Изгой [Александр Олегович Анин] (fb2) читать онлайн

Изгой

Глава 1

Сюжет книги — чистая фантазия, и любые совпадения с реальностью случайны.

****

— Смолин… Никита, ты, что ли? — окликнул скучающего на лавочке у подъезда парня, одетого в парадную форму морского пехотинца, представительно одетый человек лет пятидесяти.

— Я, Олег Николаевич. — откликнулся молодой мужчина.

— Ты только со службы? А твоих что, дома нет? — засыпал его вопросами сосед.

— Нет, вот и кукую. — улыбаясь, ответил морпех.

— А позвонить заранее не вышло? — поинтересовался мужчина.

— Не вышло. Мобильник потерял, — обобщённо ответил на вопрос Смолин, — а на память номера не помню.

— Тогда может ко мне зайдёшь, или так и будешь глазами пожирать девчонок? Голодный небось?

— Да нет, не голодный, но за приглашение спасибо, воспользуюсь.

— Тогда пошли. Слушай, а ты ведь давно в армию уходил?

— На контракт оставался. — подхватывая с лавочки большую сумку, ответил Никита.

Щёлкнул электрический замок подъезда, и, поднявшись по ступеням, соседи подошли к лифту.

Засветилась кнопка, раздался с детства знакомый и родной гул работающего лифта, а в воздухе повисла некая неловкость. Вроде бы соседи, а не общались с времён, когда Никита ещё учился в средней школе. Подростковый возраст часто не способствует поддержанию контактов, отсюда и неловкость. В общем, тем для разговора моментально найти не получалось.

Никита улыбался усталой улыбкой, всё ж вернулся в родной двор, который помнил его с момента рождения, и который практически не изменился за прошедшие четыре года. Возможно машин прибавилось, детская площадка обновилась, соседские девчонки замуж повыходили, а так всё как прежде, тот же дух, те же деревья, то же солнце.

Загрузившись в лифт, Ганин окинул его габариты взглядом и проговорил:

— Вымахал-то как! А я ж тебя совсем пацаном помню. — огорошил он парня очередным откровением.

— Время не стоит на месте. — Философски ответил ему старший сержант, понимая, что сосед просто ищет общие темы для разговора, ведь вроде не чужие люди…

Никита тоже помнил дядю Олега с самого детства. Ганин был геологом и часто рассказывал детворе о разных камнях, показывал коллекции минералов, да и просто рассказывал много интересного о жизни и экспедициях. Раньше Ганин практически весь тёплый сезон проводил вне дома, а сейчас выглядел совершенно иначе: дорогой костюм, короткая стрижка, аккуратная борода с благородной сединой.

Они вышли из лифта на шестом этаже, и Олег Николаевич загремел ключами, открывая новую и явно непростую дверь.

— Ты, если хочешь в туалет, то беги, а я пока чайник поставлю. — проговорил геолог, словно угадывая то, что так необходимо было сейчас Никите.

***

Через несколько минут они собрались за кухонным столом, и в воздухе снова повисла атмосфера неловкости.

— Никит, а ты чем заниматься планируешь? — разливая по кружкам кипяток, поинтересовался сосед.

— Пока не думал, но жизнь дорожает, так что придётся искать варианты.

— Как насчёт того, чтоб со мной на изыскания?

— Кем?

— Как охрана. Заработки у нас хорошие, сейчас по золоту работаем, так что в накладе не остаёмся. Опять же, места древние и весьма интересные. Командировки на месяц, потом две недели дома, всё обеспечение от фирмы, еда, одежда, оружие.

— И сколько на раскачку времени? — поинтересовался парень.

— Как раз две недели, с оформлением.

— Заманчиво. А конкретнее по деньгам сколько?

— Коммерческая тайна, но скажу сразу, что к поздней осени на машину заработаешь.

— У вас по контракту?

— Сейчас везде по контракту. У нас минимальный на год, а там можешь продлить. — прихлёбывая ароматный чай, проговорил Олег Николаевич.

— Я тогда до конца недели отвечу. Работа нужна, деньги нужны, да и квартиру бы прикупить лишним не было, так что, если деньгами не обидят, то почти согласен.

— Вот и отлично! Ой-ё… Что ж я сразу-то не сообразил, у меня ж твоих телефон есть! На, звони, хоть узнаешь, во сколько вернутся… — спохватился Олег Николаевич.

***

Этот разговор состоялся чуть больше двух месяцев назад, а сейчас Никита, матерясь, взирал на заснеженную тайгу, потирая прихватываемый крепким морозом кончик носа и костеря «древние места», заброшенные шахты древних людей, настенные рисунки, золото и прочие аномальные явления в виде всяких мутантов, с которыми столкнулся по долгу новой работы.

***

Это была старая или древняя выработка в горном массиве, мимо которой не могла пройти экспедиция. Её своды явно долбили вручную кирками, но кто и в какие годы это делал — было неизвестно.

Шли под землю, поэтому одевались потеплей. Фонари, каски, рюкзаки с небольшим продуктовым запасом, аптечкой и снаряжением. Двое парней охранников впереди, пара геологов следом. Из оружия «Вепрь 308» с небольшим запасом патронов.

Шахта была невысокой, метра в два с половиной, но вглубь горы уходила на приличное расстояние, по крайней мере спускались до её основания минут сорок, а потом увидели пещеру, наскальные рисунки, и началась мистика, галлюцинации и прочая аномальщина…

Откуда появился здоровенный медведь, рёв которого мог бы, наверное, обрушить свод, никто не понял.

Первым начал стрелять напарник Никиты, Серёга. Он стоял метра на три впереди, и ему было сподручнее, потом подключился и Смолин. И к рёву зверя прибавились хлёсткие звуки выстрелов.

Медведь был непонятного грязно-тёмного цвета и очень крепок на рану. По десятку пуль из двух карабинов он принял в грудь, не сильно-то замечая, а потом от него пошла какая-то волна, которая и погасила сознание обоих сопровождавших геологов охранников.

***

В сознание Никита пришёл неожиданно и не сразу сообразил, где он, а когда сообразил, то чуть не получил разрыв сердца, поскольку «хозяин» пещеры с аппетитом перемалывал зубами ноги его напарника. Спасло Никиту то, что перед отключкой он как раз перезарядил карабин.

Светящиеся красным глаза зверя не обещали ему ничего хорошего, но расстояния меж ними было всего пару метров и, вскинув карабин к плечу, Никита выстрелил.

Первая же пуля попала в глаз медведю, хотя Смолин толком и не целился, сложно это из положения, лёжа на спине, но зверь начал заваливаться. Только адреналин в крови не позволил прекратить стрельбу, пока магазин не опустел.

Больше снаряжённых магазинов не было, они ведь не на войну шли, но, к счастью, медведю уже хватило.

Несколько минут он унимал выпрыгивающее из груди сердце, но всё же скинул рюкзак и достал из бокового кармана резервную пачку патронов.

***

Пульса у Серёги уже не было, и это было крайне хреново. Ещё более хреново было то, что из лагеря экспедиции не послали подмогу, впрочем, всё встало на свои места, когда он вытащил тело товарища на поверхность. Здесь была ночь, кругом лежал снег, и в небе светился большой круглый диск луны. Всё бы ничего, но это было чужая луна.

***

Тихо выматерившись, Никита несколько минут не мог оторвать глаз от вида звёздного неба. Глаза привычно находили знакомые созвездия, но луна была чужой, и это вызывало когнитивный диссонанс. Впрочем…

В ступоре он находился недолго, всё ж благодаря обилию прочитанных фантастических книг его сознание было хоть как-то готово к такому повороту событий, только это всё в корне перечёркивало проделанную им работу. Серёгу нужно было хоронить, а для этого тело лучше унести обратно в недра горы, да и с медведя шкуру снять было бы нелишним. Тут зима, а у него куртка — демисезонка на тонком, хоть и тёплом, флисе, да и медведь сейчас — это еда, которой у него откровенно мало.

Взяв себя в руки, Никита снова взвалил на себя нелёгкую ношу. Нужно было спешить, ведь заряд батарей в аккумуляторах не вечен.

***

В самые недра Серёгу спускать он не стал, удобное углубление нашлось минутах в десяти хода от поверхности, в ней и пришлось упокоить останки товарища.

***

Все рефлексии тоже пришлось отбрасывать. Ботинки, куртка, брючный ремень и другие полезные вещи Серёги он не стал хоронить вместе с ним. Серёге уже всё равно, а ему нужно было как-то выживать, а то, что он вернётся в тёплое лето 2025-го, он откровенно сомневался.

Засыпав тело напарника каменной крошкой, он поднялся на поверхность и к туше медведя вернулся уже с большой вязанкой хвороста. Заряд батарей в фонарях можно было сэкономить разведя огонь, а с огнём однозначно теплей, светлей, и над углями можно было мясца зажарить. Консерв всё равно откровенно мало, вот пусть и полежат.

***

Разделка зверя превратилась в многочасовой ад. Мясо особо девать было некуда, приходилось бегать на поверхность и закапывать его в снег, и снова набирать ветви на дрова.

То, что на запах придёт кто-то из зверей, Никита сомневался, слишком серьёзным парнем был мишка, чтоб на его территории ещё кто-то смел охотиться. Вопрос был в том, почему он не в спячке, хотя, если посмотреть на то, как он их приложил какой-то волной, явно мишка необычный. Ещё бы он почище был, так вообще цены бы его шкуре в хороший базарный день не было, а так в синем свете светодиодного фонаря вообще не разобрать. Морда-то, конечно, бурого, но…

***

Закончил он как раз на рассвете, правда, наручные часы показывали восемь двадцать вечера, но кому это интересно? Вывозился в жиру и крови он, конечно. основательно, но зола из костра и вода из бутылки помогли маленько отмыться. Теперь нужно было поесть, а заодно предстояло решить, оставаться здесь, в глубине горы, или всё же начать выходить понемногу на разведку, натаптывать тропы, пробовать ещё охотиться. Уходить от пещеры далеко было неохота, всё же внутри была надежда на чудо, а с другой стороны, если тут поздняя осень или ранняя зима, то потом его снегом завалит так, что никуда уйти уже не получится.

Голод настойчиво отодвигал лишние мысли. Угли уже практически прогорели, а качество прожаренности мяса на глаз было не оценить. Впрочем, горячее сырым не бывает, поэтому и не до конца прожаренная печень всё равно пошла на ура.

***

Проснулся Никита в полночь по привычному времени вроде как неплохо отдохнувшим.

Включив фонарь, он провёл ревизию имеющихся в наличии вещей и в целом остался доволен, ведь Серёгин рюкзак скрывал в себе хороший набор вещей. Теперь у него два «Вепря», пятьдесят шесть патронов, пара ножей, восемь консервов, из них две сгущённое молоко, две ложки, две пластиковых бутылки с остатками воды, хлебцы, галеты, катушка средней лески, нитка с иголкой, , два магниевых огнива, компас, три зажигалки, пластиковая коробочка с рыболовной мелочёвкой, немного туалетной бумаги, две аптечки, упаковка презервативов и хорошая верёвка. И это всё богатство, если не считать одежду и обувь, в основном было у Серёги.

В целом, один рюкзак можно заполнить вещами, а второй набить мясом. Оно и теплей будет, да и пока силы есть, и снег не шибко глубок, можно уйти ближе к югу по руслу ближайшей реки. Суток за трое-четверо был шанс добраться до обжитых мест, но нужны рукавички, да и на штаны можно нашить кусочки флиса от куртки.

Подумав как следует, Смолин пришёл к выводу, что ограничится тем, что сделает для рук муфту, поскольку сложные конструкции ножом не вырезать. В общем и целом должно выйти терпимо. Вот только ещё один момент. В этой шахте ломали кварц в поисках золота, и явно не из любви к искусству. Ну, а раз оно тут было востребовано, то хотя бы грамм пятьдесят — сто жёлтого металла лишними не будут. Пока фонари светят, можно будет и порыскать.

***

В шахте он застрял на четверо суток, сочетал переноску дров, швейные работы и долбёжку кварцита в поисках самородков, найденной в этой пещере киркой. Занимательная оказалась вещица, с клеймом заводчика Афанасьева, что само по себе уже говорило о многом.

Разрядив в ноль один из фонарей, Никита не стал ждать, когда у него разрядится второй, а собрал вещи и побрёл в сторону юга, в надежде, что человеческое жильё здесь не так чтоб и далеко.

***

Несмотря на приличный вес и глубокий снег, шлось относительно легко. Смолин не спешил делать выводы, но количество накопившихся странностей постепенно начинало будоражить его сознание.

Если опустить не похожую на лупоглазую голову луну, то первой из странностей было то, что разделывая тушу медведя, он не нашёл ни одной дырки в груди хищника, и что-то ему подсказывало, что косолапый был тварью магической, хотя никаких кристаллов у него в груди не было. Впрочем, от кристалла из тела поверженного медведя он бы не отказался. Но увы, ни в сердце, ни в печени его не было. Вариант с мозгами он не рассматривал, поскольку вскрыть голову мишки возможности не имел, а махать киркой лучше уж добывая реальное золото, а не для подтверждения теорий выдумщиков-фантастов.

Следующая странность была в том, что у него не просто прибавилось физических сил и выносливости, а и в том, что он стал очень легко переносить холод. Ничем особо не занятое сознание тут же выдало версию, что он своей аурой впитал мощь и способности косолапого, но как оно наверняка… Да кто ж его знает? С одной стороны, сверхсилу иметь круто, а с другой, напугаешь кого сверх меры, и народ решит от греха подальше лучше уж прикопать того, кто шибко отличается он среднестатического парня.

Пока голова развлекалась обмусоливанием мыслей, руки между делом ломали сухие нижние ветки елей. Вес незаметный, а сушняк на растопку иметь было неплохо. Карманы переднего рюкзака принимали в себя сухие нитки мха, тончайшие слои бересты, ну и наломанные в размер спичек сухие тонкие веточки. Много этого добра не нужно, но на ночь вставать, а затра՛вка для костра уже есть.

***

Выход на широкую реку был вообще подарком. Снега на ней было в половину меньше, и это позволило прибавить шагу. Хотелось запеть строевую, но решил не рисковать, мало ли, кто услышит про внуков Сварога, а потом доказывай, что ты не верблюд, и ладно, если один на один и без свидетелей, а если выйдет иначе?

***

Лед держал хорошо, и потрескиваний под его весом не было. Это позволяло уверенно взять хороший темп, покрывая значительные расстояния широким шагом.

Есть не хотелось, а вот пить очень даже, но с этим особых проблем не было. У него две бутылки, одна из которых под курткой, и в ней топится от разгорячённого тела ледяная крошка. Набить ей бутылки дело десяти минут, река под ногами, нож в наличии, немного усердия — и всё. Когда очередь дойдёт до тушёнки, то у него появится кружка. Можно будет хлебнуть кипяточку или заварить в нём мох и иголки, какое-никакое, а разнообразие да витамины. Ещё бы соли, но кто ж знал, что всё так обернётся?

***

Ноги покрывали километры, и день как-то быстро заканчивался. С одной стороны это было приятно, а с другой волнительно. Впереди была ночь, а он один, и рассчитывать ему не на кого. Впрочем, дневной переход дался значительно легче, чем изначально он предполагал, и если бы не голод, то он мог бы вообще не останавливаться, наверное, до самого утра. (Ещё один плюсик в копилку странностей).

Присмотрев место для привала, Никита ногами подготовил место для костра, наломал сухих нижних веток ёлок и воспользовался огнивом.

Пучок хищных искр, вылетевший из-под ножа, впился в приготовленное им угощение. Момент, и тонкой струйкой появился дымок, а там появился и огонёк.

Новорождённое пламя требовало пищи, и заботливый землянин не скупился, чтоб дать ему окрепнуть. Пара минут, и огонёк быстро подрос до полноценного костра, теперь уже и сам готовый служить тому, кто его породил.

Выбрав кусок мороженного мяса, Никита расположил его рядом с костром. Был соблазн воспользоваться консервами, и не столько это было продиктовано голодом, сколько желанием сделать кружку и попить горячего, но держать банку за отогнутую крышку желания не было, а проволоки на нормальную ручку в лесу тоже не валялось.

Мучиться с такой «кружкой» он не стал, а примостившись на рюкзак с вещами, целиком и полностью погрузился в прострацию, завороженно наблюдая за танцем языков пламени.

***

Быстро покончив с дровами, костёр превратился в угли, давая возможность путнику в очередной раз испытать свои умения в приготовлении пищи в первобытных условиях.

Результаты получались так себе, не было у Никиты ещё устойчивого навыка в такого рода готовке, но выбирать особо не приходилось, что сготовил, тому и был рад. Катастрофически не хватало соли, но её и не было.

***

Покончив с едой, Смолин принял решение идти дальше. Взошедшая луна прилично освещала русло реки, сил тоже было предостаточно, так для чего терять время?

Снова водрузив на себя поклажу, он вышел на присыпанную снегом реку и, невольно зафиксировав взгляд на небе, продолжил свой путь.

***

Пара собак, заливаясь лаем, окружила его часа через три пути, и лаяли они настолько злюще и отчаянно, что Никита уже невольно подумал, а не пристрелить ли их. Скинув под ноги рюкзаки, он создал меж собой и ими хоть какую-то преграду и ощетинился карабином. Где собаки, там и люди, ему оставалось дождаться хоть кого-то, а там уже будет ясно, как и с чем жить, только вариант, что примут его неласково, всё равно оставался, да деваться-то всё равно особо некуда.

***

Эта карусель с собаками длилась минут пять, прежде чем злая сила ударила его в грудь, и деревья услышали хлёсткий выстрел.

Сбитый пулей на лёд, Никита в недоумении хватал ртом воздух, одновременно испытывая целую гамму разнообразных чувств и ощущений, от жуткой боли и не менее лютого холода, до обиды и непонимания, почему ещё несколько мгновений назад такие яркие звёзды резко стали расплываться.

Это длилось буквально пару секунд, а потом он почувствовал волну.

***

Слух и зрение вернулись моментально, холод и боль сменились первобытной ярью. Поднявшись на ноги, он проводил взглядом с визгом и поджатыми хвостами улепётывающих лаек, а потом его взгляд наткнулся на того, кто стрелял.

Охотник валялся в снегу буквально в полусотне шагов от него. Всё было так же, как тогда с медведем в заброшенной шахте, только сейчас несколько сменились роли, и хищником был он.

В мгновение, он очутился рядом с охотником и, не в силах совладать с ярью, метнул лежащее тело в ближайшее дерево, а потом испугался. Нет, не того, что он убил человека, который пытался убить его, а того, что навсегда останется зверем, не в силах справляться с доселе не переживаемым им состоянием. Но парой мгновений спустя пелена яри покинула его разум.

Несколько раз тяжело вздохнув, он нащупал дырку от пули на своей куртке. Дырка была не меньше полудюйма, а палец ощутил пропитавшую одежду липкую кровь, но… Но раны-то уже не было.

Не поверив своим глазам, он вернулся к рюкзакам за фонариком и в свете его луча убедился, что глаза его не обманывают.

Радоваться этому или нет, он пока не понимал, впрочем, и как с этим жить, понимания тоже не было. Слишком неожиданным было то, что произошло, и сознание никак не могло в полной мере всё это осознать. Впрочем, сейчас были заботы гораздо существеннее. Охотник тут взялся не из воздуха, а это значит, что нужно было пройти по его следам, найти избушку, лагерь или деревеньку, ну а там уже действовать исходя из новых данных.

***

Избушка и вправду оказалась поблизости. Маленький сруб был собран из тонкого бревна. В малюсеньком окошке угадывался свет керосиновой лампы.

Приоткрыв дверь, Никита резко заглянул в неё и отпрянул, но нет, внутри людей не было.

Подвесив рюкзак с мясом на вбитый под крышу в стропило кованый гвоздь, он зашёл вовнутрь и осмотрелся.

Печка, топчан, небольшой стол, нехитрая столовая утварь, мешки. Сбоку на стене висел добротный белый овчинный тулуп и шапка — папаха. У стены натянута верёвка с висящей на ней домотканой рубахой и штанами с завязками.

Скинув рюкзак с одеждой и Серёгин карабин, Никита вернулся за ружьём охотника, ну и его заодно осмотрел.

Мужику явно было лет под пятьдесят, и Смолин ещё раз убедился, что тот своё отжил.

Трогать тело он не стал, осмотрел одежду и убедился, что мужик выбежал на лай, лишь прихватив жменю патронов и одноствольное ружьё. Ни то, ни другое Никите нужно не было, только оставлять оружие валяться он посчитал неправильным.

***

Вернувшись в избу, он почувствовал навалившуюся усталость. Всё произошедшее с ним ему не шибко нравилось, несмотря даже на то, что он остался цел. Вопросов набиралось много, а ответов на них не было. Нужно было как-то продолжать жить, но об этом он подумает несколько позже, а пока, застирав одежду от крови, он зажевал несколько сваренных бывшим хозяином картофелин и завалился спать.

Глава 2

Утро началось с настойчивого поскуливания лаек под дверью. Именно они и разбудили Никиту.

Растерев заспанное лицо, Смолин распахнул двери избушки. Псы заискивающе жались к земле, поджимая уши и виляя хвостами.

— И на хера вы мне? — поинтересовался он и закрыл дверь.

Пару минут помучавшись муками совести, он посмотрел чугунки на печке. В одном из них была сварена жратва для четвероногих и, не став вредничать, он выставил этот чугунок на улицу. Во-втором чугунке была сварена картошка в мундирах, не ахти какая еда, но мяса он уже объелся, и картошка пошла на ура.

Впереди маячила ревизия содержимого избушки.

***

Избушку он покидал в ночь через двое суток, наварив в дорогу картошки и нормально нажарив мяса.

У дома стаяли нарты, так что он смог взять с собой мешки с соболиными шкурками, да и свои пожитки лучше было припрятать. Оружие и замененную часть одежды, всё в мешки и в сани, ну а тонкую простреленную куртку пришлось сменить на тулуп. Из хозяйственной утвари прихватил медную кружку и топор.

***

Десять дней он шёл по реке, в основном ночами. Миновав три деревни, вышел на более крупный населённый пункт, заглянуть в который посчитал безопасным. Очень хотелось хлеба, горячей еды, помыться, только как быть с санями?

Денег у него было немного, купюра в три куны и горсть медных монет-бе՛лок. Купюра сама по себе была интересной и выпущена великокняжеским казначейским двором Гардарии. Уровень печати ассигнации можно было бы отнести к середине — концу девятнадцатого века на родине, если б не одно, но — напечатанный герб вращался в виде иллюзии вокруг вертикальной оси. Сам по себе герб представлял из себя щит, на фоне которого красовался бюст благородного оленя, и Никита был готов биться об заклад, что образ оленя в Гардарии серьёзно отличается от российского. Дома олень — это дятел, а тут благородное животное.

Но если оставить в покое геральдику, то наличие магии в Гардарии очевидно. Вопрос, только в том, как её много, и чем это может обернуться для него. А ещё вопрос, считается ли магией то, что рана на его груди практически мгновенно зажила, хотя нет, конечно же это магия, вот только получать пулю в грудь для проверки приобретённого навыка больше не хотелось, боль-то до сих пор волнами накатывает.

***

Судя по натоптанной дороге, покрытую льдом реку многие использовали как тракт. Выйдя на неё, Смолин поднялся на городскую улицу, дома по которой хоть и были, как правило в два этажа, но сильно отличались и по архитектуре, и по материалам. Красный кирпич соседствовал с брусовыми и бревенчатыми домами, простые кровли с башенками и мансардными элками. Общим в архитектуре были только маленькие окна, видимо, привязанные к размеру выпускаемого нынче стекла.

Ещё одна деталь городского убранства — резные наличники, на которых превалировала лесная тема: белки, медведи, олени, соболя и куницы. В целом видно, что дома строили старательно, только его проблемы это не решало.

***

Не прошёл Никита и сотни шагов, как к нему пристала пара мальчишек. Завёрнутые в одежду с чужого плеча мальцы смотрелись забавно. Раньше таких звали махновцами, но где оно, то раньше?

— Дядька, а дядь, ты ж с охоты?

— Ну? — многозначительно ответил Смолин.

— А тебе на постой есть у кого вставать?

— А ты знаешь, где за недорого? — поинтересовался Никита.

— Десять белок за день, чистая комната, кровать с периной и чистыми простынями. Если надо, то купальню согреем и стол накроем, только это уже за отдельную деньгу.

— Прекрасно. Давай так, проводишь меня сдать шкурки, тогда остановлюсь у вас.

— Это запросто, контора — то совсем рядом. — бойко ответил агитатор.

Заготовительная контора и вправду была совсем рядом, только порядки в ней оказались совсем не такие простые, как предполагал старший сержант. Стоило ему спросить у курящих на крыльце мужчин в зелёных шинелях «Это тут принимают пушнину?», и мир заиграл другими красками. Всего одна просьба служащего с серебряными еловыми ветвями в петлицах предъявить лицензию на заготовку пушнины, и под стволом револьвера его уложили мордой в снег и, связав руки за спиной в подмышках, отконвоировали в комнату с решётками. Перспектива ночёвки на чистых простынях улетучилась как утренний туман.

Двадцатью минутами позже в комнате появились совсем другие люди. Эти были в светло-серых мундирах с гербами княжества и фонили скрытой опасностью.

Один разместился за столом с кипой бумаг, второй, практически сверстник, с любопытством изучал самого попаданца, в особенности его обувь.

— Имя, отчество, фамилия. — прозвучал первый вопрос.

— Никита Антонович Смолин.

— Дата рождения?

— Второе апреля две тысячи третьего года. — честно ответил старший сержант, но ожидаемой реакции не последовало.

— Место рождения?

— Россия, город Путоранск.

— При каких обстоятельствах к вам попали имеющиеся у вас шкуры животных.

— Медведя я застелил сам, остальное в качестве боевого трофея.

— Какой бой имеется в виду? — наконец оторвался от записей следователь.

— Шёл ночью по реке, на меня вылетели две лайки, а потом в меня выстрелили.

— Стрелявший охотник мёртв?

— Да.

— Почему у вас два ружья, а не одно?

— Медведь убил напарника. — коротко ответил Никита.

— Медведь обладал магическими возможностями?

— Да.

— Какими?

— Когда я его разделывал, то не нашёл нанесённых ему выстрелами ран. Шкура целая, пули тоже неизвестно, куда делись, а садили мы в него как из пулемёта.

Кивнув, следователь внимательно посмотрел на попаданца.

— И как получилось его убить?

— Медведя? Случайно… В глаз попал. — нервно усмехнулся Никита.

— На карте сможете показать, где обитал медведь, и где на вас напал охотник?

— Думаю, да. Там шахта заброшенная золотоносная.

Снова кивнув, следователь вернулся в заполнению бумаг, мерно поскрипывая металлическим пером, которое периодически обмакивал в чернильницу.

Следующий вопрос был неожиданным.

— Охотник умер от кинетического удара или как-то иначе?

— Его откинуло на дерево, и когда я добрался до него, пульса уже не было.

— Сколько дней назад это было?

— Двенадцать или около того. Я шёл по реке ночами…

— Почему не днём?

— Ну, в первый раз были силы. Луна давала прилично света, и я хотел как можно быстрей выйти к людям. У нас там был конец весны, а тут зима и морозы…

— Вы же холод практически не чувствуете? — решил уточнить мужчина.

— Верно, только заметил я это не сразу. На тот момент думал, что это от волнения, и решил поспешить. Теперь будет что вспомнить. — Смолин бы потёр грудь, но руки связали со знанием дела, так что обошёлся без театральности.

— Оружие охотника где?

— Оставил в избушке. У него взял топор, медную кружку, соль, шапку, тулуп и так, по мелочи, что могло в пути пригодиться.

— Три мешка шкурок… — с интонацией шутки проговорил стоящий у двери молодой мужчина.

— На что вы рассчитывали, когда шли в более обжитые места? — поинтересовался следователь.

— На интерес к моему оружию. Мой родной мир в техническом плане более развит, естественно, это должно вызвать интерес.

— Разумно. И что у вас есть такого, чего нет у нас? — продолжил интересоваться мужчина.

— Интересный вопрос к человеку, который почти ничего тут не видел. Но если подумать, то как минимум у нас отличия в средствах передвижения, оружии, более развита химическая промышленность, есть мобильные средства связи, позволяющие любому человеку общаться с другими людьми в рамках планеты, ну и летающие машины тоже имеются.

— И вы знаете как это всё устроено?

— В основном, в общих чертах, но ведь это направление развития промышленности.

— Тоже верно. Металлические банки с едой у вас как называются?

— Консервы.

— Принцип изготовления вам известен?

— В общих чертах.

— Мы можем рассчитывать на ваше благоразумие? — поинтересовался следователь.

— С чем связан вопрос? — с непониманием спросил Никита.

— Нам предстоит проводить вас в столицу, а это долгий путь.

— Ну, если не на расстрел, то не вижу смысла дергаться. Да, ещё просьба есть.

— Помыться и по-человечески поесть? — уточнил следователь.

— Верно.

— Волейслав Милович, позаботься. — обратился следователь к стоящему у дверей молодому коллеге.

— Сделаю, сейчас только зелёных тряхнём, чтоб деньги не зажимали.

Никита даже не успел понять, что произошло, но связанные на уровне плеч за спиной руки неожиданно получили свободу, а стягивавшая их верёвка просто опала. Смолин с недоумением пошевелил своими конечностями и с интересом посмотрел на остатки верёвки. Она была разрезана.

— Однако… — не удержался от комментария морской пехотинец. — Поди, так и вены вскрыть несложно? — невольно поинтересовался он.

— Верно, но если ты печёшься о своём случае, то для тебя припасена сфера вакуума. — натянул улыбку молодой серый мундир.

— И за что такая честь? — поинтересовался Смолин.

— Особенность твоего дара способна убить при повреждениях тела. А вакуум тело не повреждает. Оценил?

— Что-то в этом есть… — задумчиво согласился Никита. — А вообще, что дальше? — поинтересовался он.

— Так сказали же… Поедем в столицу, а там не нашего уровня заботы. — пояснил молодой.

— Вещи мои тоже туда поедут?

— Даже раньше нас. — ответил Волейслав.

Выйдя из комнаты, они направились «выбивать деньги» с лесников, и в этом процессе Никита был только наблюдателем.

Процесс был небыстрым, но двенадцать кун Смолину выдали.

На вид сумма была смешной, но Волейслав выглядел довольным, хотя полную стоимость им не дали, придержав остаток для семьи погибшего охотника.

Покинув здание заготовительной конторы, они направились в трактир.

Он был рядом, буквально в квартале от здания заготовительной конторы, и уже на подходе к нему Никита чуть не захлебнулся слюной. По улице полз ядрёный аромат свежего хлеба и жареного мяса.

В трактире было темновато, но мимо рта промахнуться было нереально. Здесь всё помещение было разбито на три зоны. Если сказать более точно, то стояло три длинных стола с лавками, за которыми и утоляли голод жители великого княжества.

Выбрав места у стены, Волейслав повесил тулуп на вешалку на стене и занял место за столом. Глядя на него, Никита поступил так же.

— Две белки за обед приготовь. — бросил ему серый мундир.

— Дежурные блюда? — уточнил Смолин.

— Ну да, а у вас иначе?

— От уровня заведений зависит. У нас много электрической техники, которая позволяет готовить быстро, так что всегда есть выбор.

— Понятно.

Две подавальщицы с плетёными из лозы подносами быстро сервировали им стол.

Синхронно кивнув, голодные мужики выложили на стол по монетке и приступили к еде.

***

Деревянная ложка — хрень полнейшая, но всё, что было у Никиты из вещей, уже благополучно уложено в мешки, зашито и опечатано, так что приходилось довольствоваться тем, что дали.

— Ты, если вопросы есть, спрашивай. — между делом проговорил Волейслав.

— Вопросов масса. — сделал паузу в еде морпех. — Я понять не могу, как смог перенять дар медведя.

— Это на уровне тонких тел передаётся. — пояснил серый мундир.- В них впитывается.

— А как здешний медведь там у нас оказался?

— На охоту пошёл, ты же сам говорил, что у вас конец весны. — пояснил Волейслав.

— А я так тоже смогу? — немного опешив от услышанного, спросил Никита.

— Однажды — да, но… — собеседник сделал многозначительную паузу.

— Но — это значит, что мне это не понравится или не позволят?

— Отпустить тебя домой? Да запросто! Погостишь сколько-то, расскажешь, что знаешь, с рисунками и иллюстрациями и иди, но… Любой дар развивается ступенями, и что бы шагнуть на следующую, нужно опять немножко умереть. — усмехнулся молодой.

— Серьёзно?

— Серьёзней некуда. Наши предки раньше на магических животных охотились, но чем больше прилагали усилий, тем сильнее эти звери становились. Люди, конечно, тоже в развитии не стояли на месте, тем более, есть шанс как умереть, так и перенять дар. В общем, в один момент такие желающие просто поняли, что охотиться на людей проще, но и магические звери перестали нападать на селения, и прямая опасность от них уменьшилась, хоть и ареал обитания мы им серьёзно сократили. Суть только не в этом, а в том, что лично я уже трижды подставлялся под пулю, чтоб подняться на следующую ступень. Да, это неприятно и очень волнительно, но выгоды ощутимы. — немного красуясь своим бесстрашием, пояснил Волейслав.

— Очково это всё. Одно дело на задании нежданно пулю поймать, а вот так подставиться…

— Очково? — ухмыльнулся серый мундир. — Это мягко сказано, но друзья — то на что? Договариваешься, что будешь гулять на лоне природы в выходной, а твой товарищ пасёт тебя с ружьишком. Ты его не видишь, а он сам выбирает время и место для выстрела. Только расстояние нужно не меньше ста шагов.

— В меня стреляли ближе. — заметил Смолин.

— Вот и отгребли. — усмехнулся собеседник.

— А в пещере?

— Ну, как правило основные «пряники» выпадают тому, кто первый обидел.

— Ну да, Серёга первым стрелять начал. — согласился Никита. — Но охотник…

— Так он же из леса стрелял?

— И?

— Деревья могли обзор перекрыть. — как глупому пояснил мундир.

— Верно, что-то я туплю.

— Медведь тупостью поделился. — сказал Волейслав и в голос захохотал.

— Серьёзно? — переспросил Смолин.

— Да нет, шутка. Ты ведь служил?

— В морской пехоте, но вопрос ведь очевидный!

— Не волнуйся, это же была ночь, и как бы ты мог сделать правильную оценку?

— Я вообще стволом собак отгонял и вспышку выстрела даже не увидел.

— Тем более. Тут ещё ты не учитываешь того, что одарённые у нас собак бы отвадили легко и ненавязчиво. А раз ты этого сделать не мог, значит тебя восприняли неопасной добычей, вот и вышло как вышло.

Миски за разговором неожиданно показали дно, и Никита понял, что объелся. Кулеш с мясом, какие-то корнеплоды, чем-то похожие на картофель, ноздреватый хлеб, нарезанный кусками лук, сметана… Всё просто, но чрезвычайно сытно.

— Ну вот, сейчас по лавкам, и можно теперь и баньку истопить. — Тоже оживился Волейслав.

— По лавкам? — не понял Никита.

— По торговым лавкам. — пояснил Волейслав. — Сменное бельё тебе же нужно? Вещи в дорогу…

— Понял.

Поднявшись из-за стола, невольные спутники облачились в верхнюю одежду и, впуская в распахнутую дверь клубы морозного воздуха, покинули трактир.

— Слушай, Волейслав… — решил продолжить задавать вопросы Никита.

— Что?

— Мы же на Земле?

— Конечно. А ты всё гадаешь, куда провалился?

— Ну, да. Кто ж его знает… На вид местность похожая, но это получается, что я переместился во времени?

— Скорее всего, да. А так не дрейфь, это по-прежнему наша старушка Земля — Флея. — усмехнулся мундир, а Никита чуть с шага не с бился, пытаясь понять, шутит Волейслав, или у этой планеты двойное название? Впрочем, если судить по луне этой планеты, то это точно Флея, но почему совпадают созвездия?

Крепко задумавшись, Смолин пришёл к выводу, что правильного ответа на вопрос он не найдёт. Расстояние до звёзд на глаз не угадать, так что может в этот момент времени он видит знакомые звёзды, а придёт лето, и ночное небо изменится. Хорошо, что всё же остается надежда, что однажды он сумеет вернуться, вот только ещё раз, или даже несколько, переживать гибель очень не хотелось. Какую бы психологическую накачку на службе не давали, а голос тела был категорически против.

***

Город жил своей жизнью, и в воздухе пахло печным дымком, разбавленным тонким ароматом свежего конского навоза.

По улицам спешили завёрнутые в меха и тулупы прохожие, звеня бубенцами, проезжали запряжённые в сани лошадки, блеяли в стайках овцы да козы, и всё это было разбавлено людскими выкриками. Какая-то женщина звала Снегиря, с удалецким гаком кто-то колол дрова, а извечное «Куда прёшь?!» вообще, наверное, присуще любому миру.

Волейслав шёл гоголем, сдвигая перед собой рыхлый снег воздушным щитом.

Мельком бросив взгляд на своего сопровождающего, Никита невольно подумал, что мундир явно ещё не женат, уж слишком он выставляет напоказ свою одарённость, как будто демонстрирует товар потенциальным покупательницам. Смолин и сам то и дело бросал взгляды на проходящих по улице молоденьких девушек, только, куда ж ему здесь и сейчас играть в смотрины? Впрочем, для чего он вообще сейчас это обдумывает?

— Волейслав! — снова позвал его землянин.

— А?

— А как эта деревня называется? — решил «подколоть» его Никита.

— Ну, ты загнул… Какая ж это деревня?! Тут народу знаешь сколько проживает?

— Сколько?

— Семь тысяч! — не улавливая сути подначки, ответил мундир. — Это город Тамишев. — пояснил он.

— А столица здешняя как величается? — подавив улыбку, продолжил задавать вопросы Смолин.

— Новгород.

— А до него нам сколько добираться?

— Шестнадцать дней, если на санях ехать.

— А ещё какие варианты? — с непониманием спросил землянин.

— На лыжах. — буркнул в ответ спутник.

Торговая лавка, в которую привёл его Волейслав была далеко от центральных улиц. Тем не менее, ассортимент в ней был весьма неплох, и за пять кун Никита обзавёлся новыми необходимыми в дороге вещами, от ножа до вещмешка с войлочным ковриком и шерстяным одеялом. А потом они дошли до дома Волейслава и, затопив банную печь, принялись носить в баню воду.

Металлических вёдер в Гардарии ещё не делали, поэтому переноска воды от колодца до бани стала сродни неплохой тренировке. Тем не менее через пару часов они, довольные, разместились на полка՛х, наслаждаясь сухим горячим паром.

***

Дом Можжевеловых был небольшим, но достаток в нём, по здешним меркам, присутствовал. Да и как иначе, если искра дара присутствовала не только у Волейслава, но и у его отца и сестёр. Уж в какой мере даром владели сёстры, Никита не знал, но то, что в доме ни пылинки, сразу бросалось в глаза.

А вот папаша мундира, сразу было видно, что мужчина непростой. Несмотря на то, что у него плетью висела левая рука, с хозяйскими заботами он управлялся сноровисто. По крайней мере наблюдать за тем, как мужчина воздушными лезвиями нарезал на чурки трёхметровые брёвна берёзы, тут же магией колол их на поленья и укладывал в поленницу, было необычно. Никита поинтересовался у Волейслава, сколько ступеней одолел его отец, оказалось четыре, но вот так вот оперировать даром можно было уже и на второй ступени. Теперь было понятно, что при живом примере Волейслав имел стимул подставляться под выстрел. Отец явно рассказывал ему с детства, как преодолевать ступени, на что настраиваться, и какие результаты это принесёт. Ещё бы самому как-то суметь развить полученный от медведя дар…

***

После ужина ему постелили в комнате Волейслава. Правда, спать пришлось не на кровати, а на большом сундуке, но тут уж особого выбора не было, не в камере и ладно. Войлочный коврик, тулуп и шерстяное одеяло для мягкости, вещевой мешок как подушка, а с учётом того, что он забыл, как мёрзнут, то накрываться чем-либо смысла не было.

Сразу спать никто не собирался, и уже Волейслав засыпал Никиту массой вопросов про его мир.

Смолину отвечать было не в тягость, и он рассказывал чуть ли не до середины ночи, а по утру тихо улыбнулся, видя у его младших сестёр красные от недосыпа глаза. Не спали девчули, подслушивали.

***

Утром встали по крику петуха. Женщины выдали в дорогу собранный вещевой мешок со снедью, и, распрощавшись, мужчины поспешили к реке, по которой и пойдёт торговый обоз в ближайшие города и сам Новгород.

***

— Волейслав, а речку-то эту как величать? — поскрипывая на каждом шагу снегом, поинтересовался Смолин.

— Тать. — коротко ответил мундир.

— У нас тать — это разбойник. — удивившись названию, проговорил Никита.

— Так и есть. Торговые караваны зимой по реке идут, а тати их на крепость пробуют. Поэтому и Тать.

— Так что, значит… На нас могут по дороге напасть?

— Могут. Жадных до чужого добра много, так что такой ситуации исключать нельзя.

— Прекрасно!.. — скептически прокомментировал услышанное Никита, сожалея, что остался безоружным.

— По ружью своему печалишься? — уловив суть, поинтересовался мундир.

— Ну, да. Обидно будет, если оно татям достанется, а мне и отбиться нечем.

— Не достанется, оно ж не караваном отправлено, а спецпочтой.

— А в чём разница?

— В чём? Спецпочта работает на магическом артефакте. Так что, пока мы с тобой таскали воду в баню, твои мешки и сопроводительные бумаги уже изучались в главном управлении сыскного приказа. В Новгороде оно уже всё. — улыбаясь, ответил Волейслав, явно получая удовольствие от того, что у них тут есть то, чего нет в «развитом» мире Никиты.

Глава 3

Дорога у реки была неплохо освещена. Выстроившиеся по ней сани были подсвечены фонарями, которые явно работали на магии. Как раз такой фонарь был и у подводы, ожидающей их прибытия. Присмотревшись, Никита понял, что весь обоз — «серые мундиры», но явно рангом поменьше, чем Волейслав.

Три подводы, шесть человек, если считать Волейслава. А вот вооружены все были ружьями уже посолиднее, чем охотничья переломка, с которой успел познакомиться ранее Смолин. Эти ружья имели болтовой затвор и кожаные гнёзда с патронами вдоль цевья для более быстрой перезарядки.

— Доброго утречка, господин спецуполномоченный. — обратился возница в Волейславу.

— Доброе утро, Мидар. — ответил ему Волейслав. — Для меня карабин не забыл?

— Как можно, ваш благородь? Тут он, вычищен, уложен и накрыт. Боеприпас в сумке,сорок пулевых и пятнадцать картечных зарядов. — доложил возница.

— Добро. Знакомься, Мидар, это — Никита Смолин, наш гость и сопровождаемый.

— Доброго здоровья, господин Смолин. — официально поздоровался Мидар.

— Доброго. — отозвался Никита, думая, стоит ли разрушать официоз или пока нет смысла?

Тем временем Волейслав добрался до своего оружия и начал вставлять патроны из сумки в гнёзда на цевье.

Невольно бросив взгляд на диаметр ствола, Никита мысленно присвистнул — снова слонобой не меньше шестнадцатого калибра.

Бросив взгляд на сами сани, он оценил прикреплённые к передку топор и пешню, рядом с ними полные мешки, сейчас накрытые куском грубой провощёной ткани и большой пучок сена. Что ещё было под тканью, пока неясно, но народ тут тёртый и явно предусмотрительный. А вот то, что у него из оружия только один нож, это откровенно напрягало.

Пара минут ожидания, пока Волейслав подготовит оружие, и по взмаху его руки возницы тронулись в путь.

С горки на лёд спустились с ветерком, потом кони перешли на экономную рысь, а Никита провожал взглядом просыпающийся город.

***

Разнообразия в пути было мало, природа такая же, как в Сибири, только знаменитых Красноярских столбов тут нет. Вот где красота…

Кони быстро перешли на шаг, и возницы чередовали график их бега. Минут пять бег экономной рысью, минут десть спокойный шаг. Часа через три остановились у деревни, где коням дали овса и тёплой воды и снова продолжили неспешный путь.

Воду подогревал один из сопровождающих, уже пожилой мужчина, но одарённый-огневик. Грел он её, создавая в наполненном ведре плазменный шар, который секунд через десять гасил.

Ехать было откровенно скучно, и Никита шарил глазами по округе, пока в лучах солнца не обратил внимание на капсюли в патронах. До этого он к ним не приглядывался, а тут впал в недоумение.

— Волейслав…

— А?

— А капсюли у вас на патронах из керамики?

— А как иначе? Дорогие из стекла дуют, а для нас керамические. — пояснил мундир.

— Так, а как вы тогда стреляете?

— Странный вопрос. — усмехнулся спецуполномоченный. — Впрочем, я когда патрон от твоего ружья увидел, тоже в ступор впал. Вы их чем снаряжаете?

— Порох и в капсюль воспламеняющийся состав.

— А у нас воздушное заклинание и сдерживающая его руна на капсюле.

— Понятно. А далеко бьёт?

— Ближе двухсот шагов гарантированно наповал, дальше уже варианты. А у вас?

— У нас раз в десять-пятнадцать дальше.

— Да ладно!.. — не поверил мундир. Как же вы прицеливаетесь в такую даль?

— Оптические линзы. — пояснил Смолин, и Волейслав сдернул своё ружьё и, сделав линзу из воздуха, навёл прицел куда-то вдаль.

— Что-то в этом есть. — многозначительно проговорил мундир, впадая в задумчивость.

Всё это было здорово, только Никита тоже был бы не против не просто обладать предсмертным тараном, но и как-то ещё разнообразить свои способности.

— Волейслав?..

— А? — оторвался от наблюдения за округой через магические линзы мундир.

— А для таких, как я, есть какие-то тренировки, чтоб дар раскачать?

— Ну, лично меня отец учил помогать даром при метании ножей, но сейчас это несколько неуместно.

— А что представлять надо?

— Силу, которая помогает попасть в нужную точку. — пояснил спецуполномоченный.

— И как ты представляешь силу?

— А её не представляешь, а ощущаешь.

— Ага, уже проще. — получив ориентир, ответил Смолин и, достав свой новый нож, попытался ощутить силу, удерживающую его в воздухе.

Десятки попыток не прошли даром, и к вечеру Никита ощутил эту пресловутую силу, которая смогла удержать несколько секунд его нож.

***

Десятки километров заснеженного пространства. Редкие деревни по берегам реки, некоторые даже обнесены крепостной стеной.

Именно в такой небольшой крепости и ночевали первую ночь путники.

Полтора десятка домов прятались за высокими воротами. Всего три дома из них были жилыми, остальные для путников.

Общее пространство, сундуки-кровати, посредине печь с чугуной плитой. Ночёвка стоила тридцать белок с человека, и это прекрасная цена, поскольку ты в тепле, есть, где спать, и горячая еда. Место выбрано точно и способно принять на отдых большой торговый караван. Хозяева позаботятся о конях, если надо, то можно и баню сделать, но воду носить самому, да и дрова за отдельную стоимость.

Подкинув в печь дров, сыскари разместились по койкам, блаженно наслаждаясь теплом и отдыхом.

Никита усталости особо не чувствовал, так, небольшое психологическое утомление оттого, что целый день кулем провалялся в возу. Если бы не упражнения с силой, то он бы вообще взвыл от безделья, но сейчас он поймал нужное состояние и старался закрепить его в чувственной памяти.

Его смелые эксперименты вызывали одобрительные кивки и взгляды серых мундиров, что в принципе для Никиты было дико. Домашние менты давно бы уже на дыбы встали, начни он дистанционно манипулировать с клинком, а тут одобрение.

Впрочем, если мужики все с каким-нибудь даром, а шагнуть на новую ступень можно только умерев, то сразу понятно, что ножичек у них страха не вызывает, но как тогда они мочат тех же одарённых татей? Впрочем, Волейслав уже упоминал сферу вакуума, но что мог противопоставить одарённым он? Ошеломить ударами в пах, в горло, в подбородок и затылок, а дальше? Свернуть шею?

— Мужики, а тати ведь одарёнными тоже бывают? — поинтересовался он.

— Конечно. — ответил Волейслав.

— Я вот прикидываю, если нападут, мне-то что делать?

— Убивать всеми возможными способами. — коротко ответил спецуполномоченный.

— Так это ж результата может не дать?

— Как не дать? Если отсечёшь голову, то никакой переход на новую ступень татю не грозит, а ты его дар впитаешь.

— Так, а если он как я?

— Без головы? — ухмыльнулся Можжевелов.

— Ну да, опять затупил… — смутился Никита.

— Ты зря опасаешься. Мы же все тут одарённые, и напасть на нас могут только прыгуны, но… Прежде чем прыгнуть, им нужно поставить метку, а чужую магию любой из нас почувствует и либо выставит щит, либо выставит ствол ружья. Ну, а получив свинец в организм, пользоваться даром сразу не получится, сам понимаешь, что болевой шок, и всё такое. Ну а там сфера вакуума или огненная сфера, и всё.

— Так что, сгоревший уже не восстанавливается? — решил уточнить Смолин, догадываясь, что прыгуны — это владеющие телепортацией или чем-то схожим.

— Ну а как? Вообще-то гореть — это очень больно, да и дышать там нечем. Но тебе остаётся только быстро орудовать ножиком, чтоб отделить чужую дурную бо՛шку. Только учитывай, что у нападающих точно такие же задачи. Только тут опять у нас некое преимущество. Прыгуны могут нападать по одному, иначе рискуют столкнутся, а на их скоростях это гарантированная неспособность продолжать бой.

— А если у прыгуна не один дар?

— Считай повезло, заберёшь все.

— Да я не о том. Вдруг успеет очухаться и молнией или ещё какой хренью приложит?

— Жить хотят всё, так что, если очухается, то в невыгодной ситуации, сразу разорвёт дистанцию, чтоб прийти в себя и выбрать новый момент для атаки.

— Но ведь они действовать могут группой? — не унимался Никита.

— И? — не понял намёка Волейслав.

— Ну, к примеру, он прыгает, рубит или стреляет лошадь, и всё, мы встали. Дальше вопрос времени и количества людей и патронов.

— Почти всё так, только ты мыслишь критериями дистанционного боя. Единственная наша ценность — это дар. Нас нужно убивать так, чтоб этот дар впитать, а это очень и очень долго и очень непросто.

— В чём непросто? Стоит нанести ранение, и пока человек в шоке, прыгун прыгает на этот участок обороны, стреляет из револьвера в раненого, добавляет выстрел, два по соседям, и прыгает обратно, возможно что и с раненным. У вас ружья однозарядки, и быстро реагировать вы не сможете.

В комнате повисла гнетущая тишина.

— Револьверы у нас тоже есть, но, надеюсь, они до этого не додумаются. — секунд через двадцать ответил Мидар.

— Их ещё нужно успеть вытащить. — озадаченно проговорил не представленный землянину возница.

— А у вас вообще учёт одарённых есть? Есть службы, которые отслеживают количество даров у одарённых, кто откуда их взял, и всё такое? — поинтересовался Никита.

— Так мы и есть эта служба. — ответил Волейслав.

— Так откуда тати? — явно не понимая ситуацию с войной на дорогах, поинтересовался Смолин.

— Так из-за кордона, чужие. — ответил ему Можжевелов.

Тяжело вздохнув, Никита завалился на свою кровать, продолжая своё роднение с кинетической силой. Всю или не всю правду ему рассказали, было под вопросом, а себя прокачивать нужно при любом случае. Обретение способностей теперь особо не радовало, нож он контролировал не дальше метра от себя, а это катастрофически мало. Оставалось радоваться, что не все мужики в этом мире маньяки, повёрнутые на обретении чужого дара. Впрочем, именно об этом ему судить рано, ведь неизвестно, что приготовили ему местные. Может, его везут на заклание, а он ни сном ни духом…

То, что границы тут решето, тоже особо не радовало, да и подсознание подсунуло ему эти мысли, явно предчувствуя дерьмовую ситуацию. Спасало то, что откровенно своих тут не было, значить можно было не задумываться, кто здесь свой. По умолчанию всё чужие, что значительно упрощает восприятие.

Ещё один вывод, который он успел для себя сделать, прежде чем провалиться в сон — в любой передряге нужно не оставаться на месте, а двигаться. В подвижную цель тяжелее попасть, да и движение и ступор величины противоположные. Впадёшь в ступор, облегчишь врагам задачу.

****

Пробуждение было снова по сигналу пернатого будильника.

Растерев заспанное лицо, Смолин вышел во двор и умылся снегом. Хозяева уже тоже суетились, и к их дому спешила пара женщин с большим чугунком и ещё с чем-то.

Отворив им дверь, он снова нырнул в полумрак гостевого дома.

— Доброго утра вам, служивые. — звонко поздоровалась хозяйка, выставляя на стол снедь.

Чугунок парил горячей картошкой, а вторая женщина принесла шмат солёного сала и два каравая хлеба.

Сыскные сразу оживились и потянулись к столу, Волейслав расплатился заранее собранной мелочью, ну а Никита прежде всего обратился к силе, обрадовавшись тому, что она откликается на его призыв. Всё ж не один, всё ж теперь с верным союзником.

***

Снова скрипит снег под полозьями, а в воздухе пахнет морозом и конским духом. Нет, это не запах пота, возницы за этим следят, но лошадки не смущаясь попукивают, заставляя перевозимых ими людей радоваться, что нет в этом действии магической компоненты.

Снова просидев кулем пару часов, Никита решил, что можно разнообразить своё бренное существование и, спрыгнув с саней, устроил небольшую пробежку.

Режим бега тот же, что и у коня, пять минут бегом, десять быстрым шагом. Ему это тренировка, а коню минус почти сто килограммов лишнего веса.

***

Оторвавшись от разглядывания округи, Волейслав перевёл взгляд на бегущего за санями Смолина и невольно позавидовал. Он сам был обут в валенки, и хоть обувь это весьма тёплая, но бегать в ней ещё то извращение. Уже снова переводя взгляд на заснеженный берег, он почувстовал чужую магию и активировал воздушный щит. Только вот толку от него сейчас было мало, поскольку появившийся прыгун просто вцепился в Никиту и исчез, оставив их в полной растерянности.

***

— Лядь! — теряя равновесие, выругался старший сержант.

Падать на бегу было неудобно, но кто ж его спрашивал?

Уйдя в кувырок, он невольно вышел из него под ногами неизвестно как возникшего перед ним мужчины с ружьём.

Тело сработало на рефлексах, отвело рукой ствол в сторону, двумя руками захват за грудки и бросок «самолётик» с кувырком назад. Пока клиент летит, а остальные действующие лица впали в ступор, продолжая провожать взглядом первого пилота планеты Флея, Никита оценил обстановку.

Внутренний двор-колодец метров десять на десять какого-то дома, трое человек с ружьями, сам прыгун, пытающийся подняться с земли, и какой-то расфуфыренный хрен, сидящий на маленьком троне с зажатой в руках дорогой саблей. Всё ясно без комментариев.

Упавшее ружьё выстрелило, заставив вздрогнуть «царька», и послужило сигналом к дальнейшему действию. Прыжок с перекатом под ноги к следующему парню с ружьём, выбить ноги, вбить каблук в лицо, вскочить прыжком на ноги и…

Продолжить движение Никина не успел. Хлёстко раздался выстрел, и его тело откинуло тяжёлой пулей. Снова адская смесь боли и лютой стужи, на этот раз в правом боку и, размытое движение в его сторону мужика с саблей.

***

Кашлянув, он пришёл в сознание и сразу вскочил. Побоку ещё не отступившую боль, но… Все противники лежат в отлючке, кто жив, кто нет, пока непонятно, но хрен с саблей не добежал до него буквально шаг.

Головы Никите рубить ещё не приходилось, но тут не до человеколюбия. Подобрать саблю, приноровиться и нанести удар. А дальше удержать рвотный позыв и, дойдя до следующего, обезглавить его.

Прыгун очнулся и, тряся головой, начал подниматься. В помощь процессу удар ноги в кадык, и снова взмах сабли.

***

Обезглавив всех пятерых, Смолин прихватил ружьё и практически рухнул спиной к стене. Его колбасило не по-детски, руки тряслись, вывернутый рвотой желудок подсасывал, а фантомные боль от попадания пули в бок — это вообще сказка.

Кое-как отдышавшись, он наконец осмотрелся. Ему явно повезло, что на него не бежит толпа домочадцев с вилами, топорами и ведром керосина. А ещё больше повезло, что у двух одарённых, что он тут лишил жизни, не было такого посмертного выброса, как у него. Иначе не факт, что он справился бы со всеми.

Окончательно успокоиться в такой ситуации не смог бы никто, поэтому лишь восстановив дыхание, он подбежал к трупу главного и, осмотрев тело, нашёл заткнутый за брючный ремень револьвер с пятидюймовым стволом.

— Отлично! — невольно обрадовался он и, откинув барабан, увидел пять зарядов со стеклянными капсюлями. Шестая камора была пустой.

Ощупав карманы пальто «царька», он нашёл ещё десять патронов и перешёл к трупу прыгуна. У того тоже был револьвер, только патронов оказалось гораздо больше, и находились они не только в карманах тулупа, но и в перекинутой через плечо дорожной суме.

Подготовив короткоствольное оружие, Смолин решился на осмотр дома. Вскрыв ножом раму выходящего во внутренний двор окна, он сразу успокоился.

Дом оказался нежилой, и в нём царили разруха и запустение. Из плюсов были вещи и деньги и немного продуктов ныне покойного комитета по торжественным встречам, из минусов — тут было гораздо теплей, а значит большая вероятность, что это другая страна.

Где находился сам дом, было непонятно. Дороги к нему видно не было, везде лежал снег. Вывод, это укромное место использовал прыгун, зарабатывая прокачкой богатеньких клиентов. Если он работал один, то это было хорошо, а если от «фирмы», то не очень, но главное сейчас было не в этом, а в том, что дрожью по телу пошла волна обновления, и это нужно было пережить в спокойной обстановке.

Привалившись спиной к стене, он прикрыл глаза, получая пакет образов со своими новыми возможностями.

Прыгун был телепортёром, по крайней мере мог мгновенно собираться в точке, которую видел хоть раз в жизни, если в ней не произошло глобальных изменений. От него передалось много картинок этих мест, но где это и что там, было совершенно неизвестно. А вот богатый с саблей был явно коллекционер, и развитых даров у него было целых три. Первый — магия льда. Второй, Никита бы назвал это трансфигуратор, но на Флее это дар называли Преобразующим. Он мог одни металлы изменять в другие, жидкости в жидкости, камни в камни, а газы в газы. Это был основной источник его богатства, только тщательно скрываемый. Третий дар у него был пространственный. Применений этого дара было немного, это портальные переходы, пространственные сдвиги больших объёмов и площадей. Этот одарённый мог разрушить любой город, сдвинуть вершины гор, но не мог точечно смахнуть голову стоящему напротив врагу, не разрушив всего, что видел за ним. Если речь шла о создании пространственного хранилища, то да, пожалуйста, но выглядеть это будет как пространственная складка, в которую нужно заходить, ну или запускать кинетическую руку. Не очень удобно, но лучше чем ничего.

Взирая на полученные дары, Никита ощущал, что теперь очень крут, но больше всего радовало его другое. Он теперь мог вернуться домой.

Как его там встретят — это серьёзный вопрос, явно дело дойдёт до чекистов но, как ни крути, а лучше уж вернуться туда, чем жить тут в этом своеобразном, но очень суровом мире. Собрав с собой сувениры, он представил место лагеря у «древней пещеры» и, увидев мерцающую плёнку перехода, смело шагнул в него.

***

В лагере было шумно, и, несмотря на всю мистичность места, шахту начали разрабатывать.

Его появление не осталось незамеченным, и десятки людей уставились на него.

Кто-то потянулся к рации, и через минуту к нему рысцой двинулась группа охранников.

— Мать моя!.. — выкрикнул один из них, явно старший смены. — Ты ведь Смолин?

— Верно, парни. Скучали? — пошутил Никита, хотя его сознание можно сказать, что сейчас плыло.

Вид у него тоже был ещё тот. Окровавленный тулуп, лицо, забрызганное кровью, на шее три ружья «слонобоя», в руках револьвер и сабля в ножнах.

— Ты в порядке? — прозвучал вопрос.

— Уже да, — протягивая револьвер рукоятью вперёд, проговорил Никита.

— Так, а что с вами стряслось? Где Верин?

— Серёгу медведь сожрал, а «Вепри» местная охранка конфисковала.

— Местная — это чья? Впрочем, молчи. Пойдём от лишних глаз, там всё расскажешь, что и как было, да и помыться тебе явно будет нелишним. Голодный?

— Да, но сейчас есть не смогу.

— Много народу завалил?

— Много, до сих пор колбасит.

— Там зима?

— Это единственный плюс. — отшутился Никита.

— Сразу скажи, нам сюда гостей ждать?

— Шанс такой есть, но один на миллион.

— Уже хорошо, а то у меня двадцать человек в смене, и серьёзный бой мы явно не потянем.

— У тебя ранение? — спросил у него один из сопровождающих.

— Одежда с трупа. — коротко бросил он.

— Лядь… Жёстко… — прокомментировал услышанное парень, невольно поправляя карабин на плече.

— Будет, что вспомнить. — шмыгнув носом, ответил Никита.

Дойдя до вагончика, он увидел уличную душевую и скинул с себя оружие.

— Парни, я в душ, со стволами аккуратно, это магические воздушки. На саблю, кстати, слюнями не капайте, мне ей чуть бошку не отрубили, так что законный трофей, затуплю и дома на ковёр повешу.

— Да мы-то чё? Можно подумать, что кто-то позволит нам что-то из этих вещей взять. — ответил старший смены. — Комаров, давай мухой на склад, и принеси Смолину что переодеть.

— Есть!

Глава 4

Вода была холодной, но только не для него. Он стоял под её струями не меньше получаса, смывая с себя отпечаток прошедших событий и обдумывая свою легенду.

Гладко врать ему не приходилось, но сейчас не тот случай, когда можно было говорить чистую правду. Что он мог слить? Отредактированную версию последнего боя, ну и виды города Тамишева. А вот сам сюжет будет совсем иным. К примеру… Охреневший от своего самомнения маг отправился в другой мир на прогулку, прихватив с собой медвежонка. Дальше погибает Сергей, но и он, Никита, успевает убить медведя и взять на прицел мага. Тот сдаётся на милость победителя, но выходят они в городе Тамишев, где Смолин попадает в окружение, и его сажают в глубокий подвал. Дальше начинаются расспросы, на которых Никита запугивает местных мощью вооружения землян, и так двадцать четыре дня, пока не подвернулся момент, и ему не удалось вырубить мага и убить его охрану. А дальше он подвесил его кверху ногами и привёл в сознание с помощью ножа. Под пытками удалось договориться, что колдун откроет ему дорогу домой в обмен на прекращение пыток. Собственной боли тот не переносил, поэтому договорились очень быстро.

Выключив воду, Никита провел рукой по лицу и предстал перед миром в мокрых трусах.

Комплект чистой одежды уже лежал рядом с кабинкой на траве. Остальных вещей уже не было.

Немного обсохнув и выплатив дань кровью комарам, он оделся и направился в вагончик. Его ждал вольный пересказ собственных приключений, а потом, если повезёт, спокойная работа до завершения контракта. Вопрос только в том, засекретит ли фирма его историю, или информация о его исчезновении уже ушла в большой мир? Если ушла, то это весьма хреново, если нет, то всё гораздо лучше, по крайней мере, ему выплатят сверхурочные за работу без выходных.

***

Пересказав под запись придуманную сказку, Никита был заботливо накормлен и оставлен наедине со своими мыслями. Да, желающих его порасспрашивать было много, но ума у людей хватало не узнавать того, о чём нельзя перетереть с друзьями за бокалом пива. Никита лишь ловил на себе любопытные взгляды, прекрасно понимая, какими байками сейчас обрастёт его появление. Он и сам невзначай придумал уже несколько, и во всех историях был злостный колдун с медведем.

***

Выбравшись на улицу, он пристроился на приспособленный под лавочку ствол дерева и только сейчас смог расслабиться. Мимо проезжали неказистые «пещерные самосвалы», работал бульдозер и большая бригада строителей, месторождение жило своей жизнью, и никакая мистика не могла помешать добраться до священного жёлтого металла.

***

Сознание постепенно перестраивалось на новые-старые рельсы, и только сейчас пришло понимание, что зря он притащил сюда кучу оружия. Вот только на Флее его сознание работало несколько иначе. Там бросить добрые трофеи было чем-то неестественным. Он помнил, что даже охотничье ружье оставлял в избушке с большим сожалением. Вещь ведь добрая, денег стоит, а вернулся сюда, и сознание «вспомнило», что тут боевое неучтённое оружие табу, да и подставить с ним могут, и что тогда? Нет, страха перед возможными неприятностями не было, но хотелось пожить нормально, без лишних напрягов.

Подняв с земли кусочек кварцита, он зажал его в руку и сосредоточил мысль на том, что камень перестраивается в прозрачный зелёный изумруд. Дар рефлекторно включил временной отсчёт, и, когда он достиг тысячи, Никита разжал руку, а преобразование было завершено.

Изумления это не вызвало, сознание воспринимало это как обыденность, но только здесь вам не там, и к такому камушку нужны документы, да и не вывезти его отсюда, с прииска. Контроль строгий, службы работают и интерес фирмы блюдут.

А вообще, он сидел и думал, как, имея столько даров, теперь жить? Однозначно утаить всё не выйдет, где-то да проколется. Слишком много контроля здесь за людьми, слишком много ущемляющих человека законов.

Прихлопнув очередного комара, Никита снова погрузился в поток своих мыслей. Впрочем, мыслей-то особо и не было. Как бы теперь тут ни сложилась жизнь, он всегда сможет уйти в Гардарию. Интереса к жизни там у него нет, но как запасной аэродром вполне подойдёт.

Ещё был вариант пойти в вольные старатели, мыть золото в отвалах старых месторождений, но слишком опасная это тема, без крови явно не обойдётся.

В принципе, это не особо страшно, но риск схлопотать пулю в голову всё равно присутствует, правда и заработок там можно себе устроить такой, что сразу закроется вопрос с покупкой квартиры, вот только где взять металл, по форме схожий с самородками? Лить в воду свинец или дюраль? В принципе, вариант, только контракт-то ещё в силе, так что идею можно отложить в загашник.

— Смолин! — оторвал его от потока мыслей голос старшего смены.

— А? — откликнулся старший сержант.

— Готовься, приказано тебя доставить пред светлы очи Бобруева.

— Что готовиться-то? Вещей нет, телефона и денег тоже.

— Это да, но помочь тебе сейчас тут больше нечем. Сейчас боец машину подгонит, и поедете.

— А времени сейчас сколько?

— Почти пять вечера.

— На что настраиваться?

— Не знаю. Сразу запросили, где выданное оружие, так что, чую, что просто не будет.

— Ну да, утеря двух серьёзных стволов — вопрос серьёзный. — тяжело вздохнув, ответил Никита, и радость от возвращения на Землю сменилась тревожным ожиданием. Удастся ли отделаться «малой кровью»? Навряд ли. В таких вопросах без ментов не обойтись, а там всплывут деньги Гардарии, и подключатся безопасники… Вот попал…

Сознание быстро подкинуло картинку, когда с его одежды снимут на экспертизу остатки крови, и окажется, что она вдруг стала принадлежать Серёге Верину или ещё кому-нибудь из землян.

Встряхнув головой, Никита сбросил дурные мысли, но тяжесть на душе никуда уходить не спешила.

Скрипнув тормозами, у вагончика остановился внедорожник. В багажник быстро загрузили опечатанные сумки и оружейные чехлы, парни с дежурной смены пожали руку и пожелали удачи, и, запрыгнув в машину, старший сержант ощутил некую точку, разделяющую жизнь на до и после.

****

Водителем был щупловатый парнишка, для солидности носивший усы и имевший тоскливый взгляд брошенного спаниеля.

Знакомы они не были, да и не до болтовни ему сейчас было, слишком много событий случилось с ним за последние дни, о которых не сильно-то и хотелось рассказывать.

Впрочем, несмотря на внешний вид, парень не стремился лезть к нему в душу.

— На заднем сидении коробка с харчами. Там же термос с кофе, вода и туалетная бумага. Нужда прижмёт, говори, приторможу. И я Юра. — коротко проговорил он, явно не ожидая ответа и включив передачу, мягко тронул с места машину.

Дорога была условной и уже серьёзно разбитой грузовиками. Местами её уже отсыпали битым кварцитом, но слишком большое расстояние было от месторождения до мест с условно хорошими дорогами.

Машину кидало нещадно, но она упорно ползла к цели, поглощая взгорки и лужи.

Никита лениво смотрел на сдвинутые мощными бульдозерами поваленные стволы деревьев, невольно прикидывая, каких средств стоило проложить сюда даже такую дорогу.

Каждые километров пять располагался вагончик с небольшим скоплением техники. Ремонтная мастерская, гусеничный трактор, заправщик и бочка-цистерна с водой. При желании можно было остановиться на мелкий ремонт и не чувствовать себя брошенным на произвол судьбы.

В машине была рация, и застрянь они где-то в луже, помощь обязательно поспеет, но Юрка удивительно чувствовал и дорогу, и машину, так что они останавливались размять кости только раз в два с половиной — три часа.

Лето было в разгаре, и темнело весьма поздно, что позволило им до наступления темноты преодолеть самый сложный участок пути. Потом Юрка остановился у очередного вагончика и заглушил двигатель.

— На сегодня всё, полчетвёртого утра попрём дальше. Сиденье раскладывается, так что устраивайся, как удобно.

Выскользнув в ночь, Никита задрал голову в небо, немного сомневаясь в реальности происходящего, но нет, с небес на него взирала пустыми глазницами знакомая с детства луна. Значит, это не сон.

Спать не хотелось, организм ещё не успел перейти на новый ритм и график, да и в сознании по прежнему ощущалась некая перезагрузка.

Открыв заднюю дверь, он вытащил из коробки бутылку воды, банку тушёнки и, запечатанную в плёнку, пластиковую вилку.

Брёвен вдоль дороги хватало, поэтому, куда приткнуть усталую задницу, вопрос не стоял. Сидеть не хотелось, но есть стоя хотелось ещё меньше.

Вечерним воздухом он дышал недолго и, ещё раз посмотрев в уставшие глаза луны, создал небольшую сосульку и, убедившись, что магия с ним, тоже отправился спать.

***

Настойчивый сигнал будильника вывел его из сна. Рядом на сиденье потянулся Юрка и, молча щёлкнув дверным замком, выскользнул на улицу.

Смолин тоже не стал разлёживаться. Впереди было ещё километров четыреста дороги, и далеко не вся она с хорошим покрытием .

***

В Путоранск они въехали около двух часов дня, и Юрка сразу доложил об этом по рации.

Вскоре они подъезжали к главному офису, и тут их встречала представительная делегация. Бобруев как начальник СБ фирмы, четыре человека из СБ рангом пониже, женщина-кадровичка, майор милиции и ещё один представительный мужчина в дорогом гражданском костюме.

— Да, это Смолин. — тут же идентифицировала его дама и отступила за спины мужчин.

Безопасники рысью метнулись к багажнику, а Бобруев проговорил:

— Никита Антонович, пойдёмте. Нас с вами ждёт увлекательная беседа.

***

Просторный кабинет с длинным столом встретил их тишиной. Безопасники тут же разложили на столе вещи с Флеи и отошли. А трофеи принялись разглядывать майор с человеком в штатском.

— Платон Иванович, думаю, что это явно сфера интересов моего ведомства. — Показывая купюру с магическим вращающимся гербом на ней, проговорил неизвестный.

— Думаю, да, Григорий Данилыч. — согласился майор. — Жду тогда от вас бумаги и откланиваюсь.

— Непременно, за пару дней всё подготовим. — ответил человек в костюме, доставая из папки стопку распечатанных листов. — Всем остальным просьба заполнить бланки о неразглашении. — проговорил он, передавая бумаги начальнику СБ фирмы.

***

Двадцать минут спустя вещи с Флеи загрузили в багажник представительного седана.

— Присаживайтесь, Никита Антонович. — пригласил его в машину Григорий Данилович, который носил фамилию Остапов и погоны майора комитета глубокого бурения (КГБ).

С такими людьми не спорят, поэтому Смолину оставалось только кивнуть и втиснуться в салон авто.

Машина тронулась, и Остапов продолжил «неформальное» общение.

— В том, что вы были на Флее, я не сомневаюсь, да и ваш рассказ весьма неплох, но… Но это ведь отредактированная версия. Верно? — майор бросил вопросительный взгляд на Никиту, который не спешил отвечать. — Дело в том, что я тоже был там, на Флее, и вполне представляю, что там и как. — обтекаемо продолжил он. — И я жду от вас правдивую историю. — с нотками требования в голосе, завершил майор.

Смолин ему не поверил, поэтому спросил:

— И что вы хотите услышать, Григорий Данилыч?

— Про магию. — коротко ответил КГБшник.

— Можете считать, что я стал магом. Специализация — газированная вода. — с серьёзным лицом ответил Никита.

— Вот прям газированная? — уточнил майор, снова бросая взгляд на Никиту.

— Ага, — кивнул в ответ Никита, — с пузырьками.

Его лицо было серьёзно, а интонация голоса говорила, что это шутка.

— Вот так и будешь говорить посторонним. — улыбнулся Остапов. — Мы сейчас едем в отдел, который как раз и занимается прогулками по иным мирам.

— Правда? — ни на секунду не сомневаясь, что это ложь, спросил Смолин.

— Да. Это сверхсекретный отдел, в который я хочу пригласить на службу и тебя.

— Был бы я магом, то скорее всего согласился, но без суперсилы соваться куда-то за пределы Земли я бы больше не хотел. Кстати, а как вы это делаете технически? — не удержался он от вопроса.

— С помощью Сиропчика. Он тоже маг газированной воды. Сажаем экипаж в бутыль, раскачиваем её, и дальше закон реактивной тяги. — ответил майор, пересказывая сюжет мультфильма «Незнайка на Луне». — Это всё я к чему. Отказаться вы можете, но альтернатива вам точно не понравится.

— А ничего, что это подло? — спросил Никита.

— А это с какой стороны посмотреть. Передача образцов вооружения потенциальному противнику тоже не благодеяние.

«Су*а». — мысленно выругался Смолин. Было обидно, что его подводят под понятие предателя, но когда против тебя действуют грязными методами, то волей-неволей захочешь уйти туда, где чище. Чем его ещё могут шантажировать? Угрозой благополучия жизни родителей? Но там у них нет юридического обоснования. Да, могут оболгать, но ни мать, ни отец не поверят, что их сын, безупречно отслуживший срочную и три года контракта, стал подонком…

— Верин ещё погиб при непонятных обстоятельствах и только ты был рядом... — тем временем добавил майор, и вот этого Никита не выдержал.

***

Капот машины погрузился в снег, и Остапов нажал на тормоз.

— Что за… — практически выругался он.

— Это Флея. — спокойно ответил Смолин. — Впрочем, раз вы тут были, значит не пропадёте. — распахивая дверь, договорил он.

— Смолин, не дури! — крикнул ему майор, но за Никитой уже закрывалось портальное окно.

***

Снова родная квартира, но состояние уже другое. Уже нет той радости, что была в середине весны, а чувство тревоги и некоего разочарования. По большому счёту он сейчас изгой, и все пути и дороги ему отсечены. Пропажу майора ему навряд ли простят, но пусть он, су*а, радуется, что вообще жив остался. Тулуп с шапкой у него есть, оружие, деньги и патроны тоже, да и такие люди не тонут. Впрочем, плевать на майора, поскольку чувство абсолютной правоты просто распирало его изнутри.

Стоило ли ждать возвращения родителей? Однозначно да, только и время сейчас утекает сквозь пальцы.

Собрав пару сумок с нужными ему вещами, Никита сделал пространственный карман и перенёс их в него на хранение. Часть денег, которая была заработана на контракте, перекочевала по карманам, теперь он готов в любой момент исчезнуть и отсюда. А пока включить роутер, запустить компьютер и полистать фотографии городов России, зарубежья и фотографии со спутников НАСА с пригодными для проживания планетами. Дальше внешний вид и состав драгоценных камней и, пока не закрылись магазины, нужно пройтись и по ним.

В туристическом рыболовные снасти, грузила и пули к пневматике. Свинец — это металл, а металл легко конвертировать в золото. Туристическое снаряжение, фляги, котелки, сковородки, ложки, всё может пригодиться, а переделать алюминий в серебро не такое уж и долгое занятие.

***

Забив добром здоровенный рюкзак и сумки, он оказался перед задачей переместить это всё в хранилище, и вот это было непросто. Город — это не лес, здесь очень много ненужных свидетелей, поэтому пришлось брать такси и ехать за город, а оттуда телепортироваться дальше по стране, пока деньги позволяли делать необходимые закупки.

***

В подъезд он телепортировался уже поздно вечером и, успокоив волнение, нажал кнопку звонка в квартиру.

Дверь открыл отец.

***

Разговор с предками был очень непрост, и им он рассказал всё невзирая на подписки. Особой радости этот рассказ не вызывал, все понимали, что дальше ситуация может развернуться по непредсказуемым сценариям, и как тут всё грамотно разрулить, никто из них не знал. Идти работать к людям, которые любое обстоятельство могут вывернуть так, что крайним останешься ты, у Никиты желания не было, а из страха он служить не сможет, будет искать выход и однажды его найдёт. Так чем тот момент будет отличатся от сейчас? Только обилием взятых на себя «добровольных» обязательств. А стоит ли оно того? Только, как жить дальше? Идти договариваться с майором, у которого летние туфли слабое место, наивно, ведь как можно верить человеку, способному врать как дышать?

За стеной раздался звонок телефона, и отец взял трубку.

— Да?

— …

— Да, это я.

— …

— Нет, а он жив? А где он? Хотя, что я несу, раз ищете, значит, сами не знаете.

— …

— Да, я вас услышал. Если появится, позвоню.

Через несколько секунд отец стоял в дверях комнаты.

— Чекисты звонили. — коротко проговорил он. — Что будешь делать?

— Метнусь в Штаты, раздобуду денег и оружие, а там может появятся в голове варианты.

— А почему в Штаты? — поинтересовался отец.

— Не своих же грабить? — ответил Никита. — У них оружейных магазинов много, а я чувствую, что стволы в запасе лишними не будут.

— Ты нам с матерью хоть записки оставляй.

— Буду стараться, но я рассчитываю разжиться телефоном. — ответил Никита и открыл портал над крышей одного из небоскрёбов Хьюстона. Посторонних на крыше не было, поэтому, обнявшись с отцом, он телепортировался в выбраное им место. Через четыре часа он уже побывал в двух крупных оружейных магазинах и внимательно рассмотрел стойки с оружием, место расположения камер видеонаблюдения и выключателей освещения, а также место нахождения нужных ему вещей и боеприпасов, благо, что оружейные магазины Америки сродни супермаркетам.

***

Ночи он дожидался на природе, отсыпаясь на раскатанном туристическом коврике, а когда стемнело, через небольшие портальные окна перекусил провода видеокамер и дополнительно отключил дежурное освещение. Остальное было дело техники, жаль было только ломать кассовый аппарат, но наличные деньги были тоже нужны. А вот что делать дальше? Наверное, вернуться в Россию, всё ж родная страна, а городов в ней много, и даже без паспорта на какое-то время затеряться можно. Пока тепло, ночевать можно в палатке, а дни проводить на Чёрном море среди тысяч отдыхающих. Надоест это, конечно, быстро, но и время подумать у него будет.

***

Снова вернувшись домой, он заглянул в холодильник и наткнулся на полную кастрюлю борща и жареные котлеты.

Пока ел, всё боролся со своей нерешительностью. Сознанием он понимал, что вечно бегать не вариант, но искать возможность купить документы тоже не хотелось. Не верил он в то, что это можно сделать без последствий, в какой бы стране мира он ни был. Прошли те времена, когда это было более-менее просто, значит, придётся пробовать искать другие миры, искать, это ведь не сразу кинуться туда в неизвестность?

***

Ночь на западном побережье США ещё не закончилась, а всё, что сейчас было нужно Никите, так это видеть звёзды.

Расположившись на туристическом коврике, он воспользовался мощным армейским биноклем и, создавая порталы, рассматривал звёздные сектора.

Сам процесс был настолько завораживающий, что он даже не заметил, как выбился из сил. Первые намётки появились, и то, что он увидел, его заинтриговало, но на живой переход сил уже не оставалось.

***

Проснулся он часа через четыре, голодный как волк.

Вытащив из хранилища пару банок тушёнки, нож и булку хлеба, быстро утолил голод и, понимая, что если не решится сейчас, то не решится никогда, открыл окно портального перехода.

Глава 5

Портальный переход перенёс его в запомненное место. Это был вплотную подходящий к небольшому городу лес. Конечно, точно рассчитать место появления было нереально, и сам процесс оказался в этот раз шумноват, но сваленные портальным окном деревья никем не были замечены.

Поозиравшись несколько минут, Никита так и не увидел поблизости лишних глаз. Ему оставалось сменить одежду, чтоб не сильно отличаться от окружающих. Всё это, конечно, было условно, на него обязательно обратят внимание, но он хотел услышать местную речь.

Оделся он в монотонный туристический костюм из палаточной ткани, напуская брюки поверх армейских ботинок. Маскировка так себе, но вариант пройтись голым по улице его не устраивал.

Подступы к городу были загажены разным мусором. Битые черепки от керамической посуды и черепицы, обломки кирпича от ремонта печей с налётом зелёного мха. Можно было бы и осудить жителей за подобное отношение к природе, но… Здесь нет автомобилей, и всё завязано на тяжёлый физический труд, а это говорит о том, что у людей не остаётся излишних сил куда-то далеко выносить подобный мусор. Впрочем, ни стекла, ни гнилых досок тут не наблюдалось. Проволоку и гвозди тоже можно было не искать, тем более, что гвоздей Никита закупил прилично, ведь любой металл в его руках мог стать драгоценным. Откусил шляпку и остриё — и получил стержень. Гвоздь длиною триста миллиметров имеет диаметр восемь, гвоздь на двести — шесть. Экономический эффект такой его работы будет процентов под десять тысяч, хотя он его даже не пытался подсчитывать, просто поразвлёкся между делом, чтоб потом не терять время.

Пробравшись через завалы, он вышел в проулок, косо поглядывая на пасущихся у заборов коз.

— Ме-э! — по очереди поприветствовали его рогатые, а потом он уловил запах козла, и прогулка перестала быть томной.

То, что его вызвали на дуэль, Никита понял, когда козёл взял разбег.

— Лядь! — тихо выругался старший сержант, но успел воздвигнуть перед собой стену льда, которая разлетелась на кусочки, вызвав восторженное «Ме» женского коллектива парнокопытных и тупое потряхивание головой главного рогатого героя этого проулка. Пришлось воспользоваться телепортацией, чтоб не тратить время на агрессивного и тупого козла, упорно защищавшего своих девочек от других самцов.

Дороги в проулках были грунтовые, и в лучшем случае их бутили битым кирпичом. Брусчаткой была выложена только центральная площадь перед большим трёхэтажным зданием городской управы.

Жители были одеты кто во что. Тут присутствовали и мятые мужские костюмы из натуральной ткани, и рубахи с кожаными жилетками в сочетании с шароварами и сапогами, но обязаловки носить головной убор не было. Дамы носили длинное и не брезговали соломенными шляпками, мужчины ограничивались завязанной на затылке полосой ткани.

На этом фоне Никита смотрелся богатым инопланетянином, но суть была в том, что хоть как-то идентифицировать местное наречие у него не вышло. С одной стороны плохо, но главное, что он сумел преодолеть страх самостоятельного перехода между мирами. Найдёт ли он на этой планете схожую с Землёй языковую среду, было, конечно, под вопросом, но тут пока не пытались отрубить ему голову, а это радовало, и это был плюс.

Вернувшись в лес, он воспользовался порталом и биноклем, чтоб с большой высоты разыскивать другие поселения.

***

Следующим местом, вызвавшим его интерес, было строительство каменного моста через реку.

Сама река была шириной метров тридцать и, в принципе, имела деревянный мост, соединяющий город с заводом, но видимо имеющийся мост чем-то не устраивал, и с пару сотен человек рабочих черпали из ям известковое тесто, месили раствор, таскали кирпич и обкладывали им изготовленную из брёвен и досок опалубку.

Арка моста должна была возвышаться над рекой метров на двенадцать, и скорее всего потом тут сделают искусственные насыпи, но сооружение должно было получится величественным.

Подвозящие кирпич подводы разгружали прямо у моста, затем молодые парни перекидывали кирпич товарищам, а вот раствор подавали вёдрами, пробираясь к центру моста по лесам и цепляя вёдра к верёвкам.

Объём работы был адский, особенно, если учесть, что свод замкнуть лучше за один заход, но мастераявно своё дело знали, и это вызывало восхищение.

***

Целый месяц он прыгал туда-сюда, изучая новый мир, а больше преодолевая собственный страх. Мест, где говорили бы на знакомых языках земли, он так и не нашёл, но это занятие показалось ему значительно интереснее, чем страдать дурью на Родине, не имея возможности нормально жить.

Его искали, даже один раз пришли среди ночи проверить квартиру, но пока открывали дверь, он успевал заправить кровать и телепортироваться в безопасное место. Удобно иметь персональное хранилище, которое позволяло перед сном прятать одежду, а поутру доставать обратно. Плохо было то, что дверь в комнату опечатали, а подставлять родителей он очень не хотел.

У него вообще складывалось впечатление, что сама реальность подталкивает его к межзвёздному «туризму». Была бы у него ещё магия исцеления, он бы был смелей, но ради этого идти на Флею и валить там какого-нибудь мага-целителя… Это было неправильно, да и какая защита была у них, он понятия не имел.

***

Как только у него возникла мысль поискать жизнь у другой звезды, снова начался неприятный мандраж. Его корёжило от того, что в нём есть эта робость, но «очко играло», заставляя его злиться на подлую реакцию тела. В конце концов, сумев подавить страх, он расположился в уединённом месте и принялся по новой изучать звёздное небо.

***

Если бы порталы не отсекали звук, Никита мог бы в своих исследованиях ограничиться биноклем. Самому появляться на новых планетах было рискованно, поэтому он приобрёл видеокамеру и стал использовать съёмку с её помощью, выставляя в окна портала. В этом способе нового нет ничего, в книгах его используют часто, но времени и сил он экономит очень много. Двухминутная съёмка вполне заменяла полноценный развед-выход, который занимал минимум час времени.

***

Обильно покрытая зеленью планета развернула перед ним свои просторы.

Найдя взглядом ближайший город, Никита рассматривал изящную архитектуру строений. Город прятался за крепостной стеной, снаружи которой располагались торговые ряды, а сквозь них в зелёные пущи уходила длинная лента тракта, выложенная серым природным камнем на ближайшие несколько миль.

Город жил своей повседневной жизнью, и по улицам куда-то спешила большая масса его жителей. Впрочем, приусадебные участки горожан тоже не пустовали. Крохотные огороды зеленели контрастом выполотых грядок, а из-под навесов для скотины торчали головы крупного рогатого скота, старательно пережёвывающего разложенное по кормушкам сено.

Много времени рассматривать мелочи у Никиты не было, но он успел разглядеть, что пожилых людей на улицах видно не было, а в целом всё было чисто и ухожено.

То там, то тут жители обновляли покраску своих домов и заборов, стайками по улицам бегали ребятишки, а на крепостных башнях бдительно смотрели вдаль придерживающие руками копья дозорные. Здесь царил мир, поэтому и одеты они были не по-боевому. Одежда хорошо подчёркивала тренированные фигуры, рубахи раздувались, ловя в себя порывы ветра, а головы были покрыты плетёными из рогоза головными уборами, обеспечивающими хорошую защиту от солнца.

Камера доносила звуки жизни города. Где-то рядом молотками звенела кузня, чуть дальше подавала голос скотина, а если сместиться к улицам, то с них доносился многоголосый гомон, разбавленный красивым пением работающих в домах мастериц.

Скользнув портальным окном вдоль тракта, Смолин вскоре наткнулся на широко раскинувшиеся поля, а дальше появились деревни, которые всё больше и больше удалялись от тракта в глубину леса.

Сделав небольшой перерыв, чтоб восполнить силы, Никита снова вооружился биноклем и продолжил двигать портал вдоль тракта. Десятки километров пролетали в считанные секунды, а лес всё плотней и плотней обступал петляющий меж холмов путь.

Старшему сержанту было интересно, куда приведёт этот путь. Он так увлёкся движением вдоль него, что чуть было не пропустил вооружённую стычку посреди леса.

Длинный караван с крытыми повозками упорно отбивался от наседающих на него громил.

Наведя фокус, Никита рассмотрел высоких зеленокожих воинов, крушащих молотами и секирами охрану каравана.

Нападение явно было неожиданным, но защитники не помышляли о побеге, а стойко умирали, защищая своё имущество.

В центре каравана стопились лучницы, стараясь помочь своим мужчинам остаться в живых.

Врождённое чувство справедливости не позволило Смолину остаться в стороне, и, скользнув в складку своего хранилища, он вынырнул оттуда основательно вооружённым. За спиной дробовик, в руках штурмовая винтовка под мощный патрон 7,62×51мм, на поясе хороший пистолет с ёмким магазином.

Портал он открывал на порыве, с ходу и без раздумий открывая огонь.

Банц, банц, банц. — разнеслись по округе хлёсткие хлопки одиночных выстрелов.

Заранее пристрелять винтовку возможности не было, но оружие явно уже побывало в руках бывалого оружейника, и хищные жала пуль без промаха настигали свои цели.

Пока враги разобрались в изменившейся ситуации, он уже отстрелял первый магазин, а после перезарядки поставил жирную точку в этом кровавом эпизоде.

Выстрелы стихли, а взволнованные защитники не знали, что им ждать от неожиданно появившейся третей силы.

Никита и сам не знал, что дальше. Сразу убегать вроде как несолидно, а принимать благодарность вроде как тоже не совсем удобно, его ведь никто не просил.

Перезарядив оружие, он невольно дошёл до последней повозки и посмотрел на того, на кого первого обрушился неожиданный удар. Молодой мужчина был практически перерублен мощным ударом, но привлекло внимание Никиты не это. Из-за длинных белых волос мужчины торчало длинное эльфийское ухо.

— Во, блин… — невольно высказался морпех и, заметив движение сбоку, впервые воспользовался подаренной медведем кинетикой. Пытавшийся встать раненый то ли тролль, то ли огр получил кинетический удар по башке и снова рухнул лицом в придорожную траву. Через пару секунд его тело содрогнулось от судорог, давая понять, что добавки не понадобится.

Из центра каравана к нему шли двое мужчин с опущенными, но обнажёнными тонкими мечами и три лучницы с наложенными на тетиву стрелами, но опущенными луками.

Они остановились в трёх шагах от него, с интересом рассматривая одежду и вооружение гостя.

— Гуяро вумзо ахоми? — мягким голосом спросил у него эльф.

— Извини, но я не говорю на вашем. — ответил Никита, переводя взгляд на эльфийских лучниц. Девочки и вправду были симпатичными, только минуты схватки делали их лица не милыми, а собранно напряжёнными.

Услышав ответ, эльф перекинул меч в левую руку и полез в поясную сумку, чтоб через секунду достать из неё спутанные кожаными шнурками амулеты. Они походили на оплетёные тонкими кожаными нитями разноцветные шарики из камня с кисточками кожаной бахромы под ними. «Этно-индейский стиль», — невольно оценил изделия Смолин, продолжая наблюдать за происходящим.

Ещё несколько секунд эльф определялся с этими висюльками и, выбрав голубой, одел его себе на шею.

— Ты понимаешь меня? — снова мягким голосом проговорил эльф.

— Теперь да. — ответил Никита, невольно испытывая некое потрясение.

— Ты пришёл нам помочь или претендуешь на наш товар?

— Я увидел, что вы в беде, и решил помочь. — ответил землянин.

— Тогда прими нашу признательность и ответь, ты и дальше продолжишь с нами путь, или у тебя есть другие дела?

— Дела есть всегда, но сейчас я хочу спросить о другом.

— Я готов услышать тебя.

— Эти амулеты…

— Мы не торгуем ими.

— Я и не предлагаю продать. Я предлагаю обмен. — проговорил Никита.

— Проводи нас до Порта, и я буду готов выслушать тебя.

— А что мешает услышать сейчас?

— Желание получить такого воина в охрану.

— Как далеко Порт?

— Девять дневных переходов. — ответил эльф.

— И я получу амулет, позволяющий понимать любой язык?

— Пусть будет так. — проговорил остроухий.

«До следующего вторника я совершенно не занят». — промелькнула в голове мысль. Впрочем, Никита и сам не знал. чем заняться, а тут такие необычные приключения, да с таким бонусом.

— Хорошо. Как я могу тебя называть? — обратился к нему Смолин.

— Дош. — Коротко ответил эльф.

— Чем скрепим договор, Дош?

Несколько долгих секунд растерянность отражалась на лице остроухого, а потом он ответил.

— Я не знаю, откуда ты, воин, но у нас достаточно слова воина, чтоб договор считался заключенным. — ответил эльф.

Кивнув, Никита не стал подвергать сомнениям слово эльфа.

— Как я могу тебя звать? — задал теперь свой вопрос Дош.

— Смол. — назвал свой позывной Никита.

— Сейчас собираем всё ценное к центральной повозке каравана, Смол.

— Кстати, о трофеях. — оживился Никита.

— Не хочу тебя расстраивать, но ты уже часть охраны, а с нами этот вопрос уже оговорён. Мы получаем долю от общего числа трофеев по завершении пути. Не было бы договора, ты мог получить практически это всё. — обрадовал его эльф.

— Как-то нечестно. — посетовал Смолин. — Когда я их валил, то не был в охране. Впрочем, я нежадный, но если у этих горилл есть амулеты, то я хотел бы их получить.

— Только амулеты?

— Да.

— Тогда это многое меняет. — пояснил Дош.

— Почему?

— Трофеи нужно перевозить, это стоит дорого, а амулеты занимают очень мало места, к тому же у гроутов амулетов бывает очень мало.

— Вы зовёте этих зелёных гроутами?

— Верно.

— А как зовёте себя?

— Элтры. Если это все вопросы, то пора за дело. Если тебе нужно забрать из леса свои вещи, то ты можешь сделать это. — проговорил Дош и, заменив меч на кинжал, принялся обходить место боя.

— Дош?! — окликнул его Никита.

— А?

— А у этих ведь должны быть вещи в лесу? — поинтересовался морпех.

— Верно. — согласился начальник охраны и отправил тройку подчинёных на поиски.

Воспользовавшись разрешением, Никита побежал по тракту, чтоб не светить пространственное хранилище.

Метров через двести он свернул в лес и, открыв дверь в складку пространства, принялся готовиться к переходу более основательно.

Рюкзак, бинокль, гибкая солнечная батарея, смартфон (для фотосъёмки), патроны, нож, средства для чистки и смазки оружия, спальник, коврик, плащ, тепловизор, батарейки, аптечка, продукты питания, котелок, ложка, камуфлированная куртка, кепка, фляга, бутылка с водой, туалетная бумага. Хотелось бы скинуть дробовик, но тогда у эльфа будет вопрос, кому он отдал часть оружия, поэтому дробовик в рюкзак, и по возможности нужно тренировать свои новые умения.

К каравану Никита вернулся минут через десять, пробуя помогать себе переносить рюкзак с помощью кинетики. В целом получилось, только часть внимания всё время пришлось отвлекать именно на это.

У центральной кибитки каравана было шумно. Дош выслушивал крики какого-то разъярённого собрата, но отрицательно мотал головой и спокойно ему что-то объяснял.

За ту минуту, что Никита наблюдал за этой сценой, она повторилась дважды, и когда Никита подошёл ближе, Дош протянул ему руку с зажатыми в ней амулетами, что заставило второго эльфа схватится за голову и, резко высказавшись, развернуться и уйти вовнутрь повозки.

— Всё в порядке, Дош? — поинтересовался Никита.

— Всё справедливо, но не в порядке. — ответил ему эльф.

— И какие проблемы?

— Купец не одобрил передачу тебе амулетов.

— Жадный? — решил уточнить Смолин.

— Торгаш есть торгаш. Просто тебе повезло с ними. Вот эти синие камушки — очень редкие и немыслимо дорогие. — эльф указал на один из амулетов.

— И в чём их особенность?

— Вот этот, — Дош ткнул в амулет с шариком агата — его используют для остановки ремь в ларях с ценными ингредиентами, чтоб довести их без потери качества. — начал пояснять эльф, и у Никиты побежали мурашки по позвоночнику, ведь речь шла о стазисе, а ремь у эльфов — видимо, время.

— А вот этот синий можно носить разумному. Он, напротив, позволяет воспринимать носящего его течение ремь в три раза быстрей. Воину это даёт возможность двигаться быстрее противника, и именно поэтому мы потеряли сегодня столько хороших парней.

Никита посмотрел на пучок амулетов, таких с синим камнем было четыре.

Отсоединив три, он протянул их Дошу. — На время похода эти можно распределить между воинами. — проговорил он.

— Ты уверен? Вернуть их будет непросто. Мало у кого хватит воли расстаться с таким амулетом.

— Ты же смог?

— С трудом. — честно признался Дош.

— Могу поменять на лечебные. Такие же есть?

— Я обсужу это со своими воинами. — проговорил эльф.

— А вот эти, жёлтые? — поинтересовался Никита. Янтарные шары смотрелись в коричневой коже очень красиво, но что они дают, пока он не знал.

— Кошачий глаз. Прекрасный амулет для ночной стражи. Дорогой, но нередкий.

Таких у Никиты было шесть, и это явно было многовато.

— Могу обменять на переводчик. — предложил Никита.

— Тогда тебе не нужно будет идти с нами, и твоё служение будет формальным. — пояснил Эльф.

— Переводчики и лечебные я найду, куда пристроить. Ты мне вот что скажи, а кто изготовляет эти амулеты?

— Артефакторы.

— А в Порте такие есть?

— В Порте — нет. Порт — это чужая территория, но почему ты не знаешь о ней? Твоё оружие такое же, как у людей с Порта, и я думал, что ты человек со звёзд?

— Видимо, мы с разных звёзд. — ответил Никита. — И я не уверен, что не спрятав оружие, мне можно туда соваться.

— Как же ты попал сюда?

— Ну, есть у меня ряд особенностей, но вопрос не об этом. Ты говорил, что вы не торгуете амулетами.

— Нет.

— А почему тогда мне ты так спокойно отдаёшь амулеты, а не пытаешься обмануть?

— Появись ты чуть позже, и нас бы не осталось. А здесь, в караване, продукция, которую собирали многие месяцы десятки добытчиков. — пояснил эльф.

— Органы монстров? — поинтересовался Смолин.

— Нет. С монстров что-то полезного взять не выходит. Травы, пурпурные ящерицы, тигровые слизни и прочие дары аномальной зоны.

— И вы сдаёте это всё людям со звёзд?

— Да. Они привозят то, что не можем делать мы, мы поставляем им то, что можем добывать только мы.

— А они пробовали добывать сами?

— Конечно. Только в зоне такое оружие не работает, а махать клинками они не умеют. — ответил Дош.

Пока они беседовали, жизнь в отряде не замирала. Эльфы сцепляли некоторые кибитки по две штуки в гужевой поезд, укладывали снятое с врагов и своих товарищей оружие в возы, раскладывали трупы в длинный ряд.

Если с «поездами» всё было понятно, потеряли людей и некому управлять, то с мёртвыми Никита пока сути не улавливал. Лежали они вперемешку, а одна из эльф проходила вдоль ряда со стороны голов и, макая кисточку в какую-то жидкость, что-то рисовала на лбах. Смолин вначале подумал, что это какой-то религиозный обряд, но когда первые трупы в ряду начали на глазах испаряться, он потерял дар речи.

— Впервые видишь вознесение? — с пониманием поинтересовался Дош.

— Ну, да. У нас в землю закапывают или сжигают. — пояснил Никита.

— У нас проще. Смол, если я поручу тебе следить за безопасностью задней части колонны, не испугаешься?

— Попробую, — многозначительно пошутил в ответ землянин, — но мы отвлеклись.

— Вопросы подождут. Вечером у костра переговорим. Сейчас дальше идти нужно. — ответил эльф и, развернувшись, начал громко подгонять сородичей на своём, элтрарском.

Глава 6

Никите было, над чем подумать, только думать уже было некогда. Зелёными тенями из леса выскакивал ещё один отряд гроутов, и работающие там эльфы были обречены.

Вскинув штурмовую винтовку, он в несколько секунд опустошил магазин, а потом вспомнил про магию и встретил набегающих ударом кинетической стены.

Получившийся эффект «мухи на стекле» ему понравился, поскольку все два десятка оставшихся врагов медленно сползали на землю.

Позволив им рухнуть, он добавил каждому кинетическим молотом по голове и сменил опустевший магазин в своей штурмовой винтовке.

Успевшие проститься с жизнью эльфы-возницы обессилено рухнули на землю. Их лица были бледны, но они остались живы и чуть позже придут в себя.

Никита подошёл к компактно лежащим трупам и брезгливо посмотрел на разможжённые кинетикой головы. Копаться в этом месиве ради амулетов ему не хотелось, да и он вроде бы как уже на службе. Будет некрасиво, если нарушит принятые тут правила, особенно при большой массе свидетелей.

— Лихо ты их! — восторженно выкрикнул подбегающий с частью воинов Дош.

— Патроны дорогие, решил сэкономить. — скромно пошутил Смолин. — Трофеи-то теперь все отрядные? — решил уточнить он.

— Да. — коротко ответил ему Дош.

— Я так и подумал. — ответил Никита.

Пока элтры Доша собирали добычу, Никита достал из рюкзака свежую пачку патронов и вогнал их в опустевший магазин. Стрелять он любил, но и возможности кинетики ему тоже нравились.

Выезд каравана откладывался ещё минут на пятнадцать, но на этот раз он занял пост позади возов и решил не отвлекаться, мало ли…

Чтоб не спугнуть удачу эйфорией от победы, он решил не расслабляться и достал тепловизор. Одного взгляда в него хватило, чтоб понять, что об этом мире он много не знает. Метрах в тридцати от лагеря цветом живого существа светилась лежащая на земле коряга.

Подхватив её кинетическим арканом, Смолин невольно прикрыл руками уши. Коряга верещала нечеловеческим голосом.

В долю секунды рядом с ней оказался Дош, угомонивший её быстрым взмахом клинка.

— Выследить гобла-разведчика — большая удача. — сообщил ему эльф, снимающий с тела очередной амулет. Он был кроваво-красного цвета, и было понятно, что он маскирующего действия.

— Я смотрю, ты обзавёлся синим кристаллом? — оценил скорость перемещения своего остроухого босса Смолин.

— И не я один. С твоим появлением сама удача коснулась нас своим благоволением.

— Ты нашёл повод расслабиться? — пошутил Никита.

— А то! — бросая ему амулеты гобла и улыбаясь, ответил Дош.

Поймать амулеты Никита снова помог себе кинетикой. Амулетов было четыре: рубин, бирюза, изумруд и янтарь.

— Припрячь, чтоб торгаш не видел. — проходя мимо, шепнул ему эльф.

Так Никита и сделал, приоткрыв окошко в пространственное хранилище.

***

Минут через десять они простились с этим местом, неспешно отправляясь в путь.

***

Охраны явно не хватало, и крутиться Смолину пришлось основательно. Тем не менее, его переполняла радость, ведь он попал, можно сказать, в сказочный мир, да и ещё не в роли неудачника, а довольно крутым перцем. Ещё бы девчонки на него обратили внимание — было бы вообще прекрасно, но девушки-эльфы не спешили бросаться к его ногам, а он бы не отказался.

***

Дош притормозил своё движение через пару часов и дождался его подхода.

— Есть новости? — поинтересовался у него Никита.

— Купец готов обменять один синий амулет на останавливающий ремь и переводчик. — немного скривившись, проговорил Дош.

— Судя по твоей реакции, обмен не очень честный?

— Немного занижен курс, но тут дело твоё. Я вообще не знаю, нужны ли тебе амулеты на остановку ремь.

— Они большой объём покрывают? — поинтересовался Никита.

— Загляни в кибитку, увидишь размер ларя. Вот его объём как раз рассчитан на такой амулет. — ответил эльф.

— Мне пойдёт. Только скажи знаешь что…

— Что?

— Их подзаряжать нужно?

— Нет, они же на рунах… — удивлённо ответил Дош.

— Ещё вопрос. Какие камни у вас в дефиците?

— Чистые без дефектов. Ты же видишь, какие шары нужны по размерам? Найти такие большие камни без дефектов очень сложно. Если зелёные у нас ещё встречаются, то синие попадаются только трофеем, или нужно покупать их у людей со звёзд.

— Понятно. — не скрывая довольной улыбки, проговорил Смолин.

— А ты можешь их доставать? — заинтересованно спросил эльф.

— Думаю, да. Погоди… Люди со звёзд торгуют синими камнями?

— Они любыми торгуют, но цены ломят…

— Тогда понятно, почему на караваны постоянно нападают.

— Так это и так понятно. Гроуты не имеют доступа к аномалии, а приобретать товары людей со звёзд очень хотят.

— Только нельзя исключать вариант, что камни им выдают специально, чтоб они привозили ваш товар по более низкой цене. — проговорил Смолин и достал из кармана амулет с синим шариком. Камень в нём имел идеальную форму.

Сравнив с остальными амулетами форму шарика, Никита убедился, что не все шарики амулетов имеют идеальную форму.

— Ваши артефакторы шарики вытачивают вручную? — поинтересовался он.

— Я не артефактор. — с долькой печали проговорил Дош.

— Хотел бы я с ними пообщаться. У нас обработка камня механизирована, и купить инструмент с алмазным напылением, в принципе, можно.

— Про алмаз я слышал, артефакторы его используют, но для чего? — эльф развёл руки, показывая, что не знает.

— Ладно. Зелёный камень что даёт? — поинтересовался Никита.

— Исцеление.

— Значит, набор разведчика — это красный на маскировку, жёлтый — ночное зрение, голубой — чтоб понимать, что говорят враги, а зелёный — чтоб подлечиться? — решил уточнить Смолин.

— Всё верно. Должен ещё был амулет на связь, но нам он без пары не нужен.

— Ну, связь с гроутами нам и даром не нужна. — согласился Никита.

— Я тоже так подумал. Там артефакты делают парными, и в одном экземпляре они ничего не дадут, так что прикопал его и забыл. — махнул рукою Дош.

— А какой цвет? — любопытно спросил землянин.

— Солнечный, но не такой как кошачий глаз.

— Скорее всего цитрин, разновидность горного хрусталя. — вслух отметил Никита.

— Разбираешься в камнях? — поинтересовался эльф.

— Работал с геологами, по верхам немного нахватался. — пояснил морпех.

— Ладно, так что ответить купцу? — вернулся к основному вопросу Дош.

— Остальные молчат?

— Пока да.

— Сделаем так. Купцу обмен одобрим, а остальные, если захотят, я достану синих камней, и они обменяют их на нужные мне артефакты, не забыв и себя. Годится?

— Конечно, годится. Главное, чтоб купчина про это не узнал. — проговорил эльф.

— Он сам предложил обмен, и курс был немного занижен. — выразил своё мнение Никита, намекая на то, что каприз и истерики купца его не волнуют.

— Вообще, верно, но он всё равно может обидеться.

— Я тоже обижаться умею, и ты видел, что происходит с теми, на кого я сильно обижен. — улыбнувшись, ответил Никита, вызвав смех у эльфа.

— Перед ночным дежурством зелёный одень. — напоследок «обрадовал» его Дош. — Нас мало, всем придётся напрячься.

— А есть когда будем? — вдогонку крикнул ему Смолин.

— Как всегда, на ночь. — снова «обрадовал» его командир.

В принципе, такой ответ был ожидаем. Некогда элтрам на это время днём тратить. Минусы в этом, конечно, есть, в темноте есть опасность похищения личного состава. Пойдёшь к ручью котелок помыть — и полные штаны впечатлений… Кстати… Как насчёт того, чтоб мыть посуду кинетикой? Вполне рабочая идея, ведь соскрести остатки пищи она может практически в ноль, останется только прополоскать водичкой и всё.

***

Лес был мирным, и ни визуально, ни в тепловизор опасности видно не было, поэтому в голову Никиты невольно закрались блуждающие мысли. Теперь он начал обдумывать эльфийское понятие «Ремь».

По сути слово"время» как раз и раскладывалось на некие составляющие: В Ремь Я, то есть, я в некоей Ремь или я вне Ремь. Может, в этом крылся некий ключик долголетия эльфов? Может, они всегда стараются быть вне Ремь, ведь откуда-то они взяли отправную точку для создания артефакта стазис-поля? А родителям такой артефакт явно пригодится. Положат в холодильник и горя знать не будут с испорченными продуктами.

На пути подвернулся симпатичный камушек, и, подхватив его кинетикой, Никита зажал его в ладони и сосредоточился на отсчёте времени.

Когда отсчёт достиг тысячи, в его руке проявился идеально прозрачный, крупный, синий камень. Купятся ли на такой эльфы-артефакторы? Надо, чтоб купились. Лечебные, стазисные и артефакты-переводчики сто процентов будут пользоваться спросом, а пока… Внимательно осмотрев округу, Никита достал смартфон и, активировав видеозапись, кинетикой протащил его над караваном в режиме дрона.

Напоследок засняв себя, он открыл портал на землю и отправил видео родителям. Пусть порадуются, что у него всё хорошо, а чекисты почешут свои головы.

***

Дош появился снова только через пару часов. Обмен произвели молча, и настроение поднялось ещё выше. Теперь можно было отправлять домой посылку, вот только с блокнотом и ручкой как-то получилось упущение. Доверять же сотовой связи такие откровения было чревато.

***

До вечера он коротал время, как мог, в основном пробуя работать со своим даром. Очень удачной показалась работа кинетической гильотины, которой он мог срезать деревья, ну или нечто подобное. Техника получилась убойная, его аж самого оторопь брала, но в хозяйстве она точно пригодилась бы кому угодно. Дровишек «напилить», кустики подровнять, на голову укоротить. Ну, а если отбросить шутки, то он сейчас в мире, где чужая жизнь не стоит ничего, а свою он продавать совсем не собирался. Что-то ему подсказывало, ближайшие дни просто не пройдут и, стоит ему зазеваться, мало не покажется.

***

К удобному для ночлега месту подошли уже ближе к сумеркам. Никита догадался, что караван был бы тут значительно раньше, если б не стычки на дороге.

Осмотрев местность, он сразу срезал под корень ближайшую растительность и перекидал лишнее подальше в лес, обеспечив ночным часовым более хороший обзор.

Следующим шагом он определил самые удобные места для атаки их места стоянки и присмотрел удобное место в кроне дерева недалеко от него.

На удобно расположенные верхние ветви легли тонкие жерди, тем самым образуя площадку.

Его приготовления не остались незамеченными.

— Что задумал? — поинтересовался у него Дош.

— Если туда посадить девочку с луком, да с амулетами кошачьего глаза, да маскировки, то она и вовремя даст сигнал, что кто-то тут есть, ну и в спины своих иголок накидать успеет.

— Хочешь выделить свой маскирующий амулет? — уточнил эльф.

— А почему нет? Это ж не подарок, а для дела. Кстати, девчонки у вас с такими, как я, в отношения вступать будут, или можно просто капать слюной.

— Максимум подарят носовой платок. — натянув улыбку, ответил эльф.

— А жаль. Я только четыре года отслужил, а тут такие куколки…

— Понимаю. Может, в Порте что подвернётся? А ты дальше-то с нами возвращаться будешь?

— С вами. Мне ж амулеты нужны. Себя-то я обеспечил, а вот мамку с папкой тоже было бы не грех.

— Они далеко?

— Да. От нас ваше солнце видно как вон та далёкая звезда.

— Как же ты к нам попал?

— Порталом.

— Ты умеешь строить порталы? — удивлению остроухого не было предела.

— Ну да, а что?

— Так может, мы до Порта порталом, да и оттуда путь сократить было б нелишним? Или это шибко трудно? — с надеждой поинтересовался эльф.

— На такое расстояние, наверное, справлюсь, только этого в договоре не было… — намекнул, что даром себя использовать он не позволит.

— Намёк понял, пойду наш «кошелёк» — озадачу.

— Озадачь. — согласился Никита.

Пока ответственные разводили костёр и пристраивали на него походные котлы, он снова осмотрелся через бинокль, потом воспользовался тепловизором и сразу нашёл ещё двух гоблов-наблюдателей. Срисовали они площадку на дереве или нет, но пара кинетических игл моментально пробила их головы. Пришло время по тихому навестить кусты.

***

Похлёбку сварили практически моментально, и Никита сильно сомневался, что всё это обошлось без магии. Впрочем, ему ли возмущаться по этому поводу? Да и мучил его совсем другой вопрос, сунутся ли сюда парни, которым служили гоблы, или поймут, что раз связь потеряна, то разведчиков повязали?

— После ужина сможешь сделать портал? — подходя к нему, поинтересовался Дош.

— Мне нужно место увидеть, а сейчас темно. Впрочем, там наверняка всё освещено?

— Да, там ночью лампы горят.

— А нам в сам город или рядом?

— Лучше рядом, а то устанем извиняться за ночное вторжение минуя главные ворота. — пояснил эльф.

— Тогда мне нужно будет немного не мешать. Кстати, а что пообещал кошелёк?

— Портал туда и портал к Горту — и исцеляющий амулет твой.

— А Горт — это ближайший город?

— Нет, ближний город — Элмир, а Горт — это крупный поселок к югу.

— И насколько далеко?

— Ещё двадцать три дня пути.

«Километров пятьсот-шестьсот.» — мысленно прикинул Никита.

— Мне нужно будет помочь найти ваш Горт.

— Поможем. Что нужно? — поинтересовался Дош.

— Смотреть через портал и говорить, куда его двигать.

— Не вопрос, помогу. — с энтузиазмом откликнулся эльф.

***

Большое и единственное пятно света разыскать было нетрудно. Почему посёлок назывался Порт, было непонятно, ведь это был не просто порт, а космопорт. И освещены были подходящие к нему дороги километров на пять. Пока они дойдут до КПП, будет уже глубокая ночь, но ночевать у стен посёлка было безопаснее, чем тут, среди диких лесов.

Определившись с местом, Никита кивнул о готовности Дошу, и возницы устало принялись запрягать не менее усталых лошадей в повозки. Через тридцать минут только тлеющие угли напоминали о том, что сегодня тут собирался ночевать караван.

***

К каравану он присоединился чуть позже. Обобрал гоблов, переоделся в одежду попроще, спрятал оружие и только тогда открыл портальный переход для себя и телепортацией нагнал последние кибитки.

Всё бы ничего, но светящиеся глазки светодиодов камер наблюдения явно зафиксировали его появление, а это было совсем нехорошо. Оставалось надеяться, что наблюдатели пялятся на лица девчонок, а они идут значительно дальше к началу каравана.

***

Как и предполагал Смолин, ночью за ворота их никто не пустил, поэтому ночевали при свете прожекторов. Это, конечно, напрягало, но не настолько, чтоб совсем не спать, тем более, что от ночного дежурства его освободили.

***

Шибко поспать не получилось, ворота открывали рано, так что суета в караване тоже постепенно нарастала. Многие хотели в туалет, а тут, под светом прожекторов и взглядом видеокамер, справлять нужду было позорно. Впрочем, бараки для караванов находились недалеко, и туалетных кабинок там хватало.

— Ну вот, осталось сдать продукцию и получить расчёт. — Довольно проговорил Дош.

— А по магазинам? — удивлённо спросил Смолин.

— Это само собой, не пустыми же возвращаться?

— И чем тут платят? — поинтересовался морпех.

— Ну, нам на счёт зачислят средства.

— А на руки?

— На руки нет, не получается. Мы только цифры кодов товаров можем передать купцу, а на руки получим всё по возвращению в посёлок.

— Понятно. — тут же скис Никита, впрочем, ему ведь никто не мешает самому договариваться? Гвоздей у него много, щебень вдоль дороги тоже в наличии, останется только сделать вид папуаса, готового платить золотом за стеклянные бусы.

***

Товар приобретали прямо на месте стоянки и забирали его вместе со стазис-ларями. Процедура была не так чтоб долгой, но учёт и расчёт съели около трёх часов времени. Дальше был поход в торговый комплекс, и тут действительно всё было неоднозначно.

Стальной прокат, нарезка по три метра, стекло, хрусталь, блочные луки и арбалеты с оптическим прицелом, рулоны ткани и полиэтилена, ручной инструмент, зеркала и товары для охоты и рыбалки. Из армейской экипировки много оптики, форма, обувь, носимые аварийные запасы и, к удивлению Никиты, короткоствольное оружие. Около него он и застрял с открытым ртом.

— Нравится? — поинтересовался у него продавец.

— Внешне неплохо. — ответил он.

— Ты явно шутишь. Это легендарная машинка для убийства на дистанции до семидесяти шагов. Дальше просто трудно попасть, да и не стреляют в лесу дальше, деревья обзор перекроют.

— А если не в лесу?

— А не в лесу зависит только от твоего умения стрелять, но на сто — сто пятьдесят шагов по стоячей мишени… Легко!

— А чем стреляет, и всё такое, а то я прочитать не могу.

— Пистолет идёт в кейсе, и в нём зарядное устройство для батареи, гибкая зарядная панель, три аккумулятора и четыре магазина, в каждый из которых можно зарядить тридцать игл. С одной батареи сто двадцать выстрелов. Ты представляешь, сколько врагов можно убить с одной батареи?

— Десяток, не больше. — оптимистично проговорил Никита.

— Ну, вообще, да, вижу, соображаешь, что никто не будет неподвижно ждать, пока в него прилетит.

— С этим ладно, а что за иглы?

— Иглы… Вот смотри.

Продавец высыпал на прилавок пяток металлических стрелок. Сразу было видно, что они с калёным сердечником, сечением чуть больше миллиметра, а дальше шло четырёхгранное свинцовое или цинковое тело, в сечении очень напоминающее штык от винтовки Мосина.

— Думаю, что хрень полнейшая, и чтоб такой штукой кого успокоить, то нужно хорошо постараться. Скорее всего, это оружие не армейское.

— Угадал. Если стрелять в тело, то убить непросто, но ведь есть голова. — уже без энтузиазма проговорил продавец.

— На адреналине в голову, да в парня с синим амулетом. — выказал сомнение Никита.

— Это вводные к задаче для пулемёта. — скривив на мгновение лицо, ответил продавец.

— А вот этот? — Никита показал на более привычного вида пистолет.

— Этот тоже неплох. Двенадцать выстрелов в обойме, никаких батарей, и пуля девять с половиной миллиметров. Стреляет точно шагов на сорок, сорок пять, и, если попал, то весьма ощутимо. Патроны к нему разные, в основном рассчитаны на создание интенсивной кровопотери.

— И сколько стоит он сам, и сколько стоит к нему выстрел?

***

Торговались они долго, но за обрезок трёхсотмиллиметрового гвоздя из платины Никита унёс два пистолета и четыре тысячи выстрелов к ним. Бонусом шли кобуры из какой-то прессованной синтетики. Оружие по-любому лишним быть не может, тем более, что оплата за него всего пятнадцать минут работы с даром.

Дальше его ждали другие отделы, в том числе и ювелирный. Девушка у него всё равно когда-нибудь появится, почему бы не быть к этому готовым?

***

В ювелирном отделе действительно продавали готовые шарики для амулетов. Цифры стоимости по внешнему виду были сопоставимы с усыпанными мелкими драгоценными камнями браслетами. Но поскольку острой актуальности в амулетах уже не было, то торговался Никита исключительно за дамские безделушки.

***

Эльфы затаривались покупками три полных рабочих дня, но эти дни Никита предпочёл провести в женском обществе, сумев заинтересовать собой одну из сотрудниц ближайшего кафе. Да и сложно не очаровать, когда за чашку кофе с выпечкой расплачиваешься алмазом с ноготь мизинца. Меньше просто не нашлось, а публично копаться в щебне вдоль дороги было неприлично.

***

Горт явно не был готов к их возвращению, но они вернулись.

Никита выполнил условия договора, и теперь единственная его цель была беседа с артефакторами.

Глава 7

— Дош, как поступим с артефакторами? — сидя в таверне на краю посёлка, поинтересовался Никита у бывшего босса.

— Да как? Нужно идти и договариваться. Было бы хорошо, чтоб у тебя что-то на руках уже было. — проговорил эльф.

— Я, в целом, подготовился.

— Только на мой взгляд дополнительным аргументом было бы твоё желание проводить наши караваны. — выразил свой аргумент Дош.

Никита улыбнулся.

— Вечно этим заниматься я не смогу, да и думаю, что в приобретении синих и зелёных кристаллов они и сами должны быть заинтересованы, если они хотят, чтоб ваши потери были не столь велики.

— Тут не поспоришь, но к людям со звёзд у нас неоднозначное отношение. — дипломатично проговорил эльф.

— Смотрите сами, вам же кровь проливать. От себя могу сказать, что курс обмена предлагаю — четыре к одному. Четыре вам, один мне.

— Пойду договариваться. — проговорил эльф-элтр. — В посёлок не ходи, могут быть проблемы, а они нам сейчас не нужны.

Кивнув в ответ, Никита проводил взглядом Доша и тоже вышел на улицу. Здесь он создал маленькое портальное окно, позволяющее одним глазом смотреть за эльфом, и приткнулся в тенёк с задней стороны строения, чтоб сильно не нервировать своим присутствием жителей и владельца таверны.

***

Дош дошёл до центральной площади и вошёл в один из самых больших домов. На этом наблюдение можно было свернуть, но Никита не спешил. Его микропортал позволял заглядывать в окна, часть которых была приоткрыта, а на верхних этажах они вообще были нараспашку.

Доша он увидел в одной из комнат второго этажа, а ещё там были столы с оборудованием и пара остроухих мастеров.

В комнате окно было не единственным, и он постарался заглянуть в каждое и всё же смог увидеть то, ради чего это делал. Пара книг или рабочих тетрадей, толком было не разобрать, лежали на одном столе. Мысль у него была простой, проникнуть ночью и сделать фотографии записей. Да, он не знает языка, но… Можно же найти точки соприкосновения, принести заинтересованным лицам книги с Земли, обменяться алфавитами, и всё такое. Путь, конечно, небыстрый, но всё же он есть.

Замечтавшись, он чуть было не пропустил момент, когда Дош покинул комнату.

Никита думал, что эльф вернётся к трактиру, но нет, он пересёк площадь и, зайдя в один из проулков, постучал в двери ещё одного дома.

***

Облетев окна и этого дома, Смолин озадачено почесал затылок. Доша нигде не было. Либо его встретили в прихожей, либо артефактор работает в подвале.

На улице было немногоэльфно, взрослые были заняты хозяйством, дети почти все тоже, но сейчас к трактиру выбежала стайка мелких мальчишек, и портал пришлось схлопнуть.

Увидев его, детвора замерла в нерешительности, а потом со всех ног устремилась бежать.

Испугались они или нет, было непонятно, но через несколько минут с решительным видом появилась группа вооружённой молодёжи.

Тинейджеры были настроены решительно, но общение с ними в планы Никиты не входило. Он предпочёл телепортироваться на центральную площадь, где и столкнулся с появившимся из проулка Дошем.

— Смол… Я же просил!..

— Извини, но туда припёрлась группа вашей молодёжи, и они были слишком решительно настроены. В общем, я решил никого не убивать.

— Спасибо. — взволнованно проговорил Дош.

— Что сказали мастера?

— Они едва успевают делать артефакты для ларей, но у них есть в запасе пара амулетов, которые бы они были готовы обменять на синие камни.

— И?

— Один лечебный, а один дозорный.

— Дозорный? — переспросил Никита новое название.

— Да. Амулет позволяет видеть в десять раз дальше. Не сказать, что это дорогой амулет, но мало ли, тебе он окажется интересным, и ты будешь готов пойти на обмен?

— Почему нет? Думаю, что вполне сгодится. Куда идём?

— У тебя камни с собой?

Приоткрыв пространственную складку, Никита вытащил из неё приготовленный заранее полиэтиленовый пакет с камнями. Их в нём было с половину ведра, они были крупными, и на это был определённый расчёт.

— Думаю, что тут есть, из чего выбрать. — проговорил он.

— О-о! — оценив содержимое, высказался Эльф. — Если бы я не знал, на что ты способен в бою, то точно бы попытался этим завладеть. — наконец высказался он.

— За что можешь взять себе один камень. — улыбнувшись, проговорил Никита.

— Правда? Это ведь целое состояние?

— Ну, твоя честность тоже дорого стоит. А ещё, я уже пару раз умирал, но, как видишь, опять жив. Так что, попытаться убить меня очень дурная идея.

— Не слышал о таком. — потер подбородок эльф.

— Так и я не местный. — ухмыльнулся Никита.

— Спасибо, что предупредил, и спасибо, что нежадный.

Дош сунул руку в пакет и взял самый верхний синий камень. Булыжник был большой, и эльфу пришлось перекладывать его в заплечный мешок, чтоб не держать в руках.

— Ты действительно приносишь удачу. — практически счастливым голосом проговорил он.

— Зелёные с тобой не согласятся. — пошутил Никита.

— Я не слышал, чтоб их мнение кого-то интересовало. — подхватил шутку Дош. — Пойдём.

Они прошли в проулок и подошли к знакомому дому. Дош снова постучал в дверь, и через минуту она отворилась.

— Мастер, я привёл этого человека. — проговорил Дош.

— Проходите. — ответил более низкий голос, и они действительно нырнули в дверь, ведущую в подвал.

***

Тут было светло, и вдоль стен стояли верстаки с разложенными на них разными инструментами и приспособлениями.

Мастер-элтр подошёл к дальнему столу и, взяв с него пару шариков, продемонстрировал их Смолину.

Кивнув, Никита начал выкладывать на ближайший стол содержимое пакета. Тут были камни разных цветов, а так же пара очень крупных алмазов.

— Вы можете выбрать то, что… — договорить он не успел, поскольку его сознание затмила боль. Со спины, пробив насквозь тело, в него врезалось каменное копьё, и Никита рухнул на пол.

***

— Лядь!.. Это было о@но больно. — приходя в себя, проговорил землянин.

Нужно было вставать, но информационный поток затопил сознание, и он замер, опирая своё тело на согнутые руки.

Секунд тридцать спустя в голове прояснилось, и почти сразу рядом кашлянул Дош.

— Ты в порядке? — хрипло спросил у него сержант, сплёвывая на пол кровь.

— Что это было? — эльф явно ещё был в состоянии потерянности.

— Моя защита. — поднимаясь на ноги, ответил Смолин.

— Мастер?! — окликнул его Дош.

— Судя по всему, мёртв. — всё ещё кривясь от фантомной боли, ответил землянин.

— Но как?!

— Через пятак… — огрызнулся Никита. — Сам не знаю, но оно вот так работает. — потирая грудь, ответил он.

Майка была обильно пропитана кровью, поэтому руку он вымазал основательно.

Собрав камни обратно в пакет, он притянул кинетикой обещанные ему артефакты и посмотрел на Доша.

— Ты не представляешь, что сейчас будет… — потерянным голосом проговорил эльф.

— Можно подумать, что я в этом виноват.

Никита открыл портальное окно, и они вместе вышли в паре километров от посёлка.

Сам Никита был бледен как мел, но старался держаться.

— Думаю, что мы больше не увидимся. — проговорил онэльфу, доставая из кармана исцеляющий шарик-артефакт.

— Надеюсь, ты на меня зла не держишь? — уточнил эльф.

— Тебе сейчас лучше дойти до мастера и поднять панику, тогда на тебя никто не подумает.

Скривившись, Дош ответил:

— Особого выбора у меня нет, и врать я не стану.

— Как знаешь. — проговорил Смолин и, телепортировавшись обратно в подвал, забрал с полки одну из рабочих тетрадей мастера. Хватиться её никто не хватится, а идеи в ней были интересные.

***

Возвращаться домой в окровавленном виде он не хотел, но у него был вариант отдыха в космопорте, так почему бы им не воспользоваться?

***

Пока он мылся в лесном ручье, используя дырявую майку как мочало, он невольно просматривал доставшейся ему фрагмент памяти эльфийского мастера. Кроме дара у него в сознании осели обрывки истории элтров, и это было интересно.

Пару тысячелетий назад клан артефакторов сумел разработать исцеляющие артефакты, что вызвало бурю негодования в их адрес от клана целителей. Обе стороны сыпали друг в друга массой претензий, одни обвиняли других в чрезмерной дороговизне услуг, вторые, что вторглись в их интересы. У кого первого сдали нервы сейчас неважно, но вспыхнула война, в результате которой эльфы практически помножили друг друга на ноль, но единицы артефакторов всё же выжили. Цивилизация сильно откатилась в развитии, вместо процветающей страны появилась аномальная зона, ну а артефакторы проявили себя такими же жадными, как и целители, только уже имея полную монополию. Одарённых стало рождаться очень мало, всё-таки, у целителей были свои практики работы с будущими младенцами ещё в утробах матерей, но претензии артефакторам никто предъявлять не собирался, чтоб вообще не остаться без артефактов один на один с другими народами, у которых в этом отношении дела могли быть гораздо лучше.

Чужаков эльфы и вправду не любили, и, если бы не желание охраны каравана выжить и вернуться, то его бы отношения с ними сложились точно так же, как и с мастером-артефактором. А так он был нужен, и ему были благодарны, поэтому он жил.

Покончив с аналитикой, он переоделся в более-менее похожую на местную одежду, джинсы и народную рубаху, и отправился в космопорт.

***

Точка выхода у него уже была присмотрена, поэтому его появление не вызвало каких-то панических действий со стороны службы безопасности.

Зайдя в кафе, он увидел пару широких мужских спин у стойки, напрочь перекрывающих вид на девушку продавщицу. Парни явно флиртовали с дамой, поскольку оттуда доносился заливистый женский смех.

Нотки этого смеха были знакомы, так что, кто находится по ту сторону стойки, можно было не гадать.

Пристроившись сбоку, он улыбнулся растерявшейся при его появлении продавщице и, брякнув на стойку небольшой алмаз, проговорил:

— Привет, Лоди, мне как обычно.

Стоявший рядом парень присвистнул.

— Нормальные тут цены на перекус. — не удержался от комментария он.

— Мне нетрудно, а девушке приятно. — сдержанно ответил Смолин, а Лоди уже вовсю гремела посудой, и в считанные секунды перед ним появилась тарелка с выпечкой и чашка кофе.

— Спасибо, Ло. — поблагодарил он подругу и направился к удобному столику.

— Приятного аппетита, Смол. — донёсся услужливый голос девушки, и Никита чисто механически кивнул, что услышал.

После ранения есть хотелось неимоверно, поэтому на еду он накинулся, уже ни на что не обращая внимания.

Общение за стойкой маленько притихло, и картина поведения у девушки изменилась, что не укрылось от водящих вокруг неё хороводы мужчин. Дураками они не были, и два и два сложили быстро, поэтому не стали унижаться, а развернулись и пошли на выход.

Провожая их взглядом, Никиту вдруг посетила авантюрная мысль.

Выбежав следом, он их окликнул.

— Парни, погодите.

Сжав кулаки, оба мужчины развернулись и смерили его оценивающим взглядом.

— Прошу прощения, но может, вы подскажете, как можно свалить из этой дыры?

— Может и подскажем. — ответил самый рослый.

— И? — поинтересовался Никита.

— Информация денег стоит. — услышал он в ответ.

Достав из кармана джинсов ещё один алмаз, Никита показал его зажатым меж пальцами.

— Устроит?

— Вполне. Завтра будет челнок с транспортного корабля, но если ты без документов, то всё очень сложно.

— А к кому обратиться, чтоб было просто? — поинтересовался Никита.

— К нему. — показал большим пальцем на своего товарища здоровяк.

— Мои услуги стоят дороже. — тут же обозначил свой интерес второй мужчина.

Вывернув карман, Никита отряхнул от какой-то шелухи более большой камень и проговорил:

— Вот это за комплект документов.

— Идёт! — оживился мужчина и протянул руку.

— Лучше обмен по готовности.

Гримаса неудовольствия отобразилась на лице ожидающего, но такой вариант, в принципе, считался нормальным, поэтому, просто кивнув, он махнул Смолину рукой.

— Пойдём.

— А у тебя с Ло что было? — поинтересовался здоровяк.

— Глазки строила, но я не поддался. Зачем обнадёживать, если в планах улететь? — ответил он им. Пусть это была неправда, но зачем им об этом знать?

— Я тогда вернусь. — проговорил здоровяк и, не дожидаясь одобрения товарища, развернул свой курс в обратную сторону.

Гримаса неудовольствия снова промелькнула по лицу сопровождающего, но он уже подвязался ради заработка, так что быстро взял себя в руки.

— В армию пойдёшь. — не то констатировал, не то спросил у Никиты сопровождающий, но ответить землянин не успел. — Минимальный контракт год, и других вариантов нет. — пробурчал он в ответ.

В принципе, Никите было пофигу, ведь возможности смыться, если основательно прижмёт, у него были, поэтому он кивнул, но добавил:

— Только такая «услуга» по идее должна быть бесплатной.

— Если по идее, то я могу тебя в такую жопу засунуть… И при этом не нарушу условия договора.

— А нежопа как будет выглядеть? — поинтересовался Никита.

— Техником в иностранный легион.

— Без образования? — удивился землянин.

— Там научат. — продолжая источать недовольство, пробурчал сопровождающий.

***

Спустя час Никита держал в руках пластиковую карту призывника иностранного легиона. Челнок прилетал завтра в два часа ночи, так что до этого времени он был совершенно свободен. Карта совмещала в себе не только папки с личным делом, но и кошелёк, поэтому он отправился в отделение банка, в котором можно было открыть металлический счёт, с которого имелась возможность перевода наличности непосредственно на карту.

Всю эту информацию в качестве бонуса выдал ему рекрутер.

Был ли в его действиях умысел или нет, Никита не знал, но решил воспользоваться, всё ж деньги лишними не бывают.

***

Проблема нарисовалась чуть позже, когда он подписывал документы в банке, то вылез момент, что письменность империи Дорф амулет не переводил, оставалось надеяться, что картой банка он воспользуется позже, когда освоится с грамматикой.

В империи ценилась платина и родий, который он никогда не видел, поэтому пришлось тратить платину, положив на счёт пару больших «гвоздей». Деньгами это тянуло на восемьдесят тысяч лент с небольшими копейками, но много это или мало, понимания не было. Сравнить даже внешний вид цифр пока возможности не было, так что, даже сопоставить это всё с ценами в торговом павильоне возможности не было. Да и не продают аборигенам товары по нормальной цене. Тем не менее, обзаведясь возможностью платить, именно в торговый павильон он и направился. Помнится, там продавался стальной прокат, почему бы не купить рюкзак имперского образца и пару нетолстых прутков? Времени всё равно много, а нарезать на пятаки прутки он сможет той же кинетической гильотиной.

***

Сделав необходимые закупки, Никита решил коротать время в бараках для караванов. Сейчас они пустовали, а шляться по улицам одиннадцать часов до назначенного времени не совсем то, что сейчас бы хотелось.

Бараки были пусты, еда у него есть, туалет рядом, так что, чем не вариант? Заодно можно будет метнуться домой, порадовать родителей лечебными артефактами.

Войдя в барак, он немного сбился с шага, поскольку в этот раз в них уже установили видеонаблюдение. Настроение у него было хорошее, поэтому он решил пошутить над видеонаблюдателями, если они, конечно, сейчас смотрят за пустыми бараками.

Он демонстративно пристроился на одну из кроватей и достал из рюкзака только купленный армейский нож.

С видом умного чукчи он потрогал его лезвие, а потом начал нарезать купленные металлические пруты на коротыши, довольно цокая языком и периодически целуя лезвие ножа. Естественно, сам нож в этом спектакле играл лишь отвлекающее действие, а всю работу делала кинетическая гильотина, но как ещё избавиться от купленного железа, чтоб не таскаться с ним, он не придумал. А так — порезал, сложил в рюкзак, проверил остроту клинка, и довольный покупкой, глупый, но счастливый абориген прилёг отдыхать. Всё просто, всё логично, а то, что имперцы так ножи не используют, так издержки психологии, ну, или руки у них слабые.

***

Наличие видеонаблюдения здорово повлияло на планы. Ещё одну корректировку внёс шум с улицы, и совершенно неожиданно в дверях появился патруль.

— Опа! — с ноткой радости проговорил один из трёх вошедших патрульных. — Ты меня понимаешь? — поинтересовался он.

— Местами. — пошутил Смолин.

— Ты как тут оказался?

— Подписал контракт на год, сижу жду челнок. — обобщённо ответил землянин.

— Челнок нужно ждать у взлётного поля. Ярко-синий модуль, как раз оттуда рекрутов забирают.

— А как туда короче пройти?

— От ворот у нас одна прямая дорога. Не промахнёшься. — подсказал патрульный.

Кивнув, Никита подхватил свои вещи и отправился к точке сбора, внутренне обрадовавшись хоть какой-то смене обстановки.

Миновал торговый комплекс, гараж, жилой квартал, знакомое кафе, ещё пару кварталов жилых модулей.

Так далеко тут он ещё не заходил, поэтому рассматривал всё с интересом.

Дальше шло большое здание, внешне очень похожее на столовую, а за ним виднелись такие же длинные склады. Следующее здание уже походило на административное и имело высоту в три этажа и пару высоких башен с узкими и длинными бойницами под крышей. Напротив этого здания размещалось две линии по шесть огромных ангаров и ещё один квартал вагончиков.

За ангарами шла стена из бетонных плит, отгораживающая длинную полосу стрельбища, около которого находился длинный синий модуль.

На стрельбище находилось с полтора десятка человек в форме, и раздавались отражающиеся эхом от плит звуки выстрелов.

Стрелять Никита любил, но сейчас задался вопросом, а сможет ли кинетический щит защитить от пули? Поскольку энергия автоматной пули вдвое меньше одной килокалории, то у них в части по этому поводу шутили, что обед по энергийности заменяет пару цинков патронов. В детали Никита никогда не вдавался, но под этой шуткой наверняка были какие-то расчёты, и сейчас, вспомнив о них, ему очень захотелось проверить всё на практике, вот только как это сделать незаметно? Люди не дураки, и при удачном тесте щита быстро сопоставят промахи с появлением на стрельбище нового персонажа. Как минимум заподозрят наличие какого-то амулета, а что будет максимум — вообще неясно.

Амулеты в космопорте спросом пользовались серьёзным. Пока он крутил любовь с Лоди, она ему все уши прожужжала просьбой найти для неё зелёный. Вот только лишних амулетов у него тогда не было, а сейчас светить только приобретённое умение перед чужими вообще не хотелось. Хотелось, конечно, попробовать изготовление амулетов вживую, чтоб убедиться, что это не сон, а реальные умения, но пока не сложилось.

Его появление заметили, и от группы стрелков отделился невысокий, но крепкий мужчина.

— Ты на челнок? — не доходя, спросил он.

— Да.

— Амулеты на продажу есть?

— Нет, у меня только переводчик.

— Один или больше?

— В смысле, амулет? — немного не поняв вопрос, переспросил Никита.

— Естественно. — скривив лицо, ответил имперец.

— Один.

— Жаль. — коротко бросил он и, полностью потеряв интерес, отправился обратно к стрелкам.

Пожав плечами, Никита дошёл до модуля, дверь которого медленно отворилась, издав противный скрип. В дверном проёме стояла...

Глава 8

«Шок — это по нашему». — только спустя полминуты подумал Никита, разглядывая стоящую в дверях девушку-тогруту. Кожа цвета охры, лекку, монтралы и лицо с характерным белым рисунком. Штаны и жилетка из кожи тёмно-коричневого цвета, широкий пояс из кожи, завязанный как кимоно аккуратным узлом, а на нём подвеска с четырьмя метательными ножами в кожаных ножнах. Шея девушки тоже была украшена изделием из кожи, очень напоминающим ошейник, в котором прятались не меньше шести шариков — артефактов, но на виду были два, бюрюзовый и синий.

— Что замер? — мягко поинтересовалась незнакомка.

— Любуюсь гармоничным видом. — ответил Смолин.

— Оу! — начав поглаживать свою лекку, как косу, ответила тогрута.

— Я Никита. — представился Смолин. — А ты тоже собралась на службу в Империю?

— Мы подрабатываем исцелением. — ответила девушка.

— Мы? — зацепился за слово землянин.

— Я не одна, там, — тогрута мотнула головой в глубину вагончика, — дядя с тётей. Дядя уже два года летает в империю. И я Мис. — наконец назвала она своё имя.

— А из рекрутов ещё кто есть?

— Нет. У нас не любят людей со звёзд.

— А я вот решил посмотреть, как там. — посмотрев на небо, ответил землянин.

— Дядя говорит, что у нас лучше, но там товаров гораздо больше. — проговорила девушка, оборачиваясь к дверному проёму модуля. Секунд через пять оттуда появился крепкий мужчина — тогрут.

— Не вздумай соблазнять мою племяшку, парень. — довольно дружелюбно проговорил он.

— Я не знал, что это можно было попробовать. — ответил Никита. — Только, по-моему тут и не то место, да и время не подходящее… — закончил мысль Никита.

— Настоящая любовь никогда не смотрит на ремь. — мудро ответил тогрут. — Только мы разные, а наши женщины падки на ласковое слово.

— Понятно, — усмехнулся Никита, — но у меня больше познавательный интерес. Я впервые вижу таких как вы, хотя надо признать, что красотой ваш вид природа не обошла.

— Да, мы — не гоблы, это ты верно подметил. Кстати, я Хир, а моя супруга носит имя Вей. Ладно, заходи, мы как раз собирались перекусить, когда ветер донёс до нас звук твоих шагов.

— У вас отменный слух. — лестно отозвался Смолин.

— Мы живём охотой. — коротко пояснил дядя Мис.

— А лечение? — не удержался от вопроса Смолин.

— А, это… Помог как-то найденному в лесу раненому, а он оказался влиятельным парнем там, — Хир ткнул пальцем в небо, — и он пригласил меня в гости. Теперь вот, мотаюсь, оказываю услуги исцеления.

«Вахтовым методом» — мысленно завершил недосказанную мысль Никита.

— Но вы же лечите как всё, амулетами? — решил уточнить Никита.

— Верно. Только благодаря тому, что наши лекку касаются камней амулетов вот в этом украшении, — тогрут потрогал рукой ошейник, у людей со звёзд складывается мнение, что мы лечим руками. Пойдём к столу.

***

Вагончик явно не имел одного хозяина, поэтому в нём было грязновато. Тем не менее на столе была разложена чистая бумажная скатерть, и на картонных тарелках были разложены небольшие круглые лепёшки с кусками копчёного мяса и какие-то фрукты.

— Вей, это Никита. — представил его своей жене Хир. — Но ты ведь и так в курсе. — весело проговорил тогрут.

— Присаживайтесь, у меня всё готово. — ответила женщина.

Оценив содержание стола, Никита добавил пару литров сока, пакет печенюшек и шайбу сыра, в полкило веса.

Ели практически молча, лишь изредка обмениваясь впечатлениями о еде, чтоб соблюсти некие приличия.

До прибытия челнока было ещё много времени и как его коротать было не совсем понятно, но Хир предложил ему пройтись, и отказываться он не стал.

***

— Смотрю я на тебя, Никита, и думаю… — многозначительно проговорил тогрут и продолжил думать.

Начало было интригующим, но Смолин умел ждать, и через пару минут Хир продолжил.

— Думаю, что ты неместный. — завершил он мысль.

— С чего такие мысли тебя вообще стали тревожить? — поинтересовался Никита.

— Твоя еда. Упаковка как у имперцев, но надписи на ином языке. Если ты разведчик, то легко можешь подставить нас под удар.

— Я не разведчик, Хир. Я просто гуляю по мирам в поисках чего-нибудь особенного.

— И что ты хочешь найти?

— Пока не знаю. Может быть новый дом, может ещё что-то. — ответил Смолин.

— А как ты ходишь из мира в мир? — поинтересовался охрокожий.

— Через пространство. — не вдаваясь в детали, ответил Смолин.

— Не знал, что бывает такой дар. — задумчиво проговорил Хир.

— Если тут есть артефакторы, то почему не может быть места, где есть и иные дары?

— Верно, мир велик. Мы, мовиры, тоже хотим познать его. Под светом твоей звезды живут такие, как мы?

— На той планете, где я живу, вы — фантастические персонажи, и ваш народ называют тогруты.

— Жаль, что так. Было бы интересно побывать и у тебя.

— Можно устроить, только нужно быть готовыми быстро вернуться.

— Ремь позволяет. Прогуляемся? — как ребёнок попросил тогрут.

— Вдвоём?

— Зачем? Моим девочкам тоже будет интересно.

— Ладно. — согласился Никита.

***

Чтоб совместить приятное с полезным, Никита открыл первый переход к себе домой.

***

Родителей дома не было, но на кухне с книгой и кружкой чая скучал молодой мужчина.

— Здравствуйте! — сходу поздоровался с ним Хир, а следом и Вей и остальные.

— А?.. А?.. — запутался в собственных мыслях парень с книгой.

— Чего а? Вы с КГБ? — спросил Смолин.

— Да. Никита Антонович, моё начальство очень хочет вас видеть.

— Не могу ответить взаимностью, как-то у меня иные планы.

— А… А что случилось с майором Остаповым? — растерявшись от отказа, поинтересовался чекист.

— Остапов теперь обитает на планете Флея.

— То есть, он жив и здоров? — уточнил молодой чекист.

— Возможно. Я его с тех пор не видел, так что, понятия не имею, как он там устроился.

— Никита Антонович, я понимаю, что у вас гости, но вынужден настоять на том, чтоб мы прошли с вами в здание управления.

— Сожалею, но у нас другой маршрут экскурсии. — ответил ему Никита.

Безопасник быть может и хотел что-то предпринять, но обнявшая его кинетическая сила не позволила сделать лишних движений.

***

Они переместились в городской парк, и на лице тогрут-мовиров читалась масса вопросов.

— Это местная служба безопасности. — ответил Никита.

— Мы уже догадались. — ответил ему Хир. — Ты раньше там жил?

— Верно, это квартира моих родителей.

— А почему мы пошли именно туда?

— Хотел оставить подарок отцу и маме.

— Родителям? — удивился мовир.

— Да.

— Не хочу быть дурным вестником, но в этой квартире запах только этого мужчины.

— Что ж, значит моих куда-то переселили. — озадаченно ответил Смолин.

Они не спеша шли по аллее парка, привлекая внимание окружающих, старающихся успеть сделать фото или видеосъёмку таких необычных гостей города. За оградой парка проезжали машины, сигналящие им, из салонов машин и автобусов махали руками пассажиры, и периодически доносились крики «Это Асока с родителями!». Атмосфера маленького праздника повисла вокруг, и только силовые щиты Никиты не позволяли приблизиться к ним любопытным зевакам.

— Мисс Тано, вы не могли бы дать интервью «Путоранскому Вестнику»? — пытаясь пробиться сквозь щит, прокричала одна из прохожих женщин.

— Нас с кем-то путают? — уточнила Вей.

— Верно. С героями одной из сказок. — ответил расплывающийся в улыбке Никита. Его маленькая диверсия заставит говорить о нём весь город, а чекисты будут покусывать локти и расписываться в своей беспомощности. Смысла, конечно, в этом никакого, но почему-то внутри от этого очень хорошо.

— Скажите, вы из ордена джедаев? — не унималась журналистка.

— Магистр Хир возглавляет орден исцеления. Его супруга, магистр Вей, во всём помогает мужу, а падаван Мис делает первые шаги на поприще помощи страждущим. — пошутил Никита. Почему-то его «пёрло» от этой ситуации.

— Магистр Хир, а вы уже решили, где будете принимать пациентов? — идя спиной вперёд, задала следующий вопрос журналистка.

— В ближайшее время приём будет на планете Дория. — отозвался тогрут-мовир. — Здесь мы просто на экскурсии.

— А когда приём будет на нашей планете? — задала банальный вопрос женщина, но идти задом наперёд и думать, что спрашивать, одновременно было непросто.

— Сложно сказать, ведь у магистра пространства Никиты проблемы с вашим КГБ. — подкинул охапку дровишек в костёр войны с системой Хир.

Женщина ещё что-то хотела спросить, но сбоку появился молодой парень с букетом цветов, который с разбегу впечатался в силовой щит и, выругавшись, сполз на газон, орошая траву идущей из носа кровью.

— Надо помочь. — отдал распоряжение племяннице «магистр», и Мис поспешила к пострадавшему.

— Это вам. — пробурчал паренёк, вручая Мис букет цветов. — Асока, выходите за меня замуж.

— Думаю, как только Мис подлечит этого бедолагу, нам нужно уходить. — проговорил Хир Никите. — Люди у вас, конечно, добрые и искренние, но мы точно не привыкли к такому обилию внимания. Тут же шагу не шагнёшь, чтоб не пришлось отвечать на разные вопросы.

— Просто вы тут сказочные персонажи. — проговорил Никита.

Пользуясь тем, что внимание журналистки всецело переместилось на видеосъёмку оказания помощи пострадавшему, туристическая группа приготовилась к возвращению в вагончик космопорта. На этом визит и был завершён, оставив приятные ощущения забавности прошедшей ситуации.

***

Мис баюкала полученный букет роз, мыслями пребывая в стране не менее розовых пони. Хир с Вей с улыбками поглядывали на племянницу, видимо, получая некое удовольствие от состояния девушки. Никита же не хотел разрушать тёплоту обстановки никому не нужными разговорами. Заняв одну из свободных коек он тоже погрузился в волну своих ощущений, большую часть которых составлял глупый конфликт с системой.

***

Рёв двигателей спускающегося на космодром челнока вырвал его из сна.

Протерев заспанное лицо, Никита осмотрелся. В вагончике было темно, видимо, необходимости проводить в него электричество у администрации космопорта не было, тем не менее, он отчётливо ощущал, как приводят себя в порядок мовиры. Ему тоже было пора этим заняться.

Подхватив рюкзак, он распахнул входную дверь, и вовнутрь модуля проник яркий свет освещающих посадочную площадку прожекторов.

За границей посадочного поля уже стояла колонна с закупленными у местных стазис-ларями. Суетились люди, последний раз что-то сверяя в своих планшетах, с нетерпением барабанил по рулю своего погрузчика скучающий водитель.

Всё это давало некий контраст той яркости праздника, что невольно получился у них от визита на Землю. Серая рутина обыденности, погружаться в которую никакого желания у него не было.

Выйдя из модуля, Никита задрал голову в небо, рассматривая медленно опускающуюся яркую звезду челнока. Вскоре к нему присоединились и мовиры, а минут через пять челнок приземлился в полутора километрах от них.

— Это так громко… — посетовала Мис.

— Увы, моя девочка. — немногословно ответил ей Хир.

Мимо рванули застоявшиеся в ожидании погрузчики. Их было четыре, и работы им предстояло много. Транспорт привёз массу необходимого для работы базы, и это всё предстояло разгрузить в стороне, а потом, когда вручную будут загружены стазис-лари, погрузить всё на освободившиеся машины. Сколько таких рейсов предстояло сделать челноку, было неясно, но Никита понимал точно, что это будет не один рейс.

Добравшись до челнока, они остановились у аппарели. Тут находился вооружённый часовой, мимо которого и осуществлялась погрузка стазис-ларей.

— Вы? — беря на прицел гражданских с рюкзаками, спросил часовой.

— Я с семьёй по приглашению терра Улрера. — ответил Хир.

— Контр-адмирала? — уточнил военный.

— Верно.

— А этот? — ствол перекочевал на Никиту.

— Доброволец в армию. — ответил Смолин.

— Оу! — удивился часовой. — Документ предъяви. — одевая какие-то очки, проговорил солдат.

— Вот. — ответил Никита, показывая пластик карты. Их разделяло метра три, но команды подойти ближе не было, и землянин просто стоял.

— Замри и картой не тряси. — проговорил часовой, лишь касаясь дужки очков свободной рукой.

Замереть оказалось достаточно на пару секунд, после чего солдат проговорил неизвестному слушателю.

— Да, рекрут и трое пассажиров. Эти по приглашению контр-адмирала Улрера. — завершил он доклад и, кивнув, уступил им дорогу на борт.

Поскольку Хир уже летал в империю, Никита просто следовал за его семьёй.

Поднявшись по аппарели, они проскочили между грузчиками и вошли в дверь пассажирского отсека. Тут было две группы разделённых проходом кресел, общим числом тридцать два. Кресла откидывались, открывая доступ в металлический багажный ящик. Туда Хир и затолкал свой рюкзак, и откинул следующее кресло для рюкзака жены.

Окинув взглядом замок крепления кресла к ящику, Никита не увидел в нём ничего сложного. Такие замки на ящиках использовали все армии Земли, поэтому справился он с уборкой своего рюкзака самостоятельно и, устроившись в кресле, начал защёлкивать ремни безопасности.

Закончив с этим, посмотрел на мовиров и невольно улыбнулся, Мис по-прежнему зарылась носом в букет цветов и счастливо улыбалась, а Вей поглаживала лекку на спине своей племянницы.

Если сложить всё, что Никите удалось узнать о поведении девушек — мовир, то они были очень романтичными особами. Не зря Хир его предупреждал о сдержанном поведении, вон как Мис вштыривает только от букета цветов.

Оставив наблюдение за знакомыми, он переключился на осмотр пассажирского отсека челнока. Особо интересного в нём ничего не было, простой армейский минимализм, разве только пара больших экранов на стенах, да и окраска не зелёная, серая, вот и всё. Теперь им предстояло долго ждать, и чем занять себя на это время?

Мысль невольно скользнула к производству артефактов, что вызвало улыбку. Жуликами артефакторы были ещё теми, ведь производство самих амулетов ни сил, ни времени много не занимали. Артефакторика этой планеты, а её название Никита как-то не успел узнать, по понятиям Земли стояла на стыке магии тверди и эфира. Одарённый за счёт создания определённого поля мог «лепить» из камня шарики, в которые впитывались эфирные отпечатки рунных цепочек и предававших пустому камню свойства артефактов. Делали эльфы их, особо не утруждая себя, максимум шесть штук в день, но для окружающих всё было иначе. Для всех остальных они вытачивали шарики вручную, используя полукруглые стальные формы и разнообразные абразивы, от песка, окалины и молотой керамики, до алмазной пыли в смеси с маслом. Что же казалось эфира и рун, то руны как раз и представляли из себя ключи к преобразованию эфира. Вот сейчас, наблюдая за Мис, он видел исходящую от девушки трансляцию любви в виде структурирующейся в руну энергии. Это походило на резонанс песка и вибрирующей от звука поверхности, и было весьма забавно, так что, чисто теоретически, можно было сделать амулет, который бы вызывал женскую любовь, но артефакторы предпочитали просто внедрять такую руну в энергетические структуры интересного им объекта. По крайней мере, это было незаметно. Что же касалось таких вопросов как остановка времени, то эльфы сами по себе умели входить в такое состояние, когда внешнее время и внутреннее не соприкасались. Именно этим и обуславливалось их долгожительство, ну и соответственно, была считана мастерами и нужная рунная цепочка от полного стазиса до различной скорости течения ремь во внутреннем космосе разумного.

Самое забавное в этом было то, что ремь виделось длинной полосой, таким длинным-длинным ремнём. Впрочем, если насытить этот ремень каплями, то мы получаем источник воды в потоке времени, или реку.

Звук закрывающейся аппарели и появление в пассажирском отсеке часового-солдата выдернуло Никиту из погружения в волшебный мир.

Парень закрыл герметичную дверь и плюхнулся на кресло рядом с ней.

Вытянув из спинки кресла ремни безопасности, он быстро пристегнул себя и только после этого накинул на шею ремень своего автомата.

Словно дожидаясь этого, раздался приглушённый рев двигателей, и у Никиты сложилось впечатление, что пол в пассажирском отсеке повис отдельно от корпуса челнока на некоем магнитном поле.

Перегрузок не чувствовалось, хотя они должны были быть. Тем не менее, изменения состояния он не наблюдал.

На всякий случай Никита осмотрел отсек взглядом одарённого и запомнил руну поля, окутывающего сейчас отсек. Возможно, это антигравитационное поле, которое могло и пригодиться ему в будущем, но давать название этой энергии он пока не спешил.

Гул двигателей резко изменился и стал напоминать лёгкую вибрацию корпуса. Одновременно с этим Хир указал рукой на экраны и сказал:

— Сейчас включат.

И действительно, спустя несколько секунд экраны показали вид шарика планеты с голубой полоской атмосферы, и на втором экране пока было видно только мерцание звёзд, но после подруливания появился мигающий габаритными огнями транспортный корабль.

Скорее всего, это был не самый большой транспорт, и, если судить по мигающим огням, то он состоял из четырёх отдельных секций с борта, к которому они приближались. Так ли это, ещё предстояло узнать, но ощущение было такое, что корабль был собран из отдельных модулей.

Буквально через минуту появился открывающийся проход в недра одного из модулей, челнок снизил скорость и медленно вполз в недра корабля.

Картинка на экранах пропала, но Хир не спешил вставать, да и солдат всего лишь позволил себе расстегнуть ремни.

Сидеть пришлось ещё минут десять, и первой открылась дверь в отсек с пилотами, из которого появились две молодых девчонки, жутко неприступные на вид, с колючей агрессивной аурой, просто кричащей — не лезьте к нам. Пилоты были одеты в тёмно-синий форменный брючный костюм и пилотки и имели по две ярко-жёлтые «V"-образные галочки на обрамлённой тонким жёлтым кантом шевроне.

Расстегнув ремни, Никита достал свой рюкзак, краем глаза наблюдая, как солдат пытается флиртовать с пилотами.

Оживились и тогруты-мовиры, он ожидать, пока они оденут свои рюкзаки, Смолин не стал, а поспешил за военными и застал звонкий доклад девушки-первого пилота об удачном завершённом вылете и отсутствии технических неполадок. Тянулись они перед женщиной лет тридцати, одетой в такую же форму, но явно старшую по званию.

— Вольно, отдыхайте. — спокойным голосом проговорила женщина и внимательно посмотрела на Никиту.

— Терра лейтенант, вот доброволец на службу. — с нотками превосходства старослужащего над салагой, проговорил солдат.

— Вашу карту, терр новобранец. — командным голосом проговорила лейтенант.

К этому Никита был готов, поэтому карту протянул без задержки.

Аккуратные пальцы с ногтями, покрытыми белым лаком, приняли карту и вставили её в приёмник планшета.

Пока офицер изучала данные, Никита изучал инопланетянку. Каштановые волосы собраны в хвост, синие глаза с бордовыми вкраплениями в радужку, нос с лёгкой горбинкой, тонкие губы. Внешность очень приятная, но это не повод «распускать перед ней хвост».

Тем временем на аппарели появились мовиры, и солдат подал голос.

— А это гости адмирала. — коротко доложил он, получив в ответ короткий кивок.

Глава 9

Лейтенант явно была озадачена.

— Куда же их всех приткнуть? Гостям адмирала однозначно единственную гостевую каюту, а куда тебя? — спросила у Никиты она.

— Под бок к самой красивой девушке? — предложил Смолин.

Провокация была стара как мир, но направление мыслей было задано.

— Рылом не вышел. — буркнул солдат, явно защищая свой прайд от чужого самца.

— Если ты вышел, то можешь уступить свою койку мне. — предложил вариант Никита.

— Отставить! — строго скомандовала лейтенант. — Спать будешь в челноке. Кресла в нём раскладываются, так что пять дней потерпишь.

— Туалет, столовая, душ, питьевая вода? — задал уточняющие вопросы Никита.

— Зуз, — обратилась лейтенант к солдату, — покажи, где у нас что. — Есть! — с ноткой неудовольствия проговорил солдат.

Забрав карту, Никита оценил нижние девяносто уходящего лейтенанта и посмотрел на няньку.

— Ты парень, конечно, крепкий, — дождавшись, когда лейтенант исчезнет с палубы ангара, проговорил Зуз. — Но ты тут не у себя в лесу, и звать тебя — полный ноль. Твоя задача не с нашими бабами флиртовать, а слушать, что тебе говорят и очень быстро всё выполнять. Понял?

— Нет. Присягу я ещё не принимал, уставы не читал, и приказа меня просвещать для тебя не слышал. Хочешь показать, что ты тут крутой мужик, давай выйдем один на один.

Громко рассмеявшись, солдат вытер слезу.

— Подраться, конечно, можно, но… Ты в курсе, что тебя за это сразу пристрелят, и труп выкинут в космос? И ещё… Контракт подписал? Подписал. Значит, теперь терпи молча.

— Считай, что я испугался, Зуз. У тебя приказ показать мне, где тут у вас что. — со спокойствием постигшего дзен человека проговорил Никита.

— Э, олени северных пустошей. Вы ещё тут долго будете меряться ветвистостью своих рогов? — поинтересовалась снова появившаяся в лётном ангаре лейтенант. — Зуз, соскучился по нарядам?

— Никак нет! Доброволец плохо понимает новые реалии, и я пытаюсь достучатся до зачатков его сознания, терра лейтенант.

— Я вижу, что ты нашёл собрата по разуму. Шагом марш к старшине, доложишь, что у тебя наряд. — сдвинув брови, проговорила лейтенант.

— Есть! — недовольно буркнул Зуз и, перейдя на лёгкий бег, удалился.

— Смолин! — прикрикнула дама.

— Я!.. — с улыбкой отозвался Никита.

— За мной. — проговорила офицер и, развернувшись, вышла в коридор. Пришлось и Никите ускориться, чтоб не потерять её из виду.

Коридор был длинный как струна и имел прямоугольную форму. От него в стороны отходили автоматические раздвижные двери.

Пройдя метров шестьдесят, по правую руку появились несколько дверей, и лейтенант начала рассказ.

— Две первых двери в начале модуля — туалеты, мужской и женский. Обозначение на дверях схематическое. Треугольник платьем — женский, треугольник плечами вверх — мужской. Следующая дверь — столовая, но тебя в составе команды нет, поэтому выдадим сухие пайки и воду в бутылках. По этой же причине других гигиенических процедур в виде душа тоже не будет, запас воды лимитирован, и душ для нас роскошь.

— Совсем не моетесь? — поинтересовался землянин.

— Моемся, но хотелось бы чаще. Впрочем, как только мы встретим боевой корабль, тебя передадим уже туда.

— Понятно.

— Пойдём, выдам тебе пайки и воду, пока ты тут ещё кого на поединок не вызвал.

— Спасибо за заботу. — тепло проговорил Никита.

Хмыкнув, лейтенант пошла в столовую.

***

Столовая не впечатляла. Четыре длинных стола, стулья, в стене пара окошек, светящийся дисплей, и на этом всё интересное заканчивается.

Его подвели к встроенному шкафу. Открыв дверь, лейтенант присела и достала из коробки пару упаковок.

— Паёк на сегодня. — проговорила она и, открыв другую дверцу шкафа, выдала ему бутылку воды.

— Спасибо. — поблагодарил её Никита.

— Ещё какие-то вопросы, просьбы, пожелания?

— Мне нужно научиться читать и писать. Если кто поможет, в долгу не останусь.

— Исцеляющий амулет. — выставила цену лейтенант.

— Этого, увы, нет. — остудил её аппетиты землянин. Наделать этих амулетов он мог сколько угодно, но платить за мелочи такой ценой — обойдутся.

— А на стазис? — поинтересовалась лейтенант, и Никита понял, почему в отношении своего солдата она поступила строго, а с ним прям душка.

Он залез в карман штанов и достал ромбик алмаза в половину ногтя мизинца размерами.

— Вот. Я знаю, имперцы ценят такие камни. — проговорил он, прикидываясь, что не знает, что отдаёт.

— Ого!.. — невольно воскликнула офицер, но тут же осеклась. — Язык в школе учат двенадцать лет. Могу написать тебе, как какая буква пишется, но без излишней грамматики. Устроит?

— Ну, хоть так.

— Тогда через пару часов приму второй челнок и подойду. В кабину пилотов и в деревянные ящики не лезь, а то за тысячу лет не расплатишься. Понял? — оживлённо проговорила она.

Никита кивнул.

— Тогда иди.

***

Время тянулось долго, а Никита к тому же сожалел, что не взял ни блокнот, ни ручку, и это было плохо. Светить перед лейтенантом электронные гаджеты было нельзя, так что, действительно, расчёт был только на собственную память.

Чтоб не свихнуться от скуки, он помаленьку выуживал из пространственного кармана камушки, которые силой дара преобразовывал в алмазы или изумруды, опираясь в выборе исключительно на размер, мелкие на алмазы, крупные в изумруды. Время когда позволит, он накатает из них шарики, а там уже можно будет пропитать их эфиром с рунами, раз уж тут это особая валюта.

***

Завладеть алмазом лейтенант хотела очень сильно, поэтому пришла с подарком в виде блокнота и цангового карандаша.

— Держи, вдруг захочешь сделать пометки на своём языке. — проговорила она. — Буквы я все написала. Гласные — вот этот ряд, согласные — вот этот.

— Ага, записываю…

***

Пообщались они около часа. Никита уточнял самые элементарные правила, знакомился с простыми математическими действиями и, в принципе, получил базовый минимум.

***

Ещё во время урока он вспомнил, что когда-то существовали артефакты памяти. Эти артефакты активно использовали во время войны с целителями, и целые поколения потомков артефакторов как раз и воспитывались на просмотре уроков с этих камней.

Суть артефакта позволяла делать эфирный отпечаток того или иного события, но вместимость стандартного размера шарика была всего два часа записи реального времени. Всплыла бы эта информация пораньше, он бы с удовольствием сделал себе запись этого урока, чтоб ощутить, а как оно будет работать в реальном использовании.

Если проводить параллель с книгами земных фантастов, то такой артефакт памяти сопоставим с базой знаний каких-нибудь древних или иных продвинутых миров. Объём, на первый взгляд, мизерный, но впитывается информация через тонкие тела и усваивается, минуя потуги сознания. Теоретически объём записи можно увеличить, соответственно увеличив объём шарика, но у лекторов эльфов-элтров не было искусственного интеллекта, который мог ёмко зачитывать знания длительное время без устали, а живому преподавателю ёмко выдать двух-часовую лекцию — это совсем непросто. Наверняка в империи с её уровнем техники с этим вопросом всё гораздо проще, ведь даже на Земле в социальных сетях полно обучающих роликов, а это позволит ещё больше уплотнить информацию в артефакте. Оставалось просто найти эту информацию в нужном объёме и испытать на своей шкуре, как это работает.

Захлопнув блокнот, Никита в очередной раз рефлекторно осмотрел пассажирский отсек челнока на наличие постороннего наблюдения и, убедившись, что всё чисто, выудил из пространственного кармана очередной камень. Нужно было сделать запас шариков чёрного обсидиана. Именно такого цвета изначально делали обучающие артефакты, и что-то изменять в этой традиции Смолин не считал нужным.

***

Первые сутки полёта тянулись медленно. Всё время сидеть в пассажирском отсеке челнока было скучно, поэтому он устроил себе неспешные прогулки вокруг челнока. Здесь видеокамеры уже были в обилии, но его прогулкам наблюдение не мешало.

В походах на боевых кораблях флота он провёл половину общего срока службы, так что замкнутое пространство и одиночество ему были привычны, а враждебная среда в виде вакуума за обшивкой угнетённого состояния не вызывала. Опасность могло представлять только попадание в модуль лётного ангара, в результате которого он мог потерять сознание. В остальных случаях он всегда сможет вернуться на любую из известных ему планет.

Новые способности в обилии нивелировали большую часть опасностей для жизни, а это вызывало чувство защищённости.

Его психика уже в значительной мере сумела перестроиться, и изначальные страхи отступили. Теперь его толкала вперёд сладкая парочка из авантюризма и любопытства, хотя фантомные боли от перенесённых смертельных ранений время от времени давали о себе знать, но только как напоминание, что нужно быть собраннее и не расслабляться.

***

Лейтенант появилась во время очередной прогулки.

— Гуляешь? — поинтересовалась она, прекрасно зная ответ на свой вопрос.

— Хотите составить компанию? — поинтересовался Никита.

— Нет. Хотела узнать, может у тебя ещё есть такие камни, что ты мне дал, и я смогу тебе что-то предложить взамен?

— Варианты? — поинтересовался Смолин.

— Планшет с базовым курсом обучения. Раньше начнёшь учиться, больше шансов, что не окажешься в штурмовиках.

— У меня же контракт на техника с обучением?

— И что? Хорошего техника нужно учить не менее пяти лет с постоянной практикой, так что для вида могут дать декаду на освоение материала, а когда завалишь экзамен, влепить несоответствие и перевести в штурмовую роту или батальон. Зуз вон тоже на техника начинал учится, ii не хватило.

— ii-это что?

— Индекс интеллекта. Если не знаешь, что такое интеллект, то простыми словами это способность быстро усваивать новые знания и оперировать ими.

— Предложение хорошее, и камень у меня как раз есть в наличии.

— А откуда у тебя они?

— Трофей. Я нанимался в охрану каравана, вот там и перепало. А что?

— Да так… Думала, ты сам их копал.

— Пока не довелось.

— Жаль. Ладно, держи планшет, и давай запоминай, как им пользоваться.

***

Базовый курс начинался с самой простой задачи, а именно смена картриджа переработки углекислого газа в системе вентиляции. Показания датчиков, временные интервалы в зависимости от количества человек на борту и внутреннее устройство. Никаких химическихреакций, формул и технологии восстановления использованного реагента курс не давал, просто прошёл, посмотрел данные индикаторов, отсоединил замки фиксаторов и вставил новый картридж.

Урок два. Загрузка топливного стержня в приёмник реакторов на малых боевых кораблях и транспортах. Процесс тоже несложный, но выполняется в защитном костюме класса «А». Все остальные действия тоже несложные. Взять спецконтейнер в хранилище реакторного отсека, установить его в приёмник и нажать кнопку. И это всё, если не считать дезактивационного гелевого душа.

Урок три. Смена и ремонт осветительных панелей. Опять ничего сложного, просто блочный ремонт.

А вот дальше пошли уроки по обслуживанию скафандров, и Никита понял, что на крупных кораблях это ещё тот геморрой. Обслуживание скафандров походило на игру в куклы. И дело было в том, что внутренние слои, а их четыре в самом лёгком скафандре, вклеивались в наружную оболочку. Делается это всё на надувном манекене, слой за слоем, и нудней этой работы Никита ещё не встречал.

Пока он просмотрел обслуживание и ремонт четырёх видов скафандров, его часы показали поздний вечер, и с ангара донёсся какой-то шум.

Выглянув из челнока, он увидел подхватывающую с пола смененный картридж девушку-техника, которая смутилась при его появлении и, поспешно убрав отработавший свое картридж в соответствующий шкаф, поспешила удалиться.

Размяв затёкшее от длительной учёбы тело, он вернулся в челнок и устроил себе ужин. Ему оставалось впитать эфирный отпечаток просмотренной информации, и можно было устраиваться спать. Спать в кресле не совсем удобно, но к неудобствам ему не привыкать.

***

Вроде бы только уснул, а уже кто-то рядом хихикает.

Приоткрыв глаза, Смолин увидел прошедших в кабину пилотов.

— Куда-то улетаем? — подавив зевок поинтересовался он.

— Нет, просто утренний тест. — не оборачиваясь, ответила ему одна из девушек.

Посмотрев на часы, он удивился, времени было без пятнадцати два ночи. Впрочем, тут же не планета, а понятие утро, день и вечер исключительно по корабельному времени.

— А сколько сейчас на ваших?

— Восемь десять. — ответила девушка.

Кивнув в ответ, он переставил на часах цифры и поинтересовался.

— А в сутках сколько?

— В корабельных? — наконец обернувшись, уточнила девушка.

— Угу. — кивнут, ответил он.

— Двадцать четыре часа. — ответила девушка, и это было прекрасно.

***

Сна он ухватил чуть больше трёх часов. Это было маловато, но у него есть лечебые амулеты, и он рассчитывал, что их действие нивелирует возникшие неудобства.

Через десять минут он был свеж как огурчик. Можно было заняться утренней гимнастикой и посетить санузел.

***

Гермодверь услужливо отъехала в сторону, предоставляя возможность выйти из модуля лётного ангара в коридор. Шагнув в коридор, Никита покрутил головой, но коридор был снова пуст. Впрочем, странным это не было, транспорт это ведь не пехотная часть. Вахта на постах, остальные отдыхают или на занятиях, так что неудивительно, что тут никого.

«Отстрелявшись» в туалете, он снова оказался в коридоре, да так удачно, что в десяти метрах перед ним шла лейтенант.

Почувствовав чужой взгляд, она обернулась и, обозначив сдержанную улыбку, остановилась.

— Доброе утро, терра лейтенант. — поздоровался с ней Никита.

— Доброе. Есть расширенный курс, брать будешь? — продемонстрировала она флешку.

— Буду, а что ещё есть?

— Да много чего.

— И вы решили продавать мне это по одному параграфу?

— Ну… Я предлагаю, а ты можешь и не брать.

— Коварная вы дама.

— Есть возможность обеспечить себе более светлое будущее, так что теряться?

— А системы вооружения в расширенный курс входят?

— Именно они и входят. Дальше уже идёт инженерный уровень, а это другой порядок знаний и уровень контракта.

— Он ведь тоже есть?

— Хочешь купить?

— Пока не знаю, но играть с куклой не очень охота.

— Это никто не любит, но именно на такую работу и ставят людей с контрактом на год.

— А варианты этого избежать есть?

— Конечно. Учишь, проходишь аттестацию и получаешь доступ.

— Отлично! Тогда беру и инженерный.

— А осилишь?

— Не попробую, не узнаю. Память у меня хорошая, так что попытаюсь.

— Ладно. Минут через двадцать подойду в ангар. — проговорила лейтенант и пошагала в обратном направлении.

Проводив даму глазами, Никита разочарованно вздохнул. От маленькой интрижки с ней он бы не отказался, но её интерес остался на уровне его кошелька. Самооценка от этого, конечно, страдала, но тут уж никуда не деться.

***

Выкупать знания, которые по идее должны были достаться ему даром, было не очень приятно, но тут у него к ним был доступ, а будет ли этот доступ потом? В имперской армии он новенький, а на новеньких всегда скидывают всю грязную работу, и знания могут зажать, а камней у него, наверное, мешок. Поэтому любые видеокурсы нужно брать.

***

Дикарь, видимо, был настолько выгодным пассажиром, что лейтенант устраивала торговые сделки дважды в сутки и явно позабыла про обещание пересадить его на первый попавшийся боевой корабль.

Какими уж ухищрениями она пользовалась, Никита не знал, но на Дорию они прибыли только на седьмые сутки.

Информации за это время он купил столько, что можно было смотреть лекции несколько месяцев не отрываясь, но освоить успел только базовый и расширенный курсы техника. Ему теперь был подвластен блочный ремонт и текущее обслуживание всех видов транспортов и малых боевых судов. Дальше шли уже инженерные уровни, и в них входило от ремонта, обслуживания, настройки и балансировки двигателей, до ремонта судового набора и обшивки корабля. В этом «от и до» пряталось столько всего, что только перечисление будет занимать половину страницы. Но, если кратко, то отдельными ветвями шла работа с электроникой, работа, ремонт и программное обеспечение дроидов, программное обеспечение процесса изготовления необходимых деталей с помощью комплексного ремонтного оборудования. И как было отказаться от покупки таких данных?

***

Челнок начал заполняться людьми как-то неожиданно. Вначале появились девчонки-пилоты, потом рядом на сиденье плюхнулась лейтенант, ну а дальше Никита немного покрутил головой, но вернулся к созерцанию своего торгового партнёра.

— Неужто прибыли? — поинтересовался он.

— Верно. — ответила она. — Много успел выучить?

— Подобрался к ремонту двигателей. — ответил Смолин.

— Да ты гигант! Хочешь сразу пройти тестирование, чтоб получить более удачное распределение?

— Конечно! Опять камушек?

— Два. — улыбнулась женщина.

Демонстративно обшарив все свои карманы, он с печалью доложил:

— Увы, остался только один.

Они улыбались друг другу, прекрасно понимая эту игру. В конце концов, лейтенант подставила свою ладонь, и очередной алмаз отправился в пузырёк из-под таблеток.

— Пристегнись. — порекомендовала она ему, и сама принялась натягивать ремни безопасности. Их ждал спуск на планету.

***

Спуск по времени длился гораздо дольше, чем старт с планеты и выход на орбиту. Видеопанели давали чёткую картину космодрома, и наблюдать за его приближением было интересно.

— Там ведь жарко? — невольно поинтересовался Никита у лейтенанта, ведь космодром располагался в экваториальной части планеты.

— Верно. — тихо ответила она. — Можно было бы спуститься и ночью, но нужные тебе службы в ночь не работают.

— Надо же… Чуть больше десятка камней, и мир подстраивается под меня… — философски заметил Никита.

— Твои камни уже у меня, но в сути ты прав.

— А тут время с корабельным совпадает? — поинтересовался он.

— Да. У нас тут место приписки. — уведомила его лейтенант.

***

Борт они покинули чуть раньше, чем к челноку подъехали машины для загрузки стазис-ларей, и машины эти были не армейскими.

— Джей Эм Си. — вслух прочитал надпись на логотипе Смолин.

— Охранная фирма, а точнее небольшая частная армия. — проговорила лейтенант.

— Из груза будут желать лекарства?

— Верно. — не вдаваясь в подробности, ответила спутница.

Они прошли чуть больше километра и вышли за светящуюся нитями лазеров ограду. Здесь уже стояли бронированные автомобили конвоя охранной фирмы, ну и машины с пятёркой шашечек на дверях.

«Надо же, такси»… — подумал Никита и загрузился в салон рядом с лейтенантом.

Глава 10

От космодрома до города ехали минут сорок, и никаких гравилётов Никита не увидел. Такси ехало со скоростью около ста километров в час, и, если судить по звуку, то скорее всего оно работало на аккумуляторе.

Архитектура города не сильно впечатляла, здесь архитекторы сильно не выпендривались. Обычные небоскрёбы, много стекла, ящики кондиционеров на окнах, только окна все разноцветные, видимо, специально, чтоб хоть как-то затенить помещения от тропического зноя.

Такси свернуло на окружную дорогу и влилось в весьма оживлённый поток.

Минут пятнадцать они двигались в общей массе, оставаясь на внешней полосе трассы, а потом свернули направо и проехали ещё километров десять, чтоб въехать в населённый пункт с более низкой застройкой.

Тут стекла было меньше, и на парковках у домов преобладали армейские цвета автомобилей.

— Всё, приехали. — проговорила лейтенант и отстегнула ремень безопасности, на что бортовой компьютер автомобиля выразил громкое недовольство.

Длилось оно недолго, поскольку через несколько секунд такси остановилось, и лейтенант протянула водителю свою идентификационную карту.

Они снова вышли в наполненный влагой зной, но до дверей здания с табличкой «Центр аттестации» было близко, и тропический зной сменился уютной прохладой помещения.

Большой холл был похож на кассовый зал вокзала. Полукруглые окошки в больших стеклянных окнах, и каждое окошко подписано. Лейтенант подошла к окошку с надписью «Аттестация технического персонала» и проговорила:

— Карту давай!

***

Центр аттестации имел свою гостиницу, в которую могли заселить соискателя сроком до семи дней.

Смолин воспользовался этой возможностью, заказав время аттестации как раз к завершению срока дозволенного пребывания. Дальше ему предстояло двигаться самому, поскольку лейтенант, сказав «Счастливо!», просто оставила его наедине с дамой в окошке, и ему пришлось самому расспрашивать, куда идти и где что находится.

Сложности в получении ответа не было, просто ему на планшет сбросили справочную информацию, и с помощью видеогида он прошёл в нужные двери, увидел зал столовой, добрался до лифта и, поднявшись на третий этаж, оказался в холле гостиничного корпуса.

Досматривал экскурсию он уже в номере, и на аттестацию ему нужно было спуститься на том же лифте на минус пятый этаж к назначенному времени. Заблудиться тут было невозможно, и он со спокойной душой оставил практически пустой рюкзак в своём номере, сменил народную рубаху на обычную футболку и отправился в столовую.

***

В столовых империи он никогда не был. Тем не менее, столовая ничем не отличалась от земных аналогов, разве только робот-уборщик тихонечко ползал между столами и протирал пол.

Взяв поднос, Никита прошёл вдоль ряда картинок с блюдами. Ему нужно было просто потыкать пальцем в сенсорный экран с отображёнными блюдами, у кассы предоставить свою идентификационную карту и получить выбранные позиции. Удивительным в этом было то, что лишнего ему не дали, хотя в очереди он был не один. Видимо, техника считывала его отпечаток пальца и выдавала заказ, сверившись с данными идентификационной карты. Списывались ли за это деньги, он не знал, возможно, что военнослужащих кормили и бесплатно.

Приземлившись за свободный столик, Смолин с трудом сдерживал себя от желания моментально всё сожрать. Неделя на сухих пайках без нормальной еды, чая и прочего баловства к этому чаю, далась непросто, и если бы не отвлечение сознания в виде учёбы, то пережил бы он эти дни гораздо сложней.

С усилием сдерживая себя, он заглотил первое блюдо, лишь ощущая растекающейся по внутренностям жар от обилия перца в еде.

Смена блюд требовала дыхательной гимнастики. Второе он ел уже более спокойно, украдкой смахивая выступающие слёзы.

Попытка закусить второе пирожком подверглась провалу. Начинка пирожка тоже была из красного перца с добавкой какой-то капусты.

Ещё пять минут назад он думал, что встанет в очередь второй раз за добавкой, но сейчас понял, что больше не влезет.

Отдышавшись, он с грустью посмотрел на оставшийся пирожок и с опаской пригубил компот.

Напиток был кисленький и приятно остужал внутренний пожар. Это позволило доесть купленное, и с чувством победителя вернуться в свою комнату. Его ждал мозговой штурм на ближайшие шесть дней. Успеет ли он за это время усвоить хоть первую ступень инженерного минимума, было под вопросом, но он приложит к этому все силы.

***

Дни снова сузились до размера экрана планшета, но Никита всё равно выбрал время, чтоб посетить родную планету.

Дозвониться до родителей не получилось, телефоны не откликались. Тем не менее он сразу получил с десяток сообщений с предложением посетить управление государственной безопасности, но в данный момент не имел ни времени, ни желания. Единственное, что ему сейчас было актуально, это набрать гальки на побережье и прикупить консервы и какого-нибудь вина, поскольку дальнейшая служба могла не предоставить более такой возможности. Перемещаться на летящий на космических скоростях корабль порталом он рисковать не хотел, не исключал варианта быть размазанным из-за разных скоростей, поэтому это и было сейчас приоритетной задачей. А с чекистами он встретится как-нибудь в другой раз, когда у него будет более основательная база для торгов, не предлагать же им знания о том, как на надувном манекене собрать внутренний сендвич скафандра? Как минимум к этому знанию нужен и сам скафандр, а его пока нет.

***

Взятое на подготовку к аттестации время истекло, и Никита прибыл на минус пятый этаж. Тут его ждал большой зал с не менее, чем сотней капсул виртуальной реальности.

Женщина в белом халате с уставшим видом приказала ему раздеться и залезть в капсулу, подключила к нему некоторое количество датчиков, одела ему перчатки с аналогом блютуз подключения и захлопнула крышку. Одновременно с этим он получил укол в задницу, но его шипение и мат по этому поводу никто не смог бы оценить. Через минуту сознание поплыло, и он провалился в сон.

***

Ему снилось, как он проснулся и получил назначение на корабль, и, пока он поднимался на челноке на орбиту, его сознание уже не могло отличить, где явь, а где выстроенная виртуальная реальность.

***

— Так, ты у нас кто? — беря у него протянутую идентификационную карту, спросила встретившая его у челнока дежурный офицер.

— Моя фамилия Смолин, терра лейтенант. — ответил Никита.

Его карта оказалась в приёмнике планшета, и сосредоточенный взгляд быстро оценил данные с его идентификационной карты.

— Так… — тяжело вздохнула лейтенант. — У тебя первый годовой контракт. — сморщившись, проговорила она.

— Что-то не так? — участливо спросил он.

— Да, две недели назад нам уже присылали такого. Эта обезьяна в погонах нам тут такой ремонт устроила, что наш инженер до сих пор не знает, за что лучше хвататься, за голову или за сердце.

Взревевшая корабельная сирена оповестила об угрозе для жизни экипажа, и, оставив на этом знакомство, они подбежали к шкафчикам со скафандрами и быстро принялись облачаться в них.

— Ищи неисправности и чини! — на ходу получил он приказ от лейтенанта, и прозрачное стекло гермошлема отсекло от него лишние звуки.

Включив устройство внутренней связи, Никита подбежал к терминалу и, введя в него индивидуальный код, получил задание.

***

Этот аврал был какой-то бесконечный, и Никита уже не один раз подумал, что его отправили служить на самый раздолбанный корабль имперского флота. Ремонта тут было столько, что он просто хватался за голову. Ему приходилось вкалывать по двадцать часов в сутки, практически забывая про еду и сон, при этом фрегат участвовал в патрулировании внешнего кольца империи и часто ловил увесистые метеориты, гонялся за контрабандистами, которые умудрялись отстреливаться от них с потрясающей точностью.

Ему приходилось постоянно ремонтировать обшивку, калибровать орудия, перебирать и отстраивать, следить за системой жизнеобеспечения и отрабатывать прочие умения, пока он не столкнулся с такими проблемами, что главный инженер корабля похлопал его по плечу и сказал: «Дальше уже мы сами». А ещё сильно давила на нервы какая-то хрень, которая постоянно тыкала в задницу. Он уже и форму просмотрел, и скафандр перетряхнул, а она всё тычет и тычет, да так, что чуть не подпрыгиваешь.

***

Крышка капсулы поползла вверх, и Никита сфокусировал измученный взгляд на светящихся на потолке панелях. Сознание пыталось сообразить, где он, но тут в поле зрения появилось женское лицо, которое брызнуло ему в харю водой из ручного распылителя и затем промокнуло влагу бумажным полотенцем.

— Так лучше? — поинтересовалась медик.

Ответить он не успел, связь сознания с виртуальной реальностью до сих пор сказывалась, и Смолин откровенно заблудился.

— Вы в аттестационном центре. — подсказала ему она, сноровисто срывая с его тела приклеенные датчики.

Только после этой фразы в его сознании наступило прояснение, и он принял сидячее положение и отрицательно покачал головой, не веря в реальность происходящего.

— И что дальше? — поинтересовался он у девушки.

— Проходите в душевую кабину. Все остальные данные вам сообщат отдельно.

Вылезал он из капсулы, немного кряхтя. Тело не особо спешило слушаться, и до душевой кабинки он дошёл на полусогнутых ногах с элементами неких подпрыгиваний. Со стороны это должно было смотреться угарно, но ему самому было не особо смешно.

Скося взгляд на свою задницу, он увидел многочисленные следы уколов и задался вопросом, а сколько он проторчал в капсуле?

За прошедшее время он явно сбросил вес и нагулял аппетит, но и это было не главным. Он чувствовал себя вымотанным, и ему до жути хотелось спать.

Струи воды приятным потоком обволакивали тело. Голова была пуста, а веки наливались тяжестью.

Усилием воли Никита заставил себя покинуть душ, в зеркале которого отражался вид уставшего человека, с обросшим недельной щетиной лицом.

***

Получив на руки карту и наставление, он поднялся на лифте на минус второй этаж.

Здесь, за загородкой из дерева и стекла, находился информационный центр. Протянув в одно из окошек свою карточку, он приготовился ждать, наблюдая за мимикой оператора.

Оператор тоже была женщиной, которая не стеснялась делать удивлённый вид, бросая периодически взгляд с монитора на него.

Комментировать вслух его успехи она не стала, ну а он был вымучен до такой степени, что о том, чтоб «распустить хвост» перед симпатичной особью противоположного пола, даже не подумал.

Наконец принтер выплюнул распечатку, и оператор положила её перед ним.

— Ваше предписание и идентификационная карта. — мило проговорила она.

— Спасибо, а на словах можно?

— На словах вы через двое суток должны прибыть в космопорт на челнок. Там предстоит перелёт на корабль приписки, а пока можете отдохнуть, ну или оттянуться. — улыбнулась она. — В распечатке посмотрите время отправления и номер челнока.

— Так у меня должно время аренды комнаты закончиться.

— Не волнуйтесь, комната сохранена за вами до времени вашего отбытия.

— Прекрасно. Спасибо, что просветили. — постарался улыбнуться он.

— Я Тиления, и после шести я свободна. — неожиданно проговорила она.

— Заглядывайте на огонёк, у меня есть кое-что с родной планеты, думаю вам понравится.

— Заинтриговали, обязательно загляну. — ответила она, и Никита поковылял к лифту, чертыхаясь от того, что выглядит идиотом, но последствия уколов, мать их, делали его движения до жути комичными.

К лифту он подошёл не один, точно такой же каракатицей до него докатилась ещё одна дама в форме лейтенант-инженера.

Нажав кнопку вызова, она посмотрела на внешний вид Никиты и ловким движением вырвала у него из руки лист предписания.

— Э?! — возмутился не ожидающий этого землянин.

— Почему одеты не по форме? — прошипела она.

— Так не было возможности получить. Меня сразу привезли сюда. — начал оправдываться он и осёкся. Какого собственно хрена она на него шипит? Хотела доковылять до номера без свидетелей?

— Что за чушь тут написана? Я пять лет в училище шла до этой ступени, а тебя только призвали, и уже первая ступень инженера?

— Память у меня хорошая. С одного просмотра всё запоминаю. — пояснил он.

— Графики сонастройки двигателей с первого раза? Не верю!

— Ваше право. Будьте любезны. — Никита взглядом указал на свою бумагу.

— Подождёшь. — недовольно буркнула она и продолжила читать.

Двери лифта распахнулись, и она указала ему рукой, чтоб заходил первым, а когда он проковылял мимо, то ладонью хлопнула его по заднице в место уколов.

— Ё-о! — вскрикнул он.

— Это за то, что пялился на мою задницу. — проговорила лейтенант-инженер, возвращая бумагу. Ей нужно было на пятый этаж, и именно эту кнопку она и нажала.

В сути она была права, не пялиться на задницу забавно ковыляющей бабы было невозможно. И пусть сил у тебя только доползти до кровати, но глаза, один хрен, прилипают к… К точке притяжения.

***

Добравшись до номера, Смолин рухнул на кровать, и только тогда кинетикой забрался в свой пространственный склад в поисках амулетов. Кинетический щуп быстро нашёл всю их связку, из которой он и выбрал нужный.

Спустя пару минут в голове уже прояснилось, и он сообразил, что в вещах не было амулета переводчика. Пока он был в капсуле, кто-то прибрал его. Бежать и требовать вернуть было глупо, опись вещей никто не производил, так что доказать что-либо было уже невозможно. Единственно, что было хорошо, что имперский язык он вроде бы как уже усвоил, и острой нужды в наличии украшения на шее теперь не испытывал.

Потянувшись на мягкой кровати, он взглянул на часы. У него сегодня планировалась гостья, которая что-то интересное для себя в нём рассмотрела. В запасе у него оставалось три с половиной часа, так что можно было сходить в столовую и успеть нормально подготовиться.

***

Тиления проводила его до космодрома, но перед этим у них было почти два дня совместной жизни. На большой объём внимания она не претендовала, так, знакомство, чтоб скрасить серые будни. К женщине, которая большую часть времени проводит на службе ниже уровня земли, жизнь не так чтоб была благосклонна. Она была лет на восемь старше его, и удачно выйти замуж ей было проблемно, тем не менее, природа требовала своего, и она рискнула.

Проведя ночь вместе, на следующий день они в основном гуляли. Тиления провела его по магазинам, они сходили в бассейн, пообедали в ресторане и уединились снова уже у неё в квартире. А ещё она помогла подключить его планшет к имперской информационной сети, ну и гражданскую одежду он приобрёл, мало ли.

Без подарков он её не оставил, что было для неё приятным сюрпризом, а у него появилось много реперных точек на случай появления возможности или необходимости портального перехода.

Челнок улетал вечером, и лазерный периметр защиты космодрома было отчётливо видно. Многие километры тонких нитей уходили вдаль, чтоб где-то там замкнуть периметр. Горизонтальные полосы нижних десяти метров завершались уходящими в небо перекрещенными лучами. Это было очень красиво и как-то величественно.

Время внимательно просмотреть своё предписание у него было, и служить ему предстояло на номерном фрегате. Своего имени кораблик не имел, таких в империи сотни, но разве в этом суть. Годовой контракт позволял стать ему гражданином, что откроет для него массу возможностей, по крайней мере в плане приобретения оружия, дроидов и продвинутой техники. Будет ли он скидывать образцы всё тем же чекистам? Конечно, будет. Какой бы свиньёй не проявил себя Остапов, но Родина — это Родина, и помочь ей стать сильней священная обязанность. На шею себе он никого сажать не собирается, а вот делать подарки для изучения он вполне может. К этому же относятся и записанные им артефакты памяти, в них много полезного, так что обижаться на него не должны. Впрочем, если хотят, то пусть обижаются, но только и подарков тогда будет гораздо меньше.

В качестве рейсовых кораблей империя использовала те же транспорты, добавляя в сцепку пассажирские модули. Технология их сборки позволяла в любом порту добавлять нужные секции, удлиняя транспортные корабли, как железнодорожные составы Земли.

Место в каюте для него было забронировано, а впереди его ожидал двухнедельный перелёт к внешнему кольцу империи. Итого месяц со дня подписания контракта будет позади. Как отреагирует на это начальство, да хрен его знает. По дороге ведь он тоже будет коротать время за учёбой, и плевать ему на аномальную скорость усвоения. Конечно, могут быть недовольные из числа тех, кто рассчитывал получить место, но к нему какие претензии? Куда послали, там и служит, хотя, есть идиоты, которым любые аргументы безразличны.

***

Прибыв на борт транспортного корабля, Никита опять получил вопрос, почему он в гражданке, но это была просто ерунда по сравнению с тем, что каюта у него неодиночная, а рассчитана на двух человек. И всё вроде бы ничего, но ему предстояло коротать время в компании женщины офицера. Сперва она была в чине первого майора, но даму его соседство не устроило, и к нему подселили барышню в звании второго лейтенанта.

Несмотря на то, что девушка была ниже его по росту, характер у неё был жёсткий.

Заселившись в каюту, Смолин ожидал, когда вся суета с расселением утрясётся.

Когда открылись двери, и дежурный офицер запустила в них молодую девушку, Никита невольно улыбнулся, и тут началось.

— Смирно!..

Звания в имперской армии несколько отличались от земных. Офицерские чины начинались с первого лейтенанта. В земном табеле это младший лейтенант, и все выпускники училищ выходили в свет именно первыми лейтенантами. Следующим чином шёл второй лейтенант, или просто лейтенат. Это уже было две звезды на погонах. Третий лейтенант равнялся уже старлею в земном понимании, но дальше всё было несколько иначе. Звания капитана уже не было, эту нишу занимал первый майор — одна средняя звезда на погонах. Вторая средняя звезда вдоль — уже второй майор или просто майор. Зри звезды в ряд — третий майор, по-земному подполковник. За майорами шли гранд-майоры в размере тоже трёх штук. На их погонах звёзды были уже большие, но тоже располагались вдоль. За гранд-майорами уже шли капитаны, и вот тут звёзды становились восьмигранными. Капитаны — они были командирами кораблей, но не всех, а начиная со среднего класса, а это эсминцы и фрегаты. Патрульные корветы и транспортные корабли могли находиться в подчинении гранд-майора второй или третьей ступени соответственно. Капитанов тоже было три ступени, первый капитан мог претендовать на командование не только эсминцами и фрегатами, но и малыми крейсерами, кораблями чуть более мощными, чем фрегаты, и рассчитанными на более большой срок автономного пребывания вне баз обеспечения. Капитан второй ступени или второй капитан уже проходил аттестацию на управление тяжёлым крейсером, ну а третий капитан управлялся с линкором.

Адмиралом флота был кто-то из императорской родни, поэтому потолок карьеры во флоте — это капитан третьей ступени. Проблема только в том, что линкоров в империи всего по одному на каждый из флотов, а их всего лишь восемь.

Глава 11

Вытянувшись в струну, Никита разглядывал откуда-то появившуюся в космосе паутинку, покрывающую верхний угол противоположной стены.

— Почему это чучело не в форме? — задала прибывшая вопрос дежурному офицеру.

— Его сразу доставили в центр аттестации, а форму там не выдают.

— Бардак! Вы сможете загрузить его нарядами так, чтоб я его не видела?

— А основания? — удивлённо спросила дежурный офицер.

— Неуважение к старшим по званию.

— Он вам что, кого-то напоминает? — удивлённо спросила дежурная.

Лейтенант скривила лицо, но не ответила.

— Разрешите озвучить просьбу. — проговорил Смолин.

— Говори. — в один голос ответили дамы и переглянулись.

— Если я так мешаю, то мог бы расположиться в нежилых помещениях. Я хотел посвятить время перелёта учёбе. — опуская абсурд претензий к нему соседки, проговорил он.

— Вам есть, что ему предложить? — поинтересовалась соседка у дежурной.

— Шутите? Может у вас, на корабле приписки, такое и в норме, а я отвечать за подобный бардак погонами не хочу. Впрочем, я знаю, как решить этот вопрос.

— Кто он по званию? — поинтересовалась качающая права лейтенант.

— Рядовой, но с аттестацией первой ступени инженера корабля.

— Рядовой, это хорошо. — зловеще улыбнулась соседка.

Когда дежурный офицер вернулась, Смолин отжимался от пола на счёт раз-два-три. В качестве утяжеления на его плечах сидела второй лейтенант, неспешно поправляя пилочкой свои ноготки. Вернулась дежурный лейтенант не одна, а в сопровождении старшего офицера корабля, гранд-майора второй ступени.

— Отставить! — рыкнула гранд-майор, и они на пару вытянулись в струнку.

Гранд-майор настолько пристально посмотрела в глаза соседке, что та покраснела.

— Вы решили устроить себе развлекательную программу? — хриплым голосом поинтересовалась она.

— Никак нет, терра гранд! — отчеканила второй лейтенант.

— Тогда успокойтесь, и чтоб всё было тихо. В противном случае я могу воспользоваться и своим правом власти, и уже тогда вы будете приползать в каюту спать, а всё остальное время драить наружную обшивку корабля. Мы договорились?

— Так точно, терра гранд!

— А теперь ты. — гранд-майор посмотрела на Никиту. — Как получилось, что вместо учебки ты сразу попал на аттестацию?

— Мне продали знания, и весь перелёт до Дории я учился. Потом мне предложили сразу пройти аттестацию, и я подумал, что будет хорошо, если я сразу попаду на службу как специалист. А дальше распределение, и вот я тут.

— Бардак… Что хоть купил?

— Базовый курс техника, расширенный курс техника, и все инженерные ступени.

— Ты поняла, у нас, оказывается, теперь знания техника дробятся. — проговорила гранд-майор своей подчинённой. — На каком корабле ты летел? — она снова обратилась к Смолину.

— На малом транспорте.

— А с какой планеты?

— Я не знаю, под каким названием она значится в имперских базах. — ответил Никита.

— Торрия, терра гранд. — подсказала дежурный офицер.

— Торрия? Не знала, что оттуда поступают к нам рекруты.

— Я первый, терра гранд. — осмелился проговорить Никита.

— Похвально. Кстати, сколько с тебя содрали?

— За обучающие курсы? — уточнил Никита.

— Да, за них.

— Я отдал двенадцать алмазов.

Недоумение явно отразилось на лицах всех дам.

— Что? У меня хорошая память, и знания для меня дороже, чем небольшой трофей. — немного понтуясь, проговорил Смолин.

— Ты взял алмазы в бою?

— Да, они мелкие и у нас не особо ценятся.

— О как! — не удержалась от комментария гранд-майор.

— И какие были размеры?

— С ноготь мизинца и чуть меньше.

— Это мелкие? — уточнила старший офицер.

— Так точно!

— А какие не мелкие?

— Дорогими считаются камни, из которых можно получить шар диаметром пятнадцать миллиметров.

— А почему именно шар?

— Лучшая форма для магических амулетов. Все точки поверхности на одинаковом расстоянии от центра, и всё такое. — ответил землянин.

— Магические амулеты… — Вермия, ты ничего не слышала про магические амулеты с Торрии.

— Нет. — ответила дежурный офицер

— Так, для начала вольно, и давайте присядем. — проговорила гранд, и три пары глаз внимательно уставились на единственного мужчину в этой каюте.

— Вы хотите что-то услышать про амулеты?

— Да! — В один голос ответили дамы.

— Амулеты у нас вещь очень дорогая, и проще всего их взять в бою.

— У тебя есть? — тут же поинтересовалась гранд.

— Был амулет — переводчик, но его украли при аттестации. А так бывают амулеты здоровья, они из зелёных камней, маскирующие амулеты — красные, переводчик — голубой, останавливающие время из полосатых камней, синие, позволяют двигаться быстрей за счёт увеличения внутреннего времени, амулеты для дозорных делают из серых камней…

— А купить реально? — поинтересовалась второй лейтенант.

— Посмотрите в сети. У нас заготавливают растения и мелкую живность в магической аномалии, и это всё поступает на Дорию в деревянных ящиках с амулетами на стазис.

— Охренеть… — тихо выругалась гранд. — Вермия, зайди в планетарную сеть. — распорядилась она, и лейтенант уставилась в свой планшет. Тем же занялась и второй лейтенант.

— Есть! — крикнула дежурный офицер. — Нашла!

— Аукционная цена от полутора миллионов. — прочитала с экрана второй лейтенант.

— Исцеляющие от пяти. — добавила информации дежурный офицер.

— Да, не с моими четырьмя сотнями оклада на такие вещи губу раскатывать. — проговорила второй лейтенант — соседка

— У меня тысяча двести, а толку? — проговорила в ответ гранд-майор. — Если только что-то продать этому парню за мелкие алмазы. — усмехнувшись, проговорила она. — Пяти — шести штук может и хватить.

— Где бы их ещё взять в таком количестве. — остудил женские аппетиты Никита.

— А сколько есть? — поинтересовалась гранд.

— Три. — на всякий случай проговорил он.

— Я подумаю, что тебе предложить. — проговорила гранд.

Кивнув в ответ, Никита невольно бросил взгляд на заплетённый паутиной угол.

С минуту в каюте висела тишина, пока дежурная не спохватилась.

— Я, пожалуй, пойду, служба.

— Да, засиделись мы что-то. — поддержала её старший офицер корабля. — Пойдём мы думать.

Кивнув в ответ, Никита проводил взглядом закрывающуюся дверь каюты и сделал глубокий выдох.

— Предложат натурой, возьмёшь? — с ухмылкой поинтересовалась соседка.

— Шутите или намекаете, что отказ будет приравнен к неуважению к старшему по званию? — с серьёзным лицом пошутил Смолин.

— Не, я серьёзно. — проговорила девушка.

— Если серьёзно, то цена должна быть адекватной. Если отрабатывать алмазы натурой, то тут шибко дымно будет. — ответил он. — В общем, не хочу время терять.

— В городе оттянулся?

Никита не стал отвечать, и соседка тут же внутренне вскипела, но, видимо вспомнила беседу с гранд-майором и сумела победить свой гнев.

— Я отойду. — из вежливости проговорил он.

— Хорошо, если это будет дольше чем на пару минут. — ответила ему лейтенант.

***

Выйдя в коридор, Никита пошёл в сторону туалетной комнаты. Другого места, чтоб забраться в своё хранилище без свидетелей, у него не было, а подготовить алмазы и достать шарики обсидиана ему было необходимо.

Особо ему спешить было некуда, и, примостившись поудобнее в единственном доступном месте, он решил провести эксперимент. Раньше с камнями он работал поштучно, а сейчас решил попробовать сразу со жменей.

Сколько голышиков ему удалось зачерпнуть, он не считал, просто сосредоточился на образе и начал отсчет. Конечный результат его рассмешил, в ладони появился только один алмаз, остальные камни так и остались галькой.

Надолго задерживаться в туалете было несолидно, поэтому пришлось возвращаться в каюту.

Постучав в дверь, он дождался дозволения войти, а потом достал купленные на Дории наушники и уткнулся в свой планшет, выбирая следующую тему изучения.

Соседка тоже что-то смотрела в своем планшете, поэтому Никита очень надеялся, что пару часов на заполнение памяти амулета у него будет.

***

Вышедшие из строя блоки электроники на кораблях ремонтировали специализированные ремонтные комплексы. Задача инженера с допуском на работу с комплексом сводилась к тому, чтоб изъять из корпуса то, что раньше считалось деталями и платами, и грамотно установить на площадку тестирования. Комплекс быстро выдавал рекомендации по годности, а после всех тестов, сверившись с данными бортовой вычислительной системы, выдавал перечень плат, которые он мог распечатать из того, что имеется годного в наличии. Сам же инженер обязан был разбираться в типах и видах всех имеющихся микросхем и прочих комплектующих, чтоб подавать на тестирование детали не в разнобой, а по группам. Это сильно экономило время, хотя и особого труда не составляло. Все микросхемы дополнительно маркировались точками цветной краски, что облегчало эту задачу.

Два часа пролетели незаметно, и Никита решил сразу «поглотить» эфирный отпечаток изученного. Только, воспользовавшись артефактом, он получил просто видеодорожку образов с шуршанием, бормотанием и прочими звуками, издаваемыми соседкой. Наушники не позволили артефакту полноценно запечатлеть всё необходимое, и он предпочёл стереть с артефакта записанное.

Несколько минут он размышлял, как быть. Шляться по кораблю ему никто не позволит, это он понял из слов дежурного офицера. Соседка — стерва и явно не пойдёт на то, чтоб слушать инженерные обучалки, оставался вариант, вставить шарик артефакта в мягкий кожух-корзину наушников и ещё раз просмотреть то же самое, надеясь, что теперь удастся записать аудио. В сознании эфирные отпечатки сами объединятся в полноценный информационный отпечаток, и всё будет гуд, по крайней мере теоретически.

***

Схема оказалась рабочей, правда, требовала двойного количества артефактов, но это были мелочи.

***

В конце первой недели полёта его пригласили в каюту капитана корабля.

Жилой модуль членов экипажа отличался от пассажирских, и каюта гранд-майора занимала двойной объём жилого пространства. Никита предполагал, что у неё и персональный санитарный блок, но вертеть головой и разглядывать обстановку посчитал неуместным.

— Проходи, присаживайся. — всё тем же хрипловатым голосом проговорила она, указывая рукой на диван.

Кивнув, Никита примостился на краешек, но не разваливаясь как барин, а с уважением к старшему офицеру корабля.

— Помня наш прежний разговор, я тут подсуетилась, но выбор из того, что есть в наличии, не особо большой. Впрочем, ты знания ценишь, раз за пустяшный набор выложил столько камней, но я так наглеть с ценой себе позволить не могу. Некрасиво это для офицера моего уровня. Поэтому я приобрела для тебя полноценный переносной вычислитель и забила его под завязку инженерными базами. Насколько я поняла, у тебя ведь были только корабельные?

— Да.

— Вот! А тебе готова предоставить вообще всё, что есть, из обучающих курсов, а это и наземная техника, и штурмовая, и истребительная авиация, ну и электронные системы во всей своей красе. Возьмёшь, или я зря потратилась?

— Возьму и даже торговаться не буду. — ответил Никита, замечая, с каким облегчением восприняла его ответ гранд-майор. Явно для чего-то ей была нужна эта сделка, но плакаться перед ним и унижаться она не стала, а поработала, собрав информацию, которая, возможно, требует определённых допусков, и предложила готовый продукт.

Выудив из кармана заранее подготовленные камни, он выложил их на стол.

— Спасибо. Забирай, это твоё. — проговорила она, похлопав по коробке с ноутбуком.

— Спасибо. — поблагодарил и он её.

— Если что, обращайся. Чем смогу, поддержу. — проговорила она.

— Разрешите идти?

— Иди, учись.

Кивнув в ответ, Никита выскользнул из каюты и неспешно побрёл по длинному коридору. Десять минут прогулки сейчас были нелишними, слишком много времени в перелёте приходилось сидеть на попе ровно, оставаясь в пределах своей каюты.

Светить своё приобретение перед соседкой желания не было, что-то ему подсказывало, что узнай она о подробностях сделки, так стуканёт в какой-нибудь СМЕРШ чисто из вредности и будет получать удовлетворение, пока кто-то будет иметь его мозги.

Снова заглянув в туалет, он отправил вычислитель в своё хранилище, восполнил в кармане джинсов количество алмазов и достал новый запас шариков обсидиана.

***

— Что-то ты так быстро вернулся? Я думала, что гранд-майор тебя у себя подольше задержит. — ехидно заметила соседка.

— Как отпустили, так и вернулся.

— А что звала?

— Предлагала варианты обмена.

— И что?

— Ничего, алмазы так и остались при мне.

— Покажи!

— Да что на них смотреть…

— Я настаиваю. — добавив стали в голос, проговорила второй лейтенант.

— Дались вам они… — проворчал Никита.

— Просто никогда не видела алмазы в необработанном виде. Вдруг когда-нибудь попадутся? Так хоть мимо не пройду.

— Тогда, пожалуйста.

Именно для этого он и подготавливал новые камни, но взгляд на них второго лейтенанта ему очень не понравился. Так смотрят именно на то, что твоё, но по какой-то причине находится не у тебя.

«Что она может предпринять? Обвинить, что он её обокрал? Вполне. Только явно это будет представлено не здесь, а там, во внешнем кольце. Если у неё хорошие знакомые или родственники в Сб, то сможет ли он им что-то доказать? Однозначно, нет. Сделать, чтоб она исчезла, он может, но выбрасывать порталом в космос человека только на основании подозрений… Нужно было что-то придумать.»

***

Четырьмя днями позже соседка переоделась в форму и приготовила свою ручную кладь. Было понятно, что вскоре ей сходить, и Никита пятой точкой почувствовал приближение проблем.

Дверь открылась без стука, и в каюту зашла гранд-майор в сопровождении дежурного офицера и толпы мужчин в чёрной форме.

— Так, оба со всеми вещами на выход. — проговорила старший офицер корабля.

Подняв кровать, Никита выдернул из-под неё рюкзак, взял в подмышку планшет и последовал на выход. Их привели в столовую, где были длинные столы, и один из мужчин зачитал с планшета.

— Службой безопасности шестой эскадры пятого флота получено заявление от второго лейтенанта штурмовой авиации террой Лигис, в котором она утверждает, что во время перелёта была обворована соседом по каюте.

Никита был готов к подобной ситуации, ноудивления скрыть не смог. Его брови невольно полезли вверх, а потом он искренне улыбнулся.

— По предоставленным заявителем сведениям, она ездила вступать в права наследства и с собой везла три крупных белых алмаза с размерами по граням центрального пояса около восьми миллиметров каждый. Пропажа была обнаружена четыре дня назад, в тот же день было составлено заявление и отправлено с ближайшей точки ретранслятора. — закончил зачитывать заявление следователь.

— Так она с первого дня знала, что он везёт с собой алмазы, и он этого не скрывал. — проговорила гранд-майор.

— Что я, дура всем рассказывать, что у меня с собой в сумке? — встрепенулась лейтенант.

— У вас правда есть с собой алмазы? — спросил следователь.

— Правда.

— А как это всё задекларировано?

— Никак. — ответил Никита. — А у второго лейтенанта? — не удержался он от вопроса.

— Второй лейтенант — офицер флота, а вы человек с совершенно дикой планеты.

— И что? Меня можно оболгать и прибрать к рукам моё имущество?

— А вы можете доказать, что оно ваше? У второго лейтенанта есть родственники, которые могут подтвердить то, что перепало ей по наследству.

— Гениально! — не удержался от комментария Никита. — Вы хотите произвести досмотр?

— Совершенно верно. — ответил следователь.

— Вы не против, если я буду фиксировать происходящее на видео? — поинтересовался Смолин.

— Ваше право.

— Терра гранд, могу я попросить об этой услуге кого-нибудь из офицеров корабля?

— Да. Лейтенант! — обратилась она к стоящей рядом женщине.

Кивнув головой, женщина взяла свой планшет.

— Съёмка началась. — проговорила она.

— Прошу выложить на стол абсолютно все личные вещи. — попросил следователь.

На столе появились идентификационная карта, планшет, наушники, четыре чёрных шарика из обсидиана. Затем Никита вывернул карманы и перешёл к содержимому рюкзака.

Армейский нож, котелок, бутылка воды, три майки в упаковке, трое трусов в упаковке, четыре пары носок в упаковке, пакет с грязным бельём, несессер со средствами гигиены, куртка с капюшоном и кожаный мешочек с алмазами.

— Алмазы в этом мешочке. — проговорил Никита, и аккуратно высыпал их на стол. Их было пять. Два розовых, два голубых и светло-жёлтый. Все алмазы были размером с перепелиное яйцо. — Это всё. — проговорил он. — Надеюсь, после показанного никто не скажет, что я и их украл?

— Он их спрятал! — тут же заявила второй лейтенант.

— Каюта, туалет и столовая уже досматриваются. — проговорил следователь. — А это что за шарики? — спросил он у Никиты.

— Возьмите в руку и узнаете.

Следователь не удержался и взял шарик.

Короткий магический импульс, и эфирное тело мужчины впитало информацию с шарика.

— Лекция по типу микросхем? — с удивлением спросил он.

— Верно. Эти шарики могут записывать двухчасовые лекции и помогать их усвоить.

— Магический артефакт! — возбуждённо проговорила гранд.

— Верно, терра гранд. Именно так я и учусь. Просмотрел, впитал, отчистил камень.

— Вы маг? — не удержалась она от вопроса.

— Немного. — ответил Никита, понимая, что немного ошибся с ответами, но другого способа объяснить, как он выучил огромную массу материала с помощью четырёх камней, у него не было.

— Я настаиваю на применении детектора лжи! — проговорила гранд-майор, и все посмотрели на второго лейтенанта.

— Раз он маг, то может он превратил мои камни вот в эти! — пилот ткнула пальцем в алмазы Никиты.

— А может всё проще? — спросил Никита. — Я даю согласие на прохождение опроса с детектором лжи.

Сделав определённые пометки в своём планшете, следователь попросил его снять обувь, носки и раздеться до нижнего белья. После появился сканер, которым Никиту просветили со всех сторон, от горла до ануса, осмотрели полость рта, и только после этого появился детектор лжи.

***

— Начнём с контрольных вопросов. Отвечать только «да» или «нет». Вы мужчина?

— Да.

— Ваша кожа белая?

— Да.

— У вас две руки?

— Да.

— У вас три ноги?

— Нет.

— У вас грудь женская?

— Нет. — усмехнулся Никита.

— У вас на руках десять пальцев?

— Да.

— Вы служили в армии?

— Да.

— Ваша армия враг империи?

— Нет.

— Вы на разведывательной миссии?

— Нет.

— Вы маг?

— Да.

— Ваша магия связана со стихией воздух?

— Нет.

— Ваша магия связана с огнём?

— Нет.

— Ваша магия связана с камнем?

— А какое отношение это имеет к фантазиям лейтенанта?

— Отвечайте на вопросы. Ваша магия связана с камнем?

— Да.

Вы можете преобразовывать камень?

— Да.

— Вы можете превратить людей в камень?

— Нет.

— Что вы можете делать с камнем?

— Превращать любой камень в другой камень.

— Вы можете убить всех присутствующих в этом зале?

— Теоретически, наверное, да, практически — нет, но это не имеет отношения к клевете на меня.

— Вы воровали алмазы у второго лейтенанта?

— Нет. Алмазы я делаю сам, и воровать их мне нет необходимости.

— Она оболгала вас?

— Да.

— Он изменил украденные у меня камни! — выкрикнула второй пилот?

— В жопу иди. — ответил Никита.

— У вас были названные террой Лигис камни?

— Камней терры Лигис у меня не было.

— Я просил отвечать да нет.

— Я ответил, она лжёт.

— У вас были названные террой Лигис камни?

— Я не видел у неё камней.

— Вы спрятали разыскиваемые камни?

— А какие камни вы ищете? У меня на руках только эти. И вообще, какого хрена я должен оправдываться? Посадите эту **@ду на моё место и спросите её, какого хрена она решила ограбить попутчика таким интересным образом! — прокричал Смолин, и в столовой повисла тишина.

— Майор, — нарушила тишину-гранд.

— Да? — откликнулся следователь.

— Я выдвигаю в адрес второго лейтенанта Лигис обвинение в клевете. — твёрдо проговорила старший офицер корабля.

— Присоединяюсь к обвинению. — проговорила дежурный офицер.

— Вы хотите поддержать негражданина империи? — снисходительно поинтересовался майор.

— Я хочу поддержать справедливость! — ответила гранд.

Глава 12

— Что там? — поинтересовался майор у коллеги, следящим за показаниями прибора.

— Он не врёт. — явно нервничая, ответил оператор детектора лжи, вызвав у Никиты улыбку. Ещё бы он под видеозаписью сказал что-то другое…

— Терра Лигис, ваша очередь.

— Я отказываюсь давать показания без присутствия моего адвоката. — проговорила второй пилот.

— Ваше право. — ответил майор.

— И что дальше? — поинтересовалась гранд-майор.

— Следствие не закончено, и они отправятся вместе с нами. — пояснил майор СБ.

— Терра гранд. — Никита привлёк внимание старшего офицера.

— Да?

— Вот эти камни я дарю вам и офицерам вашего корабля.

— Исключено. — проговорил майор.

— Это ещё почему? — встала на дыбы гранд.

— Это улики.

— Какие в задницу улики, майор? В заявлении фигурировали алмазы белого цвета и гораздо меньшего размера. Белого, майор… Белый — это цвет молока. Тут их нет, а есть только вещи пассажира корабля, которые он вправе дарить, кому захочет! А ещё я могу настоять на дополнительном служебном расследовании и не удивлюсь, если оно покажет какую-нибудь связь между вами и вторым лейтенантом Лигис, которой я ещё выставлю счёт за срыв графика движения корабля, поскольку что-то мне тут подсказывает, что она очень не права в этой ситуации!

— У меня ещё есть носки и нижнее бельё. Хотите подарю? — глядя в глаза майору, проговорил Никита.

Майор поджал губы, бросил взгляд на дежурного офицера с планшетом, потом перевёл его на толпящихся в дверях офицеров корабля и ответил.

— Вы совершенно правы, только в моей практике такой случай впервые. Обычно задержанный доставляется для проведения следствия со всеми вещами.

— Наши заявления и видеозапись вот этого концерта будут дожидаться вас в штабе флота. Там и поведаете, первый это у вас случай или последний!

Взглянув на второго лейтенанта, Никита невольно улыбнулся. Девушка старалась держать лицо, но было видно, что она ощущает себя виноватой. Кем ей приходился майор, было непонятно, но она однозначно втравила его в историю.

Пока присутствующие мерились взглядами, Никита взял рюкзак и начал скидывать в него свои вещи. Что делать дальше, он пока не знал, но дальше пребывать в Империи ему не хотелось. Маленькая победа, что он одержал, не перекрывала разочарования от общей ситуации. Да, он вбил клин между офицерами корабля и эсбешниками, и камни им не достались, но и на планах успешно отслужить и устроиться в империи можно было ставить крест. Спокойно жить ему точно не дадут и не факт, что вообще с ним станут торговаться. Сейчас его враги уверены, что за ними сила, а он ценный и неучтённый ресурс, который может сделать тех, кто захватил его, очень богатыми.

— Я готов! — проговорил он, стараясь выглядеть спокойным, хотя и предполагал, что попади он на корабль эсбешников, то ему там может прилететь и весьма больно.

— Пойдёмте. — коротко бросил майор и, грубо схватив за руку Лигис, потащил её к стыковочному шлюзу.

— Мне больно! — взвизгнула второй лейтенант.

— Извините, я случайно. — зло ответил ей мужчина.

— Мои вещи!.. — снова подала она голос.

— Их захватят.

***

Пройдя шлюзование, Никита оказался на корабле службы безопасности. По планировке коридора было понятно, что это корвет, да и логика подсказывала, что более большой корабль им и не нужен.

Если судить по решёткам вместо стандартных дверей, то под камеры для задержанных тут было переоборудовано две каюты.

Никита смотрел на них и ожидал удара спину, просчитывая варианты своих дальнейших действий.

— Ты что меня так схватил?! — выкатила майору претензию лейтенант. — Синяк теперь на руке будет.

— Потерпишь. — огрызнулся майор, а дальше кто-то воткнул Никите в шею контакты электрошокера, и его скрючило от боли.

— Это тебе за то, что разбрасываешься нашими камушками. — зловеще прошептал на ухо мужской голос.

Когда его бросили на пол в камере, он ещё не пришёл в себя от разряда.

Пару минут он приходил в себя и восстанавливал дыхание, а потом подошёл к закрытой решётке. Его рюкзака в камере не было, а со стороны рубки доносилось обсуждение, что делать дальше.

Замерев, Смолин прислушался к разговору. Было практически ничего не слышно, но, создав кинетическую мембрану, он наконец смог услышать, о чём речь. Оттенки голосов не передавались, но общая суть была слышна.

-… корабль, конечно, придётся вернуть, но с таким активом как маг, умеющий преобразовывать камни, мы легко всё уладим.

— Нам его камнями не прилетит?

— Нет. Будем держать его на корабле, а камни он будет преобразовывать за еду. Камни будем передавать ему дроидом, он же будет носить еду. Доли останутся прежними. Возражения?

— А откажется?

— Можем пообещать, что отпустим года через три, но он сам виноват. Карьеру порушил, в неприятности втянул, пусть теперь компенсирует.

— Так, что делаем? Отключаем маяк и уходим?

— Да. Нам нужно сейчас затаиться, и я знаю, кто нам поможет.

По корабельным нормативам автоматическая расстыковка кораблей занимает пять минут времени. Если судить по внутренним часам, то нужно выдержать ещё минут пять, чтоб транспорт начал движение, и можно будет начать приступать к действиям.

Растянувшись на кровати, Никита раскинул свою кинетическую сеть, определяя количество людей на корабле, но вскоре понял, что за пределами рубки никого нет.

Зафиксировав живых силой, он телепортировался в конец коридора и, заглянув в рубку, посмотрел на недоумённые лица членов экипажа корабля.

— Вы молодцы. — проговорил он. — Всё учли, всё просчитали, но забыли то, что вас могут банально взять на абордаж.

Портальное окно открылось в дверном проёме, и кинетическая сила выкинула находящихся в рубке в ледяную пустоту космоса.

— Спасибо за корабль, терры. — закончил Никита свою мысль и осмотрел показания мониторов. Огни транспортного корабля уже таяли в просторах безбрежного океана пространства.

***

Проверив, отключен ли маяк, Никита втиснулся в самый большой из найденных скафандров и через шлюз вышел на обшивку корабля.

Корвет не сказать, чтоб огромная посудина, всего восемьдесят метров в длину, но затолкать его в специально созданную пространственную складку задача не из простых.

Справившись с ней, Смолин немного поплавал в безмерной пустоте и порталом перешёл в свою квартиру, вывалившись на этот раз в зале.

***

Несмотря на инфракрасный обогрев стекла гермошлема, видимость в квартире была херовой. Капли воды размывали детали, но Никите как-то было не до спешки. Он лежал на полу, поглядывая на двух конторских мужиков, держащих его на прицеле, и они явно были в растерянности. Скафандр не позволял застегнуть на неожиданном госте наручники, верёвки явно не было, да и уверенность в том, кого именно сюда занесло, отсутствовала.

Немного полежав, Никита принял сидячее положение и, ослабив стягивающие горловину крепления, стянул с головы надоевший шлем.

— Здорово, мужики! — поздоровался он с чекистами.

— Здоровей видали. — буркнул в ответ, видимо, старший группы. — Ты тут не дёргайся, если не хочешь схлопотать пулю. Снимай давай костюмчик, а то заждались уже тебя.

— Могли бы не утруждаться. — усмехнулся Никита.

— Могли бы — не утруждались. Ты нашего человека похитил? Теперь не жалуйся.

— Хотите составить ему компанию? — поинтересовался Смолин.

Хлёсткий выстрел прозвучал неожиданно, а отрикошетившая от пола пуля ударила в стену и батарею.

— Следующая… — проговорил чекист, но дальше сказать возможности не имел, поскольку незримая сила выдернула пистолеты из рук, и они с напарником остались безоружными.

— Поранитесь ещё, а на меня скажете, что это я вас. — Разбирая кинетикой пистолеты, проговорил Смолин, с трудом сдерживаясь, чтоб не переломать служивым руки или ноги. Просвистевшая рядом пуля не сильно способствовала душевному равновесию, и Никита сам не понимал, как удаётся сдержаться в такой ситуации.

— Ты …это., стволы-то верни… — проговорил оперативник и прыжком бросился, чтоб заломать космонавта. Второй оперативник последовал его примеру, так что столкнулись они громко и через несколько секунд уже лежали, придавленные к полу.

— Это вы зря. Я тут с подарками вернулся, а вы хулиганите!

— Так приказ, задержать и доставить.

— А подумать приказа не было?

Оперативники промолчали.

— Звоните начальству, торговаться будем.

— Оружие верни.

— Обойдётесь.

— Как знаешь. Потом только не жалуйся.

— Мне вот интересно, у вас дурость — это профессиональная деформация, или вас таких специально выращивают? — поинтересовался Никита.

— Алло! Виталий Дмитрич, это Сомов. Смолин объявился.

— …

— Не получится, он нас разоружил и хочет торговаться.

— …

— Не знаю, лежим придавленные, скорее всего заложники.

Кинетическая сила вырвала смартфон из рук оперативника.

— Это Смолин. — проговорил Никита в смартфон.

— О как! Ты что это, друг ситцевый, себе позволяешь? — раздалось в трубке.

— Так… А более умные люди в конторе есть? Номер мне скажите, кому перезвонить? — проговорил он.

— Ты торговаться хотел? Давай, вываливай свои условия… — раздалось в трубке.

— Ещё один дебил. — проговорил Никита, сбрасывая вызов. — Я им звездолёт притаранил, а они захват заложников шьют.

— Какой звездолёт? — поинтересовался оперативник.

— Имперский. — Тихо проговорил Смолин и принялся снимать с себя скафандр.

— Так это меняет дело! — радостно провозгласил лежащий на полу чекист.

— Это бы меняло дело, если бы вы, дебилы, палить не стали, а узнали, какие подарки я принёс. А так сосите то, что вы там обычно сосёте, а мне пора, нервы знаете ли не казённые.

Портал перенёс его на Торрию, и он устало опустился на землю. На душе было горько, но прогибаться под идиотов ему не хотелось. Нет, умные люди в КГБ тоже должны были быть, только они должны быть загружены по самые ноздри, а тупо ожидать его появления в квартире поставят обязательно соответствующих задаче людей, тупых, но исполнительных. Такие люди есть везде, только ему от этого не легче. Сейчас они там начнут свои жопы выгораживать и положат начальству на стол фантастический эпос, а ему потом доказывай, что он не верблюд.

Сплюнув, Никита убрал в хранилище скафандр и переоделся. Нужно было бы смотаться в Штаты, продать там камушек, чтоб пополнить запас еды и денег, да и пожрать охота еды простой, но горячей и домашней. Где-то у него ещё оставалось семьдесят пять баксов, так что в Хьюстон он отправлялся не совсем пустой.

***

Этот пригород был ему уже знаком. Тут было раннее утро, но на тропинках уже мелькали любитель физкультуры.

Выйдя на дорогу к мосту, Никита поймал такси и, попросив водителя-мулата довезти его до ломбарда, уставился в окно на просыпающийся утренний город.

Ехали они подозрительно долго, пока не оказались по адресу Бульвар Эллы, 3411.

Водитель попросил пятьдесят баксов, ну а поскольку Никите было пофигу, он заплатил ему без лишних разговоров.

Ломбард открывался в девять, а на часах было половина восьмого. Пришлось ждать, неспешно гуляя по окрестностям.

***

Наконец время приблизилось к девяти, и Смолин подошёл к открывающимся дверям.

Для вида походив между стеклянных витрин, оповещающих, что в них продаются товары со скидкой в 50%, он подошёл к прилавку с наблюдающей за ним женщиной-продавцом и молча положил перед ней ромбик розового алмаза.

— Могу я увидеть ваши документы, сэр? — поинтересовалась она.

Показав ей пластиковую карту империи Дорф, Никита проговорил.

— Других нет.

— А?

— Империя Дорф, военный флот. — пошутил он.

— О, мой Бог! — воскликнула воскликнула дама.

— Эй! Я пришёл с миром! Просто хочется есть, а денег всего двадцать баксов.

Взяв смартфон, взволнованный продавец выбрала нужный контакт и нажала вызов.

— Дэйв, будь добр, выйди в зал. — проговорила она и, взяв увеличительное стекло, принялась рассматривать камень.

Дэйв оказался низкорослым евреем возрастом в районе лет пятидесяти.

— Мэри?

— Вот, мужчина принёс прекрасный розовый алмаз, но он не гражданин США.

— Дорогая, розовые алмазы вообще не имеют гражданства. Дозволь.

Мужчина извлек из кармана вставляющееся в глаз оптическое приспособление и пару минут рассматривал камень.

— Двадцать пять тысяч наличными и никаких вопросов. — наконец озвучил он предложение.

Кивнув, Никита одобрил сделку, и Дэвид с энтузиазмом вернулся в свой кабинет, из которого вышел с пакетом наличных. Пачки были исключительно из купюр по двадцать долларов и из скруток, перетянутых резинкой. Никита никогда не понимал, нахрена пиндосы скручивают купюры, но сейчас ему всё было до лампочки.

Пересчитав для вида пачки денег и кивнув, он взял в руки пакет.

— Камень ваш, господа. Благодарю за сотрудничество.

— Будут ещё, приходите. — проговорил Дэвид.

Ради понта Никита достал из кармана штанов крупный голубой камень и, игнорируя хватающегося за сердце еврея, покинул магазин.

Серия телепортаций, и он в Новом Орлеане. Теперь можно было насладиться вкусной едой в ближайшем заведении, а потом пройтись по магазинам.

***

Снова ночное побережье океана и россыпь далёких звёзд. В чувственном мире по-прежнему царила печаль от одолевающей его бури из противоречий.

Никита смотрел на звёздное небо и пытался понять, что он хочет от жизни. На родине у него как-то всё через зад, и тут будет не лучше. Без документов в современном мире можно жить только в какой-нибудь дыре в виде знойного Афганистана или Пакистана, да и то там ловить нечего. Выжженная солнцем земля и много камней его не привлекали. С одной стороны инстинкт требовал завести дом, жениться, народить детей, а с другой полная загадок бесконечность. Как ни хотелось себе признаваться, но он не тот человек, который мог временно устроиться работать на почту наклейщиком марок в двадцать лет и уйти на пенсию с этой же работы в шестьдесят. Чем больше он путешествовал, тем трудней ему было смиряться с ограничениями. Душа требовала воли, а тут её нет. Если вспоминать беседу с Остаповым, то он ему прямо сказал, либо ты шагаешь, как мы прикажем тебе, либо результат тебе не понравится. Абсурд… Почему кучка людей присвоила себе такие права, и если ты хочешь жить иначе, то сразу получишь ярлык предателя или какой-то похожий? Почему они ставят человека в такое положение, что если ты хочешь жить своей жизнью, то ты должен либо бежать, либо убивать? Честно говоря, когда оперативник выстрелил рядом с ним в пол, первая реакция была именно такой. Очень хотелось кинетикой проломить его дурную башку, и лишь усилием воли он смог сместить акцент и просто отнять оружие. А ведь не сдержись он, и ещё пару трупов пришлось бы выкидывать на орбиту. Оставалась надежда, что в следующий раз, если он будет, его встретят более вменяемые люди.

***

Пока мысли будоражили сознание, бинокль выискивал пригодные для жизни человека миры.

***

Уютный поселок на берегу большого озера впитывал предзакатные лучи солнца черепичными крышами аккуратных домов. Белёные стены напротив отражали эти лучи стёклами многочисленных окон. Дорожки внутри усадеб были аккуратно выложены обожжённым кирпичом, а с берега озера уходил в воду длинный деревянный причал.

Вдоль всей поверхности причала были привязаны вёсельные лодки, часть которых ещё плавала по глади озера.

Плавающие в них мужчины и женщины явно наслаждались чудесным вечером, возможно храня молчание, а возможно и беседуя на какие-нибудь приятные темы.

«Миленько». — оценил увиденное Никита и порталом перешёл на противоположный берег озера.

Снова поднеся к глазам бинокль, он более внимательно осмотрел людей в лодках, заодно окинув взглядом окрестные берега.

Метрах в восьмистах от него в кустах пряталась группа замотанных в чёрное мужчин, тоже пристально изучающая противоположный берег в подзорные трубы.

Убрав свой бинокль, Смолин достал из хранилища амулеты: дозорный, скорость, маскировка, ночное видение, переводчик. Хотелось, конечно, искупаться, но тут намечалась какая-то движуха, и было до жути любопытно понаблюдать за предстоящим действием.

Одев на шею маскировку и дозорный, Никита начал наблюдать за окрестностями.

***

Сумерки приближались быстро, а на противоположном берегу начиналась какая-то подготовка к празднику.

Одна за другой к пляжу подъезжали гружёные хворостом подводы. Молодые мужчины занялись укладыванием дров в костровища, а как стемнело, на берегу стали появляться девушки с зажжёнными фонарями. Вскоре вспыхнул костёр, и вокруг него тонкой змейкой поплыла лента хоровода.

Бросив взгляд на людей в чёрном, Никита увидел, что они уже не прячутся, а прохаживаются вдоль кромки воды.

«Девок, что-ли, воровать собрались?» — подумал Никита и решил осмотреть близлежащий лес.

Кинетический щит позволил ему пролететь, не оставляя следов, и где-то в километре от озера он обнаружил три десятка скучающих коней под охраной молодого паренька в чёрном. Часовой тренировался во владении саблей, периодически явно увлекаясь воображаемой им битвой, отчего выкрикивал пафосные фразы, а потом озирался, не видел ли кто такого ребячества с его стороны.

Вернувшись к озеру, Никита не стал опускаться на землю, а затаился в ветвях дерева. С высоты праздник на том берегу было видно лучше. Танцы, хороводы, песнопения. Мероприятие длилось привычно по времени, а потом участницы праздника погрузились в лодки по два человека со своими фонарями и поплыли к середине озера. Одновременно с этим мужики в чёрном оживились, и Никита увидел, как взводят арбалеты, на конце которых закреплена катушка со шнуром.

« Нужно было охранника у коней допросить, и сразу было бы ясно, договорные игры это или похищение».- запоздало подумал он.

Тем временем лодки образовали в центре озера большой круг, и полилась красивая песня. Лодки медленно плыли по кругу, и стоящие девушки качали в руках зажжённые фонари, сотворяя ими синхронные действия. Выглядело это всё завораживающе, но вот в танец ночи ворвался звук спущенной стрелы, и люди в чёрном начали подтягивать загарпуненную лодку к берегу.

То ли так было задумано, то ли ещё что, но на озере панику никто не поднимал, пока последняя спущенная стрела не пролетела выше борта лодки, и тогда пение нарушил крик боли. Тянувшие за веревки лодки начали уже не медленно подтягивать их, а работать активно, а с озера раздались женские крики, призывающие на помощь.

На противоположном берегу, видимо, что-то услышали, и в домах начали зажигать огни, появились люди с фонарями, оружием и конями, но они явно не знали, куда спешить, как добраться и вообще, что делать.

Тем временем паника на самом озере поднялась серьёзная. Те, кто работал веслом, заработали с полной отдачей, правда, силы были явно неравны.

— Да добейте эту, чтоб не орала! — зло прозвучала команда, только допустить этого Никита уже не мог.

Кинетические удары повырубали похитителей, но не все воспользовались этой ситуацией. Лодка с раненой никуда не двигалась. Вторая девушка в ней просто впала в ступор и не шевелилась. А стоны раненой тем временем становились всё слабее.

Плюнув на маскировку, Никита достал из хранилища исцеляющий амулет и полетел к лодке.

Его появление вызвало всплеск активности у впавшей в ступор девушки, и, схватив весло, она стойко начала отбивать раненую подругу. Снова выручила кинетика. Точечный удар в сонную артерию, и девушка с веслом оседает на дно лодки.

Быстро вложить в окровавленные руки амулет и переломить кинетикой древко арбалетной стрелы, чтоб вытащить её наконечник со стороны спины. Дальше расчет только на магию, но что делать, ведь в лодки на том берегу уже погрузились мужчины и усиленно налегают на вёсла.

«Похоже, с амулетом придётся расстаться». — пришла мысль, и, переведя взгляд на девушку, Никита понял, что она пристально смотрит на него.

— Выздоравливай. — высказал он пожелание и, шагнув на кинетический щит, растворился в темноте.

Глава 13

Спустившись на берег, Никита кинетикой оттолкал лодку практически до встречи с лодками мужчин. Тем временем послышались стоны приходящих в себя похитителей.

Вырубив их снова, Никита выудил из склада монтажные пластиковые стяжки и упаковал татей. Осталось навестить одного, юного героя, охраняющего коней.

***

Маскировочный амулет позволил с удобного места наблюдать за тем, как местные грузят в лодки связанных грабителей. Не пропустили они и лошадей, уведя табун в обход озера в посёлок. Теперь можно было спокойно искупаться, чтобы смыть с души чувство вины из-за своего сверхгуманизма. Проведи он допрос сразу, не пробила бы арбалетная стрела грудь девушки. А теперь перед глазами стоит её изучающий взгляд. Что она там успела рассмотреть, он понятия не имел. Как работает маскирующий амулет, он не знал, но чтоб его запомнили, он не хотел.

Наблюдая за праздником длительное время, Никита понял ещё такой факт, что ему очень приятны живущие тут люди. Женщины у них красивые, мужчины тоже быстро организовались, похватав в домах сабли и пики, а вот огнестрельного оружия здесь он не увидел.

Всё взвесив, он решил ещё понаблюдать за посёлком. Мало ли, кто-то ещё появится вызволять своих пленных, а поселение тут на вид мирное, нет крепостных стен да и окна домов не бойницы.

Внутренне приняв решение, он действительно искупался в озере, а потом уже завалился спать, всё-таки, сегодняшний день был слишком длинным.

***

Мать Деэлрии с замиранием чувственного мира стояла на берегу. Где-то там в ночной тьме озёрной глади должна была быть её девочка. Стук её сердца отдавал в виски, соседки поспешно уводили по домам своих дочерей, мужчины налегали на вёсла, чтоб поспеть наказать тех, кто предпринял попытку не только нарушить священный обряд праздника Еэлррига, но и похитить дочерей Анриев.

То, что девушек хотели похитить, было понятно сразу, стоило только увидеть воткнутые в борта лодок толстые стрелы, снаряжённые крепким шёлковым шнуром. Девы говорят, что именно крик Деэлрии поднял тревогу, но лодки с ней и её подругой Леэлррией до сих пор не было.

Время тянулось долго, но вот отсвет свечи в фонаре проявил приближающуюся лодку, и женщина поспешила к причалу.

Лодка приблизилась, но в ней был виден только один силуэт, и этот силуэт принадлежал Леэлррии.

Чувственный мир матери снова замер, и она не сразу среагировала на брошенную ей верёвку.

— Тётя Еэлния, ловите! — крикнула ей Леэлррия, и женщина встрепенулась.

— Лэлри, а где моя дочь? — спросила она, называя девушку коротким именем.

— Здесь она, тётя Еэлни. Ранили её. Только вы не пугайтесь, птица Оурун не дала ей умереть.

— Птица Оурун, защитница душ?

— Да.

— Мама, не тревожься, я жива. — подала голос лежащая на дне лодки Деэлрия. — Сейчас ещё чуть-чуть полежу и смогу встать.

— Как же ты встанешь, если ранена?

— Птица Оурун подарила мне свою слезу, так что, не суетись.

— Слеза священной птицы?! — удивилась женщина. — Какая она?

— Зелёная слеза, застывшая камнем и обтянутая полосками кожи, чтоб хранить на шее под одеждой. — пояснила девушка.

— А ещё вот. — проговорила уже Леэлррия и положила перерезанный кинетической гильотиной арбалетный болт на доски причала.

— Мамочки!.. — увидев измазанный кровью наконечник и толстое древко, проговорила впечатлённая женщина, но всё же опомнилась. — Его нужно сохранить. Во-первых, покажем егерям, во-вторых, это и слеза птицы теперь будут гордостью нашей семьи.

***

Проснулся Никита с рассветом. Спать ещё хотелось, но лесная жизнь движется своим чередом, и птичкам было всё равно, выспался он или нет.

Продрав глаза, он уже иначе взглянул на мир. Вчера он думал задержаться тут для защиты посёлка, а сегодня понял, что тати прибыли издалека, и хватятся их нескоро. Толку терять время в ожидании, если их вообще могут не спохватиться? Рациональнее всего посмотреть в округе города покрупней и попасть туда. Среди большой массы людей проще услышать что-то интересное. А для этого нужно попасть на рынок.

Переодевшись в схожую для местных одежду, Никита воспользовался порталом и биноклем и через несколько минут уже выбрал точку портального перехода. Оставалось только снять растяжки с осветительными ракетами и можно уходить из этого места. Как резервный безопасный выход при портальном переходе оно может ещё и сгодится, так что можно сказать, что он с ним не прощается.

***

Крупный город с большим рынком находился в километрах ста пятидесяти от посёлка. Город стоял на реке, и рынок располагался за его пределами. Обилие лодочных причалов говорило о том, что тут торгуют люди из разных мест.

Влившись в толпу, Никита неспешно ходил по рынку, просматривая товары и узнавая цены.

Платили тут кубами, маленькими кубиками со стороной в пять миллиметров, изготовленными из меди и серебра. Возможно, что кубы были и золотые, но тут не тот уровень товаров, чтоб люди рассчитывались золотом. Носили их как правило в похожих на спичечные коробки деревянных пеналах, которые соответственно вставлялись в кожаные подсумки, подвешенные к поясу, очень похожие на подсумки для обойм пистолета в родном мире Никиты.

Определившись со средствами платежа, он ненадолго покинул рынок и, неплохо устроившись на берегу реки, принялся преобразовывать любимые гвозди.

Процесс преобразования был отработан, а вот кинетическая ковка и нарезание в размер потребовало освоения. Как бы там ни было, но через пару часов никто уже не мог назвать его бессребреником.

Дальше гулять было уже интереснее, по крайней мере в плане покупок.

***

Постепенно обрастая обновками, он практически перестал привлекать к себе внимание, разве только молодухи за прилавками бросали на него заинтересованные взгляды, всё-таки, парень он рослый, и вообще.

Овощей и фруктов в продаже не было. То ли пока не сезон, то ли у всех всё свое, хотя зерно, крупу и муку в продаже он видел. В основном торг предлагал ремесленные товары, и Никита сделал пару кругов вокруг предложенных к продаже сундуков. Желание иметь стазисный ларь он имел давно, но парень, в одного тащащий куда-то подальше от города такую большую покупку, явно вызвал бы лишние вопросы, по крайней мере в светлое время суток.

Вволю накружившись на торге, он направился к городу, который начинался минутах в десяти ходьбы строительными площадками, и Никита залип, смотря, как мастера тешут и обстругивают брёвна, как каменщики выводят кирпичом цоколь дома, как разгружают привезённый откуда-то красный кирпич.

Поплутав между стройками порядка часа, Никита подумал, что без подъёмного крана и бетономешалки возведение приличного дома как минимум тяжёлый труд. Сам он стройкой никогда не занимался, если, конечно, не считать пару тренировок по строительству блиндажей из древесных палок с помощью сапёрной лопатки (шутка).

Как бы там ни было, а не имея гражданской специальности он будет сильно выбиваться среди местных. И что делать? Поискать варианты армейской службы? Вариант тоже провальный. Местные клинками орудуют с младых ногтей, а он только ножом мог что-то продемонстрировать, и не факт, что лучше, чем аборигены. Видел он у торга, детвора лет двенадцати-тринадцати на деревянных саблях друг с другом развлекалась. Он оценил, и он так не умеет. Начать брать уроки — вызвать подозрение. Палить кинетический дар? А примет ли его такого общество? Какие-то выводы делать было рано, не хватало информации, но как-то решать этот вопрос всё равно придётся. А пока ходить среди людей и слушать, слушать и слушать.

Если сравнивать с другими местами, где он ранее был, то этот город был относительно аккуратным и чистым. Посреди улиц ни куры, ни другая живность не шлялись, а для пешеходов присутствовали деревянные дорожки, набранные из расколотых вдоль тонких лесин. Видимо, на это дело выделяли вершинник, и каждый хозяин дома следил за состоянием тротуара вдоль ограды своей усадьбы. А вот проезжая часть уже ничем не отличалась от обычной сельской дороги. Местами, конечно, проступали и битые кирпичи, и собранные с огородов камни, но грязи и луж тоже хватало.

Неожиданно после взгляда на очередную груду втоптанных в грязь камней в нём проснулась память эльфа-артефактора. Эта братия, постоянно набивая цену на свои услуги, здорово умела маскировать магические умения за ремесленной работой. На людях, то есть, на эльфах… В общем, при свидетелях они активно изображали ручную работу по изготовлению и полировке шариков, ну а тут можно было заняться изготовлением женских украшений из камня, благо, что женщины во всех мирах остаются женщинами и очень любят себя украшать.

Какие для этого были нужны инструменты, он знал и сложности в изготовлении их не видел. Так что можно было походить поискать варианты приобретения жилья, ну а там уже видно будет, как жизнь сложится.

Миновав три-четыре новых квартала, Никита вышел в более старый город. Определилось это тем, что деревянные тротуары изменились на выложенные красным кирпичом. То, что это дорого, он даже не сомневался, но метров через сорок увидел большой дом с табличкой «Торг».

К местной специфике названий ещё предстояло привыкнуть, но если судить по тому, что в этот дом входили и выходили люди, то словом торг здесь обозначались любые торговые площадки.

Зайдя в торговый зал, Никита подождал, пока адаптируются глаза к тусклому освещению помещения, и осмотрелся.

Правая сторона зала была завешана боевой сталью. Клинки всевозможной длины красовались, аккуратно развешенные настенах. Центр был отдан текстилю явно мануфактурного производства, поскольку ткани на стеллаже за прилавком лежали рулонами.

Левая часть зала была отдана под посуду. Керамика, фарфор, чугунное литьё соседствовали рядом, и это было неплохо. По крайней мере от хорошего набора сковород он бы не отказался, хотя в хранилище есть и отечественные.

Ноги сами понесли его в сторону оружия. Длинные клинки для него были дремучим лесом, но ножи местного производства иметь лишним не будет, хотя бы метательные и хозяйственные.

***

Покинув торговую лавку, он свернул в проулок и, дождавшись удобного момента, телепортировался на берег реки, в место, где ранее занимался изготовлением местных денег. Кошелёк его основательно похудел и нуждался в пополнении.

***

Ещё пара часов работы, и карман снова полон серебра. День уже перевалил за середину, и желудок настойчиво требовал горячей пищи.

Сковородки благополучно были спрятаны в хранилище, а вот опробовать метательные ножи в деле было бы нелишним.

Метать ножи их, конечно, учили, но тогда он не владел кинетикой, а сейчас ему хотелось почувствовать дар именно в этом вопросе, тем более у него уже сменилась ступень, поэтому пока позволяла дорога он смог неплохо прочувствовать каково это, управлять с помощью Силы клинком.

Ответ на этот вопрос был однозначный: в пределах двухсот метров он мог засадить нож в совсем молодое деревце, чуть толще черенка лопаты.

Естественно, он все это мог сделать и без ножей, но маскировка пока лишней не будет, так что будет он отныне мастером по метанию.

Снова влившись в торговые ряды, он с печалью окинул взглядом так понравившиеся ему большие сундуки, но покупать их было явно рано.

***

Снова путь в город, а на месте, где на палках рубились мальчишки, уже взбивают пыль копытами коней более старшие парни. Рубка лозы с коня, отбитие атаки пикой и переброска клинка из руки в руку, прям казаки этак в веке пятнадцатом, странно только, что огнестрельного оружия тут не используют.

За упражнениями старших с интересом наблюдали разновозрастные мальчишки, собравшиеся группками. К паре мальцов лет восьми он и подошёл.

— Парни, как у вас в городе гостевой дом найти, знаете?

— Знаем. Это вам нужно пройти к трём кварталам, что в позапрошлом году отстроились, а там повернуть в сторону купчинного дома…

— Тр-р-р. — как коня осадил он рассказчика. — Проводить сможете?

— Да мы ж при деле, науку ратную запоминаем. — посетовал мальчишка.

— По два куба медью на брата, идёт?

— Пять на двоих! — тут же начал торговаться мальчишка.

— Хорошо. — усмехнулся Никита.

— Айдати тогда. — проговорил юный проводник, и они шустро поспешили впереди него, да так, что и ему пришлось поспешать.

Сам бы он навряд ли нашёл это заведение, поскольку идти пришлось минут пятнадцать. Но вот его подвели к воротам, и, получив расчёт, детвора бегом поспешила по своим воинским делам.

Гостевой дом оказался впечатляющих для местного строительства размеров. Он уже имел отстроенную часть в форме буквы «Г», а сейчас бригада мужчин пристраивала ещё одно массивное крыло. Плотники уже набирали черепицей крышу на каркасе, а группа молодых людей ручным прессом изготавливала соломенные блоки, которые явно предназначались на заполнение стен.

Уже подходя к двери, Смолин чуть не захлебнулся слюной от одуряющего аромата пищи.

« Это я удачно зашёл». — промелькнула в сознании мысль.

***

Заказав поесть, Никита примостился за столом и невольно прислушался к разговорам окружающих его людей.

-… Я ему говорю, что стёкла мутноваты, а он руками разводит и говорит, что свои запасы линз у него закончились, а новые шлифовать нечем. Чем уж он их шлифует, не знаю, но пару лет назад подзорные трубы у него были ещё ого-го, а сейчас одно расстройство.

— С чего расстройство? У других производителей качество ещё хуже, так что это мы с тобой прогадали. Нужно было тогда брать, а не ждать, когда свои ремесленники разберутся, как что делать, и сделают дешевле.

— Прошу прощения, — не утерпел Никита. — Вы же про подзорные трубы говорите?

— Верно. — отозвался сосед по столу.

— Я давно хотел себе трубу прикупить, не подскажете, где этот мастер живёт, о котором вы сейчас говорили?

— В Кеэлгир. — ответил один из мужчин.

— В столице. — одновременно проговорил второй. — Рур его фамилия.

— Спасибо.

— Если хочешь, я тебе его трубу продам. У меня есть лишняя. — тут же подсуетился мужчина.

— А дорого? — спросил Никита.

— Брал за семьдесят кубов серебром, но хотелось бы и заработать.

— Восемьдесят? — спросил Никита.

— Девяносто.

— Семьдесят восемь?

***

Торговались они недолго и сошлись на восьмидесяти одном серебряном кубе. Мужчина убежал в свою комнату за подзорной трубой, а Никита принялся подготавливать серебро к оплате.

***

Заперевшись в снятой комнате, Никита с предыханием осмотрел купленный оптический прибор. Сплав меди с серебром на небольшом корпусе, гравировка со звёздами на небосводе, ну и сборка с винтами и резьбовыми соединениями. Изделие в мире земли больше походило по размеру на детскую игрушку, но тут оно явно превосходило уровнем общий ремесленный уровень, что он уже видел. Захотелось оказаться в столице и поговорить с мастером. Что-то ему подсказывало, что в нём он найдёт родственную душу. Вот только где она, эта столица?

Линзы трубы и впрямь были мутноваты, мастер явно испытывал трудности с полирующими материалами, но именно этой проблемы у землянина и не было.

Будучи один в комнате, он свободно достал из хранилища алмаз, кинетикой перетёр его в пыль и, подхватив той же кинетикой немножечко получившейся пыли в считанные секунды отполировал линзы до идеального состояния.

Обратную установку линз он производил тоже кинетикой.

***

Собрав подзорную трубу, Никита распахнул окно и испытал оптический прибор. Кратность была в районе десяти-двенадцати, но этому обществу больше и не нужно, да и ожидать от такого небольшого изделия чего-то большего было глупо.

Приняв горизонтальное положение, а сытная еда очень этому способствовала, он задумался, смогут ли они, чисто гипотетически, с мастером Руром быть друг другу полезными? Если он инопланетянин, то скорее всего да. Смолину была нужна информация и легенда, откуда у него деньги, Руру,скорее всего, алмазная пыль. В принципе, Никита мог делать и линзы из горного хрусталя, ведь именно из него получается необходимый для производства оптического стекла песок, вот только насколько хватит его терпения клепать эти линзы? Впрочем, вечно скакать по мирозданию он тоже не будет, инстинкты требуют найти любимую женщину и создать семью, так что, нужно приобретать и усидчивость, вливаться в общество, тем более, что тут вроде как народ живёт вполне вольно.

Кинуться бы сейчас искать карту, но он же даже название страны не знает… Печаль. Хотя…

Снова достав бинокль и воспользовавшись порталом, Смолин начал осматривать округу и соизмерять размеры городов. Часа полтора поисков, и он нашёл то, что могло претендовать на звание столицы окрестных земель. Этот город находился практически у истока этой реки.

Телепортироваться бы туда, но только в кармане практически пусто, а значит придётся подзадержаться.

***

На рассвете третьего дня он появился на одной из улочек столицы.

За эти дни он значительно изменил свой внешний вид, и теперь у него на поясе висела не только батарея метательных ножей в широком подсумке, но и подсумок под пару пеналов под деньги, медь и серебро, на сто шестьдесят кубиков каждый. Практически все люди среднего достатка ходили именно с двумя пеналами, и только купцы могли позволить себе не только иметь на поясе восемь пеналов, но и длина этих пеналов была в два раза больше.

Холщовая ветровка, кожаный вещмешок, свободная рубаха и штаны. В качестве обуви пришлось приобретать мокасины, всё-таки лето, хотя сапоги на осень он тоже приобрёл.

Столица была явно городом не из дешёвых. Все дома аккуратные, но не штукатуренные, а облицованные кирпичом, мостовая и тротуары тоже кирпич, и даже канавы для стока дождевой воды и те выложены кирпичём. Никита смотрел на это и не верил глазам, но, видимо, тут умели делать керамику на века, раз такое покрытие использовано повсеместно.

Планировку столицы он выучил с высоты птичьего полёта, поэтому шёл по улице со знанием дела, продвигаясь к центру города. Гулять ему предстояло около часа, но что поделать, если продуктовые рынки начинают работать первыми, а лавки открываются несколько позже.

Он ходил по торговым рядам и спрашивал у продавцов-мужчин, как ему найти мастера Рура. Кто-то о нём не слышал, кто-то точно не знал, где он обитает, но сказали, где искать лавку (торг) с его продукцией, только почему-то лавка была всё время в разных частях города, и это как-то настораживало.

Мучаясь в сомнениях, он решил спросить о мастере у патруля городовых, и всё стало на свои места.

— Мастер Рур привозит свои изделия в Кеэлгир раз в месяц, и продаются они в двух торговых лавках недалеко от королевского замка. Делает он свои трубы в небольшом количестве, поэтому купить их редкая удача. Я пару месяцев караулил эту возможность, пока не понял, что проще купить у менее именитых мастеров. — А живёт он близ гор, там есть посёлок стеклодувов Шеэлм, это по дороге из северных ворот, пара дней пути. Только учти, у него заказов много, и навряд ли в ближайший год ты сможешь у него что-то купить, там серьёзные люди ждут, готовые платить двойную цену за работу. Мой тебе совет, покупай себе глядельную трубу у менее именитых производителей.

***

Информация была получена, оставалось найти посёлок Шеэлм.

Глава 14

Два дня пути это около восьмидесяти километров, и если это посёлок стеклодувов, то рядом должен быть песчаный карьер, а ещё стекло варят при высоких температурах, а это древесный уголь, значит много дорог с подвозом нужных для работы материалов.

Предварительные намётки были обозначены, но сразу уходить из столицы Смолин не стал. Его интересовал королевский замок, по крайней мере, вид, так сказать, снизу.

Между городом и королевским замком был прорыт широкий канал, метров тридцать, с опускающимся мостом. Через этот мост и осуществлялась очевидная связь с городом. То, что тут присутствует ещё масса подземных ходов, Смолин даже не сомневался.

Подходя к мосту, Никита с удивлением увидел массу женщин, торгующих букетиками цветов, а перед каналом стояли прилично одетые парни, повязывающие на купленные букеты разноцветные ленты.

Никите стало любопытно, что тут намечается, и он подошёл к одной из женщин и спросил:

— Извините, я в столице впервые. Тут что-то намечается?

— Да. Скоро на стену на прогулку выйдет принцесса со своими фрейлинами. По старинной традиции они остановятся между зубцами, и молодые мужчины могут бросить свой букетик цветов понравившейся девушке. Если девушка его поймает, то стража пропустит счастливчика на свидание.

— Но свидание ни к чему не обязывает?

— Нет, конечно, впрочем, говорят, что лет сто назад одна из фрейлин всё же не устояла перед очарованием кавалера и вышла за него замуж. Купите букетик и испытайте судьбу!

— Забавно, но у меня нет ленты. Не от рубашки же её отрывать?

— Неужели вы не найдёте, чем обвязать букет?

— Купите букет у меня, и я дам вам ленту впридачу. — проговорила соседка, и консультирующая Никиту женщина посмотрела на неё с укором.

Ситуация была щекотливой, и Никита решил её просто. Он купил оба букета и скрепил их лентой в единый.

Испытать удачу было интересно, он ведь знал, что легко добросит букет, но подойдя к ожидающим появления дам парням увидел ещё двоих соискателей с лентой такого же цвета. И, если у одного из них одежда соответствовала этому цвету, то второй был просто крупным парнем.

Возможно, второй был подстраховкой наряженного, и в обоих случаях приз достанется нарядному, возможно нет, но ты умудрись докажи, что всё нечестно.

Скрипнув зубами, Никита снова отправился к женщинам.

— Извините, а тут есть где-нибудь поблизости туалет?

— Зайдите в этот двор, и за один серебряный куб вам помогут с этой проблемой. — подсказала торговка.

Решительным шагом он подошёл к ограде дома и постучал в калитку. Дверь открыли тут же, и перед ним стояла женщина в переднике служанки. Объяснившись с ней парой слов, он оплатил услугу и нырнул в типичный деревенский сортир.

Неромантично, но чтоб открыть хранилище и вытащить из него немного купленных в империи коробочек с дамскими украшениями — вполне нормально. Посмотреть, выбрать, остальное пока отложить на непредвиденный случай.

Вернувшись во двор, он забрал обратно букет из рук служанки и вставил под ленту пустую коробочку из-под серёжек, оставляя сами серьги у себя в ладони.

Успел он, можно сказать, под занавес события. Действительно красивые девичьи лица улыбались кавалерам, а парни куртуазно метали в них цветами. В водах канала уже плавала масса букетов, а фразы разочарования бурлили в воздухе.

Пробежав по лицам, Никита выбрал самую симпатичную на его вкус и, встав напротив, отсалютовал ей букетом, пальцем показав на коробочку под лентой.

Изящный бросок, и большой букет мягко приземляется в руки красотки. Шанс на свидание у него есть, а вот что он будет рассказывать девушке? Правду про путешествия между мирами? А почему нет? Второго такого парня тут нет, а тонуть в потоках лжи как-то неинтересно.

Отбросив сомнения, он отправился к мосту, но кто-то решил, что не по Сеньке шапка, и крепкий парень, захватив его за ногу, махом перебросил Никиту в канал.

Если бы не кинетика, то он бы ухнул в воду, а так, под ахи наблюдавших за ним дам он зацепился ногтями за кирпичную кладку стены канала и медленно полез наверх.

— Давай руку! — сверху с парапета перевесились два парня, которые проявили порядочность и протянули ему руку помощи. Воспользовавшись оной, Никита снова спрыгнул на мостовую и молчаливым кивком поблагодарил оказавших ему помощь. Сверху уже аплодировали дамы, а гвардейцы стражи древками пик гнали нарядного с моста.

Благородный поступок пары мужчин, оказавших Никите помощь, не остался незамеченным, и их тоже пригласили в королевский замок. Принцесса, или кто-то там более мудрый, решили проявить себя с возвышенной стороны, ведь об этом дне ещё десятки лет будут рассказывать свидетели этих событий, а горожане всё пересказывать. А вот нарядному, которого под зад пиками прогнали по мосту, такая слава явно выйдет боком, и на какие шаги он пойдёт, чтоб хотя бы в своих глазах не быть униженным, ещё тот вопрос.

Подойдя к воротам замка, тройка счастливчиков получила салют от гвардейцев охраны и остановилась для получения инструкций от одетого в строгий мундир мужчины с седыми висками.

— Молодые люди, настойчиво рекомендую не предпринимать каких-нибудь действий, которые со стороны бы казались актом агрессии. Унижать вас недоверием и лишать вас личного оружия никто не будет, но за вами будут наблюдать, так что ведите себя пристойно. Время свидания ограничено сигналом колокола. После него вы должны вернуться к воротам замка.

Все трое парней синхронно кивнули, и после этого перед ними распахнули калитку для входа.

Шагах в двадцати у ворот стояли три девушки, но букет был только у одной. Ситуация была некрасивой, и Никита сказал «Стоп!».

Его неожиданные товарищи остановились и посмотрели на него.

Засунув руки в карманы, он достал каждому по подарку-коробочке. Это хоть как-то сгладит ситуацию.

— Благодарю. — оценив его жест, по очереди проговорили парни, и уже ничего не мешало приблизиться к придворным дамам.

Обменявшись поклонами и реверансами, молодые люди разбились на пары, и каждая пара отправилась по своей дорожке в парк.

Стоило им отойти шагов на двадцать, Никита остановился и протянул девушке украшения.

— Это вам.

— Спасибо. А я уж, честно, подумала, что надо мной пошутили. Хотя, промахнись вы, и такая красота сейчас бы плавала в защитном канале.

— Не подумал о таком варианте. Я вообще просто мыслил вас заинтриговать.

— У вас получилось. А откуда такая красота?

— Тогда предлагаю познакомиться по-человечески, — проговорил он, — а там дойдём и до красоты.

— Давайте попробуем. Я баронета Еэлния Ророш, фрейлина её величества принцессы Зортилии. Соответственно я дочь барона Ророш, одного из стражей восточных земель.

— Я Смолин Никита, и я путешественник.

— Правда?

— Да, но не простой. Я путешествую между мирами вроде как в поисках нового дома.

Девушка остановилась и пристально посмотрела на гостя.

— Правда. Я действительно родился на другой планете под светом совсем другой звезды. В вашем королевстве я всего четыре дня и не знаю ни обычаев, ни географии, ничего.

— И как там, под светом других звёзд? — поинтересовалась девушка.

— По разному. Я был на четырёх разных планетах… — мягко перейдя к своим приключениям, Никита полностью завладел вниманием девушки. Парк был какой-то нескончаемый, и минут через пятнадцать прогулки Еэлния уже взяла его под локоть, и они шли, шли и шли.

Отпустив тормоза, Никита рассказывал практически всё, что с ним произошло, ведь раньше не с кем было этим поделиться. Поведав благодарной слушательнице о своём умении ходить между мирами, и то, что у него есть собственная кладовка, в которой спрятано много всякого интересного, Никита практически раскрылся перед незнакомой девушкой, но без этого в рассказе увы, но было не обойтись.

Колокол прозвучал неожиданно, нарушая своим звуком некую романтическую идиллию.

— Мне пора. — на секунду натянув улыбку, проговорил он.

— И я вас больше не увижу? — с сожалением спросила баронета.

— Хотите, завтра я снова брошу вам букет, и мы снова встретимся.

— Честно? Да, хочу. Вы интересный собеседник, и я столько узнала необычного, что голова кругом.

— Тогда готовьтесь к сюрпризам.

— А если я не поймаю букет?

— Значит я буду приходить ещё и ещё, пока звёзды на небе не сойдутся таким образом, когда мой букет снова окажется в ваших в ваших руках.

От этих слов баронета покраснела и быстро спрятала своё лицо в цветы. Размер букета вполне это позволял. Ей было приятно это слышать, хотя это могли быть просто слова вежливости, но где-то внутри себя ей хотелось верить, что этот молодой мужчина прошёл сквозь миры только ради встречи с ней. Он был ей интересен, но воспитание не позволяло отдаваться случайному порыву, да и решать её судьбу предстояло, увы, не ей. Захочет король, чтоб его дочь была счастлива…

Спохватившись, девушка встряхнула головой, сбрасывая наваждение. Несколько глубоких вдохов и выдохов, но ничего не помогает, она по-прежнему держится за локоть этого молодого мужчины и тает только от одного его присутствия.

Простившись, Никита поцеловал пальцы баронеты и с сожалением перешагнул нижний воротный брус у калитки. Гвардейцы снова отсалютовали ему, а в конце моста его ждали новые друзья-товарищи.

— Вы решили дождаться меня? — на ходу поинтересовался Никита.

— Да. Кое-кто сегодня помог двум отпрыскам непоследних родов в Кеэлгире не ударить в грязь лицом. — проговорил молодой брюнет.

— И вы намекаете, что это был я? — спросил Никита, принимая правила игры.

— Так больше тут никого нет. — ответил ему симпатичный парень — шатен.

— Я надеюсь, что удача повернулась к вам лицом?

— Сложно сказать, — посетовал на последствия свидания брюнет, — но свои фамилии мы не опозорили.

— И за это нужно выпить. — поддержал его шатен. — Я Олеэлр Шум. — представился он.

— Я Дореэлр Миид, — представился брюнет.

— Смолин Никита. — представился землянин.

— Смоэллин? — переспросили шатен.

— Ага. — ответил Никита.

— Скажи, друг, что мы тебе должны, за ту красоту, что ты нам подогнал?

— Ничего. Вы выручили меня, я выручил вас. По-моему, это помужски.

— О да! — чуть ли не выкрикнул Миид. — Я бы сказал, что этот жест достоин королей!

— Так мы и есть короли… — тихо проговорил Никита. — Только никому не говорите. — закончил он под дружный смех новых товарищей.

Зайдя в ближайшую таверну, они неплохо посидели. Крепких напитков тут не было, яблочное вино, сливовое вино, ягодные вина. Попробовали всего, поговорили за жизнь, и часа через три разошлись, довольные знакомством.

***

Сортир у таверны не лучшее место для телепортации, но где в крупном городе среди белого дня можно незаметно исчезнуть?

Появился Никита в тихом и уединённом месте и, сверившись со временем, позволил себе полежать на туристическом коврике около пяти часов. Лёгкий хмель, память о приятной встрече и фантазии на тему как распушить хвост перед красивой баронетой, чтоб завладеть её чувствами без остатка.

***

На следующий день в то же время он стоял у канала с красивым букетом роз. Да, таких цветов нет в королевстве, но разве это проблема?

Ни Шум, ни Миид сегодня испытывать судьбу не стали, видимо, решили сохранить в памяти успех, а не замазать его горечью неудачи.

Его бросок снова достиг цели, и на этот раз подлостей со стороны других соискателей не было.

***

Они снова шли под ручку, и сегодня Никита показывал баронете сохранённые на планшет фотографии. Дория и Земля, два далёких мира, населённых людьми с одинаковыми заботами и переживаниями.

***

Снова звон колокола нарушает трепетное единение, и Никита должен идти. Снова поцелуй пальцев руки и скромный подарок в виде дамской сумочки с зеркальцем и набором косметики.

А на следующий день лил проливной дождь, и Никита несколько часов простоял под зонтом, но не дождался встречи.

Букет роз, на этот раз белых, был заброшен на крепостную стену, с надеждой, что гвардейцы передадут его адресату.

***

Дожди лили шесть дней, но на доставку цветов это не влияло. Когда непогода прошла, он снова появился у подъёмного моста и встал среди группы соискателей в ожидании девушек, но когда они появились, то знакомого лица среди них он не увидел.

Когда он остался единственным, кто не кинул букет, он решился крикнуть.

— Девушки! Скажите, а баронета Ророш где?

Его слова как будто налетели на стену, и дамы просто развернулись и исчезли из поля зрения, оставив его в глубоком непонимании.

— Что, милок, не вышла твоя отрада? — спросила у него та самая торговка цветами.

— Нет, мать. — расстроенно проговорил Никита.

— Я тебе сразу не сказала, слишком счастливым ты был…

— Что?

— Принцесса то была. Нет у нас баронства Ророш.

— Понятно. — скрипя желваками, проговорил Никита.

— Сочувствую твоей печали, сынок, но ты мне скажи, откуда такие цветочки?

— С другой планеты, мать. Возьми, порежь стебли на части и поставь в воду. Дадут корни… Ну, сама знаешь.

— Спасибо, сынок…

Благодарность женщины осталась где-то позади, а досада гнала его прочь от замка. Никто, естественно, не отдаст за него принцессу, и Никита это понимал, отчего его состояние было таким, что люди предпочитали уступить ему дорогу.

Был вариант поискать её в замке, попробовать поговорить, предложить бежать, но куда он мог её привести?

Пока кто-нибудь не попал ему под горячую руку, Никита телепортировался на берег реки, а постояв пару минут, перешёл через портал на Торрию, очень рассчитывая, что ему попадутся какие-нибудь гроуты, и он размажет их, выпуская наружу свою ярь и досаду.

***

На Торрии уже смеркалось, что в целом было неплохо.

Врагов поблизости не было, и Никита выплеснул своё негодование на деревья, сбивая кулаки в кровь. Как же всё внутри клокотало…

***

Выпустив пар, он притянул из хранилища амулеты и выбрал из них зелёный. Волна спокойствия смыла пелену ярости и разочарования, оставляя лишь жажду действия.

***

С трудом дождавшись темноты, он снова устремил свой взгляд к звёздам, просматривая одну за другой звёздные системы в поисках голубой полоски кислородной атмосферы и всполохов северного сияния у полюсов.

***

Вся ночь прошла в поисках, и результат был достигнут.

Восстановив свою бодрость исцеляющим амулетом, Никита открыл портальный переход и снова оказался в лесу.

В этот раз он не выбирал эпох, а просто шагнул наудачу где-то в центре большого лесного массива. Несколько дней прогулки по лесу должны были пойти ему на пользу, а там видно будет, куда его жизнь выведет.

***

Лес был довольно труднопроходимый. То там, то тут встречались обломанные ветром вершины могучих сосен, а то и вовсе накрененные или поваленные с корнем деревья.

Эти завалы приходилось обходить или перелетать, что особо хлопот не доставляло, впрочем, и не думал сейчас землянин о каких-то трудностях, переживал шибко, пока не вышел на одиноко стоящий у ручья дом.

Сложено было строение из округлых природных камней, обильно поросших мхом, и от этого малозаметно со стороны. Накрыт дом был расколотыми вдоль на половинки стволами деревьев и, судя по начавшей разваливаться печной трубе, давно необитаем.

Облетев дом на кинетическом щите, Никита нашёл рухнувшее метрах в тридцати от дома строение туалета и замер в задумчивости. Стоило ли пробовать зайти вовнутрь дома или не любопытствовать? Впрочем, он сам не понял, отчего в его сознании возникло опасение заходить в дом. Информация ведь ему была нужна, а тут опасения.

Улыбнувшись своей паранойе, Смолин издалека кинетикой потянул дверь и охренел от мощности вынесшего её направленного взрыва.

Проморгавшись и восстановив слух амулетом исцеления, он поднялся с земли и оценил последствия взрыва. Крыши у дома уже не было, окна тоже повыбивало, а вот стены стояли.

Поднявшись выше стен на кинетическом щите, он увидел любопытную картину в виде упавшей вовнутрь второй комнаты массивной двери и практически перекрытого камнями от печи дверного проёма. Сами стены тоже потрясали, поскольку имели толщину не менее метра. Откуда взяли столько камня?

Немного поработав кинетикой, он разобрал остатки потолка во второй комнате и обнаружил кровать и несколько пустых армейских ящиков, сваленных в углу, и это всё было странно. Напрямую вставал вопрос, а как выбирался из дома тот, кто устроил минную ловушку?

Выкинув из угла ящики, Никита, сделал то же самое с массивной кроватью и обнаружил под ней небольшой люк в подпол.

Отлетев ещё дальше, он кинетикой потянул за кольцо люка, но ожидаемого взрыва не последовало.

Соваться вовнутрь особого желания не было, но и любопытство не давало покоя.

Вытянув из люка практически в труху спревшую деревянную лестницу, Никита запустил в подпол кинетические жгуты и, ощупывая внутреннее пространство, начал получать предварительные ответы на имеющиеся вопросы. Несколькими минутами спустя он вооружился фонарём и на кинетическом щите спустился в подпол.

Это был глубокий и полноценный подвал со сводчатым потолком. В нём располагались нары на десяток бойцов, стоял стол, под потолком висела автомобильная фара, стоял аккумулятор, но главное, на ближайшей нижней койке лежали останки бойца с примотанной к ноге деревянной шиной.

Вид был не из приятных, но Никита всё равно подлетел поближе. Парень явно застрелился, но главное было не в этом, а в том, рядом кроватью лежал армейский котелок и необычный пистолет, а на груди у парня лежал спутанный верёвочками комок амулетов.

Подтянув его себе, Никита удивился набору. Магические амулеты сочетались с обычным посмертным медальоном, с высеченным на нём личным номером.

Буквенные и циферные знаки были незнакомы, да и интересовали Никиту больше амулеты. Первый был лечебный, второй защитный, третий явно для маскировки. Все амулеты были разряжены практически в ноль, но именно оставшийся мизер энергии и позволил Никите заглянуть на внедрённые в них руны. Рунный язык не отличался от того, что он знал, а вот рунескрипты амулетов стоили того, чтоб из запомнить.

Влив в накопители немного энергии, он отложил их изучение немного на другой момент и переключил своё внимание на пистолет.

Первое, что с ним было не так, это ствол. Ствол был керамический, и диаметр отверстия в нём не превышал пары миллиметров.

Немного осмыслив внешнее устройство, Никита справился с защитной крышкой и смог заглянуть вовнутрь.

Сразу за стволом располагался длинный шестигранный кристалл тёмно-красного цвета, рунескрипт которого указывал, что кристалл рождал какое-то направленное излучение. Снизу из рукояти в него упирался хорошо подогнанный к нему другой кристалл. Этот явно служил как питательный, и в нём ещё ощущалось наличие энергии.

Оружие получалось магическим, но сам носитель скорее всего магом не был, иначе бы подзарядил амулеты и имел бы здоровую ногу.

Бросив на труп посмертный амулет, Никита ещё раз поверхностно осмотрел подвал и выбрался на свежий воздух.

Отлетев от дома метров на триста, он опустился на шапку мха в корнях сосны и, откинув запорную заслонку в рукояти, получил доступ к кристаллу накопителю.

Спешить было некуда, а испытать новую игрушку было интересно, поэтому Смолин начал вливать в накопитель свою энергию, постепенно ощущая накатывающую усталость.

Глава 15

Кристалл-накопитель принял в себя весьма много энергии, и после такой подзарядки явно требовался отдых. Но прежде чем отдаться этому процессу, Никита решил немного пострелять.

Поискав глазами, куда можно было бы выстрелить, он нашёл единственную цель — стены дома. Подлетев метров на сто, он выстрелил, правда, не понял чем, но фонтанчик пыли от камней поднялся.

Подлетев к месту попадания, он нашёл дырочку миллиметров восемь диаметром и глубиной в восемь-восемь с половиной сантиметров.

Выстрелив рядом, получил отверстие более мелкого диаметра. Видимо, сказывалось рассеивание луча. Стрелять с более дальнего расстояния не позволяла густота растущих деревьев, но убойность этого сплава техники и магии впечатляла.

Убрав приобретение в хранилище, он отлетел от дома вниз по течению ручья метров на пятьсот и расположился на отдых. Подзарядка оружия и амулетов не прошли даром, и, убрав лут в хранилище, он невольно провалился в сон.

***

Проснулся Никита с огромным трудом от ощущения какой-то неправильности. Во-первых, он слышал свист каких-то турбин, а во-вторых, руки и ноги были стянуты мощными пластиковыми стяжками.

— Поспал, @ля… — буркнул он себе под нос и огляделся. Он явно находился внутри тесного багажного отсека, который к счастью был не сильно герметичным.

В миллиметровую щель не только проходил свет и воздух, но и было видно мелькание деревьев. Кроме всего у него в изголовье находился армейский рюкзак, который очень неприятно врезался в голову своим содержимым.

В сознании упорно возникало два вопроса, как его так спеленали, и что рассказывать, когда его начнут расспрашивать?

Подумать особо времени не было. Звук турбин изменился, и летательный аппарат пошёл на посадку.

***

— Привез? — послышался вопрос, заданный мужским голосом с нотками лени.

— Да. — ответил более молодой голос.

— И?

— Не поверишь. Смотри, что с него сняли.

— Метательные ножи, а это что?

— Как что, медь и серебро.

— Это я вижу, но почему в таком виде?

— Думаю, что это средства платежа.

— Шутишь?

— Нет. Там крупный симпатичный мужик в домотканой одежде и сапогах ручной работы. Так что, чую, тут не всё так просто. Есть вероятность, что он вообще по нашему ни гу-гу.

— И как его лесник обнаружил?

— Говорит, услышал взрыв. Засёк его направление и отправился посмотреть. Пара часов поисков, и он нашёл разрушенный дом. Покрутился по округе в поисках следов, нашёл этого парня мирно спящим и, что интересно, на коврике из вспененной резины. Он ему засадил лосиную дозу снотворного, так что грузили мы его как бревно.

— И когда он очнётся?

— Часов через шесть, не раньше, но вытаскивать его нужно, а то обоссытся, а у меня там тревожный рюкзак.

— Так ты ему четыре гранаты вместо подушки подсунул?

— Почти так. Ноги —то у него гнутся, так что втиснули. Только понятия не имею, что с ним делать. Вот вытаскиваем мы его, а он по нашему не понимает, и что дальше?

— Не знаю, но всё же интересно, где такими деньгами платят?

— Ну хорошо, допустим, он скажет, что с планеты Азгонии созвездия пьяного журавля. — явно улыбнулся молодой.

— Ну да, задача. И что прикажешь с ним делать?

— Не знаю. Вручить метлу, и пусть двор метёт да язык осваивает.

— У дроидов? Или ты рядом с ним будешь ходить и что-то рассказывать?

— Не вариант.

— Вот и я о том. Ладно, тащи с санчасти носилки, и…

— И…

— Вот и я о том.

— Слушай, может его просто на газон положить?

— Ну ладно, положили, он проснулся, и что дальше? А девки его увидят?

— Аргумент. Предлагаешь его отвезти к городу, а там не наше дело?

— Заметь, это не я предложил.

— Вот так всегда…

— А ты как хотел?

— Ну… Есть вариант хотя бы задать пару вопросов, и если он по нашему ни гу-гу, то тогда и думать.

— Тогда его придётся где-то оставлять на ночь. Чуешь, чем пахнет? А так его никто не видел, а полёт тебе оформим как тренировочный.

— Не любишь ты сложностей.

— На войне нахлебался, и лишняя головная боль мне ни к чему.

— Ладно, уговорил.

Снова засвистели турбины, и Никита ощутил, что летательный аппарат отрывается от земли.

Из разговора, состоящего из одних намёков, единственное, о чём смог догадаться Смолин, так это о том, что с мужчинами тут явный напряг, а обсуждавшие его появление парни скорее всего не заинтересованы в появлении ещё одного конкурента в борьбе за женское внимание. И вроде бы можно было радоваться, но опалённый чувственный мир воспринимал этот факт совершенно равнодушно. Хорошо было уже то, что из его появления не стали делать проблему. Не хотелось бы влипать в лишние неприятности.

***

Летели минут десять, а потом крышка багажного отсека открылась, и Никиту грубо уронили на землю, отчего он крепко выругался и, распахнув глаза, уставился на летательный аппарат

Это была малюсенькая машина, очень напоминающая минивен на воздушной подушке с поворотными крыльями и двумя короткими торпедными аппаратами по бокам передней части. Впрочем, круглые кожухи моги прятать в себе разнообразную массу всего, но главное было не в этом, а в системе маскировки. Вживую «Хамелеон» такого качества он видел впервые, и вид этот завораживал.

— Э! Ты меня понимаешь? — поинтересовался пилот, привлекая к себе внимание, и Никита предпочёл ответить невнятными звуками.

— Понятно всё с тобой. Пояс твой вон висит. — пилот тыкнул пальцем на дерево, растущее метрах в двадцати, и Никита глянул себе на живот, чтоб убедиться, что пояса действительно нет.

— Город находится там. Идти нужно туда. — проговорил пилот, изображая пальцами требуемое от землянина действие.

Переигрывать Смолин не стал, просто утвердительно кивнул.

Дважды щёлкнули кусачки, срезая стяжки на руках, и пилот поспешил в машину.

Никита тоже не стал тянуть резину и прыжками отправился к своему поясу. Нужно было убраться от взлетающей машины и срезать стяжку на щиколотках.

***

Проводив взглядом летательный аппарат, Смолин освободил свои ноги и начал проверять свои вещи. Серебра у него пропало две третьих, но волновало его другое. Стоило ли переодеваться или так и идти в город грязным? После полёта в багажнике и падения на землю виду него был такой, что без слёз не взглянешь. Первый же патруль вцепится в него как клещ, впрочем, это всё равно неизбежно, а так с ним всё понятно — дикий мужик, вышедший из леса. Для антуража ему ещё дичи в руках не хватало, но после взлёта летательного аппарата тут вряд ли даже птица поблизости осталась.

Махнув на это рукой, Никита пополнил пеналы серебром, высыпав никому не интересную тут медь и добавил немного золота. Была вероятность, что раз у него спёрли серебро, то тут оно хоть как-то ценится. А раз так, то возможны и варианты обмена. Ещё он достал заплечный мешок, вырастил себе из горного хрусталя линзу для розжига огня и достал немного кустарно сделанных мелочей, которые обязательно должны были быть у охотника, в роли которого он и выступал.

***

Подготовившись к походу в город, Смолин воспользовался кинетическим щитом и взлетел над деревьями, чтоб оценить, насколько неблизкий ему предстоял путь.

Город находился километрах в десяти-двенадцати, и толком ничего видно не было, кроме некоторого количества очень высоких строительных кранов.

Идти предстояло часа три, и спешить он никуда не собирался. Да и не поспешишь особо по такому лесу. Тут явно шли бои, и землю украшали оплывшие от дождей и зим линии обороны.

Гулять по бывшему полю боя было волнительно, мало ли, где мину не сняли, вот и решил он тренировать ходьбу по маленьким кинетическим щитам, вдруг кто увидит, а он не летит, а идёт.

После боёв здесь определённо мало кто бывает, деревьев повалено много, и пробираться сквозь эти завалы идея не из приятных, хотя раз тут была линия обороны, то где-то недалеко должна была быть и дорога, если местные, конечно, пользуются наземным транспортом.

Плутая между оплывшими воронками, заросшими молодняком, выжженными в войну проплешинами, Никита невольно подумал, что могло ведь кого-то присыпать и с амулетами. Раньше бы он, конечно, места себе не находил в желании найти что-то магическое, а сейчас не испытывал к этому особого энтузиазма. Да, было бы интересно взглянуть, но специально ради этого рыть землю…

Минут через тридцать ходьбы практически рядом взлетел перепуганный тетерев, тут же получивший кинетический удар по голове. Первый охотничий трофей есть.

Впрочем, трофеи попадались не только охотничьи. В яме от упавшего с корнем дерева он нашёл останки бойца со всей амуницией и оружием. Беглый осмотр дал короткоствольный карабин с выдвижным прикладом, оптическим прицелом и всё тем же керамическим стволом. В подсумке у погибшего имелось три кристалла для перезарядки своего оружия, а сам карабин нуждался в основательной чистке. Сколько лет он пролежал практически целиком закопанным в земле, можно было только гадать, но гадать было неинтересно, ведь осмотр ещё не закончился.

Оружие кинетикой он раньше не чистил, тем не менее, это оказалось очень удобно. Десять минут работы, и карабин готов к бою.

Спрятав его в хранилище, Никита прибрал ещё штурмовой нож и малую сапёрную лопатку, а вот непонятные кувшинчики в виде рифлёного чугуна, но без предохранительного рычага и стопорной чеки решил не брать. Хрен его знает, какая система у этих гранат. Выдернешь пробку, а она среагирует на попадание кислорода. Да и на кой-ему взрывчатка? Ладно карабин и пистолет сойдут для коллекции, а чугунина с пробкой — совсем неинтересно.

Закопав то, что осталось от найденного бойца, он продолжил путь дальше.

***

К городу он вышел часов через пять, имея в руках трёх зайцев и двух тетеревов.

Рабочий день тут явно уже закончился, и, пройдя мимо замерших строительных объектов, Никита приблизился к жилой части города.

Из чего тут строили, было пока непонятно, готовые дома блестели разноцветным перламутром покрытия стен. Смотрелось это всё обалденно красиво, особенно в свете того, что стены были не просто ровные, а с выступами, барельефными колоннами и обрамлением окон. Одним словом, круто.

Завидев ближайшую витрину, он подошёл к ней. Это был магазин одежды, и, судя по всему, он ещё работал.

Зайдя в него, Никита уставился в зеркальную стену, как будто в первый раз в жизни вообще увидел зеркало.

— Вы что-то хотели? — робко поинтересовалась у него продавец.

Обернувшись на звук, Никита посмотрел на явно боящуюся его девушку.

— У… — вытянул он в руке зайца и потрепал свою рубаху.

— Вы хотите поменять одежду на дичь? — уточнила девушка.

— У-у… — ответил он ей.

Продавец засуетилась, видимо, движение позволяло преодолеть ей страх. В течение минуты в её руках появилась упаковка с майкой, которую она прикинула к нему, сравнивая размер, а потом достала туристический костюм и, сравнив с моделью, знаками показала, что костюм и майка будут стоить три зайца.

Связав зайцев бечёвкой, Никита протянул их продавщице, а покупку положил в дорожную сумку. Напоследок, ещё раз взглянув на своё отражение, он развернулся к двери и застыл как вкопанный. В магазин заходили два полицейских дроида в сопровождении девушки, видимо, старшей наряда.

— Линда! — позвала полицейская продавщицу.

— Привет, Оми!

— Это кто?

— Не знаю. Какой-то дикий. Пришёл, предложил поменять одежду на дичь.

— И?

— Дала ему костюм и майку, взяла трёх зайцев.

— Оу! Так мы сегодня с шикарным ужином?!

— Ну да. Он, когда зашёл, я думала всё, конец. А нет, ещё поживём.

— Мужчина, документики готовим на проверку. — обратилась к нему патрульная.

— Оми, он по нашему ни гу-гу.

— И что с тобой прикажешь делать?

— У. — протягивая двух тетеревов, проговорил Никита и указал пальцем на дроида.

— Чего это он? — спросила полицейская у заливающейся от смеха подруги.

— Он обмен предлагает… — утирая слёзы, проговорила девушка-продавец.

— Петухов на дроида? — отрицательно покачала головой патрульная.

Пожав плечами, Никита обогнул патруль и направился дальше по улице. Несколькими секундами позже за ним последовал и полицейский патруль.

Смолин этого не знал, но трансляцию его прогулки сейчас смотрели все дежурные в опорном пункте.

Что с ним делать, никто не знал, да и он сам не нарушал каких-то общественных норм и правил.

***

Обменяв одного тетерева на пару дешёвых кроссовок, Никита купил за серебряный кубик носки и, видя, что никто не спешить предлагать ему кров и пищу, пошёл на выход из города.

***

Вечер он коротал у костра, пытаясь запечь над углями тетерева, параллельно думая о том, что сегодняшний день прошёл неплохо и у него есть шанс научиться готовить на костре мясо и птицу. Впереди была ночь, а значит зайцы выйдут лакомиться корой молодых деревьев, а он, вооружившись амулетом ночного зрения, наловит их некий объём и пойдёт с ними в поисках лавки с местными артефактами. К счастью, местные охотно меняют вещи на еду, а может просто не могут устоять перед его обаянием.

***

Тетерев вышел довольно-таки вкусным. Мясо хоть и было суховатым, но так и условия приготовления походные.

Завершив с ужином, Никита телепортировался в заросли, где отловил сегодня зайцев и, встав на кинетический щит, осмотрел округу. Ночной улов обещал быть богатым.

***

Кельнария Дж.Дилен, лейтенант службы охраны порядка, сегодня заступала на службу в ночную смену.

В опорный пункт она прибыла во время просмотра удивительного видео, на котором совершенно непонятно откуда взявшийся молодой мужчина в средневековой одежде ходил по магазинам и менял нужные ему товары на зайцев и тетеревов.

В опорном пункте присутствовало всего четыре человека: дежурный офицер майор Ялч, дежурный офицер связи лейтенант Хольт; Кельнария не любила с ней общаться и считала сильно заносчивой бабой, впрочем, этой бедой страдали многие специалисты по маго-технике. Последним был молодой парень лейтенант Шерен, оператор группы быстрого реагирования из десятка дроидов. Шерен не был эталоном красоты, но парней было очень мало, и молодой лейтенант купался в женском внимании и чувствовал себя мегазвездой. Если описывать его характер более кратко, то он просто был бабником, который перебирал девушек как рубашки перед службой.

В дежурке было шумновато, и Шерен с Хольт громко посмеивались над действиями персонажа на экране монитора, а Ялч, заметив её, поднялся из кресла и улыбнулся.

— Добрый вечер, лейтнант. Вы сегодня пораньше?

— Да. Дома торчать неохота, а у вас семья. Лишних полчаса на службе мне не проблема.

— Спасибо, Кель. Отойдём?

Выйдя в коридор, майор прикрыл дверь в дежурку и обратился к ней.

— Кель, ты уже обратила внимание на видео с монитора?

— Да, но пока не поняла, над чем коллеги смеются.

— Парень — неплохой артист, но его глаза умней, чем та роль, что он играет. Во-первых, он пришёл с запада, а там сапёрам ещё работ немеряно…

— Кто бы их туда ещё отправил. — заметила девушка.

— Тоже верно. — согласился майор. — Только суть не в этом. Парень наловил дичи, ходит между магазинами, но не во все заходит.

— Он знает, какие товары ему нужны, а не просто глазеет на диковинки?

— Верно. Возможно, он будет что-то искать, что ему нужно, и мне хотелось бы знать, что. Я не стал отдавать приказ на его задержание, а прикрепил к нему наблюдательный дрон, так что четвёрка его пасёт, но ей скоро на подзарядку, так что, не забудь сменить.

— Есть!

— Давай без официоза. Дроид заснял, что он обменял в магазине пару кроссовок на тетерева и к ним купил за кубик серебра пару носков.

— Он знает, что такое носки… — проявила эрудированность девушка.

— Верно, — улыбнулся майор, — но кубик серебра. У нас на Талии никогда не было таких средств платежа, и я понятия не имею, кому бы пришло в голову делать такие деньги. Да, их удобно носить в деревянном пенале на поясе, но это не монета, и подделать её просто.

— Действительно, получается загадка. — согласилась лейтенант.

— При этом эта загадка всплыла не где-то на границах империи, а у нас, тут, в центральной её части.

— Инопланетный гость?

— Не исключаю. Портальная магия может быть известна не только у нас тут.

— Тогда может задействовать металлистов?

— Быстро они не появятся, да и основания для их привлечения нужны весомые, а у меня пока только предположения. И вот тут нужно быть аккуратным. Если он разведчик — это одно, если просто одарённый бродяга, то другое.

Кель кивнула в знак того, что поняла, ведь в случае того, что объект окажется просто одарённым бродягой, его значимость для империи возрастает многократно. Как минимум империя будет заинтересована в его потомстве, а это уже немало.

Вернувшись в дежурку, майор переключил монитор в многоэкранный режим. Это был тонкий намёк для Шерена и Хольт, что кино закончилось, и они могут вернуться в свои кабинеты, и взялся за внесение в журнал записи о передаче смены.

Приняв смену, Кельнария пробежалась взглядом по экрану с отображением расположения маячков патрулей и переключила основной монитор на картинку с четвёртого дрона.

Заряда в машинке оставалось ещё двадцать процентов, значит, через полтора часа его точно нужно будет возвращать на зарядную станцию.

Дрон сейчас находился в трёх километрах от города и сидел на ветви дерева в метрах сорока от объекта наблюдения.

Молодой мужчина разводил огонь с помощью то ли линзы, то ли куска какого-то минерала, и пламя появилось довольно быстро, ему даже не пришлось дуть в очаг возгорания, чтоб оно занялось.

Как ощипывают, потрошат и готовят птицу над костром, девушка видела впервые, но занимало её сейчас не это, а сам объект наблюдения. Парень оказался прекрасно сложен, внешне гораздо симпатичнее Шерена и с печатью тоски во взгляде.

Постоянно наблюдать за ним она не могла, то нужно направить наряд по вызову, то посмотреть за показаниями камер в других местах.

Вечерняя смена — она напряжённая. Люди после рабочего дня начинают активно отдыхать, бывают и конфликты. Её же задача вовремя заметить очаг возгорания и направить туда патруль, так что в следующий раз она наблюдала уже за тем, как объект с отрешённым видом поедает птицу, а потом долго смотрит на выступившие на небе звёзды.

Дрон перешёл на съёмку в инфракрасном режиме, и картинка была так себе, так что она просто сверилась с данными заряда батареи, быстро набросала задание для дрона, который примет наблюдение за объектом после того, как четвёрка улетит, и дальше продолжила мониторить обстановку на территории района.

***

Следующий заход её поразил. Она ожидала, что охотник просто ляжет спать у костра, а он мало того, что он оказался на семь километров дальше от города, но ещё и летал над зарослями молодых деревьев и охотился. Тёплые тушки его добычи взлетали к нему в руки, и он складывал их у своих ног, а потом опустился на землю и принялся их связывать.

Пока девушка набирала команду на копирование видеофрагмента, дрон потерял объект и несколько секунд определял вектор телепортации охотника, благо, что имел маго-техническое программное обеспечение, и такие функции в неё были заложены.

Дрон проследовал по вектору и через семь минут нашёл искомую ауру у догорающего костра. Парень устраивался спать даже не накрываясь.

«Надо будет ему одеяло подарить, а ещё лучшепалатку». — промелькнула у неё мысль, и она поймала себя на том, что с какой-то радости почувствовала в себе желание позаботиться об этом человеке. С чего бы это? Не иначе древние инстинкты начали проявлять себя.

***

За ночь она ещё трижды подсматривала за спящим охотником, но объект действительно спал.

Скопировав данные съёмки к себе в серверное хранилище, Кельнария запрограммировала смену наблюдения для следующего дрона и отправила ссылку на данные майору Ялч.

Время её дежурства подходило ко концу, а вот мысли никак не хотели отвлекаться от загадочного мужчины, который за прошедшую ночь уже не казался совсем чужим.

Глава 16

Проснулся Никита поздно. Местное солнце уже довольно высоко поднялось над горизонтом, но корить себя за это ему не было нужды.

Была мысль переодеться в чистое, но в новом костюме да с дюжиной зайцев он смотрелся бы вообще замечательно.

Подхватив свою ношу, он отправился в город, снова тренируя ходьбу по маленьким кинетическим щитам, на этот раз с элементами отталкивания от почвы, чтоб скорость перемещения была выше.

Проходя мимо стройки, Никита чуть не остановился с открытым ртом, поскольку в спецовке в виде комбинезона с капюшоном рассмотрел дроида. Тот сноровисто выполнял работу каменщика, заводя угол, а в открытых воротах стояла грузовая машина-длинномер, привёзшая кирпич.

Поддоны снимали краном, сразу подавая на перекрытия этажа, а вот стропалями работали уже люди, точнее, девчонки лет шестнадцати.

Поглазев пару минут, Никита пошёл дальше, и минуты через три его нагнал грузовик со стройки. Машина сравнялась с ним в скорости, и из неё выглянула водитель, девушка возрастом немного за двадцать.

— Классный у тебя улов! — крикнула она в опущенное дверное окно. — Садись, подвезу. — останавливая машину, предложила она, и Никита дёрнулся к пассажирской двери, не сразу вспомнив о своей роли отсталого дикаря.

Вначале сбившись с шагу, он всё же плюнул на конспирацию и подошёл к пассажирской двери, которую уже услужливо для него распахнули.

Забравшись на мягкий диван пассажирской части кабины, он захлопнул дверь и посмотрел на улыбающуюся водителя.

— Тебе куда? — спросила она, и Никита посмотрел на неё растерянным взглядом и пожал плечами.

— Вот это номер. Куда-то идёшь, а куда, не знаешь? — спросила она, трогая машину с места.

— Я тут ничего не знаю, так что, да. — ответил он.

— Ну, давай тебя покатаю. Меня Кейни зовут, если что.

— Никита. — представился он.

— Никита? Первый раз слышу такое имя, ты вообще откуда?

— Если честно, то с другой планеты.

— И как ты тут оказался?

— Не знаю. Шёл по лесу, задумался, а вышел уже тут.

— Во дела! А живёшь ты где?

— Да в лесу. Ловлю зайцев, меняю их на одежду и обувь.

— Непорядок! — твёрдо заявила дама. — Если приючу, ко мне пойдёшь?

— А не стесню?

— Да нет, ты вроде в самый раз.

— В самый раз для чего?

— Странные вопросы ты задаёшь. Неужели с женщиной ни разу не проводил ночь?

— Проводил, но люблю определённость.

— Определённость у нас такая, что на одного парня у нас приходится четырнадцать девушек.

— Четырнадцать — это много, да? И?

— Что, и? Неволить не буду, но побороться за женское счастье готова.

— Бороться-то со мной решила?

— Нет, это образно. Если ты одинок, а по всему выходит, что ты тут совсем один, то почему бы не попробовать нам с тобой? Или я тебе не нравлюсь?

— Сложный вопрос, у меня там осталась любимая девушка, и я даже не думал насчёт другой.

— Ничего, клин клином вышибают. Если что, я и добычу твою продать могу.

— А у вас чем платят? — поинтересовался Смолин.

— Империалами. В одном империале сто ортов.

— А империалы золотые или серебряные?

— Бумажные. — усмехнулась девушка. — Нет, золото и серебро на них купить можно, но сейчас в большей цене еда. А у тебя есть золотые или серебряные деньги?

— Есть, я же не босяком был.

— Покажешь монетку?

— Пожалуйста.

Вытащив из подсумка пенал, Никита открыл его.

— Что? Вот эти кубики у вас деньги?

— А чем плохи? Складывать удобно, вытряхивать из пенала тоже. Щёлку приоткрыл и высыпай на ладонь.

— Ну с этим не поспоришь. А вот заяц у вас сколько бы стоил?

— Один к одному, если шкура целая. Выделанная шкурка зайца уже будет два серебряных.

— А что так?

— Так их полгода выделывать нужно.

— Тогда понятно. А ты охотником был?

— Нет, военным, но думаю, что у вас тут воюют иначе.

— А у вас?

— Ну, я отлично метаю всё, что можно метнуть.

— Покажешь потом?

— Не вопрос.

— А я вот удивляюсь, что мы с тобой на одном языке разговариваем.

Никита снял с шеи амулет из бирюзы и проговорил на русском.

— Ты меня понимаешь?

— Что? Магический амулет-переводчик? — спросила Кейни, но Никита ничего не понял, а протянул амулет собеседнице, и та сноровисто накинула его на шею.

— Я говорю, ты меня понимаешь?

— А я говорю, не поверила, что этот камень магический переводчик. — улыбаясь, ответила девушка. — Ты случайно их делать не умеешь?

— Этот я в бою взял. — Никита попытался уйти от ответа.

— В бою, это хорошо, только я спросила другое. Ты знаешь, сколько у нас стоят амулеты и какая это редкость?

— Да? А я рассчитывал поменять что-нибудь из них на зайцев…

— Погоди, а откуда ты знаешь, что у нас используют магические амулеты?

— Видел у мёртвого солдата.

— И ты его не забрал?

— А если забрал, то что?

— Ну… Вообще, это большая удача. Вещь, конечно, это твоя, но если он лечебный, то это вообще просто дар небес!

Никита не заметил, как они миновали город, и машина прибавила ходу.

— А мы куда едем? — поинтересовался он.

— На кирпичный завод, а что?

— Да зайцы…

— А, сейчас там в столовую сдадим.

— А примут?

— А то! Не в общий котёл, так по домам разберут. Ты мне вот что расскажи, какие амулеты были у вас там, на твоей родине?

— На скорость, на остановку времени, на…

— Чего?! — вскрикнув, прервала его девушка.

— Что?

— На остановку времени?!

— Ну, да. У нас там эльфы живут, и они практически не стареют. Вот их артефакторы научились тоже очень сильно тормозить время.

— Это если такой амулет носить, то и стареть не будешь?

— Вероятность этого есть, но на нашем виде он их не испытывали, а сами эльфы их использовали для сохранения продуктов.

— Вот это да! Эх, нам бы такой амулетик… У тебя не завалялся?

— Вот женщина…

— Молчу- молчу. Кстати, на, держи свой амулет, а то тебе без него никуда.

Грузовик сделал поворот, и они съехали с основной трассы. Через несколько километров показался кирпичный завод с забором из высоких бетонных плит.

— А жильё у вас сколько стоит?

— Не знаю, у нас сейчас империя всё восстанавливает, и жильё выдают. Но тебе вначале нужно будет получить гражданство и устроиться на работу, так что, не спеши от меня сбегать, я хорошая, и тебе пригожусь. — вроде бы в шутку проговорила Кейни.

— Просто обнадёживать никого не хочу. У меня сейчас в душе всё выжжено до камней. Могу, конечно, этого не говорить, но не хочу быть нечестным по отношению к тебе.

***

До вечера они ездили вместе на машине. Кейни показывала ему город, рассказывала, какие тут руины были буквально три года назад. Рассказывала и о своей прежней жизни, которая раньше протекала в другом городе. У Никиты и вправду давно не было такого общения.

***

Зайцев действительно удалось сдать в заводскую столовую, и Никита получил на руки шестьсот империалов и просьбу приносить ещё. Цена была невеликой, но и временные затраты у него на охоту были незначительные.

Кейни работала до пяти вечера, и возвращались они в город на служебном автобусе, перед посадкой в который девушка попросила Никиту снять свой амулет-переводчик. И он догадывался, для чего.

Женщин на кирпичном заводе работало много, и несмотря на его неопрятный вид, притереться к нему своими достоинствами желали многие. В штаны откровенно не лезли, но всего остального хватало.

***

Добравшись до квартиры девушки, она развила кипучую деятельность, окружив его заботой. Разогрела ужин, забросила одежду в стирку и отправила его в душ, а потом уложила на кровать и стала делать ему массаж, который плавно перешёл в более тесные отношения. Ну, а поскольку он с Кейни старался быть честным, то и она ответила ему прямо, что очень рассчитывает на беременность, несмотря на его отношение к этому вопросу.

***

Однокомнатная квартира не предмет мечтаний, но и не ночёвка под открытым небом. С одной стороны, Никита уже привык спать на открытом воздухе, а с другой, и по обычной жизни уже соскучился. Рядом вот теперь дрыхнет явно влюблённая в него барышня, от близости которой всё время хочется овладеть ею снова.

Масса новых событий и ощущений не давали ему уснуть. Была мысль смотаться на охоту, но как объяснить девушке, откуда среди ночи он раздобыл тушки зайцев?

Чтоб не тревожить спящую подругу, Смолин телепортировался на кухню, где и достал из хранилища трофейные амулеты. Запомнив их рунескрипты, он дозарядил их накопители. Утром он подарит их Кейни, чтоб она сама выбрала, что из них продать, а что оставить себе.

После зарядки накопителей его потянуло в сон, но возвращаться в кровать он не захотел, лег на полу и уснул.

***

— Никита, ну ты что?! — вырвал его из сна голос Кейни.

— Вставал ночью, а будить тебя не хотелось. — пояснил он.

— Глупости не говори. Знаешь, как хорошо засыпается в объятиях любимого мужчины?

— Не знаю, я по девочкам. — ответил землянин, принимая сидячее положение.

— Я сейчас завтрак сготовлю, и мне нужно знать твои планы.

— Планы пока не выстраивал, но думаю, что кататься с тобой не очень-то удобно.

— Это почему?

— Смотрится, как будто я маленький, а ты моя мама. Кстати, ты хотела амулеты. На, держи.

— Ух-ты! Ещё бы знать, какие они тут.

— Это лечебный, это защитный, а этот помогает быть незаметным. — средневековыми словами описал он их свойства. — Что захочешь — оставишь, что захочешь — продашь, а то мне неудобно сидеть у тебя на шее.

— Лишь бы было удобно жить со мной в одной квартире и спать в одной кровати. Кстати, как насчёт того, чтобы с утра закрепить наше знакомство?

— Хочешь закрепить — закрепим. Ты мне вот что скажи, мне гулять до твоего возвращения с работы или ключ выделишь?

— Конечно, выделю. Ты хотел опять сходить на охоту?

— И это тоже.

— Тогда, если с добычей до пяти часов управишься, то можешь ждать меня у стройки. У меня где-то рейс в час получается, так что, подберу и подвезу.

— Договорились.

***

Выходили они из дома вместе, и, проводив Кейни на служебный автобус, Никита вернулся в дом, где у дверей его застала симпатичная соседка.

— Здравствуйте. — поздоровался он.

— Здравствуйте. — словно что-то вспоминая, ответила девушка, не отрывая взгляда от того, как он открывает дверь квартиры.

— Постойте, а вы?

— Я живу с Кейни. — ответил он.

— Ага, значит, теперь не укаете, предлагая зайцев в обмен на одежду?

— У меня амулет-переводчик, но читать и писать я не умею. А вы откуда знаете столь интимные подробности моей жизни?

— Лейтенант Кельнария Дж.Дилен, служу в службе охраны порядка, и наш дрон постоянно следит за вашими перемещениями. Так что, мы в курсе, что вы одарённый, и ваших возможностей с телекинезом и фокусами с пространством.

— Оу! У вас отличная техника.

— У вас такой нет?

— Ну, лет через восемьсот может и появится.

— И какие у вас планы?

— Сейчас переоденусь и на охоту. В столовой на кирпичном заводе охотно платят за тушки.

— И почём берут?

— По пятьдесят империалов за зайца.

— Понятно. Если для меня тушку-две-три поймаете, то куплю с удовольствием.

— Обязательно обеспечу. Вы дома когда?

— Сегодня у меня выходной.

— Значит, зайду.

— Кстати, вы не будете против, если на ваш амулет посмотрят наши специалисты?

— Да нет, пусть смотрят, мне не жалко, только я без него ведь никуда.

— А иные амулеты у вас есть?

— У вас тут снял пару штук с мёртвого солдата, но я их Кейни подарил.

— У вас с ней всё серьёзно?

— Не могу ответить на этот вопрос. Я попал в этот мир и расстался с любимой девушкой, так что у меня сейчас внутри выжженная пустыня.

— Понятно. Могу вам посочувствовать, но думаю, что от моихслов вам ни тепло ни холодно.

Никита только пожал плечами.

— Так, а как ваше имя?

— Никита, а фамилия Смолин.

— Запомню. Что ж, не буду вас сейчас больше терроризировать и жду с добычей. Так же прошу не забывать, что желание принять гражданство империи будет только приветствоваться.

— Кейни что-то говорила про документы и что они нужны, но боюсь, что без неё в этих вопросах я не справлюсь. Опять же, нужно научиться читать и писать по-имперски, а без этого будет сложно.

— Могу кратко ознакомить вас с грамматикой. Вы вообще чтению и письму обучены?

— Да, на двух языках. У меня вообще память хорошая, и я быстро учусь.

— Прекрасно. Удачного вам дня, Никита Смоли՛н. — немного исковеркав фамилию, произнесла лейтенант и, достав коммуникатор, на ходу набрала номер майора.

***

Разговор с соседкой получился хоть и неприятным, но интересным. То, что его пасут через дрон, было совсем некстати. Естественно, с их уровнем маскировки он бы ни в жизнь не догадался, что за ним следят, но, видимо, девушка его немного побаивалась, вот и сказала с намёком, что её можно не убивать, ведь следит не она, а вся служба. Практически все козыри им известны, только про амулеты они пока не знают. Остаётся теперь узнать, насколько империя будет лояльна к такому парню как он? Есть основания предполагать, что будет, всё-таки четырнадцать девушек на одного парня — это проблема государственного масштаба. Но если примут хорошо, то и он не против отплатить той же монетой. Мыкаться по разным мирам хоть интересно, но до поры до времени. Родину, конечно, жизнь тут не заменит, но тут уж ничего не поделаешь. Впрочем, бывать на земле ему никто запретить не сможет, да и родителей отыскать нужно, а там как карта ляжет. Есть вариант сунуться в столичное управление комитета, но эта мысль раньше в голову не приходила, только ведь осадочек от встречи с чекистами никуда не делся. Привыкли они через страх добиваться полного повиновения, вот и не стесняются гнуть народ, зная, что деваться ему некуда. С ним только не сложилось, но ведь они могут постараться сделать так, чтоб исключений из правила не было.

***

Охота удалась на славу, и трофеи он добыл существенные. Пара косуль и полный мешок тетеревов и зайцев. Начальник в столовой будет довольна, а вот место охоты придётся менять. Впрочем, выжженых войной полян в лесу масса, и это всё сейчас заросло молодняком, кору которого так охотно поедают многие представители животного мира. Если произвести разведку, то можно более-менее рационально уменьшать поголовье, а вообще ему нужен один-два стазисных ларя, но для этого нужно вернутся в Кеэлгир и приобрести там пару сундуков.

***

Телепортировался он домой и, оставив в ванной охотничьи трофеи, вернулся в королевство Анрия. Чувственный мир сразу среагировал на близость дорогого ему человека. Тут же захотелось бежать к стенам королевского замка, чтоб узнать, как там принесса, страдает ли по его отсутствию или нет, но, задавив в себе эти «сопли», но направился к рынку. Маскировать свои способности уже нужды не было, так что долгим этот визит не будет.

***

Вернувшись в империю, Никита засунул в холодильник купленные на рынке пироги и разложил в сундуки по артефакторному шарику, получив суммарно около четырёх кубических метров стазисного объёма. В один из ларей он забросил косулю и пару зайцев. Четырех зайцев он освежевал и положил в холодильник, два им, и два соседке, остальное планировалось на продажу.

Прыгать к кирпичному заводу он не стал, снова воспользовался взглядом через портал и нашёл грузовик приютившей его Кейни. Подгадав, когда она встанет на разгрузку, он появился на дороге со второй косулей на плечах и мешком дичи в руке.

Завидев его, Кейни выскочила из машины и счастливо повисла у него на шее. От этого стало на душе теплей, но это и пугало. Делать ей больно он не хотел, а быть уверенным, что именно с ней свяжет свою жизнь, пока не мог.

— Ух-ты! Ты целого оленя поймал… — констатировала девушка.

— У нас этих маленьких оленей называют косуля, и это коза, а не олень.

— Всё равно, добыть такого зверя должно быть непросто.

— С этим мы определились, а вот с твоей соседкой как быть?

— С Кель?

— Если Кельнария — это Кель, то да, она.

— Пристаёт?

— Следит за мной с дрона по служебным обязанностям. Завалила с утра вопросами и ждёт к себе с парой зайцев. Она как вообще, стерва или нет?

— Да нет, наверное. Нормально мы с ней общались, но из-за мужика можем и повздорить.

— Кейни…

— Что?

— То. — Никита пристально посмотрел ей в глаза.

— Ладно, извини. — чуть не плача проговорила она, отчего Никита почувствовал себя до жути неуютно.

— Это последний! — раздался крик девчонки-стропальщицы со стороны полуприцепа.

— Садись, едем! — на ходу бросила ему Кейни, и они поспешили в кабину.

***

Ехали молча, и было видно, что девушка переживает. Как поступить наилучшим образом в такой ситуации, он не знал. Для себя-то с принцессой всё просто: с глаз долой — из сердца вон, да и то выть охота, а вот с Кейни… Сказать, что ухожу — будет умолять остаться и что ни на что не претендует, а просто так сбежать вроде бы пока оснований нет.

Два армейских внедорожника с мигалками выскочили поперёк дороги неожиданно, и Кейни еле успела ударить по тормозам.

Машину окружили бойцы с навёдёнными на пассажиров оружием, и Никита скрипнул желваками.

— Покинули машину без фокусов! Любая попытка к сопротивлению — расстрел! — прозвучала команда, впрочем, двери уже сноровисто были вскрыты, и на руку Никиты быстро накинули мигающий браслет.

— Выходи. — раздалась команда.- при попытке сопротивления браслет взорвётся.

— И за что такие почести? — поинтересовался Смолин.

— Не за что, а чтобы не. — пояснил оперативник.

— А вы что за служба?

— Контрразведка. — коротко пояснил боец.

Никита вышел из машины, и к нему сноровисто подскочили трое крепких мужиков. Двое развернули его лицом к машине, третий разрезал на спине рубаху, и Никита чуть не взвыл от боли, очень похожей на ту, что оставляет пулевое ранение.

— Всё, расслабься. Тебе внедрили заряд. Воспользуешься магией — и ты труп.

— Б@дство… — выразил привалившее счастье Никита.

— Пойдём, покатаемся и побеседуем. — отпуская его руки, проговорил всё тот же оперативник, прикасаясь к его шее исцеляющим амулетом.

Его затолкали в бронированный «обезьянник» машины, а потом была долгая дорога с остановками на туалет и кормёжкой в придорожном кафе.

На место они приехали только вечером. Это был какой-то большой дом в пригороде светящегося множеством огней города.

В холле дома его осмотрела женщина-целитель.

— Здоров как племенной бык! — вынесла она вердикт, после которого его отвели в комнату на втором этаже.

Окон в комнате не было, но был душ, туалет, широкая кровать и бронированная дверь.

— Нравится? — поинтересовался сопровождающий.

— А должно? — вопросом на вопрос ответил ему Никита.

— Сменная одежда в шкафу, своё закинешь вот в этот ящик. Ужин скоро принесут, и давай сюда браслет и свой амулет, посмотрим на достижения вашей науки.

Вопросы можно было не задавать, и так понятно, что широкая кровать после медосмотра не просто так, а рабочее место. Вопрос только в том, на сколько это?

***

Железный ящик для одежды тумбочку напоминал чисто условно, только забивать голову такими мелочами было не ко времени.

Достав из железного шкафа халат, тапочки и полотенце, он скинул всё своё в тумбочку и закрыл дверцу. Не успел он разогнуться, как из щелей по периметру дверцы жахнуло вспышкой света.

Открыв дверцу на чистом любопытстве, Никита убедился, что вещи исчезли, а в тапочках, халате и без магии все попытки к бегству выглядели бы забавно.

Впрочем, козырь у него всё равно был, вот только решиться на это требовало столько силы воли, духа и мужества, что он пока не мог пойти на этот шаг и утешение, что опять повысится уровень его возможностей, выглядело слабовато.

***

Лязгнув запором, отворилась дверь, и в комнату зашёл охранник и молодая женщина в халате и с подносом. На охраннике был его амулет.

— На девчонках зло не вымещай, а то будешь получать молниями много и часто. Усёк?

— Усёк. Я тут что, пожизненно?

— Понятия не имею. — ответил парень и закрыл входную дверь.

Глава 17

Месяца три Никита ждал допроса, встречи, беседы, предложений или ещё чего-то, но единственное, что было, так это три раза в день еда и бурные ночи с теми, кого запустят в комнату.

Если бы это было каждый день, то он бы уже возненавидел жизнь, а так график был щадящий, две-три дамы в неделю.

Осознав, что империи он нужен только как осеменитель, и выпускать его за пределы комнаты никто не планирует, он начал копить ярь, пока силы его духа не хватило пойти на крайний шаг. Он воспользовался магией, и его сознание разорвалось от боли. В себя он пришёл весь залитый кровью, но пока к нему в комнату никто не ломился, он телепортировался несколько раз в разные места, а потом порталом перешёл к космодрому на Торрии, а оттуда в королевство Анрия, очень надеясь, что его следом не успеют воспользоваться.

***

В Королевстве была ночь и середина осени, и для обычных людей вода в реке была слишком студёной. Только Никита обычным не был и смывал с себя кровь без всякого содрогания.

Обсохнув на берегу, он воспользовался хранилищем и оделся. Сильно хотелось есть, да и фантомные боли от всех его ранений разом дали о себе знать, но они со временем пройдут, нужно только потерпеть.

В стазисном сундуке у него была дичь, но готовить её в ночной тьме не хотелось. В ход пошли земные консервы, а потом он расстелил туристический коврик и мгновенно провалился в сон.

***

Несколько часов сна, и он уже иначе взглянул на жизнь.

Выйдя из леса, он дошёл до торга и снова пошёл по торговым рядам, на которые не влияло хмурое осеннее небо с готовыми пролиться дождём тяжёлыми тучами.

В продаже были овчинные полушубки к зиме, появились меховые шапки с хвостами, вязаные свитера, варежки и валенки. Анры готовились к зимним холодам, да и Никита подумал, что такая одежда лишней не будет. Хочешь — сам носи, хочешь — кому продай, если опять занесёт в какой-нибудь из миров.

Пока он делал покупки, спрашивал у торговых людей кто что продаёт в городе из недвижимости. Оказалось, что пара домов из тех, что возводили этим летом, продаются, и просят за них дорого и золотом, поэтому никто не берёт.

Понятие дорого всегда было относительным. Двести кубов чистого золота по ценам земли выходили чуть больше двух миллионов российскими рублями, а это за большой кирпичный дом с черепичной крышей и несколькими печами вообще смешная цена.

Купив купеческий пояс с длинными пеналами, Никита опять ушёл в лес, где принялся к производству средств платежа основательно и с запасом.

Утром следующего дня он осматривал дом с торговой лавкой на первом этаже.

— Торговый зал, кухня, погреб, кладовые, восемь комнат, четыре печи, свой колодец во дворе, малый дом для работников, забор из смолянки, баня, туалет, птичник, стойло для скотины, большой сарай для дров. — перечислил всё, что есть в усадьбе артельный старшина.

— Дровник пустой?

— Пустой, но сухие дрова купить не проблема. Работники в дом тоже найдутся. Молодёжь из деревень охотно на службу идёт.

— И это всё двести золотом?

— Двести десять. Если надо, то выложим кирпичом дорожки, пока морозы не спустились, но это еще пять кубов золотом.

— Даю десять, но чтоб перед парадным входом тоже кирпич уложили, а то грязи нанесут…

— Торговать будете?

— Странный вопрос к человеку, который покупает дом с торговым залом.

— Верно. Значит, берёте?

— Беру.

— Фух… — невольно выдохнул артельный старшина.

— Что, вложились на свой страх и риск? — поинтересовался Смолин.

— Верно. Рискнул.

Кивнув, Никита принялся укладывать кубики в предоставленный старшиной пенал.

— Кого вписывать во владетели?

— Смоэллин. — на местный манер назвался Никита, и по финальному расчёту бумага на дом перекочевала к нему в руки.

— Могу хорошего мебельщика порекомендовать. — предложил старшина.

***

После вступления во владения началась хозяйственная суета.

Сходил на торг, договорился забить дровник сухими дровами. Только вернулся, у ворот две молодые пары, просящиеся в услужение, и как успели прознать?

Назначив оклад в тридцать серебряных каждому, нанял всех. Пока решил, что хватит, да и в доме для слуг всего две комнаты и кухня. Одного парня отправил к мебельщику, с остальными пошли на торг. Бочки под воду, кадушки и ковши для бани, утварь на кухню, продукты.

Пришли с полными руками, а у ворот уже опять люди, предлагают товар с доставкой на дом. Сервис, блин.

***

Три дня нервотрёпки с выбором товаров для того, чтоб хоть как-то обставить дом, а у самого все мысли о том, как найти родителей.

***

А в Путоранске стояли трескучие морозы, и пронизывающий ледяной ветер бросал в лица прохожих ледяную снежную пыль.

Антон Григорьевич Смолин, отец Никиты, продолжал работать сварщиком на заводе номер пять.

Дневная смена закончилась как обычно, и толпа рабочих, выйдя с проходной, выстраивалась у автобусной остановки в ожидании транспорта.

Люди прятали лица, но отца Никита узнал бы из тысячи. Тот же чёрный армейский тулуп, те же унты и меховая шапка. Рабочие люди редко меняют одежду, в которой ходят на работу.

Отец тоже прятал лицо, но записка от сына нашла щель и перекрыла ему обзор.

Рефлекторно мужчина выдернул руку из рукавицы и оторвал клочок бумаги от своего лица.

«Бать, зайди за остановку. НС.» — гласила надпись, и, выругавшись, мужчина смял бумажку в комок и выбросил на волю ветра.

— Что, Григорич, богатство привалило? — буркнул ему стоящий рядом коллега.

— Хорошо, что кирпичи не летают, Дмитрий Николаич. Пойду отолью, пока автобуса нет.

— Отлить это святое. — отозвался старый товарищ.

Протиснувшись среди массы столпившихся мужиков, он завернул за остановку. Туда же поспешила ещё одна фигура в тулупе.

— Батя, вы где сейчас живёте? — сразу поинтересовался Никита.

— На Лыжной восемьдесят три. Квартира шестьдесят семь.

— Это какой этаж, и куда смотрят окна?

— Четвёртый подъезд, второй этаж, окна на улицу, в подъезде камера. Правду говорят, что ты заложников брал, да армейский склад ограбил?

— Свистят. Я домой сунулся, а там чекисты. В меня стреляли, а я что, смотреть на это должен? Отнял оружие и ушёл обратно.

— И какие мысли?

— Вечером в шторах щель оставьте. Есть возможность слинять в нормальное место. Вещи можете не брать, всё обеспечу.

Ничего не ответив, отец поправил одежду и направился в остальную массу ожидающих, Никита сделал почти то же самое, но с другой стороны. Через тридцать секунд он уже шёл по Лыжной улице, всматриваясь в таблички с номерами домов. Оставалась малость, приткнуться в каком-нибудь месте и посмотреть в бинокль через портал.

Нужный дом был четырёхподъездный, и Никита внимательно смотрел за автобусной остановкой, чтоб не пропустить возвращение отца. Но первой с работы добралась мать, и он смог определиться с расположением квартиры.

Минут через тридцать добрался и отец, а Никита всё ждал.

Вот они сели поужинать, попили чаю, а потом зажёгся свет в комнате, и мужчина демонстративно включил телевизор и небрежно прикрыл шторы, оставляя небольшую щель между ними.

Телепортировавшись в комнату, Никита обнялся с родителями, и через несколько секунд они вместе порталом ушли в новый дом Никиты.

— Вот тут и поговорить можно. — с облегчением проговорил он.

— Твой дом?

— Да.

— Хорошо. Теперь давай рассказывай, что за херня с тобой происходит. — проговорил отец.

***

— … Вот как-то так. — закончил несильно длинное повествование Никита.

— Даже не знаю, что на это сказать. — задумчиво проговорил отец, мать же предпочитала молчать, чтоб лишний раз не беспокоить пространство.

— Я предлагаю вам переехать сюда. — проговорил Никита. — Дом напротив продаётся, готов его купить хоть сейчас. Жили бы рядом, мать бы людей лечила или в лавке помогала, тебе бы, бать, тоже дело нашлось.

— А танки собирать кто будет? Молодёжь-то всё в айти стремится, а кто о родине подумает? — проговорил отец.

Никита развёл руками, поскольку сказать ему было нечего. Одновременно в нём боролись чувство стыда и нежелание оправдываться за свои шаги. Приди он сейчас поговорить, так его прежде арестуют, унизят, возможно, что вколют какую-нибудь хрень, а чтоб не сбежал, ещё и сваркой приварят к чему-нибудь массивному и охеренно тяжёлому.

— Ладно. Я тут вам амулеты сделал, вот эти шарики на исцеление, а вот эти позволят не портиться продуктам. Надеюсь, вы не станете их отдавать на «благородные цели»?

— Нет, сынок. Понятно, что такие вещи осядут где-то высоко в верхах и не будут служить людям, так что оставим у себя. Жаль, что в Лету канули времена, когда все строили одну державу, а не стремились заработать как можно больше не взирая ни на какие преграды.

— Никит, ты нас-то навещать будешь? — поинтересовалась мать.

— Постараюсь. Только если вас опять переселят и заставят сменить место работы, то даже не знаю, где вас искать.

— Надеюсь, что камер в квартире нет. Звук-то телевизор забьёт, а вот картинку — шиш. А звездолёт твой, да, штука интересная, и я бы с удовольствием взглянул, что там да как. — проговорил отец.

Никита снова развёл руками, ведь отец не захотел покидать родной город, а просто так дарить такие вещи он не станет, мало ли куда ракетой нужно будет засадить с орбиты. Летать он не умеет, а вот калибровку систем наведения делал. Так что случись что-то серьёзное, десяток ракет окажут весьма значимую пользу. Он хоть и изгой, но Родину по прежнему любит.

Невольно сознание выдало ассоциацию с тысячами соотечественников, вынужденно покинувших родину в годы революции и гражданской войны. А ведь они оказались во многом в похожей ситуации, и видимо так же переживали своё расставание с отчизной, кляня тех, кто решил, что они власть и с чего-то право имеют.

***

Как бы на душе ни скребли кошки, а жизнь продолжается.

Сверившись с часами, он понял, что в Штатах сейчас ещё рабочее время, и отправился делать закупки, ведь в лавке нужно будет чем-то торговать, но в начале нужно повидать Дэвида из ломбарда и попросить его арендовать на некоторое время микроавтобус.

***

Мотаясь между Штатами и торговым павильоном космопорта, Никита делал закупки всего, что могло бы пользоваться спросом. Дверные и навесные замки, ручной инструмент для столяров, резчиков по дереву, слесарей, кузнецов, ювелиров и оптиков, дорогие ткани, сталь, зеркала, оконное стекло, дорогая посуда, измерительный инструмент и аптекарские весы.

Свою комнату он оснастил электричеством от солнечной панели, на кровать приобрёл ортопедический матрац, в дверь — врезной замок.

Цены у местных производителей он знал, ведь не зря же много времени проводил обходя торговые ряды. Свои товары он решил ставить в два-три раза дороже, чтоб совсем не подрывать развитие местных ремёсел. Деньги ему особо нужны не были, но как-то нужно приносить пользу обществу.

Из амулетов он предполагал выставлять почти все, кроме хамелеонов и амулетов на скорость, оставляя себе дополнительные козыри.

***

Планы на открытие торговой лавки пришлось отложить, работники принесли весть о вторжении соседей.

— Наших на перевале смяли, король собирает ополчение в помощь армии.

— Хотите уйти на службу? — поинтересовался Никита.

— Так все мужчины от семнадцати лет состоят в ополчении. — обрадовал работадателя Глеэн.

— Замечательно. — «обрадовался» Никита. Оказывается, пока он нежился на перинах в империи, королевская армия рубилась на каких-то перевалах. А теперь есть шанс поучаствовать в местной войнушке. — И куда идти?

— Армейские склады на северной окраине города. — ответил Реэлш, второй работник.

— Хорошо, идите готовьтесь, через четыре часа выдвигаемся к точке сбора. — принял он решение. — И девчат своих позовите, они ведь тут останутся?

— Да.

***

Оставив кухарке запасной ключ от дома, Никита выдал девушке закупленных на Земле харчей, на случай, если возникнет необходимость поселить в доме беженцев, женщин и детей.

Проинструктировав работниц, Смолин остался один. Времени на подготовку было более чем достаточно, и он решил посмотреть будущий театр военных действий, чтоб понимать, на какой местности предстоит разворачиваться дальнейшим событиям.

Вернувшись в свою комнату, он воспользовался взглядом через портал и начал искать ближайшие горы, что особого труда не составило. И то, что он увидел потом, ему очень не понравилось.

***

По дороге к горной крепости шла вереница связанных пленных в форме армии Анри. Зрелище было ужасно тем, что солдаты были без ранений, что говорило о том, что они не были в битве, а скорее всего попали в плен в результате предательства или же во сне, в результате диверсии с едой.

Пролетев взглядом далее, он увидел, куда их ведут.

Это была крепость на высокой горе, и её можно было бы назвать неприступной.

Внутрь крепости запускали человек по десять, где пленных подвергали ритуальной казни, а мёртвые тела сбрасывали в ущелье.

Весь двор был залит кровью, и на это всё с высоты башни взирали трое человек, один из которых был высокопоставленным офицером армии Анри.

«А вот и предатель!» — промелькнула мысль в сознании землянина, и он открыл портал у противоположного края наблюдательной площадки.

— Ну вот и нет у Анри взрослых дворян. Прекрасная работа, сын. — услышал Смолин слова мужчины, одетого в чёрный балахон с капюшоном.

— Я сделал всё, как вы учили, отец.

— Обратно ты поедешь не один. Мы выделим тебе свиту и «твоих воинов». Они все рождены от женщин анри и выглядят как анри. Когда вернёшься во дворец, представишь их королю как отчаянных храбрецов, умелых и верных солдат. Сразу их не возвысят, но должны отправить командовать ополчением, и вот с ним вы одержите победу.

— Да, отец.

— Ты, как герой войны и победитель, попросишь руки принцессы, и лет на двадцать пять воцарится мир. Ты продвинешь наших людей на ответственные места, а там мы запустим сценарий идеологических войн. Ты ещё помнишь, что это?

— Да, отец. Идеологическая война — это гениальное изобретение богов. На какую бы сторону ни вставали люди, они либо умрут как герои, либо умрут как предатели. При любом раскладе Владыки получат причитающуюся им кровь, а мы — власть. — как на уроке ответил офицер анри, и Никита содрогнулся от услышанного. Море осознаний в мгновение промелькнули в его сознании от услышанного. Цинизм предстоящего проекта просто поражал, а ещё, оказывается, он видел перед собой будущего правителя целого народа, человека, рождённого от когда-то украденной женщины и воспитанного вот этим жрецом каких-то там богов. В одно мгновение в сознании Смолина всплыл перефраз одного их великих умов человечества. «Да, эта теория безумна, но весь вопрос в чём? Достаточно ли она безумна, чтоб оказаться истинной? (Нильс Бор)». Такого вопроса в сознании землянина не возникло. Он всем нутром почувствовал истинность того, что было замыслено тут.

Через мгновение вся троица была подхвачена Силой, и выброшена им далеко в пропасть, а кинетические иглы начали выкашивать солдат гарнизона и участвующих в резне жрецов.

Такая же участь постигла и охраняющих приготовленных в жертву пленных солдат.

С каждым упавшим врагом колонна тут же оживлялась, воины Анри стали подбирать оружие и, разрезая верёвки, обретать свободу, но закрытые ворота по прежнему были неприступны, и с обычной саблей тут было не справиться. Самым плохим оказалось то, что глаз в военной форме анри было очень много, и он не смог остаться незамеченным. Бывшие пленные сверлили его взглядами, и какие мысли крутились у них в головах, было неизвестно.

Убивать их, чтоб не осталось свидетелей, рука не поднималась, не для того он их спасал, чтоб тут же самому казнить. Только теперь ему опять нужно было доказывать, что он не верблюд, и не факт, что эти доказательства примут.

Короткая телепортация, и он оказался на другой башне. Отсюда не только были видны ворота, но и открывался вид на другой перевал, защищённый целой цепочкой крепостных башен, соединённых длинной стеной.

Эта крепость, что он захватил, прекрасный стратегический объект, и такими укреплениями не разбрасываются, хотя и очень хотелось стереть её с лица земли. Впрочем, новый гарнизон уже мялся у ворот, пока не понимая, что, собственно, произошло.

Ворота Никита вынес мощным кинетическим ударом, и уже через пару минут храбрые парни, жаждущие реванша, ринулись в недра крепости. Акустика отчётливо доносила топот их ног, ругань и команды крепких на желудок мужчин. А его ждала другая работа.

Снова телепортация, но на этот раз на небольшой уступ вне крепости, а дальше он попробовал пространственный сдвиг, единственное доселе не испытанное на практике умение.

Срезанный как ножом под углом, горный хребет не удержал свою вершину, и через несколько минут она вместе крепостной стеной и башнями медленно сползла к основанию перевала. Строения, созданные людьми, такого спуска не пережили, в считанные мгновения рассыпаясь на отдельные камни.

— Ну вот. — тихо проговорил себе под нос Никита и рухнул на камни от удара попавшей в него арбалетной стрелы.

***

Очнулся он как обычно через пару секунд и с грустью посмотрел на лица солдат, наблюдающих за ним с высоты башни.

«Надо было телепортироваться дальше». — отметил он свою ошибку, только ведь он думал, что разрушенная им линия обороны на другом хребте будет воспринята как его заслуга, а не как природный катаклизм, но ошибся. Впрочем, ему ли привыкать быть изгоем? Грустно, конечно, будет бросать только обретённый дом, но королевство Анри, как оказалось, далеко не то место, где он хотел бы оставаться. Пусть он на время ликвидировал угрозу, но гарантии, что погибли все жрецы, нет, а значит споры чёрного культа прорастут, а это не та среда, где он хотел бы, чтоб жили его дети.

Телепортировавшись к себе домой, он влажными салфетками стёр с тела кровь. Всё, что он только что узнал, пробирало до глубины души. Искусственное создание полюсов силы, идеологические войны ради жертвы богам, выбор без выбора… Всё это было настолько отвратительно, что хотелось немедленно вымыться в надежде, что от этого станет легче. Самое обидное было в том, что следы похожей идеологии жили и на его родной планете, и та клевета, что лилась на него со стороны КГБ, это не случайный косяк исполнителей, а некая система…

Тяжело вздохнув, Никита начал собирать свои вещи, думая о том, что где-то всё равно должны быть миры, которые не заражены этой чумой. Брать на себя миссию заливать планету кровью всех замеченных им жрецов и служителей культов он не решался. Не для того он обретал силу, чтоб превращаться в монстра, который будет решать, кому жить, а кому умирать. Именно нежелание, чтоб за него решали, как ему жить, и толкнуло его в бега, и, согласись он на такую миссию, чем бы он тогда отличался бы от отправленного им на Флею майора?

Он вообще не хотел никого судить, ведь у него есть возможность куда-то идти и искать, а у того же Остапова этой возможности не было. Возможно, он там на Флее с облегчением вздохнул, что вырвался из западни, а возможно, и проклинает его, а возможно, рубит головы магам. Лишился он, конечно, многого, но только не того парня он попытался «поставить раком». На тот момент Никита пережил две смерти за короткое время, а это сильно меняет взгляды и оценки. Не было бы того месяца на Флее, и он бы с криком " Ура!» метнулся бы исполнять приказ, ведь деваться-то было некуда, а так…

Пока в голове бродили мысли, руки сделали всю необходимую работу, и его комната осталась пуста. Впереди его ждал путь, позади оставалась выжженная до основания внутренняя суть, ведь всё, что он знал до этого, выгорело в одночасье. Мыслить в рамках шахматной фигуры он больше не хотел, а как иначе, не знал. А пока перевернуть очередной лист и идти туда, где сейчас ночь покажет звёзды, чтоб выбрать для себя новый путь.

Глава 18

Эта планета как будто была создана для него, и сколько Никита ни осматривал её через портальное окно, но так и не смог увидеть ни людей, ни клочков вспаханной земли, ни разрушенных строений.

Думал он тогда недолго и выбрал удобное место на холме в километре от берега моря и рядом с впадающей в море рекой, чтоб не мучиться с обеспечением себя пресной водой.

***

За те два года, что он осваивался на этом месте, он смог убедиться, что место тут прекрасное.

За это время бригада мексиканцев построила ему двухэтажный кирпичный дом, в мансарде которого он устроил себе мастерскую, ну а первый этаж — жилая зона в виде студии. В цоколе дома размещался подвал и погреб, а южный склон и ближайшие окрестности он раскорчевал под огород, да и так, чтоб отодвинуть подальше от жилья лес.

Теперь у него была своя берлога, а что до всего остального, то он пока решил отдохнуть от приключений, ведь фантомные боли периодически напоминали ему всё, что он уже пережил.

Пока строил дом, набрался полезных навыков у профессиональных строителей, так что пара кубометров кирпича в эти стены были уложены уже его рукой.

Дело это оказалось не таким страшным, как казалось изначально, так что следующую стройку, если такая предстояла, он уже мог потянуть и сам, только строить пока больше было нечего. Баня ему была в принципе не нужна, всё ж он парень городской и привык к обычным водным процедурам, да и здесь река под боком, море тоже, в любое время года иди купайся.

С женщинами после плена в империи онсвязываться пока не хотел, так, пара коротких знакомств у него было, но всё ограничивалось немногими свиданиями, а больше ему пока нужды и не было, поскольку целиком и полностью он погрузился в эльфийскую артефакторику, пытаясь не просто изготавливать уже известные ему амулеты, а шагнуть немного дальше в совмещении всех своих навыков, ведь в сути у него возможности были весьма разнообразны. Одно изменение материалов под внутренний образ чего стоило, а ведь это возможно был далеко не предел.

В своих опытах он подошёл к осознанию того, что теоретически границы между материалами могут быть и условны. К примеру, опыты с ртутью показали, что она прекрасно становится как другими металлами, так и жидкостями, а это открывало возможность двухступенчатого преобразования металла в жидкость и жидкостей в металл.

С газами тоже были подвижки, но для преобразования газов требовался замкнутый объём. В закрытой банке он мог провести многоступенчатый переход и, преобразовав воздух в смесь водорода и кислорода, получить жидкость, а уже её преобразовать в ртуть и другие металлы. Результат, конечно, получался мизерным, но это работало, и чисто теоретически это можно было выдать за материализацию.

А вот с преобразованием металла в самоцветы пока был затык. Тот же сапфир вроде как в сути оксид алюминия, но сколько Никита ни бился, а из алюминия камень получить не мог, впрочем, как и из камня алюминий.

Тема исследований была интересна, и отвлекался от неё Никита нечасто.

Раз в неделю он ходил на охоту, столько же времени посвящал рыбалке, подбрасывая родителям свежего мяса и рыбы, поскольку любые другие вливания средств в их бюджет будут слишком заметными. Ему же самому от родителей ничего обобо нужно не было, разве только иногда прихватить газету, чтоб посмотреть новости и убедиться в том, что услышанное им на перевале от одетого в монашеское одеяния жреца, или как его там, не бред сумасшедшего, а рабочая схема.

Тот день основательно перевернул его взгляды на жизнь, и если раньше он испытывал неловкость оттого, что он вроде бы как изгой, то сейчас он понял, что все эти понятия просто метод управления, и на эти ярлыки можно просто не обращать внимания. Да, начни он рассказывать людям такие схемы, большинство бы покрутило пальцем у виска, а доказывать кому-то что-то он уже давно не хотел. Идеологические войны существуют не одно столетие, и менталитет населения умышленно взращивается в доминировании одного или другого полюса силы, и вырвать сознание людей из этой колеи, конечно, можно, только что дать взамен? Ответа на этот вопрос у Никиты не было, поэтому он и старался заставить свой мозг работать в другом направлении, чтоб было не так больно за людей.

Были мысли построить тут посёлок и предложить соотечественникам поселиться в нём, но тянуть обеспечение даже десятка семей всем необходимым…

Стоило только представить, что он должен будет работать челноком, постоянно мотаясь как снабженец, и так не одно десятилетие… Это было выше его сил, а самостоятельно на природе современный человек жить разучился. Нужно осваивать массу умений, от выделки шкур до выращивания крапивы и льна на одежду, а это немыслимые усилия, на которые психика современного человека не рассчитана. Да, кто-то может рвануть на энтузиазме, но в полной изоляции без перекрытия насущных нужд быстро озлобится, а крайним окажется он, Никита Смолин, который отказывается снабжать переселенцев так нужным им вещами, продуктами питания и далее по списку. И зачем ему такое удовольствие? Нафиг, нафиг, нафиг. Даже занимаясь торговлей в королевстве, он не собирался часто пополнять ассортимент импортных товаров. Они просто были ему нужны для того, чтоб служить прикрытием его дохода.

А ещё он работал с имперскими амулетами, воссоздав для себя их копии. Ещё будучи там и рассматривая рунный набор, завязанный на накопитель, он думал, для чего местные артефакторы пошли именно таким путём, ведь заряд в накопителе далеко не вечный. Заряда исцеляющего амулета должно было хватать всего на пару применений в случае серьёзного ранения, защитный тоже прикрывал на одно-два попадания, маскировочный работал дольше, и его должно было хватить на пару суток непрерывной работы, ну и всё. Впрочем, на войне это довольно серьёзные бонусы, но соль, видимо, не в этом, а в том, что способных создать и зарядить амулет очень мало, и это позволяло одарённым иметь постоянный и высокий доход. Он даже понял, какой рунный конструкт нужен, чтоб создать условно вечный накопитель, и его коллеги в империи наверняка пользовались чем-то аналогичным, ведь армейских амулетов тысячи, если не десятки тысяч. Только для себя он сделал эти амулеты нормальными, по чисто эльфийской схеме с постоянной запиткой от мирового эфира.

Ещё очень хотелось поработать с преобразованием свойств материалов, но для этих вопросов нужно было иметь целую лабораторию оборудования и соответствующее образование, так что фишки джедаев в виде силовой ковки ему были доступны, только подтвердить или опровергнуть это он был не в состоянии.

***

Звук реактивных двигателей ворвался в его окно, вырывая его из сна и накачивая тело адреналином.

Выбежав на улицу, Никита увидел воздушный бой над близлежащими водами моря. Один боевой самолёт класса космос-планета преследовал другой, и, сделав пару петель поблизости, они продолжили свою схватку где-то в стороне.

Воспользовавшись порталом и биноклем, он попытался с низкой орбиты понаблюдать за происходящим и вскорости заметил смертоносный танец.

Впрочем, битва была недолгой, и передний самолёт, попав под пушечный залп преследователя, взорвался, разлетаясь на куски. Что уж там произошло, Смолин досконально разглядеть не смог, света луны для этого было маловато, но сразу после взрыва машины догоняющий её перехватчик просто рухнул в воду.

По ориентирам это была прибрежная зона километрах в чётырёхстах от места его проживания, и пилоты наверняка не зря крутились именно недалеко от берега, чтоб увеличить свои шансы на спасение.

Телепортировавшись на место крушения, Никита завис над водой на кинетическом щите и начал импульсами искать над водой выживших, но кроме воды вокруг ничего не было.

Тогда он стал посылать импульсы в воду, постепенно увеличивая спираль зоны поиска, и вскоре достиг успеха, выудив с морского дна капсулу с пилотом, только сама капсула была повреждена взрывом, а в гермошлеме пилота оказалась вода, и парень был мёртв.

Никита решил так и опустить его обратно на дно, только чисто ради интереса забрал носимый аварийный запас из-под сиденья и личное оружие пилота.

Второй самолёт обнаружился в двух километрах по вектору движения, и он лежал на кабине. Именно так Никита и поднял его с двадцатиметровой глубины.

Перевернув боевую машину в нормальное положение, он увидел, что пилот неумелыми ударами рук пытается открыть фонарь кабины.

«Девчонка, что ли?» — промелькнула у него мысль, и он потянул трофей к берегу, продолжая наблюдать за старательными попытками пилота открыть заклинивший фонарь.

Как уж она там изворачивалась, было непонятно, но в колпак она уже била ногами, но он не поддавался.

До берега было километра два, и, дотащив машину до узкой полоски пляжа, Никита поставил её на песок и поспешил вооружиться амулетами, да и в одних трусах перед девушкой было явно неудобно.

Сильно наряжаться он не стал, просто одел широкие шорты, ну, а дальше нужно было открыть заклинивший механизм, чтобы помочь пилоту выбраться.

С наружной стороны кабины был специальный рычаг, наступив на который, можно было подтолкнуть фонарь при аварийном открытии, и, встав на него ногами, Никита попрыгал на нём.

Вначале результата не было, и рычаг не хотел сдвигаться, но в последний момент резко нырнул вниз, и, не ожидая такой подляны, Никита лицом приложился об остекление кабины.

— @лядь! — выругался он, больно ударившись зубами и ощущая во рту привкус собственной крови. Губы тоже были разбиты, но цель была достигнута, и фонарь кабины пошёл вверх.

Дальше ему нужно было заняться собой, и пока он возился с амулетом исцеления и умывался из моря, совершенно выпустил из поля зрения пилота.

Смыв с лица кровь, он поднял глаза на кабину и попал на прицел к благодарной жертве падения.

— Ну? — спросил он, но ответа не последовало.

— Мне долго ждать? — снова поинтересовался он.

— Чего? — с непониманием спросила пилот.

— Дамочка, вы бы уже определились, стрелять вам или нет. Если нет, то уберите пистолет, а то глупо как-то.

— Ты кто?

— Вроде бы как хозяин этой планеты, а что?

— Да так.

— А я думал, хотите назад, в море. Вы, кстати, тут какими судьбами?

— Военная тайна. — ответила девушка.

— А… Ну тогда счастливо вам оставаться наедине с вашими тайнами. Если что, я вон там живу, километрах в четырёхстах. — ответил Никита.

Телепортация вернула его домой, ведь была небольшая надежда, что удастся ещё поспать.

***

Проснулся Никита позже, чем обычно, и хоть ночные приключения заняли совсем немного времени, но уснуть после этого было непросто.

Потянувшись, он чисто из любопытства выглянул в портал над перехватчиком и охренел. Пилот сидела в кабине с окровавленным лицом, а вокруг самолёта валялось четыре туши больших кошек, похожих на тигров.

Телепортировавшись на крыло, Смолин подбежал к девушке, которая с трудом повернула голову в его сторону и с трудом подняла свой пистолет.

— Это я! — взволнованно проговорил он. — Я сейчас помогу.

— Чем? — еле ворочая языком, спросила пилот, но Никита уже доставал из кармана исцеляющий амулет.

Прикоснувшись к её шее амулетом, он замер в ожидании. Магия исправляла повреждения не моментально, а в течение нескольких минут, вот на это время ему и пришлось замереть.

— Хос… — явно выругалась дама. — А я уже собиралась пускать себе пулю в висок.

— И что вас остановило?

— Думала, что вы придёте, и вам станет стыдно, что бросили меня тут одну. — проговорила она.

— О как! — удивился Никита.

— Только машину я оставить не могу, поэтому поход на четыреста вёрст не вариант.

— Ага… Что-то мне подсказывает, что я имею дело с фрактальным проявлением женской логики.

— Другой нет, что завезли, тем и пользуемся. — ответила девушка.

— Ну, развлекать вас у меня возможности нет. Кстати, вас искать-то будут?

— Надеюсь, вот только удар об воду был такой, что у меня всё оборудование потухло.

— И маяк тоже?

— И маяк тоже. А вы Рениец?

— Нет, а где это?

— Я бы ткнула пальцем в небо, но сейчас день, и звёзд не видно.

— Так что всё-таки произошло? — снова поинтересовался он.

— Нас подняли по тревоге. Кто-то из пилотов съехал с катушек и решил угнать новейший истребитель. Вот я по его следу и прыгнула, надеюсь, эта скотина сдохла.

— Да, капсула с пилотом была затоплена, и он не выжил.

— А как вы вот так мой перехватчик со дна моря?

— Да есть у меня кое-какие способности. — проговорил Никита и, подняв кинетикой тушу самого крупного тигра, рассёк её по лапам и животу кинетическим лезвием и вытряхнул из неё содержимое.

— Хос! А у меня, если честно, была паника. Ночь, темно, только на сопла и ориентировалась, а потом после взрыва не успела на приборы взглянуть, и тут удар, чуть башка не отлетела, и я поняла, что машина тонет, и приборы все погасли. Темень сплошная. Я коммуникатором посветила, а над головой морское дно. На сколько времени осталось жизнеобеспечения, не знаю, приборы мертвы, и вот тут меня и накрыло. У вас, кстати, можно выпросить питьевую воду и еду?

— Так пойдёмте ко мне.

— Четыреста километров? А машина?

— Да с собой заберём, а там посмотрим, может реактор с креплений сорвало и просто провода вырвало, может ещё что.

— Разбираетесь?

— Так, по верхам.

— А есть просто источник энергии, чтоб маяк активировать?

— Так-то у меня солнечные панели, но они не потянут, да и он должен быть автономным.

— Вот засада… — проговорила девушка.

— Почему?

— Нет у меня права к внутренностям машины подпускать человека без допусков.

— Я и не настаиваю. Сколько у вас патронов осталось? Застрелиться хватит?

— Чуть больше двадцати. А без маяка меня не найдут и могут посчитать, что я была в сговоре с этим беглецом.

— Попадал я в похожую ситуацию… Теперь вот тут живу.

— Один?

— Один.

— И как оно?

— Спокойно. — ответил Никита.

— А как же продукты, одежда, другие инстинкты?

— Иду туда, где это доступно.

— К другим звёздам?

— Верно.

— А сможете меня на Рению перекинуть вместе с машиной?

— Не исключаю.

— И что для этого нужно?

— Показать вашу звезду. Сможете?

— Без бортового компьютера, наверное, нет. Я же не успела данные положения зафиксировать, важнее было сканирование: найти, догнать и уничтожить.

— Тогда есть вариант, я даю вам базы техника и инженера, и вы сами пытаетесь всё починить.

— Базы?

— Магические слепки с информацией, которые впитываются тонкими телами.

— Ух-ё… Первый раз о таком слышу.

— Ну так мы идём?

— Давайте попробуем.

— Только у меня просьба. — проговорил Никита.

— Внимательно…

— Я не хочу, чтоб местоположение планеты сохранилось в вашем компьютере.

— А как же? Мне ж рапорта писать, место фиксировать, обломки поднимать будут.

— Сделаем так, обломки я подниму сам и переброшу вас вместе с ними на вашу родину.

— А может и вы к нам? Нам бы такие специалисты очень пригодились.

— Э, нет. Я уже бывал во многих местах, и везде меня пытались поставить в позу пьющего оленя.

— А вот то, чем вы меня лечили, купить можно?

— Именно это — нет, а похожее — да, только, чем вы собрались платить?

— Поскольку на Ринию вам попадать не особо интересно, то выбора у меня особо нет. Могу предложить ночами.

— Вы так домой только через несколько лет вернётесь.

— Жаль, что не прокатило. Назвала бы вас букой, но я вам и так обязана, что не расплатиться.

Никита устал выслушивать эти заигрывания и, спрыгнув с крыла машины, кинетикой отправил её в портал. Этот переход помог наступить долгожданной тишине.

***

Космический перехватчик встал на пустующую поляну недалеко от дома.

— Кухня на первом этаже. Продукты там есть. Надеюсь, намёк понятен?

— Сготовить обед?

— Вам же нужны останки сбитого истребителя?

— Поняла, всё сделаю.

***

Пока гостья осваивалась с поставленной задачей, Никита вывалил несколько крупных фрагментов истребителя на газон и, воспользовавшись хамелеоном, завис у открытого окна своей мансарды.

Как он и предполагал, гостья не только проявила любопытство, но и с комментариями снимала видеозапись на свой коммуникатор.

Правда, снимать-то в мастерской особо было нечего, у любого ювелира на столе практически такой же набор драгоценных камней и металлов. А вообще, нужно держать на заметке, что в компьютере местоположение она может и не зафиксировать, а вот на камеру коммуникатора — запросто.

Выдернув из её рук устройство, он полюбовался на волну паники на лице девушки.

— Я смотрю, что доверять вам нельзя совершенно. — проговорил он.

— Я… — пролепетала побледневшая пилот и через мгновение вывалилась в открытый космос буквально на пару секунд.

— Доступно? — поинтересовался он у бледной как мел гостьи, как только вернул её обратно.

— Простите. Больше это не повторится. — глядя в пустоту за окном, ответила девушка.

— Коммуникатор верну на Ринии. Воров я тоже не люблю.

— Я всё поняла. Разрешите идти готовить?

— Идите, но помните, что мне проще с вами не возиться, чем идти навстречу из соображений гуманности.

Идти она не смогла, из-за страха отказали ноги, и девушка-пилот рухнула на пол.

«Перестарался». — подумал Никита, но извиняться не собирался.

Переместившись в мансарду, он снял с себя «хамелеон» и достал «лечебный», чтоб привести гостью во вменяемое состояние.

***

Мелкие фрагменты обшивки разлетелись далеко, и тратить время на то, чтоб найти всё до последнего осколка, он не стал, и так четыре часа ощупывал дно в диаметре трёх сотен метров.

Сделав перерыв на обед, он снова воспользовался хамелеоном, чтоб поберечь нервы девушки, и сунулся в сервисный люк перехватчика.

Как он и предполагал, массивные шины энерговодов просто засчёт инерции собственной массы вырвало из гнезда подключения к реактору. Остальное всё было на местах, и даже герметичность не была нарушена, так как в недрах перехватчика не было ни капли воды. Да, двигатели машины нуждались в более детальной переборке, но чтоб заглянуть в навигационный компьютер, такого ремонта было достаточно. Оставалась проблема с маяком, который вроде бы как должен был работать в автономном режиме, но признаков жизни не подавал. Хотя, какая это проблема? Не работает, и хорошо, что не работает. Штатные техники на Ринии и посмотрят, что там внутри творится, может, банально старая батарея, или тоже перегрузками что-то внутри оборвало.

Позвав к машине девушку, он попросил показать на экране бортового компьютера карту.

— Я… — снова замялась пилот.

— Что? Вас расстреляют за то, что показали карту чужаку?

— Нет, но всё может обернуться гораздо хуже.

— Твою мать! — не выдержал идиотизма ситуации Никита. — И что прикажете делать?

Впрочем, решение у него было.

— Включайте раздел навигации.

— Пожалуйста, нет… — жалобным голосом проговорила пилот и зажмурилась, видимо, прощаясь с жизнью.

Мысленно сплюнув, Никита создал новое пространственное хранилище и сгрузил в него технику Ринии. У него и своих забот хватало и больше тратить время на этот балаган он не собирался.

***

Когда пилот открыла глаза, она безоружная вместе с грудой своего металлолома стояла в пятидесяти метрах от поста ГАИ вблизи города Путоранска

— Гражданочка, здесь парковка запрещена. — взволнованно проговорил ей подошедший инспектор дорожного надзора, но она не поняла ни единого слова.

Глава 19

Расставание принесло некое облегчение, ну и ещё один пистолет и ящик НАЗа в коллекцию. Девочка, конечно, оказалась верная своему воинскому долгу, что вызывало уважение, но решать тупиковые задачи в его планы не входило. Ему ещё пространство сектора теперь нужно было отслеживать, а то принесёт поисковую команду с Ринии, а у них там такой же дурдом, как и на Земле. Только вот ему тут этот цирк совершенно не нужен.

Эти мысли натолкнули его ещё на одну мысль, и идея была о том, что он до сих пор не дал этой планете никакого названия, и первое слово, что сразу выскочило у него в голове было имя Лоя.

Вернувшись домой, он уселся поудобнее в кресло и снова воспользовался порталом и биноклем, просматривая низкую орбиту планеты с разных сторон и направлений. Ещё нужно было порыскать по ближайшим звёздным системам в поисках Ринии и их оппонентов. Не факт, что сразу удастся это всё найти, но поглядывать надо, особенно за орбитой планеты. Истребитель — не полноценный корабль, и топлива в нём откровенно мало для подобных перемещений.

В империи Дорф гипердвигатель вообще ставили только на перехватчики, а истребители могли летать только в трёхмерном космосе. Гарантии, что у пилота истребителя тут не назначена встреча, откровенно не было, да и не факт, что он не сорвался с места так же, как и Никита, загнанный нелепыми обстоятельствами в угол. Дураков и карьеристов в погонах всегда хватало, так что, этот побег мог быть и чисто шаг отчаяния, ведь назвала гостья пилот-перехватчик его человеком со съехавшей крышей. Отважиться на межзвёздный прыжок на машине в виде истребителя мог только человек, которому действительно некуда деваться или чужой разведчик, что действительно нельзя исключать.

Гипердвигатель истребителя Никиту вообще не впечатлил. Да, у него была возможность прокалывать пространство, но скорость перемещения в нём не могла быть большой. Именно поэтому его и нагнали, а вот в пространстве планеты у него были шансы из-за преимущества в манёвренности, но, видимо, расправиться с перехватчиком не было ракетного вооружения. В скорости он уступал, и, если даже мог сманеврировать удачно для атаки, то преследователь резко разрывал дистанцию, и всё повторялось.

***

Уже собираясь оставить осмотр пространства, Никита засёк появление на орбите фрегата и отметил приблизительный вектор его движения. Несколькими минутами позже с его лётной палубы стартовало две пары истребителей, которые явно должны были облететь шарик планеты в поисках сигнала маяка.

Корабли Ринии были оснащены тонкими полосками стекла, позволявшими осуществлять визуальное наблюдение за окружающим пространством из рубки корабля, в него и заглянул Никита, чтоб наметить точку перехода.

Вооружившись «хамелеоном», «скоростью» и «переводчиком», он переместился в рубку корабля и затаился, слушая переговоры пилотов.

— … эфир чист. — прозвучал мужской голос.

— Тут, по-моему, вообще никого нет. — поддержал его ещё один мужской голос.

— У меня тоже чисто, ни сигналов, ни городов. Девственный мир. — откликнулся девичий голос.

— Поддерживаю. — снова прозвучал мужской.

— Давайте ещё кружок, и возврат. — прозвучал голос дежурного офицера.

— Координаты планеты сохранил, и даже если мы не найдём никого из беглецов, то однозначно не получим по шапке. — это уже проговорил другой офицер, больше похожий на навигатора.

— А ведь нет худа без добра. — откликнулся на его слова другой офицер. За эту планету нас похлопают по плечу и скажут, что молодцы.

— Это ты так намекаешь на то, что их было бы хорошо продать? — спросил у него дежурный.

— Нет, конечно, разве это согласуется с понятиями офицерской чести?

Тем временем Никита подошёл к креслу навигатора и осмотрел то, что было на экране и клавиатуру. Экран был разбит на две части, и на верхней была трёхмерная проекция объёма космоса с координатной сеткой, а на нижней строке просто какая-то надпись, возможно из цифр, но главное, на верхнем экране были прямые линии проложенного маршрута.

Кинетическими импульсами Никита начал нажимать на клавиши, и навигатор чуть не подпрыгнул.

— Что за хос!.. — выругался он.

— Что у тебя? — откликнулся дежурный.

— Клавиши сами нажимаются, и у меня тут такая каша… — проговорил навигатор, выдёргивая провод клавиатуры.

— Мы домой-то теперь вернёмся? — спросила единственная присутствующая женщина.

— К счастью, нажимались буквенные ряды. — ответил навигатор.

— Ты координаты запиши в блокнот, а то мало ли. — посоветовал дежурный офицер.

— Сделаю. — ответил навигатор и, получив импульс в сонную артерию, повис на ремнях сиденья.

— Двадцать седьмой в канале, у нас по прежнему эфир чист, возвращаемся на борт.

— Принял. — ответил пилоту дежурный офицер, и после этого Никита начал действовать.

Импульс в сонную артерию, обезоружить, перенести на планету к дому, и так от рубки и до машинного отделения, где его знаний хватило, чтоб заглушить реактор.

***

Полсотни человек недоумённо осматривали снаружи его дом, пытаясь понять, что произошло. А в это время Никита чистил оружейку корабля от невеликого арсенала.

Выбрав себе скафандр по размеру, в конце концов Никита оказался на обшивке фрегата и поместил его в специально созданное пространственное хранилище. Что с ним делать, он ещё подумает, а пока нужно побеседовать с людьми.

***

Скафандр он снял у себя в мастерской и, переодевшись, спустился на свежий воздух.

Его встретили изучающие взгляды пришедших в себя военослужащих Ринии.

— Надеюсь, вы не скучали? — поинтересовался землянин.

— Чем обязаны такому приёму? — обратился к нему явно командир корабля.

— Да так… Просто это моя планета, а тут вы со своими планами на неё.

— И вы рассчитываете удержать эту планету? — поинтересовался мужчина.

— Не только рассчитываю, но и сделаю это.

— Могу я поинтересоваться, что с нашим кораблём? — сдержанно поинтересовался мужчина.

— Можете. Для вашего корабля создано пространственное хранилище, так что он хранится у меня, как и ещё некий ряд похожих объектов.

— И, судя по тому, что мы остались живы, вы планируете нас как-то использовать?

— Если бы я знал, у какой звезды находится ваша планета, то мог бы переправить вас туда, но, естественно, без корабля. Именно поэтому я отправлю вас на свою родину, куда ранее отправил пилота-перехватчика с её машиной.

— А что с истребителем?

— Машина была сбита, пилот погиб, но перехватчик не справилась со скоростью и рухнула в море. Пришлось поднимать её вместе с машиной.

— И как это выглядело?

— Она вам расскажет, так что прошу без истерик и скандалов проследовать к новому месту жительства. Планета Земля в техническом плане отстаёт от Ринии, так что у вас будет шанс оказаться востребованными специалистами. Вот, возьмите, это амулет-переводчик, и он поможет вам установить контакт с местным населением и быстрей освоиться с грамматикой и другими исчислениями.

Амулет по воздуху перекочевал в руки командира корабля, и Никита открыл портальное окно.

— И кого нам благодарить за оставленную жизнь?

— На родной планете я изгой, так что награды за ваши спасённые жизни я всё равно не получу. Не тяните время, и будет лучше выходить с поднятыми руками, а то мало ли.

— Спасибо. — коротко ответил мужчина и первым шагнул в окно перехода.

Снова вооружившись «Хамелеоном», Никита шагнул следом и не напрасно. Движение на трассе уже было остановлено, место оцеплено солдатами, а перехватчик грузили на длинную платформу полуприцепа.

К группе ренийцев, взятых на прицел солдатами, уже шёл, матерясь, одетый в серый гражданский костюм КГБшник.

— Вы тоже на нормальном языке нихера не разговариваете? — громко спросил он.

— Нам обеспечили эту возможность. — ответил капитан корабля.

— Слава яй@м! Тогда поясните, что это за миграция?

— Нас вроде как взял в плен уроженец вашей планеты, и он назвал себя Изгой. — ответил офицер.

Разворачивание пространственного хранилища привлекло внимание всех, а перекрывший всю автостраду звездолёт вызвал удивление у солдат, восхищение у ренийцев и обречённый мат у чекиста. Прошлая выходка Смолина и так макнула всю службу в самое дерьмо, а теперь их Москва вообще съест с потрохами.

Скрипнув от безысходности зубами, комитетчик снял короткое видео и отправил его в главное управление Комитета Государственной Безопасности.

Быстро убрать с дороги махину корабля не выйдет, даже если его экипаж поспособствует его перемещению. Десятки свидетелей уже оседлали крыши ближайших домов и воспользоваться биноклями и съёмкой. Люди не дураки, и быстро сопоставят необычность такого происшествия с единственным, кто мог устроить подобное, и на кого было очень удобно списывать массу провалов и своих тайных дел. И он в один момент станет национальным героем. Им придётся принимать у себя проверку с Москвы и, не дай всевышний, любыми путями обеспечивать с ним встречу, а ведь он у них уже «обчистил склад вооружения», «принял инкассаторов»…

— С@ка… — проскрипел сквозь зубы чекист, не представляя, как можно обернуть в свою пользу такие обстоятельства.

Конец.

Ноябрь 2025 - январь 2026г.

Понравилась книга, поставьте автору лайк и поддержите возможность творить донатом. Благодарю. https://author.today/u/xryamps2020

Оглавление

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19