Как за речкою, за Кубаною [Юлия Ивановна Шулепова-Кавальони] (docx) читать постранично

 « Как за речкою, за Кубаною»
Историческая повесть о кубанском казачестве

  Пролог
  
  - Как за речкою, за Кубаною
  Шел с похода казак молодой.
  За собой под уздцы вел буланого.
  Торопился казак в дом родной.
  Он коня попасал да к столбу привязал,
  С ножен шашку вынал да огонь вырубал,
  Шелкову траву рвал, на огне прожигал,
  Больны ранушки он перевязывал.
  
  Уж казак горевал и коня призывал:
  "Ты товарищ мой, братец буланый,
  Не смотри ты, конек, так с тоской на меня,
  Не лечи языком мои раны.
  Оборви ты, конек, повод шелковый,
  Да беги, мой конек, все дорогою,
  Не давайся, дружок, неприятелю,
  А беги, мой конек, к отцу, к матери.
  
  Расскажи про меня ты жене молодой,
  Что женился в походе, в бою на другой.
  А женила меня сабля вострая,
  А как свахой была пуля быстрая,
  А в зятья приняла мать, сырая земля,
  На чужой стороне неприятеля"...
  Покатилась слеза у буланого
  Как за речкою, за Кубаною.
  
  - Чудная песня, Иван Александрович!
  - Тебе правда понравилась?
  - Очень! Почему я её никогда раньше не слышал?
  - Потому что очень старинная эта песня, Степа. Мне её давным-давно, когда я был еще маленький, певала моя бабушка, мать моего отца.
  - У вас родители казаками были?
  - И родители, и родители родителей. У меня, Степа, весь род казацкий с незапамятных времен. Вот уже три года, дорогой мой, я собираю в кучу свою родословную по отцовской линии. Но докопался только до своего прапрадеда, который погиб смертью храбрых в Первую мировую. Понимаешь, три года искал, собирал, писал. И вот, наконец, поставил последнюю точку. Как не запеть?
  - Это вы свою родословную в этой заветной тетрадочке все время писали?
  - Ну да.
  - Теперь будете публиковать?
  - Тебе прямо сразу уже и публиковать. Ни к чему это.
  - А зачем же тогда писать?
  - Для себя, друг мой. Для себя.
  - Зачем?
  - Затем, что каждому нормальному человеку нужно помнить свой род, свои корни, чтобы крепче держаться за свою землю. Она у нас, братец, кровью и потом обильно полита нашими предками. А те, которые своих корней не знают, все норовят в чужие земли забраться да все её прелести к своим рукам прибрать. А чужая земля - мачеха, чужаков не принимает. А если прибьется кто к ней, того задарма не кормит, а норовит три шкуры содрать. Вот так-то, брат.
  - А мне можно почитать ваши записки?
  - Интересно, что ли?
  - Конечно! Вы же там, небось, не только о своих родственниках писали?
  - Не только. Ну, если интересно, то тогда я лучше сам тебе прочту. Тебе трудно будет с моим почерком совладать. Буду читать, заодно и подредактирую А тебе, если что непонятно будет, спрашивай.
  
   1. Четырнадцатилетний кормилец
  
   "Рассказал мне эту историю мой дед, которого звали так же, как и меня, Иван Александрович. А ему - его мать, то есть, моя прабабка. Была она законной женой моего прадеда, которого звали Александром.
  Когда началась гражданская война, стукнуло моему прадеду Александру четырнадцать лет, и был он уже вполне взрослым, по тогдашним понятиям, молодым человеком, имеющим за плечами четыре класса станичной казачьей школы".
  - Должен тебе пояснить, Степа, что дореволюционные четыре класса станичной школы значили, примерно, столько, сколько в наше время средняя школа. То есть, по окончании четырех классов человек умел читать, писать, управляться со всякими арифметическими действиями, а, самое главное, вполне мог написать любое прошение или жалобу. Иными словами, был вполне образованным человеком".
  -Так ваши предки, оказывается, дворянами были? - спросил Степа.
  -Да нет, простыми казаками. А семья Корниловых, так и вовсе относилась к наиболее бедным казакам. И в первую очередь, потому, что Корниловы были малоземельцами, то есть в семье из поколения в поколение почти одни девчонки рождались. А на девчонок землю тогда не полагалось выделять.
  -А как же станичная школа? - удивился Степа. - Насколько мне известно, в царской России бедняки не имели возможности обучать своих детей грамоте.
  -Много тебе известно! Казаки не только могли, но даже обязаны были обучать грамоте своих сыновей. Поэтому у нас на Кубани до Октябрьской революции 1917 года все мальчики-казачата независимо от достатка и социального положения обязаны были посещать станичную школу. Вообще, обязанностей у них было намного больше, чем прав. К примеру, до 14-15 лет подросток-казачок должен был не только владеть грамотой, но и прекрасно джигитовать, управляться шашкой, знать приемы борьбы и кулачного боя. В доме и на подворье он обязан был выполнять всю мужскую работу, то есть работать в поле, строить, охотиться, владеть каким-нибудь ремеслом. Иными словами, он обязан быть готовым заменить в доме отца и старших братьев. А мой прадед был старшим из детей в семье. Остальные были девочки. Может, поэтому, а может, по причине своих природных способностей мой прадед не просто окончил четырехклассную школу --">