гремел в моих костях, и мне нужно было признать это.

— Я в ужасе, — прошептала я. — Я боюсь его потерять. Мне кажется, что мы гоним его к его казни.

Робин остановилась рядом со мной с сочувствием на лице.

— Ты не подгоняешь его. Он сам так решил, да?

Мое горло сжалось.

— Есть разница между тем, что заставили делать, или что ты выбрал сам, — она посмотрела на коридор, взгляд стал далеким. — Выбор… что-нибудь означает.

Ее тихие слова вызвали воспоминание: Зак склоняется надо мной, зеленые глаза смотрели пристально, пока он говорил, что я была мификом не меньше него. «Выбор сильнее судьбы».

Дрожа, я отогнала воспоминание и поняла, что Робин еще смотрела вдаль. Я помахала ладонью перед ее носом.

— Ты в порядке?

Она вздрогнула.

— Д-да. Прости. Просто… кое-что вспомнила, вот и все.

Я недоверчиво приподняла бровь и огляделась.

— Так ты хочешь позвать его или что?

— Хм? О, он уже знает, что я его ищу. Но у него есть повод не приходить ко мне. Давай проверим второй этаж.

Я все еще хмурилась в смятении, а она пошла к лестнице. Мы поспешили на второй этаж, и Робин пошла по коридору с маленькими кабинетами, каждый стал комнатой для экспонатов истории полиции города.

Мы добрались до конца и повернули в коридор шире, там были стеклянные шкафы. Я выглянула наружу, пока мы проходили перед большим изогнутым окном, и что-то спрыгнуло со шкафа.

Заилас приземлился беззвучно и толкнул нас обеих на пол. Я вскрикнула, ладонь демона давила мне между лопаток, придавливая меня к затхлому ковру.

— Zh’ūltis, — прорычал демон. — Идти на виду у охотников? Я учил тебя быть умнее, ваянин.

Сплюнув пыль изо рта, я вытянула шею. Заилас просто вдавил меня в пол, но сидел на Робин. Она лежала на животе, демон был на ней, пригибаясь под окном.

— Заилас, слезь с меня, — проворчала она. — И что за охотники?

Он приподнял голову и выглянул из окна.

— Они следят.

— Кто-то шпионит за нами? — я стала садиться, и демон толкнул меня обратно. — Кто?

— Люди. Трое. Они пытаются скрыться среди других, но они остаются на месте и следят, следят, следят. Охотятся. Планируют. Они нападут из засады.

Я снова подняла голову, но уже медленнее. Заилас позволил это. Мой нос почти лег на подоконник, я выглянула на улицу. Люди шли по тротуару, и я почти минуту искала их: один мужчина сидел на автобусной остановке, другой прислонялся к стене и смотрел в телефон, и третий задержался у магазина одежды.

Дрожь пробежала по мне. Это точно были члены культа. Двор точно заметил, что мы использовали это здание, и они ждали шанса снова напасть.

Заилас сказал, что они планировали засаду.

— Что нам делать? — прошептала я. — Искать новое место и начинать снова, когда мы так близко…

Робин выбралась из-под своего демона и села на корточки рядом с нами.

— Ты не видел до этого, чтобы за нами следили, да?

— Верно, — ответил Заилас. — Они появились только сегодня.

Она поправила очки.

— Ритуал готов. Все кончится этой ночью. Нужно придерживаться плана, и если они будут тут, когда мы вернемся в полночь…

— Я разберусь с ними, — закончил он, его хриплый голос звучал беспощадно, алые глаза сияли.

Если те члены культа думали, что «серви» существовали, чтобы защищать их, этой ночью они столкнутся с жестокой правдой о том, что этот демон думал об их идеологии.

* * *
— Нет, нет, не-е-е-ет! — выла я, размахивая джойстиком, словно это могло как-то помешать моей ярко-зеленой гоночной машине слететь с дороги и врезаться в здание.

— Осторожно! — Аарон рассмеялся, остановив мой джойстик локтем, ладони были приклеены к его джойстику. — Ты… блин!

Я рассмеялась, когда его вишневая машина врезалась носом в фонарь. Машины Эзры и Кая пронеслись мимо его мятой машины.

— Вот спасибо, Тори, — буркнул он.

— Вперед, Эзра! — болела я, возвращая свою разбитую машину на дорогу, хотя я не могла их догнать. — Покажи им, кто босс!

— Он и так всегда выигрывает, — пожаловался Кай, его большие пальцы давили на джойстик. — Ему не нужна болельщица.

Я повернулась и показала электромагу язык, Эзра охнул, когда я случайно ткнула его локтем под ребра.

— Ой! Прости.

Диван был теснее обычного. Обычно мы занимали всю свободную мебель для игры ночью, но как-то оказались все на одном диване. Я оказалась между Эзрой и Аароном и ни разу не возражала.

Мы с Аароном гнали наши дымящиеся машины за Эзрой и Каем, бьющихся за первое место. Эзра победил на расстояние машины, а Аарон легко меня одолел. Что ж, ладно.

— Почему я всегда проигрываю в своих играх? — пожаловался Аарон. — Когда будешь без демона, посмотрим, кто победит.

— Он потеряет усиленные рефлексы? — спросил Кай. — И огромную силу? Или эти изменения навсегда?

— Кто знает? — Эзра взглянул на них мрачно. — Вопрос в том, потеряю ли я свою демоническую телепатию, которая позволяет мне слышать все ваши мысли.

Мы уставились на него с неуверенностью.

Он улыбнулся.

— Просто шучу.

Я выдохнула, чуть паникуя от мысли о телепатии Эзры. Я слишком часто отвлекалась на мечтания, так что такая телепатия стала бы жутким кошмаром.

Он поднял джойстик.

— Еще раунд?

Аарон посмотрел на часы под телевизором.

— Давайте закончим. Осталась пара часов.

— И у нас с Аароном есть работа, — добавил Кай, вставая.

— Да, — Аарон встал и вытянул руки над головой. — Идем, Кай.

— А? Работа? — я пошла за ним и Каем к задней двери. — Какая?

Эзра пошел за нами, остановился на пороге кухни, на лице были те же смятение и удивление, которые я ощущала.

— Демон Робин заметил парней у музея, — объяснил Аарон. — Мы проверим район, чтобы убедиться, что ритуал проводить безопасно.

— О, — я помедлила, пока два мага обувались. — Нужна помощь?

— Нет. Ты останешься с Эзрой, — Аарон схватил ключи со стойки. — Используй хорошо время, пока нас нет.

Хорошо использовать? А?

Кай пошел за ним, бросил поверх плеча:

— Мы вернемся через полтора часа.

Я поймала дверь, пока она закрывалась, и вышла на крыльцо сзади, холод бетона проникал сквозь носки.

— Парни, разве безопасно…

Они остановились в паре футов от двери, словно знали, что я поспешу за ними. Смех от нашей игры пару минут назад угас, сменился тихой тревогой и приглушенным горем.

Я замерла, глядя на них.

— Мы справимся, Тори, — сказал Кай. — Вернись к Эзре и не переживай, пока мы не вернемся домой.

— Но…

— У нас есть шесть лет хороших воспоминаний с Эзрой, — мягко и печально сказал Аарон. — У тебя — нет. Используй это время для вас двоих.

Боль ударила меня по груди.

— Эзра не…

«Он не умрет этой ночью».

Но он мог. И мы знали об этом.

— Иди туда, Тори, — мягко приказал Кай. — Я напишу тебе, когда мы будем возвращаться.

Я слабо кивнула, и они пошли по двору и за калитку. Дверцы машины открылись и закрылись, двигатель загудел. Джип дал задний ход, фары сверкнули за оградой. Я вернулась в дом.

Эзра еще прислонялся к раме двери кухни, тени были на его лице.

Я дрожала, ужас, горе, надежда, отрицание и паника бились во мне — эмоции, которые я подавляла весь вечер. Я так старалась отрицать их, сохранять день позитивным, но теперь я не могла их остановить.

Эзра раскрыл руки в приглашении.

Я пробежала по кухне. Он поймал меня, прижал к груди с силой. Я обвила руками его плечи, сжала изо всех сил.

Сотня объятий мелькнула в голове, как эти, но не совсем такие же. Сотня объятий, полных тепла, спокойствия, безопасности, дружбы, смеха, слез и любви.

Воспоминание о наших первых объятиях, том неловком вопросе в коридоре квартиры Джастина, всплыло во мне. Через неделю после моей первой смены в «Вороне и молоте», в ночь, когда на Аарона напали, пока он провожал меня домой. В прошлом мае. Девять месяцев назад.

Ровно девять месяцев, вдруг поняла я. На Аарона напали 19 мая — эту дату я не забуду — а сегодня было 19 февраля.

Я всего девять месяцев знала Эзру? Три четверти года? Лето, осень, холодную зиму стресса и тревоги… но не весной, когда таял лед, когда возвращалось солнце?

Всхлип сотряс меня, но я быстро это подавила.

Эзра сжал меня крепче, а потом ослабил хватку. Я отклонила голову, подавляя слезы. Наши взгляды пересеклись, и в его глазах была печаль, но еще сила и сталь.

Он взял меня за руку и повел в гостиную, а там — к дивану, а потом ушел. Его шаги зазвучали на лестнице. Дверь открылась, потом закрылась. Шаги вернулись.

Он пришел со своей акустической гитарой и сел рядом со мной. Он опустил гитару на колени, стал перебирать струны и настраивать гитару, а потом опустил левую ладонь на лады.

Он взмахнул пальцами, звук потек из гитары. Незнакомая мелодия появилась, ноты были мягкими и горестными. Они медленно кружились, поднимались и опадали, как-то становились даже печальнее, и слезы покатились по моему лицу. Музыка замедлилась, пока он не стал играть одинокие ноты, тихие, угасающие, умирающие. Я обняла себя, едва сдерживаясь.

Его левая ладонь подвинулась на ладах, большой палец задел новую ноту. Его пальцы снова двигались, и горестная мелодия стала подниматься. Она росла, и как-то в ней появился звук надежды. Это был звук будущего, яркого дня. Звук обновления и возрождения.

Песня достигла яркого крещендо, которое звенело ожиданиями, а потом стало тихо.

Он выждал долгий миг и заиграл простой мотив.

— Я научился этой песне в детстве — думаю, мне было двенадцать. Когда все казалось невыносимым, и я хотел сдаться, я играл это снова и снова.

Я сцепила ладони до боли.

— Всю жизнь меня толкали другие, — он играл аккорд за аккордом. — И все большие перемены я испытал из-за кого-то еще. Мои родители, Двор, Лекси, Этерран, потом Аарон и Кай. И, наконец,… ты.

— Я… — мой голос дрогнул. — Я не хотела…

— Толкать — не плохо, Тори, — сказал он. — Ты помогла мне понять, каким пассивным я стал… как я перестал что-либо решать. Я перестал чего-то хотеть, и я просто ждал конца. Я говорил себе, что просто жил моментом, но я не жил на самом деле.

Он провел ладонью по грифу гитары.

— Мне нравится живая музыка… концерты и музыкальные фестивали. Будучи демоническим магом, я все равно ходил на концерты. Не было повода не идти, но я не говорил Аарону и Каю, что хотел бы сделать такое. Я просто… забыл, что хотеть что-то — нормально.

Его теплые глаза посмотрели мне в глаза.

— А потом я встретил тебя.

Мое горло сжалось, и я не могла дышать.

— Я не хочу умирать, но, может, умру. Но я могу сделать это, потому что я решил. Я не улечу в безумие, не буду ждать, пока Дариус убьет меня, как больного пса. Это мой выбор. Этого я хочу — шанса на настоящую жизнь. Я боюсь, но это не такой страх, когда все не под моим контролем.

— Эзра, — выдавила я.

Тихая печаль затронула его улыбку.

— Я не скажу, что у меня нет сожалений, но, что бы ни случилось, я не буду сожалеть ни об одном миге с тобой.

Я убрала гитару с его колен, схватила его лицо ладонями и поцеловала. Я целовала его так сильно, что на губах могли появиться синяки. Но мне было все равно. Эта боль присоединилась к пылающей агонии в груди.

— Ты выживешь, — выдохнула я в его рот. — Ты будешь в порядке.

— Лучше, чем в порядке, — он запустил ладони в мои волосы. — Я буду собой впервые за десять лет.

Я забралась на его колени, наши рты были соединены. Отчаянно. В спешке. Его руки обвили меня, одна ладонь сжимала мои волосы. Я целовала его все глубже и сильнее.

Как я могу потерять его сейчас? Как я могла потерять это чудесное и ужасное, прекрасное и полное боли чувство между нами, которое только расцвело?

Мои пальцы скользнули по его плечам, я сжала его футболку. Мне нужно было больше. Мне нужно было все. Мне нужен был весь он, пока не…

— Тори, — прошептал он.

Я сжала его футболку, ладони подрагивали.

— Я хочу, чтобы были только мы. Вдвоем, — он гладил мою шею. — Я слишком спутан с Этерраном, и…

Я подняла голову.

Его ладонь прижалась к моей щеке, убрала слезы.

— Я хочу быть с тобой собой, и пока он не пропадет, я не узнаю, кто я на самом деле. Я не знал себя с тех пор, как стал демоническим магом.

— Но… — мой голос был хриплым, почти беззвучным. — Если мы будем ждать, и ты… ты не…

— Я просто должен выжить этой ночью. Я хочу раскрыть себя… и я хочу сделать это с тобой.

Я кивнула, сердце разрывалось на куски. Он хотел любить меня сам, а не как демонический маг с другим существом, в его разуме и теле. Если это означало, что мы потеряем последний шанс разделить такую близость, я буду уважать его решение.

Но он выживет. Должен.

Мы легли вместе на диван, он вытянулся на спине, я лежала рядом, наши ноги переплелись. Он гладил мою шею и спину, и я касалась его лица, целовала его снова и снова. Мы держали друг друга и ждали. Ждали, когда наступит момент. Хотели, чтобы он не наступал.

Задняя дверь щелкнула. Шаги. Пауза.

— Без одежды это работает лучше, — сухо отметил Кай.

— Не твое дело, — буркнула я, глаза были закрытыми, щека лежала на груди Эзры. — Как все прошло?

— Хорошо. Членов культа или чего-то подозрительного не видно.

Эзра напрягся подо мной, а потом сел, поднимая меня с собой. Он помог мне встать, и мы повернулись к Аарону и Каю. Решимость сменила их недавнее горе.

Ожидание закончилось. Пришло время биться. Я не знала, с кем или чем мы будем биться, и был ли там враг, помимо магии, связывающей Эзру и Этеррана, но мы будем биться всеми силами.

Эзра расправил плечи и со спокойствием, которое поразило меня с нашей первой встречи, посмотрел на нас.

— Я готов, — он приподнял бровь. — Давайте призовем демона. 

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

В свете флуоресцентных ламп Эзра стоял в одном из двух кругов в кольце диаметром в двадцать пять футов, нарисованном Робин и Амалией на полу подвала музея. Он был в боевом снаряжении, включая его перчатки, усиленные металлом на костяшках и локтях.

Кай, Аарон и я стояли слева от него, вне серебряного массива. Мы тоже были в боевых нарядах, моя пояс был на бедрах, Маркер был в ножнах за спиной Аарона, и жилетка Кая была нагружена мелким оружием. Мы нарядились так, потому что ощущали себя сильнее в этой одежде? Или потому что признавали так серьезность этой ночи?

Робин стояла напротив нас. Она не была наряжена для боя, была в сером свитере под кожаной курткой, но я не знала, было ли у нее боевое снаряжение. Амалия была напротив Эзры, смотрела на него, и она выглядела небрежно и шикарно, как всегда, в леггинсах, высоких сапогах и своей кожаной куртке.

Я никогда не обращала толком внимания на Амалию. Рядом с загадками Робин ученица-волшебница казалась незначительной, но мое мнение насчет нее серьезно менялось.

Сжимая гримуар культа в руках, Амалия читала на латыни. Древние слова поднимались и упадали с силой, ее голос был ровным и уверенным, почти величавым. Она словно родилась, чтобы прочесть это заклинание — или она будто готовилась к этому с рождения. Мысль, что она запнется, казалась глупой, и я не сомневалась, что она сможет безупречно исполнить ритуал.

Последнего члена нашей странной группы не было в подвале. Заилас был где-то над нами, притаился на крыше музея, следил за признаками беды. Если члены культа появятся, он сообщит. В зависимости от нарушителей, он мог их даже уничтожить.

Голос Амалии звучал в комнате, Эзра ждал одиноко в круге, его левый глаз тускло сиял, человек и демон смотрели, как разворачивалась их судьба. Пытаясь подавить страх, я сжала ладони Аарона и Кая. Они сжимали мои пальцы так же крепко, как я — их.

Амалия продолжила читать, голос становился громче, а потом она притихла. Она махнула Робин. Хрупкая контрактор опустилась на колени и открыла ящик у своих ног. Она вытащила флакон крови демона — крови Наживера из Второго дома, важной для призыва.

Она прошла в пустой круг, откупорила флакон и вылила кровь демона на символ в центре. Густая жидкость не растеклась по полу, а прилипла к руне, сделав ее темно-красной.

Она отступила к краю круга, в подвале прозвучал миг тишины.

— Te tuo sanguine ligo, tu ut vocatus audias, Этерран из Дома Дират! — заявила Амалия.

Алое мерцание пробежало по руне, покрытой кровью. Оно полетело над серебряным массивом, сделало линии вокруг ног Эзры зловеще красными, они переливались. Он напрягся, алое сияние в левом глазу стало ярче.

Амалия перешла к следующей части ритуала. Латынь без конца лилась с ее губ, а потом она указала на внешний круг в футе от ее ног.

— Terra te hoc circulo semper tenebit!

Красное сияние в массиве устремилось вверх мерцающей волной, озаряя купол, появившийся над внешним кольцом. Сияющий купол угас, став невидимым, но, судя по объяснению Робин неделю назад, Этерран теперь был заперт в круге. Эзра уйдет из серебряного кольца человеком, или не уйдет вовсе.

Сердце гремело в ушах, быстрое биение отсчитывало минуты и секунды, которые остались.

Почти десять лет Этеррана призвали из его мира и обманом заставили принять контракт. Эзру десять лет назад обманул культ, заманивший его родителей, и он принял свое превращение в демонического мага.

Восемь лет прошло, как Эзра убежал из дома, запустив цепочку событий, которая привела к смертям его родителей и уничтожению Энрайта.

Шесть лет прошло, как Аарон встретил Эзру на улице и дал ему убежище.

Девять месяцев с моей первой смены в «Вороне и молоте», когда я облила маргаритой трех магов, и Эзра рассмеялся.

Три с половиной месяца с тех пор, как я узнала, что он был демоническим магом.

Два месяца с нашего первого поцелуя под омелой.

Один месяц с тех пор, как я поняла, что люблю его.

И этой ночью, выживет Эзра или нет, наши жизни изменятся.

Тихий гул задрожал на моем бедре, и я дрогнула, случайно вырвала руки из ладоней Аарона и Кая. Черт. Я не выключила телефон?

Я вытащила его, экран сиял номером, который я не узнавала. Амалия все еще читала, или слишком сосредоточилась, чтобы заметить мои движения, или игнорировала меня.

Я сбросила звонок, Кай взглянул на мой экран.

— Это номер Иззы, — прошептал он.

Иззы? Я посмотрела на телефон, экран погас. Почему Изза звонила мне? Я не слышала ее неделями.

Экран загорелся, телефон загудел. Появился тот же номер. Она звонила снова.

Амалия читала другую фразу на латыни. Я помедлила, нервы в теле покалывало, а потом нажала на экран — ответила на звонок. Я поднесла телефон к уху.

— Изза? — прошептала я как можно тише.

— Тори! — она тоже шепталась, но я слышала тревогу в ее голосе. — Где ты?

— Где? Я…

— Эзра с тобой?

Пол двигался под моими ногами.

— Эзра?

— Я только что услышала… два офицера говорили о награде за Эзру. Они говорят…

Голос Амалии стал выше в еще одном заклинании. Воздух стал заряженным, запахло незнакомой силой.

— …что Эзра — демонический маг.

Пол пропал подо мной. Мир рухнул. Вселенная вылетела из-под контроля. Взрывалась. Рушилась.

— Награда, — выдавила я почти беззвучно. Аарон и Кай напряглись.

— Да, — прошептала быстро Изза, — и офицеры упомянули команду. Думаю, они могут…

Амалия вытянула ладонь, указывая на кровавую руну, латынь лилась с ее губ. Сила вертелась в двух кругах, мерцала на пересекающихся линиях.

Изза все еще говорила:

— …уже начать, и тебе нужно предупредить его, пока…

— Мне нужно идти, — я убрала телефон и закончила звонок. Моя ладонь дрожала, телефон чуть не выпал из пальцев. Я сунула его в карман.

Аарон и Кай прожигали мою макушку взглядами, но я не могла отвернуться от Эзры, ждущего в круге. Сила обжигала мои нос и горло, голос Амалии кружился в комнате.

Мы не могли остановиться. Мы были так близко.

Заилас следил на крыше. Предупреждения не было. У нас было время. Достаточно, чтобы помочь демоническому магу перестать быть таким. Спасти Эзру не только от Этеррана и безумия, но и от суда мира мификов, решившего поймать его.

Я сжала запястья Аарона и Кая, надеясь, подавляя ужас. Все молекулы в теле дрожали в тревоге. Быстрее. Скорее!

Но Амалия не стала говорить быстрее. Одна ошибка испортит ритуал. Она продолжила размеренно, сила росла, зловещее сияние алой магии в круге углубилось, стало почти черным.

Амалия выпрямилась, направила ладонь на Эзру.

— Tenebrarum auctoritatem da mihi, da super hunc imperium sine fine! Этерран из Дират, носитель силы Алэи, носитель приказа короля, твоей кровью и клятвой я вызываю…

Броня и красновато-коричневая кожа Заиласа сверкнули, он появился за ней. Его ладонь зажала ее рот, останавливая последние слова.

Его глаза сияли, как магма.

— Они внутри.

Мое колотящееся сердце улетело к ногам.

— Кто внутри? — осведомился Кай.

— «Глаз Одина».

Ответ вырвался хрипом из моего пересохшего горла. «Глаз Одина» был тут. Команда, пришедшая за наградой за демонического мага.

— Нужно убираться отсюда! — тревожно рявкнул Аарон.

Аарон, Кай и я одновременно повернулись к одинокому выходу. Открытый дверной проем вел на темную площадку, и дальше была лестница.

Заилас схватил Робин за руку, толкнул хрупкого контрактора к Амалии, а потом встал перед двумя девушками в защитной позе. Его пальцы сжались, он выпустил когти, алые глаза смотрели на темный проем.

— Аарон Синклер, — позвал низкий мужской голос, разносящийся на лестнице эхом. — Кай Ямада. Тори Доусон. Вы обвиняетесь в укрытии демонического мага, серьезном нарушении закона МП. Сдавайтесь сейчас, или мы нападем с убийственной силой.

Я не могла дышать.

— Эзра Роу. Вас опознали как демонического мага, и Судебный совет по чрезвычайным делам МП приказал немедленно казнить вас, — короткая пауза. — Если у вас осталось хоть немного человечности, вы сами сдадитесь.

Дрожь сотрясала мои конечности. Тайна Эзры раскрылась. Мир знал, что он был демоническим магом.

Я медленно подвинула ладонь выше по бедру. Мои пальцы сжали прохладный стеклянный шар, и я взглянула на Аарона и Кая. Аарон слабо кивнул.

Я вытащила алхимическую бомбу из пояса и бросила ее. Она описывала дугу, и Заилас бросился к кругу призыва. Его кулак ударил по бетону у края круга. Трещины побежали от его удара, рассекая линии и руны.

Моя бомба разбилась, и с боевыми воплями мифики «Глаза Одина» ворвались в дверной проем.

Я заметила лишь мельком знакомых и незнакомых мификов в темных нарядах, и дым закрыл их. Перечный привкус наполнил рот, комната побелела от тумана.

Аарон и Кай прыгнули впереди меня, вытащив оружие, и всюду воцарился хаос. Огонь вырвался, когда Аарон взмахнул мечом на напавшего мифика, их клинки встретились со звоном. Кай метнул ножи, и электричество побежало в тумане. Крик боли выдал, что его атака попала.

Я вытащила свой пейнтбольный пистолет, искала в тенях цель.

Что-то попало по моей спине, и я с болью рухнула на колени. Я направила пистолет на крупного мифика «Глаза Одина», напавшего на меня сзади, но он поймал его и вырвал из моей руки. Его кулак взлетел три раза, и боль вспыхнула в моих челюсти, груди и животе.

Я упала. Он повернул меня на лицо, уперся коленом в мою спину и завел мою руку за спину. Я едва дышала, ощутила, как стяжка впилась в мое запястье. Он завел мне за спину вторую руку, чтобы связать мои запястья.

Со мной быстро разобрались. Удача новичка, пара месяцев тренировок и наглость в бою не могли сравниться с профессионалами. Я была лишь аматором для умелых охотников из «Глаза Одина».

Белое электричество и оранжевый огонь сверкали неподалеку, но Аарон и Кай были заняты, отбиваясь от команды «Глаза Одина», чтобы помочь мне. Моя щека была прижата к полу, я дико извивалась, но мифик был куда сильнее, соединил мои запястья и обвил их стяжкой.

Хоши вырвалась из мешка на поясе.

Я не видела, что она сделала, но мифик отпрянул с криком. Я подтянула ноги и ударила ими изо всех сил. Мои сапоги попали по его животу, защищенному бронежилетом, но удара хватило, чтобы лишить его равновесия.

Я откатилась, вытащила ладонь из петли, которую он не успел затянуть, и схватила свой пистолет с пола. Хоши взлетела к потолку, а я нажала на курок.

Желтый шарик взорвался на его левой скуле, и он рухнул с кряхтением боли — но он не потерял сознание. Сонные зелья были распространены, и некоторые профи использовали антидот до того, как шли на задание.

Я потянулась к медному кастету на поясе, Хоши спикировала на голову мифика, давая мне время. Она обвила его хвостом, и он поймал ее. Он сбросил ее и ударил большим кулаком в перчатке по ее маленькому телу. Удар вдавил ее в пол.

Я надела медный кастет на пальцы и бросилась на него с воплем:

— Ori amplifico!

Мой кулак попал по его груди, и воздух загремел. Он отлетел и попал по полке. Картонные коробки посыпались на его голову.

Я повернулась, но не видела сильфиду в дыму.

— Хоши? Хоши?

Она не появилась. Она перенеслась в измерение фейри?

Взрыв воздуха пронесся по комнате. Дым отлетел с кольцом ветра. В центре чистого пространства был Эзра, не вооруженный, кроме его перчаток. Он был полностью окружен мификами.

Быстрее любого человека он бросился на противников и обрушил быстрые удары по врагам, каждый удар был дополнен порывом ветра, который отбрасывал жертву назад, но мифики за ним подступали, оружие сияло.

— Марио! — крикнул кто-то в грохоте. — Направь своего демона сюда!

Алый свет вспыхнул в комнате, и тень демона появилась в тумане — его можно было узнать по жуткому росту, спутанной гриве волос и хвосту, как у льва. Демон наступал к углу, куда мифики «Глаза Одина» загнали Эзру.

Я стояла одна в хаосе, незамеченная другими сражающимися, и я поняла в тот миг безнадежность. Я не знала, насколько большой была команда «Глаза Одина», но на каждого из нас приходилось хотя бы по трое. Я слышала снова и снова, что «Глаз Одина» была крепкой гильдией. Аарон и Кай хвалили навыки их боевых членов. Они были вторыми по успешности среди гильдий охотников города.

И они должны были оставаться нашими союзниками. Соперниками, да, но союзниками. А теперь эти навыки и опыт были нашими врагами. Мы могли надеяться лишь на демоническую магию Эзры, но так он убьет бывших союзников и подтвердит их слова, что он — жестокий демонический маг.

Туман дико кружился, закрывал и открывал сражающихся. Темный силуэт с сияющими красными глазами вырвался из туманной тени. Эзра отбивался от напавших, Заилас вступил в бой.

Он бросился на пол, сбил ближайшего мифика, попав по его ногам. Мужчина еще падал, а демон напал на следующего мифика. Заилас оттолкнулся от крупного мужчины и ударил обеими ступнями по третьему мифику, а потом схватил второго с пола и бросил его в еще одного.

Мой рот раскрылся. Я видела, сколько веса мог поднять демон, но вид его, бросающего крупного мужчину на десять футов, все еще потрясал.

Отряд мификов «Глаза Одина» вокруг Эзры раскололся, Заилас врезался в них, поразительно ловкий, неуловимый. Эзра отбросил двух мификов от себя сильными порывами ветра.

— Эзра! — взревел Аарон в шуме. — Вихрь!

Аэромаг вскинул руку в воздух, и ветер полетел по комнате. Потоки воздуха выли, кружились, увлекали дым от моей алхимической бомбы по спирали. Я отскочила от ветра в безопасный центр бури с Аароном и Каем. Где был Заилас? Я не видела его, Робин или Амалию.

— Отбивайтесь! — кричал мужчина из «Глаза Одина». — Джером…

Бело-оранжевый огонь побежал по рукам Аарона и его плечам. Его меч пылал. Огонь трепетал на его волосах, и я не могла различить, где заканчивался человек и начинался огонь.

Он вытянул меч и провел им по кругу.

Вихрь Эзры взорвался огнем.

Я отшатнулась от ревущего огня, кружащегося в комнате, и я поняла, что Эзра добрался до нас. Он стоял в паре футов левее от Аарона, справа от него Кай сжимал два ножа.

Сила трещала на руках электромага, и пока нас окружало жуткое огненное торнадо, он спокойно направил ножи на потолок.

Вне круга огня все полоски флуоресцентных ламп разбились, и ток побежал по полу. Мифики «Глаза Одина» закричали, молния сыпалась на них.

Огонь, ветер и молния не угасали, три мага пятились к выходу. Я двигалась с ними, стихии буйствовали вокруг нас, но ничто не задевало нас, кроме жара от Аарона. Я отступила на лестницу. Кай бросился за мной, потом Эзра, а следом — Аарон. Он махнул мечом и послал волну огня в комнату в подвале.

— А Робин и… — я начала кричать в панике.

Огненный шар Аарона улетел в дверь, Заилас пересек порог под ним. На плече его висела Амалия, он держал Робин под другой рукой. Он ловко повернулся и бросил Амалию и Робин нам. Эзра и Аарон поймали их, и Заилас прыгнул обратно в комнату подвала.

Рычание боли загремело, когда демон нашел следующую жертву.

— Идемте! — крикнул Аарон.

Я не останавливалась, чтобы спросить, куда Заилас пошел один. Я побежала по лестнице, Робин и Амалия — за мной. Выше и выше, пока я не миновала дверь, а сверху столкнулась с первым из трех мификов, ждущих в холле — подкрепление для команды внизу.

Мой кулак взлетел, и медный кастет попал по носу парня. Он отдернулся, ладошка сжала мое плечо. Робин?

— Ori eruptum impello!

От ее заклинания раскрывшийся серебряный купол отбросил мификов в стену с такой силой, что они пробили ее.

— Налево! — резко приказал Эзра.

Я повернула налево и поспешила по холлу — прочь от выхода. Громкие шаги говорили, что другие следовали за мной, но бежать было некуда. Коридор закончился скругленным окном. Мои шаги замедлились, Эзра пронесся мимо меня. Он вытянул руки, и удар ветром разбил окно, как таран, сдул все стекло. Он перепрыгнул подоконник и пропал снаружи.

Адреналин горел в моих венах, я подбежала к окну и прыгнула в него.

Эзра поймал меня в шести футах внизу. Он отодвинул меня и бросился ловить Робин, прыгнувшую следующей. Он бросил ее ко мне, Амалия уже прыгала. Я помогла Робин устоять на ногах, но предметы выпали из ее рук — ящик демонической крови, ее серый рюкзак, из которого торчал уголок гримуара.

— Ты… забрала его… — выдавила я, едва веря в то, что она смогла сделать это посреди дыма и боя.

Аарон и Кай спрыгнули из окна, и я села на корточки и запихала металлический ящик в рюкзак. Робин сжала свой инфернус, ее взгляд стал рассеянным.

Кулон загорелся алым светом, и красная комета силы вылетела из нижней части здания. Ее втянуло в инфернус, но она снова вылетела. Заилас появился из света, красное сияние его силы озарило переулок.

Как только он стал плотным, он закинул Робин на плечо. Он схватил Амалию другой рукой и закинул ее на другое плечо.

— Бегите, — прорычал он нам и бросился по переулку.

Одним прыжком он перемахнул ограду, отделяющую территорию напротив. Еще два прыжка, один с крыши ржавеющего грузовика, и он оказался на здании. Он пропал на другой стороне.

Ушел. Я глупо моргала, сжимая лямку рюкзака.

Крик раздался в здании. Эзра схватил мою руку, и мы побежали вчетвером. Мы не могли следовать тем же путем, что и Заилас, так что побежали по переулку к улице, повернули за угол.

Свет вспыхнул за нами. Мифики «Глаза Одина» устроили погоню.

Мы выбрались на улицу Ист-Хастингс. Эзра поспешил по широкой дороге, и двум машинам пришлось загудеть, тормозя с визгом шин. Свет их фар пропал, когда мы убежали в полумрак другого переулка.

Мои легкие пылали. Сжимая драгоценный рюкзак, полный незаменимыми вещами, которые Робин забрала из подвала, я бежала, Эзра — рядом со мной, а Аарон и Кай — сзади.

Бежать. Просто бежать. Переулок за переулком. Улица. Снова в тени. Фары вдруг ослепили меня, черный джип остановился рядом с нами.

— Идем! — приказал Кай.

Я оглянулась на него, потрясенная приказом, и увидела телефон в его руке, экран сиял. Вздохнув, я отдернула заднюю дверцу и скользнула по сидению, освобождая место для Эзры и Аарона. Они бросились за мной, пока Кай бежал вокруг капота машины и прыгнул в пассажирскую дверь.

Мы еще закрывали двери, а двигатель заревел, и машина помчалась прочь. Я вытянула шею, оглядываясь. Джип повернулся, и мужчины в черных боевых нарядах вырвался из переулка. Они были прямо за нами.

Я обмякла на сидении, тяжело дыша, и посмотрела на водителя. Зеркало заднего вида отражало бледное лицо Макико, она сжимала руль.

— Кай, что случилось? — напряженно спросила я.

Он не ответил. Мы все молчали. 

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Онемев изнутри и снаружи, я прижимала мешочек льда к челюсти, глядя, как Макико щелкала в ноутбуке. На диване рядом со мной Эзра согнулся, уперев локти в колени, а подбородок — в кулаки.

Аарон и Кай были в дюжине шагов от него, у маленького острова кухни. Кай был без рубашки, и Аарон зашивал порез на бицепсе электромага, аптечка была раскрыта на столе. Кай смотрел на потолок, стиснув зубы.

Квартира принадлежала Макико, но она не жила тут. Это было одно из шести тайных владений ее семьи в Ванкувере — места для отступления во время тяжелых моментов. Эта квартира была в Кол-Харборе, высоко в башне с видом на залив, темную воду обрамлял желтый свет, утреннее солнце выглянуло над горизонтом.

Аарон завязал нить и выбрал баночку белого крема из аптечки. Он нанес мазь на рану на руке Кая.

— Вот, — негромко сказала Макико.

Эзра поднял голову, и я опустила мешочек льда, а она указала пультом на встроенный в стену телевизор. Экран загорелся. Пару щелчков на ноутбуке, и белый сайт МП наполнил экран, чтобы все мы его видели.

Страница была знакомой — объявления с наградами — но большие красные буквы сверху заявляли: «ОБНАРУЖЕН УРОВЕНЬ 2».

Я скользнула взглядом по тексту, с каждой строкой мне было все холоднее. Личные детали Эзры были четко выложены, от его возраста до гильдии и адреса. Даты расследования МП — 13–14 февраля — были с описанием «Слушание Судебного совета по чрезвычайным делам» под кодом «12-03-006» и их правилами смертного приговора.

— «Результаты расследования, — прочла я вслух. — Свидетель из гильдии «Ключей Соломона» доложил 12 февраля в 18:08, что мифик Эзра Роу напал и ранил боевую команду на кладбище Капилано-Вью. Свидетель добавил, что подозреваемый применил магию с незаконной силой демона, что незаконно. Свидетель предоставил доказательства».

Я закончила читать, и Макико направила курсор к присоединенному файлу с названием «Д19-1382-Улики-01» и дважды по нему щелкнула. Окно открылось, и появилось видео. Камера на телефоне дрожала, теряя фокус, и она был направлена среди голых от зимы веток на участок зеленой травы.

Трое мужчин обступили четвертого, который был со странным красным пятном на вытянутой руке. Выглядело как помеха при записи или отразившийся свет.

Алый свет вспыхнул, и экран стал весь красным, а потом белым. Женский голос охнул:

— Магия демона! — воскликнула она испуганным шепотом. — Он использует… О, боже!

Экран прояснился, стало видно кратеры в земле и опускающуюся пыль. В нижнем углу женщина со спутанными рыжими волосами — я — ударила мужчину по ногам, бледная полоска мелькнула неподалеку. Наверное, Хоши.

— Он собирается их убить! — выдохнула женщина. — Боже, он… нет!

Экран снова стал алым, шум взрыва ударил из колонок.

Макико остановила видео, в комнате стало тихо. Картинка на паузе показывала странные полосы белого и красного. Магия не получалась на фото или видео, но эта камера хорошо справилась.

Аарон потер рукой лицо и волосы.

— Тебя подставили.

— Член «Ключей Соломона»? — процедила я. — Почему он вообще тут был? Другие члены культа тоже заодно с «Ключами»?

Эзра стиснул зубы.

— Я не знаю о них, но женщина, записавшая видео… ее голос я узнал бы всюду.

Мы повернули к нему головы, он смотрел на экран, левый глаз сверкал алым.

— Зантэ. Она подставила меня, сняла видео и доложила МП.

«Магна Дуцисса» Двора Красной королевы, Зантэ была менталистом с силой управлять всеми в поле зрения и заставлять их делать так, как она желала.

— Зантэ — член «Ключей Соломона»? — прохрипела я, подавляя эмоции, сдавившие грудь. — Она… все это время, мы… они…

Я лепетала и утихла, желание кричать росло в груди, давило на легкие. Я хотела впасть в буйство, визжать и кричать из-за несправедливости, безнадежности. Мы пытались найти членов культа в «Ключах». Мы гадали, кто остался. Как Двор мог проникнуть в сильную гильдию, которая была против демонов.

И один из опасных лидеров культа был в гильдии, своей ужасной способностью влиял на ее членов.

— Не спеши с выводами, — сказал Аарон. — Это не означает, что она — член… постойте. Блин. Как я этого не понял?

— Ты о чем? — осведомилась я.

— Помните, видео, которое Блейк показывал нам, о члене культа, который повесился в камере «Ключей» восемь лет назад? Темноволосая женщина посещала его перед тем, как он совершил самоубийство.

Руки и ноги похолодели. Снова Зантэ. Это точно была она. Наверное, своей силой заставила мужчину убить себя — значит, она проникла в «Ключи» восемь, а то и больше лет назад.

— Зачем? — выпалила я. — Зачем так делать? Зачем раскрывать Эзру МП? Разве было бы не безопаснее для культа просто убить всех нас?

Кай покачал головой.

— Наверное, таким и был их план, пока Дариус не стал рассказывать всем, что в Ванкувере есть демонический культ. Убийство Эзры это не исправит, так что Двор дал МагиПолу и другим гильдиям поохотиться на демонического мага.

— И они опозорили Дариуса при этом, — Макико закрыла видео. — Теперь все будут думать, что Дариус не знает, что творится в его гильдии, или что он разбрасывается обвинениями, чтобы прикрыть свои тайны.

Желание кричать — или плакать? — становилось все сильнее, мне пришлось несколько раз сглотнуть.

— Вы ничего не можете сделать? Если второй глава гильдии подтвердит его историю о культе, это может повлиять.

— У меня нет доказательств, — тихо сказала она. — И если я раскрою, что я с вами, это отбросит еще больше сомнений на наши истории. И… — она поджала губы. — Семья главнее. Я не могу рисковать этим.

Аарон сжал кулаки.

— Итак, за голову Эзры обещают награду, а мы с Тори и Каем обвинены в укрытии демонического мага, и… — он указал на экран с информацией о награде, — лицензия «Вороны и молота» приостановлена из-за расследования. Что теперь?

— Если я не демонический маг, — сказал Эзра, — то улики «Ключей Соломона» — просто безосновательные обвинения. Мы можем еще обвинить их и культ.

— Но у них видео, как ты используешь демоническую магию, — отчаянно отметила я.

— У них видео женщины, заявляющей, что это магия демона. Магия не записывается четко. Там видно только пятна красного света, — он посмотрел на нас по очереди. — МагиПол не убедить, что я не демонический маг, пока я не перестану им быть. Это первый и самый важный шаг по спасению вас троих и гильдии от этих обвинений.

— Тогда нам нужно поскорее закончить ритуал, — я прикусила губу. — Мы не можем вернуться в подвал музея.

— Точно, — согласился он. — Нужно новое место. Придется снова начертить круг, дать ему зарядиться и исполнить ритуал.

Аарон прошел по гостиной.

— Создать массив можно вдвое быстрее, если Робин и Амалия будут работать над ним без остановок, а не только ночью. Но время, пока он зарядится, не меняется.

— Значит, неделя или чуть меньше, — сказал Эзра. — Столько нужно скрываться.

— Все боевые гильдии в городе будут охотиться на тебя, — Макико закрыла ноутбук. — Награда за Эзру — триста тысяч долларов. Это привлечет и другие гильдии.

— И нужно переживать из-за Зантэ, — мрачно добавила я.

Макико поджала губы.

— Есть несколько скрытных мест, где можно спрятаться на неделю и подготовить ритуал. Но нужно доставить вас туда, не привлекая внимания.

— И нам нужны Робин и Амалия, — сказала я. — Мы — не волшебники. Даже если бы мы знали, как создать массив, он не работал бы у нас. Как с ними связаться?

Мы с Эзрой, Каем и Аароном уничтожили телефоны перед походом сюда. Приборы могли отследить.

Макико отложила ноутбук, прошла во вторую спальню и вернулась через миг с телефоном-раскладушкой. Она отдала его мне.

Я набрала номер Робин — хорошо, что я успела его запомнить — и слушала гудки. Звонок перешел на голосовую почту. Я закончила звонок и повторила его. Гудки шли и шли, а потом снова сменились голосовой почтой.

— Думаете… они убежали невредимыми?

— Даже неся двух человек, Заилас быстрее людей, — сказал Эзра. — Они не могли не сбежать от «Глаза Одина».

Я сжала телефон обеими руками.

— Я попробую еще раз через пару минут.

Макико поправила черный свитер.

— Тогда я выберу место и начну готовить ваше отступление из города, и…

Громко зазвонил телефон, и я радостно раскрыла ладони — но экранчик раскладушки был темным.

Макико вытащила черный телефон из кармана и поднесла к уху.

— Да?

Голосок зазвучал в ее телефоне.

— Давно? — сухо спросила она. — Ясно… доложите им, что я буду в течение часа.

Она закончила вызов и убрала телефон в карман. Ее темные глаза посмотрели на Кая.

— Меня вызвали в участок МП для допроса насчет обвинений против тебя.

Я сжала подушки пальцами, но только я была потрясена.

— А как же наш путь в убежище?

— Я — глава гильдии Кая. Если я не появлюсь, будет выглядеть странно, — она слабо улыбнулась. — Я уже сталкивалась с МП. Я скажу им, что не знаю о демоническом маге, и пообещаю доставить Кая в участок, как только обнаружу его. Я дам нам немного времени.

Она взяла куртку, а я подавляла желание возразить. Я не хотела, чтобы она уходила. Я не любила Макико, но она была спокойной, умелой и действующей главой сильной гильдии, которая могла прикрыть и защитить нас.

Она включила канал охраны по телевизору, и стало видно данные со всех камер вне здания. Она надела куртку.

— Отдыхайте. Я вернусь до полудня.

Я вяло помахала, когда она пошла к двери. Кай последовал за ней, они шептались миг, а потом она вышла. Он запер за ней дверь, включил систему безопасности и повернулся к нам.

Тишина вернулась, но была тяжелее обычного.

Мы могли только ждать. Двор Красной королевы перехитрил нас снова, но они не знали, что мы собирались превратить Эзру из демонического мага в обычного аэромага. Если мы преуспеем, сможем обратить ситуацию против них.

Мы могли это сделать. Должны были как-то справиться. 

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Шепчущие голоса вырвали меня из беспокойного сна. Я вяло подняла голову с подушки, которая лежала на подлокотнике дивана. Тяжелый вес давил на мои ноги — Эзра повернулся во сне, и его голова лежала на моем бедре.

Аарон за островом на кухне щупал руку Кая. Кожа вокруг ран была красной и воспаленной, и Кай вздрагивал от каждого прикосновения пальцев Аарона.

— Не знаю, — пробормотал он, разглядывая рану друга. — Выглядит плохо. Может, заражено. Тебе нужно к врачу.

— Если бы Макико была готова рискнуть, позвав целителя МираКо, она уже это сделала бы, — Кай опустил руку. — Перевяжи, и я приму зелье жизненной силы.

Аарон недовольно кивнул и вытащил белый пластырь и моток марли из аптечки. Он накрыл подушечкой пластыря рану Кая, а я посмотрела на окна во всю стену, из-за штор проникал свет дня.

— Макико еще не вернулась? — спросила я.

Эзра пошевелился и сонно поднял голову. Он моргнул, посмотрел на меня, потом на двух других.

— Еще нет, — ответил Кай, пока Аарон обматывал его бицепс марлей. — Она должна вот-вот прийти.

— Который час?

— Полпервого.

Она должна была вернуться до полудня. Волнение гудело в моей груди, и я вытащила раскладушку из кармана. Сообщений от Макико насчет опоздания не было. Она знала этот номер телефона?

Я набрала номер. Гудки все шли, включилась голосовая почта. Я позвонила еще раз. И еще.

Ответа не было.

Я медленно опустила телефон.

— Что-то случилось с Робин. Что-то не так.

Кай и Аарон не ответили, их молчание подтвердило мои тревоги. Шансы, что она спала и не слышала мои звонки, таяли с каждым часом, но я могла только звонить.

Глядя на телефон, я думала, куда еще могла позвонить. Дариус. Клара. Син. Я могла связаться почти со всеми из «Вороны и молота», но это было опасно для них.

Я могла позвонить только Джастину. Он был человеком и вне системы МП, но он был моей семьей. За ним могли следить.

МП скрыло дело против Эзры от него или его гильдии, но задание озвучили «Глазу Одина» — может, и другим гильдиям. Я не могла узнать, но подозревала, что Заилас видел у музея не членов культа. Это могла быть разведка «Глаза Одина».

Мы были одни. Даже Дариус не мог нас спасти в этот раз. Ему нужно было защищать «Ворону и молот».

Единственным шансом было разделить Эзру и Этеррана, но для этого нам нужны были еще две девушки, с которыми мы не могли связаться.

Я снова нажала на кнопку и слушала гудки, звоня Робин.

* * *
Я попыталась снова уснуть, но беспокойный мозг мог лишь дремать по несколько минут. Аарон тихо храпел, сменил Эзру на диване рядом со мной. Кай ушел спать в спальню. Эзра сидел на кухне на стуле, который поставил перед телевизором. Он смотрел на данные камер, движение его груди было единственным, что выдавало, что он был живым, а не реалистичным манекеном.

Мой разум кипел, вопросы, тревоги и страхи кружили голову. Прошел еще час, и я перестала пытаться уснуть. Я встала с дивана, вытянула руки над головой, а потом вытащила телефон из кармана и снова набрала Робин. Ответа не было.

Эзра повернул голову, когда я прошла к его стулу, и я застыла при виде обоих алых глаз, сияющих на его лице.

Страх заполнил мой желудок.

— Эм… Этерран?

— Эзра спит, — акцент звучал в его словах. — Я на страже.

— Тебе не нужно спать?

— Не так, как человеку. Демоны отдыхают, но сон опасен.

Обдумывая это, я прошла к столу на кухне, где лежали наши вещи. Я откопала свой пояс и открыла мешочек. Пусто. Хоши не вернулась. Когда нас разделяли раньше, она находила путь ко мне за пару часов.

Тот мифик из «Глаза Одина» ударил по ней кулаком. Она была в порядке? Он ранил ее? Она сбежала из того подвала или осталась там, раненая слишком сильно, чтобы найти меня?

Кусая щеку изнутри, я схватила стул и поднесла его к Эзре — точнее, Этеррану.

Я опустила его рядом с ним и села.

— Мы не обсудили, что ты будешь делать, когда уже не будешь заперт в Эзре.

— Пока не знаю. Когда стану собой, пойму.

— О чем ты?

— Я десять лет был заперт в человеке, — он стиснул зубы, а потом расслабил челюсть. — Если я еще демон в достаточной степени, я найду способ вернуться в свой мир. Если нет…

Он притих и продолжил смотреть на экран. Я поймала нижнюю губу зубами.

— Этерран… — я склонилась ниже и понизила голос. — Как сильно ты нынче влияешь на Эзру?

— И снова я не могу ответить, пайилас. Наши разумы связаны. Наши мысли — странная смесь.

— То есть… вы уже не можете понять, кто есть кто?

— Все не так просто. Я знаю свой разум, а он — свой.

Я убрала прядь волос с лица.

— Тогда что? Я не понимаю. Ты так хочешь выжить, или Эзра тоже за это борется?

— Он всегда боролся, но со мной, а не для себя, — он резко выдохнул носом. — Я презирал его за это больше всего. Его слабость, глупая вина. Но в нем всегда была сила. Если бы он был каньин, а не человеком, я мог бы сделать его опасным воином.

— Если бы он был кем?

— Юным демоном. Юным воином, — его губы изогнулись. — Как Dīnen et Vh’alyir. Заилас уже прошел годы каньин, но еще так много не узнал.

Я поджала губы, но не успела задать больше вопросов, алое сияние погасло в его глазах. Эзра сонно прищурился, а потом широко зевнул, прикрываясь ладонью.

— Ты говорила с Этерраном? — спросил он, потирая лицо.

— Да. Он сказал, если бы ты был юным демоном, а не человеком, он смог бы сделать тебя отличным воином.

Эзра уставился на меня.

Я пожала плечами.

— Он так сказал.

Качая головой, Эзра поднялся на ноги. Он выгнул спину, потягиваясь, и я встала со стула и обвила руками его пояс. Он обнял меня, и я прильнула к нему, опустила щеку на его плечо.

— Макико еще не вернулась, — прошептала я. — Я не могу связаться с Робин. Ране Кая нужен целитель. Мы не можем никого попросить о помощи. Что делать?

Он провел большим пальцем по моей щеке, стирая слезу.

— Мы разберемся.

Дверь спальни распахнулась, и появился Кай с примятыми волосами. Он подошел к нам и протянул руку.

— Тори, телефон, пожалуйста. Мы не можем ждать еще дольше, не зная, что случилось с Макико.

Я вытащила телефон из кармана и отдала ему.

— Ты собираешься звонить ей?

— Нет. Если у них ее телефон, они будут ждать нашего звонка, — он открыл телефон. — Я попробую несколько других номеров и посмотрю, что смогу узнать.

Уже нажимая кнопки, он пошел в спальню и отчасти закрыл за собой дверь.

Эзра склонился и нежно поцеловал мой напряженный рот.

— Давай приготовим что-нибудь поесть.

На кухне мы проверили холодильник, морозильник и шкафчики. Ничего готового не было, и я вытащила пачку говядины, томатный соус и лапшу. В наших спагетти не будет сыра — преступление, как по мне — но они будут горячими и сытными.

Аарон проснулся, пока мы звенели кастрюлями, и мы втроем тихо обсуждали варианты, пока я била по замерзшему куску говядины на горячей сковороде, пока он не раскололся. Не лучшая моя работа.

Кай вернулся к нам, когда я раскладывала пасту на белые тарелки.

— Она прибыла в участок утром, — сказал он сразу, опустив телефон на стол и тяжко сев на стул. — А после этого не вернулась домой или в офис МираКо. Глава ее охраны собирается связаться с участком и узнать, где она. Я должен позвонить ему через час и проверить, что он узнал.

Парни проглотили огромные порции спагетти, и я съела почти все на своей тарелке, хотя аппетита не было. Пока мы с Эзрой все убирали, Аарон проверил еще раз руку Кая. Красное воспаление вокруг раны ухудшилось. Мы дали ему еще зелье жизненной силы из аптечки, надеясь поддержать его иммунитет, а потом я заставила его лечь на диван и расслабиться.

Через час он попросил телефон. Я встала со стула перед телевизором и прошла к столу. Мои пальцы сжали телефон, и он задрожал от вибрации.

— Ай! — вскрикнула я. Боясь, что он перестанет звенеть, пока я несу его к Каю, я открыла его и приняла звонок. — Алло?

— Кайсуке Ямада? — спросил незнакомый мужской голос.

Кай стиснул зубы, и я знала причину — он должен был позвонить охраннику Макико, не наоборот. Кай сел, я поднесла телефон к нему и держала, чтобы ему не пришлось тревожить руку.

— Кайсуке тут. С кем я говорю?

— Ямада-доно, — ответил мужчина с приглушенным японским акцентом. — Я работаю в доме Миура с Миура Футоши-доно.

— Миура-доно вернулся в страну? — спросил Кай. — Макико это не упоминала.

— Он все еще поправляет здоровье. Но ему сообщили, что его дочь забрали в участок МП. Агенты говорят, что у них есть улики, что она защищает демонического мага в Ванкувере, как и вас, от правосудия.

Аарон резко вдохнул.

— Если главу гильдии арестовывают за серьезное преступление, — быстро и напряженно продолжил безымянный мужчина, — МП может проверить любую грань их гильдии, даже если у них нет подозрений. Они начали проверять дела МираКо.

— Ясно, — сказал Кай.

— Если МП продолжит расследование, они обнаружат… транзакции, которые связаны с семьей Ямада. Раскрытие дел МираКо — раскрытие семьи Ямада, а семья не может такое допустить.

— То есть…

Мужчина тихо кашлянул в телефоне.

— Миура-доно не может попросить сам, но он умоляет вас спасти его дочь.

Миг тишины.

— Спасти Макико? — выпалила я. — От чего?

— Семья убьет ее, — сухо ответил Кай. — Выставят это как несчастный случай или проблемы со здоровьем, но даже если это вызовет расследование, МП не может продолжать проверку МираКо.

Мои колени дрожали. Эзра появился за мной и поймал меня за талию.

— Решение было принято, — сказал звонящий. — Времени не осталось. Ямада-доно, если вы сможете что-нибудь сделать, семья Миура будет в долгу перед вами.

Кай смотрел на телефон, глаза были зловеще темными на фоне бледной кожи.

— Я… — он сглотнул. — Я могу сдаться в обмен на освобождение Макико.

— Что? — закричала я.

— Кай… — недовольно начал Аарон.

Он поднял руку.

— Приглуши телефон, прошу.

Я нажала на кнопку.

— Я ранен, — он не дал нам продолжить крики. — Без Макико мне не добраться к целителю. И если я не сделаю это, Макико убьют.

— А если сделаешь, тебя убьют из-за нее! — закричала я, паника сдавила мое горло.

— Я — не глава гильдии. Мой арест не даст МП привилегии проверить мою гильдию. У моей семьи не будет повода убивать меня, и, когда Макико выпустят, она сможет меня защитить.

Аарон шагнул к другу.

— Но ты нам нужен.

Кай закрыл глаза.

— Нет, Аарон. Ты можешь защитить Эзру и Тори без меня, — он открыл глаза и ухмыльнулся. — Хотя бы недолго.

Аарон выругался.

Эзра прошел мимо меня, забрал у меня телефон и отдал Каю.

— Делай, что нужно. Мы справимся с остальным.

Кай взял телефон, нажал пару кнопок и поднес его к уху.

— Скажите им, что я на пути в участок, — он слушал миг и закончил разговор.

Аарон снова выругался, сжимая кулаки.

Кай передал мне телефон.

— Дождитесь темноты и уходите. Тут опасно.

— Куда нам идти? — прошептала я. Город за тонкими стенами еще никогда так не пугал. — О каком безопасном месте говорила Макико?

— Она уже не может нам помочь. Когда ее отпустят, МП будет следить за каждым ее движением. Вам нужно найти Робин и Амалию. Без них не важно, где вы прячетесь.

Отрицание крутилось в голове, настаивало, что это не могло происходить. Нам нужно было оставаться вместе. Так это работали. Мы достигали всего вместе, боролись и проваливались порознь. Требовались все, чтобы мы выжили. Кай был одним из нас.

Прошли мгновения, и он надел куртку, раненая рука не слушалась. Мгновения, и он обнял Аарона, а потом Эзру.

Мой мозг все еще выл, отказываясь принимать это, когда Кай обвил меня здоровой рукой. Я прижалась к нему.

— Кай, — выдавила я.

— Позаботься об Эзре, — тихо сказал он. — Убери из него демона, и я вернусь раньше, чем ты поймешь это.

— Ты не обязан ничем Макико. Ты не должен делать это ради нее.

Он сжал меня и отошел на шаг.

— Я обязан ей большим, чем думал. Я не могу дать ей умереть из-за меня.

Я знала это. Кай был не из тех, кто дал бы кому-то умереть, когда он мог помешать этому — даже если придется жертвовать собой, чтобы спасти ее.

Карты Сабрины вспыхнули в голове, Повешенный крутился на веревке.

Я сморгнула видение, Кай вышел в коридор. Наши взгляды пересеклись в последний раз, и он закрыл дверь, тихий щелчок был как зловещий удар грома в моей груди. 

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Наша четверка стала тройкой, и каждый мой шаг от тайной квартиры Макико заставлял меня желать даже больше, чтобы Кай еще был с нами.

Аарон шагал впереди меня, черная шапка прикрывала его медные волосы, Маркер висел на его спине, его серебряная рукоять выглядывала над воротником его куртки, и нижняя часть ножен торчала из-под края. Эзра плелся за мной, был в бейсболке, опущенной так, чтобы скрыть его бледный глаз и щеку со шрамом, он следил за всем из-под козырька. Я шагала по тротуару между ними, подняв капюшон. Серый рюкзак Робин висел на моих плечах, там был гримуар культа, наш ритуал призыва и ящик с кровью Наживера.

Мой пояс был на месте, скрытый под курткой, но мешочек сзади остался пустым. Хоши не вернулась.

Мы не знали, где будем делать новый ритуал призыва, или даже где мы спрячемся этой ночью, но, как говорил Кай, это не было важно без Робин. Хоть у нас был ритуал и указания, мы не были мификами Арканы. Только волшебники могли построить работающие массивы магии.

И куда мы шли? К квартире Робин.

Это было опасно. «Глаз Одина» знал об ее участии, и они могли охотиться на нее. Но, в отличие от меня и Аарона, Робин не ввела свой настоящий адрес в базу данных МП. Она могла прятаться дома, и это давало шанс опередить охотников.

Так я себе говорила, когда мы покинули район Кол-Харбор и попали в Гастаун, всегда полный туристов, где я когда-то пыталась получить работу официантки. Фонари в старом стиле бодро сияли, пока мы шли по тротуару из красной плитки мимо исторических зданий.

Мы остановились на перекрестке, ожидая смены цвета, и я заметила кафе с пустой площадкой на улице, желтые зонтики были сложены. Официантка внутри несла поднос еды мимо ярко озаренного окна.

В то кафе я пыталась наняться, и там менеджер сообщила, что никто в Ванкувере меня не наймет.

Я стояла у двери в отчаянии, и мне в лицо прилетел листок с тремя предложениями для работы у мификов, и одно из предложений оказалось от единственной гильдии в городе, которая была не против нанять человека, ведь в тот день Клара так нуждалась в помощи, что проглядела мои документы ради пробной смены.

Это был новый уровень удачи. Может, такое можно было назвать судьбой. Как с картами таро Сабрины, магия работала в этом мире так, как я и не понимала. Может, это никто и не понимал.

Но выбор был сильнее судьбы.

Я выбрала прочесть листок, который мог быть мусором, обнаружила предложения. Я выбрала пойти в плохой район. Я выбрала попробовать испытательный срок.

И я застряла там. Каждый раз, когда все становилось жутко и неприятно, я выбирала остаться.

Теперь я была тут, девять месяцев спустя. Опасная девчонка, которая облила маргаритой трех клиентов от вспышки гнева, сильно выросла, сильно изменилась, на нее повлияли счастье и любовь, а еще страх и боль.

Я сжала ладони Эзры и Аарона. Игнорируя их удивленные взгляды, я ждала, пока свет на переходе поменяется, а потом пошла по дороге.

Аккуратные здания Гастауна пропали, сменились неброскими строениями, состояние которых становилось все хуже, пока мы шли в Истсайд с плохой репутацией. Мы прошли по переулку и остановились у потрескавшейся дорожки. В нескольких улицах севернее была «Ворона и молот», в улице на юг был дом Робин.

— Разделимся, чтобы проверить район? — тихо сказал Аарон. — Или пойдем вместе?

Я крепче сжала их руки.

— Вместе.

Аарон кивнул и пошел дальше. Я отпустила их, чтобы мы шли не так скованно, стараясь смешаться с небольшой толпой — но количество пешеходов росло. И они шли в ту же сторону, что и мы.

Впереди необычный свет мерцал за трех- и четырехэтажными зданиями: красно-жёлтые вспышки со странным оранжевым сиянием на темном небе.

Ветер подул, и сильный запах дыма ударил по моему носу.

Эзра, Аарон и я переглянулись с тревогой, а потом ускорились. Мы не бежали, но быстро шагали к перекрестку, миновали дорогу и повернули за угол.

Большая красная пожарная машина со сверкающими огнями перекрыла наш путь вперед. Большая толпа людей и два новых грузовика наполнили улицу за натянутой лентой. За ней еще пять пожарных машин стояли на дороге как попало, и группа пожарных вышли из дымящегося входа в здание, а другие направляли на огонь струи воды из толстых шлангов.

Многоквартирный дом горел. Черный дым поднимался в небо, скрытый темной ночью, и злые языки огня сверкали в разбитых окнах.

— Боже, — прошептала я, прижав ладони ко рту.

Зияющая дыра портила фасад здания, словно шаровой таран сбил третий этаж. Из дыры поднимался дым с огнем, и было понятно, что там пожар и начался.

Пожарный прокричал предупреждение, и толпа охнула, когда перила балкона упали с третьего этажа на тротуар. Через миг обвалился весь балкон. Он рухнул на землю, куски летели в стороны.

— Это… дом Робин? — ошеломленно спросила я.

Эзра кивнул, поджав губы. Мои ладони дрожали, я вытащила раскладушку из кармана и набрала номер Робин. Вместо гудков я сразу попала на голосовую почту.

— А если она там? — я повернулась к Аарону. — Ты можешь…?

Он покачал головой.

— Я могу защитить себя от огня, но не защищен от вдыхания дыма.

Эзра встал на носочки, чтобы посмотреть поверх зевак.

— На другой стороне скорые. Давайте обойдем и посмотрим, нет ли там Робин и Амалии.

Мы с Аароном пошли за ним по улице в обход и по переулку. Несколько баррикад не давали людям приблизиться к горящему зданию сзади, но пожарных или полиции рядом не было, и мы перепрыгнули и пошли дальше. Худший пожар был на другой стороне здания, и, пока мы шли ближе, я слышала пожарную сигнализацию, звенящую в широко открытом пожарном выходе.

Наши шаги замедлились, и я тревожно огляделась в поисках Робин, Амалии или Заиласа. Они сбежали через задний ход? Заилас взорвал их этаж? Что произошло?

Я поравнялась с задней дверью, посмотрела на коридор за ней. Оранжевый свет мерцал, но я не видела огни, черный дым извивался, густой и непроницаемый.

Я прищурилась. Я почти видела что-то в темном тумане… что-то плотное. И оно двигалось.

Эзра и Аарон, хрустя, присоединились ко мне, и все мы смотрели на тьму. Силуэт стал четче, большой и плотный. Дым не беспокоил его. Мой пульс гремел в горле.

Демон вышел из дыма и посмотрел на нас алыми глазами.

Я смотрела с потрясением. Демон? Но почему? Что тут происходило? Я видела этот тип раньше — большой, с гребнями на спине, как у демона Берка, но это не мог быть тот же демон. Тот сбежал из этого мира, когда я убила Берка.

Воздух вокруг Эзры похолодел в предупреждении.

— Так-так, — донесся мрачный голос из переулка. — Что у нас тут?

Мужчина с бородой байкера и инфернусом на виду на груди шагал к нам, и за ним трое других, все большие и в кожаной одежде. Я заметила второй инфернус.

— Мы ждали, что кто-нибудь придет, — отметил другой мужчина довольным тоном.

Я повернула голову в другую сторону. Еще четверо мужчин — двое с серебряными кулонами на шеях — шли к нам из переулка с другой стороны. Мы застряли между ними.

— Великий гримуар, — прорычал Аарон под нос, называя известную гильдию Демоники.

— Мы надеялись поймать малышку Робин Пейдж и ее кроху-демона, — оскалился первый мужчина, — но так даже лучше. Мы поймаем демонического мага. Такой шанс бывает раз в жизни, ребята.

Мифики рассмеялись.

Аарон шагнул ко мне.

— Не пытайся биться с демонами, — шепнул он. — Наши цели — контракторы.

— Я должен спросить, — добавил крупный контрактор. — Как ты стал демоническим магом, Роу? Я не думал, что остались призыватели, делающие это.

Рука Эзры задела мою.

— Чемпионы будут защищать контракторов. Мы справимся с ними. Ты…

— Ну, малой? — осведомился мифик. — Что-нибудь скажешь?

— Поняла, — шепнула я, ладонь потянулась к кобуре на бедре.

Контрактор снова оскалился.

— Тогда…

Аарон сунул руку за куртку сзади. Рукоять Маркера появилась, и он вытащил меч, острый кончик рассек воротник его куртки.

Алый свет вспыхнул на кулонах троих контракторов, и демон четвертого бросился на нас.

Аарон и Эзра побежали по переулку, и я — за ними, сжимая пистолет обеими руками. Демон гнался за нами, а мы мчались к ждущим мификам.

Два чемпиона бежали наперерез, один из них взмахнул мачете с водой на клинке. Не останавливаясь, Аарон махнул мечом.

Чемпион в десяти футах от него вспыхнул огнем.

Крича, мужчина выронил оружие и бросился на землю, пытаясь потушить огонь.

Если бы ситуация не была такой отчаянной, я бы замерла и смотрела на Аарона. Я видела, как он бросал огненные шары, создавал стены огня, которые двигались, окутывал огнем себя, но я еще не видела, чтобы он так поджигал другого человека. Я не должна была удивляться. Он был умелым в поджигании. Он мог поджечь что угодно.

Он просто решил не превращать людей в факелы… до этого.

Горящий мужчина рухнул, Эзра сбил другого чемпиона с ног ветром. Я прицелилась поверх плеча аэромага и выстрелила в ближайшего контрактора. Желтый шарик пролетел тридцать футов и лопнул на груди мужчины.

Он усмехнулся.

— Мы знаем твой принцип работы, ведьма!

Холод охватил меня. Мифик «Глаза Одина», в которого я выстрелила, не пострадал от моего сонного зелья. Они принимали антидот перед боем.

Я оскалилась и выстрелила всеми шариками в его лицо. Он взревел от боли, отшатнулся, хватаясь за глаза.

Эзра оторвал меня от земли — и в тот же миг я ощутила, как ужасно длинная мускулистая рука чуть не попала по мне сзади. Я ощутила ветер от ее движения.

Один демон — его контрактора я ослепила — не двигался, но трое других догнали нас. Аарон ударил мечом, рассек живот ближайшего демона, но тот даже не вздрогнул. Он попал кулаком по груди Аарона и сбил его с ног.

Эзра хлопнул в ладоши и взмахнул руками. Порыв ветра силой урагана вырвался из него, оттолкнул тяжелых демонов на несколько шагов. Он схватил меня за руку и побежал. Аарон поднялся на ноги, с мечом в руке поспешил за нами, но громкие шаги демонов были за нами, и контракторы вопили злорадно, пока мы бежали.

Мои ноги стучали, бедра горели. Если мы споткнемся, погибнем. Трех демонов мы не одолеем, огонь Аарона их не остановит.

— Сюда! — крикнула я, повернувшись к узкой бреши между зданиями.

Аарон и Эзра устремились за мной, последний уклонился от руки демона. Я схватила дымовую бомбу и бросила за свое плечо. Она разбилась за нами.

— Пожарный вход! — крикнул Аарон.

Ржавая пожарная лестница была на кирпичной стене в двадцати ярдах от нас, лестница стала лишь парой перекладин ниже платформы второго этажа. Мы побежали туда, и Эзра сжал мою талию. Он бросил меня вверх, оранжевый огонь вырвался из меча Аарона.

Я поймала нижнюю перекладину и подтянулась, Эзра подтолкнул меня. Аарон послал огонь в туман от моей бомбы, и демон вырвался оттуда, кожа почернела от огня. Ущерб не замедлил его, как и то, что его контрактора не было видно.

— Аарон! — крикнул Эзра.

Пиромаг повернулся и побежал к Эзре, который сложил ладонь как подставку. Он подтолкнул Аарона, и я забралась выше по лестнице, Аарон поймал ее ладонью, в другой руке сжимал меч. Он подтянулся.

Эзра прыгнул, схватился за нижнюю перекладину. Он стал подтягиваться…

Демон схватил его за лодыжку. Он потянул, и Эзра обвил руками перекладину лестницы, сжимал ее изо всех сил.

Аарон вытянул руку. Голова демона вспыхнула, но он не отпустил Эзру. Демон не отреагировал, тянул Эзру за ногу. Пожарная лестница скрипела, металл стонал.

Смех зазвенел. Тени появились в тумане — остальные из команды «Великого гримуара».

Других идей не было, я вытащила медный кастет из кармашка, надела его на ладонь и спрыгнула с лестницы, пролетела мимо Аарона и Эзры.

— Ori amplifico! — визжала я, падая.

Мой кулак ударил по широкому плечу демона, при падении я разогналась, и это придало удару сил. Сила вжала демона в землю.

Я рухнула на монстра и вскочила так быстро, что голова закружилась.

— Держу ее! — крикнул кто-то.

— Тори! — закричал Эзра.

Он подтянулся на лестнице, зацепил перекладину локтем, склонился и протянул руку.

Я прыгнула, потянулась к его руке. Он поймал мое запястье, и боль вспыхнула в моем плече. Мои ноги оторвались от земли. С невероятной силой он поднял меня, и Аарон поймал меня за талию, потащил по лестнице рядом с собой.

Золотой свет пронесся мимо наших голов, ударил по стене с искрами. Чемпионы «Великого гримуара» напали на нас.

Мы поднялись по лестнице и прыгнули на платформу второго этажа. Еще один залп магии отлетел от металлических перил, Аарон разбил окно рукоятью меча. Он отбил стекло и проник внутрь.

Я забралась через подоконник в спальню, и Эзра проник за мной. Мы вместе бросились в гостиную, где воняло дымом сигарет. Но дома никого не было.

Аарон отпер входную дверь, металл звенел со стороны спальни. Мифики «Великого гримуара» уже поднимались по пожарной лестнице.

Аарон вытолкнул меня из квартиры. Мы побежали по коридору и за металлическую дверь на лестницу. Мы вернулись на первый этаж, по другому коридору и пустому фойе добрались до входа в здание.

Мы выбрались на улицу, где был дом Робин в двух зданиях от нас. Свет пожарных машин сверкал, и неподалеку две скорые стояли с открытыми дверцами сзади, медики говорили с несколькими спасенными.

Я дико озиралась в поисках лучшего направления для бега. С другой гильдией я побежала бы к ближайшей группе людей, но я не верила, что «Великий гримуар» отступит.

Мы втроем помедлили, не зная, что делать.

— Тори!

Размахивая руками, женщина бежала к нам из-за дальней скорой, ее лицо блестело от пота, бледные волосы были собраны в короткий растрепанный хвост.

— Сабрина? — завизжала я.

Она бросилась в меня и обняла, чуть не задушив.

— Я так рада, что нашла тебя! Я не знала, где — признаком был только огонь — и если бы я пропустила тебя…

Я отцепила ее и сжала плечи, чтобы посмотреть на ее лицо.

— Что ты тут делаешь?

— Сюда! Быстрее! — она потянула меня за руку, чтобы я двигалась.

— Что… — начал Аарон.

— Времени нет! — она потянула меня за собой. — Идем!

Аарон и Эзра побежали за нами, пока она вела меня дальше по улице. Она затормозила, вытащила из кармана цепочку с ключом и протянула его.

Я просто смотрела, а она затрясла рукой с ключом.

— Бери! Убегай!

— Убе… — я поняла, что мы остановились у белой старой машины с ржавчиной на дверцах внизу. — Но…

Она сунула ключ мне в руку.

— Они идут. Смотри!

Я оглянулась. Группа крупных мужчин виднелась в мигающем свете пожарных, собралась посреди улицы. Один из них указал в нашу сторону, и вся группа побежала.

Направляясь к нам.

— В машину! — рявкнул Аарон, забрав у меня ключи. Он оббежал машину и открыл дверцу водителя.

Эзра открыл заднюю дверцу и забрался.

— Тори!

Слезы катились по щекам Сабрины. Она толкнула меня к открытой дверце Эзры.

— Иди, Тори. Прошу… береги себя!

Двигатель загудел. Эзра сжал мою руку, потянул меня.

— Сабрина, — лепетала я, — а ты…

— Я буду в порядке. Иди! — она повернулась и убежала в переулок.

Она пропала во тьме. Эзра втащил меня в машину. Я растянулась на его коленях, дверца осталась открытой. Аарон нажал на газ. Шины заскрипели, машина устремилась вперед.

Эзра поймал дверцу и захлопнул ее. С моими ногами на его коленях я поднялась, посмотрела в заднее окно.

Команда «Великого гримуара» стояла в центре дороги, смотрела нам вслед. Сабрины не было видно. 

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Я обмякла в неудобном вращающемся стуле, смотрела, как Аарон расхаживал по кабинету снова и снова. Эзра стоял у окна, смотрел в брешь в дешевых пластиковых жалюзи.

Мы укрылись в индустриальной части в Истсайде. Наша машина стояла на парковке сзади, и мы вломились в маленькое потрепанное офисное здание, принадлежащее компании кондиционеров, у которой дела были не очень, судя по виду.

— Робин и Амалия отправились домой после засады «Глаза Одина» прошлой ночью? — пробормотал Аарон, проходя мимо. — Я знаю, что их адрес не зарегистрирован, но это все равно глупо.

— Робин — не боевой мифик, — Эзра закрыл брешь, в которую смотрел. — Но Заилас — охотник. Он знает опасность. Если они вернулись, значит, была причина.

— Кто напал на их квартиру? Команда «Великого Гримуара»? — я подумала о том, как быстро Заилас сражался с боевыми мификами в подвале музея. Мифики из «Великого гримуара» могли его замедлить? — Заилас пробил стену?

— Он использовал бы магию только в крайнем случае, — Эзра скрестил руки. — Потому и я не могу защищать нас магией Этеррана.

Обвинения против Эзры уже было сложно снять, но если его увидят использующим демоническую магию, мы не сможем убедить МагиПол не казнить его. И у Робин была схожая проблема. Она не могла позволить никому болтать о ее незаконном контракте с Заиласом.

— Какая разница, кто на них напал? — прорычал Аарон, расхаживая по комнате. — Мы не можем связаться с ней и не можем ее искать, ведь все гильдии в городе охотятся на нас.

Я сжала кулаки.

— Мы должны их искать. Без них мы не можем провести ритуал.

Аарон остановился и прижал ладони к лицу. Он впился пальцами в волосы, а когда повернулся ко мне, поразил подавленностью вида.

— Нас поймают раньше, чем мы найдем ее… и мы даже не знаем, жива ли она.

Стало тихо, пока мы осознавали такую возможность.

— Мы можем нанять мифика Арканы, чтобы он провел для нас ритуал? — спросил Эзра.

— Если бы Кай был с нами, наверное, — Аарон прошел еще круг. — Мы могли бы поискать плута Арканы, но… блин, я еще не нанимал плута раньше. Мы можем пострадать и столкнуться с гильдией плутов.

Я сжала ладони. Я знала мифика, который разбирался в мире плутов, но я не могла с ним связаться, и я не хотела отдавать жизнь Эзры в его руки во второй раз.

— Все мифики города сосредоточены на нас, — продолжил Аарон, — и даже плуты услышат о награде за демонического мага. Подходить хоть к кому-то будет очень опасно.

— И что тогда? — спросила я. — Как провести ритуал?

— Думаю… — он выдохнул. — Думаю, нам нужно уйти из города.

Я стала качать головой раньше, чем он закончил.

— Так нельзя.

— Мы убежим, — заявил он. — По плану, который мы продумали с Дариусом шесть лет назад на случай, если Эзру раскроют. Все уже подготовлено. Мы убежим на север, на Аляску, и там сможем найти мифика, который проведет ритуал.

Я встала, оттолкнув офисный стул. Он врезался со стуком в стену.

— А Кай? Он в участке МП! Мы просто его бросим? А «Ворона и молот»? Гильдию распустят. Одна неделя ритуала — уже опасно. Если мы пропадем на две или три недели, мы не сможем убедить МП, что Эзра невиновен!

— Знаю, Тори, — взгляд Аарона был встревоженным. — Я просто не вижу другого выхода.

Я отвернулась от него и снова толкнула стул в стену. Отчаяние воевало с дюжиной других эмоций — безумным страхом, кипящей яростью, удушающей виной. Все зависело от ритуала, и без Робин или Амалии ничего не выйдет. Почему они пропали? Почему не помогали нам? Мы договорились! Я дала им чертов амулет!

Я толкнула стул в третий раз. Удар отдавался в руки, но это не отвлекало меня от бури страха и гнева. Грохот от ударов стула об стену не заглушил голос в моей голове, говорящий мне, что мы обречены.

Так было не честно! Мы были так близко! Мы были в минутах от разделения Эзры и Этеррана. А теперь все варианты перед нами не давали шанса исправить это. Ни одного шанса!

Крик отчаянной ярости вырвался из моего горла, я схватила стул и бросила его в шкаф с папками изо всех сил. Он попал со звоном, но это не помогло, и я потянулась к стулу снова.

Эзра встал передо мной, не давая дотянуться, и обвил меня руками.

Я на миг подумывала оттолкнуть его. Я не хотела утешения. Я хотела буйствовать, кричать и проклинать весь мир.

Он сжал меня крепче.

— Дыши, Тори.

Я поняла, что моя грудь вздымалась от быстрых яростных вдохов. Стиснув зубы, я уткнулась лицом в его плечо и сосредоточилась на замедлении легких. Неприятное напряжение в мышцах постепенно таяло, и бушующая буря эмоций утихала.

Эзра прижался щекой к моей голове.

— Кай — в МП, не в подземелье. Он не с удобствами, но в безопасности. И Дариус знает, как вести дела с МП. Он защитит «Ворону и молот».

Я зажмурилась и не ответила. Кая не пытали, но я не доверяла МП. И Дариус тоже, он мог играть с ними, но только пока у него не кончатся ходы.

Ничто не было защищено. Никто не был в безопасности.

Включая нас.

Я сжала футболку Эзры. Хуже всего для Кая, Дариуса, «Вороны и молота» и нас было попасться. Эзру убьют. Кая, Аарона и мена обвинят в покрывании его. «Ворона и молот» будут распущены.

Помочь всем можно было, покинув город, пока еще был шанс.

— Хорошо, — прошептала я. — Когда мы уходим?

— Дождемся утра, — ответил Аарон, и я вздрогнула, удивившись тому, что он оказался у стола за мной. — «Великий гримуар» видели нашу машину. Все охотники будут выглядывать белый седан, и мы попытаемся слиться с утренним потоком машин.

Я кивнула, прижалась щекой к груди Эзры. Отпустив его футболку, я сжала теплую ладонь Аарона, переплела пальцы с его, соединяя нас троих.

Пока мы были вместе, я могла отгонять темное отчаяние.

* * *
Я сжалась у бока Эзры, пол был холодным и твердым подо мной, и я сонно слушала гул его голоса, пока он и Аарон обсуждали лучший путь из города. Мы втроем сидели в углу кабинета, прислонялись к стене и ждали первые признаки рассвета на горизонте.

Я слушала их, прикрыв глаза. Я устала, но тревога гудела во мне. Мысли крутились, и было сложно утихомирить разум, чтобы немного поспать. Неприятно твердый пол тоже не помогал, но в этом почти голом офисе не было удобств для сна.

— …не ожидал появления Сабрины, — уловила я голос Аарона в сонном тумане. — Я не думал, что она может быть не прорицателем.

Я приоткрыла глаза и нахмурилась.

— О чем ты? Как ей не быть прорицателем? Она предсказала, где мы будем, своими картами.

— Ты видела, чтобы гадание на картах указывало на конкретное место? — сухо спросил Аарон. — Карты таро — это состояние, важные решения, повороты судьбы, все такое.

Я нахмурилась сильнее.

— Ее гадания не были подробными, но все, что она говорила о моем будущем, сбылось.

— Все?

— Ага.

Он потер подбородок со щетиной.

— Это тоже подтверждает, что что-то тут хитро. Прорицатели обычно смутно понимают, в какую сторону направляется будущее, потому что карты таро в этом плане не надежны.

Эзра кивнул.

— Я удивился, когда она предсказала, что ты спасешь мою жизнь в ноябре.

Я потирала виски.

— Как вы можете верить ее предсказаниям, но не верить, что она — прорицатель?

— Я не говорил, что не верю, что она может предсказывать будущее. Что бы она ни умела, знать, где появиться, чтобы помочь нам — новый уровень силы предсказания. Я понимаю, почему она скрывает это.

Я взглянула на Эзру. Сколько членов гильдии скрывали свои тайны в разномастной группе отбросов «Вороны и молота»?

— Знаете, что было бы мило? — пробормотала я. — Предсказание, что мы выиграем в лотерее и проведем месяц на Гавайях.

— Аарону не нужно выигрывать в лотерее, — отметил Эзра.

Аарон отклонил голову к стене.

— Если хочешь отдых в тропиках, я могу сказать родителям, что хотел бы проверить полинезийскую ветвь «IEA». Они отправят нас туда, на сколько хочешь.

Я слишком встала, чтобы помнить, чем была «IEA». Какой-то крупной гильдией Элементарии.

— Да, только не упоминай, что Эзра — демонический маг.

Аарон хмыкнул.

— Что твои родители думают о твоем повышении? — спросила я через миг. — Ты им сказал?

— Нет, — его улыбка была удивительно спокойной. — Мне не нужно их слушать. Я счастлив.

Я улыбнулась, находя счастье в этом, хоть остальное было в ужасном состоянии.

Нам нужно было теперь только исправить все это, чтобы он наслаждался повышением, а не убегал как разыскиваемый плут.

Я встала и потянулась, мышцы затекли до боли от ночи сидения на полу. По привычке, а не с надеждой я набрала номер Робин — сразу на голосовую почту — и убрала телефон в карман, взяла свой боевой пояс со стола. Мои пальцы задели пустой мешочек сзади. Хоши все еще не было.

Мы собрали вещи. Я надела на спину ценный рюкзак с ритуалом, кровью демона и гримуаром культа, а Аарон пристегнул Маркер к спине под курткой. Эзра надел свои усиленные сталью перчатки, а потом надел сверху кожаную куртку.

Еще сильнее подготовиться мы не могли.

Мой желудок заурчал, когда мы вышли из темного офиса. Мы поели… немного. В комнате компании был автомат с напитками и закусками. Мы разбили стекло и поужинали чипсами, шоколадными батончиками и пакетиками орешков, запили водой. Не самый питательный набор, но лучше, чем ничего.

Как только мы покинем город, Аарон сможет получить доступ к одному из своих тайных счетов в банке. С наличными мы сможем купить настоящую воду, но до этого были еще часы.

Мы приблизились к задней двери, и Аарон приоткрыл ее, чтобы выглянуть. Большие грузовики с логотипами компании стояли на парковке, и наш белый седан был втиснут между двумя такими. Где Сабрина его взяла? Насколько я знала, у нее не было машины.

Рассвет был намеком света на востоке, и неподвижный воздух был свежим и холодным. На парковке ничего не двигалось, и Аарон открыл дверь до конца.

Эзра сжал плечо Аарона, останавливая его. Аэромаг застыл на миг, а потом захлопнул дверь.

— Там люди. 

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

 Мое сердце пропустило удар.

— Там люди? Местные работники?

— Они собрались в переулке, — он повернулся к Аарону. — Сколько времени нужно, чтобы забраться в машину и уехать с парковки?

Аарон задумался.

— Слишком много. Я не хочу попасться в машине, когда они нападут.

— Наверное, они следят за всеми выходами. Нужно сделать новый.

Аарон кивнул.

— Здания на западе — лабиринт. Мы можем побежать туда и потерять их в переулках.

Два мага согласились и пошли по коридору, я поспешила за ними. Мы снова были загнаны в угол. Какая гильдия готовилась напасть на нас в этот раз? Снова мифики «Глаза Одина»? Контракторы «Великого гримуара»?

Парни выбрали окно с видом на запад. Эзра выпрямился и взмахнул ладонью. Залп ветра выбил стекло, оно разбилось об землю снаружи, и мы перепрыгнули подоконник.

Крики звенели вдали, наши ноги стукнулись о тротуар, и мы побежали. Аарон устремился вперед, повел нас в ближайший переулок. Эта зона была полной пересекающихся переулков и дорог к задним дверям зданий. Если мы и могли убежать от преследователей, так это тут.

Я бежала изо всех сил, Эзра — за мной. Я дышала слишком громко, чтобы слышать, бежал ли кто-то за нами, но я не осмеливалась надеяться, что мы уже оставили их позади. Склады мелькали по бокам. В тридцати ярдах впереди переулок разделялся в форме Т.

Мы бежали туда, воздух стал неприятно влажным, а потом волна воды ударила по моим лодыжкам, сбивая меня с ног.

Я рухнула на попу, проехала по влажному бетону. Отрицая все законы динамики жидкости, вода повернулась и потекла по моим ногам, сковывая их.

Вода с треском стала куском льда.

Парни тоже были сбиты, но огонь пылал на Аароне, топил лед на его ногах, и Эзра вырвался с нечеловеческой силой. Они вскочили. У меня не было их особенных способностей, и мои ноги остались примерзшими к земле. Я вытащила пистолет и зарядила его металлическим шариком ото льда.

Земля задрожала, по ней побежали зигзагами трещины. Аарон и Эзра пошатнулись, но ломающийся асфальт разбил лед, удерживающий меня. Я поднялась на колени, земля тряслась.

Ветер завыл в переулке, сбивая магов. Аарон упал на колено, но Эзра удержался, взмахнул рукой, ответив на напавший ветер своим залпом воздуха.

Вспыхнул оранжевый свет, но не от Аарона. В сорока футах от нас мужчина сиял огнем. Пиромаг. И вокруг него были пятеро других, озаренные его огнем.

Все были высокими, крепкими, как профессиональные атлеты, и в одинаковой одежде. Я рассмеялась бы от их глупо сочетающейся формы, но черная одежда с логотипом над сердцем у каждого не делала их глупыми. Их общий наряд делал их страшнее.

Это могли быть только «Рыцари Пандоры», самая лучшая гильдия охотников в городе, где были только маги. Умелые, агрессивные и сильные маги.

Я испуганно скользнула по ним взглядом. Гидромаг, криомаг, террамаг, аэромаг, пиромаг.

Неизвестный маг слева вдали направил на нас тонкую рапиру. Ток затрещал на стали, прыгнул к нам. Аарон вытянул Маркер, поймал молнию. Она зашипела на клинке и упала на тротуар, не смогла пройти изолированную рукоять.

Команда «Рыцарей Пандоры» не тратила время на разговоры, шутки или угрозы. Трое пошли вперед, двое отстали, один маг был в центре, и они двигались плавно и умело. Это была формация для атаки.

Аарон поднял меч, прижал ладонь к клинку и провел ею по стали резким движением.

Огонь взорвался над шестью магами.

Атака убила бы любую команду, но не эту. Лед вырвался из криомага, вода — от гидромага, ветер — от аэромага, закрывая их. Пиромаг вытянул руки к электромагу и террамагу, потушил за миг огонь на них, пока его самого огонь не ранил, сияя на его теле.

— Бегите, — прохрипел Аарон. — Я отвлеку их.

Я вскочила на ноги, сжимая свой бесполезный пистолет.

— Но…

— Я буду сразу за вами! — он поднял меч с сосредоточенным видом. — Мне нужно, чтобы вы двое не мешались!

Точно. Мы могли загореться. Я повернулась, сунула пистолет в кобуру и схватила Эзру за руку.

— Аарон… — резко начал он.

— Это мой бой, — бросил Аарон через плечо. — Ты знаешь, какой твой, Эзра!

Смятение вспыхнуло в моей тревоге. Эзра помедлил, его лицо исказилось, а потом он повернулся и побежал. Я бежала рядом с ним, сжимая его руку. Огонь вспыхнул за нами. Загремели шаги, затрещало электричество, а потом ревущий огонь взорвался, наполняя переулок.

Мы добрались до перекрестка, и я повернулась, посмотрела на огонь. Ждала, что появится силуэт Аарона. Ждала, что он побежит за нами.

Эзра сжал мою ладонь.

Огонь угасал, и сверкнуло электричество. Земля затряслась, асфальт разбивался со звуком выстрелов. Ветер засвистел в переулке, придавливая огонь и раскрывая силуэты в угасающем пламени.

Шестеро окружали седьмого.

— Аарон! — завизжала я.

Огонь поднялся, скрыв бой. Я бросилась, готовая бежать обратно, и Эзра поймал меня за пояс. Он притянул меня к своей груди, его резкое хриплое дыхание звучало в моих ушах.

Иней покрывал землю вокруг нас. Мой вскрик страха вылетел белым облачком в зимний воздух.

Я обернулась и увидела его сияющий левый глаз, лицо искажали боль и гнев. Его руки сжимали меня так, что я едва могла дышать.

— Эзра… — выдавила я.

— Я в порядке. Я… — он замолк, стиснув челюсти и скалясь. — Он дает нам время. Мы не можем его тратить.

Дает время? Нет, он шел с нами. Он будет за нами. Он…

Он сказал это, чтобы я не спорила.

Огонь снова взлетел к нему, и в пляшущем пламени я заметила зловещий силуэт Повешенного.

Эзра опустил меня на ноги, схватил за руку и побежал к смежному переулку. Битва магов осталась позади, и каждый шаг вгонял стальную занозу глубже в мое сердце.

Они не убьют Аарона. Он был известным наследником Синклер. Нет, маги «Рыцари Пандоры» подставили бы себя, убив его.

Они не убьют его. Он будет в порядке. Он будет в порядке. Он будет в порядке.

Эзра тащил меня в переулок за переулком. Мои легкие болели, ноги пылали. Я стала спотыкаться, теряя силы, а он замедлил шаги. Переулок впереди стал парковкой. Я подумала на миг, что тут мы и оставили белый седан, но тут было пусто, кроме двух безбортовых прицепов в дальнем конце.

Эзра оглядел парковку и потянул меня бежать к улице на другой стороне. В десяти шагах от укрытия он остановился, не дал и мне бежать дальше. В поле зрения появились четверо мужчин, перекрыли выход с парковки.

Черная форма, знаки гильдии на груди, оружие в руках. Больше магов «Рыцарей Пандоры».

Они заняли защитную формацию в пятидесяти футах от нас, ждали нашей атаки, а это был наш единственный шанс. Мы не могли вернуться, ведь там группа магов была больше, и они точно уже одолели Аарона и гнались за нами.

Я впервые думала сдаться. Я представила, как поднимаю руки в воздух и не отгоняю их. Биться, бежать было сложно. Страх, паника и боль. Я не могла это вынести.

Но, если я сдамся, Эзра умрет. Мне нужно было сражаться.

Холод исходил от него, земля побелела от инея. Он собирался сражаться. Он собирался выпустить демоническую магию, чтобы спасти нас, но этим он и обречет нас. Мы не могли бежать, но не могли и сражаться. Что нам делать?

Отчаяние охватило меня, и я стала дрожать, но не от холода, исходящего от Эзры. Что-то еще было в воздухе…

Угроза, вызывающая дрожь.

Рассвет будто пропал. Небо стало черным, как полночь. Тени ползли по земле. «Рыцари Пандоры» стали неясными силуэтами.

В зловещей тишине до моих ушей долетел звук, такой неуместный, что я не сразу его поняла. Медленный стук копыт по асфальту.

Размеренный стук копыт лошади становился громче. И ближе.

Из кружащейся тьмы появился призрачный конь. Его шерстка цвета стали становилась черной на ногах, чернильные грива и хвост развевались. Мышцы двигались на теле коня, сильная шея была изогнута. Кислотно-зеленые глаза сияли, без зрачков, потусторонние, и ноздри раздулись, когда конь вскинул голову.

Всадник сидел на его спине, весь в черном, длинный плащ развевался у боков коня, большой капюшон скрывал лицо. Не было седла, уздечки, поводьев. Он направлял сильное существо ладонью в перчатке на его шее.

Смерть прибыла верхом на кошмарном коне.

Жеребец остановился между магами и мной с Эзрой, застывшими в тихом шоке. Конь поднял ногу и ударил ею со звоном. Потом еще раз топнул по асфальту, размахивая хвостом, прижав уши к голове. Агрессивное фырканье вырвалось из его носа, белое облачко в холодном воздухе.

Капюшон всадника повернулся к группе магов.

Черный огонь заплясал вокруг ног коня, и появились силуэты, вышли из тьмы. Растрепанная черная шерсть, грозные морды и обнаженные зубы. Пылающие алые глаза. Два черных волка двигались вокруг коня, рыча в тишине.

Черный всадник ждал.

В двадцати пяти футах от жутких призраков застыли мифики «Рыцарей Пандоры». Даже обученные лучше всех маги из лучшей гильдии в городе не решились бросить вызов этому врагу. Тени грозно извивались. Волки голодно рычали. И поразительный конь снова ударил с силой копытом по земле, разбивая асфальт.

Конь тряхнул головой и быстро подбежал к нам. Я отпрянула в Эзру, когда огромный жеребец поравнялся с нами, его плечо было выше моей макушки. Всадник повернулся ко мне, и я увидела знакомое лицо.

Он протянул ладонь в перчатке.

Он до этого протягивал мне так руку. В беседке в парке ночью, когда сказал мне уходить… или пойти с ним и не вернуться.

Я замерла на миг, а потом схватила его за руку.

Зак поднял меня, и я устроилась на лошадь за ним. Эзра запрыгнул на спину коня за мной, сделал это легче, чем я ожидала.

Я сжала плащ Зака, а конь прыгнул, копыта ударили по асфальту. Варги бежали рядом с нами, пока мы неслись по парковке, а потом грохот копыт коня утих, белый туман окутал нас. Мы покинули мир людей. 

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Копыта коня стучали по земле быстрым темпом, звук был то глухим по дереву, то резким по камню. Конь следовал за рельсами, направляясь на восток к солнцу. Серая вода гавани мерцала слева от нас, а справа был грязный берег с заводами и коммерческими зданиями.

Мы оторвались от преследователей, но и оставили Аарона. В городе не было гильдии, которая стала бы его ранить, все в «Рыцарях Пандоры» знали, кем был Аарон Синклер. Гильдии я магов не станет навлекать гнев одной из самых богатых и сильных семей магов в Северной Америке.

Но мое сердце все равно вырывалось из груди.

Я напомнила себе, что было бы хуже, если бы поймали Эзру. Я боролась с отчаянием. Эзра, использующий демоническую магию при свидетелях, был на втором месте худших вариантов. И оба обрекли бы нас.

Линия зданий справа закончилась, сменилась сотней ярдов деревьев. Лошадь пересекла половину этой дистанции, а потом повернула к склону в двенадцать футов высотой.

Я схватила Зака за пояс, его конь-фейри взбежал легко по склону, словно тот был небольшим. Конь ворвался в густую рощу елей, их тяжелые ветки закрывали тусклый свет утра. Там жеребец остановился.

Зак перекинул ногу над шеей коня и спрыгнул на землю. Он повернулся и протянул ко мне руки, и я позволила ему спустить меня. Эзра слез последним.

Зак убрал капюшон и скользнул по мне взглядом пронизывающих глаз.

Человеческих глаз. Его радужки не сияли силой Лаллакай.

Зак открыл рот, и конь махнул головой в мою сторону, прижав уши. Друид схватил его гриву и оттащил за миг до того, как крупные зубы впились в мое плечо.

— Хватит, Тиллиаг, — рявкнул он, упираясь плечом в грудь коня и отталкивая его на шаг. — Перестань.

Он тряхнул головой и злобно фыркнул.

— Эм, — выдавила я. — Что перестать?

— Ничего. Его обиды — его проблема.

Мое смятение усилилось, я посмотрела на друида, потом на коня-фейри. Почему существо обижалось на меня? Что я сделала, чтобы расстроить коня?

Хотя… эта серая шерстка с синим отливом была знакомой. В бою для спасения Лирлетиада, морского фейри, враг-ведьмак пытался сбежать на коне-фейри, и я, направляя силу Лира, сбила коня с ног, пока он мчался галопом.

— Это тот конь, на котором ездил член «Красного рома»? — я прищурилась, глядя на Зака.

— Тиллиаг был ранен, и я помогал ему.

— Ты пропал на два дня после того боя. Ты сказал, что был занят.

— Раны Тиллиага были одним из дел, которыми я был занят, — он потер лоб коня. Тот вильнул хвостом и опустил голову к редкой зимней траве. — Если хочешь идти, улица там, — он кивнул на юг. — Или мы можем… поговорить.

Я прикусила щеку изнутри и посмотрела на Эзру. Зак предал меня, Эзру и всю нашу гильдию месяц назад, чтобы убить Варвару и вернуть свой гримуар. Эзра чуть не умер в ту ночь, и воспоминания были до боли свежими.

Эзра смотрел на меня, глаза потемнели от воспоминаний, а потом кивнул.

Я повернулась к друиду и окинула его взглядом, не зная, что думать о его виде. Его волосы снова были растрепанными, он давно не стригся, короткая борода темнела на его челюсти. Под глазами пролегли тусклые тени.

У меня была сотня вопросов, но я начала с самого важного:

— Как ты нас нашел?

— Все в городе говорят о демоническом маге из «Вороны и молота», — он убрал волосы со лба. — «Рыцари Пандоры» — лучшая гильдия охотников на награды. Я следовал за ними, пока они не нашли вас.

— Зачем?

— Чтобы помочь.

Я поджала губы.

— Где Лаллакай?

— Ее тут нет.

— Это я уже поняла. Где же она?

— Не знаю, — он провел ладонью в перчатке по плечу Тиллиага. — Мы… разошлись.

Мои глаза расширились.

Он взглянул на мое лицо, стиснул зубы и повернулся к коню.

— Я хотел… разобраться кое с чем. Она хотела, чтобы я пропал в глуши, где меня не найдут, — он потянул за спутанную гриву коня. — Когда я не послушался, она… ушла.

— И ты заметил ее Тиллиагом?

Конь вскинул голову, зло прижав уши, кислотно-зеленый глаз смотрел на меня.

Видимо, нет.

— Тиллиаг в долгу передо мной, — Зак прильнул к боку коня и посмотрел на меня и Эзру. — Что случилось?

Я глубоко вдохнула. Эзра молча поддерживал меня, и я расправила плечи.

— Зак, я ценю то, что ты забрал нас от «Рыцарей Пандоры», но ты ясно дал понять, что не хочешь помогать просто так. Помощь нам… не даст тебе выгоды.

Он долго смотрел на меня, и я не могла понять его пристальный взгляд.

— Ты спросила, стоило ли это того, — он резко выдохнул. — Не стоило, и мне жаль, что я использовал твое доверие, врал тебе и подверг опасности жизни тех, кто тебе дорог.

Я впервые слышала, чтобы Зак извинялся, но этого было мало.

— Ты предал меня. Милое поведение этого не изменит.

— Знаю.

— Да? Это не обмен фейри. Ты не можешь просто помогать мне, пока я не продам тебе свое прощение.

— Я знаю.

— Даже если ты спасешь нас, наверное, я буду и дальше тебя ненавидеть.

Он недовольно поджал губы.

— Я могу увезти вас двоих из города — из страны, если нужно. Я знаю, как скрыть вас, и я могу помочь жить с новой личностью.

Зак был плутом, который всю жизнь был не на той стороне закона. Он знал, как ускользать от МП, из хватки охотников и неминуемой судьбы. Если кто и мог вытащить нас отсюда, так это Призрак.

Но я не такое будущее хотела.

Я пронзила его взглядом.

— Если хочешь помочь нам, Зак, сделай это от всей души. Не вполсилы, не бросая, когда станет тяжело, не спасая свою шкуру первым.

Он нахмурился.

— Я тут, чтобы помочь, а не жертвовать собой, но да, я сделаю, что смогу.

— Этого мало.

Я удивленно вздрогнула. Эзра был таким тихим, что я не ожидала, что он заговорит.

Его разноцветные глаза были холодными, как лед.

— Тебе не нужно жертвовать собой, но скольким ты готов рискнуть? Время, деньги, неудобства, рана? А как насчет всего? Рискнешь так? Потому что Тори этим рисковала ради тебя.

Зак помрачнел.

— Я уже рискнул… и потерял… многое.

— Из-за своих амбиций, — Эзра скрестил руки. — Мы видели, как выглядит твоя «помощь». Она останавливается, когда ты решаешь, что выгоды уже не будет.

— И какая мне выгода с этого, по-твоему?

— Я не вижу никакой выгоды, потому не пойму, нужна ли твоя помощь. Когда следующая гильдия придет за нами, ты бросишь нас? Оставишь меня охотникам, чтобы спасти себя?

— Будь ситуация другой, я сам бы тебя убил.

— Боже, Зак! — рявкнула я. — Если ты так думаешь, то…

— Он нестабилен. Можешь не верить мне, но не я могу сорваться от одного слова и убить тебя или твоих союзников.

Я сжала кулаки.

— Эзра не…

— Он убил трех моих варгов, — Зак стиснул зубы. — Они были со мной десять лет.

Миг тишины.

— Прости, — тихо сказал Эзра. — Ты создал обстоятельства, которые привели к этому, но я сожалею, что так случилось, и что я участвовал в их смертях.

Зак отмахнулся от темы.

— Я не умру ради кого-то, особенно тебя. Но, — он повернулся ко мне, — я предлагаю помощь, если она нужна. Если этого мало, тогда мы расходимся.

Напряжение дрожало между нами.

— Я не хочу лишиться твоей помощи, — сказала я друиду. — То, что мне нужно, не так просто, как вытащить нас из страны, но если ты не против, у меня к тебе один вопрос.

— Какой?

Я невесело улыбнулась.

— Ты хоть раз вызывал демона?

* * *
Зак, как оказалось, не вызывал демона раньше. Но собирался научиться.

Я жадно жевала бургер, глядя на друида. Он стоял у пластикового раскладного стола у бетонной стены в подтеках, на поверхности стола лежало все из рюкзака Робин — ящик крови демона, гримуар культа и ее записи с диаграммами. Он изучал их, плечи напряглись от сосредоточенности.

А я просто ела бургер, не было сил переживать из-за чего-то еще несколько минут.

Для Эзры, Аарона, Кая и меня найти безопасное место для незаконных действий казалось непосильным вызовом. Для Зака это был лишь день в жизни преступника. Он за часы нашел место, переместил нас туда и запасся всем, что нам требовалось, включая еду, воду и кровати.

Слабая искра надежды горела в моей груди. У нас было место для ритуала. Минус одно препятствие.

Но нам нужен был мифик Арканы, чтобы исполнить его, и я не знала, сможет ли Зак сделать это. И мы не знали, сработает ли ритуал. И выживет ли Эзра, если ритуал сработает. А если выживет, мы не знали, как убедить МП оставить его в живых.

И даже если мы как-то умудримся выполнить это, нам все еще нужно было выжить и уничтожить тайный культ, невидимые щупальца которого обвили весь Ванкувер.

Эзра смял обертку бургера и сунул его в бумажный пакетик.

— Я немного осмотрюсь.

Я кивнула.

— Я присмотрю за Заком, — он стал вставать, и я поймала его за запястье и притянула к себе. — Постой… может, тебе не стоит туда идти.

Болезненно свежее воспоминание об Аароне в бою с охотниками из «Рыцарей Пандоры» чуть не выгнало ужин из желудка. У Эзры была демоническая магия, но он не мог ее использовать. У него даже проводника магии не было.

Он слабо улыбнулся.

— Я буду в порядке.

Возможно, но учитывая то, как все шло до этого…

Сжимая его ладонь, я поднялась на ноги и прошла по бетонному полу. Шаги отдавались эхом в большой комнате. На складе. Зак снял для нас склад — точнее, использовал ложные документы, чтобы заплатить мужчине, и снял склад под ложным именем.

— Зак, — сказала я, когда мы подошли к столу. — Можешь одолжить Эзре оружие? У него ничего нет.

Друид поднял голову, окинул Эзру взглядом.

— У меня есть только ножи.

— Подойдет, — ответил Эзра. — Большой клинок будет ближе к моему обычному проводнику, если такое оружие есть.

Зак расстегнул пряжку на бедре и поднял кожаный пояс с ножнами с клинком.

Эзра взял оружие и вытащил. Клинок в двенадцать дюймов, опасно зазубренный, покинул ножны. Я не знала, было ли у зазубренного края назначение — он подходил и для использования в обычной жизни? — но так нож точно выглядел жутко.

Эзра приподнял брови, убрал нож в ножны и пристегнул к своему бедру.

— Спасибо, — сказал он и коснулся моего локтя. — Я скоро вернусь.

Я кивнула. Его пальцы скользнули по моей руке и ладони, пока он отворачивался. Эзра пошел к двери, но я смотрела на Зака, следившего за движением ладони Эзры.

Он посмотрел на меня без слов, когда шаги аэромага утихли, и дверь закрылась.

Зак повернулся к столу и продолжил изучать гору бумаг. Он сбросил длинный плащ, и его черная футболка была чистой, но мятой. Артефакты свисали с шеи, цветные кристаллы лежали на его груди.

Мой взгляд упал на его левую руку, лишенную метки перьев Лаллакай, на татуировки на внутренней стороне предплечья. В четырех кругах из пяти были руны фейри, и я вытянула шею, чтобы увидеть правую руку, желая узнать, сколько он заменил после боя с Варварой.

И перестала дышать. Я сжала его правое запястье и подняла его руку. Белые шрамы с розовым отливом пересекали его татуировки друида.

— Почему ты не дал этому зажить правильно? — осведомилась я.

Он высвободил запястье.

— Я был занят.

— Что важнее пострадавшей навсегда руки?

— Весь город теперь знает, кто я. Нет целителя, даже среди плутов, который, увидев мои татуировки, не понял бы, что я — Призрак, и тут же предал меня.

Я стиснула зубы.

— А целитель-фейри? У них есть магия исцеления, да? Они могли заживить твою руку?

— Возможно, но я не могу покинуть город ради его поисков, — он опустил диаграмму. — Без Лаллакай я застрял тут. Сильные фейри редко приходят в города. Они ненавидят загрязнение, бетон и грязь людей. Если бы у меня еще была моя ферма… но ее нет, и я не могу пойти куда-то, чтобы столкнуться с фейри, которых не могу одолеть.

— Но ты можешь одолеть многих фейри, да?

— Я использовал или растерял почти всю свою магию фейри. Осталась не очень сильная, — он сунул ладонь в карман и вытащил лиловый квадратик. — Кроме этого, но это не очень полезное.

Панцирь Валдурны. Он спас жизнь Эзры месяц назад, чуть не убив его в процессе. Я не была рада его видеть.

Зак сжал ткань пальцами, его шрамы натянулись.

— Лаллакай вернется, когда решит, что я уже успел подумать, какой я беспомощный без нее.

— Блин, Зак. Это… нездоровые отношения, ты знаешь?

Он издал удивленный смешок.

— Нездоровые? Это выживание. Я с первого дня знал, что Лаллакай — темнофея, но все равно рискнул с ней.

— Она — темнофея?

— Более-менее. Есть фейри хуже, — он убрал Панцирь в карман и подвинул ближе другой рисунок Робин. — Ты была занята последние несколько недель.

— Да, старалась спасти Эзру, — я указала на бумаги. — Так что? Ты сможешь сделать это?

— Я разбираюсь в алхимии, а магия, которую я изучил, совсем не такая. Части написаны… на демоническом, похоже? И, даже если я смогу построить массив, вряд ли он сработает. У призывателей свои контракты с демонами. Потому что им нужна кровь демона, или есть другая связь? — он потер короткую бороду. — Как и ты, я не уверен в результате.

Моя чуть утихшая тревога снова пробила крышу. Ура.

— Что тогда?

— Я попробую, а если не выйдет… придумаем, что делать потом, — он открыл гримуар культа, вся страница была на латыни. — У тебя есть план, что делать с демоном, если ритуал сработает?

Я прислонилась бедром к столу.

— Нет, но Этерран сговорчивый демон.

Зак приподнял брови.

— Если он таким кажется, то из-за того, что он в уязвимом положении. Как только это изменится, он станет совсем другим.

— Робин сказала, что он будет заперт в круге, так что мы разберемся, когда придет время.

— Мм, — не спорил он. — Пока я не забыл…

Я нахмурилась, а он полез в свой плащ, лежащий на краю стола. Он порылся во множестве карманов и вытащил серебряную сферу размером с маленькую дыню.

Я охнула.

— Хоши!

Он не успел протянуть мне фейри, я выхватила ее у него. Я прижала ее к груди, гладила теплую бугристую поверхность.

— Где ты ее нашел? Когда? Она в порядке? Или ранена? Хоши? Ты меня слышишь? Она…

— Она спит, — сказал он, перебив мой лепет и хмурясь. — Один из моих варгов нашел ее возле того музея, где на вас впервые напали. Я хотел отчитать тебя за то, что ты ее бросила, но, похоже, это не требуется.

Я крепко ее обняла.

— Она пропала. Я не могу видеть мир фейри, так что не смогла ее найти. Когда она проснется?

— Не знаю. Думаю, так сильфы исцеляются от ран. Ей нужно время набрать силы. Просто оберегай ее пока что.

— Это будет сложно, ведь я и себя не могу уберечь. Хорошо, что ты справишься с ритуалом, да?

Он хмыкнул, не звуча уверенно.

Прижимая Хоши-сферу к себе одной рукой, я похлопала его по плесу.

— Ты сможешь. Ты — лучший алхимик на западе, помнишь?

Он фыркнул.

— Ты же не верила в это?

Я верила, но потом встретила еще несколько алхимиков запада — например, Кельвина Комптона, гения трансмутации, и его даже более гениального ученика, сделавшего из оборотней суперсолдат.

— Я — сильный друид, хороший алхимик и посредственный волшебник, — добавил Зак. — Я не знаю, какой призыватель демонов из меня выйдет.

Я посмотрела на гримуар.

— Вот и узнаем? 

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Восемь часов подготовки.

Столько Зак изучал гримуар культа, диаграммы Робин и кожаную книжечку, в которой я узнала его гримуар. Он нарисовал уменьшенную версию массива с тремя кругами, Этерран рассказал, как должны работать демонические руны в процессе. После массива Зак стал оттачивать заклинания, его низкий голос разносился эхом по складу, пока мы с Эзрой шлифовали каждый дюйм бетонного пола.

Двадцать часов, чтобы нарисовать массив в полный размер.

Зак нарисовал все точные линии, изгибы и углы массива с тремя кругами. Мы с Эзрой помогали, как могли, настраивали циркули и прочие приборы, слушаясь его указаний, передавали ему алхимический маркер, которым он рисовал массив, подносили его записи, когда он нуждался в этом — а это было каждые десять минут.

Семьдесят два часа для зарядки массива.

Чтобы его использовать, линии и руны Арканы должны были пассивно впитать земную энергию. Зак отсыпался, а потом разделил время на репетицию долгого заклинания, которое требовалось за призыва, и проверки, что никто из гильдий, ищущих Эзру, не подобрался к нашему укрытию.

Сидя на кровати со спиной у стены, я обвила руками ноги. Рядом со мной в гнезде из моей куртки лежала Хоши, все еще в сфере, прохладная и не реагирующая на мой голос.

Я смотрела на серебряные линии на полу. Столько времени и усилий. Столько риска и страданий. Так много всего зависело от этого ритуала.

Мы даже не знали, сработает ли он.

Если нет, придется искать эксперта Демоники — плута — чтобы узнать, почему. Тогда придется больше времени провести тут. Аарон и Кай еще дольше будут под замком — если они были в относительной безопасности МагиПола, и с ними не случилось чего хуже — и еще больше времени, за которую гильдию могли распустить, если это еще не произошло. Мы не знали, что происходило вне склада.

Тихие шаги отвлекли меня от мыслей. Эзра прошел к кровати и вручил мне батончик с гранолой из запаса еды. Капли воды блестели на его кожаной куртке, длинный кинжал Зака был пристегнут к его бедру. Он был на крыше склада, следил за улицами вокруг нашего укрытия.

— Зак еще не пришел? — сказала я, крутя батончик в руках. Аппетит пропал утром.

— Он скоро вернется, — Эзра расстегнул куртку и сбросил ее с плеч. Я смотрела, как кожа скользит по его рукам, замедляясь на выпирающих мышцах, бронзовая кожа была в светлых шрамах.

Он бросил куртку на край кровати, наверное, решив сесть рядом со мной, но я прижала ладонь к его животу. Он замер и посмотрел на меня. Я задрала край его футболки, открывая белые шрамы, рассекающие его торс от бедра до солнечного сплетения.

Я прижала к ним ладонь, шрамы были грубыми под моей кожей.

— Ты так много пережил.

Его удивление смягчилось. Он провел большим пальцем по моей челюсти.

— Переживешь и это, — прошептала я, прижимая пальцы к его теплой коже. — Да?

Он провел пальцами по моим спутанным волосам. Мы с ним нормально не мылись неделю, но Зак предоставил основные предметы гигиены. Я помыла волосы, но нехватка других средств для волос сказывалась.

— Не знаю, — прошептал он. — Я не знаю, что случится, но, обещаю, что буду бороться, чтобы выжить.

Слезы жалили мои глаза.

— Я так боюсь, что потеряю тебя.

— И я боюсь, — он убрал прядь волос мне за ухо. — Я боюсь, что это не сработает. Боюсь, что сработает. Что это убьет меня. Или что тело выживет, а разум — нет.

Я сглотнула всхлип, подступивший к груди.

— Я боюсь, потому что не знаю, кто я, если я не демонический маг. А я если я себе не понравлюсь? А если я не понравлюсь тебе?

— С чего это ты перестанешь мне нравиться? — фыркнула я.

Его пальцы скользнули по моей шее.

— Может, я придурок.

Моя ладонь спускалась по его животу, большой палец следовал за поясом его джинсов.

— Ты не мог быть таким.

Он молчал миг.

— Я нравлюсь людям, потому что со мной легко. Я не злюсь из-за пустяков… но это из-за того, но я не могу.

Я посмотрела на него, чуть поджав губы.

— Если я не буду подавлять все время себя и переживать из-за Этеррана, я буду другим. Может… — он с горечью улыбнулся. — Глупо сейчас об этом думать, но вдруг, если я стану другим, я перестану нравиться тебе, Аарону и Каю?

— О, Эзра, — я потянула его за пояс, и опустился на колени перед кроватью, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Конечно, ты немного изменишься, но все меняются. Мы меняемся всю жизнь. Ты сейчас такой же, как когда только встретил Аарона и Кая?

— Нет. Я был… более замкнутым тогда.

— Но ты все равно им понравился, да? — я убрала его волосы с лица. — Меняться — это нормально.

Его теплые ладони лежали на моих бедрах, и он подвинул меня ближе на кровати, наши тела прижались друг к другу, его пояс был между моих бедер.

— Кое-чему я не позволю измениться.

— Например? — прошептала я.

Он провел ладонью по моей спине.

— Например, моим чувствам к тебе.

Он склонился и прижался губами к моим губам. Наши рты двигались с тихой страстью, которая быстро стала жаром. Я прижалась к нему, пальцы впились в его плечи, а его руки обвили меня и сжали так крепко, что я едва могла дышать. Я целовала его все сильнее, прижимала все ближе.

Я обвила ногами его пояс, держась за его тепло и силу. Он был живым, и я отчаянно нуждалась в том, чтобы так все и оставалось.

Наши рты двигались вместе, и я нуждалась в нем сильнее, чем могла выразить. Сильнее, чем я понимала. Девять месяцев назад я увидела его и необратимо изменилась.

Он помог мне измениться.

Если я потеряю его теперь…

Лязг двери перебил нас, и я отпрянула с испуганным вскриком. Зак прошел на склад, за ним влетели капли дождя. Он закрыл дверь и запер ее, Эзра поднялся на ноги.

Зак пронзил демонического мага оценивающим взглядом.

— Пора начинать.

* * *
Хриплый голос Зака наполнял пустой склад. Он произносил слова медленно, размеренно и осторожно. Ему не хватало уверенности Амалии, и он не спешил, сжимая гримуар в руках. Когда он делал паузы и проверял, не пропустил ли часть, я нервничала.

Эзра во второй раз стоял в одном из двух кругов в большом кольце, и на месте Робин с ящиком крови Наживера ждала я с сосудом в руке.

Моя голова кружилась, и я напоминала себе дышать.

Зак продолжал заклинание, пустое эхо его голоса подчеркивало пустоту комнаты. Аарон и Кай должны были находиться тут. Они спасли Эзру, защищали его, любили как брата. Они заслужили быть тут, но была только я.

Голос Зака стал выше, а потом утих. Он склонил голову в беззвучной команде. Если бы он произнес не часть ритуала — или ошибся в бесконечных строках латыни — все было бы испорчено, и пришлось бы ждать еще три дня, пока массив зарядится.

Я сжала сосуд крови, будто гранату, прошла по внешней линии, сияющей серебром. В центре пустого второго круга я села на корточки и опустила сосуд над руной. По кивку Зака я вылила густую кровь на руну. Как и до этого, жидкость изменила серебряную линию.

Я поднялась и повернулась к Эзре в другом круге. Его левый глаз ярко сиял, и я видела в нем мага и демона. Страх Эзры, его решимость, его тихая и крепкая готовность ко всему. Этерран был хищным, его жажда свободы горела, он отчаянно хотел выжить.

Зак дождался, пока я вернусь на свое место вне круга, и продолжил:

— Te tuo sanguine ligo, tu ut vocatus audias, Этерран из дома Дират.

Руна, которую я полила кровью, замерцала алым светом, который пронесся по массиву, пока он весь не засиял. Эзра напрягся, Зак продолжал заклинание.

Он указал на внешнее кольцо.

— Terra te hoc circulo semper tenebit.

Тусклое сияние пробежало по линиям и поднялось вверх. Полупрозрачный купол появился над кругом и угас. Барьер был установлен. Осталась только одна часть ритуала.

Зак начал последнее заклинание, говоря осторожнее. Я снова испытала ощущение гудящей энергии в воздухе, тяжелой, с незнакомой силой. Магия мерцала меж двух кругов, а потом собралась в пустом, центральная руна там сверкала кровавым светом.

Зак сделал паузу. Его плечи поднялись от глубокого вдоха, а потом он медленно поднял ладонь в сторону Эзры, гримуар был в другой руке.

— Tenebrarum auctoritatem da mihi, da super hunc imperium sine fine, — он смотрел пристально зелеными глазами на демонического мага. — Этерран Дират, носитель силы Алэи, носитель приказа короля, твоей кровью и твоей клятвой я вызываю тебя!

Сияющая руна в пустом круге вспыхнула, и в ответ свет вырвался из Эзры.

Он выгнулся, напрягся и откинул голову в реве агонии.

— Эзра! — завизжала я.

Сияющие вены змеились по его конечностям. Красная сила бурлила в его теле, выбиралась из него. Призрачные рога появились из головы, крылья из мерцающей силы поднялись за спиной. Сила раскрывалась, выбиралась из него.

Эзра кричал, я визжала. Я бросилась к кругу, и Зак поймал меня, оттащил от серебряной линии, не дав ее пересечь. Я билась в его хватке, обезумевшая, ничего не соображая.

Сила, вырывающаяся из Эзры, приняла различимый облик. Плечи шире, чем у Эзры, для тех больших крыльев, голова на половину фута над головой Эзры, с четырьмя рогами.

На жуткий миг призрачный облик Этеррана перекрыл человеческое тело Эзры.

А потом силуэт Этеррана растаял алым пятном света, и оно пролетело по кругу и врезалось в сияющую руну. Сила взлетела вверх, снова стала призрачным демоном, сидящим на корточках, уперев кулак в бетон, крылья были приоткрыты.

Его тело стало плотным, и сияние в его конечностях погасло. Линии массива вспыхнули еще раз и почернели.

Эзра рухнул на пол.

Мой крик прозвенел снова. Мой локоть попал Заку по ребрам так сильно, что он отшатнулся, и я бросилась к Эзре, руки тянулись к нему.

Я врезалась в невидимую силу и отлетела, боль вспыхнула в теле от удара. Передо мной было внешнее кольцо. Я, тяжело дыша, бросилась вперед снова. Мои ладони ничто не задевали. Я боролась с невидимой стеной, а потом ощупала ее.

Барьер, невидимый купол, который не выпускал демонов из круга.

Зак появился рядом со мной. Его ладони столкнулись с невидимым препятствием, как мои. Я ударила кулаком, и воздух тускло замерцал. Мы не могли пройти сквозь барьер. Эзра не мог выйти, и мы не могли войти. 

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

— Эзра! — завизжала я.

Его плечи дрогнули, он медленно вытянул руку под собой. Он поднялся на четвереньки, но с трудом, конечности дрожали.

Он поднял голову. Кровь текла по его левой щеке. Белый шрам на его лице открылся спустя восемь лет. Его футболку пропитала свежая кровь, ткань прилипла к правому боку, где открылись старые раны от той же атаки. Его старые раны, исцеленные магией демона, порвались, когда Этерран вышел из его тела.

Плечи вздымались, Эзра посмотрел на демона в другом круге.

Этерран сидел на корточках там, где появился. Его левые костяшки упирались в пол, кожаный щиток был на запястье, но правый локоть заканчивался обрубком с белыми шрамами, тянущимися по красновато-коричневой коже до плеча. Старая рана никак не уменьшила ауру силы демона. Его заточение в Эзре длиной почти в десять лет не убрало сильные мышцы с его тела.

Он поднял голову, алые глаза смотрели на бывшего носителя. Темная кровь была на левой стороне его лица — открывшаяся рана Эзры была и на демоне. Он не был так похож на человека, как Заилас, но острые черты были узнаваемыми. Длинные черные волосы ниспадали поверх плеча, соединенные кожаным шнурком, и ниже пояса на нем была легкая демоническая броня.

Сильные мышцы двигались, демон напрягся и встал.

От его движения тусклые пятна алого света появились в круге, и Эзра рухнул на пол с хриплым криком. Этерран упал на колени.

Тусклые ленты силы мерцали между ними. Они тянулись от мага к демону, извиваясь.

— Что это? — спросила я почти беззвучно от паники.

— Они все еще связаны? — Зак прижал ладони к невидимому барьеру. — Думаю… их связывает контракт? Этерран все еще привязан к душе Эзры.

Я вспомнила слова Робин: «Как только дух демона и душа человека связываются, это не отменить».

Она создала этот ритуал, чтобы обойти их контракт, а не порвать его. Мы думали, что хватит их разделения.

Эзра с трудом поднялся на колени, хватая ртом воздух.

— Вытащи его из круга, Зак! — закричала я в истерике. — Скорее!

— Они еще связаны.

— Но…

Этерран снова собрался. Когда он встал, нити силы — души — которые связывали его с Эзрой, задрожали, и Эзра сжался, дышал сбивчиво. Широкое тело Этеррана было в ранах, отражающих раны его бывшего носителя, и кровь текла по красновато-коричневой коже.

— Встань, Эзра.

Я чуть сжалась. Этерран много раз говорил через Эзру, но его настоящий голос вызвал во мне волны ужаса. Глубже баритона, рычащий, как у зверя. Нечеловеческий.

Эзра смотрел на демона.

— Мы умираем, — тихо прорычал Этерран. — Я это чувствую. И ты тоже. Мы не можем так существовать. Связь не порвать, пока мы оба живы.

Эзра стиснул зубы.

Глаза демона вспыхнули алым.

— Встань.

Ужас и смятение сотрясали мою голову, голос Зака зазвучал в ушах. Те слова он произнес, когда я впервые сказала ему, что хотела спасти Эзру: «Любая форма контракта с демоном на всю жизнь. И заканчивается она только со смертью».

И заканчивается она только со смертью

Только со смертью.

— Нет, — выдохнула я.

Эзра глубоко вдохнул и поднялся на ноги, выпрямил спину. Он вытер кровь с подбородка, повернулся к демону. Крылья Этеррана раскрылись, заняли половину круга.

— Мы научились быть союзниками, — тихо и хрипло сказал Эзра. — Ты не хочешь попытаться отыскать другой путь?

— Времени нет. Мы умираем.

— Я не хочу, чтобы все так закончилось.

Демон скривил губы.

— Хочу. Слабое слово слабака. Ты ничему не научился?

Эзра резко вдохнул.

— Если хочешь свою жизнь, забери ее у меня, — тихо зарычал Этерран, — пока я не забрал свою у тебя.

Эзра не двигался миг, а потом вытащил из ножен на бедре нож, одолженный у Зака. Этерран в ответ согнул пальцы, выпустил когти. Слабые нити силы между ними дрожали.

Демон бросился по массиву круга.

— Нет!

Мой крик еще звенел в комнате, когда Эзра вытянул нож. Порыв ветра толкнул в демона в спину с гулом, не дал его когтям добраться до хрупкой человеческой кожи аэромага.

Демон пошатнулся, тряхнул хвостом. Алые ленты, тянущиеся от демона к магу, дрожали, оба тяжело дышали.

— Такое ощущение… — выдавил Эзра, — будто мне вытягивают сердце.

Этерран оскалился, показывая хищные клыки. Алый свет вспыхнул на его руке, когти длиной в шесть дюймов появились на пальцах, вытянулись, став опасным оружием.

Демон бросился снова. Ветер вырвался из Эзры, и когти демона ударили по густому воздуху. Ветер рассеялся, и Эзра ударил ножом.

Этерран повернулся в сторону, его хвост ударил по ногам Эзры. Он упал. Этерран бросился, ударил сияющими когтями, и Эзра перекатился и ударил ногами. Еще порыв гулкого ветра.

Нити магии, соединяющие их, извивались, когти Этеррана замерцали, отчасти растаяли, а потом вернулись.

Глотая воздух, Эзра повернулся на четвереньки, нож в его кулаке стучал по полу. Он поднялся, пошатнулся, связь душ дико дрожала.

Этерран поднял руку, направил ладонь на Эзру. Алый свет обвил его запястье, и связь между ними вспыхнула. Вопли боли вырвались из них обоих, попытка Этеррана колдовать рассеялась.

— Этерран, — выдавил Эзра. — Мы не можем сделать это. Мы не можем…

— Nailēris! — взревел демон, гул его голоса потрясал меня. — Ты хочешь жить, только если это просто? Если твоя душа рвется в сражении со мной, то рви душу. Пока твое сердце еще бьется, не говори мне, что ты не можешь сражаться.

Он снова поднял руку. Демоническое заклинание обвило его запястье, и нити их связи снова загорелись. В этот раз Этерран не вздрогнул. Чары стали плотнее, искаженные руны загорелись силой.

Эзра, дрожа от боли, взмахнул рукой по дуге, кинжал сверкнул.

Воющий ветер ударил по Этеррану, когда его заклинание вылетело. Алая сила взорвалась, отбрасывая демона и мага. Они врезались в разные стороны барьера, невидимый купол дрожал от столкновения.

Я била по барьеру кулаками.

— Зак, сделай что-нибудь! Разорви круг! Помоги ему!

Он не двигался миг. А потом склонился, схватил оброненный гримуар и стал его листать. Он искал ритуал и ключ к разрыву круга.

Этерран поднялся, широко раскрыв крылья. Связь их душ шипела. Ее сияние угасало, и я не думала, что это было хорошо.

— Встань, — прорычал он.

Эзра уперся локтями в пол, плечи вздымались от быстрого дыхания.

— Ты слаб. Ты хочешь жить, но тебе это не нужно.

Эзра вскинул голову, скаля зубы. Он поднялся на ноги, прижимая ладонь к окровавленному боку, от движения нити силы жутко плясали.

— Я выжил, будучи демоническим магом, десять лет. Я не умру теперь.

— Так борись, — глаза демона пылали. — Не сдерживайся. Порви душу, чтобы убить меня, и тогда сможешь умереть с гордостью.

Воздух со свистом вырвался сквозь сжатые зубы Эзры. Алые когти Этеррана вернулись, и маг с демоном бросились друг на друга.

Они встретились в центре круга. Вспыхнул алый свет. Выл ветер. Этерран бил когтями. Ветер отталкивал его. Нож взлетел. Когти задели бок Эзры. Эзра провел ножом по ребрам Этеррана, но рана не замедлила демона.

Связь душ сверкала и извивалась, демон и маг пошатнулись, спотыкались, пока сражались. Бились через связь. Сквозь боль.

Отчаянно бились за выживание.

Рыча, демон ударил предплечьем по Эзре так сильно, что тот врезался в барьер передо мной. Он съехал на пол, ноги вытянулись перед ним.

— Эзра! — я билась об невидимую стену, дрожа всем телом.

Он подтянул ноги и оттолкнулся, прижимаясь спиной к куполу. Этерран поднял руку в другой части круга, магия вылетела из его ладони. Шипящая демоническая сила сорвалась с его ладони.

Эзра бросился к земле, магия взорвалась об барьер перед моим лицом. Эзра вскочил и бросился в бой. Его нож рассекал воздух, порыв оттолкнул Этеррана на шаг.

Демон и маг снова столкнулись. Они замедлялись. Слабели. Их жизни угасали, духовная связь забирала их силы. Через пару минут они не смогут продолжать.

И они знали это.

Эзра, вдохнув с шумом, метнул ветер в демона, но порыв был слабым. Слишком слабым. Этерран не отшатнулся, а хлопнул крыльями и отбил удар ветром.

Он с ревом бросился на Эзру, когти направлялись к груди мага.

Эзра должен был пригнуться. Отбить удар. Парировать.

Но он сжал нож и бросился к демону. Они врезались, и мой крик зазвенел — крик боли и ужаса.

Кровь пролилась на пол.

Демон и маг в центре круга не двигались. Эзра сжимал запястье Этеррана. Он опустил руку демона, не пустил опасные когти к своему сердцу, но недостаточно далеко.

Когти в шесть дюймов вонзились в его живот, туда же, где были старые шрамы.

В другой руке Эзры была рукоять ножа, весь клинок был вонзен между ребер Этеррана, но на пару дюймов ниже, чтобы попасть по сердцу.

Их груди вздымались от дыхания. Кровь залила футболку Эзры. Темная и густая кровь лилась из груди Этеррана.

Дыхание аэромага замедлилось. Он смотрел на Этеррана, крепче сжал рукоять ножа.

Время будто исказилось, одна секунды ползла к другой. Маг или демон. Одному из них нужно было действовать, кто-то из них нанесет последний удар. Тот, кто пошевелится первым, выживет.

Эзра глубоко вдохнул, собрался с силами. Приготовился.

Последний миг, удар сердца, последняя мысль.

И он повернул нож.

Спираль воздушных клинков вырвалась из груди демона. Ветер вырвался из спины Этеррана вместе с брызгами темной крови, и демон отдернулся, его когти вырвались из живота Эзры.

Кровавая дыра в груди Этеррана истекала. Его руки и ноги подрагивали, и демон упал на колени. Сияние в его глазах потускнело до темно-алого, он упал на бок.

Эзра упал на четвереньки. Рябь силы пробегала между ним и демоном, они смотрели друг на друга. А потом Эзра склонился и протянул руку.

Он сжал ладонь демона, сжал крепко. Глаза Этеррана стали черными, кровь растекалась под ним. Горечь мелькнула на лице демона, а потом смягчилась до утомленного покоя.

— Vh’renith vē thāit, — незнакомые слова вылетели из его горла с хрипом. — Не забывай.

Его веки опустились поверх эбонитовых глаз, и тело перестало дрожать. В комнате стало тихо, слабое сияние связи душ растаяло.

— Победа, — прошептал Эзра, — или смерть. Я запомню. 

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Я опустилась на колени, сжимая ладони Эзры. Зак, сидя напротив меня, лил серое зелье в раны в животе Эзры. Друид поднял ноги Эзры, бросил куртку на нижнюю половину тела мага, чтобы согреть его, и дал ему три зелья, но Зак не был настоящим целителем или врачом.

Он мог лишь пытаться сохранить Эзру живым как можно дольше.

Мое тело онемело. Я смотрела, как грудь Эзры вздымалась и опадала от быстрого дыхания. Он был в сознании, но взгляд был пугающе пустым, и не было ясно, осознавал ли он, что я была рядом с ним.

Я сжала его ладонь сильнее.

— Держись, Эзра.

Бам.

Я обернулась. Маленькая задняя дверь склада отлетела от стены, мужчина пересек порог. Высокий, подтянутый, с черными волосами с проседью, пронизывающими серыми глазами. Дариус окинул комнату оценивающим взглядом, а потом прошел к нам. За ним поспешили двое мификов, оба несли большие ярко-оранжевые чемоданы.

Элизабетта и Майлс, целители нашей гильдии.

Я вскочила и попятилась, освобождая путь, и Элизабетта опустилась на моем месте. Майлс, мужчина крепкого телосложения с бритой головой, выглядящий так, словно он должен крушить плутов в боевой команде, опустился рядом с ней и раскрыл свою сумку, стало видно медицинские инструменты и приборы Арканы.

— Пять колотых ран в животе, — отметила Элизабетта, сжала запястье Эзры, искала его пульс. — Губы посинели. Пульс лучевой артерии не прощупывается. Майлс, ставь капельницу, пока я даю ему кислород. Ты, дави на рану.

Второй приказ был для Зака, и он давил на раны на животе Эзры, пока Майлс рылся в сумке. Элизабетта раскрыла свой чемодан, вытащила мешочек на молнии. Там был прибор размером с ланчбокс с небольшой канистрой кислорода. Она прикрепила пластиковую маску к лицу Эзры и повернула вентиль на приборе.

— Как там капельница, Майлс? — спросила она, прицепляя маленький прибор к пальцу Эзры. — Кислорода, — она посмотрела на прибор, — восемьдесят девять процентов.

— Почти готово, — пробормотал Майлс, ощупал предплечье Эзры и вонзил иглу. — Добавь зелье для сужения сосудов в те раны.

— Я уже сделал это, — сказал Зак. — Продлится еще пять минут. Я дал ему пополнитель крови, стабилизатор потери крови и зелье бодрости.

Элизабетта выглядела удивленно меньше секунды.

— Мне нужно зашить те раны перед тем, как мы начнем исцеление. Можешь помочь мне, пока Майлс готовит массив?

— Да.

Она и Зак надели перчатки. Зак вытер желто-оранжевую жидкость с приборов Элизабетты над животом Эзры, а она открыла чемодан, и стало видно ряды сияющих приборов хирурга. Я зажмурилась, подавляя волну тошноты.

Ладонь опустилась на мое плечо. Я открыла глаза и увидела Дариуса рядом с собой. Давно он был там?

Он кивнул на другой конец круга призыва, и я проследила за его взглядом на тело Этеррана, оставшееся на месте после смерти, темная кровь окружала его.

— Вы преуспели, — сказал он.

Пока Зак разбивал барьер, держащий Эзру в круге ритуала, я позвонила Дариусу. Наш короткий разговор не включал детали, кроме нашего места и «Эзра умирает, приведите целителей!».

— Да, — прошептала я. — Эзра победил.

Но еще мог умереть.

— Дариус… — мое горло сжалось. — Кай и Аарон…?

— Целы. Они заперты в участке МП.

Слабое облегчение появилось во мне.

— Робин и Амалия?

Дариус поджал губы и слабо тряхнул головой. Я хотела спросить, что это означало, но знала, что ничего хорошего, а я не могла сейчас выдержать такое.

Мы не говорили, пока Элизабетта склонялась над Эзрой. Майлс добрался до чистого участка бетона, стал рисовать там большой массив Арканы быстрыми движениями алхимического маркера. Его тихий голос заполнил комнату, порой к нему присоединялись тихие приказы Элизабетты Заку.

Майлс и Элизабетта закончили одновременно. Зак помог целителям передвинуть Эзру на массив, а потом отошел, а они опустились по бокам от мага. Пока Элизабетта проверила его капельницу и прибор на пальце, Майлс начал другое заклинание. Тусклый свет замерцал на массиве.

Зак снял окровавленные хирургические перчатки, прошел к нам и остановился в паре шагов от нас. Он и глава гильдии смотрели друг на друга, Зак с опаской, а Дариус с холодом.

После долгого мига друид кивнул на тело демона.

— С этим нужно немедленно разобраться.

Дариус кивнул.

— Я заметил, что задний двор из земли. У меня есть лопаты в машине.

— Лопаты? — пробормотала я, почти все внимание было на Эзре и целителях. — У вас всегда с собой лопаты?

— Да. Никогда не знаешь, когда потребуется закопать тело.

Я посмотрела на главу гильдии. С кем-то другим я подумала бы, что это шутка, но с Дариусом…

Зак дал мне тряпку и бутылочку «чистящего зелья» из своих припасов, а потом он и Дариус пошли наружу вместе. Мое сердце билось быстро от страха, я отправилась к той части круга, что была дальше от Этеррана, и стала убирать следы нашего демонического ритуала.

Майлс продолжил заклинание, минуты тянулись. Каждый раз, когда он притихал, я поворачивалась к целителям, но они просто добавляли что-то в массив — новую руну, ингредиент или талисман — а потом продолжали.

Прошел час, другой. Я терла пол, пока не остались только метки вокруг Этеррана. Спина болела от того, что я долго сгибалась, я подвинулась к целителям и посмотрела на их работу.

Белые линии и руны были на бронзовой коже Эзре, похожие на символы на полу под ним. Раны в его животе закрылись, линии были в пятнах засохшей крови, швы были сняты.

Я с дрожью выдохнула.

Дверь загремела. Дариус и Зак вошли, их лица блестели от пота. Зак нес большой черный брезент и сверток веревки.

Грудь странно болела, пока двое мужчин расстелили брезент и втащили на него тяжелого демона. Боль усилилась, когда они подоткнули крылья Этеррана — большие крылья, которые раскрывались с удивительной легкостью. Как демон выглядел в полете? Он был грациозным и ловким?

Я прикусила щеку изнутри, Зак накрыл брезентом неподвижное лицо демона. Я видела так много его выражений сквозь лицо Эзры, но так мало от самого демона. Он так долго ждал, боролся так сильно, чтобы вернуться в свое тело.

Это было зря? Его страдания, его борьба, его решимость?

Воспоминание о последних моментах боя мага и демона всплыло в моей голове, оружие каждого было вонзено в тело другого, их раны были не полным отражением, но все равно были похожи, и это пугало.

Дариус и Зак завязали брезент на теле демона, и когда они потянули его по полу, я последовала за ними онемевшими шагами.

В земле за складом — по периметру был мусор и куски металла — Дариус и Зак вырыли большую могилу. Они дотащили тело до дыры, а потом взяли лопаты.

— Зак, — я вытянула руки. — Позволь мне.

Он посмотрел на мое лицо, а потом вручил мне лопату. Дариус ждал, пока я впилась лопатой в землю и бросила первую горсть в дыру. Почва попала на брезент с ужасным звуком.

Когда я вонзила лопату в землю во второй раз, Дариус присоединился ко мне. Зак ждал в стороне, пока мы с Дариусом закапывали демона в могиле без отметки.

С каждым взмахом лопаты я думала о своих чувствах. Как я могла испытывать сразу печаль и облегчение? Как я могла радоваться, что демон мертв, и горевать по нему? Он был союзником и врагом. Противник и товарищ. Он был жертвой, обманутый и пострадавший от Двора, как Эзра.

Демон и человек. Воин и дитя. Они ненавидели друг друга, пытали друг друга, полагались друг на друга. Они выживали вместе десять лет, но только один из них продолжит жить. Этерран, который так хотел жить, умер.

Мое горло сжалось. Я бросила землю в последний раз, руки дрожали.

Зак сжал рукоять лопаты. Он забрал ее, протянул черный предмет. Глядя в смятении, я осторожно взяла предмет с его ладони и повернула. Кожаный щиток и защитная металлическая пластина, на которой был вырезан странный символ.

Это был щиток с запястья Этеррана.

— Когда ты… — прошептала я, но не смогла закончить.

— Это для Эзры, — тихий голос Зака слился с ночью. — Когда кто-то так влияет на твою жизнь… защитник и враг… а потом вдруг пропадает… — он притих, поджал губы. — Эзра может не хотеть этого, но потом захочет.

Мои пальцы сжались на щитке.

Он стал с Дариусом равнять землю, чтобы скрыть следы ямы. Я сглотнула, в горле пересохло. Мне нужно было вернуться внутрь. Проверить Эзру. Закончить убирать с пола следы, чтобы никто не знал, что тут произошло.

Но я стояла там, смотрела на побеспокоенную почву. В мире не было могил, что-то значивших для меня.

До этого.

* * *
Я снова сидела на полу, в этот раз рядом с кроватью. Эзра лежал на ней, укрытый теплым одеялом, и я радовалась каждому его медленному вдоху.

Было тихо. Как только исцеление было завершено, и Эзру устроили удобно, Дариус забрал Элизабетту и Майлса — вернул их в гильдию, пока кто-нибудь — МП — заметит, что они ушли. К счастью для всех нас, магия главы гильдии помогала проводить операции тихо.

Зак ушел проверить окрестности и убедиться, что никто не заметил ничего необычного, а я сидела рядом с Эзрой. Я не оставлю его, точка.

Он пережил ритуал, бой после этого и свои раны. Радость была во мне, но усталость приглушала это чувство. Я не находила в себе силы. Ждала в онемении. Я потеряла ощущение времени.

А потом пальцы Эзры сжали мои, и я пришла в себя. Я подняла голову.

Теплый уставший карий глаз смотрел на меня. Левая сторона его лица была перевязана, усиливая его привычную асимметрию. Элизабетта и Майлс сосредоточились на худших ранах Эзры, оставив вред его старых шрамов на потом.

Я поднялась на колени.

— Эзра?

Он сжал мои пальцы.

— Я целый?

— Все конечности на месте, — я прижала ладонь к его щеке. — Как ты?

— Словно после худшего избиения в жизни, — он нахмурился, а потом его лоб разгладился. Его глаз закрылся, лицо стало удивительно спокойным. — Хм…

— Эзра? — пискнула я.

— Я не помню, когда в последний раз… — он утих, глаз открылся. Он осторожно повернул голову, посмотрел туда, где был круг ритуала. — Его нет.

— Да. Он… мертв. Мы похоронили его, — я сделала паузу. — Думаешь, он…?

Эзра молчал, смотрел вдаль. Он вспоминал свой отчаянный бой с Этерраном, анализировал каждый миг?

А потом он посмотрел на меня.

— Ты в порядке?

— Я в порядке, хотя если бы не барьер, я была бы там с тобой. Я думала, он должен был удерживать демонов, а не людей.

— Хм. Так с обычным кругом призыва, но для ритуала демонического мага нужно удерживать и человека, — он помрачнел. — На случай, если носитель-человек передумает.

Такое бывало? Он видел, пока был в культе, как перспективный демонический маг пытался сбежать посреди ритуала?

— Я рад, что он уберег тебя, — добавил он.

Я смотрела на него, словно не видела его раньше.

— Так теперь ты один в своей голове. Как ощущения?

— Ощущается… пусто.

— Думаю, это нормально. Ты привыкнешь, — я склонила голову. — И ты уже не обречен на смерть. Как это ощущается?

Он поднял руку, дрожащую от усилий, и прижал ладонь к моей щеке.

— Я словно могу правильно дышать впервые за долгое время.

Слезы выступили на моих глазах.

— Тори… — его большой палец гладил мою щеку. — Я хочу поцеловать тебя без демона в моей голове.

Он еще не закончил предложение, а я встала с пола. Я забралась на кровать рядом с ним, осторожно прижалась к его боку и накрыла его рот своим.

Мы целовались, и мое сердце росло в груди, грозило вырваться из ребер. Мои легкие просили воздуха, но во мне пылала радость, передышка от ужаса, горя и боли последних часов, дней, недель и месяцев.

Мы спасли его — его жизнь и душу. Мы совершили невозможное. Мы разделили демона и мага.

Я с неохотой отодвинулась от губ Эзры.

— Тебе нужно отдыхать и набираться сил. Нам еще нужно разобраться с МагиПолом и Двором.

— Это, — Эзра слабо улыбнулся, — в силах Дариуса. У него уже есть план. Он всегда знает, что делать с МП.

Точно. Дариус был экспертом во всем, что касалось МагиПола и его законов.

Я убрала волосы с лица Эзры.

— Тебе все равно нужно отдохнуть.

Он послушно закрыл глаза, тихо вздохнул. Его дыхание снова замедлилось, и я сжала его ладони, смотрела, как он засыпал после исцеления.

Хоть он был ранен и устал, его сон был таким мирным, каким я его еще не видела. 

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

 Эзра натянул черную футболку, стараясь не задевать бинты поверх пострадавших шрамов. Пять ран от когтей Этеррана не пришлось перевязывать — они зажили до розовых линий — и после десяти часов сна аэромаг выглядел скорее живым, чем мертвым.

— Я почистила твою обувь, — сказала я ему. — Даже не скажешь, что она была в крови.

— Иначе пришлось бы идти босиком, — добавил Зак, его черный рюкзак, где были, похоже, все его вещи, и откуда он и достал футболку, висел на его плече.

— Я выдержу любые неприятности и суд, пока я обут, — Эзра сел на диван, и я подвинула к нему обувь ногой. — Мы ничего не забыли?

Я оглядела склад. Я стерла все линии ритуала и кровь с пола. Кровати мы оставляли, Зак собрал оставшуюся еду в сумку. Серый рюкзак Робин висел на моих плечах, набитый гримуаром культа, записями ритуала, ящиком крови демона, перчатками Эзры, щитком с руки Этеррана, моим поясом и Хоши-сферой, все еще спящей кармане пояса.

— Все хорошо, — сказала я.

Зак поднял капюшон плаща, хотя без магии Лаллакай тени не скрывали его лицо полностью.

— Тогда идем.

Я сжала ладонь Эзры и пошла к дверям. Он двигался скованно, но не хромал. Бинты на левой стороне его лица закрывали глаз и выделялись белизной на его бронзовой коже.

Я открыла дверь и вышла наружу. Склад был одним из множества почти одинаковых строений вдоль дороги, напротив была парковка для грузовых машин, полная стальных труб. Вокруг не было деревьев, из зелени порой виднелись только сорняки в трещине в асфальте, бетонный лабиринт озаряло полуденное солнце на ясном небе.

Таким же неожиданным, как и перерыв в зимней хмурости Ванкувера, был автомобиль перед складом.

Дариус вышел из серого джипа, поднял солнцезащитные очки и посмотрел на нас внимательными серыми глазами. Как и в его последний визит в наше укрытие, он был аккуратно одет, короткая черная с проседью борода была ухоженной, а уголок рта был приподнят. Хоть что-то могло испугать этого человека?

Зак вышел за мной. Он замер, глядя на главу гильдии — дружба там расцветать не собиралась — и резко повернулся. Он пошел прочь от нас, копыта стучали по асфальту. Тиллиага стало видно, яркие глаза пылали на темном лице.

Жеребец цвета стали вскинул голову, ноздри раздулись, он прижимал уши, едва замедлил темп, поравнявшись с друидом. Зак поймал ладонью его гриву и запрыгнул на спину коня.

— Я буду ждать, Тори, — бросил он через плечо.

Тиллиаг агрессивно тряхнул головой и побежал галопом, они унеслись прочь, пропали вдвоем в эфемерном измерении фейри.

Я вздохнула. Зак и его драматичные выходки. Он не мог прибыть или уйти как обычный человек.

— Что он ждет? — спросил Дариус.

— Он хочет, чтобы я позвонила ему, когда мы закончим с МагиПолом, — я пожала плечами. — Но не признается, что переживает.

— Хм, — он посмотрел на аэромага рядом со мной. — С возвращением, Эзра.

Эзра, улыбаясь, прошел к главе гильдии. Они пожали руки, а я не понимала, кто неподалеку резал лук, потому что я не могла рыдать от благодарности Эзры и тихой гордости Дариуса. Не могла.

Дариус и Эзра тихо и быстро переговорили, и я даже не пыталась слушать. Я лишь недавно поняла, что их отношения были ближе, чем я представляла. Шесть лет назад Эзра доверил Дариусу свои тайны, жизнь и смерть, и глава гильдии взамен приглядывал за опасным подопечным.

Сжав плечо Эзры, Дариус повернулся ко мне.

— Покончим с этим раз и навсегда?

Нервы вспыхнули во мне, но я смогла улыбнуться. Дариус позволил спрятать мой рюкзак в скрытое отделение багажника джипа — там же были его лопаты и загадочные мешочки и инструменты — а потом мы сели в машину. Я пустила Эзру на сидение возле водителя, а сама села за ним.

Как только я пристегнулась, я склонилась над центральной консолью.

— Расскажите, что происходило? Как Аарон и Кай?

Дариус нажал на газ, и джип отъехал от склада.

— Жирар проверял их. Они в порядке, но им не нравятся условия содержания.

Да уж, очень богатый маг и член международного криминального синдиката не были рады плену.

— Я был занят, — продолжил Дариус. — МП отправила целую команду агентов, чтобы арестовать меня, а это было неудобно.

— О, да, — я закатила глаза. — Неудобно.

— Избегая их, я связывался с другими главами гильдий в городе, предупреждал, что МП меняет свои протоколы, чтобы очернить меня, уничтожить мою гильдию и законно убивать членов моей гильдии.

— Они пытались выдать вас?

— Они не так глупы, — его веселье угасло. — Они видят предупреждение, как и я. Все главы опасаются тенденции МП игнорировать свои правила, когда им так удобно, но МагиПол редко уходит так далеко от правил.

— Мог ли Двор проникнуть в участок? — спросил Эзра.

— Если бы такое случилось, я ожидал бы другую подозрительную активность. Думаю, тут что-то еще, — он сжал руль крепче. — Просто не уверен, что.

Моя нога нервно подпрыгивала.

— Так какой план, чтобы снять награду с Эзры?

— Есть тест Арканы на присутствие демона. Обычно так определяют, содержит ли инфернус демона, связан ли он с ним, но тест может раскрыть и демонического мага. Наша цель — убедить МП проверить его.

О, как удобно. Сейчас. Двенадцать часов назад было бы катастрофой, если бы кто-нибудь попытался проверить Эзру.

Я попыталась представить, каким мог быть тест, и моя радость увяла. Эзра был без демона меньше дня. А если тест что-нибудь уловит?

— Когда прибудем в участок, я подам апелляцию, заявляя, что обвинения ложные, и потребую немедленно тебя проверить, — сказал Дариус Эзре. — И, раз ты будешь стоять там и не будешь против проверки, у них не должно быть повода отказать.

— Не должно?

— Они могут не желать сотрудничать, но я собираюсь громко оспаривать обвинения, — он приподнял бровь. — Мы не просто так делаем это днем.

Участок МП, прямо в сердце центрального района, не выделялся среди других зданий. Серые стены, замутненные окна, и одна сторона примыкала к бетонному зданию с еще более темным оттенком серого.

Дариус повернул к узкому входу парковки. Шлагбаум тут же поднялся, и он направил джип в тускло освещенный туннель под зданием. Знак сверху указывал поворот для «Выдачи», который Дариус пропустил. Вторая табличка указывала на поворот для «Доставок», но Дариус пропустил и его, следуя к третьей табличке, «Парковка гостей».

Свет солнца манил нас, джип выехал на заднюю парковку под открытым небом, окруженную небоскребами. Половина из около тридцати мест была занята, но Дариус нашел место у двойных дверей, где был только логотип МП. Мы выбрались из машины, я повернулась к простому, но грозному зданию, и моя уверенность увяла.

Дариус обошел машину и присоединился к нам, сжимая простую синюю папку.

— Внутри говорить буду я.

Мы с Эзрой отсалютовали, и Дариус улыбнулся.

— Тогда начнем.

Он довел нас до двери участка и широко открыл ее, вошел так, словно это место ему принадлежало. Мы с Эзрой следовали за ним, и я могла лишь надеяться, что выглядела так же уверенно, как наш глава гильдии.

Гостей встречало прямоугольное фойе с двойным рядом стульев, стоящих спинками друг к другу в центре и третьим рядом вдоль левой стены. Справа в стене была встроена стойка, комната за ней была наполнена шкафами с папками и компьютерами.

В дальнем конце впереди была стеклянная стена с другими двойными дверями, отделяющими фойе от общего кабинета, полного столов. Агенты и аналитики суетились, не замечая грядущую драму.

Удивительное количество обычных мификов ждало в фойе, почти все сидели на стульях, шестеро выстроились у стойки. Дариус прошел к стойке, и парень в конце очереди оглянулся. Он посмотрел на Эзру за Дариусом, и его лицо побелело. Он сжал рукав парня перед собой и попятился.

Их быстрые шаги привлекли внимание других в очереди, и через миг все быстро попятились, а мы подошли к стойке.

Я помнила страх из-за не связанного контрактом демона на прошлый Хэллоуин. Охота на демонического мага на этой неделе могла вызвать такой же страх в обществе мификов Ванкувера. Эзра стал знаменитостью, но не такой, каких любили.

Дариус прошел к столу секретаря и улыбнулся женщине с белым лицом за ним. Два администратора за столами дальше в комнате застыли на местах.

— Добрый день, — вежливо сказал он. — Дариус Кинг, глава гильдии «Ворона и молот», пришел по вызову MS-19-70493.

Он не говорил громко, но, как и на собраниях гильдии, его уверенный голос слышало каждое ухо в комнате.

Он вытащил листок из папки и опустил на стол, продолжая:

— Со мной Виктория Доусон и Эзра Роу, члены моей гильдии, которых обвинили.

Шепот зазвучал от следящих мификов. Бедная секретарь была на грани обморока.

— У меня есть апелляции, подготовленные для них обоих, — он добавил еще два листка. — Кто занимается их делами?

Секретарь просто смотрела.

— Может, вам стоит их позвать, — мягко предложил он.

Она дрожащей рукой взяла телефон и запуталась в куче кнопок. Подняв трубку к уху, она продолжила смотреть то на Дариуса, то на Эзру.

— А-а-агент Харрис, — пролепетала она. — Тут Д-дариус Кинг. Он… п-привел… Эзру Роу.

Дариус вежливо улыбался, пока она слушала. Прошло пять секунд, потом десять.

Стеклянные двери кабинета открылись, и группа агентов вышла оттуда. Половина была не вооружена, другая половина несла оружие. Знакомое лицо вело их, скаля зубы, глаза были дикими за очками для чтения.

Ах, агент Бреннан Харрис. Козел, который пытался выведать у меня грязь про «Ворону и полоть». Он шипел, когда Дариус забрал меня от обвинений в убийстве, «доказав», что я была мификом.

Я быстро поискала среди других агентов знакомые лица. Став официально мификов, я пару раз сталкивалась с агентами — обычно пока отдавала отчеты или показания после одного из наших забавных приключений, и пара агентов заходила в гильдию к Дариусу.

В этот раз я не узнала никого, кроме Харриса. Хотя, может, дело было в выражениях шока, гнева и страха на лицах.

Дариус шагнул перед Эзрой, закрывая его от подступающих агентов. Невезучие посетители в фойе прижались к стенам, чтобы не пострадать.

— Шевелись, Дариус! — рявкнул Харрис, указывая серебряной палочкой на грудь главы гильдии. — Защита демонического мага — серьезное преступление, и у нас есть позволение бить на поражение!

— Так можно было бы сделать, — спокойно согласился Дариус, — будь Эзра демоническим магом.

Глаза Харриса выпучились, а потом он взял себя в руки. Он вытащил из-за пояса наручники.

— Вы арестованы.

Он шагнул ближе и застыл от непоколебимого взгляда Дариуса.

— Я как раз говорил вашему секретарю, — тихо и опасно сказал глава гильдии, — что я тут насчет обвинений против членов моей гильдии, включая Эзру. Он ложно обвинен, и мы докажем его невиновность.

— Его уже осудили, — прорычал Харрис, наручники свисали с его ладони. — У нас есть неопровержимые доказательства, что он…

— Какие доказательства могут быть серьезнее того, что, так называемый, демонический маг пришел в МП для проверки? — Дариус указал на Эзру, стоящего за ним. — Настоящий демонический маг стоял бы так спокойно?

Агенты за Харрисом переминались. Некоторые были рады, что им не придется биться с самым страшным мификом.

— Бред, Дариус, — Харрис осмелился шагнуть ближе с безумным блеском в глазах. — Это снова твои шутки, но у нас есть видео, как Роу нападает на боевую команду демонической магией.

— И видео ни разу во всей истории камер не могли подделать, — сказал Дариус с ноткой сарказма. — И это не просто сделать, ведь магия плохо записывается.

Харрис зашипел под нос.

— Проверь его, Бреннан. Он — не демонический маг.

— Если он не демонический маг, — спросил агент рядом с Харрисом, — почему вы ждали неделю, чтобы привести его сюда?

— Пришлось ждать, пока шум утихнет после того, как МП объявило награду в три тысячи долларов за живого или мертвого без предупреждения, пропустив несколько шагов, прописанных законом, кстати.

— Это было срочной мерой, — прорычал Харрис.

— Да? И сколько преступлений совершил Эзра?

— Он… у нас есть видео, что он напал…

— Ах, да, то видео. Но я тут не для обсуждения того, что же заставило приговорить его к смерти, основываясь на одной сомнительной улике, и было ли это справедливо.

Еще несколько агентов заерзали.

— Мы пришли сами, мирно просим рассудить справедливо. Жизнь юноши под вопросом, и я требую только доказать, является ли он демоническим магом, а потом казнить его за то, чего он не совершал, — голос Дариуса стал твердым приказом. — Вызовите своего эксперта по Демонике выполнить проверку или вызовите кого-то с должной властью.

Ноздри Харриса раздувались.

— Вы не меняетесь, мистер Кинг.

От голоса женщины группа агентов расступилась, и стало видно высокую фигуру, только прошедшую в дверь неподалеку. Стопка папок под ее рукой указывала, что она была аналитиком, но она источала ауру лидера так же ясно, как другие агенты держали оружие.

Она прошла сквозь группу с мрачностью генерала и остановилась на шаг впереди Харриса. Со светлыми волосами длиной до подбородка, скулами как у модели и внимательным взглядом она могла быть тридцати или пятидесяти лет. Я не знала.

— Ах, — сказал Дариус. — Капитан Блит.

Ее взгляд лазером скользнул по Дариусу.

— Снова играем?

— Я еще никогда не был таким серьезным.

Она фыркнула с недоверием.

— Тогда, раз вы мирно сдаетесь, члены вашей гильдии будут в наручниках.

— Конечно.

От легкого согласия Дариуса Харрис задрожал от ярости, глава гильдии игнорировал это. Блит указала на двух агентов за собой — не на Харриса, хотя он еще сжимал наручники. Его лицо стало еще краснее.

Стараясь не напрягаться, когда подошли агенты, я вытянула руки. Агент застегнул наручники, металл был холодным на моей коже. Эзра рядом со мной сдался без перемены эмоций на лице. Его спокойное выражение лица пригодилось тут.

— Сюда, мистер Кинг, — Блит повернулась, махнула собравшимся агентам и рявкнула. — За работу!

Они послушно поспешили за двери в кабинет. Харрис помедлил, его желание возразить пылало на лице. Но он ушел за другими без слов.

Блит привела нас в длинный коридор, открыла первую дверь справа. Она отодвинулась, впуская Дариуса в маленькую допросную со столом и четырьмя стульями. Мы с Эзрой пошли следом, Блит вошла последней и закрыла за собой дверь.

Дариус прислонился к столу, глядя на Блит с удивительной настороженностью.

— Это неожиданно, Аурелия.

Я изумленно моргнула. Дариус называл по имени капитана участка в Ванкувере?

— Я не жалуюсь, — добавил он, — но ждал, что ты решишь надеть наручники и на меня.

Она шагнула к нему, щурясь, разглядывая его лицо.

— Сколько раз ты делал это, Дариус?

— Защищал членов своей гильдии? Я буду делать это столько раз, сколько нужно.

— Сколько раз ты обходил правила и законы в угоду своим амбициям? — еще шаг к нему. — Скольких штрафов и обвинений ты избежал, цитируя мне мои же законы?

— Сейчас, Амалия, я спасаю жизнь невиновному.

Она взглянула на Эзру и сделала еще шаг, оказалась почти на носках Дариуса. Она смотрела на его лицо, их носы едва разделяли дюймы, и я могла резать напряжение ножом.

И не одно напряжение. Между ними была не только битва разумов профессионалов. Я заметила личные нотки, и я потрясенно глядела на них.

— Ты один раз перегнул с уверенностью, Дариус, — тихо сказала она. — Это стоило тебе карьеры.

— Будто я хотел ту карьеру, а не потерял ее намеренно.

Она прищурилась еще сильнее.

— Тогда, надеюсь, эта ошибка тоже была намеренной.

Лицо Дариуса не изменилось, но он сжал край стола, костяшки побелели.

— Какая ошибка?

— Ты решил, что сможешь бросить в меня законом, и я послушаюсь, — она отошла на шаг. — Но тут во главе уже не я.

Его глаза расширились.

Она развернулась, прошла к двери и опустила ладонь на ручку.

— А тот, кто во главе… не играет по правилам.

Она открыла дверь и вышла. Дверь стала закрываться, но ладонь поймала ее и широко открыла.

Агент стоял на пороге. Высокий, худой, с темно-каштановыми волосами и лицом лиса. Он улыбался, но это не затрагивало тусклые карие глаза. Мурашки побежали по моей коже.

— Дариус Кинг. Ваша репутация вас опережает.

Еще волна мурашек пробежала по моей спине. Голос мужчины был мертвым, как его глаза.

— А вы? — холодно спросил Дариус.

— Агент Созэ, Внутренние дела. Нам нужно многое обсудить, — он прошел в комнату, за ним было еще больше агентов с холодными лицами. — Но, похоже, капитан Блит пренебрегла важной мерой предосторожности.

Созэ отцепил блестящие наручники от пояса, звякая цепочкой, и шагнул к Дариусу. 

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

— Уберите руки, — прорычала я, вырывая руку.

От этого боль взорвалась в запястьях от наручников, и агент, сжимающий мой локоть, раздраженно фыркнул.

Я знала, что бороться было бесполезно, но не могла остановиться. Дариус был в наручниках, прикованный к столу в допросной. Четыре агента увели Эзру глубже в здание. А еще два агента вели меня по лестнице на нижние этажи МП.

— Куда они забрали Эзру? — осведомилась я, агент впереди открыл дверь. — Он — не демонический маг, и если ему кто-нибудь навредит…

Я утихла, не смогла закончить угрозу. Моих знаний о системе правосудия МП не хватало. Я не знала даже, как работали апелляции.

Агенты без слов повели меня через другие двери и на этаж с камерами. Прутья, как в тюрьме, были на левой стене, камеры разделяли толстые барьеры из бетона.

Я уперлась пятками.

— Вы не можете просто бросить меня в камеру! Разве вы не должны зачитать мне права?

Два агента без слов тащили меня по плитке пола, мы миновали так первые несколько камер.

— Это бред! — я извивалась в их хватке. — Это тирания! Что за тоталитарная тайная полиция…

— Тори?

Я дернулась в наручниках. В камере впереди у прутьев стоял мужчина в сером тюремном комбинезоне, его медные волосы были примяты, а на челюсти была короткая борода.

Мое сердце подпрыгнуло.

— Аарон!

— Тихо! — зарычал один из агентов. Он подтащил меня к камере рядом с Аароном, открыл дверь-решетку и бросил меня внутрь. Замок громко лязгнул, и когда я развернулась, два агента уже быстро шагали по коридору.

— Идиоты! — завопила я. — Трусы! Предатели!

Дверь хлопнула за ними. Грохот разнесся эхом по этажу, а потом наступила зловещая тишина.

— Тори, где Эзра?

Это был голос Кая, и он доносился с другой стороны от меня, через камеру от моей.

Я прижалась лицом к прутьям.

— Он в здании, но они увели его куда-то еще.

— Что случилось? — спросил Аарон.

— Всем тут до смерти интересно, — сухо добавил Кай, но я узнала предупреждение: быть осторожной со словами.

На его слова ответило изумленное фырканье.

— Да, развлеки нас, — крикнул мужчина из другой камеры, голос был хриплым, словно он давно не говорил. — Вываливай все.

— Да, вперед, — добавил кто-то еще.

Ладно. Я решила игнорировать зрителей и понизила голос:

— Мы пришли с Дариусом. Я и Эзра. Потому что… — я сделала паузу, убедилась, что голос звучал ровно. — Потому что Эзра не демонический маг. Как вы оба знаете.

Мне ответила тишина. Не так я представляла то, что скажу им, что мы с Эзрой успешно завершили миссию, которую начали все вместе. Они годами жили с осознанием, что не могли его спасти. Они страдали и горевали, но мы все равно изменили судьбу Эзры. Я хотела плакать и смеяться, может, кричать, обнимая их при этом так, чтобы руки сломались.

Но я не могла их видеть, как и коснуться, и они не могли ответить, не выдавая, что Эзра не так давно перестал быть демоническим магом.

— Дариус оспаривает обвинения против нас, — продолжила я, — и все шло хорошо, а потом капитан Блит сказала, что во главе кто-то другой. Кто-то из внутренних дел?

— Внутренних дел? — повторил Аарон, его голос был сдавленным от эмоций, с которыми он еще не совладал. — Это звучит плохо.

— Наверное, это тот же агент, который не отпускает Макико, — отозвался Кай. Он звучал деловито, так он справлялся с эмоциями. — Тори, ты в порядке?

— Да… в порядке.

— Хорошо. А… — он прервал себя. — Отдохни, ладно? Дариус знает, что делает.

Он хотел знать больше, но не при других ушах. Мы ничего не могли обсудить.

Я отошла от прутьев и посмотрела на свою камеру. Кровать была на одной стене, в углу был туалет и маленькая раковина для мытья рук. И все.

Я сглотнула и неловко села на нижнюю койку. Мои запястья были скованы передо мной. Я поежилась, было холодно. Я хотела увидеть Аарона и Кая. Я хотела обнять их. Я хотела пойти с ними домой и плюхнуться на диван, сыграть в глупые гонки и пить пиво до умопомрачения.

Я хотела знать, где был Эзра. Что с ним происходило. Я хотела забрать его отсюда домой, а лучше к Элизабетте. Его немного исцелили, но он не был в порядке.

Я хотела обнять его, целовать и не отпускать.

Я просто хотела, чтобы этот кошмар закончился, но я была заперта в камере, отдельно ото всех, и мою судьбу решал мужчина со значком защитника правосудия, но улыбающегося как тиран.

* * *
После нескольких часов скуки и тревоги агент пришел с ужином для пленников. Я убедила его расстегнуть мне наручники, а потом проглотила еду, похожую на самую дешевую для микроволновки, даже хуже. Пюре было из картона и воды. Я была в этом уверена. Но еда была теплой, и такая перемена после батончиков из гранолы и орешков, которыми я питалась неделю, уже была приятна.

Я доела и снова осталась без отвлечений, прошел еще час. Аарон и Кай молчали, и, хоть я хотела услышать их голоса, я не начинала разговор. Каждое слово отражалось эхом от бетона и плитки коридора.

Мои мысли вернулись к Эзре. А если агент Созэ решил не послушаться Дариуса, и вместо проверки Эзру решили убить? Они убьют Эзру тут, в участке?

Ужас вспыхнул, и я впилась пальцами в колени, пытаясь сдержать эмоции. Он не мог умереть сейчас, когда мы, наконец-то, смогли его спасти. Дариус защитит его. Я должна была верить в это.

Идей, как отвлечься, не было, и я стала складывать длинные числа мысленно. Да, я была в отчаянии.

Я уже умножила четырнадцать шестнадцать раз, когда дверь в коридоре запищала, и ручка загремела. Я вскочила с кровати и поспешила к прутьям, надеясь увидеть Эзру, а лучше Дариуса, который пришел рассказать, что все хорошо, и мы могли уйти.

Агент Созэ появился в поле зрения, а с ним еще два агента. Гад из Внутренних дел держал папку, его безжизненный взгляд скользнул по коридору с камерами.

— Аарон Синклер, Кай Ямада и Виктория Доусон, — сказал он без эмоций. — Я прибыл сообщить вам о дополнительных обвинениях. Они уже были представлены вашему главе гильдии. С кого начать?

Он перевернул страницу.

— Аарон Синклер. Помимо укрывания демонического мага, вы обвиняетесь в применении магии при человеке, раскрытии тайн мификов человеку, вовлечении человека в дела мификов, заговоре о незаконном вступлении человека в гильдию и подделывании документов о регистрации мифика…

Пока он говорил, агент Созэ посмотрел мертвыми глазами на меня. Моя кровь похолодела. В этих обвинениях «человеком» была я.

Он перевернул страницу.

— А еще три случая нападения, три случая атаки магией и три случая убийства первой степени.

— Убийства? — зарычал Аарон. — Кого…

— Уильям Берк, Халил Демир и Фентон Армстронг, члены гильдии «Ключи Соломона», отделения в Юте. У нас много показаний свидетелей столкновений между вами и их командой во время охоты на демона на прошлый Хэллоуин, — он провел пальцем по странице. — Кстати о демонах, в список ваших преступлений входит и укрывание плута-контрактора Демоники, незаконно использующего магию Демоники и обвиненного в… множестве убийств.

— Что? — яростно зарычал Аарон.

Агент Созэ бесстрастно смотрел на реакцию Аарона, а потом посмотрел на Кая в его камере. Он начал зачитывать обвинения электромагу. Они были такими же, как у Аарона, и бесконечный список стал кашей в моих ушах.

Откуда он знал, что мы убили трех контракторов «Ключей» на прошлый Хэллоуин? И «плут-контрактор»… он говорил о Робин?

Агент Созэ закончил список Кая, посмотрел на меня и заговорил снова. Мое тело похолодело, я дрожала, слушая его, обвинения были почти такими же, как у магов, но добавилось и то, что я притворялась мификом и врала МП об этом.

— Впечатляет то, сколько всего вы нарушили втроем, — сухо закончил он. — С вашими преступлениями и множеством нарушений и уклонений Дариуса Кинга эта гильдия скоро будет распущена.

Он закрыл папку.

— Ваши обвинения будут утверждены за следующие двадцать четыре часа, и Судебный совет вскоре после этого вынесет приговор.

— А Эзра? — низким и напряженным голосом спросил Кай.

— МП обязано проверить все стороны расследования, — агент Созэ убрал папку под руку. — Но никто из наших экспертов не считает, что безопасно устраивать тест на Демонику с подозреваемым демоническим магом.

— Никто? — рявкнул Аарон. — Да вы изде…

— Судебный совет примет последнее решение.

Он ушел вместе с двумя агентами. Двери закрылись, загремел замок. Стало тихо, я ошеломленно смотрела туда, где до этого стоял агент Созэ.

— Подонок, — прохрипел Аарон, голос был сдавленным от ярости. — Он не даст никому проверить Эзру, чтобы его все равно казнить.

Я не ответила. Мое горло сжалось, мышцы онемели. Я едва могла дышать, не то что издавать звуки. Я споткнулась, отошла к кровати и села, пока ноги не отказали.

Столько обвинений против нас. У них не могло быть четких улик, но это не имело значения. Как и то, что Эзра сам пришел в участок, чтобы доказать, что не был демоническим магом.

Аарон и Кай утихли, и другие пленники молчали. Может, сочувствовали нашей ситуации, может, тоже ощущали беззвучное бессилие в этом месте.

Мои мысли кипели, поглощая меня полностью. Я сидела на кровати, уткнувшись лицом в ладони, просто дышала и думала. Но, как бы я ни складывала части или разбирала их, какие идеи не обдумывала бы, я не видела выхода отсюда. Вообще.

Я не знала, сколько времени прошло, когда свет в камере потускнел с электрическим щелчком. Я моргнула и посмотрела на коридор, там свет тоже потускнел. Время сна для пленников?

Я вздрогнула и охнула.

Незнакомец стоял у моей камеры.

Я пялилась, а он улыбнулся и прижал палец к губам, а потом поманил пальцем. А?

Я осторожно встала с кровати и подошла к прутьям.

— Эй, — шепнул он. — Нравится в отеле МагиПола?

Я нахмурилась.

— Ты кто?

— Не узнаешь меня? А я тебя помню.

Я прищурилась, глядя на его юное лицо. Немного за двадцать? Короткие шоколадные волосы и голубые глаза, от которых девушки падали в обморок — глубокие и внимательные, но смягченные искрой веселья — выделялись в его милой внешности.

— Не знаю, — сказала я.

— Может, я запомнил нашу последнюю встречу сильнее, чем ты. Я был агентом на первом полевом задании тогда.

Я отпрянула.

— Так ты агент…

— Шш, — прошептал он и протянул ладонь сквозь прутья. — Кит Моррис… агент Кит… кхм, агент Моррис, — он скривился. — Зови меня Кит.

Я ошеломленно посмотрела на него, пожимая его руку. Странное время для вежливого знакомства, но почему нет.

Он сжал мои пальцы.

— Готова выписаться?

— А?

— Если не хочешь попасть на суд. Я не советую. Я там был, приятного мало, — он поднял другую руку, с пальца свисала связка ключей. — Я хотел бы забрать тебя из этого здания до того, пока агента Коммода не занесло по-настоящему. Думаю, он собирается оставить твою голову на шесте в фойе, а это лишено вкуса, да?

Я только смотрела, и он приподнял брови над удивительно внимательными голубыми глазами.

— Я на твоей стороне, Тори. Я выпускаю тебя, и у меня нет времени объяснять тебе перед этим фильмографию Хоакина Феникса. 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

— Почему ты, агент МП, забираешь меня из камеры?

Кит вставил ключ в замок.

— Почему ты, обреченная преступница, жалуешься?

— Я не жалуюсь. Просто хочу знать, почему.

Он открыл дверь камеры, стараясь не шуметь, и шепнул:

— Мужчине нужна причина, чтобы действовать в стиле «Миссия невыполнима»? Если бы в твоей камере сверху была вентиляция, я спрыгнул бы с потолка на…

— Мы спасем и Аарона с Каем? — перебила я шипением.

Он спокойно подмигнул и прошел к камере Аарона. Пиромаг сидел на кровати, опустив плечи. Он поднял голову, и его рот открылся. Я жестом запретила ему шуметь, и он беззвучно поспешил к прутьям, пока Кит отпирал дверь.

— Агент Моррис, — шепотом представился он. — Профессиональный аналитик фильмов и консультант по побегу из тюрьмы, к вашим услугам.

Аарон вышел в коридор, потрясенно посмотрел на меня. Я смогла лишь покачать головой.

Кай, как и Аарон, подавленно сидел на кровати, отреагировал таким же шоком, когда мы появились перед его камерой. Мы повторили процесс с запретом шуметь и отпиранием двери, и Кай вскоре тоже освободился.

Я схватила обоих магов за руки, крепко сжала, невольно растрогавшись, когда их теплые сильные пальцы сжали мои пальцы. Кай тоже был в комбинезоне, и мне было жаль, что даже крутой электромаг не смог заставить этот наряд хорошо выглядеть.

— Ладно, — прошептала я. — Теперь нужно найти Эзру и Дариуса.

— Моя напарница поможет им, — Кит нахмурился, словно его обманули на деньги. — Мой первый шанс увидеть этаж задержания, но не-е-ет, это делает Линна.

— Этаж задержания? — повторила я. — Что это?

— Не знаю, но там заперли вашего друга, демонического мага. Кстати, это круто и жутко. Вы серьезно дружите с демоническим магом?

— Он — не демонический маг.

Он недоверчиво вскинул брови, повернулся к дверям из этого крыла. Нам придется пройти три занятые камеры до выхода, и если нас увидят другие пленники, смогут испортить побег.

— Посмотрим… — пробормотал Кит. Он задумчиво постучал по подбородку. — Ах, знаю.

Я посмотрела на его спину. Через миг вскрик страха донесся из одной из камер. Кто-то еще завизжал, как ребенок.

Кит поманил нас за собой, пошел по коридору к дверям. Я последовала за ним, нервно взглянула на ближайшую камеру. Внутри в тусклом свете мужчина с толстыми руками и жирной бородой забирался на верхнюю кровать, как испуганная обезьяна. Он нас не заметил.

В следующей камере пленник смотрел на пол огромными глазами, сосредоточился на бетоне. Третий пленник прятался под одеялом и дрожал.

Что с ними?

Кит прижал свой пропуск к панели, провел нас за двери и по лестнице на первый этаж. Он остановился на площадке и повернулся, окинул нас критическим взглядом.

— Мы идем к задней двери, — сообщил он. — Вам нужно только идти за мной, я все сделаю.

Я тут же напряглась от подозрений.

— Ты хочешь, чтобы мы просто вышли отсюда?

— Это глупая схема добавить нам еще обвинений? — прорычал Аарон.

— Вы угадали. Весь участок сговорился и решил, что вам троим нужно еще больше обвинений, хотя вам уже хватит на несколько пожизненных приговоров каждому, — он вздохнул от наших пустых лиц. — Это была шутка. За мной.

Он не ждал наших возражений, открыл дверь и вошел в коридор. Как можно спокойнее он прошел до конца, а там было два варианта: идти к кабинету, который было видно за окошком в двери, или повернуть налево и попасть в не очень безопасное фойе.

Кит опустил ладонь на дверь кабинета.

— О, если увидите что-то странное, игнорируйте это и идите за мной.

— Что значит…

Он открыл дверь и прошел в кабинет, полный агентов.

Я сглотнула, расправила плечи и пошла за ним. Был небольшой шанс пройти незаметно для меня, ведь я была в обычной одежде, но Аарон и Кай были в тюремных комбинезонах. Агенты не могли их пропустить.

Мы сделали три шага в кабинет, и два десятка его обитателей начали оглядываться, но тут раздался громкий хлопок.

Компьютер вспыхнул огнем.

Агенты закричали, вскочили на ноги, парень за столом оттолкнулся так сильно, что его стул упал. Огонь извивался, весело трещал, дым поднимался к потолку.

Кит шагал, широко огибая столы. Все агенты сосредоточились на огне, кроме женщины неподалеку, повернувшей голову к нам.

Горящий компьютер взорвался, отвлекая ее. Пылающие куски взлетели в воздух, люди кричали. Мужчина подбежал с огнетушителем.

— Стойте, нет… — воскликнул хозяин стола.

Но белая пена уже полетела на стол. Монитор упал, бумаги разлетелись. Огонь дико мерцал, но не угасал.

— Нет! — завопил хозяин стола. — Стойте! Проклятье!

Кит тихо рассмеялся, открывая заднюю дверь кабинета.

— После вас.

Я выбежала, Аарон и Кай — за мной, и Кит прошел последним, а хозяин стола яростно закричал:

— Это не настоящий огонь, идиоты! Где Кит? Ки-и-ит!

Подавляя смех, Кит помахал нам продолжать идти. Я посмотрела на него большими глазами и поспешила по коридору. Пожарный выход ждал в конце, и я прошла туда.

Мы вышли на тихую улицу, озаренную оранжевым сиянием фонарей, несколько машин стояло у тротуара. Я тут же поняла, почему Кит повел нас сюда. Если бы мы убежали через фойе, мы попали бы на закрытую парковку, а оттуда убежать можно было только через туннель. Тут мы могли бежать в любую сторону.

— Туда, — Кит указал на переулок напротив.

С болью осознавая, что Аарон и Кай были в тюремном, я вышла на дорогу. Парни следовали за мной, Кит замыкал строй.

В переулке черный седан сиял фарами. Я подумала на миг, что это была машина Миура, и Макико дала нам машину для побега. Но за рулем была не хрупкая девушка-аэромаг.

Зак поднял голову, услышав наши шаги. Его капюшон был поднят, но лицо озарял телефон в его руке. Он убрал телефон в карман и оттолкнулся от машины.

У меня было две секунды, чтобы запаниковать, что Зак стоял на виду, пока агент МП шел по переулку к нему, а потом друид сказал:

— Проблемы возникли?

— За кого ты меня принимаешь? — ответил Кит. — Я — не разыскиваемый плут с наградой в миллион долларов, но могу справиться с одним небольшим уголовным преступлением.

Мои надежды, что Кит не узнает в Заке Призрака, не сбылись. Но я успокоилась, поняв, что Кит мог быть товарищем Зака, а не настоящим агентом. Они серьезно подготовились к побегу.

Я открыла рот, чтобы заговорить, а потом бросилась за рукой Аарона, который устремился к друиду, яростно скалясь.

Точно. Аарон и Кай не знали, что Зак был на нашей стороне.

— Сволочь, — прорычал Аарон.

Зак пронзил пиромага взглядом, а потом спросил у Кита:

— Ты забрал их незаметно?

— Более-менее, — глядя, как я тяну Аарона за руку, Кит с интересом склонил голову. — Это Капитан Америка и Железный Человек или Капитан Америка и Красный Череп?

Зак проигнорировал это.

— Пошевеливайтесь.

— Постой, — я ущипнула Аарона за руку, чтобы он перестал стряхивать меня. — Стой-стой-стой. Что происходит? Почему ты тут? Откуда ты знаешь этого жуткого агента? Где…

— Жуткого? — обиженно пробормотал Кит.

— …Эзра и Дариус?

— Я все объясню в машине. Садитесь.

Кипя раздраженно, я открыла дверцу. Мы забрались внутрь — Кай, Аарон и я на заднее сидение, Кит на пассажирское место, а Зак — за руль. Он нажал на газ и агрессивно отъехал.

— Где ты взял машину? — спокойно спросил Кит.

— Украл.

— Мило.

Я склонилась над центральной консолью.

— Объясни. Сейчас.

Кит обернулся на меня.

— Ты видела «Неприкасаемых»?

— Нет.

Он недовольно фыркнул.

— Ладно, я объясню долгим способом. Все началось, когда Зак позвонил мне и сказал: «Кит, я знаю, что я — недолюбленный осел, который говорит, что ни за кого не переживает, но эта девушка…».

Друид убрал ладонь с руля и надавил ею на лицо Кита, отталкивая его.

— Попробуй снова, Шекспир.

Кит выпрямился, не расстроившись.

— Он позвонил мне и сказал: «Кит, что-то странное творится в твоем участке. Ты можешь узнать, что творится?».

— Постой, — Аарон склонился рядом со мной. — Ты на самом деле агент МП?

— Нет, я — Бэтмен.

— Я позвонил ему, когда вы не связались со мной после пары часов, — мрачно добавил Зак. — Ваш план явно не сработал.

Кит уперся рукой в консоль, и юмор пропал из его глаз.

— Мы с моей напарницей уже знали, что в нашем участке что-то не так, так что звонок Зака не стал сюрпризом, кроме того, что он вообще мне позвонил. Созэ — это еще тот фрукт. Он забрал участок у капитана Блит, и она ничего не может с этим поделать. Официально, — добавил тихо он.

— Чего хочет Созэ? — спросил Кай. — Какая ему выгода от казни Эзры и роспуска «Вороны и молота»?

— Все в нашем участке ненавидят вашу гильдию, — бодро ответил Кит, — так что последнее не удивляет. А насчет остального мы не уверены, но у вас проблемы серьезнее, чем причины поведения Созэ.

Это не дало мне задать следующий вопрос, я поджала губы. Он был прав. То, что мы покинули участок, не стерло обвинения против нас — и агент Созэ теперь добавит к ним побег.

И потому хотелось спросить, что нам делать и/или куда идти. Я хотела задать его, но за окном узнала улицу, по которой мы ехали. Эта идея не могла быть умной, но я не хотела предлагать Заку поменять направление.

Он остановил перед «Вороной и молотом». Окна гильдии ярко сияли, несмотря на позднее время, звали меня внутрь. Я знала, что это была иллюзия безопасности, но я хотела этого. Очень хотела.

Зак выключил двигатель, фары стали светить за машиной, другой автомобиль подъехал. Я оглянулась.

Джип Дариуса стоял за нами.

Аарон и Кай открыли свои дверцы, и я выбралась за ними. Дверцы джипа тоже открылись, и Эзра вышел и выпрямился, часть лица все еще была в бинтах.

Через миг Аарон и Кай добрались до него. Аарон сжал руку Эзры, и Кай стоял необычно близко, смотрел на лицо Эзры. Они склонили головы, губы Эзры двигались, он тихо говорил. Он улыбнулся, и Кай сдался и обнял Эзру. Зазвенел смех Аарона.

Несмотря ни на что, счастье бурлило во мне. Этот миг. Ради этого мы старались. Ради этого боролись и страдали.

— Как было на этаже задержания?

От вопроса Кита я оторвала взгляд от парней. К юному агенту МП присоединилась незнакомая девушка, худая, среднего роста, она вышла из джипа Дариуса. Ее строгое лицо не вязалось с ее внешностью, бусины и амулеты свисали с хвоста черных густых волос, множество ожерелий и кулонов лежали на ее небольшой груди, разномастные браслеты звякали на запястьях, и коричневая сумка свисала с ее плеча, лямка тоже была покрыта мелочами.

— Как и ожидалось, — ответила она мягко, но с ноткой раздражения. — Сколько хаоса ты устроил, выводя тех троих?

— Генри был убежден, что увидел группу милых котят в архиве. Ему не стоило покидать пост охранника ради котят, да? А остальные, — он пожал плечами, — Винсент привык к моим приколам.

Она вздохнула.

— Всегда Винсент. Из-за тебя у бедняги будет комплекс, Кит.

— Он выдержит, — Кит посмотрел на нее. — Как насчет твоей попытки побега?

— Было удивительно просто после того, как я освободила мистера Кинга. Он умеет делать людей невидимыми.

Кит надулся.

— Я могу…

— Ни за что!

Громкий вопль Аарона отвлек меня на него, Кая и Эзру. Пиромаг держал Маркер в ножнах, и на его лице был шок.

— Вы вернули его? — поразился он, хоть уже сжимал меч.

Дариус закрыл багажник джипа со стуком.

— Агент Шен была так добра, что забрала машину и ключи, — он изумленно посмотрел на девушку рядом с Китом и добавил. — Не стоит сейчас задерживаться на виду. Агент Шен, агент Моррис, присоединитесь к нам внутри?

— Конечно, — ответила агент Шен.

Зак, который стоял в шаге за мной, подняв капюшон, попятился.

Я сжала его запястье, не дав ему ускользнуть.

— Куда ты?

— Это было приглашение не для меня, Тори, — проворчал он.

— Ты тоже идешь.

— Мне не рады по понятным причинам.

Дариус повернулся к друиду. Я сжала крепче запястье Зака, встала между ним и главой гильдии, но не помешала им этим смотреть друг другу в глаза.

Вызов шипел в воздухе между друидом-плутом и бывшим убийцей.

— Люди закроют от тебя двери, куда ни повернешься, — тихо сказал Дариус. — Не закрывай их сам.

Зак моргнул, но не успел ответить, Дариус пошел к гильдии. Кит, Линна и три мага шли за ним, он толкнул дверь.

— Идем, — сказала я Заку. Он стал возражать, и я резко потянула его за руку. — Если бы он не хотел тебя там, он так бы и сказал.

Он сопротивлялся еще миг, а потом сдался и дал увести его внутрь.

Шум донесся из гильдии — взволнованные голоса. Звучало так, словно там было много народу. Я воодушевилась и поспешила к двери.

Я добралась до нее, когда Эзра прошел внутрь, придержал для меня дверь. Я последовала за ним. Тепло, свет и звук окутали меня, а еще присутствие множества человек. Тут была не часть гильдии.

От нашего мини-ковена ведьм, наших волшебников и ученых, наших алхимиков и целителей до наших психиков, мудрых офицеров, почти все члены гильдии, который я знала и любила — хотя некоторых только терпела — собрались в тесноте паба. Не хватало только Робин и Амалии, и их отсутствие било по мне.

Волна голосов — говорящих, кричащих, восклицающих — чуть не сбила меня. Все еще сжимая рукав Зака, я обвила руку Эзры и уперлась ногами, пытаясь осмотреться.

— Слушайте все, — Дариус повысил голос поверх разговоров. — Я надеялся вернуться с хорошими новостями, но я боюсь, мы все еще заблокированы.

Мифики посерьезнели.

— Мы не сдаемся, и у нас новые союзники. Позвольте представить агента Шен и агента Морриса, которые помогли нам… покинуть участок этим вечером.

Все настороженно смотрели на двух агентов.

— И вы можете узнать этого гостя — Зак, известный как Кристальный друид и Призрак.

Серьезная тишина стала ледяной. Враждебность растекалась как невидимая магма, все лица повернулись к Заку, и все были против его присутствия.

Он приподнял голову чуть выше, выступая против их безмолвного укора, его лицо было сдержанным, зеленые глаза — холоднее, чем у них. Я вздохнула. Он извинился передо мной, но не собирался признаваться в своей вине перед другими.

Дариус подошел к друиду, и — к шоку всех собравшихся — опустил ладонь на плечо Зака.

— Многие из вас, — сказал глава гильдии — тут только из-за того, что кто-то дал тебе второй шанс. Это гильдия вторых шансов, сделанных выводов и обновления, — он посмотрел стальным взглядом на друида. — Доверие заслужено. У тебя долгий путь, если хочешь, но мы дадим тебе шанс.

Зак смотрел на главу гильдии и молчал.

Дариус повернулся к агенту Шен.

— Как мы и обсуждали по дороге сюда, начнем доказывать невиновность Эзры. 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Все присутствующие члены «Вороны и молота» — почти пятьдесят — собрались по периметру паба. В открытом центре, где убрали все, кроме одного стола, агент Шен закончила рисовать сложный массив на поверхности стола.

Эзра стоял с другой стороны стола, терпеливо ждал.

Все нервно поглядывали на него и агента. Я не знала, как понять их выражения лиц. Некоторые были встревожены. Другие смотрели с изумлением, словно были почти уверены, что это была шутка. Как мягкий Эзра мог быть демоническим магом? Это было глупо.

Несколько лиц выглядели иначе. Жирар и Алистейр смотрели с выжиданием, Сабрина была замкнутой, но Брис выделялся.

Я смотрела на телепата, стоящего между Дрю и Линдоном. Мне нужно было удивиться, что он знал или подозревал об Эзре больше, чем давал понять? Он ведь читал мысли.

Не переживал во всей гильдии только Кит Моррис, странный агент, который спас нас. Он стоял в паре шагов за агентом Шен — или Линной, как он звал ее — сунув ладони в карманы, покачиваясь на пятках, словно ему было скучно.

— Что с ним? — буркнула я под нос, глядя на агента.

Зак переминался рядом со мной. Благодаря его присутствию, только Син и Сабрине хватило смелости стоять возле нас. Аарон и Кай были за Эзрой, и я не была с ними только из подозрений, что Зак пропадет, если я оставлю его одного.

Он проследил за моим взглядом.

— Тот, кто сделал его агентом МП, или слепой дурак, или гений.

— О чем ты?

Глядя на Кита, он прищурился.

— Он может быть самым страшным мификом нашего поколения, и никто не понимает этого.

Мое сердце пропустило удар.

— Включая него самого, — мягко добавил друид.

Я прижала пальцы к груди, заставляя сердце уже окрепнуть.

— Что за…

— У кого есть вещи, которые я попросила? — спросила Линна, отходя от нарисованного массива.

Сильвия прошла сквозь толпу членов гильдии, ткнув Даррена локтем по почкам по пути. Она подошла к Линне, протянула несколько сосудов и стеклянный кристалл.

Линна посмотрела на кристалл, положила его внизу массива, а потом осмотрела сосуды.

— Все точно отмеряно?

— Конечно, — оскорбленно фыркнула Сильвия.

Линна откупорила бутылочку, налила на руну нечто, похожее на воду. Она насыпала немного песка на другую, добавила пару капель жидкости на третью.

— Огонь, если можно, — сказала она Аарону.

Он посмотрел на жидкость, и та зажглась с облачком дыма. Огонек весело плясал.

— Эзра, — сказала Линна, — опусти ладонь в центр круга.

Он прижал ладонь к поверхности стола, огонь, земля и вода были по сторонам от его запястья. Все в комнате, включая меня, вместе затаили дыхание, пока Линна сверялась с маленьким гримуаром, который достала из своей сумки. Она стала читать заклинание. Другие не издавали ни звука.

Эзра уже не был демоническим магом, но после десяти лет с демоном остался ли он человеком в достаточной мере, чтобы пройти проверку?

Ее голос звучал мягко и уверенно. Лужица воды замерцала, а потом стала серебряным сиянием, которое озарило линии массива. Песок рассеялся, и сияние чар усилилось. Огонь растаял в массиве. Сияние снова стало ярче.

— Aqua et ignis, terra et ventus, revelate tenebras, — произнесла Линна.

Серебряный свет озарил ладонь Эзры. Он поднялся по его руке волной, миновал голову и плечи, устремился к его ногам. Свет поднялся по его телу, спустился по руке и ладони в круг. Бледное сияние наполнило прозрачный кристалл.

Свет вспыхнул и погас. Кристалл остался на столе, но теперь был белым с бежевым отливом.

Линна улыбнулась, строгость ее лица смягчилась от облегчения.

— Кристалл белый. Он не заражен Демоникой. Эзра Роу не демонический маг и не контрактор.

— Ясное дело! — закричал Кэмерон. — МП — идиоты!

— МагиПол снимет обвинения с нашей гильдии? — спросил кто-то.

— Мы уже можем идти домой? — громко спросил другой голос — похоже было на Алиссу.

— Это важный шаг, — ответил Дариус, — но только первый. Наша гильдия — и все вы — все еще в опасности.

Он подошел к Линне и стал тихо советоваться с ней, а в комнате загудели разговоры. Аарон, Кай и Эзра снова опустили головы вместе, они улыбались, несмотря на тяжелую ситуацию. Я не могла их винить.

— Что нам делать? — сказала я, озвучивая свои мысли вслух, а не направляя вопрос к кому-то конкретному. — МП скоро поймет, что мы тут.

— Они уже могут знать, — ответила Син, отрывая взгляд от телефона. — Охотники следили за гильдией днем и ночью, ждали, что кто-то сорвется и выйдет.

Я нахмурилась.

— Выйдет?

Сабрина сцепила ладони перед собой.

— Когда МП прибыли неделю назад, Дариус сказал всем, что мы можем или убежать в тот же миг, или идти в гильдию. Пока все мы тут, охотники не осмелятся войти внутрь. Пока мы вместе, они не могут нас поймать.

В этом был смысл. Собраться вместе, запереть замки и молиться, что МагиПол не попытается устроить осаду. Я представляла, как всем уже надоело сидеть в этих стенах.

Я посмотрела на Сабрину.

— Как тогда ты вышла?

— Эм, — она шаркнула ногой. — Дариус и несколько других порой выбирались, и он помог мне.

Вот как.

— Кстати, — добавила Син, убирая телефон в карман, — тебе нужно позвонить Джастину. Я сообщила ему новости, но он ужасно переживал.

Я прищурилась, глядя на нее.

— Ты переписывалась с моим братом?

Ее щеки порозовели.

— Просто… кхм, почти каждый день. Ему нужно было знать, что происходит!

Я поджала губы, а потом покачала головой.

— Я рада, что ты держала его в курсе. Ты же сказала ему не ходить сюда?

— Да, он знает об этом.

— Хорошо. Не хватало только…

— Тори! — Аарон махал мне подойти к нему и Каю в другой части комнаты. — Иди сюда!

Я быстро поискала взглядом Эзру. Он шел лестнице с Элизабеттой и Майлсом. Видимо, для исцеления.

Я пошла к Аарону и Каю, бросив через плечо:

— Не дайте Заку уйти, ладно?

Син и Сабрина встревожились, а друид нахмурился.

Я присоединилась к паре магов.

— Что такое?

— Агент Шен и агент Моррис уходят, — объяснил Аарон. — Как только они сообщат нам, что происходит в участке, мне нужно встретиться с Дариусом и другими офицерами, но у нас есть время помыться.

— Что? — я потянула себя за спутанную прядь волос. — О, мы можем помыться?

— Именно.

Он и Кай повернулись к лестнице подвала. Я закинула руки на их широкие плечи, мне нужна была их близость после неуверенности и страха. Когда они обвили руками мою талию, я прикусила щеку изнутри от новой волны страха.

Мы покинули участок, но ничего не исправили. Все было плохо. Мы спасли Эзру, но, если мы не убедим МП в том, что невиновны, мы все будем обречены.

И наши судьбы теперь зависели от Дариуса и двух агентов МП, которых мы только встретили, и которым не доверяла — я не доверяла им. Было сложно сказать, как себя чувствовал Дариус.

Мы прошли вместе за лестницу, где скрывалась дверь в подвал. Там нам пришлось разделиться, потому что мы не могли втроем пролезть в дверной проем.

В тихом подвале два мага повернулись ко мне, словно отрепетировали, но, скорее всего, они просто хорошо знали друг друга.

— Ты это сделала, Тори, — сказал Кай. — Ты спасла его.

Ком появился у меня в горле.

— Я не смогла бы сделать это без вас двоих.

— Мы были перепуганы, — хрипло сказал Аарон. — Мы могли только сидеть в камерах и переживать.

— Зак спас нас, — сообщила я. — Он забрал нас от «Рыцарей Пандоры» и нашел укрытие, исполнил ритуал. Мы не справились бы без него.

Аарон стиснул зубы, словно думал, стоило ли возмутиться из-за участия друида.

Кай издал тихий звук горлом.

— Давайте сначала помоемся, а потом ты расскажешь нам обо всем произошедшем.

В дамских душевых я забрала из своего шкафчика мыло, шампунь и чистую одежду, поспешила в кабинку. Через минуту я стояла под горячей водой, смывала пот и грязь недели жизни разыскиваемым плутом.

Я не спешила, отмокла, оттерла себя, побрилась. Я вышла из душа, вытерлась и нанесла маску на волосы, крем на лицо, почистила зубы. Тщательно. Я надеялась, что не придется больше ни дня проводить без щетки.

Тревожные бабочки трепетали в животе, неизвестность висела надо мной, но я ощущала себя человеком сильнее, чем за неделю. Я надела хлопковые штаны для йоги, лавандовую майку. Запах чистой одежды был раем. Я, наконец, вышла из душа, неся куртку, свитер, чистые носки и не очень чистую обувь в одной руке, а боевой пояс в другой, кармашек утяжеляла Хоши-сфера.

Я пересекла комнату фитнеса, шум воды доносился из душевых мужчин. Аарон и Кай не стали бы задерживаться тут надолго. Они точно справились за десять минут — пять для бритья, пять для душа.

Я повернулась к комнате, забросила пояс на плечо и постучала в дверь.

— Аарон? Кай?

Приглушенный мужской голос ответил мне, и через миг дверь открылась. Эзра придерживал ее ладонью, и в другой была зубная щетка, торчащая из его рта.

И он был без футболки.

Я опустила взгляд в поисках ран. Не только следы когтей Этеррана, но и шрамы, порвавшиеся при выходе Этеррана из его тела, стали розовыми линиями. Шрамы, наверное, станут толще, чем раньше, но ненамного.

Закончив оценку здоровья, я жадно упивалась видом его джинсов, облепивших его бедра, черный пояс боксеров выглядывал, а потом я вернула взгляд на его лицо. Его бледный глаз не пострадал еще сильнее, шрам, который тянулся ото лба по щеке, почти не изменился.

Он склонил голову, приглашая меня в душевую.

Я изумленно приподняла бровь, опустила вещи на ближайшую скамью и прошла босиком по плитке. Комната была такой же, как женские душевые: ряд рукомойников напротив стены шкафчиков, посередине — скамья. С другой стороны было несколько кабинок, скрытых плотными шторами.

Одна из штор была сдвинута, и пар вылетал оттуда, кабинка нагревалась для Эзры.

Он поспешил к рукомойнику, сплюнул пасту. Я терпеливо ждала — я могла ждать всю ночь, пока видела его восхитительные мускулистые руки.

— Прости, — сказал он, ополоснув рот. — Мне нужна помощь, и ты тут.

Я приподняла бровь.

— Какая помощь?

— Я не могу дотянуться и смыть это, — он показал мне спину. Серебряные линии с рунами тянулись по его спине, почти весь массив уже был стерт.

Ах, работа Элизабетты и Майлса.

— Конечно. Есть тряпка?

— Уже висит в душе. Секунду.

Он пошел в кабинку, и я последовала за ним. Там он потянулся сквозь брызги воды, попадающей на его руку, и схватил белую тряпку с полочки под вентилями воды, где ждали его мыло и шампунь. Он подержал ее под водой, а потом отдал мне.

Я прикусила губу, когда он развернулся. Прижав ткань к его спине, я медленно и тщательно оттирала линии. Очень медленно. Я наслаждалась? О, конечно.

Воспоминание мелькнуло в голове — я стояла в душе с Заком, смывала кровь дракона с его спины. Я не могла дышать от его вида, но это нельзя было сравнить с тем, как колотилось мое сердце в груди сейчас, от каждого удара я содрогалась.

Я хотела отбросить тряпку и прижать к нему ладони. Я хотела обвить его руками и не отпускать. Я хотела…

Я поняла, что рука остановилась, и опустила тряпку.

— Все хорошо.

Он повернулся ко мне.

— Спасибо.

— Мм, — я коснулась одного из его шрамов на бедре. — Как ты себя чувствуешь?

— Намного лучше, — он смотрел на мою ладонь, пока я вела ею по его шраму к груди, а потом вытянул руки, показывая шрамы светлее на его бронзовой коже. — Много, да?

— Ты хотя бы целый, — я посмотрела в его разноцветные глаза. — Так ты теперь хорошо себя чувствуешь?

— Да?

— Здоровый и крепкий снова?

— Более-менее.

— И ты не упадешь?

— Нет.

— Хорошо, — я бросила тряпку в душ, не переживая из-за того, куда она упала, а потом прижала пальцы к его шее сзади, опустила его голову и поцеловала его.

Его губы прижались к моим, ладонь легла на мои мокрые волосы. Я прижалась к нему, и он отпрянул и врезался в стену.

— Мне нужно помыться, — сказал он, голос гудел так, как мне нравилось. — Ты чистая, а я…

Я вернула его рот к своему, поцеловала его снова, ощущая мятный вкус его пасты.

— Тогда иди в душ, — выдохнула я в его губы. — Я тебя не останавливаю.

Он помедлил, и я открыла губы возле его в приглашении. Его язык скользнул в мой рот, и я тихо застонала, пальцы скользили по его плечам.

Вода била по полу в двух футах от нас, пар окружал нас. Я спустила ладони по его груди, по его напряженным мышцам пресса, нашла пояс его джинсов.

Дыхание вырвалось из его носа, когда я расстегнула пуговицу. Расстегнула ширинку, направила джинсы вниз. Они соскользнули, и он подвинулся и вышел из них.

Он остался в одних боксерах, притянул меня к себе и снова поцеловал. Обвив руками его шею, я прижалась бедрами к его, наши тела разделяла пара тонких слоев хлопка.

Он заурчал без слов, одна ладонь скользнула под мою майку на спине. Другая его ладонь поднялась по моему боку и легла на грудь. Его большой палец гладил меня сквозь тонкую ткань майки и спортивного лифчика, и я выгнулась, желая большего. Куда большего.

Я оторвалась от него, схватила свою майку и сняла через голову. Я все еще снимала ее с рук, когда он притянул меня к себе. Его рот накрыл мой, его горячие ладони двигались по моим бокам, по моим грудям, а потом бедрам.

Я спустила свои штаны по ногам, а потом отбросила их и майку на скамейку. А потом и лифчик с трусиками.

Эзра голодно смотрел на каждое мое движение. Его ладони были на мне раньше, чем я убрала нижнее белье на скамейку. Он целовал меня, голодно и коротко, а потом его рот лег на нежное место под моей челюстью.

Я потянулась между нашими телами. Его дыхание дрогнуло, когда я запустила пальцы под резинку его боксеров. Я взяла его обеими руками, гладила и ласкала, пока он тяжело дышал.

А потом сдвинула боксеры. Последняя часть ткани между нами пропала, он поднял меня над полом. Мои голые ноги обвили его пояс, он ступил под брызги душа.

Я охнула, когда горячая вода ударила по нам. Она стекала по нашим голым телам, но ее жар не мог сравниться с раскаленной лавой во мне.

Я сжимала Эзру. Целовала его. Касалась его. Мои ладони скользили по каждой его мышце, каждому шраму, каждому дюйму прекрасной бронзовой кожи. Его ладони были заняты, он поддерживал с легкостью мой вес, но его рот был занят, целовал мою шею, его зубы задевали мои ключицы.

Он подвинул меня выше, одна ладонь прижалась к моей спине, а потом его рот стал тщательно исследовать мои груди. Губы и язык. Он пробовал и посасывал. Я выгнулась в его руках, дрожала, едва дышала, ладони были в его волосах, ноги крепко сжали его пояс.

Я не могла уже терпеть, была в миге от того, чтобы взорваться на миллион кусочков, но разжала ноги и соскользнула с него.

Его твердая длина была между моих бедер, и я со стоном потерлась об него. Он сжал мои бедра и остановил мое движение, тяжело дыша.

Мы смотрели друг на друга, его глаза горели, он жаждал большего.

Я сжала кусок мыла. Он продолжил сжимать мои бедра, а я намылила ладони и прижала к его груди.

Он склонился. Я провела ладонями по его плечам, втирала мыло в его кожу, а он целовал меня, медленно, жарко и жадно. Я намылила его руки, лаская каждую мышцу, и когда я прижалась ближе, чтобы провести ладонями по его спине, его пальцы сжались.

Он прижал мои бедра к себе, а потом направил их от себя. Туда-сюда, туда-сюда, он терся об меня между моих бедер. Медленно, эротично, невероятно чувственно. Я заскулила в его рот, но он продолжал медленные движения, сводящие с ума.

Поцелуи с заигрывающими языками. Медленные движения бедер. Сладкая пытка на грани агонии. Мы двигались вместе, не разрывая поцелуя, прижимаясь друг к другу, и горячая вода лилась на нас, смывая страхи и стресс, неуверенность и сомнения, боль и борьбу, которую мы пережили, чтобы добраться сюда.

А потом, когда наслаждение усилилось, и наши рты стали двигаться быстрее, он поднял меня с плитки пола. Мои плечи прижались к холодной стене кабинки, он прислонил меня туда и медленно опустил снова, в этот раз он проник между моих бедер, проник в меня.

Все мое тело трепетало, мышцы сжались, я охнула, жаркое наслаждение охватило каждый нерв. Я обвила его бедра ногами.

— Тори, — пророкотал он. Его руки напряглись, он прижал меня к стене кабинки, ладони сжали мою попу, пальцы давили на мою кожу. Его мышцы проступили, бедра стали двигаться.

Его сила поддерживала меня, и я могла только сжимать его — и это было пыткой, было наслаждением и агонией, всем, о чем я мечтала, и больше, чем я представляла. Там, где я бы спешила в пылу похоти, он двигался медленно, уверенно и с силой. Он был таким сильным. Каждый толчок кружил мне голову, и я держалась за него, наслаждение росло в приятном темпе.

Все выше. И выше. Его рот опустился по моему горлу, я тяжело дышала и стонала. Мои ноги дрожали. Я не могла дальше терпеть.

— Эзра, — выдохнула я.

Его пальцы впились в мою попу, и он стал двигаться быстрее. Сильнее. Я сжала его волосы, и наши рты соединились, дыхание вылетало, груди вздымались. Я поднималась и опускалась, теряла контроль, всю меня поглощало ощущение его внутри меня.

Стон вырвался из его горла, и он вонзился в меня. Наслаждение поднялось во мне волной, из центра и по всему телу. Я дрожала, задыхалась, стонала, не знала, какой именно звук издавала, потому что не могла думать, тонула в волнах наслаждения.

Наконец, волны смягчились до трепета и тепла. Эзра прильнул ко мне, отчасти поддерживал, отчасти прижимал к стене, переводя дыхание, его лицо придалось к моей шее.

Я провела пальцами по его промокшим волосам. Мои ладони дрожали.

— Ого, — почти беззвучно произнесла я.

Он, наверное, услышал, даже поверх шума воды в душе, потому что его плечи задрожали от тихого смеха. Он выпрямился, и я опустила ноги на пол. Я не могла устоять сама, обвила руками его шею. Он притянул меня за собой под горячую струю воды.

Я убрала кудрявую прядь с его лба.

— Эзра.

Всего на миг, краткий миг, слова, которые я хотела сказать, застряли в горле. Их всегда было так тяжело произнести вслух, но я никогда так не нуждалась в них.

— Я люблю тебя, — прошептала я.

Его пальцы обвели мою челюсть. Я склонилась, он мягко прижался губами к моим.

— И я тебя люблю, — прошептал он в мои губы. — И я хочу любить тебя всю мою, надеюсь, долгую жизнь, если ты этого хочешь.

Трепет охватил меня. Я обычно не строила планы на будущее. Я не знала обычно, что хотела сделать на следующей неделе, не то что в следующем году. Мои цели когда-то состояли из «не лишиться работы», а потом — «не умереть». Почти всю жизнь я не знала, чего хотела.

Закрыв глаза, я поцеловала его, пальцы запутались в его волосах.

— Да, — выдохнула я. — Этого я и хочу. 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Эзра надел чистые джинсы поверх серых боксеров, когда он застыл с внезапным огорчением на лице.

Я замерла, надевая майку.

— Что такое?

— Тори, я даже не подумал о защите.

Я расслабилась и поправила майку.

— Все хорошо. У меня ВМС, — я с изумлением приподняла бровь. — И ты воздерживался… восемь лет, да? Ты чистый, да?

Он открыл рот, потом закрыл его.

— Да, но я все равно должен был у тебя спросить. Прости.

Тепло дрожало во мне, и я пересекла расстояние между нами. Я поднялась на носочки и прижалась к его губам своими.

Я хотела быстро поцеловать его, чтобы приободрить, но стоило моим губам лечь на его, угли, которые немного остыли, вспыхнули огнем. Я прижалась к нему, водила ладонями по его груди и прессу, по его расстегнутым джинсам. Его дыхание дрогнуло, пока я ласкала его сквозь тонкую ткань.

Его язык играл с моим, одна ладонь нашла мою грудь, ласкала в ответ, а потом он отодвинулся, вздохнув.

— Если мы задержимся сильнее, кто-нибудь придет за нами.

— Наверное, Аарон, — пробормотала я. Он вполне мог помешать нам. Хотя это не было бы его виной, но девушке можно было позлиться.

Эзра закончил одеваться, и я подавила вздох, когда его темно-синяя рубашка с длинными рукавами скрыла его прекрасные мышцы. Я могла теперь гладить его мышцы пресса до сотого дня рождения, не уставая от этого.

Теплый влажный воздух вырвался из душевой, когда я открыла дверь. Эзра вышел за мной, ожидая, пока я села на скамью, чтобы надеть носки и обувь. Я надела и свитер, нуждалась в тепле.

Я замерла для еще одного поцелуя, а потом пошла к лестнице. Шум голосов звучал с первого этажа, пока мы спешили по лестнице и за дверь.

Паб был полон людей, и в толпе я словно попала в море напряжение. Расслабляющий эффект принятия душа — первого и второго, чудесного — испарился в этой тревоге. Я на несколько минут забыла, что мы были заперты в гильдии, потому что охотники за наградами поймают нас, стоит нам выйти.

Хоть никто не был за стойкой, несколько человек сидело на стульях рядом, включая Син, Сабрину, Кавери и Зака. Последний стоял в паре широких шагов от женщин, скрестив руки, с каменным лицом, а Кавери смотрела на него так, словно пыталась набраться смелости и завести разговор.

Я подошла и легонько шлепнула его по руке.

— Если будешь хмуриться и дальше, лицо застрянет так.

Зеленые глаза пронзили меня взглядом.

— Ты вернулась. Наконец-то.

— Я давно мечтала принять душ, — я огляделась. — Где Аарон и Кай?

— Ушли наверх, — сообщила Син. — И Жирар с несколькими другими.

— Они… — начала я.

И замолчала, Син вытащила телефон из кармана, экран сиял от входящего звонка. Она подняла телефон к уху.

— Алло? Да, она тут, — она протянула телефон мне. — Это Джастин.

Я взяла телефон.

— Джастин?

— Тори, — быстро и тихо сказал он. Я на работе, и мы только что получили приказы эвакуировать восемь улиц в квадрате Истсайда. Как при появлении демона на Хэллоуин.

— Эвакуировать? — повторила я.

— Да, от улицы Кэмби до Принцесс-авеню, и ты знаешь, что прямо в центре?

Пол двигался под моими ногами.

— «Ворона и молот». Мы в центре зоны эвакуации.

Син, Сабрина и Кавери смотрели на меня с растущим ужасом, они все поняли. МП пошло бы на эвакуацию половины района только в случае ожидаемой жестокости мификов.

Они готовились к нападению.

— Сколько? — выпалила я. — Сколько продлится эвакуация?

— Около четырех часов. Ты знаешь, что происходит?

— Пока нет, — прошептала я. — Мне нужно идти. Син будет держать тебя в курсе.

Я закончила звонок, отдала Син телефон и повернула голову к Заку и Эзре.

— Идемте.

Мне не нужно было продолжать. Оба мужчины уже шли по пабу к лестнице, и мы вместе поспешили по лестнице. Я заглянула в комнату на втором этаже, не удивилась, увидев ее пустой, даже заброшенной. Она не была пустой в плане мебели, но там не было людей. Зато ящики и коробки заняли столы.

Я шла за Эзрой и Заком на третий этаж. Дверь в кабинеты была открыта, и там гудел мужской голос:

— …полагать, что они заметили, что мы уже не в камерах, — говорил Аарон, пока мы миновали один дверной проем за другим. — И в зависимости от того, как…

Он замолчал, хмурясь от нашего появления — и заметного напряжения.

Комната не была маленькой, но там было тесно, когда собрались девять человек. Вместе с Аароном, Каем, Жираром, Алистейром, Феликсом и моей любимой ледяной королевой Табитой, уже разместившихся за тремя столами.

— Где Дариус? — спросил Эзра.

Дверь в кабинет главы гильдии открылась в ответ, и Дариус вышел к нам с телефоном в руке.

— Есть еще проблема? — спросил он.

— Похоже на то, — ответила я. — Джастин, мой брат, полицейский, и он позвонил и сказал, что полиция эвакуирует восемь улиц, и «Ворона и молот» в центре зоны эвакуации.

Дариус сжал губы, и мне не нравилось, что наш спокойный глава гильдии был недоволен. Он не успел ответить, телефон зазвонил — в этот раз его телефон. Он нажал на экран.

— Дариус. Громкая связь.

— Мистер Кинг. Это агент Шен.

Мне пришлось напрячься, чтобы слышать Линну, но не из-за громкости на телефоне Дариуса, просто агент тихо шептала.

— Ты в безопасности? — быстро спросил Дариус.

— Пока что, — выдохнула она. — Мистер Кинг, вам нужно немедленно эвакуировать гильдию.

Мой страх стал ледяным.

— Созэ как с ума сошел, — добавил низким рычанием мужской голос. — Я не знаю, чем он думает.

Видимо, это был Кит, но он уже не звучал как очаровательный шутник.

— Вскоре после того, как мы помогли вам сбежать, — объяснила шепотом Линна, — в участок прибыл член «Ключей Соломона» для встречи с Созэ. После их встречи он сообщил, что МП приказала Damnatio Memoriae, и дал ведущую роль «Ключам Соломона».

— Что приказала? — спросил Дариус.

— Это означает «проклятие памяти». Так делали в древнем Риме, полностью стирали приговоренного из существования и истории. Это позволяет МП позволить больше власти, чем необходимо, одной или нескольким гильдиям против провинившихся.

Никто не шевелился. Никто не говорил.

— Это… не может быть, — Феликс покачал головой. — МП — не варвары.

— Damnatio Memoriae не применяли с девятнадцатого века, — ответила Линна. — Это последняя мера, когда все стандартные не срабатывают, и только при риске раскрыть магию — когда мифики буйствуют и сжигают деревни.

— «Ворона и молот» не сжигает Ванкувер! — возмутился Жирар.

— Созэ говорит, что многие члены вашей гильдии неуправляемы, и гильдия готовится напасть группой на участок. Он говорил, что вы собираете оружие.

— Мы собирали оружие, — сказал Дариус. — Но готовились к битве с Двором Красной королевы.

Эзра скрестил руки.

— Видимо, можно сказать, что Двор теперь управляет «Ключами Соломона».

— Это объясняет, почему «Ключи» хотят нас уничтожить, — сказала Табита, ее глаза сверкали. — Но почему Созэ хочет нас уничтожить? Что ему от этого?

— Если бы мы знали, — вмешался Кит. — Он — скользкий тип. До этого он был осторожен, а теперь ведет себя как Доктор Зло. Я просто жду, когда появятся акулы с лазерами.

Я выпрямилась.

— Постойте. Член «Ключей Соломона», с которым он встречался, это женщина с черными волосами?

— Да, — удивленно ответила Линна. — Вы ее знаете?

— Зантэ, — прорычал Эзра. — Она управляет Двором.

Аарон нахмурился.

— Я думал, что лидером был Ксевер.

— Он — провидец, но Зантэ управляет шоу, — Эзра посмотрел на телефон. — Она еще в участке?

— Она была с ним до этого, но не знаю, где она сейчас.

— Если рядом, она может управлять им, — сказала тревожно я. — Женщина — менталист. Она может заставлять людей делать то, чего она хочет, пока она их видит.

Кит тихо выругался.

— Ясно, — тихо сказала Линна. — Если она еще тут, мы разберемся с ней, но это не остановит Damnatio Memoriae. Гильдия «Ключи Соломона» привела четыре команды, и они уже выстраиваются вокруг вашей гильдии. Вам нужно уходить сейчас, пока вы еще не в ловушке.

Четыре команды опытных боевых мификов, которые выполняли опасные убийства за награды и вели себя жестоко? Я не знала, сколько это было людей, но любое количество выше нуля было плохим.

Дариус смотрел на свой телефон несколько долгих секунд.

— Делайте, что можете, агент Шен, агент Моррис. И берегите себя.

— Берегите? — удивился Кит. — Только если останемся в этом чулане на всю ночь. Тут уютно, но…

— Мы будем на связи, — перебила Линна, и звонок завершился.

Дариус убрал телефон в карман, и мы смотрели на него, ждали его ответа.

— Джастин сказал, что полиции нужно четыре часа, чтобы очистить район, — медленно сказала я. — Если «Ключи» не будут нападать, пока эвакуация не завершится, у нас есть время эвакуировать гильдию… да?

— Мы не эвакуируемся.

Я вздрогнула, решив, что ослышалась.

Глава гильдии смотрел на нас, а потом сосредоточился на четырех офицерах.

— Мы не можем эвакуировать незаметно больше сорока мификов, «Ключи» пойдут за нами, и мы все равно будем в опасности, но и место станет не защищенным. Мы могли бы проскользнуть небольшими группами, но тогда те члены останутся с минимальной защитой.

— Но если мы не эвакуируемся, — прошептала Табита с белым лицом, — что мы будем делать?

Глава гильдии поднял ладонь, направляя ее к потолку. Тьма наполнила комнату, а потом огни вернулись. Серые глаза Дариуса блестели.

— Мы защитим гильдию, как и поклялись сделать.

* * *
Я задержалась внизу лестницы, слушая, как Дариус говорил с гильдией. Четверо офицеров, включая Аарона, обступили его с серьезным видом. Пока глава гильдии говорил, лица остальных медленно менялись от смятения к предвкушению.

Мы собирались сражаться. Защищать свою гильдию.

«Ключи» были профессиональными убийцами, но нам не нужно было одолеть всех, кто нападет на нас. Нужно было отстоять свое место. Отстоять справедливость, о которой забыла МП.

И, если нам повезет, Кит и Линна совершат чудо и отменят приказы Созэ. Но я не рассчитывала на это.

Горло сжалось, и я поднялась по ступенькам. Я уже знала план — Дариус и офицеры обсудили его в кабинете сверху, и я не хотела слушать его снова. Мне уже хватало тревоги и вины.

Я спровоцировала культ, и культ устроил это. Я спасла жизнь Эзры, только чтобы быть в ответе за смерти других ребят из моей гильдии?

Я глубоко вдохнула и поспешила к открытой двери комнаты на втором этаже, но застыла, услышав голос Эзры внутри.

— Ты остаешься или уходишь?

Я помедлила от его холодного тона.

— Твоя гильдия собирается воевать с «Ключами Соломона», — ответил Зак, его тон был еще холоднее, чем у Эзры. — Разве ты не должен умолять меня остаться?

— Тебе нет дела до нашей гильдии. Тебе важна только Тори.

— Думаешь? — Эзра не ответил, Зак фыркнул. — Я пытаюсь все наладить с Тори. Потому я тут, а не для дружбы с вашей маленькой гильдией изгоев.

— И ты дашь ребятам из ее гильдии умереть на ее глазах? Она это точно оценит.

— А ты предлагаешь мне в одиночку защищать эту гильдию? Для мифика, который потерял почти все силы, ты слишком нагло указываешь на то, как мне применять свою.

— Я предлагаю хоть раз быть честным насчет того, что ты хочешь делать.

— Может, я не собираюсь ничего делать.

— Тогда почему ты еще тут?

Я поспешила пройти в комнату, пока их спор не усилился. Двое мужчин повернулись ко мне. Зак хмурился, а Эзра… я не знала. Был спокоен, но с мрачным оттенком.

Он был без Этеррана меньше суток, и я пока не знала, как сильно он изменился без демона, влияющего на его разум, бьющего по его концентрации или требующего от него подавления эмоций.

— Никто не ждет, что ты защитишь гильдию, Зак, — сказала я ему. — Любой способ, которым ты хочешь помочь, подойдет.

Он прищурился, глядя то на меня, то на Эзру.

— Серьезно, — я махнула рукой. — Ты уже сделал достаточно.

Я скользнула между ними и посмотрела на комнату. Один ряд столов был полон оружия — от мечей и копий до топоров и пистолетов. Другой ряд был с артефактами — медальоны, палочки, кулоны и прочее, и на каждом предмете были руны — и алхимическими зельями всех цветов и консистенции в сосудах разного размера.

— Посмотрите на все это, — я пригляделась к черной сфере размером с мячик для гольфа, на ней были вырезаны золотые руны. — Мы все это возьмем в бой с «Ключами»?

— Изначально мы хотели этим биться с Двором, — Эзра подошел ко мне у стола. — Но они сработают и против «Ключей».

— Тут есть что-нибудь не занятое? Что я могу взять?

Зак появился с другой стороны от меня.

— Брать в бой незнакомые артефакты опасно. Сложно вспомнить больше двух новых заклинаний, когда адреналин повышен.

Я скривилась, неохотно соглашаясь, а он снял рюкзак с плеча. Тот рухнул на стол со стуком. Я изумленно смотрела, как он рылся внутри, а потом вытащил спутанные кожаные шнурки. На конце каждого висел грубо вырезанный кристалл.

Он взял рубин.

— Ты уже знаешь, как использовать заклинание decidas.

Мои глаза расширились, он протянул рубин мне. Мои пальцы, подрагивая, сжали прохладный кристалл с тем же заклинанием падения, которое я потеряла.

— Одного не хватит, — он тряхнул спутанными шнурками и вытащил еще два красных кристалла. — Вот. То же заклинание.

Я взяла и их, потрясенно смотрела, как три камня звякнули вместе.

— Это…

Он смотрел на оставшиеся кристаллы. Через миг колебаний он выбрал один и опустил остальные в рюкзак. Он поднял артефакт — вытянутый камешек, похожий формой на бриллиант, в два дюйма длиной, в фиолетовой глубине были синие прожилки — на кожаном шнурке.

— Это будет новое заклинание. Слова: ori vis siderea.

— Ori vis siderea, — повторила я. — Что он делает?

— Это скоростной артефакт, — от моего пустого лица он объяснил. — Его можно использовать шесть раз без перезарядки, но потом он больше не работает.

— Шесть раз? И не нужно ждать?

— Именно, — он отошел от стола, сжал кристалл в ладони. — Насчет того, что он делает… ori vis siderea.

Кристалл вспыхнул, и шар сине-сиреневого света размером с мяч для софтбола, появился в его ладони. Маленькие дуги разноцветного тока вылетали из шара. Мои глаза выпучились. Он держал то, что выглядело как чистая магическая энергия.

Он отодвинул руку.

— Готова?

Тревога вспыхнула во мне.

— Постой, чт…

Он метнул его в меня.

Шар попал по моему правому плечу и взорвался. Взрыв оттолкнул меня в Эзру, и он поймал меня. Я обмякла. Сияющие лиловые и синие пятна покрыли меня, словно энергия стала жидкой. Там, где сияли пятна, тело ослабело и онемело. Моя правая рука висела плетью.

— Тори! — воскликнул Эзра.

— Три секунды, — сказал Зак.

Пятно на моем плече испарилось, и ощущения вернулись. Мышцы снова работали. Я выпрямилась и недовольно посмотрела на Зака.

Он протянул артефакт, кристалл невинно покачивался.

— Теперь ты знаешь, что он делает, — сказал он, не извиняясь. — Осталось пять раз.

Я открыла рот, потом закрыла его, не ругая за нападение и потраченную атаку. Может, он был прав, и мне нужно было понять эффект перед тем, как идти с этим в бой.

— Спасибо, — я сжала шнурок. Я надела четыре кристалла на шею и снова посмотрела на него. — Правда. Спасибо, Зак. Ты сделал более чем достаточно. Если хочешь идти, не страшно. Я не буду затаивать на тебя обиду.

Зеленые глаза впились в меня, видели сквозь кожу.

— Ты хочешь, чтобы я ушел?

— Конечно, нет, но это не твоя гильдия. Тебе нужно позаботиться о себе.

— И ты не обидишься, если я уйду?

— Нет. Это ничего не изменит между нами, обещаю.

Мышца дергалась на его челюсти, он разглядывал меня, линии напряжения были вокруг его рта. После долгого мига он кивнул.

— Понял.

Странная тревога пробежала по мне.

— Зак…

Он поймал мое запястье и поднял мою ладонь. Вытащив что-то маленькое из кармана, он прижал его к моей ладони.

— Это тебе тоже может понадобиться. В этот раз сохрани это.

Крепкая хватка его пальцев пропала с моего запястья, и он повернулся, длинный плащ развевался за ним, пока он шел к открытой двери.

Он замер на пороге.

— Если бы ты считала меня другом, ты попросила бы моей помощи, а не говорила бы мне спасать свою шкуру?

Мои глаза расширились, протест без слов вырвался из горла.

— Я не… я просто…

Он оглянулся и увидел мое виноватое лицо.

— Я так и думал.

Он вышел. Его шаги тихо стучали по ступенькам, звук быстро потерялся в гуле голосов из паба. Раскрыв рот, я смотрела на предмет в моей ладони — квадрат лиловой ткани, теплый от жара его тела, тяжелее, чем выглядел.

Панцирь Валдурны. Его самый ценный артефакт фейри.

Я потрясенно посмотрела на Эзру, а потом бросилась к лестнице. Минуя по две ступеньки за раз, я пролетела лестницу, но не успела добраться до конца, как заметила его в другой части людного паба.

Дверь открылась, и его темный силуэт вышел во мрак снаружи. Он не оглянулся. 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

В «Вороне и молоте» было двадцать пять боевых мификов — если считать не закончивших обучение. Я не знала, могла ли находиться в списке, ведь я была лишь отчасти обучена, да и была человеком.

К сожалению, три члена, которых можно было считать опытными и способными в бою, отсутствовали. Когда кошмар начался неделю назад, и Дариус предложил закрыться со всеми в гильдии или убежать, Велдон, Цзи и Минь выбрали второй вариант. Я была рада, что ушел жуткий старик Велдон, а юные представители Арканы и без того редко бывали в гильдии.

Я хотела бы, чтобы со мной рядом стояла Робин, и не только из-за того, что переживала за нее, но и потому, что ее демон был опасным, и нам была нужна такая помощь.

Но без них нас осталось двадцать двое. Двадцать два человека, мужчины и женщины, которые защитят гильдию от «Ключей Соломона», пока не-боевые мифики прятались внутри.

Холодный ночной воздух пах дождем. Каждый порыв ветра щипал за щеки, тянул за хвост волос, выбившиеся пряди плясали вокруг моего лица.

Эзра стоял рядом со мной, его волосы были скрыты под черной шапкой. Его усиленные перчатки были на руках, он сжимал короткие мечи, не его обычное оружие, но схожие по весу и размеру.

С другой стороны был Кай, весь в черном, его жилет был полон мелкого оружия. Две катаны висели на бедре. Он не был официально членом «Вороны и молота», но сердцем принадлежал этой гильдии.

На улице с нами стояли остальные боевые мифики. Табита с Летицией, Сильвией, Камероном и Дарреном. Феликс был в команде с его женой Зорой, Гвен, Дрю и Сеаррой. Эндрю поведет Линдона, Рамзи, Филипа и Венеру, которая оказалась боевым алхимиком.

Аарон стоял передо мной, Эзрой и Каем. Три мага были слаженной командой, поддерживали друг друга, а я защищала их сзади.

Последние три члена нашей небольшой армии ходили вдоль строения, как генералы, оглядывающие своих солдат. Жирар с артефактами на поясе и двумя тяжелыми пистолетами в кобуре на плечах. Алистейр с торчащей белой бородой и толстым посохом с металлическим набалдашником в руке.

Их вел Дариус. Он был в черной облегающей одежде. Много кожи. Четыре серебряных кинжала торчали из пояса, привлекали внимание больше всего, но только дурак пропустил бы браслеты, похожие на оковы, сияющие на его запястьях. Он был редким луминамагом, но Дариус Кинг не был мификом, который придерживался одного типа оружия.

Он дошел до центра нашего строения, остановился и посмотрел на пустые улицы. «Ворона и молот» была на углу, враги могли подойти с четырех сторон.

— Эзра? — с вопросом прошептал он.

— Я пока не ощущаю движения.

Кивнув, Дариус повернулся к боевым мификам, которые взяли столько оружия, сколько могли унести.

— Не думал, что мы столкнемся с такой ситуацией, — сказал он, все слышали его голос. — Как глава гильдии, я — ваш защитник и опекун. Мой долг и честь — стоять между вами и МП — их администраторами, агентами или гильдией, которой они передали власть. У «Ключей» есть сила, темперамент и разрешение убивать, — он посмотрел на ряд мификов. — Я не могу один защитить вас, но вместе мы можем защитить друг друга.

Эзра слева от меня подвинул мечи, сжал рукояти крепче. Кай сжал ладонь в перчатке на рукояти катаны справа от меня. Аарон впереди нас вытащил Маркер из ножен, свет фонаря замерцал узором, словно огнем, на клинке.

Я потянулась к пейнтбольному пистолету за поясом. Пропали мои желтые сонные зелья. Син дала мне два магазина. Один был суперсонным зельем, и она пять минут предупреждала меня держаться хотя бы в десяти футах от мишени, а потом стрелять, иначе зелье погрузит меня в кому на три дня. Во втором магазине было зелье, которое она просто назвала «адский огонь».

В каждом магазине было по семь шариков, итого было четырнадцать выстрелов. Я могла одолеть четырнадцать врагов.

Кристаллы Зака висели на моей шее. Медный кастет был уже на моих пальцах. Мешочек на поясе был пустым — я оставила Хоши-сферу с Кавери, где она была в безопасности — но я добавила в левый карман Панцирь Валдурны.

Эзра поднял голову. Его глаза были прикрыты, он сосредоточился.

— Они идут.

Дариус кивнул и повернулся к пустому перекрестку.

— Помните, нужно держать линию. Защищайте гильдию, — он оглянулся, глаза поблескивали. — И не умрите.

У него это звучало так просто.

Холодный ветер налетел на нас, тихий шорох был единственным звуком. Все было пустым и неподвижным, полиция забрала всех из района. Джастин писал Син новости, и его «готово» пришло пятнадцать минут назад, тогда мы и встали в ряд перед гильдией.

Капля дождя упала мне на нос, холодная. Еще одна попала на щеку. Начался мелкий дождь, сверкал в свете фонарей, тени сгустились вдали.

Они появились из четырех сторон, уверенно шагали по асфальту. Почти все были мужчинами. Крупные, сильные, мускулистые. Холодные лица и голодные оскалы. Оружие всех видов. Мифики всех видов.

Мой желудок перевернулся, страх рос, когда появлялось все больше и больше людей «Ключей». Пятнадцать мификов подошли с востока, пятнадцать с запада. Еще пятнадцать с севера и столько же с юга.

Шестьдесят. Это было не четыре команды! Это была почти вся гильдия, разделенная на четыре отряда.

Дождь усилился, стучал по асфальту, пока четыре группы шли к перекрестку. Они слились в одну дугу людей, оружия и грядущей жестокости.

Я быстро дышала, голова кружилась от паники. Мы ожидали около двадцати человек. Но теперь были в меньшинстве, три к одному.

Мужчина ближе к центру их линии шагнул вперед, высокий, мускулистый, с густой бородой и широко посаженными глазами. Он нес двуручный меч почти с него размером.

— Дариус, — прогудел мужчина.

— Николас, — холодно ответил Дариус. — Ты поднялся в мире с нашей прошлой встречи.

— Встречи, — повторил глава «Ключей» задумчивым тоном. — Так ты описываешь убийство моего предшественника?

— Ничего личного. Бизнес.

— Точно. Пойми, мы не примем ничьи попытки сдаться, ведь любой из твоей гильдии может быть демоническим магом.

Я оглянулась, несколько знакомых лиц было видно в окнах паба. «Ключи» собирались убивать и не-боевых мификов, которые прятались внутри?

— В моей гильдии нет демонических магов, — сказал Дариус.

— Такие, как ты, не меняются, — Николас уперся мечом в землю, и его согильдийцы ерзали в предвкушении. — Не нужно было посылать своих питомцев в мою гильдию. Думал, не будешь наказан за убийство четверых моих людей?

— Ха!

Я даже не поняла, что резкий невесёлый смешок вырвался из меня, пока Николас не посмотрел на меня.

— Что-то смешное в смертях моих людей?

Шестьдесят убийственных взглядов попытались сорвать плоть с моих костей. Ой.

— Смерть не смешная, — крикнула я. — Но забавно, что вы думаете, что их убили мы. Вы не умеете считать?

— Считать? — прорычал глава «Ключей».

— Да. Вы не заметили пятого? Незнакомца, убитого… что там было? — я сделала вид, что думала. — О, точно, демонической магией. Как Петр, Ананд и Чай, которых убила магия демона, — я скрестила руки. — Но нет, вы вините нас.

Кай едва слышно застонал.

— Ты была там, девчонка? — глава гильдии оскалился. — Ты из тех трусов, которые убили моих людей?

Ой. Двойное «ой». Теперь вся гильдия попытается убить меня первой.

— Ты подумал о словах члена моей гильдии, Николас? — спокойно спросил Дариус. — Магия демона убила твоих людей и незнакомца с ними, и это не вызывает у тебя вопросов?

— Один вопрос — как вы просунули своего демонического мага в мою гильдию, — Николас поднял кулак в приказе без слов, и все члены «Ключей», которые еще не держали оружие, вытащили его. Алая сила вспыхивала снова и снова, два десятка демонов появились среди мификов.

Два десятка демонов. У них было больше демонов, чем у нас бойцов. Я сжала кулаки, чтобы скрыть их дрожь.

— Я говорил, что в моей гильдии нет демонических магов, — тихий голос Дариуса прокатился по улицам. — И ты собираешься погубить невинные жизни по приказу своего врага.

— Я не слушаюсь ничьих приказов, Дариус.

Николас опустил рукой, подавая сигнал атаки, и земля задрожала.

За рядом «Ключей» раскололся асфальт. Столб грязи и бетона взлетел на два этажа и остановился, добравшись до вершины ближайшего здания.

Мужчина стоял на крыше, смотрел на собравшихся мификов. Он ступил на колонну, и она опустилась в землю, доставив его, будто лифт. Он стукнул деревянным посохом по вершине колонны, и она замерла в трех футах над землей.

— Блейк? — прорычал глава «Ключей». — Что…

— Ты с ума сошел, Николас? — закричал террамаг. — Ты собираешься растерзать невинную гильдию!

Николас фыркнул.

— Это ты сошел с ума.

Террамаг посмотрел на собравшихся членов «Ключей» и стукнул по колонне посохом.

— Мы были в Энрайте вместе. Мы бились с самым страшным в жизни, и мы потеряли друзей и товарищей. Это того стоило, потому что мы подавляли злую силу, пока она не разрослась. Но это не произошло. Мы не растоптали культ.

— Молчи, Блейк! — закричал кто-то. — Ты не в себе!

— Я был там, когда умерли Рассел, Ананд, Петр и Чай, — взревел Блейк. — Они были частью культа Энрайт! Рассел стал демоническим магом!

Мужчина рассмеялся, звук был жестоким и издевательским.

— Слезь с того камня, Блейк, — крикнул Николас. — Тебе нужно к врачу.

— Мне нужно было к врачу, когда Рассел пробил дыру в моей груди, не сейчас, — Блейк указал посохом на главу гильдии. — Четыре недели назад команда «Вороны и молота» появилась в Энрайте. Они расследовали возможность, что культ выжил, и мы нашли активную секту в Портлэнде. Я позвал подкрепление, а получил убийцу. Культ проник в нашу гильдию, переменил к себе членов и пытается опозорить и убить меня, и они обманом заставили тебя отправиться уничтожить единственную гильдию, знающую правду!

Влажный стук дождя по асфальту наполнил тишину, ответившую ему.

Николас фыркнул.

— Дикая история без доказательств, Блейк.

— Ты знаешь, что еще ты не можешь доказать? — крикнул Блейк. — Что в этой гильдии есть демонический маг!

— МП… — начал Николас.

— Ты знаешь, что МП играет в свои игры! — низкий голос террамага заглушил главу гильдии. — Все, кто был со мной в Энрайте, вы все говорили об ужасах, когда смотрели, как те семьи умирали. Женщины и дети, черт возьми! И теперь вы собираетесь сами совершать ужасы?

Движение в массе боевых мификов — некоторые переминались и озирались, словно проверяли, что думали их товарищи.

— Николас, — мифик возле главы гильдии, худой мужчина под шестьдесят с широким обветренным лицом, — он прав. Я думал, это была боевая гильдия, полная плутов. А не группа изгоев и детей.

Детей? Мы были не так юны, половине нашей боевой силы было под тридцать, но для этого ветерана мы выглядели молодо.

— Демонические маги в Энрайте тоже были детьми, — сухо ответил Николас.

— Это не Энрайт, — мужчина — наверное, офицер — покачал головой и вышел из линии. — Если мы хотим отмахнуться от слов Блейка, потому что у него нет неопровержимых улик, то я не буду убивать гильдию без таких улик.

— Я видел доказательство, Тирон. Я получил его напрямую. Теперь на место.

— Я хочу доказательство.

— Ты зовешь меня лжецом? — прорычал Николас.

Тирон отпрянул на шаг.

— Почему ты так себя ведешь?

Я встрепенулась. Поведение Николаса было необычным?

Тирон убрал короткий меч в ножны и вытащил телефон.

— Я буду решать, сколько крови хочу на своих руках.

Он стал набирать номер, а я посмотрела на крыши.

Николас потянулся к телефону Тирона, но офицер увернулся, отошел дальше на землю между гильдиями. Зазвучали гудки по громкой связи.

Я смотрела во тьму за линиями мификов «Ключей», искала нужную тень или движение.

Связь щелкнула.

— Горячая линия МП, — ответил скучающий женский голос. — Как могу помочь?

— Это первый офицер Тирон Бартелл из «Ключей Соломона». Соедините меня с агентом Созэ, и быстрее. Это срочное дело.

— Минутку.

Еще щелчок, и тихий гул наполнил улицу, пока холодный дождь стучал по нашим головам. Двадцать два мифика «Вороны и молота», шестьдесят охотников «Ключей Соломона», два десятка демонов и одинокий террамаг молчали и ждали.

Я смотрела на напряженных врагов, ряд был в три мифика шириной, и я искала следи них самого маленького и худого. Кай и Эзра заметили это и тоже стали искать.

Снова щелчок, связь была установлена.

— Первый офицер Тирон, — поприветствовал холодный женский голос.

Тирон фыркнул.

— Где агент Созэ? Я думал, он…

— Агенту Созэ нездоровится. Вы говорите с капитаном Блит.

— Нездоровится? Мы получали приказ от него меньше…

— Он недоступен, — перебила Блит. — Ваша гильдия уже напала на «Ворону и молот»?

— Нет, — сказал Тирон. — Мы…

— Damnatio Memoriae было отменено. Немедленно отступите.

Николас странно дернулся.

— Что?

— Я приказываю вам отступить, — повторила Блит. — Если нападете, будете обвинены в убийстве.

Николас застыл, с лица пропали эмоции.

— Ладно. Мы отступим.

— Сделайте это немедленно и отчитайтесь мне.

— Да.

Тирон нажал на экран, завершая звонок. Дрожь пробежала по мификам «Ключей», и я ощущала в этом облегчение. Они были беспощадными убийцами для контракторов-плутов и демонических магов, но многие из них все-таки не хотели убивать невиновных людей.

Схожая волна облегчения пронеслась по нашей меньшей группе мификов, но мои плечи не опустились, как у них. Я встала на носочки, вытянув шею, разглядывала каждое лицо напротив нас.

— Ну, — сказал Тирон, — похоже, мы… Николас?

Огромный меч главы гильдии вывалился из его рук. Меч рухнул на асфальт, Николас вытащил кинжал из ножен на бедре.

— Осторожно! — закричала я.

Я думала, что глава гильдии бросится на офицера, но его ноги не двигались. Клинок в руке взлетел, и он вонзил кинжал в свое горло.

Кровь брызнула на черный асфальт, и высокий мужчина пошатнулся. Его рот раскрылся, лицо исказило смятение, потом ужас. Кинжал упал, Николас схватился за горло, чтобы остановить кровь.

Его ноги не выдержали, он рухнул, и за ним оказалась высокая худая женщина.

Зантэ улыбнулась.

Она была тут, в тени главы гильдии, управляла им. Смешалась с другими, одетая для боя, ее черные волосы были собраны в высокий хвост, темные глаза блестели, поймав мой взгляд.

С криками потрясения Тирон и шестеро ребят из «Ключей» бросились к своему павшему главе гильдии.

Вопль ужаса.

Я оглянулась. Один из демонов «Ключей» — на голову и плечи людей вокруг него — поднял мужчину в воздух за шею. Демон сжал кулак, кости хрустели, мужчина обмяк.

Еще рев боли. Вопль. Вспышка белого огня среди людей из «Ключей».

И хаос взорвался среди них.

Оружие гремело. Тела бросались. Магия вспыхивала. Крики звенели.

Я отшатнулась, Эзра поймал меня за руку. Его лицо было бледным, он смотрел на бой перед нами. «Ключи» нападали друг на друга. Убивали друг друга.

Я с ужасом поймала взгляд Зантэ, ее улыбка стала шире, и она пропала среди сражающихся тел.

Несколько членов «Вороны и молота» неуверенно шагнули вперед, Дариус поднял руку, чтобы они не двигались. Я вытянула шею, пытаясь понять, что происходило. Это делала не Зантэ. Она так не могла. Она не могла управлять таким количеством людей.

Люди вырвались из боя, спотыкались, направляясь к нам. Тирон кричал, вел людей. Оружие сверкало, а потом земля задрожала. С треском громче выстрела пушки трещина в три фута шириной пересекла перекресток.

Мужчины поспешили перепрыгнуть брешь, выбрали сторону — ушли к союзникам, чтобы их не поймали среди врагов.

Две силы разделились, и жестокость утихла.

Двадцать пять мификов «Ключей» отступили к нам, пятясь. Тирон вел группу, и рядом с ним был Блейк, который как-то пересек хаос и создал черту на поле боя. Он сжимал посох, тяжело дыша от того, сколько магии использовал.

Он и его союзники повернулись к пятнадцати других «Ключей», которые отступили к дальнему концу перекрестка. Двенадцать были контракторами, и их демоны выстроились перед ними. Оставшиеся двадцать мификов «Ключей» усеивали асфальт — жертвы вспышки жестокости.

Дариус медленно вытащил два кинжала из ножен.

Группа предателей разделилась в центре. Мужчина в черной кожаной куртке неспешно шел к бою. Он был слишком далеко, чтобы опознать его, но крылатый демон, послушно шагающий за ним, точно был Наживером.

Ксевер остановился, и Зантэ вышла из группы «Ключей», которых переменила к себе, и присоединилась к нему.

Два лидера культа повернулись к нам. 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

— Готовьтесь, — тихо сказал Дариус.

Я напряглась, ладонь потянулась к пейнтбольному пистолету в кобуре.

— Кто ты? — крикнул Тирон Ксеверу, его голос охрип от гнева.

— Энеас, — позвал Ксевер. — Восемь лет назад ты не оставил мне выбора, кроме как уничтожить всех в Энрайте.

Эзра напрягся рядом со мной.

— Этой ночью из-да твоего вмешательства мы уничтожим твою гильдию.

— И, — добавила Зантэ, убирая длинный хвост волос с плеча, — мы уничтожим «Ключи Соломона». Управлять ими стало сложнее, ведь твои друзья убили многих моих верных офицеров.

Тирон отпрянул на шаг и взглянул на Блейка.

— Об этом ты говорил?

— Мы просто подумали, что тебе нужно знать, Энеас, — дразнила Зантэ, — что ты виноват во всех этих смертях.

Эзра оскалился, дыхание вырвалось из носа с шумом, а потом он издал тихий смешок.

— Она пытается заставить меня потерять контроль при всех.

Мои глаза расширились. Нам повезло, что Эзра уже не мог сорваться из-за демона.

Тирон прошел вперед своей группы «Ключей».

— Вам конец — вам и всем предателям!

— Ты нас убьешь? — Ксевер взмахнул руками. — Ты и эта армия?

Смятение бурлило во мне. Я была не одна, и я с тревогой посмотрела на Эзру, Кая и спину Аарона.

А потом я услышала. Топот. Камень бил по камню снова и снова.

Розовый свет замерцал на улице на западе. Странное сияние приближалось, силуэты стали четче. Стая существ топала к нам. Короткие ноги, длинные руки с когтями и рычащие морды, обрамленные рогами.

Статуи бесов, похожие на скульптуры, которые сторожили логово Двора в Энрайте. Каждый дюйм их каменных тел был в рунах, которые сияли розово-белым светом.

Големы. Оживленные големы.

Их гремящие шаги стали громче, новый звук донёсся до моих ушей.

Рычание. Звериное рычание.

Я повернулась к улице на севере.

Если бы не фонари, они были бы невидимыми. Они двигались тихо и медленно. Шерсть стояла дыбом, спутанная, глаза были белыми. Оборотни-мутанты с выпирающими мышцами шли по асфальту, слюна с пеной капала из оскаленных пастей.

Ужас терзал мои нервы, и я резко повернулась к улице на востоке.

Тихие тени двигались в ночи, видимые только по красным кольцам в их глазах. Один прошел слишком близко к фонарю, и оранжевый свет отразил мужчину со странными глазами, пальцы были с когтями, и из открытого рта торчали два длинных клыка.

Это могли быть только вампиры. Они прятались во тьме, их было почти невозможно увидеть, и я не знала, сколько шло к нам.

Я повернулась к улице на юге, откуда пришел Ксевер. В голове бурлила паника, и голос бормотал, что больше никого не могло быть. Големы, оборотни, вампиры — уже ужасная сила, и они могли быть усилены кровью демона. Зантэ и Ксевер не могли найти еще больше сил против нас:

Когда я увидела улыбку Зантэ, я поняла ответ.

Последние силы Двора не топали и не крались. Они просто вышли из тьмы к своим лидерам. Шестеро юношей, хорошего телосложения, но не впечатляющие, кроме их глаз.

Глаза блестели алой силой.

Демонические маги. Шестеро.

Мое сердце билось в горле так сильно и быстро, что я не могла дышать. Я вытянула руки и сжала руки Эзры и Кая.

— «Ключи»! — голос Дариуса прогремел, как выстрел. — Это не такие враги, какими вы их знаете. Их усилили, они быстрее и сильнее, чем вы видели.

Тирон потрясенно оглянулся, стиснул зубы, ноздри раздувались.

— Тирон, на вас контракторы и демонические маги. Я прикрою вас, а мои отряды будут по бокам.

Кивнув, офицер начал отдавать приказы своим поредевшим отрядам.

— Аарон, на тебе волки, — приказал Дариус. — Табита, големы. Берегите силы, следите за вампирами, когда они начнут двигаться.

Аарон взглянул на Табиту и крикнул:

— Маги, ко мне! Дрю, Филип и Зора, вы тоже!

— Волшебники! — позвала Табита. — Нужно сбить их. Ели у вас есть impello, готовьте его! Если лучше работаете с клинком, идите к Аарону!

Мифики бежали в две стороны, собирались на большой скорости, пока враги приближались к перекрестку.

— Табита! — я подбежала к ней, роясь в кармашке пояса. — Вот, используйте это.

Я опустила квадрат лиловой ткани на ее ладонь. Она в смятении хмурилась.

— Разверните и бросьте на големов, он заберет их магию. Но осторожно, это может забрать магию и у вас.

Ее глаза расширились, и я не ждала ее вопросы, а поспешила к другим.

Аарон отдавал быстрые указания, пока его команда занимала места.

— Кай, Летиция, Зора, вы — авангард. Эзра и Дрю, вы замыкаете…

— Нет, — Эзра прошел мимо Аарона и присоединился к Каю с клинками в руках. — В этот раз я буду впереди.

Аарон быстро подавил удивление.

— Летиция, ты защищаешь. Линдон…

Я пропустила приказ от крика Тирона своим людям. «Ключи» разделились на пять команд по пять человек и повернулись к самой большой силе на перекрестке — Зантэ и Ксеверу, пятнадцати предателям «Ключей Соломона», их двенадцати демонам, шести демоническим магам и неизвестному количеству вампиров.

Как могли двадцать пять мификов «Ключей» замедлить такую силу? Демонические маги их уничтожат.

Я стояла в нескольких шагах за Дариусом, между двумя командами «Вороны и молота», и не знала, куда идти. Зантэ поймала мой взгляд. Она скользнула взглядом по другим членам гильдии и остановила его на Дариусе.

Нет. Она не могла захватить его. Не могла…

Дариус поднял кинжал в воздух.

На миг все замерли, глядя на главу гильдии. Он направил клинок на Зантэ и Ксевера.

Полная тьма окутала врагов, идеальный прямоугольник эбонитовой пустоты появился над ними, словно свет выключили. Крики тревоги зазвенели из тьмы, мифики внутри нее не могли видеть.

Магия Дариуса. Он ослеплял врагов, чтобы они не могли напасть все сразу.

Двенадцать демонов вырвались из тьмы, и команды «Ключей» ответили гневными воплями, они побежали к первым врагам, их демоны тоже отправились в бой.

— Бейте по оборотням! — взревел Аарон. — Пока они не добрались до перекрестка!

Я отвернулась от боя между «Ключами» и демонами, Аарон повел команду к оборотням. Эзра и Кай двигались по бокам от него с оружием в руках, и другие двигались на расстоянии от них.

Через миг я поняла, почему.

Первый волк, огромный, с грязно-белой шерстью, бросился к Аарону, и торс пиромага вспыхнул. Дождь испарялся с шипением, пока огонь полз по нему, превращая его в огненного призрака. Он взмахнул Маркером.

Огонь сорвался с клинка и врезался в напавшего волка. Бледно-голубое сияние пролетело над ним и ударило по трем другим, бегущим за ним.

Фонарь взорвался, посыпалось стекло. Кай указал катаной на небо, и электричество прыгнуло к металлу извивающимся канатом. Он повернул меч против часовой стрелки.

Молния ударила по пятерым волкам сразу. Они рухнули, содрогаясь.

Эзра устремился в бой. Пока волки поднимались, он ударил клинками. Воздух мерцал, и почти невидимый клинок из ветра полетел от него. Он рассек троих волков, одного за другим. Полетела кровь.

И напала другая стая.

Я вытащила пистолет и побежала к друзьям.

Наша команда билась с волками магией. Аарон и Кай бросали в волков огонь и электричество, Эзра нападал стальными клинками и воздушными.

Крик — волк прыгнул к Летиции и сбил ее на асфальт.

Я повернула пистолет. Она отбросила волка, и я выстрелила в его спину. Суперсонное зелье попало, и вместо пятна желтой жидкости оно стало мерцающим розовым облаком. Голова волка повернулась ко мне, с клыков падала пена.

Облако цветного тумана окутало волка, покрыло его шерсть, как масло. Оборотень упал на землю, язык вывалился.

Ого. Син не шутила, что зелье было сильным.

Летиция поднялась, крутя посох бо, и я бросилась за нее. Другой волк выскочил из теней, и я выстрелила в его морду. Пуля стала облаком тумана, в которую попал волк. Я попятилась, готовя кулак с медным кастетом, но волк не добрался до меня, а рухнул на асфальт.

— Тори! — закричала Летиция.

Я стала поворачиваться, вес врезался в мой бок.

Я врезалась в землю и подняла пистолет. Пасть волка сжалась на металлическом дуле, и я направила кулак в его грудь изо всех сил.

— Ori amplifico!

Удар отбросил волка. Он пошатнулся и прыгнул к моему горлу.

Появился Эзра. Его клинок вонзился в спину волка, пробил его сердце. Эзра выдернул меч, оттащил тело перед тем, как оно съехало с клинка. Он схватил мою протянутую руку, поднял меня и повернулся к волку, прыгнувшему с его слепой стороны.

Бледно-голубое сияние окутало волка в прыжке. Он застыл над землей, вытянув лапы, скаля зубы. Сияние стало ярче, а потом волк упал на асфальт и не двигался.

Мелькнул светло-серый мех. Зверь размером с койота прыгнул на упавшего волка. С телом хорька, хвостом лисы и рогами оленя, оно было самым странным существом в мире. А потом оно повернуло голову, стало видно бледно-голубые глаза на лице сипухи, обрамленном пушистой гривой.

Это точно было самое странное, что я видела.

Филип выбежал из хаоса, два крохотных крылатых пикси летели рядом с ним. Он устремился к Дрю, который отбивался от двух коричневых волков, и фейри с лицом совы спрыгнул с неподвижной жертвы и последовал за ведьмаком.

Я повернулась, Эзра отбил трех волков порывом ветра.

Я прицелилась.

— Назад, Эзра!

Три выстрела. Два попали, но третий волк отскочил в сторону. Туман зелья окутал двух первых волков, Эзра рассек третьего.

Но их было все еще много.

Эзра устремился налево, чтобы помочь Зоре, а я попятилась, позволила себе взглянуть на Аарона, охваченного огнем, и Кая, тянущего электричество из фонарей, а потом на остальную войну.

Куб тьмы Дариуса все еще был в дальнем конце перекрестка, но его стены двигались, он перемещал тьму, удерживал в ней как можно больше врагов, слепя их. Команды «Ключей» были вокруг куба, бились с демонами и двумя демоническими магами, которые выбрались.

Дариус не двигался, плечи были напряжены, он следил за большим искажением света, которым управлял. Жирар и Алистейр стояли перед ним. Земля вокруг них раскололась, и сияющая красная лава бурлила в брешах, черный дым поднимался. Вокруг шипящих прудов лавы были тела, включая двух демонов. Враги пытались убрать нашего самого сильного мифика, но не могли пройти мимо его защитников.

Я хотела вернуться к битве с волками, когда заметила движение — тень мелькнула мимо Дариуса, Жирара и Алистейра. Направляясь прочь отбоя.

К гильдии.

Существо остановилось в паре футах от двери «Вороны и молота» — высокий худой вампир с когтями на пальцах.

Другой появился рядом с первым. Потом еще. И еще. Они собрались перед гильдией, раскрыв рты, не скрывая клыки. Двое врезались в дверь, еще двое схватили прутья на окнах и потянули.

Дерево трещало. Металл стонал и ломался.

Мое сердце дрогнуло. Наши согильдийцы были там. Син, Сабрина, Кавери и все мои друзья, у которых не было той магии, которой можно было отбиться от демонов и монстров.

Какофония встревоженных криков зазвучала с другой стороны перекрестка, и я вздрогнула, разрываясь между двумя местами.

Черный куб Дариуса пропал. Он отвернулся, направил клинок на кровососов у двери гильдии. Воины, которых он ослеплял, бросились на команды «Ключей», взорвалась алая сила.

Я шагнула вперед. Уловка. Отвлечения. Враг не мог дойти до Дариуса, и они отвлекали его.

Вампиры отпрянули от здания, в смятении схватились за лица. Ослепленные магией Дариуса. Я взмахнула пистолетом. Розовый туман окутал вампира. Он покачал головой. Туман висел в воздухе, а потом растаял.

Блин. Не работало на вампирах? Плохо!

Я вытащила магазин и вставила второй. Прицелилась и выстрелила.

Оранжевый шарик взорвался на груди ближайшего вампира, и огонь охватил его. Жуткий визг боли вырвался из его пасти, и вампир пытался потушить руками огонь. Пламя прилипло к его ладоням, распространялось дальше. Вампир пошатнулся и рухнул на землю, извиваясь.

Ого. Точно адский огонь.

Я прицелилась и выстрелила снова, и каждый вампир стал размытым от скорости, они отскочили в сторону. Мой выстрел полетел мимо них, попал по джипу Дариуса. Огонь разлился по багажнику, задняя шина вспыхнула с хлопком.

Даже ослепленные, вампиры услышали звук выстрела и уклонились.

Скрипнув зубами, я прицелилась в их группу и быстро нажала на спусковой крючок. Четыре выстрела вылетели, попали по двум вампирам, пока они пытались уклониться. Пылающий дуэт рухнул на землю, крича.

Осталось шестеро слепых, но все равно опасных монстров.

Я убрала пистолет в кобуру, сорвала кристалл с шеи и побежала. Я прижала кристалл к плечу одного из них.

— Ori decid

Рука вампира взлетела, быстрая, как молния Кая.

Удар только задел мое плечо, но нечеловеческая сила отбросила так, что я закружилась. Я врезалась в стену, агония вспыхнула в плече. Я оттолкнулась, сжала оставшиеся кристаллы, выбрала сиреневый с синими прожилками.

— Ori vis siderea, — выдохнула я.

Ладонь покалывало. Шипящий шар силы появился в ладони, и я отодвинула его от кристалла, магия прилипла к ладони, неосязаемая, но как-то настоящая, как заряженный пузырь… чего-то.

Я отодвинула руку и бросила шар в грудь вампира.

Сила взорвалась, попав, и вампир отшатнулся, на нем остались пятна магии, которая вызывала онемение.

Я прыгнула следом с рубином в руке.

— Ori decidas!

В этот раз я прижала кристалл к горлу вампира, и он упал. Оставив кристалл на существе, я вскочила.

Когти впились в мою руку. Вампир подтянул меня ближе, клыки целились в мое горло.

Его голова взорвалась.

Выстрел звенел в ушах, я упала на ноги. В тридцати ярдах от меня Жирар целился в другого вампира. Еще один вампир схватил меня за куртку сзади, но я едва заметила, потому что Дариус и Жирар повернулись к гильдии, чтобы отогнать вампиров. Алистейр в паре шагов от них, превратил одного из вампиров в жижу лавой.

Они не заметили, что к ним шло.

— Сзади! — закричала я.

Они не слышали меня — крики, грохот, взрывы силы были слишком громкими — но они явно прочли по губам. Дариус и Жирар повернулись.

Алая сила вспыхнула на его руках, крылатый демон Наживер спикировал с неба и врезался в них, отталкивая Жирара и Дариуса в землю.

Я закричала, а потом завопила сильнее, когда вампир, схвативший меня, придавил меня к своей груди. Его когти задели кожу моей головы, он повернул мою голову, горячее дыхание задело мою шею.

Низкое злобное рычание.

Черный волк с рубиновыми глазами выскочил из пустоты ко мне. Его пасть, полная белых зубов, пронеслась мимо моего плеча, и вампир рухнул, когда волк врезался в нас. Я вырвалась, вскочила и отбежала в сторону.

Варг поспешил за мной, оставляя вампира с разорванным горлом.

Я застыла, пялясь на фейри-волка рядом со мной. С мерцанием другой появился с другой стороны от меня.

Вампиры повернулись к нам, и я поняла, что их было еще больше, чем раньше. Дюжина. И — мне стало не по себе — тот, чье горло было разорвано, поднялся на ноги, кровь стекала по груди. Тринадцать вампиров смотрели зловеще на меня.

Варги зарычали в предупреждении.

Тени извивались и плясали, вели себя неестественно, и вампиры в унисон подняли головы.

Черные призрачные крылья вытянулись, длинные перья мерцали. Зак спрыгнул с крыши гильдии. Он приземлился на корточки среди вампиров, выпрямился и широко взмахнул руками.

Черные клинки из тени появились в его руках, рассекая вампиров. Они завизжали, зашипели, разбегаясь от атаки.

Глаза Зака посмотрели мне в глаза. Его глаза сияли магией фейри. Лаллакай вернулась в его тело, наполнила его своей силой.

— Я не пущу их в гильдию, — заявил он. — Помоги другим.

Вампиры собрались, их черно-белые глаза смотрели на друида с голодом. Вампиры были созданы одержимостью фейри, и фейри не могли устоять перед заманчивой силой друида.

— Но…

— Иди! — зарычал он, направляя ладонь на ближайшего вампира.

Горло сжалось, я повернулась, и два варга следовали по бокам от меня, как обученные немецкие овчарки.

Алая сила взорвалась слишком близко.

Обломки попали по мне, и я закрыла руками лицо. Когда я опустила их, грудь сковал ужас.

Жирар лежал на земле, не двигаясь. Алистейр был на коленях, пытался встать, кровь текла из раны на груди. Наживер сжимал Дариуса за горло, поднял его над землей.

Дариус замахнулся кинжалом на лицо демона, но Наживер поймал его запястье. Демон оскалился в опасной улыбкой.

Я была недостаточно близко, чтобы помочь. Никого не было близко, чтобы помочь Дариусу.

Наживер замер. Он повернул голову, сияющие глаза прищурились, что-то отвлекло его.

В бреши между сражениями, в тридцати футах от нас, стоял мужчина. Не двигался. Ждал. Его одежда была черной, капюшон куртки был поднят, скрывая лицо тенями.

Наживер разжал ладонь, и Дариус упал. Он повернулся к чужаку.

Мужчина опустился в защитной позе, и алый свет загорелся на его ладонях. Сила поднялась по его рукам, и когти в шесть дюймов появились из его пальцев.

Демонический маг?

Рыча, Наживер призвал похожие когти. Его хвост ударил, крылья раскрылись. Загадочный демонический маг выждал миг, а потом бросился вперед.

Быстрый. Куда быстрее Эзры. Невероятно быстрый!

Наживер бросился к врагу, и мужчина пригнулся. Он скользнул под демоном, оттолкнулся от земли и ударил когтями по пояснице Наживера.

Демон яростно взревел, взмахнул хвостом, отталкивая мужчину. Демоническая сила вспыхнула на руках мужчины, он удержал равновесие, а потом подпрыгнул с места на восемь футов в воздух.

Он поймал Наживера за длинный рог, повернул его голову в сторону и чуть не вонзил когти в горло демона, но Наживер схватил мужчину за ногу и отбросил его.

Тот повернулся в воздухе и приземлился на ноги в паре ярдов от Наживера. Фонарь озарил движение за ним.

Тонкий хвост раскачивался за мужчиной.

И я поняла, что это был не человек.

Наживер раскрыл крылья, еще две фигуры выбежали из тьмы — маленькая и высокая, обе были в схожей черной одежде и с капюшонами. Но я узнала эту разномастную пару.

— Робин? — завизжала я. — Амалия?

Низкая фигура оглянулась, свет озарил ее бледное лицо и большие глаза. А потом она устремилась к Наживеру, демон начал алое заклинание.

Дариус снова был на ногах, его кинжалы сияли, он обошел яростного демона. Но он направлялся не в их бой. Он шел к другому концу перекрестка, где бушевала самая жестокая битва. Противники смешались, и он уже не мог ослепить большую группу.

Один шаг, и он пропал.

Убийца. Слово всплыло в голове шепотом. Он шел туда невидимым и опасным.

Но одного было мало. Вся мощь демонов и демонических магов Двора терзали то, что осталось от «Ключей». Они были в меньшинстве. Они умирали.

И мы были следующими.

— Оставайтесь с Заком, — сказала я двум варгам, а потом побежала к западной улице, где Табита и ее команда бились с каменными големами. Они старались отогнать врагов дальше по улице, подальше ото всех.

— Табита! — завизжала я.

Я побежала в хаос — землю усеивали неподвижные горгульи, несколько жутко неподвижных тел людей, которые я не дала себе осмотреть. Впереди Табита и несколько оставшихся мификов уклонялись от когтей големов.

Она сжимала в руке мерцающую лиловую ткань Панциря Валдурны, его сияние падало на ближайшие здания.

Голем повернулся, чтобы напасть на Сильвию, Табита бросила артефакт на существо. Ткань опустилась на его каменную голову, и сияющие руны потускнели. Магия покинула голема, и Табита забрала плащ, когда голем рухнул.

— Табита!

Она повернулась ко мне с огромными глазами.

— Что такое?

— Ты нам нужна! — я забрала артефакт фейри из ее руки. — Оставьте последних големов — у нас есть проблемы серьезнее.

Я сжала мягкую ткань, онемение покалывало ладонь. Я игнорировала это, побежала к перекрестку, громка топая. Я поспешила на поле боя.

Кричащая жестокость. Я пронеслась мимо вампиров, стоящих вокруг гильдии, их тела были в кровавых ранах, недостающие конечности не мешали им. Темный силуэт Зака был как костер темных теней среди них.

Молясь, что он справится с вампирами, я побежала к северной улице, где еще бушевал бой с оборотнями. Монстров убить было почти так же сложно, как вампиров. Оранжевый свет дико мерцал, здания пылали.

Я прищурилась, искала огненный силуэт Аарона среди бушующего пожара.

— Тори!

Я повернула голову в другую сторону и повернула. Мне не нужно было собирать моих трех магов. Они стояли вместе, готовые, ждущие, словно как-то знали, что я задумала.

Аарон — его футболка, противостоящая жару, сгорела, кровь текла по руке от следа укуса над локтем. Маркер был в его другой руке, клинок не дрожал.

Кай, испачканный сажей, спокойно держал катану, его темные волосы растрепал ветер, дождь стекал по крови на его лице.

Эзра с короткими мечами в руках смотрел, и в глазах пылала готовность. Из трех магов только он был невредимым.

Я поспешила к ним, расстегивая пряжку ремня. Она поддалась, и я сунула в кармашек медный кастет. Оставшиеся три кристалла отправились следом, и я бросила пояс. Эзра поймал его.

— Мы идем за Зантэ и Ксевером, — крикнула я поверх шума, не тратила время на душещипательное воссоединение. — Я расчищу путь. Идите за мной так близко, как сможете.

Я повернулась к бою впереди и раскрыла Панцирь, накинула его себе на плечи. 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

— Тори, возьми это.

Онемение охватило мое тело, конечности казались мертвыми, и я не сразу подняла голову.

Кай стоял рядом со мной, протягивал короткую катану рукоятью ко мне. Я сжала обмотанную тканью рукоять. Он отпустил клинок и поднял длинную катану.

Эзра присоединился ко мне с другой стороны, мой боевой пояс был зацеплен за пустые ножны на его бедре.

— Зантэ и Ксевер будут сзади, вне опасности.

Я кивнула.

— Думаю, Дариус идет за ними. Мы…

Алая магия взорвалась. Наживер взревел, озаренный зловещим сиянием, его крылья были раскрыты.

Темный силуэт загадочного мужчины в черном отлетел, отброшенный залпом. Он приземлился на ладони и перепрыгнул легко на ноги. Он опустился на корточки, а потом прыгнул к противнику быстрее любого человека. Красная магия ползла по его рукам, искрилась на плечах.

Аарон и Кай раскрыли рты.

— Это…

— Да. Оставьте Наживера им, — я потянулась к капюшону Панциря. — Не отставайте.

Три пары глаз посмотрели на меня.

— Мы с тобой, — сказал Эзра.

Я подняла капюшон, и мир утих.

Отсутствие звука давило на уши. Все ощущения, кроме зрения, были приглушены, и я повернулась к бою. Онемевшие конечности не остановят меня, как и холод, растекающийся внутри, магия Панциря пыталась вытянуть магию из моего человеческого тела.

Но у меня не было магии. Я была человеком, и Панцирь был не помехой, а лучшим оружием.

Пока он был на мне, я была защищена от атак, физических или магических. Я расчищу путь.

Я бросилась вперед, и три мага бежали за мной. Жестокость боя ударила, когда я приблизилась — тихие взрывы магии и огня, вспышки света, извивающиеся люди, борющиеся враги, жестокие демоны. Разбитый бетон и летающие обломки.

И тела. Неподвижные тела на земле.

Тишина в ушах смягчала эффект, и я искала взглядом лучший путь. Семь демонов еще двигались. Четыре демонических мага. Десятки людей, и я не могла отличить друга от врага.

Но там, где южная улица выходила на перекресток, стояли бок о бок Зантэ и Ксевер, окруженные тремя членами культа, тремя волками и двумя вампирами.

Они были нашей целью.

Я ускорилась, перепрыгнула трещину, разделяющую перекресток надвое. Плащ трепетал, лип к моим рукам, концы развевались. Я добралась до края сражения.

Мифики повернулись ко мне. Шок, потрясение. А потом волшебник метнул в меня заклинание.

Зеленый свет рассеялся искрами, которые поглотил Панцирь. Я неловко взмахнула катаной Кая, и мужчина отшатнулся. Я промчалась мимо него, и оранжевый свет вспыхнул, Аарон разобрался с врагом.

Вокруг меня магия таяла, впитывалась в плащ фейри. Мужчины отскакивали, не понимая, кем я была, что делал плащ. Я шла дальше, парни — за мной, и мы были все ближе к лидерам культа.

А потом демонические маги заметили нас.

Трое из них отошли от противников. Алая магия пылала на их ладонях, чары обретали облик. От ужаса дрожали коленки, я взмахнула руками. Эзра, Аарон и Кай юркнули за вытянутую ткань Панциря.

Заклинания демонических магов слетели с их рук. Гремящая красная сила неслась ко мне и растаяла. Панцирь поглотил все с рябью аметистовой ткани.

Губы демонических магов изогнулись в яростных оскалах, средний вздрогнул.

Движение, вспышка света. Дариус на миг появился за демоническим магом, его кинжал скользнул плавно по шее мужчины. Убийца убрал кинжал, и демонический маг схватился за горло, глаза из магмы пылали, демон внутри понял, что его носитель умирал.

Луминамаг пропал снова, искажая свет вокруг своего тела.

Я бросилась вперед, сжимая меч, плащ развевался. Демонический маг взмахнул кулаком, и Эзра поймал его порывом ветра. Его другой меч вонзился в живот члена культа.

Я повернулась к последнему демоническому магу, мужчина вспыхнул огнем. Его рот открылся в крике, который я не слышала. Кай указал мечом, и толстый поток электричества прыгнул на грудь мужчины. Он выгнулся и обмяк.

Губы Аарона двигались беззвучно. «Иди, Тори».

Я побежала. Они устремились за мной, Панцирь впитывал все атаки, летящие в нашу сторону. Враги отступали.

Мы вырвались из хаоса на открытое пространство между боем и лидерами культа. Я убрала капюшон плаща, маги были слева от меня. Три члена культа, три оборотня и два вампира стояли на пути к лидерам Двора. И нужно было переживать из-за силы Зантэ.

Ее жестокая улыбка появилась, она сосредоточилась на Аароне.

— Дариус! — закричала я изо всех сил. — Ослепите ее!

Глава гильдии не появился, но Зантэ вздрогнула. Она вытянула руку и сжала руку Ксевера.

Ксевер ухмыльнулся, стоя за лейтенантами.

— Ты показал невероятную сдержанность, Энеас. Все еще хочешь заявить, что ты — не виновен?

Эзра повернул клинки.

— Так ты думаешь?

Ксевер прищурился. Он открыл рот…

Грудь лейтенанта-вампира взорвалась.

Выстрел ударил по моим ушам, вампир согнулся. С мерцанием света Жирар появился слева от меня, целясь в вампира пистолетом. Алистейр появился с посохом в руке и кровью на рубашке. А между ними возник Дариус.

Он уже не держал серебряные кинжалы. Он сжимал длинную рукоять большого серебряного военного молота, тяжелый конец лежал на земле перед ним. Но это был не просто военный молот — обычно этот молот висел над моим баром.

Когда он успел его взять? Жирар и Алистейр принесли его? Я думала, они пострадали!

— Зантэ, — голос Дариуса был как лед. — Ксевер. Когда вы решили уничтожить мою гильдию, вы должны были подумать, на кого нападаете.

Даже ослепленная, Зантэ оскалилась.

— Да? Ты…

Дариус не ждал, пока она закончит. Он взмахнул молотом и ударил им по земле.

Серые искры вырвались из молота от столкновения, и волна силы полетела в стороны, отбросила группу врагов.

Эзра, Аарон и Кай бросились к упавшим членам культа. Дариус бросил военный молот Алистейру, тот поймал оружие одной рукой, мышцы его голых рук напряглись. Он бросил посох, взял молот обеими руками и бросился вперед с Жираром.

Дариус вытащил два кинжала и пропал из виду.

Я подняла капюшон Панциря, поправила хватку на катане и побежала в бой. Огонь, ветер, молния, дрожащая земля, лава. Серебряный молот опустился на оборотня.

Их лейтенанты бились и умирали, Ксевер пятился, Зантэ сжимала его руку.

Я бросилась наперерез заклинанию, которое член культа выпустил в Кая, толкая мификов и существ. Никто не мог коснуться меня или остановить, и я вырвалась на другой стороне. Я раскрыла плащ, чтобы освободить руку, и направила катану на двух лидеров культа.

Ксевер холодно улыбнулся, и алый свет вспыхнул на его груди. Инфернус, висящий на его шее, сиял — и красная сила полилась с поля боя и ударилась об кулон. Она заполнила серебряный диск и вырвалась.

Наживер появился передо мной.

Он не выглядел отлично — порезы кровоточили на его руках и ногах, одно крыло было с дырой. Но теперь я осталась с демоном один на один.

Сжимая меч, я бросилась на демона.

Он скользнул в сторону с нечеловеческой скоростью и замахнулся в сторону моей головы. Его кулак замедлился, словно он пытался ударить меня сквозь густеющую грязь, и кулак остановился, не коснувшись меня.

Я опустила меч на его замершую руку.

Густая кровь демона полилась из новой раны, другая ладонь демона сжала мое запястье, торчащее из складок Панциря и не защищенное.

Наживер оторвал меня от земли. Плащ раскрылся, и я стала уязвима.

Охнув, я схватилась за трепещущий край и бросила его на голову демона. Алые искры полетели от Наживера, впитывались в Панцирь. Его сияющие глаза расширились.

Он отбросил меня.

Плащ сорвался с моих плеч, я отклонилась, голова летела к асфальту, я размахивала руками. Я рухнула, но на плотную подушку пустоты.

Подушка воздуха подо мной сдулась, и я упала на землю. Я повернулась и вскочила на ноги.

Эзра стоял рядом со мной, направив клинки на лидеров культа и Наживера.

Панцирь зацепился за рога демона, и он сорвал артефакт, отбросил его. Я сжала меч обеими руками. Я не могла дотянуться до плаща, Наживер убил бы меня.

Сияющие глаза демона смотрели на Эзру.

— Этерран слишком труслив, чтобы… — он прищурился, выражение лица застыло. — Где Этерран?

— Хороший вопрос, — прорычал Эзра.

— Я не ощущаю его.

Эзра улыбнулся.

Наживер яростно зашипел.

— Что ты сделал? Как ты порвал контракт?

— Что? — Ксевер осведомился за своим демоном. — Контракт демонического мага не может…

Алая вспышка, темный силуэт перепрыгнул бьющихся мификов за нами и рухнул со стуком перед Эзрой. Прибывший выпрямился, грудь вздымалась, он переводил дыхание. Он был в черном, капюшон был поднят, длинный тонкий хвост развевался за ним.

Робин висела на его спине, ее капюшон слетел, волосы спутались.

Я видела миг, когда Ксевер понял, что фигурой в черном был демон — Заилас, наряженный как опасный боевой мифик.

— Робин и Заилас, — отметил он, закатывая рукава, показывая ряд серебряных браслетов на руках. — Как мило, что вы присоединились к нам. Зантэ?

Его напарница улыбнулась, ее уверенность не дрогнула, хоть она все еще была ослеплена.

— Поиграй со своими игрушками, Ксевер. А я разберусь с важными делами, как всегда.

Ухмыльнувшись, он отошел, пятясь по улице, чтобы избежать грядущей жестокости. Наживер двигался перед своим господином, раскрыв крылья в защите.

Низкий хриплый смех вырвался из Заиласа. Все еще неся Робин на спине, он перепрыгнул брешь между ним и врагами, опустился на корточки в футе от колен Наживера.

— Ori eruptum impello! — закричала Робин.

Серебряный купол раскрылся вокруг нее, отбрасывая демона.

Оставив ее и Заиласа биться, я повернулась к Зантэ. Как она собиралась биться с нами в таком состоянии?

Она улыбнулась и зацепила пальцем воротник куртки. Она потянула и вытащила серебряные кулоны. Три плоских диска с неровными метками. Каждый медальон был инфернусом?

Она же не могла управлять сразу несколькими демонами?

Все три вспыхнули алым светом. Сила прыгнула наружу, ударила по земле в трех местах. Она поднялась выше Заиласа, потом Аарона, потом Наживера. Три демона стали высотой в семь футов и стали плотными.

Сияющие алые глаза. Длинные изогнутые рога над безволосыми головами. Шипы торчали из локтей. Огромные крылья за широкими плечами. Длинные сильные хвосты с пластинами на концах.

Это был почти неуничтожимый демон из Хэллоуина, но теперь их было трое.

— Первый Дом? — хрипло прошептал Эзра. — Трое? Как?

— Если вы не знали, — проворковала Зантэ, — демоны видят даже в полной тьме. Луминамаг не может их ослепить.

Я напряглась еще сильнее.

Зантэ махнула рукой в нашу сторону.

— Убейте их всех.

Три демона почти в унисон сжали пальцы. Алый свет озарил их когти, потянулся венами по толстым рукам. Неровные круги заклинаний вспыхнули над запястьями демонов, у каждого было свое заклинание. Они подняли руки, целясь в нас.

Я бросилась к земле. Упав и перекатившись, как я делала сто раз на матах в подвале Аарона, я схватила Панцирь. Я все еще надевала плащ на плечи, прыгнув перед атакой трех демонов.

Но плащ не успел окутать всю меня.

Или он впитал слишком много.

Или общая магия демонов была слишком сильной.

— Тори!

А потом я ощутила сильную боль.

Руки сжимали меня. Я застонала. Почему все так болело? И почему мои глаза были закрыты?

Я открыла глаза. Я висела в руках Эзры. Аарон стоял с одной стороны от нас, Кай — с другой. Три демона были впереди, и раз все были на местах, я отключилась лишь на пару секунд.

Панцирь лежал на земле комком лиловой ткани, не сиял и не мерцал.

Эзра убрал меня за себя, и я пошатнулась, не зная, как или где была ранена. Все болело. Сколько от той атаки впитал Панцирь, и сколько приняла я?

— Оставайся там, Тори, — приказал он.

Я поняла, что он собрался напасть. За миг до того, как он прыгнул вперед, я схватила с его ножен свой пояс. Аарон направился за ним, огонь на его мече потух, но с клинка капала кровь. Кай следовал за ним к демонам, электричество трещало на его руках.

Движение мелькнуло с другой стороны. Алистейр с молотом. Жирар сменил пистолеты на горсть артефактов. И Дариус, который уже не скрывался, ведь демоны все равно его видели.

Дальше по улице алая магия вспыхивала и трещала — Заилас и Наживер бились. Заилас не мог нам помочь. У него был свой опасный противник.

Как могли шесть мификов одолеть трех самых сильных демонов?

Боевой вопль раздался за мной. Я оглянулась, и мое сердце забилось быстрее.

Табита, Эндрю, Летиция, Линдон, Рамзи, Гвен и Дрю шли среди обломков с оружием наготове. В крови и синяках, но готовые вступить в последний бой. Они пробежали мимо меня и прыгнули в хаос. Табита и Эндрю кричали приказы.

Чтобы они пережили это, мы не могли рассчитывать на убийство демонов. Нужно было остановить контрактора. Но требовались общие старания, чтобы хотя бы сдержать демонов.

Я глубоко вдохнула, глядя на бушующий бой — Эзра бил по демону клинками из воздуха, Аарон нападал на его бок, Кай метал ножи и посылал заряды электричества в его тело, каждая вспышка сопровождалась грохотом.

Алистейр ударил молотом по земле, и зигзаги трещин раскалывали землю во все стороны. Лава полилась из трещин, Табита в нескольких шагах от него послала волну льда к ногам среднего демона, приморозила его к месту.

Я побежала в грохочущую жестокость.

Я уклонилась от булавы Линдона, которой он замахнулся на демона, которого заморозила Табита. Перепрыгнула через трещину с лавой. Я нырнула под крыло демона, пока он взлетал в небо, алая сила мерцала на его руке.

Шар красной силы взорвался неподалеку, отбросил меня. Я рухнула на землю, перекатилась и снова вскочила. Последний неровный прыжок, и я вырвалась на другой стороне.

Зантэ стояла впереди с широкой маниакальной улыбкой, глядела на сражение. Она снова видела, и она решила использовать свои силы менталиста.

Ее внимание сосредоточилось на мне, я побежала к ней, считая секунды в голове. Мне нужно было добраться до нее, пока она не зацепилась за мой разум. Расстояние между нами сокращалось. Еще несколько шагов…

Я замедлилась, остановилась в четырех футах от нее. Я вытащила пистолет из кобуры, потянулась к пряжке пояса другой рукой. Мои пальцы справились с пряжкой, и пояс упал на землю.

Я повернула пистолет и протянула рукоятью к ней.

Она взяла оружие и с беспощадной улыбкой направила дуло на мое лицо.

Алая магия взорвалась неподалеку. Волна камешков и грязи обрушилась на нас, и Зантэ охнула, опустила голову и прикрыла лицо. Как только она перестала смотреть на меня, сознание вернулось ко мне. Я тяжело дышала, в мышцах был адреналин.

Зантэ выпрямилась, направила пистолет, заряженный зельем адского огня, в мою сторону. Я взмахнула ногой для удара, и мой сапог попал по металлическому пистолету с грохотом. Он вылетел из ее ладони, подпрыгнул на асфальте и откатился. Огонь вспыхнул на нем, шарик зелья разбился от удара.

Моя нога опустилась, кулак полетел к ее лицу. Мои костяшки попали по ее скуле, ее голова отдернулась.

Но Зантэ была членом «Ключей Соломона», а не неумелым учеником.

Она отбила мое запястье, и другой ее кулак направился к моей груди. Я споткнулась, агония вспыхнула в груди, ее ладонь опустилась к ее бедру, где висел длинный кинжал. Она вытащила оружие.

Я схватила сиреневый кристалл на шее.

— Ori vis siderea!

Трещащая сфера появилась в моей ладони, и я бросила ее в Зантэ, когда та устремилась ко мне. Сфера взорвалась у ее запястья, отбив ее руку. Оружие выпало из ее онемевшей руке, где теперь было пятно магии.

— Ori vis siderea!

Вторая сфера появилась в моей ладони, и я бросила ее в лицо Зантэ. Попала по ее лбу.

Я сорвала заклинание падения с шеи.

— Ori decidas!

Я прыгнула к ней, вытягивая руку с кристаллом, она отпрянула и взмахнула ногой. Ее сапог попал по моему бедру, и мой бросок стал неловким падением. Я рухнула на ее ноги.

Она сжала мое запястье и ударила им по асфальту. Активированный артефакт вылетел из моей руки.

Желая отвлечь ее, чтобы она не захватила мой разум, я бросилась на нее.

Мы покатились по земле. Твердые части ее тела — кулаки, локти, колени — находили мои мягкие места. Но я хватала ее, пытаясь придавить. Ее кулак попал по моей челюсти, и все перед глазами побелело. Мир закружился, мой подбородок ударился по асфальту, ее колено впилось в мою спину. Она сжала мою правую руку и завела за меня.

Я закричала от агонии в плече. Я извернулась и оттолкнулась рукой, бесконтрольно дрожа.

Ее рука обвила мою шею и крепко сдавила.

Она притянула меня к себе, поймала мое здоровое запястье и завела руку за спину, заставляя меня застыть на коленях. Другая рука свисала, пожар агонии был в плече.

— Смотри, — прошипела она мне на ухо.

Магия вспыхивала и плясала, воздух мерцал от жара, поднимающегося от линий лавы Алистейра. Серебряный боевой молот в крови лежал на земле. Жирар искал артефакт на поясе, шагая в стороне, он чуть не наступил на лаву. Табита прыгала туда-сюда перед демоном, бросая куски льда в его лицо.

Аарон обвивал рукой грудь Кая, электромаг почти свисал в его хватке. Он сжимал футболку Дрю другой рукой, Оттаскивал потерявшего сознание телекинетика прочь. Один из мечей Эзры был обломан на пару дюймов, и он бился с демоном один.

— Они все умрут, — ворковала Зантэ. — Как все в Энрайте. Ксевер ждал в подземном храме. Когда время настало, он заставил Наживера убить их всех, как безмозглый скот, каким они и были.

Я пыталась дышать, раскрыв рот.

— Это демоны Первого дом. Самые сильные демоны, если не считать женщин-демонов, конечно.

Мои легкие просили воздуха. Моя голова кружилась, искры сверкали за глазами.

— Хватит дурачиться, — крикнула она, — покончите с ними!

Три демона взглянули на нее и повернулись снова к своим врагам.

Рука Зантэ чуть ослабила хватку, и я смогла вдохнуть.

— Пока не умирай, — урчала она мне на ухо. — Сначала посмотришь, как умирает твой любимый.

Я резко вдохнула, а потом откинула голову, ударяя черепом по ее носу.

Она охнула и отдернулась. Высвободив запястье, я сжала лиловый кристалл на своей груди, раненой рукой потянулась к ее шее. Агония вспыхивала в плече, мешая видеть, но я не остановилась.

— Ori vis siderea! — выдохнула я.

Мои слабые пальцы задели ее шею, поймали цепочки инфернусов. Я ударила шаром энергии по ее груди.

Сфера взорвалась, отбрасывая ее, и я сорвала кулоны демонов через ее голову.

Ее яростный крик зазвенел, я развернулась. Ее вес врезался в меня сзади, и я рухнула. Она бросилась к моему запястью, я отдернула руку…

И бросила кулоны-инфернусы.

Они пролетели по воздуху, алый свет создал хвост за ними, пока они изящно падали. Кулоны упали в широкую трещину в асфальте, где бурлила сияющая лава.

Серебряные диски погрузились в лаву, плавали на ее поверхности. Металлические края темнели, а потом медальоны растаяли в серебряные лужицы. 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Три демона тут же неестественно застыли. Их алые глаза стали пустыми, тела были бездвижными, как статуи из плоти.

— Н-нет, — пролепетала Зантэ. — Нет!

Аарон прыгнул над остывающей лавой в трещине. Клинок Маркера сиял красным от жара, огонь лизал сталь. Он взмахнул оружием, и нагретый клинок легко рассек плоть и кости шеи ближайшего демона.

Безголовое тело демона упало на землю с глухим стуком.

Вес Зантэ пропал с моей спины. Ее ноги шаркали по земле, а потом она побежала. Я вскочила, агония вспыхнула в плече. Наполовину ослепнув от боли, я побежала, глядя на нее.

Брешь между нами росла. Она убегала.

Она затормозила. Вскинула руки и отпрянула.

— Нет!

Ужас звенел в ее высоком вопле. Мои шаги замедлились, я посмотрела на темную улицу в поисках того, что пугало ее.

А потом увидела их — толпу мификов в боевых костюмах, спешащих к нам.

На жуткий миг я подумала, что это было подкрепление культа. А потом я увидела женщину во главе линии, ее длинный хвост волос раскачивался с каждым шагом, серебряный значок сверкал на груди.

Агент Линна Шен. И мифики с ней…

— «Рыцари Пандоры»! — позвала она. — Идите на запад. «Глаз Одина», на восток. «Морские Дьяволы», займитесь пострадавшими немедленно.

Я стояла в центре улицы, онемев от потрясения, тридцать мификов пробежали мимо меня по бокам, спешили к вспышкам магии, взрывам силы и крикам боли, еще звенящим за мной.

Они спешили мимо, а потом остались только я… и Зантэ. Лидер культа сжималась, стоя на месте, ладони сжимали ее голову, пальцы впивались в череп.

Хрустнули шаги, звук почти потерялся в тихом стуке дождя, и я поняла, что тут был еще один мифик.

Кит шел по центру улицы, его ладони были в карманах, значок висел на шее, маленький щит сиял. Он смотрел на Зантэ.

Подавив всхлип ужаса, она опустилась на колени.

— Разве это не забавно? — тихо сказал он без юмора или ехидства. — Путать людям разумы.

— Хватит, — прохрипела она, держась за голову. — Прекрати это. Прошу.

Он остановился в шести шагах от нее.

— Не так забавно, когда это происходит с тобой, да?

— Прошу, — проскулила она.

Я прошла вперед. Я подняла последний рубин и сказала:

— Ori decidas.

Я прижала артефакт к ее шее, и она обмякла. Зантэ упала, и Кит вытащил из-за пояса наручники. Он застегнул их на ее запястьях.

Он посмотрел на меня голубыми глазами.

— Ты в порядке?

Я запоздало поняла, что дрожала.

— Эм. Более-менее. Откуда вы взялись?

— Из участка?

— Вы… — я прищурилась. — Что случилось с агентом Созэ и истреблением гильдии?

Он приподнял бровь.

— Лучше не знать, подруга. Тебе стоит найти целителя. Я с ней справлюсь.

— О… да, хорошо.

Было слишком больно, чтобы требовать у него ответы, я оставила его с Зантэ и пошла к перекрестку. Звук донесся до моих ушей, и я постепенно осознавала, какой.

Пропали грохот и вопли. Я слышала, как голоса звали друг друга, порой звенела сталь. Магия уже не вспыхивала, и темные силуэты двигались по перекрестку решительно. Другие гильдии подавили оставшихся членов культа.

Все закончилось? На самом деле?

Трое крылатых демона Зантэ лежали на земле, безголовые, разорванные. Серебряный молот все еще валялся на асфальте, его набалдашник был в крови и дожде.

Моя нога опустилась на что-то мягкое, а не мокрую каменную крошку, покрывающую все. Лиловая ткань.

Я склонилась и подняла Панцирь. Он свисал с моих пальцев, как обычная тряпка, мягкая и поблескивающая, как смесь хлопка и шелка, но ткань уже не сияла и не парила зловеще. Сожаление пробило мой пузырь онемения, и я раскрыла ткань, хоть плечо болело.

Едва заметное мерцание пробежало по плащу, тусклые искры плясали как полночные звезды.

Я опустила Панцирь и моргнула от теней, сгустившихся передо мной.

Зак вышел из этой тьмы. Его кожаная куртка была изорвана, в дырах виднелась кровь. Его лицо было бледным, но глаза сияли силой фейри.

Тревога пронзила меня.

— Тут агенты МП. Тебе нужно уйти.

— Знаю, — тихо прохрипел он. — Но мне нужно было убедиться, что ты не погибла.

— Я не погибла.

— Я заметил, — он скользнул взглядом по моему лицу. — Еще увидимся.

Это был не вопрос, но его голос стал чуть выше на последнем слоге, раскрывая неуверенность.

Я хотела спросить его, что он предложил Лаллакай в обмен на силу для защиты моей гильдии. Я хотела потребовать, чтобы она отпустила его тело и душу их своих бессердечных когтей в этот же миг. Я хотела умолять его порвать связи с опасной фейри навеки.

Но у меня не было времени на эти вопросы, да и я не могла решать его проблемы. Я хотела ему помочь, но не все проблемы решались вместе. Лаллакай глубоко проникла в его жизнь, была в его прошлом и его магии, и только он мог это изменить.

Я собрала ткань Панциря и быстро сложила ее. Она стала маленьким и тяжелым квадратом, как обычно.

Я сжала его запястье и вложила артефакт фейри в его ладонь.

— Знаю, ты сказал мне оставить это, но тебе он нужен больше.

— Я уже сказал, что не могу использовать его, не пожертвовав…

Я сжала его запястье крепче.

— Настанет день, когда он тебе понадобится, Зак.

Он прищурился, и мне показалось, что в его глазах вспыхнул гнев Лаллакай. Он смотрел на меня еще миг, а потом сжал пальцы на артефакте.

Отпустив его запястье, я обвила его руками, игнорируя боль в плече.

— Спасибо, — шепнула я. — Спасибо, что защитил моих друзей.

Он обвил меня руками, на два удара сердца прижал к груди.

— Приходи в гости поскорее, — добавила я, горло сдавило. — Нам с Хоши понадобится новая связь фамильяра, и я хочу, чтобы это сделал ты.

— Хорошо, — сказал он.

Я отошла на шаг, ладонь была на его плече, я смотрела на его лицо, надеясь, что Лаллакай услышит мои следующие слова:

— Если нужна помощь, я всегда на связи.

Он кивнул. Тени окружили его, просвечивающие крылья Лаллакай поднялись с его рук. Они обвили его, и он пропал.

Я сглотнула, ладонь сжала лиловый кристалл на моей груди. Мне нужно было найти рубины с заклинанием падения, но сначала нужно было отыскать трех моих магов.

Я повернулась, и они были там. Эзра шел ко мне сквозь дым и дождь. Аарон следовал за ним, рука Кая была на его плечах, электромаг хромал. Обожженные, в синяках и крови, уставшие. Но живые.

Мои колени ослабели от радости. Я шагнула вперед.

Эзра поймал меня и притянул к себе. Я уткнулась лицом в его плечо, дрожа. Аарон и Кай присоединились к нам, никто из нас не говорил. Не нужно было.

Мы были живы. Мы были вместе. Только это сейчас было важно.

Тихий беспорядок наполнил перекресток. Обломки окружающих зданий, их окна были разбиты, стены в дырах, и из сломанных труб лилась вода на уже мокрые улицы. Мелкий дождь продолжал накрапывать, не давал огню разгореться.

Мифики из «Рыцарей Пандоры», «Глаза Одина» и «Морских дьяволов» суетились среди раненых и павших, звали целителей или помогали пострадавшим с болью подняться на ноги. Среди развалин несколько членов «Вороны и молота», которые выжидали внутри, помогали им.

Выжившие «Ключи» собрались, и небольшие группы двигались среди их павших, искали выживших. Еще группа сидела у потрескавшейся стены, их руки были скованы, оружие у них забрали. Блейк и Тирон стояли бок о бок перед пленниками, отдавали приказы и общались.

Я с неохотой подняла щеку с плеча Эзры. Я хотела рухнуть где-нибудь в углу и потерять сознание на десять или двенадцать часов, но у нас оставалась еще одна проблема. Ксевер.

Мы разделились. Эзра еще не оправился от недавних ран, так что поддерживал Кая, который хромал еще сильнее. Они вместе пошли к гильдии. Мы с Аароном миновали перекресток и прошли на улицу, куда Заилас погнал Наживера до этого.

Мои утомленные ноги волочились по улице, шум людей утихал, пока не остался только звук дождя. Сомнений не было, мы шли в нужном направлении. Трещины пересекали асфальт. Стены были разбиты. Дыры зияли в зданиях. Бой между демонами был жестоким.

— Впереди, — шепнул Аарон.

Щурясь, я заметила их. Две фигуры стояли рядом с третьей, которая сидела на земле, горбясь.

Мы с Аароном подошли, один из стоящих мификов — Амалия — повернулся к нам. Рядом с ней была Зора, хрупкая блондинка-волшебница в крови и с двумя большими мечами, образовавшими Х на ее спине.

Их товарищ на земле поднялся на ноги, и я поняла, что это был не только Заилас. Робин была у него на руках, ее лицо уткнулось в край его капюшона.

— Вы живы, — отметила Амалия, когда мы с Аароном подошли ближе.

— По большей части, — согласилась я, глядя на Заиласа и Робин. — Она в порядке?

Робин подняла голову с плеча демона.

— Я в порядке. Просто… сложно стоять.

Заилас опустил ее ноги на землю, и она прильнула к нему, обвила рукой его плечи. Капюшон скрывал его лицо, его алые глаза сияли не так ярко, как обычно.

— Ксевер и Наживер? — тихо спросила я.

Робин убрала спутанные волосы со лба, ее глаза были больше без очков.

— Сбежали. Наживер улетел с ним.

Я стиснула зубы.

— Они уже не охотники, — хрипло прорычал Заилас, вызывая дрожь на моей спине. — Теперь я буду охотиться на них.

Робин сжала его плечо, посмотрела на его лицо.

— Мы будем охотиться на них.

Демон хищно улыбнулся, открывая клыки. Она скользнула ладонью по его руке. Сжала его ладонь. Робин оглянулась на меня, и ее взгляд был почти таким же яростным, как улыбка ее демона.

— Оставьте Ксевера нам.

С Амалией с одной стороны и Заиласом с другой она пошла прочь. Зора приподняла бровь, глядя на меня и Аарона, ее не пугала свобода поведения Заиласа. Она повернулась и пошла за ними.

Я смотрела им вслед, сердце колотилось в горле. Как они найдут Ксевера и его демона, я не знала.

Но я не сомневалась, что они смогут.

* * *
Хорошие новости: каким-то чудом никто из «Вороны и молота» еще не умер. Я не праздновала — список ран был ужасным, от переломов и сотрясений мозга до ожогов и внутренних кровотечений, но шансы были неплохими, особенно, когда помогали несколько целителей из других гильдий.

Плохие новости: мы вернулись в участок МП.

Я была бы рада больше никогда не ступать в участок, но это было невозможно — не когда меня обвинили в серьезных преступлениях, заперли в камере, а потом я загадочно пропала из-под замка.

Стоя между Аароном и Каем, я наблюдала за происходящим без слов.

Длинный простой стол был с одной стороны длинной простой комнаты. Четверо пожилых мужчин и женщин в костюмах сидели за ним, как и не такой и пожилой мужчина с рыжеватыми волосами, собранными в хвост, и древняя женщина в вязаном свитере вместо костюма. Они тоже смотрели без слов.

Напротив них Эзра держал ладонь над нарисованным кругом, волна бледного света спустилась по его телу и наполнила кристалл, лежащий на массиве. Толстый волшебник, который подготовил ритуал, взял белый кристалл и поднес его к носу, разглядывая.

— Негативный, — сообщил он гнусаво. — Демонического заражения нет.

Эзра убрал ладонь от заклинания.

— Обвинения сняты?

Пожилой мужчина посередине медленно кивнул и сделал отметку на бумаге.

— Обвинения в том, что вы — демонический маг, но ваше поведение требует дальнейшего расследования.

Мужчина с хвостиком волос отклонился на стуле.

— На каких основаниях, Эверетт? Он спасал свою жизнь, за его голову была объявлена награда. Которую ты позволил.

— Мы можем проверить его тщательно после того, как расследуем обстоятельства вынесения приговора и обвинений, — добавила спокойно женщина в свитере, ладони были сложены на столе так, словно ей не хватало спиц.

Мужчина по центру хмуро посмотрел на бумагу.

— Тогда… Эзра Роу, все обвинения с вас сняты. Можете идти.

Аэромаг не проявил радости, но и не медлил, а сразу же прошел ко мне, Аарону и Каю, присоединился к нашей линии.

— Отлично, — сказал Дариус. — Тогда все обвинения с моей гильдии сняты?

Я с надеждой посмотрела на главу гильдии, который стоял у края стола рядом со строгой и красивой капитаном Блит.

— Хм, — прохрипел старик и посмотрел на своих коллег. Он стал перебирать бумаги на столе. — Может… ах… но…

Я переминалась, подавляя желание закричать ему поспешить. Прошло чуть больше восьми часов с того, как нашу гильдию чуть не уничтожили. Мое тело болело, я устала, и мое пострадавшее плечо яростно пылало, хотя рука и висела на перевязи.

К сожалению, крики на Судебный совет МП могли помешать моей цели уйти отсюда поскорее.

— Остаются только обвинения, — прохрипел старик, — против мисс Робин Пейдж. Обвинения в незаконном контракте с демоном очень серьезны.

— Но доказательств из надежных источников нет, — спокойно возразил Дариус. — Мы уже определили, что обвинения против членов моей гильдии появились от попытки Двора Красной королевы опозорить и уничтожить мою гильдию, пока я не раскрыл их тайные операции.

— Именно, — огласилась женщина в свитере, словно слова Дариуса не были тревожными. Мы уже обсуждали этот вопрос на этой встрече, но меня это все еще потрясало, так почему ее — нет?

Член совета по центру медлил над своими бумагами.

Тихий кашель донесся из дальнего угла комнаты.

— Простите, что перебиваю, — агент Линна Шен шагнула вперед. — Я хочу добавить, что наше расследование атаки на «Ворону и молот» показало, что Робин присутствовала, но никто не сообщал, что видел ее демона.

Конечно, никто не сообщил, что видел ее демона, потому что все видели загадочного «демонического мага», бегающего в черном и с капюшоном. Кто знал, на чьей стороне он был?

— Спасибо, агент Шен, — кивнул мужчина с хвостиком. — Обвинения сняты, и мы оставим остальное вам, капитан Блит. Мы ждем полный отчет о событиях этой недели, и если потребуется дальнейшее расследование, сообщите нам сразу же.

— Конечно, — Блит мрачно посмотрела на Дариуса. — Можете идти… пока что.

Дариус слабо улыбнулся, и, судя по тому, как Блит вдруг стиснула зубы, она это заметила.

Подавляя радостную улыбку, я поспешила за Дариусом и парнями к выходу. Мы проходили в дверь, и я заметила хитрые голубые глаза — агент Кит Моррис стоял в углу со своей напарницей, Линной. Он криво улыбнулся, когда я прошла мимо него.

Дариус знал, куда шел, безошибочно привел нас к лестнице. Он стал спускаться, парни следовали за ним, и произошло самое странное.

Слово «ПОДОЖДИ» появилось перед моим лицом, сияло, как неоновая вывеска.

Я остановилась, не понимая, что со мной такое. Галлюцинации? Мне нужна была помощь целителей?

Видение пропало, и голос позвал меня по имени.

Я обернулась, Кит шел по коридору ко мне.

Он усмехнулся.

— Не выгляди так напугано. Это был я, не ты.

Он? Из-за него я увидела слово в воздухе?

Я прищурилась.

— Что ты за мифик?

— Мне говорили, что я довольно очаровательный.

— А?

— Я очаровывающий мифик, — он протянул руку, пальцы свободно сжимали предмет. — Тебе стоит взять это.

Я, хмурясь, подняла ладонь. Он бросил туда белый кристалл, который доказал, что Эзра был свободен от Демоники.

— Я убедил гремлинов, что, после всего, что он прошел, Эзра должен был получить сувенир. Раз они уже видели результаты проверки, они согласились.

Гремлины? О, он о Судебном совете. Я смотрела на кристалл.

— Почему ты отдаешь его мне?

Его юмор угас.

— Приглядись.

Я повернула кристалл большим пальцем на своей ладони. Флуоресцентные лампы озарили блестящую белую поверхность. Я разглядывала кристалл.

Внизу на белой поверхности была алая вспышка, похожая на звезду.

— Линна заметила похожую метку после первой проверки, — тихо объяснил Кит. — Она сказала, что, если бы Эзра был демоническим магом, кристалл был бы полностью красным. Если бы он был контрактором, он был бы в красных прожилках. Она не знает, что означает такая вспышка.

Сердце трепетало в горле. Это могло лишь означать, что кусочек Этеррана в Эзре остался.

Мои пальцы крепко сжали кристалл.

— Ты спрятал этот след от совета, да? Зачем ты это сделал?

— Из мести.

— Да? Серьезно?

— Ага, — он прижал палец к губам. — Так что не ябедничай на меня, ладно?

Фыркнув, я убрала кристалл в карман и повернулась к лестнице.

— Еще увидимся, агент Моррис.

— Пока, хранитель бара.

Я поспешила за дверь и вниз по лестнице. Дариус и парни ждали меня, и я лишь пожала здоровым плечом, когда Кай спросил, что меня задержало. В другой день они пристали бы с вопросами, добились бы ответа, но мы слишком устали для этого.

Дариус повел нас по первому этажу участка к выходу. Я сунула ладонь в карман и коснулась кристалла. Алая вспышка…

Кусочек в теле или душе Эзры, осколок Этеррана, выжил. Его сила жила в Эзре, и я знала, что аэромаг не будет трогать то, что демон по своей воле или нечаянно оставил ему.

Я вытащила руку из кармана и поспешили догнать, когда Дариус открыл входную дверь участка. Свет раннего утра озарил нас янтарем и золотом, и небо было красивым, чистым и голубым.

Мы пересекли порог, и я поймала ладонь Эзры, переплела пальцы с его. Он посмотрел на меня с мягкой улыбкой, один глаз был теплым, как растопленный шоколад, другой — бледным, как снег и лед.

Эта капля беспощадной силы однажды угаснет? Или это было частью него, как его магия воздуха, шрамы и жестокое прошлое, которое сделало его таким, каким он был сейчас?

Только время покажет, и я была готова к этому путешествию. 

ЭПИЛОГ

Четыре месяца спустя


Я сонно провела ладонью по теплой гладкой коже. Обнаженная кожа покрывала вторые по красоте мышцы пресса. Самые красивые я видела у демона, но их я трогать не собиралась даже палкой в десять футов длиной, так что меня на сто процентов устраивали эти самые красивые человеческие мышцы.

Мои пальцы задели твердые края шрамов, я ласкала твердую поверхность груди, добралась до потрясающих линий его ключиц. Почему мне хотелось прижаться губами и зубами к его ключицам? В этом не было смысла… но в мире было полно бессмыслицы. Зачем бороться?

Я послушалась мысли, приподнялась на локте, склонилась и задела зубами ключицу Эзры. Сонный вдох поднял мою грудь, и я продолжила исследовать его тело, вдыхая его прекрасный запах. Мой рот передвинулся к его шее, и я задела зубами кожу под его челюстью.

Еще сонный вдох.

— Ты грызешь меня?

— Есть жалобы?

Он повернул голову, и наши носы соприкоснулись. Он серьезно смотрел на меня.

Мои губы дрогнули.

Он без предупреждения перевернулся и оказался надо мной. Одеяла упали с кровати, его рот накрыл мой. Он целовал меня медленно и глубоко. Я обвила его руками и, на всякий случай, ногами.

Он заурчал в мой рот и придавил меня к кровати бедрами. Я застонала в ответ. Я любила спать обнаженной. От этого утром было веселее. И, к счастью для меня, хватило одного утра вместе, чтобы Эзра одобрил мою идею.

Я оторвала рот от его губ, повернула голову, чтобы увидеть будильник, сияющий на тумбочке у кровати. Ой. Мы спали слишком долго.

Я прижалась бедрами к его бедрам.

— Времени мало.

Его губы задели мое горло.

— А нам нужно много времени?

Я усмехнулась. Нет. Я ощущала, насколько он был готов.

Мы вскоре выбрались из кровати, потные, шумно дышащие. Я вытянула руки над головой, выгнула спину.

— Почему так жарко? Я надеялась, что июнь будет прохладнее.

Он поцеловал мое плечо на пути к двери спальни.

— Можно попросить Аарона установить кондиционер и провести лето с ним.

Я сморщила нос.

— Нет, спасибо.

Эзра оглянулся, открывая дверь спальни.

— Он просто немного пошутил, Тори.

— Ему нужно подрасти.

Это было не совсем честно, потому что Аарон стал дразнить меня после того, как наткнулся за два дня шесть раз на нас с Эзрой, целующихся в разных комнатах как возбужденные подростки.

— Кстати об Аароне, — добавил Эзра, — когда он прибудет?

— Через пятнадцать минут.

— Вот блин.

Он поспешил к ванной, а я схватила свой легкий халат и укутала им обнаженное тело. Мне не нужно было прикрываться в своей квартире, но я не знала, где мог скрываться Прутик.

Я забралась первой в душ, пока Эзра брился. Избавившись от Этеррана, он стал гладко бриться, а не носить короткую щетину. Я не знала, почему он решил так измениться, но не приставала с вопросами.

Многое в Эзре изменилось, были и серьезные перемены, но он оставался в душе тем, в кого я влюбилась.

Он был не таким спокойным, как раньше, но и не стал сразу же вспыльчивым. Нет, он был уверенным, как всегда, но постепенно все больше выражал свое мнение. Когда ему что-то не нравилось, он сообщал нам. Когда мы его раздражали, мы слушали об этом.

И я любила это, потому что после десяти лет подавления негативных эмоций Эзра позволял себе снова чувствовать.

Он не просто порой становился ворчливым. Его улыбка стала ярче. Его смех был громче. Его счастье стало смелее. И он еще яростнее защищал друзей.

Он все еще говорил мягко. Все еще был восприимчивым и добрым. Все еще был немного стеснительным. Но он рос, развивался, раскрывал, кем был, и я была с ним на каждом шагу этого пути.

Мы поменялись местами в душе, и я нанесла маску на длинные кудри, пока мы обсуждали мою завтрашнюю тренировку. Аарон отказывался учить меня сражаться настоящим оружием, пока я не овладею идеально медным кастетом, а это было нечестно. Я хотела огромный меч, как у него, потому что это было круто.

Я открыла дверь ванной, впуская внутрь холодный воздух. Укутавшись в полотенце, я поспешила по коридору.

— Тори?

Я замерла. Прутик появился у моих ног, отклонил колючую голову, глядя на мое лицо. Видите? Потому я и не ходила по дому голой.

— Да? — осторожно спросила я, зная, что его задумчивое зеленое лицо не сулило ничего хорошего.

— У тебя ребенок?

Я чуть не уронила полотенце. Прижимая его к груди, я пискнула:

— Что? Нет!

Его восковая кожа сморщилась, когда он нахмурился.

— Тогда кто папочка твоего ребенка?

— Что?

— Эзра…

— Нет! У меня нет ребенка или папы ребенка, Прутик! Что такое?

Он хмурился, а потом прошел к ванной, открыл дверь и громко спросил:

— Эзра, ты — папа ребенка Тори?

— Что?

— Или Аарон — папа ребёнка Тори?

— ЧТО?

Душ резко выключился, громкий стук зазвучал в другом конце квартиры и спас меня от попытки объяснить фейри, что он снова вел себя глупо. Я поспешила по коридору и лестнице к двери.

Аарон приподнял брови, когда я открыла дверь. Он окинул взглядом мое тело в полотенце и вздохнул.

— Я даже выждал дополнительных пять минут в машине, чтобы ты не была голой, когда я приду.

Я закатила глаза.

— Да, да. Тори любит возбуждать своего парня, как смешно.

— Может, мне стоит завести такое.

— Горячего парня?

— Или девушку.

— Что мешает?

— Хорошие заняты.

Я фыркнула.

— Просто ты слишком хорош, Аарон. Обычная девушка не может успевать за таким, как ты.

— Думаю, это был комплимент?

Я отмахнулась.

— Ты же знаешь план?

— Да. Я подержу его в заложниках, меряя все доступное снаряжение.

Я захихикала. Бедный Эзра.

— Он должен быть готов. Я сообщу ему, что ты тут.

— А я подожду в машине на случай, если ты потеряешь полотенце, пока будешь звать его.

— Ха-ха.

Он ушел за дверь, а я поспешила вниз по лестнице, уже кривясь из-за вопросов Прутика о ребенке.

Эзра стоял в коридоре с полотенцем на поясе, но не ждал меня. Он смотрел на гостиную, где громкий голос что-то наигранно восклицал.

Я остановилась рядом с ним. Мы вместе смотрели, как ведущий программы шел по площадке, выглядящей как уютная гостиная, пока серьезно объяснял, как через пару минут раскроет результаты теста на отцовство ребенка Сары, определив раз и навсегда, является ли настоящим отцом ее муж или — потрясенный вдох зрителей — лучший друг ее мужа.

Прутик сидел в трех дюймах от экрана, очарованный ведущим.

Я со стоном прижала ладонь ко лбу.

— Зачем мне сосед-фейри?

Эзра рассмеялся. Он обвил рукой мою талию, завел меня в спальню и закрыл дверь за нами ногой. Через миг его рот прижался к моему, и я прильнула к его телу бездумно, ладони гладили его мокрую грудь.

И мое полотенце улетело. Блин, Аарон был прав.

Эзра скользнул ладонями по моим бокам, бедрам, вернулся к талии. Он притянул меня ближе, его рот задел мое ухо.

— Однажды так будет? — прошептал он.

— А?

Он рассмеялся, хриплый звук пронзил меня, а потом Эзра отошел от меня с последней лаской.

— Я опоздаю.

— Ты уже опаздываешь. Что однажды будет?

— Ничего.

— Что? — недовольно прорычала я.

Его глаза весело блестели, но он не ответил, открыл шкаф и вытащил джинсы.

Я забыла о раздражении от вида его вещей в моем шкафу. Почему вид его вещей рядом с моими сильнее распалил огонь в моем животе? Я хотела затащить его в постель и несколько часов провести с ним, а потом только отпускать его к Аарону.

Но это испортит наши планы, и я подавила желание на время.

Эзра одевался, а я взглянула на его снаряжение на верхней полке моего шкафа. Под ними выглядывали черные кожаные шнурки от щитка Этеррана. Эзра стал носить щиток на задания, скрывал его под длинными перчатками, усиленными металлом.

За месяцы без Этеррана сила Эзра из невозможной стала впечатляющей и держалась на этом уровне. Его рефлексы уже не были ужасно быстрыми, но остались выше среднего.

Та искра демонической сущности, возможно, будет в нем до конца его жизни.

Эзра не знал о моих мыслях, поцеловал меня на прощание так, что мои колени ослабели, а потом поспешил в коридор. Я прислушалась.

Как только дверь закрылась, я бросилась к шкафу, зарылась в глубины и вытащила чехол с платьем из темного угла. Он не знал, что следующие несколько часов я буду не есть хлопья и бороться с Прутиком за пульт. Но если я не поспешу, тоже опоздаю.

Пятьдесят три минуты спустя я вылетела из ванной, неуклюже застёгивая кулон-ракушку на шее — неожиданный подарок от Эзры после того, как мы ездили смотреть китов в прошлом месяце.

— Прутик, — позвала я, — ты видел мою сумочку?

Фейри едва оглянулся, я поспешила в гостиную и посмотрела на диван. Блин, где я ее оставила?

Мерцание оранжевого и зеленого появилось в моей голове, а потом серебристое чешуйчатое тело прилетело ко мне. Моя сумочка висела в лапках Хоши, глаза цвета фуксии сияли.

— Ах! Идеально. Спасибо, Хоши, — я повесила сумочку на плечо и потерла с любовью ее голову. — Присмотри за Прутей, пока меня нет.

Ее хвост дрогнул, солнечно-желтый вихрь в голове сказал мне, что она была рада.

Я с улыбкой поспешила по лестнице, через минуту я стояла на тротуаре, переводя дыхание, но я была готова идти и выглядела хорошо. Ярко-синее платье с глубоким декольте и игривой многослойной юбкой трепетало вокруг моих колен. Мои волосы, все еще немного влажные, были собраны высоко на голове, и я пятнадцать минут потратила на макияж. Серьги и белые сандалии на шнурках довершали мой образ.

Эзра не сможет отвести от меня глаз, и я уже хотела, чтобы он медленно снял с меня платье, когда мы вернемся ко мне ночью.

Можно подумать, что за четыре месяца мой пыл немного остыл, но нет, да и как? Он был сильным, неутомимым и хотел наверстать упущенное время.

Я две минуты вспоминала те моменты, а потом темно-синий Dodge Challenger подъехал к обочине.

Дверца открылась, и Син выскочила, уже протягивая руки для объятий.

Я сжала ее с силой, а потом отошла, чтобы посмотреть на ее наряд. Ее черное маленькое платье с множеством шнурков на спине было очень сексуальным, и темный макияж дополнял облик. Ее волосы в этом месяце были темно-фиолетовыми, от этого ее кожа напоминала фарфор.

— Сексуально, — сообщила я. — Ты же сказал ей это, Джастин?

Брат склонился над центральной консолью.

— И не раз.

— Хорошо.

Син рассмеялась с румянцем на щеках.

— Я была в этом платье на ужине в честь трех месяцев отношений, так что я уже двадцать раз слышала комплименты.

Я чуть не начала дразнить ее за празднование трех месяцев, но она сияла от счастья, и я просто не могла так поступить. Они были невероятно милой парой, и я почти их не дразнила.

Син подвинула пассажирское сидение, чтобы я забралась назад. Она села, и мы поехали, двигатель агрессивно гудел.

— Эзра что-нибудь подозревает? — спросила она, голос стал выше от волнения.

— Нет, — радостно заявила я. — Украшения на месте?

— В багажнике, — она решительно хлопнула в ладоши. — Паб будет неузнаваемым, когда мы закончим.

— Идеально.

Джастин повернул на улицу Поуэлл, направляясь в Гастаун, и она оглянулась на меня.

— Джастин тебе говорил?

— Син, — возмутился он. — Оставь это для…

— Он ушел с работы!

Я подавилась слюной.

— Что? Ты уже не в полиции, Джастин?

Он посмотрел на Син с любовью и негодованием.

— Я собирался сказать ей позже, когда она не будет так занята.

— Пф, она может справиться. Скажи ей!

— Ага, — с нажимом добавила я. — Расскажи сестре новости. Я даже не знала, что ты собирался уволиться!

— Меня наняли в «Расследования Хугинна и Мунинна».

— Куда?

— «Хугинн и Мунинн!» — воскликнула Син. — Ты не знаешь об этом? Это партнеры «Глаза Одина». Они занимаются заданиями и расследованиями, которые задевают мификов и людей.

Мои глаза выпучились.

— Ого. Правда? Я не знала, что такое существует!

— И я, — Джастин рассмеялся. — Линдон упоминал это мне, и я спросил у Иззы, когда она была в пабе. Она передала мое резюме, и я ходил на собеседование на прошлой неделе.

— Да ладно!

— Ага. Мне нужно получить лицензию перед тем, как я получу настоящую работу, но потом они поставят меня в пару с их самым опытным следователем.

Восторг гудел во мне.

— Не верится, что ты не сообщил мне об этом сразу!

— Ты была занята праздником века, — пошутил он, плавно останавливаясь у знакомой пекарни.

Он ждал в машине, пока мы с Син отправились в рай выпечки, чтобы забрать мой огромный заказ кексов. Мы добавили их в багажник, где уже были шесть пакетов лент, шариков и цветных скатертей.

Путь в гильдию занял несколько минут. Машина пересекла перекресток, асфальт и здания отремонтировали, и их вид напомнил мне, как это место выглядело четыре месяца назад.

Продолжались поиски оставшихся сект Двора Красной королевы, но Зантэ была арестована, и дело продвигалось. Дариус сообщал в прошлом месяце, что они убрали следы культа из Ванкувера, и гильдии от Сиэтла до Сан-Франциско охотились на скрытые секты в своих городах. На это могло уйти еще несколько месяцев, но культу пришел конец.

Джастин припарковался на маленькой задней парковке, и я отвлеклась от тех мыслей, пока мы несли вещи через кухню.

— Вы тут! — радостно завопила Сабрина, оббежала бар, ее розовое платье трепетало, светлые волосы длиной до подбородка были уложены идеальными волнами, как после салона. Она помогла нам расставить кексы на баре, а потом обняла меня и Син, хваля наш внешний вид.

Кавери вела себя спокойнее. Ведьма была в коричневом платье, от которого ее кожа казалась золотистой.

— Готова устроить тут праздник? — спросила она у меня.

— Вперед!

Мы приступили к работе. Встав на столы, Кавери и Син вешали белые и синие ленты на балки под потолком, пока Сабрина накрывала столы скатертями. Джастин сидел в углу, с красным лицом надувал мешок шариков.

Я вытащила блестящую ленту и забралась на стойку бара, прикрепила ее к стене под огромным серебряным молотом, вернувшимся на тяжелые крючки. Я спрыгнула и посмотрела на свою работу.

«С 24-м днем рождения» — было написано на ленте.

Мое горло сжалось. Двадцать четыре. Эзра не должен был дожить до этого дня. Если бы мы не изменили его судьбу, он не выжил бы. Мы вместе спасли его.

— Тори!

Я вздрогнула и поняла, что слезы почти лились из моих глаз. Я отклонила голову, яростно моргая, чтобы жидкость не испортила мой макияж.

— Ты в порядке? — тихо спросила Сабрина.

Макияж был спасен, и я посмотрела на ее встревоженное лицо.

— Ты видела, что так будет, Сабрина? Все, что произошло?

— Даже великий пророк не видит всего, — бодро ответила она. — Моя мама как-то сказала мне: «Многие люди в этом мире следуют за потоком, но остерегайся редких, которые создают волны каждым своим шагом».

Я нахмурилась.

— Ты создаешь волны, Тори, и волны сложно предсказать, так что, может, тебе стоит хоть немного притормозить, чтобы мои карты успокоились?

— Эм… я постараюсь? — я сделала паузу. — Твои карты ведь не ошиблись, да? Они предсказали, что Эзра пожертвует собой. Повешенный и Смерть, помнишь? Но он не умер.

— Карты не ошиблись, — она сжала ладони. — Карта Смерти не означает смерть в прямом смысле. Как и карта Дьявола обычно не означает демона в прямом смысле.

Мои глаза расширились.

— Перевернутый Дьявол — искупление, — тихо сказала она. — Повешенный — жертва. Смерть — конец и начало. Видишь?

Ох.

Да, теперь я видела. Она видела судьбу не только Эзры, а Эзры… и Этеррана.

Сабрина смотрела, как я осознавала это, а потом робко улыбнулась мне.

— Кстати, ты точно не хочешь кролика?

— Кролика?

Ее глаза загорелись.

— Малыши Корицы такие милые. Кролики — чудесные питомцы. Правда!

— Я в порядке, — быстро сказала я, приходя в себя от шока. — Мне хватает Прути и Хоши.

Звон колокольчиков раздался в пабе, и я повернулась к двери, отчасти боясь, что Аарон не справился, и пришел Эзра. Но нет — если только Эзра не обнаружил в себе любовь к кожаное одежде на последние пару часов.

Прибыли два сексуальных мотоциклиста в кожаной одежде и со шлемами под руками. Волосы Кая были примяты, черные пряди Иззы были красиво уложены ветром, так никогда не удалось бы сделать с моими кудрями.

— Вы рано! — я подбежала, чтобы обнять электромага. Этот день был для объятий. — Я думала, у тебя была серьезная встреча.

— Отменена, — сообщил Кай. — Макико звонила за десять минут перед тем, как я уехал, и сообщила, что вице-президент, с которым мы должны были встретиться, попал под машину для гольфа этим утром.

— Как можно попасть под машину для гольфа?

— И я спросила об этом, — Изза бодро пожала плечами. — Мы можем лишь догадываться.

— Наверное, он был пьян, — решила я.

Кай опустил шлем на ближайший столик.

— Кстати о напитках, кто будет сегодня за стойкой бара?

— Сам шишка сверху вызвался.

— Дариус?

— Кто еще?

Кай приподнял темную бровь.

— Я скажу ему, что ты назвала его шишкой сверху.

Тревога пронзила меня.

— Эм…

— Этой ночью ты будешь вести себя лучше, eh leng chai? — Изза уперла руку в бедро. — Ты перестарался в прошлый раз.

— Я праздновал, — пробормотал Кай. — И Аарон подносил напитки.

— Все хорошо, — пропела я, закинула руку на его плечи в кожаной куртке. — Не каждый день он может отпраздновать возвращение в первую гильдию.

Строгое выражение лица Иззы смягчилось солнечной улыбкой.

— Не каждый, но постарайся в этот раз не испортить машину тошнотой.

— Тебя стошнило? — охнула я.

Кай нахмурился и ушел, бормоча, что ему нужно было переодеться. Изза пошла за ним, покачивая бедрами, ее глаза хищно блестели. Она не давала ему спокойствия, дразнила, пока он не взрывался — то есть, пока не прижимал ее к стене и не целовал до умопомрачения.

Я смотрела, как они уходят к лестнице, радостно сияя. Все было не идеально, но они двигались в верном направлении.

Кай не мог изменить свою семью, но его появление в МП ради спасения Макико вызвало неожиданный побочный эффект: это завоевало поддержку ее отца. Месяцы осторожных маневров, но мистер Миура помог Каю аккуратно закончить его помолвку с Макико, получить роль в бизнесе «МираКо», а почти неделю назад он вернулся в «Ворону и молот».

Даже разделяя время между «МираКо» и своей гильдией, Кай успевал отдохнуть в пабе, у Аарона и выполнять задания, которые выбирал Аарон — когда он не был с Иззой. Хорошо, что она дала ему еще один шанс.

Я постучала по подбородку. Наверное, помогло сообщение, которое я послала ей через неделю после того, как Кай официально стал свободным. Там было что-то типа: «Кай был придурком, потому что его семья собиралась тебя убить. Попроси его все тебе рассказать».

Я, ухмыляясь, приступила к работе над украшением паба. Мы целый час вешали шарики, и большую часть этого времени мы заряжались током от шариков и пытались ударить им Кая — и когда мы закончили, пришли Клара и Рамзи, оба были с пакетами еды.

— Еда тут! — крикнула я.

— Мы опоздали? — суетилась Клара. — Очередь в магазине была кошмарной.

Я посмотрела на часы.

— Все хорошо. Времени хватает.

Мы напали на пакеты с едой, отделяли закуски от напитков. Син, Сабрина и Кавери высыпали чипсы в большие серебряные миски, пока я расставляла миллион кексов на многоуровневой тарелке, которую использовала до этого на Хэллоуин. Кай и Изза вернулись, чтобы помочь, он был в узких штанах и нарядной рубашке, а она в изумрудном платье без лямок.

Я нервно подвинула салфетки и тарелки рядом с тарелкой кексов, гости начали прибывать. Колокольчик над дверью звякал каждую минуту, голоса звучали в приветствиях и разговорах, наполняя комнату. Я прошла назад, чтобы выкинуть бумажные контейнеры от кексов в урну, и когда я вернулась, Кай и Изза стояли у бара с хрупкой темноволосой Макико.

Юная глава «МираКо» выглядела на миллион баксов в серебряном узком платье длиной до колен, ее волосы были собраны в пучок на макушку. Японец ее возраста стоял рядом с ней, и мои брови приподнялись. Просто сопровождающий или кто-то особенный?

— Макико! — радостно позвала я, огибая стойку бара, чтобы присоединиться к ним. — Как ты?

— Была бы лучше, если бы не отложилась самая важная встреча этого месяца, — фыркнула она.

— Вице-президент сломал копчик от столкновения с машиной для гольфа, — сообщил Кай. — Он не сможет работать неделями.

Макико вздохнула.

— Уверена, это сработает, — бодро ответила я, не хотела переживать из-за какого-то пьяного вице-президента. — Или, если хочешь не такую нервную работу, можешь перейти в нашу гильдию!

Ее губы изогнулись в слабой улыбке.

— Мы сделали это для Кая, но я нужна отцу.

Я постучала по нижней губе.

— Как вы это сделали?

— Есть преимущества в том, чтобы его связь с «МираКо» была неофициальной. Как… консультант… он может уйти с тем, что не удалось бы члену гильдии.

— По крайней мере, так мы им сказали, — сухо добавил Кай. — Мой дед позволил это, потому что я хоть раз не вел себя как полное разочарование.

Он сказал последнее с долей юмора, которой не было до этого, и я скрыла вздох облегчения. Кай уже не бежал от прошлого. Он нашел новую уверенность в делах с семьей, и он был спокойнее, чем обычно.

Или, может, это было влияние Иззы. Кто знал?

Близилось 14:45, и я быстро сосчитала прибывших гостей по головам. Если хоть один опоздает, я буду бить его до Рождества за испорченный праздник.

Дверь гильдии открылась, и вошел Дариус в синей рубашке с черной бабочкой, от этого его серые глаза выделялись сильнее обычного. Несколько ребят поприветствовали его, пока глава шел ко мне.

— Добрый день, — сказал он. — Вижу, все готово.

— Ага! — чирикнула Клара, подходя к нам с Сабриной и Син, гордо улыбаясь. — Мы готовы.

— Отлично. Тори, я хотел бы поговорить в моем кабинете.

Мои глаза расширились. Приглашение в кабинет Дариуса почти всегда означало, что кто-то был в беде. «Кто-то» — то есть, я.

— Это всего на пару минут, — он не дал мне возразить.

Я помедлила, а потом кивнула. У меня не было выбора.

Он провел меня на два этажа наверх, мы миновали столы офицеров и прибыли в его кабинет. Я нервно опустилась на стул перед его большим столом, и он обошел стол и занял свое место.

Я посмотрела на полки книг, стопки бумаги на столе. Кабинет не изменился с первого раза, как я сидела тут.

— Тори, — Дариус сцепил пальцы. — Ты зашла далеко с тех пор, как забрела в эту гильдию.

Ох. Ладно. Я кивнула. Ему нужно было отвлекать меня от праздника, чтобы сказать это?

— Клара говорила, что ты недавно сдала экзамены в колледже. Как все прошло?

— Неплохо, — учитывая, сколько занятий я пропустила в январе и феврале. — Я все сдала. Теперь я специалист, а если проучусь еще два года, получу диплом магистра.

— Ты решила, будешь ли учиться дальше?

— Эм… еще нет. Я ничего не решала, — я прищурилась. — Почему вы спрашиваете?

Он серьезно улыбнулся.

— Сообщая мне о твоих экзаменах, Клара сказала, что ей надоело вести гильдию и бизнес одновременно, и что мне нужно поспешить и повысить тебя до управляющей пабом.

— У-управляющей? — пролепетала я.

— Если принимаешь должность, нужно будет управлять, считать, составлять графики, следить за припасами и состоянием паба и так далее. Клара тебя научит, и когда ты будешь готова, она сосредоточится на своей работе в гильдии и покинет сторону гильдии с пабом.

Мой рот раскрылся.

— И у тебя будет больше времени, если захочешь выполнять задания МП, — добавил он. — Феликс отметил на прошлом оценивании, что ты готова пробоваться на лицензию.

— Да? — выпалила я.

— Для первого года тебе нужно одобрение офицера для каждого дела, за которое ты берешься, но, думаю, это будет не сложно получить.

Да, потому что, если задание будет слишком сложным, Аарон — Четвертый офицер — пойдет со мной.

— Я н-не знаю… что я… то есть…

Дариус смотрел на мое потрясенное лицо с блеском понимания в глазах.

— Не спеши и обдумай это.

Я кивнула, и он обошел стол и протянул руку. После мига смятения я опустила ладонь на его ладонь. Он поднял меня на ноги, тепло улыбаясь.

— Пока ты не отвлеклась на мысли о возможном повышении, нужно вернуться на праздник. Мне нужно подготовить бар.

Точно. Вечеринка.

Мы с Дариусом вернулись на первый этаж, я с паникой посмотрела на часы и крикнула всем притихнуть и занять места. Они собрались у входа в паб, оставив полукруг места у двери. Я протиснулась, чтобы встать перед группой, нервно сцепила ладони.

Дариус помахал за баром, и в комнате стало темно. Секунды становились минутами в зловещей тишине.

— Сколько еще ждать? — прошептал сзади Камерон.

— Шш!

Прошла еще минута, и я услышала голос Аарона, болтающего о чем-то. Голос был все ближе. Шаги зазвучали снаружи, и дверь открылась.

Эзра замер на пороге, его озарял свет фонаря, веселье от слов Аарона сменилось смятением, когда он увидел темный паб.

Свет загорелся, и оглушительный крик раздался в комнате:

— СЮРПРИЗ!

Мой голос гремел громче всех, и Эзра отпрянул в Аарона с шоком на лице. Смех и вопли звенели, и я побежала вперед, вытянув руки. Остальная гильдия столпилась за мной.

Аарон подтолкнул Эзру через порог, и я обняла его. Он уставился на меня.

— Что… это… Тори! — возмутился он, почти хохоча.

Я просияла.

— С днем рождения!

Его потрясение смягчилось, и он опустил голову для быстрого поцелуя.

Половина гильдии свистела, но Эзра быстро выпрямился и закатил глаза. Кай появился из группы, схватил аэромага за руку и толкнул его в толпу для объятий и поздравлений.

Я ткнула Аарона локтем.

— Как раз вовремя!

— Конечно, — гордо сказал он. — Я в таком профи.

— Да? — фыркнул Кай. — А что насчет Эзры, увидевшего мое сообщение о выборе подарка для него? Пришлось притвориться, что это был подарок для Иззы.

— Я показывал ему смешное видео! Откуда мне было знать, что ты напишешь мне в тот миг?

Игнорируя их перепалку, я смотрела, как Эзру обнимают снова и снова, а расстояние между нами растет. Я пошла за ним, и кто-то включил музыку. Дариус за стойкой бара закатал рукава и разливал напитки так умело, что мне нужно было работать еще двадцать лет, чтобы достичь этого.

Я огибала собравшихся мификов, обнимала некоторых, смеялась и шутила. Все знакомые лица. Друзья… нет, семья. Одни ближе других, одни милее других, но все теперь были моей семьей.

Джастин шел за Син, улыбаясь, как влюбленный идиот, пока она прыгала от друга к другу, говоря всем о его новой работе. Камерон, Даррен, Сеарра, Алисса, Райли и Лиам начали игру с выпивкой. Линдон, Брис и Дрю расположились возле кексов и методично поедали десерты.

Наши ведьмы — Кавери, Кир, Дельта, Филип. Наши офицеры — Жирар, Феликс, Табита. Наши целители — Элизабетта, Майлс и Санъяна. И новый член гильдии, который заинтересованно болтал с Алистейром — Блейк, бывший член «Ключей Соломона».

«Ключей Соломона» больше не было. Слишком много членов гильдии предали их, многие умерил, и гильдия тихо распалась, когда МП перестала расследовать их действия. Я была открыто рада, что Блейк перешел к нам — и я тайно радовалась, что он оставил Энрайт и искал новое начало в новом городе и в новой гильдии.

Не все, кого я хотела видеть, присутствовали, но не страшно. Почти все были тут, и сердце переполнилось счастьем и грозило лопнуть.

Музыка гремела, голоса звенели в оживленных беседах, вечеринка окружила меня. Наконец, я добралась до Эзры в конце бара, и через миг я оказалась прижатой к его боку, его рука обвила мою талию, он смеялся над историей Эндрю — что-то про фейри, которую он спутал с лисой-оборотнем.

Я, опьяненная радостью, улыбалась всем, пока Эзра не подтолкнул меня бедром. Он кивнул на другую часть комнаты.

Я заметила сначала Кая и Иззу. Она прижималась к его груди, обвив руками его пояс, и — я улыбнулась — ее ладони были в его задних карманах. Он слушал ее, сосредоточился только на ее лице, и я хотела бы сфотографировать его растаявшее выражение лица. Он был как подтаявшее мороженое в ее умелых руках.

А потом я заметила более неожиданную пару в паре шагов от них. Аарон склонил голову к Сабрине, она что-то оживлённо объясняла ему. Ее глаза расширились, она вскинула руки, и он откинул голову и рассмеялся.

Мои брови приподнялись, а потом поползли еще выше, когда он склонился к ней и сказал что-то, от чего она тоже рассмеялась.

Мои глаза обманывали меня, или они флиртовали? Еще больше потрясало то, что Сабрина не вытащила телефон и не показывала фотографии кроликов.

— Интересно, — проворковала я. — Очень интересно.

Эзра рассмеялся, его грудь дрожала от звука.

— Не радуйся. История свиданий Аарона против него.

— О, ладно тебе, Сабрина чудесна. Она понравится его родителям, — смеясь от его ошеломленного вида, я выбралась из-под теплой руки Эзры, ушла за стойку бара и склонилась там.

Я вернулась с серебряным подарочным пакетом с белым бантом и протянула подарок ему.

— С днем рождения, Эзра!

Его глаза загорелись, он подвинул пакет ближе. Он помедлил, сжимая бант, а потом порвал бумажную ленту и полез внутрь, вытащил подарок.

Это был фотоальбом, кожаная обложка была в нотах. Он открыл его и моргнул, увидев пустую страницу.

— Дальше, — подсказала я.

Он открыл следующую страницу и моргнул снова при виде двух билетов за защитной пленкой.

— Альбом для фотографий всех концентров, на которых мы побываем, — сказала я ему, вдруг занервничав при виде его нечитаемого лица. — И там билеты на первый наш концерт — самый большой фестиваль народной музыки в стране!

Он осторожно опустил альбом на стойку бара. А потом склонился над ним, прижал ладонь к моей шее сзади и соединил наши рты в поцелуе. Его поцелуй был таким, как я и хотела — огненная страсть, сладкое обещание и много жара.

Вечеринка еще не закончилась? Потому что я хотела с ним в постель сейчас.

Запустив пальцы в его волосы, я углубила поцелуй, мой язык заигрывал с его, и громкие вопли зазвучали, разлетаясь по пабу. Я с неохотой выпрямилась, а ребята из гильдии улюлюкали и свистели нам.

— Эй, ты даришь подарки без нас! — Аарон поспешил к Эзре, сунул руку в карман. — С днем рождения.

Он опустил белый конверт на открытый фотоальбом. «Подарок» был украшен чуть примятым золотым бантиком. Эзра открыл конверт и вытащил билеты на самолет.

— Первый класс! — заявил Аарон. — Для музыкального фестиваля.

— Что? — выдавила я. — Да ладно! Спасибо, Аарон.

— Не забудь о моем подарке, — Кай появился с другой стороне от Эзры и вручил аэромагу сложенный лист бумаги. Он не стал украшать его бантом. — Бронь в отеле.

Аарон закатил глаза.

— Мог бы и дать ему открыть подарок, Кай, а не говорить сразу, что там.

— Это распечатка брони отеля. Не очень красочно, — он посмотрел на меня своим взглядом, от которого женщины таяли. — Но комната будет очень красочной, обещаю.

Я улыбалась так широко, что щеки болели.

— Спасибо, парни. Это лучший подарок.

— Это не твой подарок, Тори, — Аарон строго посмотрел на меня. — А Эзры. И ему решать, кого он возьмет как «плюс один».

Я посмотрела на Эзру. Он задумчиво убрал билеты на самолет в конверт.

— Что же выбрать? — пробормотал он.

— Эзра, — прорычала я.

Он сверкнул улыбкой, склонился над баром и поцеловал мой хмурый лоб.

— Конечно, я возьму тебя с собой.

— Ясное дело, — я показала Аарону язык.

Он ответил тем же, а потом указал за бар.

— Ты принесла остальной подарок?

— О, точно!

Эзра изумленно смотрел, а я юркнула за дверцы и появилась через миг с черным футляром в три фута длиной. Я подняла его на стойку рядом с фотоальбомом и повернула к нему.

— Та-да! — сказала я.

Улыбка уже расплылась на лице Эзры. Ему не нужно было открывать, чтобы знать, что было внутри, но он расстегнул пряжки и поднял крышку. В черном футляре лежала пара коротких мечей одинаковой длины, с серебряными клинками и черными рукоятями, сияющими в свете ламп. Оружие было создано так, чтобы его можно было соединить с дубинкой в два фута длиной, чтобы получился посох с двумя клинками.

— Это от твоего кузнеца, Аарон? — потрясенно спросил Эзра. — Из Теннесси?

— Ага. Он делает оружие для половины магов академии Синклер. Без обид в сторону погибшего Двойного кошмара, но эти клинки лучше. Они не сломаются.

Эзра провел ладонями по рукоятям, а потом закрыл крышку. Он повернулся к Аарону и Каю с пылом в глазах и спросил:

— Завтра утром?

— Днем, — исправил Аарон. — Я не буду тренироваться с клинками с похмельем.

— Пожалуй.

Фыркнув, пиромаг повернулся ко мне.

— И последний подарок.

Паника появилась в моей груди. Еще подарок? Я не знала о других подарках для Эзры! Я что-то забыла? Он забыл? Что…

— Твой подарок, — добавил он.

— Мой? Зачем мне подарок?

Аарон. Эзра и Кай хитро переглянулись.

— Видишь ли… — начал Аарон.

— Это важный день и для тебя, — продолжил Кай.

— Потому что это твоя годовщина в гильдии, — закончил Эзра.

Я уставилась на них.

— Нет.

— Да! — возразил Эзра. — Прошел год, месяц и неделя с твоей первой смены тут. Помнишь?

Аарон постучал по стойке.

— Я помогу вспомнить. Ты облила нас напитком.

Я игнорировала это.

— Вы не серьезно.

— Серьезно, — сказал Кай. — Мы даже взяли…

Кто-то завизжал.

Я повернулась на звук, мифики отпрянули, и брешь появилась в центре комнаты. Стало видно черного волка, идущего по полу к нам, алые глаза зловеще сияли. Маленький коричневый пакетик свисал с его зубов.

Все разговоры утихли, все нервно смотрели на варга. Я ожидала, что он подойдет ко мне, но он остановился перед Каем.

Он взял пакетик.

— Спасибо.

Волк посмотрел на него, повернулся и посмотрел на меня, а потом пропал в тенях там же, где стоял.

Варги Зака уходили так же драматично, как он.

Кай махнул рукой на всех, кто смотрел на нас.

— Доставка друида. Как видите.

Ребята, качая головами и смеясь, продолжили есть, пить и болтать.

— Почему варг что-то принес тебе? — с подозрением спросила я у Кая.

— Я украл номер Зака из твоего телефона, чтобы намекнуть ему на кое-какой… проект, — он подвинул бумажный пакетик ко мне. — Он прислал тебе это.

Я заглянула внутрь.

— Наконец-то! — я подняла сиренево-голубой кристалл — замена моему новому любимому артефакту. — Он должен был прислать это в прошлом месяце.

— Он хотел прийти сегодня и удивить тебя этим, но в последнюю минуту пришлось все отменить из-за дуэли дракона и химеры.

Я подняла голову, рот раскрылся.

— Что?

— Он там судья. Это не могло ждать.

Я все смотрела, пытаясь представить, как выглядела дуэль фейри, и что там делал судья, а потом надела кристалл на шею. Он опустился рядом с кулоном-ракушкой.

Эзра кашлянул.

— Как мы говорили, у нас подарок для тебя.

— В честь годовщины, — мой голос был ошеломленным. — Год, месяц и неделя.

Они улыбнулись, и Кай полез в карман и вытащил другой конверт, этот был согнут пополам.

— Это от меня, Эзры и Аарона… и нам помогли Зак и Дариус.

— Зак? — я моргнула и посмотрела на другую часть бара, где глава гильдии был занят блендером. — И Дариус? Как они помогли?

Кай протянул конверт.

— Увидишь.

Почти дрожа в предвкушении, я развернула конверт, открыла его и вытащила содержимое.

Три игральные карты, потрепанные и пожелтевшие от времени. Нарисованный от руки Король Черв сидел величаво, корона была на его голове, повязка скрывала глаз. Опасный Валет Треф был в черном, два кинжала были скрещены перед ним. И Джокер в черно-красном хитро улыбался, сжимая опасный меч под углом.

— Даму Пик не заменить, — тихо сказал Эзра, — но эти карты из той же колоды. Волшебник, который создал Даму, сделал и их.

Я смотрела на три карты.

— Мы не знаем пока, что там за заклинания, — Аарон потер челюсть. — Мы договорились о консультациях с несколькими экспертами. Мы выясним.

— Их заклинания? — прошептала я.

— Слова для них сзади не написаны, — отметил Кай. — Создатель колоды умер тридцать лет назад, а предыдущие владельцы карт не делились тем, как их использовать, так что нам нужно провести расследование Арканы.

Я приподняла брови, а он загадочно пожал плечами. Я посмотрела на спокойную улыбку Эзры и широкую улыбку Аарона.

Я разложила карты веером. Темный и загадочный Валет. Одноглазый Король. Смеющийся Джокер.

Слезы покатились по моим щекам, и я не вспомнила о макияже. Я опустила карты на фотоальбом, уперлась руками в стойку бара и перемахнула через него. Я оказалась в руках Эзры, а потом обняла всех трех своих магов, рыдая на них, пока они смеялись и хлопали меня по плечам.

— Согильдийцы!

Я подняла голову с груди Эзры от крика Дариуса. Клара присоединилась к нему за стойкой бара, и они выстроили в ряд стаканы разных размеров.

Все направились к бару, Аарон и Кай убрали карты в фотоальбом и повели меня и Эзру к месту перед главой гильдии. Согильдийцы тесно обступили на.

— Время тоста, — сообщил Дариус. — И мы будем пить мою тайную клубничную сангрию.

Громкие охи и ахи наполнили паб. Я смеялась, слезы еще лились по щекам.

Он взял графин красной сангрии, и Клара подняла другой. Они наполняли бокалы, Аарон и Кай стали передавать их. Я схватила два бокала, повернулась, чтобы вручить их, и обнаружила Джастина и Син за собой. Сабрина и Кавери были рядом с ними. Изза — возле Кая. Макико — за ними со своим спутником.

Мы вручили всем напитки, и с холодным винным бокалом в руке я повернулась к Дариусу. Эзра обвил рукой мою талию, согревая.

Пронзительный взгляд главы гильдии коснулся меня, потом Эзры, потом Аарона и Кая. Он посмотрел на всю гильдию и поднял бокал сангрии.

Стало тихо, все мифики — и два человека, которые были тут как свои — внимательно слушали.

— Я мог бы долго говорить о семье, верности, любви и храбрости, — сказал он, — но нужно сказать только одно.

Я затаила дыхание.

Он поднял бокал в воздух.

— Не бей первым…

— …но всегда давай сдачи! — закричали мы изо всех сил.

Смех и вопли звенели, и мы в унисон подняли бокалы к губам и выпили.


КОНЕЦ


Оглавление

  • Аннетт Мари Обреченные души и сангрия
  •   ГЛАВА ПЕРВАЯ
  •   ГЛАВА ВТОРАЯ
  •   ГЛАВА ТРЕТЬЯ
  •   ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
  •   ГЛАВА ПЯТАЯ
  •   ГЛАВА ШЕСТАЯ
  •   ГЛАВА СЕДЬМАЯ
  •   ГЛАВА ВОСЬМАЯ
  •   ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
  •   ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
  •   ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
  •   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  •   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
  •   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
  •   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
  •   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ
  •   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
  •   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
  •   ЭПИЛОГ